Измена. Тайный наследник. Том 2

1

Дорогие читатели!

Это второй том книги Измена. Тайный Наследник.

ПОскольку книги неразрывно связаны, прежде, чем читать эту книгу, прочитайте, пожалуйста, первый том, который находится по следующей ссылке:

https://litnet.com/ru/book/izmena-tainyi-naslednik-b444369

Тем же, кто уже прочел первый том, предлагаю читать дальше!

2

Я задерживаю дыхание , глядя в глаза Иоса, полные ужаса. Слышу, как сзади уже подходят остальные два солдата, карабкаясь по камням. Латная перчатка появляется в проеме и хватается за край, вторая рука появляется следом.

Я чувствую, как жесткая рука солдата надавливает на мое горло и по нему течет струйка моей крови. Боли я не чувствую, лишь бешеный страх от невозможности найти выход.

— Брось арбалет, — кричит солдат, или я перережу девчонке горло. Другое оружие тоже бросай.

Арбалет с грохотом падает на каменный пол. Второй солдат залезает внутрь и переглядывается с тем, что держит меня.

— Убей мужика, — говорит тот, что держит меня и надавливает на клинок, прорезая мое горло.

Что-то внутри моего живота одновременно с этим взрывается и в следующую секунду словно бы заключает меня в непроницаемый кокон, сотканный из света. Я вижу тысячи нестерпимо ярко светящихся нитей, исходящих из меня. Рука солдата словно бы останавливается сама собой. Он хочет продвинуть ее дальше, лишая меня жизни без возврата, но рука его дрожит и не двигается с места.

— Что за черт… — бормочет он. — Я не могу двинуть рукой.

— Сержант сказал принести ее голову, не мешкай! — бросает второй и одновременно с этим Иос кидается на него с яростным криком. Он впечатывает солдата в парапет и тот, крича, перевешивается через него, зависая над пропастью.

Я сосредотачиваю все свои оставшиеся силы на том, чтобы укрепить сердце Иоса, который едва ли может противостоять солдату закованному в усиленную броню. Они балансируют какое-то время на краю, а после вместе срываются вни.

— Нет! — кричу я, одновременно вырываясь из рук того, кто меня держит. От неожиданности он ослабевает свою хватку и я успеваю подбежать к парапету, чтобы увидеть тени лежащих на земле людей.

— Иос! — причу я в ужасе, пытаясь нитями нащупать его внизу, молясь, чтобы он был жив. — Иос, ты слышишь меня?

Но ничего не слышно. Почти все нити, что у меня есть, удерживают одного из солдат, другие же залечивают рану на моей шее.

Нет, пожалуйста. нет, пусть он будет жив, пожалуйста….

— Твой дружок сдох, я слышал, как хрустит его шея, когда он упал на камни, — слышу я голос.

Еще один, последний солдат легко запрыгивает внутрь и смотрит сначала на меня, потом на своего напарника.

— А ты чего? Не можешь прирезать хилую девку? — спрашивает он своего застывшего без движения напарника из хватки которого я вырвалась.

Он достает острый короткий клинок из ножен и делает шаг мне навстречу.

следующее мгновение что-то невероятно быстрое и яростно кричащее вцепляется в его шлем. Я вижу маленькие лапки ящерки, обхватывающие его со всех сторон. Солдат взмахивает рукой, пытаясь проткнуть ее, но не успевает. В следующее мгновение ящерка раскрывает пасть и посылает ослепительную струю пламени в прорезсь для глаз в шлеме солдата. Шлем раскаляется докрасна в считанные мгновения, и солдат падает замертво, не успев даже вскрикнуть. Его кинжал со звоном падает на пол.

Безумная тишина следующая за этим оглушает.

Нет. Иос не может быть мертв.

Клинк спрыгивает с тела солдата и шипя, двигается в сторону оставшегося, того, что поранил мне шею.

— Что ты сделала со мной? — спрашивает последний выживший солдат дрожащим голосом полным ужаса, он глядит на свои руки, которыми не может пошевелить, руки, которые чуть не убили меня пару мгновений назад. — Кто ты такая?

— Если бы я знала… — говорю я и поднимаю с пола клинок, что обронил другой солдат. — Но ты можешь считать меня своей смертью.

Я вижу, как бешено стучит сердце солдата. укрепленое доспехами. Он боится, он жалеет, что вообще пришел сюда. Но жалеть уже поздно.

— Пожалуйста, не надо, — просит он и падает на колени. — Я сделаю все, что хочешь, только пощади меня.

