Двуликий Альбион и Законы крови

Мастер со стуком опустил кирку на обледенелый пол и обвел шеренгу тяжелым взором.

— Слушайте меня, ничтожные новички. Вы уже успели нагреть лапы о пламя Мэйфэйра на первых уроках соприкосновения. Но истинный маг Гринвича обязан уметь сопротивляться холодной породе самостоятельно. Запомните раз и навсегда: одними мыслями вы никогда не разгоните окоченение в теле до конца. Без зноя драконов мы все здесь — лишь будущие изваяния. Но ваша задача — научить жилы дышать вопреки обморожению. Вы обязаны удерживать власть над мышцами и не окаменеть окончательно перед вековым базальтом, пока до ваших забоев не соизволит спуститься поддержка Мэйфэйра. Здесь, в глубоких пещерах, нет крылатых тварей. Здесь есть только вы и мороз Бен-Невиса.

Стоунхарт резко развернулся к шеренге, приковывая к себе внимание.

— Ваше задание на сегодня — тактильное сопротивление породе! — громом прогремел наставник. — Вы обязаны голыми руками прижаться к ледяной стене штрека, поймать волну давления горы и заставить жилы дышать. Задача — уберечь кровь Гринвича, разогнать её и не позволить стуже превратить суставы в камень. Тот, кто поддастся холоду и позволит каменной крошке забить сосуды, начнет каменеть изнутри. К стене! Ладони на скалу!

По штреку пронесся панический шепот, но первокурсники, шурша плотной уставной тканью комбинезонов, поспешно прижались к ледяному камню.

Дерек, стоявший рядом, лениво скосил на Селену свои пепельные, цвета базальтового отсева глаза. На его лице не дрогнул ни один мускул, но во взгляде промелькнула искра мрачного юмора.

— Хреновый солярий, правда? — коротко пробасил гигант, и от этого низкого, рокочущего звука воздух вокруг них на мгновение замер. — Если я окочурюсь в этой дыре, черкни Мэйфэйру, что их хваленое белое пламя — полная лажа.

Селена ответила Дереку понимающим взором, оценив хладнокровие великана перед лицом разгневанного наставника.

— Договорились. Только сделай одолжение — не обратись в садовую статую раньше срока.

Парень издал низкий рокочущий смех, напоминающий глухой обвал породы, и первым приблизился к скале. Огромные, мозолистые ладони Дерека с размаху врезались в ледяной базальт.

Его тектонический заслон работал безупречно. Горный мороз Шотландии, исходящий от глыбы, натыкался на глухую стену глубинного давления его собственной крови. Пока у других новобранцев кожа уже начинала покрываться налетом, Дерек заставлял кровь в венах бежать в бешеном темпе, разгоняя малейшие намеки на окаменение суставов. Он стоял как вкопанный, не моргнув от пронизывающего холода и демонстрируя абсолютную выдержку. Кожа на его руках оставалась чистой — гигант полностью контролировал тело, не позволяя горе забрать первенство.

Селена шумно выдохнула, унимая дрожь, шагнула к черной матовой скале и прижала обнаженные ладони к шершавому, обледенелому камню.

Стужа в то же мгновение прошила кисти рук, словно сотни ледяных шипов. Кровоток испуганно замер, а сосуды в предплечьях начали на глазах покрываться коркой. Начиналось самое суровое испытание Гринвича. Она должна была заставить собственную природу дышать вопреки стуже, но жилы словно намертво сковало.

За спинами замершей шеренги новобранцев послышался тихий, размеренный шорох шагов. Вдоль рядов медленно шел Томас. Как сильнейший теоретик старшего курса, он присутствовал в ледяном штреке на официальных правах помощника мастера. Суровый Стоунхарт уважал Томаса за предельную точность в расчетах и доверил ему заполнение ведомости о проверке. Он остановился ровно между Селеной и Дереком. Сквозь стекла очков его внимательный взор переместился с огромных, чистых от налёта рук гиганта на бледные, безжизненные пальцы Селены. Вокруг её ногтей уже начинала проступать пепельная базальтовая корка — верный признак того, что шотландский мороз стремительно побеждал, обращая живую плоть в неподвижный камень.

