Заноза для ищейки

Анастасия Королева

Заноза для ищейки

Глава 1

Эмили Эфор

Здание управления, как и положено такому заведению, имело неприветливый вид. Даже не так – у всех, кто проходил мимо него, появлялось желание оказаться как можно дальше отсюда.

Я же напротив, последние десять лет только и мечтала о том, что войду в эти огромные двери. Пройду по пустым коридорам, слыша, как эхо моих шагов мечется между грязно-серыми стенами. Спущусь в архив и седовласый дед, почему-то именно так мне представлялся заведующий архивом, с улыбкой проведёт меня к стеллажу. Я пройдусь рукой по запылившимся ящикам, найду нужную папку и…

– Дамочка, вам чего? – пока я предавалась мечтам, ко мне подошёл молодой парень в серой форме управления. Он смотрел на меня пытливо и хмуро, словно ждал какой-нибудь подлянки.

– Я… – голос дрогнул, дыхание перехватило. Сердце понеслось вскачь, с силой ударяя в рёбра.

Парень приподнял одну бровь, явно ожидая продолжения. И я подобралась, а после произнесла, улыбаясь и протягивая зажатое в руке лист бумаги:

– Я по назначению, подскажите, куда мне пройти?

Я старалась быть приветливой, даже несмотря на то, что внутри всё сжималось от страха. Но я скорее съем собственную обувь, чем признаюсь хоть кому-то в том, что боюсь. Нет уж, жизнь в приюте меня многому научила – слабых бьют, а сильных боятся. Так что я предпочитаю быть сильной, даже если это всего лишь блестяще исполняемая мной роль.

Парень бумагу прочитал. Теперь уже обе его брови поползли вверх. Затем он посмотрел на меня, прищурился и ещё раз пробежался взглядом по написанному, словно не поверил своим глазам, словно пытался найти там ошибку. Но, нет, пусть не надеется, никакой ошибки в бумаге не было. Я лично пять раз проверила её, прежде чем вышла из министерства.

Я ждала, что дежурный скажет что-то ещё, но он лишь вернул мне назначение, состроил совершенно нечитаемое выражение лица и, круто развернувшись на пятках, приказал:

– Следуйте за мной.

И двери, те самые двери, мимо которых я так часто ходила ещё в студенческую бытность и мечтала, что они откроются передо мной, действительно, открылись, впуская в управление. Кому расскажи – не поверят, что этот миг был самым счастливым в моей жизни. По крайней мере, за последние десять лет, так точно.

Вот только моё воображение рисовало всё несколько иначе. Я думала, что в управлении царят тишина и спокойствие. Что все служащие здесь имеют невозмутимый вид, но… Всё было совершенно не так!

Стоило только нам зайти в здание, как на меня обрушились запахи выпечки, тушёного мяса, каких-то специй. Пахло приятно, спору нет, но… Разве это уместно здесь? Я словно в кафетерии очутилась.

Впрочем, я постаралась ничем не выказать своего удивления. Вот только мой сопровождающий оказался куда прозорливее, чем мне бы того хотелось:

– Обед, – коротко пояснил он.

И я кивнула, принимая ответ. В самом деле, всего лишь обед, чего это я?

Мы прошли через железные двери, где нас встретил ещё один стражник. Он кивнул на меня, ничего не спрашивая, на что мой сопровождающий ответил с непонятной мне интонацией:

– По назначению, – при этом он кивнул на лист бумаги, который был зажат в моей руке. Я посчитала нужным протянуть его и этому парню. К слову, выглядел он чуть старше того, кто встретил меня. Но недостаточно, чтобы назвать его мужчиной. Если бы я не знала точно, что в управление берут только тех, кто уже окончил академию, то приняла бы их за студентов.

Второй точно так же, как и первый, вскинул брови, прочитав строки. Пристально посмотрел на меня, и я успела заметить в его глазах лукавые искорки.

– Я провожу, – вызвался он, быстро делая шаг ко мне, но первый и не подумал уступить ему эту «честь».

– Нет уж, я сам, – обрубил мой сопровождающий.

Мне показалось, или в его голосе прозвучала насмешка? Я чего-то не понимаю? Или выгляжу как-то не так? Что происходит?

Пока они вели безмолвный диалог, я украдкой осмотрела себя – серая строгая юбка была идеально выглажена, да и туфли на низком, устойчивом каблуке, сияли чистотой. Пуговицы на жилеты были застёгнуты. Всё было в полном порядке. Так что же вызвало их странное веселье и эти препирательства, словно они не могли поделить меня?

