Жена орка

Орчанка скомкала смоченную в травяном отваре ветошь и бросила в топку.

– Значит, Марь поглощает магию, а не только землю?

– Марь забирает вообще все.

Ядыра отошла в кухню, вернулась с миской, какой-то круглой металлической штукой и каким-то непонятным корнем. Выложила это все передо мной на столе и скомандовала:

– Почисть пока.

Я непонимающе уставилась на эти предметы. Овощ был похож на картошку, но шкурка чем-то напоминала орех или шишку. Потрогала пальцем, мягкая. Как будто апельсин в земле. В голове заметались мысли: “Как спросить? Что с этим делать? Как его чистят?” Я пыталась придумать, что делать, чтобы не дать понять орчанке, что не понимаю, как обращаться с этой штукой.

Женщина снова уперла руки в бока и внимательно смотрела на меня. Я искоса пару раз взглянула на нее, потом на стол с миской, клубнем и круглой штукой.

Ядыра вздохнула, взяла в руки клубень и посмотрела на меня:

– Как ты жить-то одна будешь? Знаешь, что это?

Я отрицательно покачала головой, все еще находясь в страхе оттого, что сейчас меня разоблачат.

– Это хыйдар. Овощ такой. Люди его почти не выращивают, за ним нужен уход хлопотный. Чистят его так, – она взяла круглую штуку, повернула, и я наконец догнала, что это нож такой, в виде серпа, только почти полностью закруглен. Ядыра ловко просунула в центр этого серпа хыйдар и начала крутить. Шкура стала сниматься толстым слоем. – У хыйдара вкусная сердцевина, – она показала желто-зеленую сердцевину, на вид она напоминала тыкву и пахла травой, – орки всегда выращивали хыйдары и продавали. Сейчас его почти нигде не купить, – орчанка вздохнула и отложила очищенный овощ и взяла следующий, – эти мы с собой привезли. Теперь и не знаю, получится ли вырастить.

Она очистила еще пару, а потом передала нож-серп мне, и я приступила к очистке. Оказалось нетрудно, правда, я не понимала, зачем именно такая форма ножа, картошка как картошка, только срезать надо больше. Но зато так получалось быстрее, и все клубни были одной величины. Наверное, тоже какая-то национальная вещица.

– А что сложного в выращивании этого хыйдара? – чужое слово неудобно легло на язык, а я вдруг задумалась, что и до этого говорила не на своем, а на другом языке, и даже думала на нем, русский остался где-то там, в другом мире. Стало вдруг грустно, но я откинула эти мысли. Чего уж теперь. Надо хоть сейчас, в моменте, разобраться.

– Дома у нас климат был потеплее. Наш атакыр жил по другую сторону Эрона, там начинались теплые земли. Не так тепло, конечно, как еще южнее, но здесь для хыйдара будет холодно.

– А у вас есть из чего вырастить его? – мне на ум внезапно пришла теплица.

Дома у родителей была дача, папа умудрялся в теплице выращивать хороший урожай помидор. Все соседи завидовали. Конечно, здесь не построить теплицу с капельным поливом и автоматическим открытием окон для проветривания, но собрать что-то простенькое можно. Тем более орков здесь и не так много, им бы хватило.

– Хыйдар можно вырастить из клубня, – с интересом посмотрела на меня Ядыра. – Ты хочешь что-то предложить?

Я поделилась с ней идеей теплицы. Только упростила. Очанка с сомнением обдумала, а потом сказала:

– Я бы попробовала. Никогда такого способа не видела, но звучит несложно, можно попробовать. Тем более рядом с этим домом есть участок неплохой земли, я еще не успела ничего посадить, хотя деревенские уже высадили все.

– Если хотите, я помогу, – предложила я.

– Ты бы себе сначала помогла, – не обидно пошутила Ядыра, – а то качаешься, как тростинка, на каждом шагу. Но, спасибо. Удивительно, что ты не знаешь хыйдар, его у вас тоже едят, но зато знаешь про эту, как ты ее назвала?

– Теплица, – ответила, с запозданием подумав, что не стоило лезть со своими идеями.

Орчанка смотрела на меня внимательно, но без агрессии, похоже Ядыра уже решила что-то для себя. Знать бы что?

