Солги, что любишь

– Лежи и не дергайся, – недовольно цыкнул Баженов-младший, а рыжая прикусила щеку изнутри, чтобы не завыть.

Судя по виду палаты, по ее размеру, кожаному дивану, стоящему вдоль стены, журнальному столику и пледу с подушкой, лежащим на подлокотнике, она была платной.

События последних дней подкосили здоровье, и сейчас она оказалась в одной клетке с хищником. С голодным зверем, который имел на нее свои виды.

– Совсем за здоровьем не следишь, Лёля…

Приторно-сладкую речь Гордея прервало появление врача.

– О, наша пациентка пришла в себя! – мужчина в белом халате пробежал глазами по датчикам приборов и отключил их. В палате на миг установилась блаженная тишина. – Что же вы за своим здоровьем не следите? Уровень гемоглобина низкий, давление упало… Нельзя так. Вы молодая, красивая, вам еще детей рожать…

На последних словах доктора Баженов-младший едва слышно хмыкнул, а по телу Ольги вихрем пронеслись колючие мурашки.

– Ну ничего. Полежите у нас, прокапаете витаминки и будете как новенькая, – мужчина в белом халате не замечал или специально игнорировал взгляды между пациенткой и ее гостем. А что? Его дело – лечить, а все остальное – мимо, тем более, когда за его работу так хорошо заплатили.

– Спасибо, доктор. Можно мне воды? В горле пересохло.

Бутылка с прохладной водой появилась словно по мановению волшебной палочки, а через час принесли ужин. Контейнеры со стейком и гарниром, салат и даже цветочный чай в термо–кружке доставили явно не из столовой.

– Хватит херней заниматься, – бросил Гордей, глядя на девчонку. Голод и гордость боролись между собой, но громкий звук недовольного пустого желудка заставил рыжую покраснеть и взяться за вилку. – Ешь давай, а то останешься тут надолго.

Она была готова отдать несколько лет жизни за то, чтобы вместо Гора здесь оказался другой брат, но судьба – стерва, которая никогда не шла навстречу Лемешевой. К тому же Марк уехал в командировку, – утром Ольга услышала об этом в лифте от одной из сотрудниц «Титана» – так что чудо не могло свершиться по определению. Все против нее. Черная полоса медленно но верно превращалась в черную петлю и постепенно затягивалась.

– Значит так, я пошел, а ты лежи и выздоравливай, – Гордей оттолкнулся от подоконника и подошел к двери. Обернулся, обжигая пронизывающим взглядом. – И знаешь, что? Давай без глупостей. Палата под наблюдением, твоя одежда и сумка отданы на хранение. Ты получишь их только тогда, когда я приеду тебя забрать. Не вздумай сигать в окно, – он посмотрел на ажурную решетку и подмигнул. – Хотя, об этом уже позаботились. Отдыхай, Лёля.

Это какой-то сюр… Фильм ужасов. Хоррор.

Медсестра унесла пустые контейнеры и выключила свет, оставив только мягкую скрытую подсветку.

Куда бежать? К кому обращаться?

Кому нужны чужие проблемы?

Прятаться – не вариант, для открытого противостояния у Ольги не было ни единого контраргумента. Оставалось одно – плыть по течению и подобрать максимально выгодную стратегию поведения.

– Он даже телефон отобрал! – только что дошло до возмущенной рыжей. – Ну, не отобрал, а оставил в сумке.

– Нет, мы не приносим ваши вещи, в палату – вежливо, но твердо отозвалась медсестра, которая пришла после того, как Ольга нажала на кнопку вызова. – Отдыхайте. Если хотите – смотрите телевизор, – девушка положила на кровать серебристый пульт. – И главное – не расстраивайтесь, во всем есть плюсы. Например, у вас время информационного детокса.

Дверь закрылась.

Лемешева с трудом удержалась от желания разбить пульт об стену, но потом задумалась: а что ей даст телефон? Звонить все равно некому.

Она включила телевизор, нашла старую комедию и нажала кнопку воспроизведения.

Стратегия поведения – быть гибкой, плавной, как вода.

Пусть будет так.

21

Она вернулась домой накануне дня икс. Завтра утром в «Титане» грянет буря, а сегодня...

– Лёля, ты должна заботиться о себе, потому что если этим займусь я, то тебе это может не понравиться, – играя в джентльмена, Гордей предложил руку, но рыжая вышла из машины без его помощи. – Не переутомляйся, дорогая. До завтра. И постарайся сегодня никому не звонить…

Намек был более чем прозрачен.