Это было неприятно, а потому я, вежливо улыбнувшись, сделала шаг вперёд и произнесла:

– Мне не хотелось бы никого из вас обременять. Раз вы убедились, что с моей бумагой всё в порядке, то просто скажите, где я могу найти начальника? – говоря всё это, я протянула руку, чтобы мне уже вернули назначение.

Оба парня воззрились на меня так, будто с ними ваза для цветов заговорила. Или шкаф. Или папка с документами. Словом, они были безмерно удивлены. И мне стоило большого труда под этими удивлёнными взглядами сохранить отстранённо-вежливое выражение лица.

– Нет, к-хм, – кашлянул первый, явно смущаясь, – не положено.

Ложь его была слишком очевидной, а потому второй, цокнув языком, сделал шаг вперёд и произнёс:

– Идёмте, я провожу вас.

Что? Делёжка закончилась?

Тот, кто привёл меня, хотел возразить, очень хотел, я видела это по его глазам, но парень смог сдержаться, за что я мысленно поставила ему плюсик.

Странные они здесь, всё же…

Новый сопровождающий был куда больше расположен к диалогу, чем первый. Он замедлил шаг, поравнявшись со мной, и спросил:

– Что привело вас в управление?

Я усмехнулась, упрямо продолжая смотреть вперёд. Честно сказать, тот, первый, мне нравился больше. Спроси кто, почему именно, я бы не смогла внятно объяснить.

– Назначение, – ответила отстранённо, коротко взмахнув бумагой, которую мне всё же вернули.

Парень хмыкнул. Ему мой ответ показался смешным.

А вот мне было не до шуток. Чем ближе мы подходили к огромному кабинету, заставленному тремя рядами столов, тем сильнее я нервничала. Оттуда доносились громкие мужские голоса и басистый смех, что, собственно, вновь не вписывалось в моё представление об особом отделе по борьбе с магпреступлениями, который курировал сам король. Я ждала увидеть серьёзных мужчин, а получила… это.

Стоило только нам с сопровождающим войти в кабинет, как на нас тут же устремились с десяток пристальных взглядов. Я хотела было опустить голову, лишь бы спрятаться от такого внимания, но быстро отбросила эту мысль – раз уж я решила работать здесь, то не имею права показывать слабость.

– Джозеф, что за прелестное создание ты к нам привёл? – произнёс кто-то из мужчин. Я даже толком не смогла понять кто, настолько волновалась. Все лица смазывались и расплывались.

– Она по назначению, – с нажимом бросил парень. Значит, его зовут Джозеф. Надо запомнить, пригодится.

Мужчины переглянулись между собой, а после, словно по команде, ринулись вперёд, лишь для того, чтобы взглянуть на бумагу. Из моих рук её выхватили так быстро, что я и возразить не успела. Кажется, спрашивать разрешения у меня никто даже не планировал.

Они сгрудились в кучу и принялись рассматривать назначение так, будто вообще впервые видели подобный документ. Я смотрела на них и по-прежнему пыталась держать лицо.

После прочтения все они посмотрели на меня. Потом снова на бумагу. Потом на меня. Не знаю, сколько бы это ещё продолжалось, только я прервала «гляделки»:

– Здравствуйте, – решила быть вежливой, раз уж они таковыми не были, – что-то не так с назначением?

Я постаралась отбросить волнение и это у меня вышло довольно неплохо – голос не дрогнул, и я даже смогла улыбнуться. Я молодец.

– К-хм, – кашлянул один из мужчин. Вот его по праву можно было назвать мужчиной – он уже вошёл в тот возраст, когда юношеские черты огрубели, а взгляд приобрёл оттенок естественного цинизма. – Почему же, с назначением всё отлично.

Его ответ вовсе меня не удовлетворил, поэтому я вздёрнула бровь, ожидая продолжения.

Вот только мужчина продолжать не спешил. Он оглянулся на своих коллег, многозначительно хмыкнул и выдал:

– Наш… – прозвучала какая-то неуместная заминка, – начальник сейчас занят. Присядьте вон там, подождите.

Мне было указано на стул у стены перед самым входом. Что же, надеюсь, их начальник окажется куда разумнее своих подчинённых.