— Сопротивление породе со стороны правого новобранца — девять из десяти, — спокойным голосом произнес Томас, делая пометку карандашом в блокноте. Затем он перевел взгляд на Селену. — У левого испытуемого — критический застой крови. Обращение в камень начнется в ближайшие мгновения.

Дерек, не отрывая рук от скалы, лениво мотнул головой в его сторону:

— Эй, книжный червь, у тебя в твоих картотеках нет инструкции, как не сдохнуть здесь от скуки, пока ты считаешь наши вздохи?

В проницательных глазах Томаса промелькнула холодная язвительность. Он даже не повернул головы в сторону гиганта:

— Инструкция проста, Дерек: держи власть над вдохом и следи, чтобы жилы не перегорели до того, как наставник завершит проверку. — Томас понизил голос, фиксируя Селену. — А вот твоей соседке взывать к небесам бессмысленно. Её кровь наглухо скована морозом.

Предупреждение Томаса и пронизывающий до костей холод обледенелого штрека подействовали на Селену удушающе. Глубоко в мышцах рук базальтовая крошка отозвалась резким, болезненным хрустом. Она упрямо замерла, фиксируя тело, пытаясь заставить кровь двигаться быстрее, но её природа словно намертво застыла. Холод горы действовал быстрее. Пальцы Селены, прижатые к скале, начали стремительно бледнеть, а локти налились неподвижной тяжестью. Окаменение забирало власть над телом.

Томас хмуро понаблюдал за ней сквозь стекла очков, а затем стремительно убрал ведомость. Он сократил дистанцию, чтобы его тихий шепот не долетел до Стоунхарта.

— Твое упрямство похвально, Селена, но ты зажимаешь холод в груди, — едва слышно шепнул Томас, косясь на её туго затянутый кожаный корсет. — Жилы забиты базальтовым отсевом, потому что ты пытаешься переломить породу упрямством. Нужно не бороться со скалой, а пропустить холод сквозь себя, заставив очнуться самые глубокие слои. Дерек, прикрой.

Двухметровый великан не повел и бровью, но его мощная спина слегка качнулась в сторону. Дерек застыл неподвижной глыбой, надежно укрывая Селену и Томаса от проницательного взора наставника.

— Шевелись, книжный червь, — коротким, рокочущим звуком бросил великан.

Томас потянулся к Селене, но, едва его пальцы коснулись её предплечья, он резко, словно от ожога, отдернул руку назад. На его лице отразился неподдельный испуг: взгляд метался по лицу девушки, пытаясь осознать ту пугающую аномалию, что скрывалась под её кожей. Однако уже в следующее мгновение, переборов секундную панику, он быстрым движением тонких пальцев вновь прижал ладонь к её руке прямо над локтевым сгибом. Зафиксировав холодную кожу Селены, Томас передал ей едва различимый, глубокий гул базальта. Он не спасал её от обморожения напрямую, но за счет сопряжения их рук, словно живой метроном, запустил правильный, гармоничный ритм в засыпающих сосудах.

— Сделай вдох, — приказал Томас, в упор глядя на неё проницательными глазами. — И лови ритм моей крови. Расслабь локти.

Селена судорожно выдохнула и заставила себя перестать сопротивляться. На мгновение показалось, будто сквозь предплечья пропустили едва ощутимую, глубинную дрожь скалы. Базальтовая крошка внутри вен зашевелилась, но теперь она не блокировала кровь, а принялась мерно, в такт тяжелому рокоту Томаса, перекатываться по руслам. Девушка не разогнала камень до конца, но выполнила норматив — тело больше не каменело, а базальтовый заслон успешно держал оборону против шотландской стужи.

