Путешествие за грань

Вода стала прозрачной. Я видел, как на дне шевелится рак, а вон стайка странных рыбешек устроила хоровод у большого куста водорослей.

Водоросли — подводные растения — вспомнила память, а вот есть ли у них кусты или нет, она не помнила.

«Пусть будут кусты.»

Пока я вспоминал, как называются скопления водорослей, облачко продолжило свой бег по небосводу, и лучи светила вернули воде блики.

«Нежное, ещё не обжигающее или уже?»

И тут же ужаснулся мысли. Солнце может быть опасным. Я это помнил. Не помнил чем, но знал, что долго оставаться на солнце нельзя.

«Да и вообще Солнце ли это?»— эта мысль заставила меня вздрогнуть.

Подгоняемый неведомым ужасом, я бросился в тень лесной чащи. Я уселся на старый большой пень.

«Где я?» Я ничего не помнил. Абсолютно ничего. Словно алкаш с дикого перепоя. Лишь боль, дикая и жгучая. Но не физическая. Странное чувство невосполнимой утраты терзало нутро.

Стоп… я знаю, что чувствует человек с похмелья. Я провёл по пню рукой, дерево не упало, его срубили. Срубил человек.

Но зарубки были явно мелковаты.

— Конечно, мелковаты. Противные людишки с их мерзким железом… — раздался грубый голос прям в моей голове.

Я попытался обернуться, чтобы найти говорящего, но что-то явно мне мешало. Словно кто-то всеми своими ментальными силами пытался взять под контроль моё тело.

— Это моё тело!!! Твоя тут чужой. Я Эр — пещерный тролль. Моя голова, обычно тут тишина. Мало того, что ворвался, ещё и думаешь так громко!! Твоя должна уходить.

Я от неожиданности поднял взор к небу. Голубое, голубое — как дома… солнце заливало поляну своим светом, пробиваясь сквозь густую листву белоснежных берёзок. Я поднял голову в попытке оглядеться и понять:кто со мной говорит, где я и что вообще здесь происходит ?

Я схватился за голову обеими руками, стараясь зажать уши, но там, где, по моему мнению, они должны были быть, их не оказалось.

— Твоя не тролль, моя тролль. Твой тут лишний. Уходи!!! — прорычал Эр и я вдруг саданул кулаком в пень.

— Всё, доигрался. Шизофрения. — пробормотал я.

— Моя не шизофрения!! Моя тролль, твоя тут лишний!!! Уходи!!! — взвыл тролль и я ни с того , ни с сего саданул головой о чёрную каменюгу, торчащую из земли.

Звёздочки на мгновение закрыли пейзаж, было нестерпимо больно. На лбу явно росла шишка.

— Да что за хрень? Где ты? А ну выходи!!! Найду убью!!!— рявкнул я во все горло.

—Наглый захватка, залез мой тело и мой выгонять? Я тебя сейчас…

Я резко отклонился назад и ринулся головой на булыган.

Инстинкт сработал раньше. Я выставил руки вперед и уперся что было сил, стараясь предотвратить столкновение с камнем.

— Эй, остановись.

—Нет!!! Твоя должна выползай из мой тела!!! Или я разбивай башка о камень и доставай тебя пальцами…

—Так ты меня явно не выгонишь!!!— до меня начал доходить смысл слов звучавших в голове.

— Так ты тоже тут? Внутри меня?

— Это твоя внутри моя.

Хозяин тела снова выгнул спину готовясь нанести камню ещё один удар головой.

—Стой, это не поможет,так меня не выгнать, а вот угробить — угробишь обоих!! — мысленно прокричал я.

— Твоя слишком много думать. У моя от этого голова болит!!! — парировал тролль. — Сильнее, чем от драка с камень.

— Если я не ты и ты не я… — начал я, но голос меня перебил.

— Проклятая захватка… убирайся из мой башка.

Тело, повинуясь воле второго, запрокинуло голову для повторного удара о камень. Я напряг руки стараясь держаться от гранита как можно дальше, сотрясение мозга как-то не входило в мои планы. Началось странное противостояние за контроль за телом.