Если я думала, что на этом всё закончится, то ошиблась. Мой провожатый прошёл к одному из столов под предлогом, что ему нужно что-то спросить у сидящего там парня. Остальные хоть и делали вид, что работают, а всё равно то и дело смотрели на меня. И я видела на их лицах ухмылки. А ещё нетерпение.

Нет, с этим отделом явно было что-то не так.

Я несколько раз нервно поправила волосы. Надо было заплести их в косу, как я делала обычно, но почему-то именно сегодня решила оставить распущенными. И если, выходя из дома, это идея казалась мне блестящей, то теперь я думала, что в таком виде выгляжу несколько несерьёзно. А мне хотелось, чтобы все вокруг сразу поняли, что я профи своего дела. Хотя, если не поймут, я им быстро это докажу.

Ожидание всё длилось и длилось. Прошло не меньше получаса, прежде чем я услышала тяжёлые шаги. А вслед за звуком показался и тот, кто поднимался по лестнице.

Я почему-то сразу поняла, что это и есть мой непосредственный начальник. Суровые черты лица, несмотря на то, что он был довольно молод. Словно ему уже довелось столько пережить, что удивить его было практически невозможно. Он был высок, головы на полторы выше меня. Под белой рубашкой, рукава которой были подвёрнуты до локтей, перекатывались стальные мышцы.

Чем ближе он подходил, тем тяжелее становился воздух. От него фонило магией, настолько сильно, что я не выдержала, скривилась. Его сила была давящей, подчиняющей, так что противиться ей было крайне сложно. А ещё белая ткань рубашки была забрызгана бурыми пятнами.

Кровь. Уж это я могла бы понять даже с закрытыми глазами.

Сначала мужчина меня не заметил. Или сделал вид, что не заметил?

Он прошёл мимо, остановился у одного из столов и хрипловатым голосом бросил:

– Ким, можешь идти записывать показания, он расскажет всё, как есть.

Тот, кому он отдал приказ, подорвался с места. Коротко поклонился, а затем метнулся в ту сторону, откуда пришёл его начальник. Посмотрел на меня, обернулся, словно хотел доложить начальнику о том, что тут, вообще-то, его ждут, но, так и не сказав ни слова, сбежал.

Мужчина же продолжил отдавать приказы. И никто, совершенно никто из его подчинённых, не сказал обо мне.

А вот когда дело дошло до сопровождающего, который так и болтался здесь без дела, явно на что-то рассчитывая, начальник спросил его:

– Джозеф, а ты-то здесь чего забыл?

Парень замер. Шумно сглотнул, так что я даже со своего места услышала, а после кивнул на меня со словами:

– Тут это… – на последнем слове его голос сделался тихим-тихим. Словно ему стало страшно от собственных слов.

Мужчина в белой рубашке стал оборачиваться. Очень медленно, так что за это время меня успело бросить и в жар, и в холод. А когда его ледяные глаза остановились на мне, я подумала, что, возможно, желание работать в отделе не такое уж и правильное?

– Слушайте, – с гадкой ухмылкой он прошёлся по моей фигуре взглядом, особенно задержавшись в области груди, – ну вы своих подстилок-то в отдел не таскайте, сделайте милость.

Я не сразу поняла, что он сказала, а потом… Поняла. И вспыхнула, словно спичка.

– Командир, это не… – начал кто-то из мужчин, но он прервал его взмахом руки.

– Подожди-подожди, не подсказывай, – он прищурился, рассматривая меня так, будто пытался прочесть мои мысли. Я же, глядя на то, как командир намеренно издевается надо мной, продолжала закипать. – Я хочу сам угадать.

За его спиной раздались смешки, которые тут же попытались замаскировать кашлем.

Нет, это было уже выше моих сил.

Я медленно поднялась со стула, так же медленно оправила юбку и, протянув руку с назначением, с улыбкой произнесла:

– Понимаю ваше недоумение – трудно поверить, что интеллект может сочетаться с привлекательной внешностью, но… – я сделала выразительную паузу, посмотрев на командира так, как смотрят на неразумного ребёнка, – Рада познакомиться, я – Эмили Эфор. С сегодняшнего дня я буду работать в вашем отделе.

Мужчина перевёл взгляд на моё лицо, а потом прищурился. При этом бумагу из моих рук он брать не спешил.

