В Духовной Лагуне

Юлия Гусева

В Духовной Лагуне

В Духовной Лагуне

Там, где сходятся война и мир,

где правят боги, оставленные занебесными отцами,

где не бывает, скажут смертные, чудес,

там происходят перемены.

– Рейстмар Лучезарный

Пролог

Глава 1. В гостях у Соломыча

Утро выдалось туманным, промозглым и холодным. С серого неба начал накрапывать дождь. Пуймур пробудилась внезапно. Место Созина пустовало, а снаружи доносились голоса.

Выйдя из палатки, Пуймур была удивлена появлением старого знакомого. Малефиус выглядел жалко и обречённо. Что бы он теперь не предпринимал, никто его не простит. Последняя их встреча на празднике в Сапфировой Сальвере для этого пройдохи несладко закончилась.

– Если уж твой ненасытный пытливый ум так желает разгадать, что находится в моём сундуке, то только я один могу провести вас к кое-какому источнику. – не сдавался Малефиус и с лисьим прищуром поглядел на подходящую к ним Пуймур.

Он заметил, что дождевая вода как-то по-особому стекает по её коже. Ему даже показалось, что некоторые капли будто поднимались обратно к небу.

– Не дразни меня, предупреждаю первый и последний раз. – с внушительной серьёзностью сказал Созин. Кулаки так и чесались, но он знал, что из него никудышный боец, а припугнуть неприятеля в любом случае стоит. – Пошёл вон.

Малефиус вдруг опустился перед Пуймур на колени, жалостливо продолжая свою тираду.

– Милостивая госпожа! – взял Пуймур за руку, но зиждительница отдёрнула её, словно обожглась. – Дозволь хотя бы ты! Я знаю, что вы ищите, только я один могу…

Как внезапно Малефиус получил пинок под зад. Созин схватил его за плащ и поволок по сырой земле, дождь стал моросить сильнее. Пуймур сочувственным взглядом проводила Малефиуса, не желая даже думать о том, чтобы он стал попутчиком. Его речи сладки и жалостливы, но насыщены ложью.

– Как он нас нашёл? – спросила Пуймур, подождав, когда Созин вернётся.

Муж был раздражён.

– Откуда мне-то знать? Вот если ещё раз этот недомерок мне попадётся на глаза, то в чан с кислотой его макну.

– В кислоту? Это уже перебор даже для тебя. – А затем Пуймур с улыбкой наклонила голову. – Впрочем, это довольно забавно. У нас с Отравителем токсичные отношения.

Созин вздохнул, приобнимая её за плечо.

– Фульгуриту нужно выдать медаль за то, что он научил тебя плохим каламбурам.

И они оба рассмеялись, заходя в палатку. Пуймур начала причёсываться, ведь поднялась резко, не успев привести себя в порядок и всё ещё чувствовала сонливость. Она в зеркальце увидела, что Созин решил разогреть остаток вчерашнего ужина.

– Так чего Малефиус хотел?

– Ему взбрело в голову стать нашим компаньоном. А заодно он дразнил меня, что знает о содержимом сундука Фульгурита и о расположении некоего источника, который нас заинтересует. – Он настроил переносную печь для приготовления, как раз предназначенную для походных условий, а затем повернулся к жене.

– Он слишком непредсказуемый попутчик, не отрицаю, но может следовало всё-таки согласиться. – задумчиво ответила она.

Созин в несогласии покачал головой.

– Не жалей лицедея с чашей яда. – предупредил он.

Пуймур понравились его слова, она решила их запомнить, чтобы передать Рейстмару, который до их ухода в экспедицию начал эпическую поэму. Наверняка эта фраза тоже придётся такому талантливому романтику по душе. Супруги услышали, как снаружи зашумел ливень.

– М-м. – задумчиво промычал Созин.

Пуймур перекинула заплетённую косу за спину, оставила зеркальце и расчёску, подошла к мужу.