Мужчина смотрел в спину уходящей девушки. Она не оглянулась, не ответила, молча исчезла, закрыв за собой дверь подъезда.

В серых глазах поселились холод и пустота. Черная космическая дыра, в которой нет жизни.

– Ты хорошо маскируешься, Лёля, но я-то видел тебя живую, настоящую. Знаю, как этот взгляд искрился любовью. Меня ты тоже сможешь полюбить. Не так, как Марка. Иначе.

Ольга чувствовала себя кроликом, попавшим в смертельные кольца удава. Малейшее движение, едва заметный вдох, и удушающие объятия становятся еще теснее, а значит… не надо дергаться.

Как не сойти с ума? Как выжить и не сломаться?

Разряженный телефон демонстрировал черный экран. Подключив его к зарядке, девушка медитировала на мигающий значок батареи…

Ну наконец-то!

Десятки сообщений от Марка, пропущенные звонки.

«Оля, где ты? Что случилось?»

«Почему не отвечаешь?»

«Тебя нет дома. Оля, я волнуюсь»

«Я приеду, напиши, где ты»

Хоть кто-то в этом мире волновался за нее, а не за кошелек. Лемешева грустно улыбнулась, поглаживая пальцами экран. Прикосновение к буквам – как прикосновение к Марку. Обман воображения, иллюзия, за которой было так уютно прятаться.

Она долго собиралась с мыслями. Писала текст, потом стирала, глядя в пустоту. Нужно поставить точку, отпустить себя и его. Но как это сделать, когда они срослись, как сиамские близнецы?

Приходилось резать по живому.

Рыжая нажала на значок микрофона и оставила голосовое сообщение.

«У меня были небольшие проблемы со здоровьем, но сейчас все в порядке. Встретимся завтра на работе. Целую. Люблю»

Отправила.

Целую.

Люблю.

В последний раз.

И отключила телефон, чтобы не читать ответ, не рвать душу.

После тяжких ночных дум ад, что творился с самого утра в офисе, казался продолжением банкета. Лемешева сидела за ноутбуком, с тоской глядя на пустующий стол напротив. Даша Шелест ушла тихо, без прощальных посиделок и дружеских объятий.

– Тендер ушел… «МорСтрой» перехватил… Этого не может быть…

Офис бурлил, как растревоженный муравейник, в который ткнули палку, а рыжая тупо смотрела в монитор, в ужасе осознавая одно: слова Гордея начали воплощаться в реальность.

Она так надеялась, что младший брат не пойдет против старшего, что мерзкий план останется на уровне угрозы, но нет. Случилось. Произошло. Если Гор проигнорировал интересы Марка, да и семьи Баженовых в целом, то в таком случае чего стоит судьба девчонки, за которую некому вступиться?

Паук наиграется, высосет из жертвы все соки и выбросит пустую оболочку.

Фиаско? Нет, полный пиздец!

После обеда Марк на мгновение мелькнул в коридоре, махнул приветственно рукой, улыбнулся и исчез. В окно Ольга видела черный седан, который увез босса и любимого мужчину.

– Наверняка отправился выяснять детали тендера. Марк не из тех, кто легко сдается.

В конце рабочего дня на телефон прилетело сообщение от неизвестного номера.

«В восемнадцать ноль-пять жду у крыльца. Не опаздывай. Гордей»

– Даже подписал, чтобы не было сомнений, – хмыкнула рыжая, выключая ноутбук и вешая сумку на плечо. – И пять минут дал на сборы. Заботливая мразь.

Белоснежный седан вез девушку в неизвестном направлении.

– Гор, зачем? Что ты делаешь? Мы так не договаривались! – запаниковала Ольга, едва машина сменила курс.

– А мы вообще ни о чем не договаривались, Лёля. С сегодняшнего дня ты будешь жить у меня, а через неделю сыграем свадьбу.

– Какую свадьбу?! Ты чокнулся! – она дернула за хромированную ручку двери, но Гор улыбнулся и качнул головой.

– Не надо так делать. Это опасно, ведь ты можешь выпасть на дорогу, глупышка, – Ольгу трясло от бешенства. Сейчас она предпочла бы вылететь под колеса авто, а не сидеть рядом с хладнокровным ублюдком. Ее план оставаться спокойно летел ко всем чертям.

– Кроме того, дверь заблокирована. Потерпи, осталось недолго…

– Выпусти меня!

Внезапно седан резко перестроился в правую полосу и остановился, мигая аварийкой. Игнорируя возмущенные сигналы машин, что начали скапливаться за ним, Гордей повернулся к девушке.