А дальше последовало то, чего я вовсе не ожидала – он запрокинул голову и громоподобно рассмеялся. Словно услышал хорошую шутку. Словно всерьёз я выше озвученного произнести не могла.

Растерявшись на мгновение, я постаралась взять себя в руки. В конце концов, он успокоится и прочтёт-таки бумагу. А там чёрным по белому было написано, что с этого дня я зачисляюсь в штат отдела по борьбе с магпреступлениями.

Так и вышло. Через каких-то пару минут, за которые я едва не оглохла от его смеха, он успокоился и всё же взял моё назначение. Продолжая улыбаться и качать головой, он принялся читать то, что там было написано. И чем дольше он читал, тем быстрее улыбка сползала с его лица. Под конец он посмотрел на меня уже без прежнего веселья.

Что? Получили? Вот, а нечего было грубости говорить, тогда бы сейчас не пришлось извиняться…

Впрочем, это я погорячилась. Извиниться он и не подумал. Напротив, мужчина взялся за моё назначение двумя руками и… Разорвал его! Попросту разорвал на две равные части, а потом вложил в мои онемевшие за мгновение руки и произнёс:

– Хорошая попытка, но нет – сотрудников к себе в отдел я набираю лично. Без посредников.

Затем развернулся и, насвистывая что-то себе под нос, скрылся в своём кабинете. Громкий хлопок двери заставил меня вздрогнуть и с ужасом посмотреть на назначение, которое я с таким трудом выбивала несколько месяцев. А он просто взял и разорвал его? Вот так, да? Как же… Как же… Как такое возможно?!

Я сделала неосознанный шаг к двери этого командира, но мне дорогу преградил один из его сотрудников. Он отрицательно покачал головой и сказал:

– Бесполезно, он тебя и слушать не станет.

Но… Нет! Нет, нет, нет! Я мечтала, что окажусь здесь, много раз представляла себе этот день и тот, когда мне выдадут пропуск высшего порядка, и я смогу-таки попасть в архив. Это что же? Ничего этого не будет? Просто потому, что этот мужлан решил, будто имеет право не брать меня?

– Он обязан меня выслушать! – бросила с яростью, которая зародилась внутри и потекла по венам.

Я столько прошла, столько сделала, чтобы оказаться здесь, так что сдаваться точно не намерена.

Обогнув мужчину, быстро подошла к необходимой двери. На табличке было выгравировано имя – Лестер Хайд. Сделав мысленную пометку, рванула дверь на себя. Грубиян-начальник стоял ко мне спиной, перебирая на столе бумаги. Он точно слышал, что кто-то вошёл, но даже не обернулся. Вот так, стоя спиной и произнёс:

– Закройте дверь с той стороны, я занят.

Занят он, значит? Ну-ну!

– Вы не можете отказать мне в этой работе! – произнесла тихо, стараясь сдерживать ярость, что клокотала внутри. Эмоции в таких вопросах всегда были слишком плохими советчиками, но как их сдерживать, если всё складывалось настолько несправедливо?

Мужчина обернулся. Посмотрел на меня так, словно я какая-то мерзкая букашка, а потом, сделав шаг в мою сторону, вкрадчиво спросил:

– Я? Не могу? – он выдержал паузу, склонил голову к плечу и с ядовитой ухмылкой, спросил: – Почему?

Под внимательным взглядом мужчины я растерялась. На долю секунды, но растерялась же! И он это заметил. Его взгляд изменился, в нём появился победный блеск. Он чуть качнулся назад и отступил в сторону:

– Раз у вас нет внятных причин, то я повторю свою просьбу – закройте дверь с той стороны.

Просьба? О, нет, это не просьба, это приказ!

– Я, конечно, понимаю, что ваша власть здесь безгранична, но я пришла сюда не с улицы. Мою кандидатуру подтвердили в министерстве, и вы не имеете права выгонять меня, для этого нужна веская причина. Она у вас есть?

Я ходила по острию ножа, буквально чувствуя, как наточенный металл вспарывает кожу, причиняя почти физическую боль. Теперь взгляд этого Лестера сменился с иронично-насмешливого, на холодный и совершенно непроницаемый. Он больше не ухмылялся. Мне даже показалось, что температура в комнате стала чуть ниже.

– Мне не нужна причина, – отозвался он обманчиво-мягким голосом, от звука которого по моей спине скользнул холод. – Я выношу вердикт, и обжалованью он не подлежит. Пошла вон.