Несмотря на странную заторможенную речь, мой оппонент был явно не намерен сдаваться.

Он ткнул нас кулаком по колену, и, пока я отвлёкся, ещё раз приложился к камню.

В этот момент в глазах резко потемнело, и передо мной, воняя серой, возникло козлобородовое существо на кривых ногах, с мелкими бараньими рогами на висках.

— Послушай меня, умник. — властным голосом начал тёмный, не скрывая своего раздражения. — Ещё раз откинешь колено с самоубийством или каким другим способом от службы Злу уклонишься, приставлю к гиене огненной, будешь дрова под котлы подбрасывать…

— Я не самоубийца…

— Я своими глазами видел, что ты вытворяешь. Я тебя предупредил. Это твой последний шанс доказать мне преданность. Иначе, вовеки вечные, больше колесо не увидишь. Не говоря уже о розе. И ни один осколок тебя не воскресит. Ярость тёмного сквозила в каждом движении демона.

— Будь моя воля, ты давно был бы в самом котле. Ты проклял себя грехопадением. Твоя душа принадлежит мне…

Эр явно боялся этого мелкого тёмного существа, хотя мне казалось, я мог бы перешибить его одним ударом. Как бы то ни было, мой сосед по телу сжался в комок, и тело досталось мне. От такой власти я потерял равновесие и шлёпнулся лицом в траву.

Козлобородовый склонился к нам, почти уперевшись мне в лоб своими бараньими рогами. — И ты будешь делать то, что я от тебя требую. Так или иначе! Ты меня понял?

— Эр, тут что-то не чисто, позволишь, я сам с ним потолкую? — Задал я вопрос троллю. Эр что-то буркнул, но я принял это за согласие.

— Твой тёмный хитрить, душа не твой, если не твоя воля. — речевой аппарат словно испорченный переводчик исковеркал мои мысли, обращая их в слова.

Тёмный впился в меня подозрительным взглядом. А я, решив воспользоваться паузой, попробовал выяснить хоть что-нибудь.

— Я ничего не помню. Память чиста, словно только что родился.

— Только странное чувство потери… Как дырка тут… — встрял в разговор Эр, тыча пальцем в грудь.

— Мне плевать на твои дырки. Ты — моё орудие. Твоя задача — сеять ужас и страх…

— Он всего лишь… — Эр в раздумье подбирал слово, чтобы закончить мысль, подходящее слово вылетело из головы, как птицы из гнезда…

— Я, я… — людь!!! — язык снова исковеркал мою мысль.

— Человек? — закончил фразу тёмный и расхохотался. — А Владыка был прав насчёт тебя, обещая мне, что я не пожалею.

— Че…ло…век. — повторил я знакомое слово на языке тролля, усилием воли заставляя непослушный язык повиноваться.

— Нет, ты не человек. Ты с треском провалил свой экзамен… Посмотри на себя. Ты — троль, пещерное чудовище… Людоед. Зверь, не более. Я дал тебе эту реальность, ты — мой слуга. Не вздумай своевольничать…

Тёмный щёлкнул хвостом.

— Деревня у излучины. Проголодаешься, тело подскажет, что ты должен делать… и чтоб к закату там камня на камне не осталось!!!

— Там сейчас эти людишка в железе, с кусачим дымом и летающими палками. Они укусили моя в голова, а потом… — закончить Эр не успел.

— Асгбест привёл дружину, всё идёт по плану… — пробормотал козлобородовый и исчез в сизой дымке, словно его и не было. И лишь стойкая, ещё более мерзкая, чем моя собственная, вонь напоминала о его визите.

— Я уже не человек… — мысли текли медленно, словно облака в безветрие. Лишь гигантским усилием воли я заставлял мозг работать. — Значит, я был им… и что-то провалил… наверное, что-то хрупкое…

Я ещё раз оглядел свои огромные ладони.