– Ну так что, возвращаемся домой?

– Нет. Когда ещё мы вдвоём попутешествуем? – Созин наклонился, чтобы поцеловать её, как вдруг на печи брякнула крышка котелка. Пуймур поспешила убрать его, пока ничего не пригорело.

– К тому же ребятам нужно дать отдохнуть от нас, – продолжил свою мысль Созин. – А мы пока подыщем для них, ну, и для нас с тобой, такой мир, где будем чувствовать себя как дома. Мне ещё нужно испытать кое-что. Предполагается, что эти штуки помогут нам быстрее перемещаться по уже пройденным местам.

– И когда это ты с Рейстом успел сделать эти «штуки»?

Пуймур стала накрывать на стол.

– На рыбалке. А то ты не знаешь.

– По-моему, ты Рейсту изнурительные поручения выдавал, а не изобретал что-то секретное. Он с Конни и дочкой почти не видится.

– Это часть его обучения, чтобы раскрыть свой божественный потенциал, дорогая моя. Творческая жилка, это, безусловно, его стезя, но вот связь Рейста с магией меня поражает больше всего. Он может стать таким же, как мы. А может пойдёт дальше. Такой алмаз просто необходимо огранить.

– Ты не боишься, что такие амбиции могут привести к необратимым последствиям для самого Рейста? Это просто убьёт его.

– Несомненно! В этом и суть. Я даю себе отчёт. Если что, я смогу воссоздать ему душу, как уже ранее это проделывал.

– Или ты потакаешь своим наивным представлениям о том, в чём никогда не разберёшься с таким отношением. – Она немного помолчала. – Ладно, давай садиться за стол.

Немного позже они собрались в путь, зиждительницу ничуть не пугала непогода, которая к этому времени усилилась, а вот Созин хотел переждать ливень. И как же он счастлив, что его мечта путешествовать вместе с Пуймур сбылась.

Они бы так и болтали о том о сём, пока не увидели вспышку портала. Любопытство победило здравый смысл. Супруги направились в ту сторону, где находился крутой обрыв. Пробравшись через кусты, Созин увидел еле заметные расплывчатые силуэты, а Пуймур – старых знакомых силь’ма.

Зиждительница быстро подошла к ним, чтобы помочь подняться. Они были напуганы. Амба и Калир поблагодарили её.

– Почему вы не в Царстве Слёз? – спросила Пуймур у двух сэвэнов. Она считала, что навсегда позабудет родной язык, вероятно, по счастью, ошибалась.

– Мы повстанцы, – ответила Амба. – Вернее, последние, кого только что не убили эти слепые преты. Портал отправил нас сюда. Вероятно, по воле судьбы или… Великого Духа. Дукс Пуймур, ты не представляешь, как всё переменилось, когда ты посмела бросить вызов царице!

– Не сейчас, Амба. – вмешался Калир. – Во имя нашей родины, дукс Пуймур, помоги! Ещё не поздно всем силь’ма прозреть, как это сделала ты!

Созин подошёл к ним, озадаченно глядя на две расплывчатые фигуры. И вздохнул. Пуймур перевела на него встревоженный взгляд.

– Это Амба и Калир, мои гастаты, которых я воспитала, пока жила в Царстве Слёз. Они – последние выжившие повстанцы, сбежавшие через портал от преторианцев, личной гвардии царицы. И просят о помощи.

Она знала, что Созин в целом к политике негативно относится, но речь идёт о защите Царства Слёз от тирании царицы. Это её родина, с которой у Пуймур до сих пор неразрывная связь.

– Хм, не страшно возвращаться, зная, что царица едва нас обоих не убила?

– Конечно страшно. Но остаться в стороне, когда родной мир нуждается во мне, будет неправильно. Ты пойдёшь со мной снова? Участвовать в повстанческих делах я тебя не прошу, ты всё равно не можешь видеть силь’ма, просто будь рядом, пожалуйста.