– Лёль, мне эта херня надоела! Я могу тебя выпустить хоть сейчас, но уже через пять минут вся информация будет передана в компетентные органы, а через пятнадцать тебя заберут в машину с решетками на окнах, – в синих глазах Баженова-младшего сверкал лед, в голосе – металл. – Сегодня ты собственными глазами видела, что я не шутил, поэтому прими решение: ты выходишь из машины или остаешься?

Это был выбор без выбора.

Рыжая смахнула с ресниц соленую влагу и стиснула зубы. За решеткой у нее точно не останется шансов на то, чтобы изменить ситуацию, поэтому…

– Едем.

– Хорошая девочка, – довольно кивнул Гордей, отключил аварийные огни и перестроился в нужный ряд, без оглядки подрезая соседние машины.

Пентхаус… она уже догадывалась, что у младшего брата будет похожее жилье. Даже стили совпадали, только площадь оказалась больше. Кто бы сомневался…

– Входи, осматривайся, располагайся, – командовал мужчина, проходя в гостиную прямо в ботинках. – Твоя комната тут, – он ткнул пальцем в одну из дверей. – И сходи помойся, от тебя воняет офисом и работой.

Гор поморщился, словно речь шла о вони с помойки или из могилы.

– У меня нет одежды. Ты сдернул меня прямо с работы, так что…

– В шкафу все есть, просто разуй глаза, Лёля, – хмыкнул мужчина, скрываясь в соседней комнате. – Приведи себя в порядок и будем ужинать.

Одежды было много. Брендовая, с ярлыками, она висели на на плечиках и лежала аккуратными стопками на полках.

– Я – кукла… Игрушка для психа, – Ольга стиснула зубы, не позволяя себе расплакаться, схватила белый комплект белья и ушла в ванную комнату.

Капли теплой воды падали на спину, стекали по лицу, но не могли смыть состояния обреченности. Закутанная в белый пушистый халат, рыжая вышла из своей комнаты в гостиную.

Дверной звонок ударил по нервам, заставил вздрогнуть.

– Лёля, открой дверь!

– Я просила не называть меня этим дурацким именем! – вспыхнула Ольга, но Гордей только хмыкнул в ответ. Она снова повелась на его провокацию, а значит цель достигнута.

Невидимый гость все не унимался, звонок разрывал барабанные перепонки.

– Лёля!

– Иду! Гор, я только из душа вышла! Не мог сам открыть? – рявкнула, сильнее затягивая пояс халата и распахнула дверь. – Ты?!

С каждым мгновением тишина все больше напоминала ядовитый туман, что стелился над зловонным болотом. Ольга отступила на шаг назад и впилась пальцами в тонкую ткань, с трудом сдерживая всхлип.

– Что ты тут делаешь?

– Как это «что делаешь»? Лёль, ты задаешь глупые вопросы. Мой брат пришел посмотреть на наше счастье, – Гордей вышел из своей комнаты в прихожую.

Ольге хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе. Ослепнуть, чтобы не видеть почти обнаженного Гора с полотенцем на бедрах и тьму, плескавшуюся в глазах Марка.

Все кончено.

Он не поймет.

Не простит.

22

– Ты говорил про документы, Гор. Я жду.

В карих глазах Марка плескалась тьма, но эта тьма – не порождение желания, а опасная отравляющая смесь ненависти и презрения. Взгляд мужчины резал рыжую ведьму, вспарывал кожу, проникал в кровь, впрыскивая вязкий яд.

Она забыла, что нужно дышать, цепляясь за призрачную надежду.

– Пошевелись, Гор! – рыкнул Марк. Он смотрел сквозь ту, которую любил. Заставлял себя не видеть ту, которой открыл свое сердце, доверился. Идиот! Дебил! Взрослый мужик, а повелся на глупую сказочку про любовь! Теперь получай то, что заслужил.

Возраст – это только статистика?! Блядь! Расскажите это кому-то другому! Когда твоя любимая ходит в халате на голое тело, с мокрыми волосами, расслабленная и довольная по квартире младшего брата – тоже богатого, но намного моложе! – то все слова про ее любовь – пыль.

– Марк, нет… – шепот Ольги проникал в душу и еще недавно вывернул бы ее наизнанку, но не сегодня. Сердце мужчины покрылось тяжелой прочной броней. Или окаменело? Кто знает. – Пожалуйста… Все не так…

Девичья рука начала движение, но замерла на полпути, когда мужчина сделал шаг назад.

На лице – каменная маска, глаза – две черные дыры.

Нет! Он не позволит.

Теперь она точно осталась одна.

– Вот бумаги, о которых я говорил. Ты глянь их, а зав