Непокорная для Демона

— Да-да! Сейчас!

— Настя! — девушка подходит ко мне, прижимая к груди ноутбук. — Сможешь пробить, где сейчас находится?

Она кивает. Рита диктует номер, а Настя уже стучит по клавишам.

Зачётная девочка. Таких надо держать при себе. Подхожу к Владу.

— Если она закажет тебя — ты не переживай, я о ней позабочусь. Таких специалистов нужно держать рядышком.

Друг злится.

— Да что ты говоришь! А давай я сам о ней позабочусь!

— Смотри, если обидишь девочку — будешь иметь дело со мной.

Он хотел что-то ответить, но к нам подошла Настя.

— Спасибо большое. Телефончик свой забей, — протягивает мне свой телефон. — Я могу позвонить даже ночью.

— Без проблем, — говорю ей, забивая свой номер.

— Адрес. Последний сигнал — по крайней мере, оттуда, — показывает карту. — Можно с вами?

— На хрена, Настя? — рычит Влад.

— А вдруг там тоже мои услуги понадобятся?

— Да. Влад, она права. У меня до встречи меньше четырёх часов осталось.

Отправляю Настю с Владом пока на улицу. Мне ещё с Ритой закончить надо.

— Шеф, что с этим делать? — кивает на Илью.

— В утиль.

— А с этой? — спрашивает Серый.

Я сажусь на корточки рядом с Ритой. Слышу её прерывистое дыхание, чувствую запах её страха.

— А с этой? Рит, ты же у нас трахаться любишь. По глазам вижу — любишь. А знаешь, где самые голодные мужики? Вижу, поняла, — поднимаюсь в полный рост.

— НЕЕЕТ! — кричит Рита и начинает ползать на коленях. — НЕЕЕТ! Демьян, пожалуйста! Я ж ничего не сделала! Я не хотела! Прости меня!

— Заткните её уже чем-нибудь. Серый, тут за главного. Эту — на зону. Порадуй там наших. Перед отправкой можете сами попользоваться. Сосёт она отменно.

Бросаю последнее и ухожу вместе с Маратом. Даю ему указания, чтоб наших подтягивал, называю ему адрес. Надо телефон купить — полезная вещь, однако. А то свой то я разхуярил.

Только через полчаса подъехали к нужному дому. Ебучие пробки. Возле подъезда пахнет гарью и пылью. Махнул своим, чтоб за выходами следили. Настя подрывается с нами идти, Влад её в машине запирает. Поднимаемся к нужной двери. Вышибаю хлипенькую дверь с одного удара — она слетает с петель с глухим грохотом. В ванной слышится шум воды. Открываю.

СУКА! ЧТО МНЕ ТАК ВЕЗЕТ ТО!

Глава 12

Кажется, я задремала. Дергаюсь от скрипа тяжелой двери — металл противно визжит, эхо разносится по каменному мешку. Резко открываю глаза. Тут же сажусь и прижимаюсь к стене, закутываюсь сильнее в тряпку. Стена холодная, шершавая, она впивается в спину через тонкую ткань. Прикидываю, сколько времени могло пройти. В комнату заходит старик. Вижу по его лицу, что чем-то недоволен. На нем костюм серого цвета, дорогой, но мятый. В руках трость — он постукивает ей по полу, отстукивая свой ритм. Звук глухой, монотонный, он раздражает, как капающая вода.

— Да! Не любит тебя твой мужик, — выдает, растягивая слова.

Ой, блин, ты, дедушка, прям Америку мне открыл. Но в ответ ничего не говорю. Молчу. Живот начинает болеть, потягивает — тупая, ноющая боль. Опускаю руку на живот, как будто это поможет защитить малыша. Я глажу его, успокаивая себя.

— Я ведь хотел по-хорошему, а он не понял. Искать тебя начал, — он начинает ржать. Смех его хриплый, влажный, он разносится по комнате, отражаясь от голых стен. — Завод ему важнее тебя оказался. Ну что ж! Видит бог, я хотел по-хорошему. Но этот щенок по-хорошему не захотел. Так что прости, девочка, к тебе у меня никаких претензий нет.

— Ну тогда отпустите меня. Я вам ведь ничего не сделала, — шепчу, слезы выступают на глазах.

— Ты просто оказалась не в том месте, не в то время. Так бывает.

Я молчу. Тут и идиот бы догадался — мне выносят приговор. Только бы боли не было. Внутри всё сжимается — от страха, от холода, от безнадежности.

— Прости, не могу долго оставаться — у меня самолет. Но ты не унывай, Рашид все сделает быстро. А может, и нет.

Старик пошел на выход, улыбаясь своей шутке. В дверях сталкивается с тем самым Рашидом.

— Она твоя!

А я понимаю — это конец. Это мой конец. Где же ты? Ты же сказал, что меня никто не обидит. Сердце колотится где-то в горле, в ушах шумит кровь.

Мужик да