— … а раз оно хрупкое, то, скорее всего, ты его просто сломал. Надо починить то, что сломалось, и тогда… и тогда моя голова снова будет тишина. — добавил Эр вслух.

— Слушай, я не знаю, кто я, и почему я тут с тобой. И мне это нравится не меньше твоего. Надо найти способ…

—Моя знай способ…— не унимался троль и снова замахнулся головой на камень.

—Да на!!!— заорал я и сам с силой ударил лбом каменюку.

Удар вышел ужасным.кожа на лбу засаднила а ужасная бол чуть не порализовала нас обоих.

—Че ? Помогло? Нравиться? Давай ещё? — я вспомнил трепет соседа перед козлобородым.— Давай!!! Тебе с темным потом разбираться. Я вообще ничего не помню. Давай. Я могу продолжать, Давай самоубьемся. Вперед.

—Нельзя самоубиться, твоя права, надо искать другой дорога.

Мы уселись у камня молча ненавидя друг друга, я к тому же пытался понять что за чертовщина тут происходит, а раскалывающаяся от боли голова этому не помогала. Сколько мы так просидели не могу сказать, но то время мне показалось вечностью. Даже насекомые затихшие после нашей драки с камнем снова закружили над травой. И тут тишину поляны разорвали довольные крики странных зелёнокожих существ вперемежку с мелкими серыми созданиями с большими заострёнными ушами.

Я повернулся на живот и затаился, не зная, как реагировать на незнакомцев.

— Это орки, а те, что мельче, — гоблины. Мясо жёсткое и вонючее. Не такое вкусное, как у розовокожих, но голод утолит. Моя хотеть жрать… — очнулся внутри Эр.

Компания из нескольких десятков гостей расположилась на опушке. Они скинули набедренные баулы, наплечные сумки и принялись рубить сухие деревья и валежник для костра.

Пока я соображал, что вообще происходит, Эр получил контроль над нашим телом.

Троль вскочил на ноги и бросился к ним. Мощный удар кулака буквально вмял в грунт ближнего орка. Остальные бросились врассыпную, и лишь один, подняв топор, бросился в атаку. Огромная секира едва не закончила моё путешествие, чиркнув по коже. Орк издал то ли боевой клич, то ли заклинание. Эр замер, но мне умирать не хотелось. Включились инстинкты. Мои инстинкты. Я ушёл с линии атаки и нанёс удар коленом в провалившегося вперёд орка, рёбра треснули. Мощь тела тролля была колоссальной. Увидев, что магия вожака не подействовала на противника, чужаки побросали поклажу и рванули врассыпную. Эр внутри очнулся и недовольно ворчал.

— Твоя, однако, полезный, моя противостоять заклинаниям шамана не может. А ты его враз и пополам, и шкуру спас, и завтрак добыл.

Эр со знанием дела выкорчевал из сустава руку поверженного и принялся уминать её, словно это была куриная ножка. Меня передёрнуло.

Эр справился с моим рвотным порывом.

— Зря ты так. Мясо полезно. Мясо много силы.

Наши зубы оторвали приличный кусок плоти и начали жевать.

« Но не сырое же…»

—Моя всегда так ем, пока не остыло. Мертвечина холодная и жёсткая. — Эр оторвал ещё один смычный кусок, я почувствовал почти звериное удовольствие растекаюшееся от наполненного желудка по всему телу. — Твоя привыкай, троль траву не едят, мы не коровы.

— Ну, есть же и другие способы… — не согласился я, но наш диалог бесцеремонно прервали.

— Способы для чего? — над ухом раздался странный гул и стрекот. Троль отмахнулся. Но юркий летун снова завис над ухом.

— Так для чего способ? И вообще я в первый раз вижу, чтоб троль говорил, да ещё и сам с собой.

— Мой сосед, наш, тролья еда не нравится. — откликнулся Эр, пока я пытался разобраться, кому принадлежит этот тонкий голосок, и отмахивался от странного существа, кружащего над головой.