– Как скажешь. Без силы гимнов ты справишься?

– Разумеется. И… – Она не могла больше утаивать своё желание от него. – Я всегда мечтала показать тебе Царство Слёз при более спокойных обстоятельствах. Есть и другие места, помимо моего дома. Я хотела бы, чтобы мы поселились в одном из миров.

– Посмотрим. – задумчиво сказал Созин. – Как вы втроём будете выступать против царицы?

С этим вопросом не поспоришь. Пуймур обратилась к ждущим силь’ма.

– Вы заручались поддержкой других? Неграждан-сэвэнов? А что насчёт эндуров?

Они отрицательно покачали головами.

– У нас был «крот» из эндуров. Я видел его, когда он спокойно избежал бойни в нашем убежище, а преторианцы не тронули его. – совестливо ответил Калир, ругая себя, что раньше не распознал «крота».

– Не все сэвэны готовы выступить против царицы, многие её власти и присутствия не замечают, а мы, граждане, страдаем. – дополнила Амба.

– Я помогу вам, не волнуйтесь. – заверила Пуймур и радостно улыбнулась Созину.

Он отметил, что несмотря на не самое хорошее прошлое, Пуймур счастлива вернуться в Царство Слёз. Или же она хочет внести свою лепту в свержении царицы? Созин был обижен: он почти ничего не знает о прошлом жены, а она о нём – почти всё.

***

Когда они вошли в золотистый лес, Созин достал небольшой предмет, похожий на камень вытянутой формы с острыми гранями, а затем оставил парить прямо в воздухе. Созин резонировал с камнем, тот засветился и принял эфемерную форму якоря.

– Ты это назвал «штукой»? – с любопытством спросила Пуймур, рассматривая неяркий бирюзовый якорь со всех сторон.

– Да. – подтвердил Созин. – Рейст сказал, что это телепорт, который позволит оказываться в том месте, где мы уже были, если, конечно, установить и резонировать с ним заранее. По словам нашего романтика телепорт должен быть надёжнее, чем порталы, почти как переносные звёздные мосты.

– Вы молодцы. – похвалила Пуймур, и Созин уловил, что она флиртует. – Интересно, в какие места мы теперь сможем перемещаться? Ты умный мужчина, а умные, как известно, опасны. За тобой мне придётся следить тщательнее.

– Попробуй. – многозначно улыбнулся Созин. И глянул на расплывчатые тени рядом с женой. – Твои соплеменники нас точно не понимают?

– Можешь быть уверен. Прости, если я поменяла наши планы.

– Иногда смена обстановки бывает полезна. Ты знаешь, где мы? И куда идём?

– Это Форé Миэль, Медовый Лес. Мы, судя по всему, в западной его части, а до деревни Дорюр несколько часов пути. – с большой радостью ответила Пуймур. – Здесь обитают как чудовища, так и весьма необычное для тебя племя орфор-сэвэнов. А мы идём искать тех, кто поможет свергнуть царицу.

– Ты часто упоминаешь сэвэнов. Кто они? И кем была ты?

– В двух словах не объяснить… – Она вдохнула, чтобы попытаться рассказать. – Великий Дух создал эндуров, сэвэнов и силь’ма, а ещё многих других. Эндуры это что-то вроде богов, сэвэны – духи-помощники, своего рода ангелы и их разновидности от, казалось бы, неодушевлённых до обычных живых существ, а силь’ма – дети древних вод. Эти воды, согласно преданиям, являются пролитыми слезами Великого Духа, отсюда пошло название моего родного дома… Царство Слёз. Я родилась в одном из древнейших семейств силь’ма, которое некогда породнилось с семьёй эндуров. Я не придавала этому значения, возможно, во мне больше крови предков-эндуров, но мне привычно считать себя силь’ма. А вот Амба и Калир – аир-сэвэны, жители речного города. Как-никак я обучалась десять тысяч лет, могу тебе всё рассказать.

