Заклятые друзья 4. Продираясь сквозь тернии

- Как девушки в одном из клипов Плевакуса, - не смутившись, заявили студиозки, покосившись в сторону нашей группы. Опа!!! Мы с Содером поспешно подогнули колени, постаравшись казаться ниже и незаметнее. – Лаковые сапоги на шпильке с высоким голенищем, мини-юбки, чулки и топики.

Я поперхнулся. Они в этом пришли в таверну? Здесь, в ортодоксальном средневековье, где до нашего клипа юбки чуть ниже колена считались верхом разврата для приличной женщины? Вообще с ума посходили? Мы же выпускали с Диди эту одежду исключительно для домашнего использования! Мужу или своему молодому человеку показаться. Нет, я не спорю, что некоторые вещи можно было одеть и на улицу – в тех же сапогах или шляпках не было ничего такого, но переть на люди в чулках и мини-юбках?

- И вы считаете такой наряд нормальным?

- Да. Сейчас такая мода.

- А я считаю, что нужно держаться в рамках приличия, - с нажимом начал де Ларанг.

Американец встрепенулся. Я сразу насторожился.

- Ты чего?

- Он не прав! – зашипел Содер.

- … каждая девушка должна выглядеть достойно, - нагнетал де Ларанг, - и не должна привлекать к себе определенного плана внимание! Недопустимо, чтобы студиозы Академии выглядели так, что их начали путать с легкомысленными девицами…

С каждым словом девушки вжимали головы в плечи, уже явно жалея о своих словах.

- Нет, так нельзя, - изрек Содер и решительно двинулся вперед.

- Стой, дурак! Это не наши проблемы! – я попытался остановить его за рукав, но он с силой выдернул его у меня из рук.

- Терпи, если привык терпеть, - прошипел он, - а я не буду молчать!

Содер выскочил перед строем и с поднятой головой на десяток шагов приблизился к кафедре. Ректор его заметил и прервал речь. Кустистые седые брови удивленно взметнулись вверх.

- Ой, дурак! - на секунду схватился я за сердце. – Ну, зачем в первый же день на рожон лезть?

Вздохнув, шагнул следом за дурным янки. Буду его, куска идиота, поддерживать. Содер сразу меня заметил и воодушевился еще больше.

- Господин ректор! – потряс он воздух, дождавшись, пока я не встану рядом. – Позвольте выразить мое мнение!

- По поводу чего? – де Ларанг выглядел чуть растерянным.

- По поводу недопустимости сексизма! Особенно в стенах столь прогрессивных мест, каковым, несомненно, является ваша Академия! Скажите мне, почему многие вещи, допустимые мужчинам, вызывают большой негатив, и даже агрессию, если их совершает женщина? Почему… - эмоциональная речь Содера разносилась над полем в течении пятнадцати минут.

Действуя согласно канонам ораторского искусства, он каждым своим предложением, каждым жестом держал публику в напряжении. И самое главное, без чего невозможно было тронуть сердца слушающих его людей, он говорил ИСКРЕННЕ, веря в каждое слетавшее с его губ слово, в каждое утверждение.

Глаза Содера время от времени горели праведным огнем, а в голосе слышалась ярость и злость. Затем он успокаивался и начинал увещевать, объяснять свою позицию, удачно приплетая слова признанных светил от магической науки, давно покинувших бренный мир. Цитаты из трактатов современников, которых можно было попросить пояснить ту или иную фразу, он благоразумно не вставлял.

Даже я, привычный к земным реалиям, не раз слышавший некоторые повторенные Содером заявления, слушал его затаив дыхание. ТАК умел говорить только Содер.

Когда он выдохся и завершил речь пламенным воззванием уважать права женщин, над полем несколько минут стояла полнейшая тишина.

Первым ее нарушил ректор.

- Мда… - изрек он, огладив свою пышную бороду. – Мда… Неожиданно… Ладно, всем встать в строй. Будем считать случай в таверне досадным недоразумением. А так, конечно, вы, молодой человек, в чем-то правы. Никогда не думал над такими вещами.

Четверка студиозов окинула нас благодарными взглядами и поспешила на свои места. Мы с Содером проследовали на свои.

- Дурак! – беззлобно шепнул я ему, когда мы замерли в последнем ряду. – Ты же понимаешь, что мы рисковали? Нас вполне тут могли не понять.