— Не маши так, я тебе не муха и не овод. Я, конечно, благодарна за то, что ты прогнал похитителей, которые украли меня у полонивших людей, но сильно на благодарность не рассчитывай. Из клетки я сама выбралась, так что чисто теоретически…

— Твоя может разделить моя и этот ужасно шумный болтун. Возможно, тогда мне не надо будет слушаться козлиную бороду. И моя пойдёт спать обратно в пещера.

— Болтун? Разделить? И где же он?

—Проклятый захватка залез мой голова и не хочет убираться.

— Это уже интересно, я думала, что ваше племя на грани исчезновения. А тут сразу два да ещё и в одном теле.— прожужжал голосок уже над другим ухом.

—Не два. Я тролль, я Эр. Болтушка не троль. Его вообще ничего не помнит, даже имени, навязался с утра. Разбудил почти в полдень. И думает, и думает. Я бояться, моя голова лопнет.

— Ну, знаешь ли, я сюда не просился!!! — начал я, но троль лихо парировал выпад.

— Если твоя не помнить ничего, откуда знаешь? Может, просился. Или тебя козлобородый подкинул, чтоб моя наказывать? — почти прорычал Эр.

— Я не знаю. Я ничего не помню. Кроме сегодняшнего. Помню только, что потерял что-то важное, и от этого словно дыра в сердце.

— Дыру в сердце может оставить лишь одна вещь — снова запищал голосок в такт стрекоту крыльев.

— Какая? — я почувствовал, как любопытство проснулось в душе Эра.

— Ангелы зовут её небесной усладой, демоны — адской мукой. Только люди…

Тролличьи губы не имели должной гибкости. Я напрягся, заставляя язык повиноваться. Медленно и картаво, но всё-таки мы выговорили это слово:

— Любовью… — закончил я фразу.

— Любовью. — вторил голосок. — Вот только Любовь не всегда награда…

Глава четырнадцатая

Шазар

— Люди. Это человеки? — вставил Эр. — Если твоя знать, как её зовут человеки, значит, ты тоже Людь. Подлый людишка, ты залез мой ухо, пока я спать. Или ты колдун, что пальнул в меня жалящим дымом вчера вечером у деревни? А ну-ка, вылезай!!! — заорал Эр и снова собрался ударить головой ближайшую булыгу. Благо, вокруг их было разбросано немерено.

— Что? — с ужасом прошептал хозяин писклявого голоска.

— Ты глухой? Не шелестела бы крыльями, всё слышал бы. Твоя сильно жужжать над ухо, как комар.

— Дай мне поговорить с Людем.

Эр дико обиделся на слова девушки и взревел.

— Колесо Сансары почти остановилось. Души людей почти не возвращаются в мир.

Гул стих. А на камень возле пня приземлилась миниатюрная девушка в одежде из лепестков и с крыльями стрекозы за спиной.

— Семь из восьми новорождённых не имеют её. Они мертвы. Эпидемия мертворождённых — бич этих земель. Не злись, пожалуйста. Дай мне говорить с твоим гостем, мне очень важно. Пожалуйста.

Девушка сложила руки в молитвенном жесте и склонила рыжую голову.

— Твоя пресная. Твоя знает, что такое уважений, моя согласный. — Довольный Эр спрятался в глубинах подсознания. Оставив меня один на один с внешним миром и странным голосом.

— Это правда? Всё, что Эр сказал? Правда? — голос цветочной феи дрожал.

Я лишь кивнул нашей с Эром головой.

— Правда. Я не помню. Ничего, абсолютно, словно и не жил до этого. — ответил я.

«Порочный круг времён

Незваный гость разрубит.

В чужом обличии

Он явится во свет.

Любовью

Он оковы мироздания

Разрушит.

И пелена падёт.

Откроются дороги,

И голос песни

Поведёт любимых

К вечной розе…»

Произнесла нараспев девушка, заглядывая в глаза тролля.

— Что за Роза?… Козлобородый тоже твердил о каком-то цветке.

— Он точно из человеков, настоящий Людь, раз про Ветренный цветок ничего не знает. — буркнул тролль из своего убежища.