Оставалось надеяться, что руководство Цитадели выдаст им после этой проверки хотя бы по чашке горячего чая, а не новую порцию издевательств от Мэйфэйра.

Томас мгновенно убрал пальцы от её руки и отступил на шаг назад, раскрывая ведомость и натягивая прежнюю маску холодного равнодушия. Дерек слегка расслабил широкие плечи, возвращаясь в исходную позицию.

— Уровень отклика породы у левого новичка — четыре из десяти. Минимальный порог пройден, — ровным и безучастным тоном отчитался помощник мастера, делая пометку карандашом, когда мимо них с глухим стуком кайлы прошел мастер Стоунхарт. Парень добавил едва слышно, одними губами:

— Тройка с минусом, Гринн. В Кройдоне за такое выполнение нормативов бьют по лицу, но для Высшего Совета Коалиции сойдет.

Мастер остановился, подозрительно осмотрел базальтовый налет на пальцах Селены, хмуро кивнул и двинулся дальше вдоль шеренги.

Селена медленно выдохнула, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает тело. Она перевела взгляд на Томаса, который продолжал что-то сосредоточенно писать, а затем на Дерека. Гигант лениво скосил на неё серые глаза и одобрительно хмыкнул.

— Добро пожаловать в штреки, кройдонская. Первую порцию шахтной пыли ты официально пережила.

Селена с трудом оторвала замерзшие пальцы от породы. Тонкая корка налета хлопьями полетела под ноги. Окаменение отступило, но мышцы ныли от дикого напряжения. Мэйси уже махала им рукой от дверей подъемника, где патрульные Крона собирали новобранцев в шеренгу.

Когда цепная платформа со скрежетом и лязгом потащила поток обратно, вверх к жилым комнатам, Селена прикрыла веки. Подъем в этой ржавой железной клетке напоминал путешествие прямиком из преисподней, но здешний сервис не предполагал жалоб. С каждым преодоленным горизонтом стужа Нижнего яруса уступала место теплу жилого уровня. Но это изменение не приносило облегчения. Вместе с ним в пространстве вновь принимался отчетливо нарастать едкий, опасный шлейф выжженного озона. Специфический аромат драконов. Селена понимала, что самое суровое испытание этого дня поджидало её вовсе не в шахтах, а там, где двум потокам предстояло вновь столкнуться лицом к лицу.

Железные створки подъемника с грохотом разошлись, выпуская изнуренных, испачканных базальтовой пылью студентов Гринвича прямиком в окутанный паром и шумом Трапезный зал.

Глава 9

За пределами каменной твердыни Цитадели шотландский полдень тонул в леденящем безмолвии. Полярный шторм Бен-Невиса утих, оставив после себя тишину, в которой скальные пики казались высеченными из серого обледенелого базальта. Плотные, свинцовые тучи намертво прижали нагорье к земле, перекрывая блеклый солнечный свет и погружая ущелья в глубокую мглу. Стужа сковала горную глушь мертвой хваткой, отсекая крепость от живого мира и превращая её в неприступный гранитный склеп.

Селена сидела между Мэйси и Дереком, бездумно ковыряя ложкой густой суп.

— Эй, кройдонская, ешь давай, — Дерек, уже уничтоживший половину буханки хлеба, отрывисто буркнул куда-то в сторону. — Если Стоунхарт на следующей практике загонит нас еще глубже, тебе понадобятся силы, чтобы не стать частью интерьера. Нам бледные статуи в шеренге не нужны.

— Отстань от неё, Дерек, — Мэйси раздраженно пихнула великана локтем, но тот даже не пошевелился, словно бок был сделан из застывшего векового сплава. Подруга с тревогой заглянула Селене в лицо. — Ты сама не своя после штреков. Томас сильно тебя гонял по ведомости? Он может, он ужасный зануда…

— Нет, всё в порядке, — тихо проговорила Селена, заставляя себя проглотить кусок хлеба. Сухой мякиш встал поперек горла.