- Когда все получается, ты говоришь про нас, а когда что-то идет наперекосяк, то только про меня, - проворчал Содер.

- Слышь! Ты чего там хрюкаешь? – возмутился я. – Я вышел, поддержал его по полной! Плечом к плечу встал, а он еще претензию выкатил.

- Ладно, ладно, - отмахнулся Содер и вытянул шею, вслушиваясь в слова ректора. – Проехали.

- Потом поговорим, - буркнул я и тоже прислушался.

Между тем ректор вручал серебряную маску представителю группы, наиболее преуспевшей в учебе по итогам прошедшей декады. Похвалив его самого и его одногруппников, де Ларанг посоветовал брать с них пример, после чего отправил обратно.

- А зачем эти маски нужны? – склонился я к нашей новой однокурснице.

- Это вы мне? – заметно вздрогнула она, недоверчиво глянув на меня блекло-голубыми глазами.

- Да, - кивнул я, не поняв ее реакции.

Словно к ней нельзя было обращаться. Я присмотрелся. Девушка из породы серых мышей, пугливая и крайне застенчивая. Таким нелегко обзаводиться друзьями даже в хороших коллективах.

- Группу, которая наберет больше всех масок, отпускают в отпуск на две декады раньше, - с готовностью скороговоркой ответила одногруппница.

- Спасибо. Тебя звать-то как?

- Юлия.

- Меня Гарет. А этого болвана рядом со мной родители Содером обозвали.

Юлия кротко улыбнулась и потупилась.

- Я знаю.

Пока мы знакомились, ректор успел вызвать другую учебную группу. В отличие от предыдущей, ее он сразу начал резко критиковать.

- Шестой курс воздушников, - шепнула Юлия. – В прошедшую декаду они были самыми отстающими. Уже шестой раз в этом году.

- А что им за это будет?

- Вместо летних каникул их отправят работать уборщиками в самые отдаленные маленькие города, которые не имеют возможность содержать своих магов-бытовиков. В таких городках почти весь год мусор с улиц вручную убирают нанятые дворники. Понятно, что убрать и очистить они могут далеко не все. А летом прибывают наши отстающие, которые приводят все в порядок.

- Ясно.

- А у вас в Гардаграде было не так?

Я отрицательно покачал головой.

- Нет, у нас такого не было. Наш ректор вообще редко на построениях отчитывал за неуспеваемость.

- У нас каждый раз так, - вздохнула Юлия. - А что у вас делали, если человек плохо учится?

Вопрос поставил меня в тупик. Действительно, а что с таким делали у нас? То, что такие студиозы были, можно было не сомневаться. Разгильдяи, способные зубрить материал только при наличии увесистой палки в виде серьезного наказания, присутствовали всегда и везде.

- Ничего не делали, - подумав, ответил я. - Ставили плохие отметки и все.

Стоявший передо мной паренек обернулся и с недоумением посмотрел сначала на меня, потом на Юлию. Затем снова на меня, но уже с неподдельным удивлением.

- Чего не так? – кивнул ему я.

- Да не, ничего, - отвернулся студиоз.

Далее на построении ничего интересного не происходило. Ректор дал всем напутствие приложить максимум усилий к учебе, пожелал удачи, после чего отдал студиозов деканам. Наш декан почти сразу всех распустил, оставив на поле только наш курс. Я сообразил, что сейчас будет распределение по учебным группам, и оказался прав. Хисат принялся подзывать нас к себе по одному, расставляя по правую и левую руку от себя.

Мы с Содером оказались в правой группе. К нам присоединились еще три студиоза, в число которых вошла Юлия.

- Отныне будете заниматься таким составом! – провозгласил Хисат. – Вы, - указал он на нас, - будете заниматься по сложной программе, а вы, - кивнул он на левую группу, в которую включил четверых студиозов, в том числе и того паренька, который обернулся к нам на построении, - пойдете по прежней программе. Она значительно легче.

Однако такое распределение не вызвало энтузиазма среди последних.

- Господин Хисат, а почему я тут? Вон, безродная, ничем не лучше меня! – воскликнул один из студиозов.

При его словах Юлия заметно сжалась и втянула голову в плечи. У меня сразу отпал вопрос, кого назвали безродной.