Я буквально услышал, как заскрипели шестерёнки у нас в голове, — троль пытался думать.

— Поэтому орочий заговор на тебя не подействовал.

— Пусть Людь величай так, если хочешь…

Я обернулся к маленькой крылатой фее.

— А ты кто? Я тебя тоже не помню…

— Я лесная фея, и теперь, так как вы спасли меня — ваш должник жизни, по-вашему ангел-хранитель, ну и заодно и твоя совесть…

— Отстань, не сейчас, совесть без надобности, не до тебя мне, Людь память сломал. Починять треба… Твоя мешай… — вмешался Эр.

— И как же ты собрался память ремонтировать? — восхитительная улыбка-насмешка вспыхнула на лице крылатой девушки.

— Память в голова… — прорычал троль. — Моя биться голова об камень и вспоминай, как память чинить…

Лесная фея с полупрозрачными стрекозиными крыльями едва успела открыть рот, как троль со всего маха саданулся головой об огромный валун, лежавший на берегу. Камень с треском лопнул от чудовищного удара.

— Да что за привычка чуть что — башкой о камень? — фыркнул я на Эра.

— Моя, Людь, помогай, чтоб твой скорей уходить. И потом, я всегда так делай, когда забывай что-то.

Мы рухнули на седалище. Голова гудела, словно церковный колокол. Зверь потёр ладонью вздувшуюся на лбу шишку.

— Помогло? — издевательски произнесла фея.

Синий монстр замахал головой.

— Не помогло… башка совсем трещать стала… Больно. Но тут отпустило.

Я ткнул пальцем в область сердца.

— А там что болело?

— Не болело. Пусто. Людь там не только память теряй. — голос Эра вдруг стал печальным. — Троль думать, это память… хотя память в башке должна быть… Эр встал на ноги и задумчиво зачесал затылок.

— Ладно. С этим потом разберёмся… — сердито произнесла фея. — Ты совсем ничегошеньки не помнишь?

— Я всё помнишь, Людь не помнит. — Эр тряхнул головой. — Три луны назад ко мне пришёл Козлобородый. Сказал, что я его слуга и должен слушаться, и тогда он мою жену вылечит, и она родит нормального наследника. Кара богов коснулась и нас. Меня в деревню к человечишкам послал. Сказал крушить и буянить, кристаж дал, велел души погубленные в него собирать, особенно людских женщин и мелких детишек, тогда он из их страха и боли сделает лекарство для душа мой наследник.

Эр поднялся на ноги.

— У нас в горах только имеющий наследника считается настоящим тролем. И чем больше потомка, тем больше уважений у других тролей. Мы с женой семь раз пытались. Семь раз она рожала мёртвую скалу.

Жгучая невыносимая боль наполнила сознание тролля и резанула меня, словно нож. Ему было очень больно. Отчаяние и надежда толкнула это странное создание на сделку с козлобородым. Мне вдруг открылись мечты этого монстра.

Пещера, потрескивающие угольки костра в очаге посреди грота, женщина-троль, возящаяся у разделочной каменной плиты, и он у самого пламени, рассказывает детишкам сказки.

Видение исчезло. Эр продолжил:

— А там у деревни были эти, на жеребцах, в железе, все совсем не вкусные. Давай в меня жалющими деревяшками кидаться со свой странный… — Эр замолк, подбирая слова.

— Покажи, может, я помогу. — прошептал я вполголоса.

— Как твоя помогай, если ты ничего не помнишь? Ай, ладно… — Эр напряг память, и у меня возник образ закованного в латы мужчины с арбалетом в руках.

— Это болты. Стрелы для арбалета.

— Подлая врака. Твоя знай орудия людишка?

— Я не лжец. Говорю тебе. Ты показал — я вспомнил.

— При амнезии так бывает. — вставила фея.

— Амнезия — это потеря памяти в результате травмы или происшествия. — всплыло в моём сознании. А Эр произнёс это вслух, чем вызвал шок у крылатой.

— Откуда у тебя знания демиургов? Кто вы такие?