Я открыла рот, чтобы возразить ему, чтобы достучаться до этого упрямца, но он вскинул руку и я, повинуясь чужой воле, развернулась и вышла из кабинета. А после медленно притворила дверь и замерла в коридоре, вновь обретая контроль над своим телом.

Это… Что сейчас было? Он, что? Применил ко мне ментальную магию?

Я вновь обернулась и уже хотела схватиться за ручку двери, как остановилась. Инстинкт самосохранения поднял голову и осуждающе посмотрел на меня. Я отчётливо поняла, что все мои попытки совершенно бесплодны.

– Я же говорил, – рядом со мной появился всё тот же мужчина, который не советовал мне заходить в кабинет.

Я лишь хмуро посмотрела на него. Говорил он. Умник какой. А мне-то что делать? Опустить руки и уйти? После всего, что я сделала ради того, чтобы попасть сюда?

– Поздравляю, вы оказались правы, – произнесла не без сарказма. А после сжала губы, потому что мне стало стыдно. Этот мужчина уж точно не был ни в чём виноват, чтобы вот так просто срывать на нём моё отвратительное настроение, а потому я опустила голову и прошептала: – Извините.

Мужчина хмыкнул, а потом повысил голос:

– Джозеф, проводи девушку.

Мой сопровождающий тут же материализовался передо мной. Мазнув равнодушным взглядом по его лицу, я заметила, что в его глазах уже не было насмешки, напротив, он смотрел на меня будто бы с сочувствием.

И только отойдя от общего кабинета, я решилась спросить его:

– Вы знали, что он не возьмёт меня?

Только теперь мне стало понятно, почему парни наперебой рвались проводить меня к начальнику. Ещё бы, такое представление и бесплатно. Да и остальные не лучше.

Джозеф посмотрел на меня через плечо, и мне показалось, что он смутился:

– Лестер Хайд ни за что не потерпит девушку в своём отделе. Все это знают.

Все – это и работники министерства? Именно поэтому мне так долго отказывали в месте? А потом решили, что лучше уж этот Лестер популярно объяснит мне, что работать я здесь не буду, чем бесконечно отбиваться от моих просьб? Умно, ничего не скажешь.

Я ничего не ответила, хотя парень, судя по тем взглядам, что он украдкой бросал на меня, ждал ответа.

Мы спустились по лестнице. Джозеф открыл передом мной первую дверь, а за ней меня уже поджидал тот, другой парень. По вопросительно поднятым бровям было понятно, ему не терпелось услышать рассказ о том, как их начальник выгнал бедную девчонку, то есть меня. А может я для них была и не бедная, и вообще, им меня, наверняка, не было жалко. Эх…

Обсуждать при мне мой провал они не стали, что тоже было неплохо. И только когда я оказалась на улице, а огромные серые двери закрылись за моей спиной, я поняла, что больше не могу. По лицу, прочертив две огненные дорожки, покатились слёзы.

Но я со злостью стёрла их и, положив на ступеньку собственный портфель, уселась прямо на него.

Не уйду отсюда! Буду сидеть здесь до самой ночи всем назло!

Глупо? Ещё как… Но я не знала, что мне делать.

Глава 2

Лестер Хайд

Я всегда знал, что у тех, кто сидит в министерстве, весьма специфическое чувство юмора. Отвратительное, я бы даже сказал.

Кажется, тем, что у них было прикреплено к шее, пользоваться они не умели. Разве только тем, на чём им приходилось сидеть. Это да, этим они умели пользоваться в совершенстве.

Кристалл связи затрещал, и я лениво взмахнул рукой, активируя связующее плетение. Дел было невпроворот, но после неожиданного явления, в виде глупой девицы, что-то не работалось.

– Получил подарок?

Редж… Конечно, кто ещё мог вытворить такое.

– Не переживай, я даже не вскрывая, отправил его обратно.

На том конце связи раздался басистый смех. Я тоже не сдержался, выдавил кривую ухмылку.

Весело ему. Рад за него, но не от всего сердца. А мне вот было не очень весело, особенно когда эта пигалица начала указывать мне, что я делать должен, а что – нет. Она, похоже, вообще не знала, с кем имела дело.

– Смешно, – наконец, выдавил Редж. А потом, посерьёзнев, заговорил вновь: – Вот только тебе всё же придётся принять этот подарочек.

– Почему это? – я усмехнулся, даже не пытаясь скрыть свой истинный настрой.