- Лучше, Максимус, лучше, - ответил декан. – Состав групп определен и изменению до лета не подлежит. Перед летними каникулами мы проведем еще одну оценку и, возможно, худшие из группы, занимающейся по усиленной программе, будут отправлены во вторую группу, а из нее в обратном направлении последуют лучшие. Так что у вас есть стимул заниматься, Максимус!

После этих слов декана студиозы второй группы приуныли окончательно, с недовольством поглядывая на Юлию и пухлого парнишку, которому также посчастливилось попасть в нашу компанию. На щеках последнего от волнения выступили красные пятна, а руки заметно тряслись. Похоже, студиоз был не особо рад свалившемуся на него счастью.

Декан тоже заметил его реакцию.

- Тиций, с тобой все в порядке?

- Я… я… - начал заикаться паренёк.

- Ну? – нахмурился декан.

- Я боюсь не справиться!

Хисат удивился.

- Почему? Ты же прекрасно справляешься с программой. Один из лучших на курсе.

- Но новая программа куда сложнее… - Тиций заломил руки. Пятна на его лице увеличились и, казалось, начали жить собственной жизнью, направляясь куда им вздумается. - Господин декан, я боюсь вас подвести!

- Господин Хисат, - подал голос Максимус, - вы же знаете, Тиций боится любой ответственности. Он стол не в состоянии самостоятельно собрать, не достав всех вопросами. Давайте я в первую группу пойду, а он пусть по привычной программе учится.

- Нет, - отверг предложение шустрого студиоза декан. – Все будет так, как я озвучил. Теперь по поводу аудиторий. Первая будет заниматься в той, в которой занималась группа «А». Вторая уходит в помещение бывшей группы «Б». Так… - Хисат почесал нос. - Что я еще забыл? Ах, да! Расписание занятий для второй группы остается тем же самым, для первой оно поменяется. Добавится еще одно занятие после обеда. Я доведу его до вашего сведения к концу дня. Вопросы?

Я поднял руку, обращая на себя внимание.

- Что такое? – насторожился декан.

- Литература, - подсказал я. – Госпожа де Лорен сказала, чтобы мы вам напомнили про список литературы, который она вам передала. Мы его должны получить в библиотеке до начала уроков.

Хисат схватил себя за бороду.

- Да! Точно! – в его руках появился смятый листок. – Вот, держи, Гарет. Идите в библиотеку и получите книги согласно списка.

- А… - открыл я рот, собираясь уточнить местоположение библиотеки, но декан меня опередил.

- Юлия проводит вас. Все, мне некогда. Скоро начинаются занятия, а мне еще методички забрать нужно.

Хисат резко развернулся, отчего полы мантии взмыли в воздух, и трусцой посеменил в сторону калитки, через которую мы попали на поле.

- Странный он какой-то, - шепнул мне Содер.

- Больше похож на клоуна, чем на могучего темного мага, - тихо согласился я.

Между тем часть студиозов с недовольным видом побрела в противоположную сторону, смерив завистливыми взглядами оставшихся с нами. Юлия, Тиций и третья девушка, имени которой мы пока не знали, выжидательно уставились на нас, определив за мной и Содером роль лидеров.

- Веди нас в библиотеку, - обратился я к Юлии.

Девушка кивнула и двинулась к зданию в сторону неприметной двери, которую я разглядел не сразу. По пути мы опросили ребят, как у них организованы занятия, есть ли в Академии тренировочные площадки, где расположены общежития и столовая, кто из преподавателей самый вредный и требовательный, а кто самый добрый. В общем, задали все те вопросы, которые всегда интересуют любого студиоза, попавшего в стены другого учебного заведения. Естественно, обо всем расспросить не успели, отложив это дело на после занятий.

Первым уроком оказалась общая теория магии, которую пришел проводить дряхлый дедушка, по возрасту вполне способный дать фору ректорам обоих Академий. Я поначалу расстроился, но после того, как дедушка представился, мое настроение резко поднялось. ОТМ нам будет читать сам Дав де Девил! Известнейший теоретик, автор нескольких серьезных научных трактатов, он считался самым опытным и умным темным магом во всех десяти королевствах, уступая по силе лишь нескольким архимагам, включая де Ларанга. Де Девил являлся уроженцем Ураласа и в последнее время проживал отшельником где-то далеко на севере. Оставалось только гадать о причинах, заставивших оставить привычный образ жизни, переехать в Тардинское королевство и начать преподавать в Яльской Академии.