— Голова пустой, как барабан. Потом Людь вспомнил. Бородатый ему сказал: «Больше не человек…»

— Значит, был. Но сломал. — добавил уже я, постепенно привыкая к странной трактовке своих мыслей голосовыми связками Эра.

— А кто такие ваши демиурги?

— Твой не лезь, когда мой с совесть разговаривай. — рыкнул тролль и саданул наше тело кулаком.

Ко мне вдруг пришло осознание, что началась обычная для самцов всех рас и разновидностей мериться писюнами. Не долго думая, я с маху плюхнулся на землю. Воздух из лёгких выбило, и перед глазами пошли то ли круги, то ли звёздочки.

— Вы так друг друга угробите. — испуганно воскликнула девушка, её голос наполнился силой. — Тёмный будет только рад. Вы что, хотите в его рабство на веки? Во всех воплощениях, в тысяче миров, за десять тысяч жизней не снять потом это клеймо.

Слова подействовали на нас, как отрезвляющий душ.

— Может, это вам судьба испытание устроила? А вы..? Вместо того чтоб помогать друг другу, пипирками меритесь, чей длиннее. Только вот беда — один он у вас на двоих. Как и жизнь в этом мире. Лучше думайте, как исправить то, что случилось.

— Как чинить, если даже не помнишь, что сломал… Я совсем ничего не помню… ни кто я, ни где я… Даже имени.

— Зачем тебе старый звук? Я — Эр, ты — Людь.

— Буду звать Людэр. — на языке южан это значит двуликий. А кто ты — решать только тебе. Или вы рабы тёмного, либо жить по своим правилам. Но тогда у вас останутся только враги. Никому не нравится своевольность и неповиновение. А насчёт того, где ты… — Фея фыркнула, стряхивая с крыльев капли воды. — Для тебя это реальность. Мир, в котором ты проживёшь этот век. Это королевство Каресия. Владения герцога Балинтийского. Зачем тебе лезть в дебри мироздания?

— Помоги мне. Хотя бы в двух словах. Не хочется быть просто пешкой в чужой игре с непонятными правилами. — начал я, но замолк под оценивающим взглядом феи.

— Тут ты прав, конечно, не зная правил, ты шею себе враз свернёшь. И не только себе, но и Эру. А это минус моей репутации, я всё-таки теперь ваш Хранитель… — Фея почесала копну волос на макушке. — М-да, вот казалось, ну что может быть проще, чем хранить практически неуязвимое, одно из сильнейших существ на Радеоне? Но я знаю, кто может нам помочь.

— Кто? — хором ответили мы с Эром.

— Оракул ведает многие тайны… — загадочно пропищала крылатая.

— Вот только открывает он их не каждому. — Раздался позади голос козлобородого. — Безмозглая громила и фея — весьма впечатляющий дуэт.. но отвечать на загадку сфинкса должен тот, кто будет задавать вопрос. У него нет шансов. Даже я туда не осмелюсь сунуться. Какое дело магическому созданию до низших смертных? Вы ж вроде в нейтралитете.

— У тебя нет власти задавать мне эти вопросы, а перед демиургами я найду что сказать.

Фея встала на плече тролля и подбоченилась.

— Так значит… — бородатая тень погладила бороду. — Только оно того не стоит, малышка. Я — Лорд Шазар, правая рука Колымара. Даже ваша верховная мне не ровня. — глаза тёмного налились мраком.

— Тут у тебя столько же власти, как и у меня. — отпарировала фея, щелчком пальца разгоняя исходящий от колдуна мрак.

— Не стоит столь юной волшебнице заводить столь могучих врагов. — прошипел тёмный.

— Это был не мой выбор. Но я от своего слова не отступлюсь. Я не отдам тебе Людэра.

— Людэра? Ты уже дала ему имя? Тролли не питомцы. Он проклятый, заклеймивший душу тяжкими грехами. Он — априори мой!!!

— Был бы твой, ты б его из гиены и не выпустил. Прочь с дороги, тёмный. — в голосе мелкой, размером с обычную стрекозу феи зазвучало могущество весеннего грома.