Она мысленно поклялась обходить взором правую сторону зала. Буквально приказала себе не поднимать лица туда, где сидел Мэйфэйр. Однако стоило Ардону лишь мельком посмотреть в её сторону через весь чертог, как обсидиановая природа глубоко под кожей отозвалась обжигающей судорогой, мгновенно столкнувшись с удушающим зноем дракона.

Селена не выдержала. Она вскинула подбородок и посмотрела на противоположный сектор. Ардон сидел неподвижно во главе стола своего факультета. Его глаза были намертво устремлены в левое крыло зала. Прямо на неё.

Локвуд буравил девушку взглядом через гул и клубы испарений, исходящих от стола с едой. В этом давящем, медовом блеске неприкрыто сквозило триумфальное торжество хищника и едкий сарказм. Наследник Мэйфэйра явно ловил удовольствие, наблюдая за тем, каких усилий ей стоит эта безмолвная дуэль. Селена мысленно пожелала заносчивому дракону подавиться его обедом, но взгляда так и не отвела.

Мэйси, оцепеневшая со стаканом в пальцах, быстро перевела взор с побледневшего, застывшего лица Селены на ряды Мэйфэйра, а затем обратно. В зрачках подруги отразился дикий коктейль из ужаса и замешательства. Медленно поставив напиток на стол, она придвинулась к самому уху Селены.

— Селена… Какого черта? — почти беззвучно зашептала Мэйси. — Из-за чего Локвуд сверлит тебя глазами, словно мечтает испепелить весь наш поток прямо вместе с поварами? Ей-богу, от его зноя сейчас камни вокруг потекут. Забудь про ту сторону, Гринн, даже не вздумай коситься туда.

— И в мыслях не было, — Селена до боли сдавила пальцами столовый прибор, сохраняя бледность, которую нельзя было пробить никаким зноем. Она выдавила эти слова с нарочитым безразличием, практически не шевеля челюстью.

— Всё это выглядит очень мутно, — подозрительно нахмурилась подруга. — Селена, если этот дракон не прекратит играть в гипнотизера, у нас у всех случится заворот кишок от страха. Нам только внимания Мэйфэйра не хватало для полного счастья…

Договорить Мэйси не успела. Многоголосый гул в Трапезном зале разом, будто по невидимой команде, затих в левом крыле. Райан Крон разрезал тишину на Нижнем ярусе Гринвича. Староста возвращался к столу старшекурсников, и его темные глаза мгновенно зафиксировали эту немую дуэль через зал.

Крон целенаправленно двинулся к ряду Селены. Он замер со спины первокурсников, и над столом мгновенно нависла тень. На миг он послал уничтожающий, предостерегающий взор сквозь весь чертог — в самую глубь сектора Мэйфэйра, жестко перекрывая линию взгляда заносчивого дракона, затем низко опустил голову к девушке. Его шепот оказался настолько отрывистым и тихим, что его с трудом уловила даже прижавшаяся к ней Мэйси.

— Сразу после обеда. Буду ждать в заброшенных Оружейных штреках. Не опаздывай, Гринн. Нам необходимо побеседовать наедине.

Крон не стал дожидаться ответа. Староста выпрямился и ровным, размеренным шагом направился к своему столу, возвращая лицу привычную строгую маску.

Дерек, до этого сосредоточенно дожевывавший хлеб, проводил его хмурым взором и негромко пробасил:

— Ну вот, а я думал, он заставит нас мыть котлы. Похоже, Селена, твоя личная беседа пройдет без участия мыльной пены.

На противоположном конце помещения атмосфера мгновенно накалилась добела. Ардон, мгновение назад вальяжно отдыхавший в кресле, резко подался вперед. Вид Крона, шептавшего что-то Селене, заставил его пальцы судорожно сжаться. Изящный серебряный прибор в ладони дракона с тихим скрежетом деформировался, сминаясь в бесформенный комок. Его пальцы сжали прибор так, что костяшки побелели. Под кожей разгорался нестерпимый зуд — тело требовало её холода, как лёгкие требуют воздуха. Ардон судорожно сглотнул, чувствуя, как пересыхает горло.