Как позже выяснилось, наши одногруппники тоже видели его в первый раз. Это позволило сделать однозначный вывод – почтенного мага попросили вести занятия именно в нашей группе. Похоже, де Ларанг и на самом деле всерьез озаботился подъёмом уровня знаний студиозов.

На уроке мы выслушали длинную лекцию по комбинаторике, в которой был поднят вопрос формирования очередной группы сложных заклинаний. В нее вошли более совершенные поисковые плетения и защитные поля, отличавшиеся по построению от обычного кокона, доступного второму курсу. По словам мага, на основе этих структур лучшие из нас впоследствии научатся делать еще более совершенные заклинания, модификации которых используются состоявшимися магами уровня седьмого круга и выше.

После де Девила к нам в класс пришел некромант, магистр Дорнах де Никорус, посвятивший нас в основы работы сразу с несколькими представителями нежити. Дал нам теорию по контролю и не забыл упомянуть, что на практике мы освоим ее еще не скоро.

К концу занятий наши головы гудели от переполнявшей их информации, которую мы с Содером горели применить на практике.

- С ума сойти! – рухнула на стол Юлия, когда некромант покинул класс. - Нам никогда не давали столь много! Когда нам все это учить?

- Чего тут учить-то? – я аккуратно сложил тетрадки на полку, имевшуюся под столешницей. – Пока не научишься применять, не запомнишь. Главное, практика.

Тиций всхлипнул.

- Говорил же декану, я не справлюсь…

- Соберись, тряпка! – хлопнул его по спине Содер. – Ты справишься!

- Я, конечно, извиняюсь, но осмелюсь возразить, что вы не знаете ни моих способностей, ни…

- Хорош спорить! – я последовал примеру Содера и тоже хлопнул пухлого по спине. Только сильнее. Даже слишком, поскольку Тиций взвизгнул и поспешил отпрыгнуть. – Пойдем лучше обедать. Показывайте, где тут у вас хавчик!

- Что? – не поняла Явинта. Вторая девушка в нашей группе. – Что такое хавчик?

- Э-э-эй, темнота-а-а… Это так еда называется. Ну? Что стоим, глазами хлопаем? Кого охраняем? Погнали!

Столовая располагалась на первом этаже корпуса, не имевшего границ с тем внутренним двором, на котором проходили построения. Ее окна выходили на две стороны – на улицу, за которой тянулась красивая набережная реки Окочи, и на внутренний двор, расчерченный тремя тренировочными полями. По периметру центрального из них располагались трибуны, указывая на то, что временами на нем проходили то ли официальные события, то ли какие-то соревнования.

- Нам туда, - потянула нас Юлия к дальнему концу столовой, где я разглядел две линии раздачи.

Поначалу на нас никто не обратил внимание. Затем наши лица рассмотрел студиоз, сидевший за столиком в компании пятерых товарищей, и толкнул ближайших, которые, в свою очередь, оповестили остальных соседей. Почти сразу умолк второй столик. Сидевшие за ним студиозы пялились в нашу сторону открыто, нисколько не стесняясь. Третий столик, четвертый… По мере того, как мы продвигались по залу вперед, в зале становилось все тише и тише, и вскоре установилась тишина. Даже дородные поварихи на линиях раздачи прекратили махать половниками и с интересом вытянули шеи, наблюдая за нашим приближением.

Мне стало не по себе. Содер, судя по его физиономии, тоже ощущал себя не в своей тарелке. Сопровождавшие нас одногруппники побледнели и постарались казаться незаметными, спрятавшись за нашими спинами, хотя никто на них не смотрел.

- Всем привет! – первым нашелся я и жизнерадостно помахал рукой, поочередно поворачиваясь во все стороны.

- Привет! – засверкал фирменной улыбкой Содер.

Наши действия словно прорвали плотину – многие замахали руками и заулыбались в ответ, несколько десятков студиозов поднялись со своих мест и обступили нас плотным кольцом.

- Привет! – пробасил белобрысый здоровяк в светлой мантии, оттеснив всех в сторону. Его рожа, в повседневной жизни явно привыкшая к высокомерному выражению, всеми силами старалась излучать дружелюбие. – Кайл де Тренозар! Парни, в выходные я устраиваю вечеринку. Если не придете, обижусь!