— На колени, Эр… — прорычал Тёмный.

Но огрин замотал бородатой головой.

— Моя не твоя раб.

— Значит, выбор сделан? — спросил козлобородый у тролля.

Чудовище кивнуло головой.

— Моя решать чинить свой прошлость. Моя тебе не служака!

— Будь по сему. Верни, что не твоё, и сделка будет расторгнута. Поглядим, чем всё это закончится. — ухмыльнулся тёмный. — Но помни, синюшный: Мои слуги живут в роскоши, они крушат великих, творят историю. Я могу дать тебе все богатства этого мира. Золото, драгоценности, власть…

— Зачем тролю всё это? Я такое не ем… — Эр вытащил из-за пояса синий кристалл и швырнул его Тёмному. — Троль — мужчина, а мужчина сам зарабатывает уважение, и богов, и сородичей!

— Надо было оставить побольше мозгов. — с досадой произнёс тёмный. — Я превращу твоё существование в ад!!! Вся Вирания будет охотиться на тебя!!!

— Мне не надо существование. Моя жить хочу. Я хочу… — прорычал Эр.

А я зациклился на странном названии этой страны. Оно звучало словно отдалённое эхо давно забытой истории.

— Тебе не запугать нас. — перебила троля маленькая фея. — Ты обычный шептун. Пережиток разрыва. Если бы верховный круг всё ещё существовал…

— Как же глупа молодость… — расхохотался демон. — Я не просто шептун. Я настройщик душ.

— Что ж ты до сих пор не продвинулся в своём поприще? — съязвила фея. — Семь тысяч лет в неисчислимых реальностях. Ты так ничего и не доказал… ни Творцу, ни хозяину?

Колкость удалась. Тёмный просто взбесился.

— Ты пожалеешь о своей дерзости!!! — прошипел демон и растворился в жёлтом облаке сероводорода.

— А ты храбрая, Вероника. — восхитился я.

— Скорее глупая, как и ты. Против нас восстанет вся армия тьмы. Все уязвлённые пороком люди. Вся нежить и нечисть, что осталась со времён короля Гастана.

— Моя не бояться ни тьма, ни людишка!! — Зарычал Эр. — Моя согласный идти помогай Вероника и Людь. Моя заслуживать уважений!!

— Даже с тобой, храбрый Эр, наши шансы мизерны.

— Но они есть. Значит, надо пробовать. — выкрикнул я.

— Искать потеряшка, хоть тысячу жизней. — рявкнул троль и зачапал в сторону леса. — Это интересней, чем служить тёмный бородатый козёл. Идём к твой Оракул, моя не знать дорогу.

— Тогда на запад. Миры соприкасаются зелёным лучом на Восток. Идя к закату, мы не пропустим изумрудный блик.

Людэр поднялся на ноги и зашагал вслед за мельтешащей впереди крошечной феей.

Глава пятнадцатая

Колыбельная

Факелы в коридорах цитадели почти погасли, гонимый разочарованием герцог шёл по ним будя задремавших постовых и пугая ночных мышей. В голове крутились строки из сна:

«Раз в двадцать лет, о, ненасытный рок, должна она нести кровавый свой оброк...»

Чьи-то слова, древние, как сам Тариман?. И лицо колдуньи, проступившее в иероглифах — юное и одновременно бесконечно старое. Он попытался отогнать видение, сосредоточиться на ощущениях. Но образ колдуньи словно преследовал его. Грезился в каждой тени, в каждом темном закутке. Лафрен, снял со стены трофейный меч добытый кем то из предков, и сделав пару резких махов проверил клинок рубанув по стоящему рядом чучелу пещерного медведя. Набитый сеном череп хищника и толстая жердь удерживающая голову были срезаны начисто. Сталь хранила остроту лучше чем герцог свою страсть. Ощущая силу герцог взял себя в руки и видения отступили. Но возвращаться в спальню не хотелось. Герцог решил залить горечь и разочарование вином, и двинулся в подвал.