— Шевельнешься, и с тобой будет то же самое, что с этим, — говорю я солдату и киваю на лежащего на полу мертвеца.

Я ослабеваю хватку нитей и пускаю их все на излечение своей раны, из которой все еще струится кровь. По всему телу разливается тепло и свет, исходящий изнутри меня самой. Я благодарна этому свету, но даже он не может унять тяжелую боль в сердце.

Он соврал. Он сказал это специально. Иос не может умереть. Это невозможно. Он сильный, он справится, а я помогу ему. Нужно только спуститься вниз, найти его…

Солдат снимает с себя шлем и отбрасывает оружие, после чего встает на колени и поднимает руки.

— Что угодно, только не убивай.

Я с удивлением вижу, что по его лицу текут самые настоящие слезы.

— Если Иос мерт, то ты отправишься вслед за остальными, — говорю я холодно и цепляюсь за выступы лестницы, чтобы спуститься вниз.

— КЛинк, убей его, если даже подумает дернуться, — говорю я ящерке и в ответ он выпускает язычок пламени в сторону рыдающего от страха солдата.

С бешено колотящимся от тревоги сердцем, я распространяю нити на всю округу, в поисках кого-то кто еще мог бы затаиться здесь. Но никого нет. Только едва теплющаяся жизнь внизу, там бьется одно сердце, но я не знаю кому оно принадлежит, Иосу, или солдату, который утащил его за собой.

3

Каэн

Что же ты делаешь… Драконье сердце в груди взрывается от ужаса. Все чувства разом усиливаются тысячекратно.

Сверкающая сила буквально раскалывает меня на части, когда я стрелой лечу наперерез летящей вниз черной фигурке в развиувающихся одеждах.

Время замедляется, у меня есть лишь один шанс успеть поймать ее. Делаю резкий рывок у самой башни, и чувствую, как мои крылья задевают о камни, прочерчивая искристые следы из за переполняющей меня магической силы дракона.

Я вижу лицо Лилианы, она летит с закрытыми глазами вниз, словно ничего не видит и не слышит. Словно не страшится того, что делает.

Я знаю, что у меня есть лишь одна попытка, чтобы поймать ее, один рывок лапой, и если я не успею — она погибла. Я раздуваю силу еще ярче, вкладывая все в это единственное движение.

Одновременно с тем, как моя лапа касается Лилианы, она открывает глаза и со страхом смотрит на меня, не понимая, что происходит. Для нее прошла одна секунда, а для меня, как обладателя силы — гораздо больше.

Я взмахиваю крыльями, надежно держа Лилиану в лапе и огибая башню, сажусь на площадке для дракона, освещенной десятком факелов.

Люди что-то встревоженно кричат, видя меня, но я не обращаю внимания.

Бережно кладу Лилиану на землю и отхожу на несколько шагов.

Перевоплощаюсь обратно в человека и подхожу к вдове императора.

— Не толпитесь, говорю я охране, которая уже бежит, чтобы помочь встать Лилиане, — я сам помогу ей. Пошлите за ее братом. Где его черти носят, когда он так нужен?

Я подхожу к ней ближе и сажусь рядом. Осторожно трогаю ее за плечо, и сразу чувствую сильную дрожь, которая ее бьет.

— Вы не ранены? — спрашиваю я.

— Зачем ты это сделал? — слышу я ее голос. Она все еще не поворачивается, продолжая лежать на земле, свернувшись в позе эмбриона, закутавшись в свои черные одежды.

Мое сердце сжимается от жалости к девочке и одновременно я злюсь на нее. О чем она только думала? Решила, что это хороший выход из ситуации?

— Я должен был смотреть, как ты совершаешь чудовищную ошибку?

— Сейчас я бы уже была с ним, с моим мужем, в другом мире. А ты все испортил. Ты мерзавец!

Она поворачивает свое прекрасное лицо ко мне и я вижу, что глаза ее красны, словно она плакала несколько часов не переставая.

— Из любой ситуации можно найти выход, кроме ситуации, в которой ты мертв, — говорю я тихо, чувствуя, что мои слова вряд ли ее успокоят, но я должен что-то сказать.

— Нет ни одной причины жить для меня, Каэн Сандерс, я уже была мертва, когда умер мой муж, теперь я лишь тень, которая считает минуты, чтобы забыться сном, а утром встает с постели, не ожидая ничего хорошего от грядущего дня.

— Я предлагал тебе свою помощь, — говорю я, приближая свое лицо к ее лицу.