Пожав его лапу, я попытался вежливо отказаться, сославшись на кучу дел, но Содер меня перебил.

- Обязательно будем, Кайл! – громогласно пообещал он. – Надеюсь, на вечеринке все будут в прикиде от Диди Аткусона?

Кайл икнул от восторга.

- Конечно!

Все ясно. Мой друг озаботился продвижением нашего бренда одежды среди прослойки аристократов, даже не подумав согласовать способы продвижения со мной. Действительно, зачем со мной что-то согласовывать? Или хотя бы заранее ставить в известность. Ничему его жизнь не научила. Мало нам происшествия с магессами, когда он вытряхнул из принесенной мною коробочки легкий наркотик и насыпал в нее своей дряни. Обсуждали же, что если так пойдет и дальше, мы еще не раз попадем в неприятности. Вроде договорились действовать сообща, а он опять попер по старым лекалам. Решив высказать Содеру свое мнение позже, наедине, я с улыбкой обратился к следующему студиозу, тянувшего граблю для рукопожатия.

Познакомившись с десятком юношей и девушек, мы приняли еще одно приглашение, пообещав быть через выходные на балу у некоей Эльзы рон Врагмор, после чего в шутливом тоне взмолились о пощаде, попросив дать нам пообедать.

Народ оказался понятливым. Все от нас отстали, с видимым сожалением заняв свои места. Набрав полные подносы еды, мы впятером расположились за свободным столиком у окна с видом на набережную. Обед, за которым мы с Содером продолжили расспросы одногруппников, постаравшись упаковать их в непринужденную беседу, занял у нас непозволительно много времени – около часа. По этой причине на третье занятие по боевой темной магии мы уже бежали.

В большой зал, где должно было состояться занятие, мы ворвались вместе со звонком. У всех остальных студиозов, включая седьмой курс, началось сампо, и только мы отныне были вынуждены заниматься после обеда.

В зале нас поджидал темный маг, представившийся магистром Джаном де Талином. Лысый, с хищным лицом и острым носом, темными проницательными глазами, в которых светился ум, он вполне соответствовал моим представлениям о темном маге. Как и декан, по силе соответствовал девятому кругу. Любопытно, почему возглавлять факультет доверили не ему, а болтливому и неуклюжему де Орхону?

При виде Джана наши одногруппники заметно стушевались. Тиций даже едва слышно произнес что-то вроде «только не демон».

- Ну, что, немощные? – с усмешкой воскликнул магистр. – Готовы к напряженной учебе?

- Угу, - отозвались мы.

Я и Содер уверенно, остальные натянуто и грустно. Неужели такой жесткий препод? Почему же нам о нем до сих пор не рассказывали, хотя мы прямо спрашивали о каждом местном сатрапе?

- Эй, ансамбль народных песен и плясок из Гардаграда, - магистр подошел к нам с Содером. – Где вы так ауры прокачали?

- Мы не знаем, - отозвался я. – Они после посещения Проклятых земель увеличились. Магистр Драгомир сказал, что мы длительное время держали около себя какой-то могущественный артефакт.

Джан кивнул.

- Это написано в ваших характеристиках из гардаградской Академии.

Зачем тогда спрашивал, если все прочитал из характеристик? Однако вслух я свой вопрос не озвучил.

- Выжили в Проклятых землях, показали отличные результаты в учебе, включая боевую магию, - маг резко развернулся и вышел на центр зала. – Идите сюда. Оба.

Мы с Содером переглянулись.

- Вы это нам? – осторожно переспросил американец.

- Ты тупой? Конечно, вам! Конкретно тебе и конкретно твоему дружку.

Мы шагнули вперед. Прошли несколько метров, и магистр шевельнул рукой. В тот же миг вокруг нас образовалось защитное поле, выглядевшее как гигантский полупрозрачный пузырь, накрывший собой почти половину зала. Кроме меня и Содера в пузыре оказался магистр.

- Нападайте на меня, - приказал он.

- Вы хотите устроить с нами спарринг? – на всякий случай уточнил я.

Магистр криво ухмыльнулся.

- Спарринг? А вы сможете мне навязать спарринг?

- Нет, - однозначно ответил Содер.

- Верно. Будет избиение младенцев. Нападайте!

Избиение? Как я понимаю, наше. Он совсем псих? При таком раскладе я не буду на него нападать. Содер придерживался такой же логики.