— Не кипятись, наследник, это столовое серебро еще могло нам пригодиться, — Вейн, расположившийся справа, молниеносно зажал руку Ардона, пытаясь сбить этот критический перегрев.

Каспиан скептически прищурился, переводя взгляд с тяжело дышащего Локвуда на левый сектор Гринвича, где Селена сидела, опустив голову. Разомкнув пальцы на запястье друга, он приглушил тон, стараясь уберечь растерянные интонации от ушей остального Мэйфэйра:

— Ардон, какого хрена? Что за схему ты крутишь? — едва слышно процедил Каспиан. — Сначала в Зале Равновесия ты прячешь эту девку из низов за своим плечом. Потом на лекции прессуешь Олдена, устраивая допрос и закидывая намеками о паразитах. А сейчас вокруг тебя воздух плавится от желания прикончить Крона за банальный разговор с первокурсницей?

Вейн перевел взгляд на надменное лицо Локвуда, пытаясь разгадать его замысел.

— Меня бесит само присутствие этого кройдонского сора, постоянно маячащего перед глазами. Крон возомнил, будто вся эта гора держится исключительно на его хребте, — Ардон взял свой стакан и сделал неторопливый глоток, продолжая сверлить хмурым взором зону Гринвича.

Смерив ситуацию недоверчивой улыбкой, Каспиан прекратил расспросы, заметив, что студенты Мэйфэйра вокруг начали прислушиваться.

— Что ж, если весь этот концерт устроен ради строптивого вожака Гринвича, ладно, — язвительно хмыкнул Вейн, косясь на столы магов земли. — Только учти: если на почве этой неприязни ты продолжишь уничтожать раритетное столовое серебро Академии, Кэрингтон заставит тебя лично ковать новые вилки.

Едва Трапезный зал затих после завершения обеда, Селена отодвинула порцию еды, к которой так и не притронулась. Она дождалась, пока Мэйси уйдёт в жилую комнату вместе с Дереком, бурно обсуждавшим новую порцию схем Томаса, и незаметно выскользнула из общего потока.

Заброшенные Оружейные штреки встретили её промозглой подземной прохладой. Площадка старых кузен, вырубленная в толще горы, нависала над непроглядной расселиной.

В тишине за спиной раздался размеренный шаг. Райан вышел из тени каменной арки. Он словно сливался с мрачным величием этой горы. Маг остановился в нескольких шагах от Селены, сфокусировав на ней свой взгляд, а затем уставился вниз, на багровый отсвет лавы.

— Мне нужно узнать имя мужчины на Кройдонском кладбище, — отрывисто произнес Райан. — Того самого дракона, который расправился со студентом и бросил тебе чужой билет. Я знаю, где искать.

Селена медленно обернулась, слегка склонив голову набок.

— Кройдонское кладбище, говоришь? Надеюсь, у тебя есть план — или мы отправимся туда первым рейсом поезда и бродя по кладбищу просто будем спрашивать у надгробий, кто убил студента?

Райан мгновенно изменился в лице. Издевка Селены заставила его потерять хладнокровие. Он резко подался вперед, нависая над ней всей своей мощью заставляя ее пятиться назад.

— Хватит зубоскалить, Гринн! — яростно процедил Крон, и от его голоса воздух в штреке словно промерз еще сильнее. — Тот дракон, который бросил тебе билет, уничтожил первокурсника моего факультета. Он наплевал на законы Коалиции и подставил мой Гринвич под удар Ищеек Высшего Совета.