— Я больше ничего не решаю, — с горечью говорит она и встает на ноги. — У меня была только одна власть, власть над своей жизнью, и то мне не позволили сделать.

Она делает шаг вперед и толкает меня руками в грудь.

— Зачем ты прилетел? Что ты хочешь? Я уже все сказала тебе во время нашего прошлого разговора.

— Успокойвся, — говорю я ей и делаю то, что считаю единственно возможным в этой ситуации, я обнимаю ее, прижимая к груди.

Сначала она дергается. пытается ударить меня, но я лишь глажу ее по спине и волосам. Пытаясь хоть немного утешить.

— Успокойся, я помогу тебе, ты должна благодарить драконьего бога, что я оказался рядом в нужную минуту.

— Отпусти меня,мерзавец, — плачет она и я чувствую, как моя рубашка намокает от ее слез. ОДнако отпускать ее я даже не думаю, продолжая держать, ожидая, когда она хоть немного успокоиться.

— Спустя несколько мгновений она расслабляется и ее снова начинает бить дрожь, на этот раз от рыданий.

— Ты не знаешь, что это такое… Они все смотрят на меня, они все хотят растерзать меня, или воспользоваться, сделать пешкой в своей игре. Эти взгляды, эти отвратительные взгляды, через которые ясно видны их мысли. Этот Салемс… Он станет наместником, он сделает из меня свою шлюху, и Тайдел не поможет мне. Мне никто не поможет.

— Я могу помочь тебе, Лилиана.

— Ты хочешь сделать меня еще одной своей женой, Каэн, а я не могу быть ничьей женой, никогда. Больше никогда. — говорит она, мягко отстраняясь и я отпускаю ее.

Я смотрю на ее гордую фигуру, на высоко поднятое лицо, она смотрит мне в глаза и я понимаю, что ее решение — это не слабость. Ее решение — это проявление силы. Она не хочет умирать, она хочет убежать. Хочет не предать своего покойного мужа, оставшись верной ему до конца, даже если ради этого придется умереть.

Я отворачиваюсь и смотрю вдаль, туда, где сейчас моя истинная. Я не могу остаться здесь, чтобы оберегать Лилиану от самой себя, и не могу уйти, зная, что с ней произойдет завтра, теперь не могу…

— Я отправляюсь на поиски Анны, — говорю я спокойно, — я знаю, что она жива, и что еще есть шанс найти ее. Я жалею только о том, что не сделал этого раньше.

Во взгляде Лилианы что-то меняется, едва заметная тень интереса проявляется на ее лице.

— Я думала ты прилетел сюда, чтобы снова пытаться обольстить меня, — говорит она. — Выходит, я ошиблась?

— Я покидаю столицу и не вернусь, пока не найду ее. Если ты хочешь, я могу взять тебя с собой. Избавить тебя от той участи, которой ты страшишься.

4

Я осторожно карабкаюсь вниз, царапая руки об острые камни. ОДин неверный шаг и я сорвусь с высоты. Стараюсь двигаться медленно, не торопиться, хотя все внутри меня кричит, чтобы я не мешкала.

Там внизу, где лежат два бездвижных тела, я чувствую жизнь, благодаря своим магическим нитям, но чья это жизнь я не знаю. Она может принадлежать как иосу, так и утянувшему его за собой солдату.

— Пожалуйста, пожалуйста, — шепчу я, — пусть он будет жить.

Наконец, я добирраюсь до подножья. Ноги и руки дрожат от усталости, но я не обращаю внимания, перебираясь по камням к тому месту, где лежат люди.

— Иос, — зову я его и сажусь рядом.

Иос едва заметно дышит, сжимая в руке шлем своего врага. Тот лежит с разбитой головой и совершенно ясно, что он мертв.

Я разжимаю пальцы Иоса и отбрасываю шлем солдата в сторону. От слез, которые застилают мои глаза, я почти ничего не вижу. Иос сжимает мои пальцы и открывает глаза.

— Анна, прости меня, я не смог защитить тебя…

— Ты смог, Иос, — говорю я, — если бы не ты, меня не было бы в живых.

— Там было еще двое, — хрипит он и кашляет, — что с ними?

— Они больше не проблема, говорю я и расстегиваю ремешок на его шлеме, снимаю его и кладу голову Иоса себе на колени. Он смотрит вверх, на рассветное небо.

— Ни облачка, — вдруг говорит он, — сегодня будет хороший день. Но я не понимаю, как ты спаслась.