- Что? – язвительно спросил магистр. – Совсем в Гардаграде ничему не научили? Или боитесь?

Мы благоразумно молчали.

- Парни, сдается мне, вы не были ни в каких Проклятых землях. Там такие трусливые не выживают.

В ход пошли оскорбления. Ожидаемо. Магистр хочет вывести нас из себя. Хочет заставить злиться. Чтобы мы потеряли над собой контроль и ударили в полную силу. С легкостью отобьет все наши потуги, которые с его стороны будут выглядеть жалкими, а потом ударит в ответ. Сильно, вынудив нас обороняться изо всех сил. Скорее всего надавит ровно настолько, чтобы наша защита не выдержала, и мы отхватили порцию "приятных" ощущений. Не смертельную, и даже не опасную для здоровья, но удовольствия будет мало.

- Я не трус, но я боюсь, - изрек я. – Господин магистр, не поймите меня превратно, но мы не горим желанием получать по роже. Пусть даже в учебных целях.

- Да, да, - поддакнул Содер. – Это, знаете ли, не слишком приятно.

Глаза магистра от удивления слегка расширились.

- В смысле, не горите желанием? Охамели вконец? Атакуйте, я вам говорю! Это приказ! И если я сочту, что вы работаете не в полную силу, экзамен вы у меня не сдадите вплоть до седьмого курса! Будете вместо отпусков сидеть в Академии, как неуспевающие!

Прозвучавшая угроза была серьезной и возымела моментальное воздействие. Прикрывшись защитными коконами, мы устремились вперед, занимая позиции с разных сторон.

- Ну, наконец-то… - растянул губы в жуткой улыбке магистр и тоже прикрылся коконом.

Простейшим, вскрыть который мы с Содером вполне могли.

Яль

Академия Магии

Кабинет ректора

Ректор с интересом взирал на развернутую над его рабочим столом проекцию тренировочного зала, где два студиоза всеми силами пытались достать магистра Талина. Кроме ректора в кабинете присутствовало еще два мага, удобно устроившихся в креслах за длинным «Т»-образным столом для совещаний. Также, как и хозяин кабинета, они увлеченно наблюдали за происходившими в тренировочном зале событиями.

- Может, мы зря привлекли Джана? – поморщилась декан факультета Стихии Воздуха Паула де Лорен, когда упомянутый ею магистр легко отразил довольно примитивную атаку Гарета и мощно ответил, использовав небезызвестный «Клинок Бездны».

Под его воздействием защита студиоза-второкурсника распалась, и он получил мощнейшую оплеуху, от которой отлетел далеко в сторону. По тренировочному залу прокатился болезненный вопль.

- Да, - пожевал губу Гораций де Бурус, бессознательным жестом оправив полы своей мантии.

Нынче он занимал ответственный пост заместителя ректора по учебной и воспитательной работе, а потому в какой-то мере нес ответственность за подбор преподавателей для той или иной учебной группы. Разумеется, он был против того, чтобы привлекать к учебному процессу настоящего боевого мага, руководившего крупным подразделением магов на границе с Южным блоком. Обычно Джана де Талина привлекали только для организации практических занятий у седьмого курса. Да и то, ближе к выпускному. Причем де Талин проводил свои занятия столь жестко, что все курсы, начиная с первого, с содроганием и страхом ожидали своей практики на седьмом курсе!

Однако ректор настоял на предложенном им самим решении. Гораций поначалу всерьез надеялся, что Джан, обычно выражавший недовольство своим отвлечением на проведение практики у семикурсников, откажется от роли преподавателя у студиозов более младшего курса, которых он всегда называл «бесполезными опарышами». Но, увы, надежды так и остались надеждами. Как только ректор сказал Джану, кого он должен обучать, а после этого показал ему их характеристики, в которых помимо всей прочей стандартной шелухи содержались сведения о посещении Проклятых земель, об обладании талантами в двух направлениях магии, о поручении короля возглавить отряд, который летом пойдет оказывать «посильную» помощь кордам… Хорошо, что еще не написали, что баронеты не являлись уроженцами этого мира!

Но и того, что содержалось в характеристиках хватило, чтобы Джан согласился без раздумий, заявив, что сделает все от себя возможное, чтобы Содер и Гарет вернулись из королевства кордов живыми. А если повезет, то еще и невредимыми.