Век Теней. Пробуждение

— Верю, Эмми…

Одинокая слезинка слетела с уголка глаза и осталась маленьким незаметным пятнышком на плече Амелии.

***

В темнице Леорана было шумно как никогда. Не потому, что напились стражники или наступил какой-то праздник. Всему виной оказался один заключённый, не смолкавший уже несколько часов. Его вопль, прерывавшийся на хриплый кашель и жуткий смех, разносился по коридорам тюрьмы, пугая остальных пленников и испытывая выдержку стражников.

— Как же он достал! — выкрикнул караульный, охранявший вход в камеры.

Не вынеся пытки, он покинул пост и подошёл к решётке, где томился голосистый певец. Седой старик в рваном балахоне, испачканный в грязи и чьём-то дерьме, ползал на четвереньках и тёр на лице оставленные им же ссадины. Караульный чертыхнулся и с отвращением сплюнул на пол.

— Мерзкий старик, ты уже всех достал своими криками! — он постучал мечом по прутьям, привлекая внимание. — Заткнись, если не хочешь, чтобы я вырвал твой поганый язык!

Угрозы ничуть не испугали бродягу. Наоборот: тот загоготал громче, обнажив гнилые чёрные зубы, а затем резко, застав мужчину врасплох, прильнул к решётке.

— Он уже здесь. Слышишь? — заключённый приложил ладонь к уху, будто прислушиваясь. В его речи отчётливо прорезался гельдорнский акцент. — Он уже забрал её, а скоро заберёт всех. Идёт по теням…

— Что за ересь ты несёшь? — взвыл стражник, мысленно желая придушить его. — Думаешь, если псих, то никакого наказания за убийство не последует?

Но старик не слушал, безумно таращась куда-то сквозь него. Из его рта вырвался громкий нечеловеческий хохот, в котором, казалось, зазвучали голоса всех демонов преисподней. По спине и рукам караульного невольно пробежали мурашки, и он мысленно прочёл первую вспомнившуюся молитву:

«Семеро, да защитите пред лицом необъятной тьмы. Да не дайте ей поглотить мои сердце и душу».

— Ха-ха-ха! Я видел. Я видел, как шевелится тьма, пожирая свет! Жрёт, жрёт, — безумец возвёл руки к потолку и протяжно взвыл: — Красное солнце пожрёт всё!

Его распахнутые глаза, мутные, почти слепые, резко впились в стражника.

— А ты не видишь. И кто из нас псих? Ха-ха-ха! — не прекращая смеяться, он схватился за живот и откинулся на