Все, в том числе его величество, назначивший меня на эту должность, знали, что людей в команду я отбирал лично. Король сам дал мне эту власть и не оспаривал её вот уже два года. Всех всё устраивало.

– Видишь ли, – начал Редж задумчиво, – распоряжение о назначении этой девочки к тебе в отдел, подписано самим королём. Так что отказаться ты не можешь.

Вся расслабленность тут же слетела с меня, я подался вперёд и вцепился руками в столешницу.

– Ты сейчас серьёзно?

– Серьёзнее некуда, – хмыкнул заместитель министра, – прошение этой девчонки лежало у нас в отделе больше двух месяцев, уж не знаю, каким образом оно попало на стол к его величеству, но он сказал, что это тот самый ингредиент, которого не хватало в твоём отделе. Это дословная цитата, если тебе интересно.

Интересно мне не было, но я промолчал.

– Но его величество позволил мне самому отбирать ребят в штат, – произнёс через десяток секунд, сжимая пальцами переносицу.

Что ни день, то какая-нибудь гадость да случалась.

– Как разрешил, так и передумал, неужели ты не знаешь, как это работает, Хайд?

О, я знал… Очень хорошо знал. Из-за этого-то и злился ещё сильнее.

– Ты её видел? – вновь облокачиваясь на спинку стула, спросил Реджа.

– Лично выдавал назначение, – с непонятно откуда взявшимся бахвальством, пробасил он.

– И?

– Что – и? – переспросил Редж, явно не понимая, что я от него хочу.

– Раз видел, то должен понимать, что такие не созданы для работы в отделе по борьбе с магпреступлениями. Такие могут, максимум, согревать постель какому-нибудь толстосуму, и то, пока не увянет их красота.

Конечно, в моей системе ценностей были исключения из вышесказанного, но только для «своих».

Редж на том конце поперхнулся и закашлялся. А потом с трудом просипел:

– Вот это у тебя взгляды!

– Уж какие есть, – развёл руки в сторону, даже понимая, что Редж этого не увидит.

– Хочешь сказать, что его величество ошибся в ней? – вкрадчиво спросил мужчина.

Прозвучало провокационно.

Я хмыкнул. План в голове зародился мгновенно. С его величеством, конечно, не поспоришь, а вот если пигалица сбежит сама, то моей вины в этом точно не будет. Точнее будет, но доказать её никто не сможет.

– Хочу сказать, что девочка скоро поймёт, что работа в отделе совсем не для неё.

Эмили Эфор

День был прекрасный, солнечный. И когда сегодня утром я выходила из дома, то верила, что у меня обязательно всё получится. Но вот как всё обернулось. Теперь, сидя на ступенях, я уже не радовалась ни солнцу, редкому явлению для столицы, ни щебету птиц, что надрывались в парке, располагающемся напротив управления, ни ясному небу. Мне было всё равно, что происходило вокруг, я пыталась придумать выход из ситуации, в которой оказалась.

Сразу после выпуска из академии я почти год трудилась в королевской лечебнице, а всё ради того, чтобы у меня имелся опыт. Ну и, конечно же, я взяла рекомендательные письма у всех, до кого только смогла дотянуться – у главного целителя лечебницы, у профессора, под чьим чутким руководством я училась в академии. Взяла характеристику с работы. И вот, опыт, рекомендации и блестящая характеристика имелись, подписанное назначение – тоже, а к своей цели я так и не приблизилась.

Думай, Эмили, думай…

Как бы мне не был противен этот Лестер Хайд, возомнивший себя, боги весть кем, мне придётся вновь встретиться с ним. Я должна показать ему всё, на что способна. Возможно, тогда он изменит своё мнение?

Подумав об этом, тут же зажмурилась и фыркнула – да, как же, изменит он. Такие, как этот мужлан, скорее руку себе отгрызут, чем признаются в собственной неправоте.

Значит, нужно действовать иначе. Но как?

Просиживать возле управления днями напролёт, надеясь на то, что надо мной сжалятся? Пф! Да у меня одна идея глупее другой.

Пойти в министерство и пожаловаться на то, что некий Лестер Хайд ни во что их не ставит? О, да! Тогда меня даже к этим ступеням не подпустят.

Я всё сидела и сидела, пытаясь в своей гудящей голове найти хоть какое-то приемлемое решение, но ничего не находилось.