– Впечатляет, только я всё равно не понял.

Так за неспешным разговором они вышли на главную дорогу, но её перегородили странные существа, с которыми Амба и Калир без труда справились.

После небольшого привала, когда Пуймур собирала остатки еды, то увидела чью-то шляпу. Ветер резво подхватил головной убор и поднял выше. За ветки дерева, зацепившись, висело опустошённое тело орфор-сэвэна, солома давно из него разлетелась. Амба проследила за взглядом Пуймур и тоже увидела выпотрошенного сэвэна.

– Кто бы это не сделал, он пожалеет, что напал на миролюбивого негражданина. – сказала Амба.

Через час они дошли до огромного дерева у дороги, где было подвешено множество опустошённых орфор-сэвэнов. Пуймур с огромной печалью отвернулась. Такое невыносимо смотреть. Стоящий рядом Созин взял её за руку и шепнул: «Держись». Ему вдруг показалось, что один из некогда соломенных сэвэнов пошевелился на ветке дерева.

– Ох… о… Премного уважаемые мадам и месье… Я пуст. Совершенно. И вдобавок вешу на дереве. Помогите, s’il vous plaît! – сказал сэвэн, в котором осталось немного жизни. В его карих глазах-пуговицах не отражался страх, лишь недоумение, как всё так вышло. На удивление, Созин мог понимать его речь и про себя стал именовать Соломычем.

Совместными усилиями бедолагу отвязали от верёвки, собрали разлетевшуюся по округе солому, а затем Пуймур зашила тело сородича. Он поднялся и чуть не упал, но Созин вместе с Калиром помог этому большому во всех смыслах сэвэну устоять. (Хотя такой огромный мешок с соломой мог их придавить. Удача, что этого не произошло.)

– Мерси! Мерси всем вам, мэ шэр зами! – Соломенное чучело постаралось поклониться им, прошлось и махнуло толстой рукой, чтобы все следовали за ним. – Меня зовут Векю. Идёмте. Туда, в мою деревню Дорюр.

– Кто совершил это злодеяние, дорогой Векю? – спросила Пуймур.

Он замедлил шаг, чтобы повернуться к своей новой знакомой. Пусть он и плотно набит, но швы на теле ещё не зажили. Краше Пуймур он никого ранее не видел, а потому не скупился на комплименты.

– Преторианцы, ма бель мадам. – добродушно ответил он.

Амба про себя выругалась.

– Царица решила всех изничтожить! Её саму нужно выпотрошить!

Калир тоже был в гневе и не сильно удивился, когда подруга высказала такую страшную мысль. Дневное солнце почти догорело, опускаясь за высокие макушки золотистых деревьев. Вскоре перед путниками показалась разорённая деревня, но ночевать соломенный сэвэн повёл всех в свой отдалённый дом с водяной мельницей. Здесь Созин и установил второй телепорт с разрешения хозяина дома.

Погасив свет масляной лампы и устроившись рядом с Пуймур в пристройке дома, Созин устало взглянул на жену. После сегодняшних событий она не могла спать из-за переполняющей её энергии. Он тихо вздохнул, видя, что она счастлива. Счастливее, чем ранее. И тяжело молчал, её попытка выяснить, что случилось не увенчалась успехом.

Она принялась целовать его, склонившись над ним. Едва они позволили себе расслабиться, как будто из ниоткуда возник голос Векю:

– Спокойной ночи, мэ шэр зами! Я принёс вас самое тёплое одеяло. Ночи здесь холодные в любое время года.

Он неуклюже подошёл к ним и укрыл.

– Мерси, Векю. – зардевшись поблагодарила простодушного здоровяка Пуймур.

Он потоптался и ушёл неслышно.