— То, что живет во мне, помогло мне, Иос, — говорю я, гладя его по волосам.

— Ты владеешь какой-то магией, — говорит он слабым голосом и морщится от боли.

— ПОхоже на то, и я думаю, что она как-то связана с драконами.

— Драконы…

— Я знаю, что ты не любишь драконов.

— Не очень люблю, — говорит Иос и болезненно вздыхает. — Знаешь, Анна, я не чувствую своих ног…

Я боюсь, что в любую следующую секунду он перестанет говорить, перестанет дышать. Боюсь, что сердце его замрет навсегда, поэтому держу его крепко и стараюсь отдать столько силы, сколько могу. Я бы отдала всю, но большая ее часть по прежнему залечивает мои собственные раны.

— Анна, послушай, — вдруг продолжает он, говорить сквозь силу, — я так и не успел сказать тебе…

— Да?

— Я бы хотел, чтобы ты…

Он умолкает и сердце мое замирает. Нет, только не сейчас, пожалуйста. Пусть он живет. Я закрываю глаза и вижу все, что повреждено в его теле, сломанные кости, раны и его сердце. Оно все еще бьется, но как-то неровно, отрывисто и медленно, словно умирающая птица в клетке.

Стараюсь, как могу укрепить его теми немногими нитями, что есть в моем распоряжении, и их едва хватает, чтобы заставить сердце Иоса биться хоть немного ровнее.

— Ты должен жить, Иос, — говорю я, роняя слезы на латы на его груди. — Ты очень нужен мне. Я не справлюсь без тебя.

— Ты сильная, ты справишься, — говорит он. — Ты гораздо сильнее, чем я.

Я смотрю в его глаза, чистые глаза цвета неба, и качаю головой.

— Я всего лишь девчонка которая стукнулась головой и потеряла память.

— Нет, — едва заметно улыбается он, — ты не просто девчонка. И эти люди… Они не просто так тебя ищут.

— Скажи, что мне делать дальше?

— Идти в город, в большой город, затеряться там. У меня есть друзья, которые могут помочь тебе укрыться. Ты найдешь все в моих заметках. У меня есть брат. Мы давно не виделись с ним, но он поможет, если попросить. Деньги ты найдешь в моих вещах, в упряжке. Все, что было моим, теперь твое.

— А ты куда собрался? Нет! — упрямо качаю я головой, — я не собираюсь ничего делать без тебя.

— Послушай, Анна, — перебивает он меня, — я не выживу. Я даже не знаю, почему я жив до сих пор. Смерть уже стучится в мои ворота. Я только хотел сказать тебе.

— Нет, я не хочу ничего слышать. Ты не умрешь! Я не разрешаю тебе умирать!

Он снова улыбается.

— Теперь ты командуешь?

— Да! Я командую, и я приказываю тебе жить и быть со мной рядом. Ты понял меня?

— Из тебя получилась бы хорошая правительница... Я бы очень хотел выполнить твой приказ. Очень хотел бы всегда быть с тобой рядом.

— Вот и будь! — говорю я, — все, что тебе нужно — это дышать, не сдаваться, быть со мной.

Я чувствую, что рана на моей шее перестает болеть и трогаю место пореза. Он практически затянулся, и на его месте остался лишь неболььшой болезненный шрам.

Я с радостью обнаруживаю, что множество нитей высвобождается и теперь я могу использовать их для лечения Иоса.

Я сразу же направляю их в его сердце, заставляя его биться ровнее, и оно подчиняется мне. С огромным трудом, но подчиняется, но на это уходят все доступные мне силы.

— Только попробуй умри. — говорю я шепотом.

Я высвобождаю часть самых мощных нитей и направляю их на позвоночник Иоса, пытаясь залечить самую большую трещину, которая причиняет ему больше всего боли.

Мне кажется, что я бесконечно долго заставляю нити обволакивать эту область, настраиваию их музыку, создаю гармонию звуков нитей настолько яркую и громкую, что сама едва не теряю сознание от ее интенсивности. Весь мир для меня в эту минуту перестает существовать. Есть только я и эта маленькая упрямая трещинка…

5

И наконец, спустя, кажется, целую вечность, эта рана поддается мне. Кость срастается и в это мгновение вся нижняя часть тела Иоса словно бы оживает.

Иос разлепляет сухие губы и говорит едва слышно:

— Я чувствую тепло в ногах, что ты сделала?

— Ничего не говори.