Селена мгновенно растеряла всю свою напускную дерзость. Внутренности скрутило тугим узлом, а сердце испуганно забилось в ребра. От его яростного рокота и леденящей прохлады по телу пробежала крупная дрожь. Она инстинктивно вжалась лопатками в неровный, острый край скального уступа, понимая, что её глупая шутка едва не обернулась катастрофой.

— Ладно, Крон, ладно… Хватит, — прерывисто, с трудом выдохнула она, выставляя перед собой замерзшие ладони, чтобы хоть как-то удержать его на расстоянии. Голос девушки заметно дрогнул, выдавая её испуг перед его мощью. — Я поняла. Никаких шуток.

Райан чуть отступил, но его взгляд оставался жестким и давящим.

— Не нужно никуда ехать. В закрытом архиве Цитадели, на самых нижних уровнях лежат секретные ведомости Каменного Клыка — списки прибытия частных локомотивов элиты Мэйфэйра за прошедшие недели. — Его вкрадчивый голос упал до глухого шепота в полумраке ниши. — На нижних уровнях охраны вдвое больше, и если дозорные увидят там старосту Гринвича без сопровождения профессоров, у них сразу возникнут вопросы, — отрывисто выдохнул он. — Ты пойдешь со мной, но внутрь хранилища не сунешься. Будешь караулить у входа, на повороте к заброшенным плавильным печам. — пояснил староста. — Если на горизонте появится дежурный патруль Мэйфэйра, ты подашь сигнал. Обычная первокурсница, якобы нарушившая комендантский час в поисках теплого лавового очага, выиграет мне драгоценные минуты, пока я буду изучать ведомости. Выдвигаемся завтра в полночь.

Она не успела даже ответить. Крон развернулся и стремительным шагом скрылся в темноте каменной арки, оставив её один на один с рокотом магмы под настилом.

Селена постояла в полумраке штрека еще некоторое время, собирая мысли воедино и заставляя пальцы унять мелкую дрожь. Едва восстановив ровное дыхание, она направилась прочь из заброшенных кузен.

Зайдя в комнату и прикрыв дверь, Селена сразу наткнулась на неодобрительный взгляд Мэйси. Та сидела на краю кровати, скрестив руки на груди. Она встретила Селену суровым, обличающим взглядом, не обещающим ничего хорошего.

— Тебя вызывал профессор Олден, — констатировала Мэйси, приподняв бровь. — Что ты опять натворила, кройдонская? — подруга посмотрела на неё вопросительно, в голосе звучала смесь тревоги и упрёка.

Селена замерла на мгновение. Она провела ладонью по лицу, пытаясь собраться с мыслями.

— Я… я не знаю. — тихо ответила она.

Девушка стремительным шагом вылетела из комнаты прямиком к кабинету профессора Олдена.

Тяжёлая дубовая дверь бесшумно закрылась за ней. В кабинете пахло старинной кожей переплётов и сухим шалфеем. Профессор сидел за массивным столом. Его пальцы неторопливо выстукивали ритм на полированной поверхности — будто отсчитывали мгновения перед решающим вопросом.

— Прошу, присаживайтесь, Селена. Благодарю, что пришли так быстро.

Девушка села, стараясь не выдать волнения. Взгляд невольно скользнул к карте магических течений на стене: пульсирующие линии, обозначающие потоки силы, сейчас казались ей зловещими.

Он чуть наклонился вперёд. Его глаза, острые и внимательные за стёклами очков, изучали её лицо — словно пытались прочесть то, что она так старательно прятала.

— На прошлой лекции Ардон Локвуд весьма эмоционально рассуждал о некоем типе аномалий — о тех, кто не заземляет первородное пламя, а поглощает его. Вы не в курсе, что могло побудить его к таким выводам?

Селена на мгновение замерла. В груди чтото дрогнуло.

— Не уверена, профессор. Возможно, он наткнулся на какойто старый трактат или легенду? В библиотеке немало сомнительных источников…

— Да, безусловно. Но примечательно, что он говорил это, глядя на вас.

Она поймала себя на том, что задерживает дыхание.