Глава 2. Переписать судьбу

Солнечное и прекрасное утро встретило пробудившегося Созина. Он услышал небольшое шуршание. Пуймур рядом не оказалось. А когда стал одеваться, то увидел подошедшего Векю. Здоровяк сообщил, что все ушли по своим делам, а ему требуется помощь по хозяйству.

– Хорошо, скоро подойду. – ответил Созин, и тут Векю понял, что его новый друг опечален. – Как давно Пуймур ушла с остальными?

– Полтора часа назад, мон ами. Мадам рассказала, что хочет помочь освободить Царство Слёз от тирании царицы, а для этого ей нужно объединить всех. Если тебе грустно, давай обнимемся. – здоровяк добродушно раскинул длинные толстые руки, топая к Созину и шурша своим соломенным телом.

– Спасибо, не стоит. Я не в настроении обниматься с живым огородным пугалом.

Векю опустил руки, нисколько не обидевшись на такое грубое сравнение. Другие бы жители деревни не простили Созину этих слов, будь они живы. Соломенный сэвэн с такой же безмятежной улыбкой медленно потопал готовить завтрак для гостя.

Завтракать пришлось во дворе, где у сэвэна также располагалась кухня под навесом. Вскоре Векю привёл Созина к колодцу, который за несколько дней отсутствия хозяина дома перестал давать чистую прохладную воду.

– Как видишь, мон ами, я слишком большой, чтобы спуститься и проверить, что случилось. А вот ты прекрасно пролезешь в колодец.

– Рано или поздно все пробуют на себе роль сантехника…

Векю не понял, что имел в виду Созин. Сантехников в деревне отродясь не бывало.

Вскоре Векю потихоньку спустил Созина на дно колодца. Алхимик обнаружил большой пролом, через который ушла почти вся вода.

– Что там, мон ами? – спросил Векю, присматриваясь к темноте колодца и стараясь не загораживать солнце.

– Здесь будто кто-то пытался сделать подземный проход. – ответил Созин. – Вся вода ушла в подземелье.

– Кель домаж. – отозвался сверху Векю. – А ты мог бы как-то это… исправить?

– Попробую. – невнятно сказал Созин.

В руке у него возник яркий шар, и алхимик шагнул в темноту.

Он внимательно осматривал каменную кладку колодца из прохода подземелья. Нужно сделать алхимические прочные кирпичи, которые при контакте с водой затвердеют. Или алхимическую смесь, но её надо нанести на стены пролома, чтобы при контакте с водой она расширилась и застыла, образуя прочную пробку. Взвесив варианты, Созин остановился на втором.

Помимо глины нужно ещё три ингредиента. Хочешь, не хочешь, а надо идти во мрак подземелья. Во-первых, требуется что-то вязкое, под землёй определённо это можно найти. Во-вторых, нужна кровь, костная мука или «холодная» руда, чтобы обитающие здесь чудовища не подходили близко к колодцу. А вот с третьим ингредиентом могут возникнуть сложности...

Созин установил якорь телепортации, а затем подошёл к обрыву, с которого ручеёк воды стекал в глухую пустоту и где-то далеко внизу журчал.

– Переквалифицироваться, что ли, в авантюристы? – ворчливо сказал Созин, обвязывая верёвку вокруг достаточно крепкого камня, чтобы потом спуститься в плотную пелену мрака и раствориться в ней. – А так получается, что рискую жизнью и делаю бесплатно то, за что можно брать деньги.

Надев страховочный ремень и зацепив карабин за верёвку, он начал спуск.

***

К середине дня Пуймур вместе с Калиром и Амбой пришла в долину Триару́ма. Местные жители встретили их ожесточённой битвой, насилие доставляло этому племени ненормальное наслаждение. Пуймур, конечно, знала об этом, но старалась не поощрять нападавших странному удовольствию. В пух и прах побеждённые триарумцы были только рады этой взбучке, а то уже считали, что полностью одеревенели. Последних врагов они перебили несколько месяцев назад и с тех пор скучали. Многие сожалели, что никто сегодня не умер, потому как триарумцам не страшна смерть – в их долине расположен источник перерождения, который охраняет страж.