Я вытираю пот со лба и тяжело дышу, продолжая из последних сил контроллировать сердцебиение Иоса, которое снова становится нестабильным, ненадежным, словно оно собирается остановиться в любое мгновение.

— Он мертв? — вдруг слышу я хриплый голос и взрагиваю.

Оборачиваюсь и вижу Чивса. Он осторожно карабкается по камням , подбираясь к нам.

— Нет, — говорю я.

— На тебе лица нет, Анна, — с тревогой говорит он. — Ты вся в крови. Он подходит ко мне и смотрит на мою шею.

— Все в порядке, это ерунда, со мной все будет хорошо. Я должна быть с ним.

— Ты вся белая, как полотно. — говорит он с тревогой, — тебе нужно отдохнуть.

— Я не могу отдыхать. — упрямо говорю я, — если я отпущу его— он погиб.

Он снимает с плеча сумку и протягивает мне фляжку.

— Здесь отвар столистника с медом, он может немного взбодрить и дать сил, мы используем его во время долгих переходов. Выпей.

Я вытаскиваю пробку и в нос мне бьет едкий травянистый запах.

Отпиваю несколько глотков густого отвара и чувствую нестерпимую горечь, которую даже не отбивает сладость меда,, однако в следующую минуту по телу разливается непривычное тепло и бодрость.

Я даю попить Иосу , осторожно приподнимая его голову.

— Спасибо, — говорю я Чивсу, и возвращаю ему фляжку.

— Пусть побудет у тебя, — говорит он.

— Что с незваными гостями? — спрашиваю я, поднимая на Чивса взгляд.

— Они уехали. Погрузили раненного сержанта в повозку и удрали, когда поняли, что их солдаты не вернутся… Он орал, как резаный. Я думаю, что они скоро пришлют сюда еще людей. Нужно уходить, пока есть возможность. Здесь нельзя оставаться.

— У нас есть заложник, — говорю я и поднимаю взгляд на вершину башни, скрытой в скале. — Клинк стережет мерзавца. Собери оружие и доспехи с мертвых, и спусти этого подонка вниз. Он поможет нам донести Иоса до повозки.

Чивс кивает на все мои распоряжения, словно я военначальник, а он исполнительный офицер.

— Ну точно, отличная правительница… — говорит Иос тихонько.

— И приказываю тебе помолчать, — говорю я, гладя его по волосам. — тебе сейчас нужна каждая капля сил.

— Будет исполнено, — говорит он и закрывает глаза.

Спустя несколько минут Чивс сваливает рядом со мной груду доспехов и оружия.

— Дорогие штучки, такие на черном рынке стоят проклятую кучу денег. Зачарованные драконом доспехи, — говорит Чивс. Один такой шлем стоит, как целая лошадь.

— Нам бы сейчас гораздо больше пригодились носилки.

— Я все организую, — говорит он и уходит.

Возвращается он вместе с солдатом, которого я оставляла на башне. Он раздет до нижнего белья и руки его связаны за спиной. В глазах пленника я вижу застывшие слезы, как будто он пережил огромное потрясение, от которого до сих пор не отошел. Молодой, на вид не больше двадцати лет. Невозможно представить, что этот заплаканный юнец всего каких-то полчаса назад едва не убил меня.

Клинк идет за ними следом, яростно шипя и извергая язычки пламени. Он подходит к лежащему Иосу, издает странный крик, в котором я слышу вопрос. Как будто ящерка понимает, что происходит. А почему бы и нет?

Клинк забирается мне на плечо и осторожно цепляется коготками за ткань моей куртки. Удивительно, но с его приходом, в меня словно бы вливается поток силы, обогащая и умножая мои собственные нити.

Чивс толкает пленного в спину и парень падает на колени.

— Что делать с этим? — спрашивает тн.

— Развяжи ему руки, — говорю я.

— Что?! — спрашивает Чивс, очевидно не веря своим ушам.

Парень удивленно поднимает на меня глаза.

— Кому ты служишь, спрашиваю я солдата, не обращая внимания на Чивса.

— Дракону… Князю Салемсу, — говорит солдат.

— Ты знаешь, кто я? — спрашиваю я его, глядя ему в глаза.

— Нет, — качает он головой.

—Почему ты хотел убить меня?

— Это был приказ. Я выполнял приказ своего сержанта.

— Тебе нравится такая служба?

— Служба есть служба… Я больше ничего не умею… Моя работа — это смерть. ОДна смерть ничем не хуже другой смерти… Простите, если это обидно звучит.