— Вы знаете, профессор, как неровно дышат драконы на гринвичей.

— Хорошо. Простите, если мои вопросы показались вам странными. — профессор посмотрел на девушку очень внимательным, изучающим взглядом. — Я просто хотел убедиться, что у вас всё нормально. Драконы бывают иногда слишком заносчивы.

— Это верно, профессор. Но вам не о чем беспокоиться. Мы выдерживаем нейтралитет в общении с представителями драконьего клана. — Селена нервно сглотнула, стараясь сохранять спокойствие.

— Хорошо. Если у вас возникнут какие-то проблемы, вы всегда можете рассказать мне либо Крону. — добавил маг. — Мы более чем заинтересованы в безопасности нашего факультета. Вы свободны. Можете идти в свой блок, Селена.

Девушка встала и уже направилась к двери. Сердце билось гдето в области горла, а в висках глухо отдавался пульс — будто ктото стучал изнутри. Она сжала пальцы в кулак, стараясь унять дрожь в руках, и сделала шаг к выходу.

— И ещё одно, Селена. Постарайтесь избегать контактов с драконами, не касающихся практик. Просто мера предосторожности.

Она остановилась у порога, коротко кивнула, стараясь не показать, как эти слова отозвались внутри холодом.

Дверь за ней закрылась. Олден остался один. Он провёл рукой по лицу, затем поднялся открыл свой нижний ящик со старыми свитками. Его взгляд скользнул по одной из папок. Взгляд профессора стал задумчивым, почти тревожным. «Может, я зря тревожусь, — подумал он. — А может, как раз вовремя…»

Селена выскочила из кабинета как ошпаренная. Внутри всё кипело от ярости, которую она больше не желала прятать. Райан срывал на ней злость из-за Гринвича, который она сама подставляет под удар своим присутствием в Цитадели. А теперь ещё и профессор муштрует её, отрабатывая вопросы ящера, которые чуть не выдали её на лекции. Заносчивый дракон из Мэйфэйра превратил её жизнь в сплошную мишень.

Селена изменила маршрут и стремительно двинулась в сторону Верхнего яруса — туда, куда магам земли вход был строго воспрещен. Пользуясь слепыми зонами дозорных, она бесшумной тенью прошла через внутренние технические переходы и поднялась по винтовой лестнице к элитарным покоям Локвуда.

Девушка без стука толкнула массивную дверь, высеченную из белого мрамора.

Ардон сидел в глубоком кресле у огромного панорамного окна. При виде кипящей от злости Селены наследник хищно и высокомерно ухмыльнулся.

— Неужели девчонка из Кройдона лично соизволила явиться в мои чертоги? — процедил он, скользнув по ней оценивающим взором. — И без приглашения. Или ты решила принести мне новую порцию своего «спасибо»? Ты явно путаешь рамки дозволенного, Гринн.

Селена с грохотом захлопнула дверь и в три широких шага пересекла комнату, остановившись прямо над ним.

— Какого хрена, Локвуд?! — хлёстко, не заботясь о манерах, бросила она. — Какого хрена ты устроил сначала на лекции, а потом на ужине в Трапезной?!

— О чём это ты? — Ардон лениво закинул голову назад, и под его веками промелькнул неприкрытый, ядовитый сарказм. — Я ведь просто уточнил пару вопросов касательно аномалий. С каких пор стало запрещено расспрашивать о тайных паразитах?

— Хватит притворяться дураком, Локвуд! Ты выжигал меня глазами при всей Цитадели! Из-за твоих факультетских амбиций и раздутого эго Гринвич стоит на ушах! Ты блефовал перед Кроном, размахивая намеками про мертвые тайны! Чего ты добиваешься, ящер? Хочешь сдать меня Высшему Совету Коалиции? Так иди и сдавай. Местным палачам как раз не хватает работы, а ты устроишь им отличный праздник. Хватит разыгрывать этот дешевый цирк!