Трое путников доказали, что достойны говорить с правителем Триарума, и вошли в поселение. Калир замечал, что Пуймур не особо стремится вести их за собой. А когда они проходили мимо базара, где вспыхнула перепалка между торговцем и его соседом, Амба взяла на себя роль миротворца, чтобы остановить дерущихся.

– До чего же всё прекрасно, – про себя сказала Пуймур. Калир действительно увидел в её взгляде большую любовь ко всем.

– Ты хочешь объединить всех неграждан… – проговорил Калир, пытаясь разгадать её неясный замысел. – Неужели ты сама не выступишь против царицы?

– Нет, я не имею права напрямую вмешиваться в ход истории. Но вы все вместе сможете проявить волю к переменам. – Пуймур посмотрела прямо на Калира. – И ты поведёшь всех за собой, Калир Диоклетиан. Я верю в тебя, верю, что Царство Слёз оживёт, сбросив оковы постоянства.

Она с улыбкой глядела на Амбу.

– При должной дисциплине твоя названная сестра может стать достойным дуксом.

– Не знаю. – со вздохом ответил Калир. – Она не такая, как её погибшие сёстры. Тем не менее, Амба всегда старалась равняться на тебя. Возможно, она когда-нибудь станет дуксом, но не в ближайшее тысячелетие, если, конечно же, удастся свергнуть царицу.

Передав поручения, Пуймур отправилась пешком до дома Векю. Сегодня прекрасный день для неспешной прогулки; телепортироваться прямо к домику нового друга – означает лишать себя любования красотами отчизны. Пуймур больше никогда не вернётся в эти чудесные края, у неё свой путь.

Она предчувствовала что-то.

Великий Дух обратил внимание на Царство Слёз.

***

Созин проблуждал весь день в системе пещер, так и не разобравшись, откуда пришёл, зато познакомился с местными слепыми обитателями: водяницами, пещерными раками, гигантскими пауками. Но даже они не представляют смертельной опасности по сравнению с гулями-трупоедами, колонией микоризов, чьи споры вызывают удушье, или кобольдами, низкорослыми агрессивными существами.

Наконец выбравшись из очередного тесного прохода, казавшимся бесконечным, Созин оказался в небольшой пещере, где с потолка свисали сотни нитей мха, которые тускло светились. Будто звёздное небо под землёй. Он увидел, что пол тоже начинает светиться, стоит лишь сделать шаг, а потом затухает. От вибрации его движений также зажглись причудливые кристаллы.

Перед собой Созин видел большой тёмный камень.

– Уходи. – сказал грубый немолодой голос, эхом отразившийся от стен, взбудоражив всю здешнюю экосистему. Всё ярко засияло. – Здесь запечатана опухоль. И не глупи выпускать её на волю.

Созин не ощущал присутствия того, кто говорил с ним.

– Я везде, – произнёс голос. – Ступай с супругой к Духовным Водам. Там обо всём поговорим.

Свежий воздух овеял чумазое лицо Созина, который сам-то, впрочем, после прогулки по подземелью думал, что отмываться будет ещё неделю. Векю подставил руку, чтобы Созин перебрался на неё и бережно опустил его на землю. Был уже вечер.

– Ты починил? – с надеждой и радостью спросил Векю, топая за Созином.

– Этим я займусь завтра. У меня есть всё необходимое для работы. Пуймур вернулась?

– Несколько минут назад, – ответила она сама, подходя к ним со стороны кухни. – Ты выглядишь…

Она осмотрела Созина, который пробыл весь день под землёй.

– И благоухаю как гнилец. – закончил он за неё. – Знаю.

– Ну нет же! Так нельзя про себя говорить!