— А как насчет твоей смерти, подонок? — не выдерживает Чивс и хватает солдата за волосы, приставляя ему нож к горлу.

— Чивс! Успокойся! — повышаю я голос. — Убери, пожалуйста, нож.

С удивлением для себя, я слышу в своем голосе стальные нотки, которых никогда бы от себя не ожидала прежде.

— Я не хочу умирать, — просто говорит солдат. Если это возможно, не убивайте меня, пожалуйста.

— Чивс! — еще раз говорю я. И только тогда он убирает нож и отпускает солдата.

— Падаль, — плюет он и отходит на шаг.

— А почему ты служишь именно этому дракону?

— Я прикреплен к его земле. Он заплатил за мое обучение, дал мне жалованье, — пожимает он плечами. Я не знал ничего другого.

— У тебя есть выбор, — говорю я после минутного молчания.

— Ты можешь умереть, как все остальные, или перейти на службу ко мне.

— нельзя ему доверять! — снова взрывается Чивс.

Я направляю нити в сердце Чивса и успокаиваю его, пока не стало слишком поздно.

— Успокойся, — говорю я.

Он тут же успокаивается и закрывает глаза.

— Хорошо, — говорит он. — прости…

Мягкая умиротворяющая нота звучит наравне с остальными нитями, которыми я лечу Иоса, безостановочно поддерживая его сердцебиение и залечивая внутренние повреждения органов. КОгда на моем плече сидит Клинк — это гораздо проще, чем раньше.

— Как тебя зовут? — спрашиваю я солдата.

— Мелвилл, — говорит он, — я буду служить вам, если хотите. Если обману, пусть вот этот меня прирежет, — кивает он на Чивса. Или ваша ящерица, пусть сожжет меня. Я не хотел вас убивать, если на то пошло. Не считаю, что убивать беззащитных женщин — это хорошая работа для солдата.

— Я знаю, — говорю я. — И я тебе верю.

Я чувствую, что парень говорит искренне. Если бы он не помедлил, тогда, на башне, если бы действительно торопился убить меня — сейчас я была бы уже мертва. Но его рука тогда дрогнула, именно это позволило моим нитям успеть защититься, пока не стало слишком поздно.

— Чивс, освободи его.

Чивс подходит к Мелвиллу, и резким движением заносит нож.

_________

Дорогие читатели! Приглашаю вас познакомиться с моей новинкой: "Измена Серебряного Дракона"

Вот маленький отрывок:

— Я больше не могу ждать, — слышу я капризный голосок. — Ты же обещал мне избавиться от этой ущербной и сделать меня женой.

— Еще одно, последнее перерождение, сладкая моя, и я стану золотым драконом, — слышу я знакомый низкий голос и зажимаю рот рукой, чтобы не закричать. — Джейн слабая и не сможет переродиться, метка погаснет, и я от нее избавлюсь.

— Да! Продолжай! Я рожу тебе золотых наследников, мой золотой дракон, только не останавливайся, — кричит она в экстазе. Слышится звук поцелуев и сладострастные вздохи, прерываемые ритмичными толчками.

Кусаю кожу на ладони, чтобы не закричать и только тихо вою. Мой серебряный дракон, мой любимый, мой свет, и отец моих чудесных малышей, мой истинный предал меня…

— Не хочу, чтобы твои другие дети путались под ногами.

— Я от них избавлюсь.

Дальше читайте по ссылке: https://litnet.com/ru/reader/izmena-serebryanogo-drakona-b460152

6

Каэн

— Я могу избавить тебя от той участи, которой ты страшишься.

— И ничего не попросишь взамен? — спрашивает она осторожно.

Я чувствую ,что Лилиана всем сердцем все это время надеялась найти какой-то выход для себя, выход, который сможет решить все. И похоже, что мои слова пришлись кстати. Она колеблется, и во взгляде ее появляется что-то… Нет, не надежда, но отблеск надежды. Такой взгляд бывает у тех, кто был на грани смерти, но в последний момент передумал и нашел способ выжить.

Если она согласится, это будет лучше для всех. Я найду для нее безопасное место, я спрячу ее от всех, а дальше решу, что делать с Салемсом, и со всем миром. который отныне будет против нас. Против меня, против моей Анны и против Лилианы.

Я не могу бросить ее, не могу оставить на растерзание стервятникам.

— Что бы ты ни думала обо мне, Лилиана, каким бы подлецом не считала, я желаю тебе добра. И не сделаю ничего, против твоей воли, я обещаю тебе.