Векю шёл позади супругов и про себя радовался жизни. Он остановился у крыльца, задумавшись о прошлом, настоящем и будущем, глядя им вслед. Они уходили к речке. И можно, не торопясь, заняться ужином. Сегодня он угостит своих друзей довольно поздно. Встреча с этими занебесными жителями даст свои плоды в дальнейшем, когда пройдёт много-много лет и деревня вновь оживёт. Векю даже не задумывался над своим возрастом. Раз Великий Дух дал ему при сотворении бессмертие, то значит это кому-нибудь нужно.

Отмываясь в реке, Созин только сейчас понял, что Пуймур вернулась без Амбы и Калира. Она сидела на берегу и протирала его очки, покрытые грязью, пока ждала. Она из-за чего-то опять переживает.

– Где своих друзей потеряла? – поинтересовался он с игривой улыбкой.

– Они остались у местных жителей долины, куда я их привела. Мои воспитанники вполне справятся с поставленными задачами. – Пуймур перестала протирать очки Созина. – Как прошёл твой день?

– Как видишь – в наилучшем виде. Правда запачкался немного. Меня едва не съели чудовища, не отравили ядовитыми спорами ходячие живые грибы, а ко всему прочему меня поймали в плен какие-то бледные квакающие полурослики. Правда, я сбежал от них, но это мелочи. Я чудесно пытался выжить весь день.

Пуймур улыбнулась.

– А потом добрался до пещеры, где ко мне обратился неизвестный. Он сказал, чтобы мы шли к Духовным Водам, там он с нами обо всём поговорит.

Она серьёзно и сосредоточенно вслушалась в его слова.

– С тобой говорил Великий Дух? – Пуймур удивилась. – Духовные Воды – это место, где Он обитает и куда непосвящённым не попасть без Его приглашения. Я знала, что Отец обратится, но только ко мне. – Она снова вздохнула. – Ведь Он доверил мне своё Сердце.

Тут Созин притих, настроение шутить у него разом пропало.

– Думаешь, Род изменил и присвоил оба Сердца себе? – предположил он.

– Вполне возможно. Но мы точно не знаем. Боюсь, как бы Сердце не остановилось… Может поэтому Великий Дух обратился к тебе, чтобы унять свой гнев и не говорить со мной. – Пуймур испугалась и съёжилась.

Они долго молчали, теряясь в догадках. Оранжевый закат окрасил всё в густые жёлто-янтарные краски.

Когда Созин и Пуймур собрались обратно, на горизонте давно мерцали звёзды, а над деревней ползли тёмные облака. Векю оставил для друзей зажжённый свет ламп по тропе к его дому.

Здоровяк угостил их пирогом и чаем на поздний ужин.

– Скажи, Векю, – обратился к нему Созин, – зачем тебе колодец? Тебе ведь не нужна ни вода, ни еда.

– Это для тех, кто придёт после вас. – весело и спокойно ответил Векю. – Раньше у меня было много чужедальних гостей, много друзей, но время забрало всех.

– Сколько же тебе тогда? – тихо и задумчиво спросила Пуймур.

Он предпочёл не отвечать, радостно покачиваясь из стороны в сторону будто в такт песни, которую мысленно пел. Через некоторое время Созин отправился спать, а Пуймур продолжала болтать с Векю, узнавая у него такие подробности, о которых не знала раньше. Потом они заговорили на более простые темы. В какой-то момент Пуймур поймала себя, что сильно утомлена, попрощалась с Векю и тоже пошла отдыхать.

– Лямур э тэрнэль! – нежно произнёс Векю, погасив все лампы.

В отличие от своих дорогих друзей, он не нуждался ни в чём, а потому спустился к скамейке, сел и с удовольствием смотрел на ночное облачное небо, где время от времени проглядывали звёзды. Он как-то мечтал отправиться путешествовать вслед за своими старыми друзьями, но, как и любой другой бессмертный, чувствовал себя заложником данного со дня рождения предназначения.