– Я же маленькая была, когда со мной все это случилось. Почти ничего не помню, но мама научила простым вещам, вроде уборки, стирки и прочего. Правда, после ее смерти я плохо справлялась с обслуживанием себя, но уже начала исправляться, – улыбнулась я. – Прибралась и постирала часть вещей.

– Это хорошо, – кивнула Ядыра. – Но тебе придется многому научиться. Тем более что местные могут к тебе плохо отнестись, особенно после истории с Шерном. А если окажется, что и Тун тут как-то замешан, то и вовсе не хорошо может быть, – покачала она головой. – Но видно на то есть воля Великой кошки.

До ужина я успела еще помочь Ядыре по мелочам, а после она снова помогла мне умыться и обтереться в маленькой холодной бане из таза с теплой водой. Все это время орчанка исподволь выспросила, что я еще помню и умею, а я, в свою очередь, узнавала у нее про обычаи орков. Пока выходило, что ничего кардинально разного между двумя народами не было. Разве что орки любили, выращивали и умели применять специи в виде ароматных трав и корешков. Простые люди ели в основном обычную еду, считая травы слишком резкими. Мне же, наоборот, пока все было более-менее понятно. Про себя решила, что начинать надо с малого, хотя бы с бытовых вопросов, чтобы уже потом узнавать что-то большое, вроде карты мира и остального.

Глава 18

Зря мы с Ядырой старались и готовили ужин, арым не пришел. Не было его и утром следующего дня, хотя я ждала, была уверена, что он еще не раз будет меня опрашивать или позовет опознать виновных.

Сегодня мне стало значительно лучше. Голова не болела, не кружилась, ощущалась только легкая слабость. Отвары Ядыры сотворили чудо, не хуже современных таблеток.

– Ну, сегодня можешь отправиться домой ночевать, – протянула орчанка, осмотрев мою рану на голове.

Импровизированные бинты она смотала и бросила в таз с грязным бельем. Голову она мне забинтовывать не стала.

– Хорошо заживает, прям как у орков.

– А что есть отличия? – оглянулась я на нее. – Мне казалось, что наши народы похожи. Ну за исключением внешних признаков, – немного смущенно закончила я. Не стоило говорить о внешности. Вдруг для них это может быть оскорбительно.

– Орки крепче и духом, и телом, так задумали великие боги, потому нас и меньше, чем людей. И других рас меньше, потому что они чем-то сильнее людей. Боги так сделали, чтобы сохранить баланс. Людей много, они слабее и одновременно сильнее других рас, потому что человек может иметь потомство от любого представителя другой расы.

– То есть орки и люди…? – не закончила я.

– А то ж, – пожала плечами Ядыра, – дело-то нехитрое, – улыбнулась она. – Только истинные среди людей ни разу не встречались. Но зато у орка и человека родится орк, как и с другими расами. Разве что силы в таком ребенке будет поменьше. Да сейчас в каждом ребенке силы меньше, чем раньше было, – махнула рукой орчанка

Интересно. Выходит, поэтому и не воюют орки с людьми, потому что вполне могут жить друг с другом. Интересно, было бы это применимо к моему родному миру? Здесь, похоже, знать не знали ни про какие расовые предрассудки. Да и слава богу или богам, даже не знаю, кого за это благодарить.

Мне было хорошо у Ядыры. Я словно гостила у доброй бабушки. Пусть временами орчанка принималась бурчать и ворчать себе под нос, но в целом она оказалась доброй, заботливой, а еще немало мне рассказала обо всем, за что я была ей благодарна даже больше, чем за обработку раны.

– Спасибо, Ядыра. Даже не знаю, как вас отблагодарить, – искренне поблагодарила женщину.

Орчанка чуть прищурилась, а потом выдала:

– А ты заходи почаще, буду учить тебя нашим традициям.

Я удивилась, но вида не подала. Зачем мне знать традиции орков? Ну живут они здесь, это понятно, но я же не обязана все знать о них. И все равно кивнула, хочет учить – пусть учит, я не буду возражать.

Когда солнце перевалило за полдень, а мы успели пообедать, я все же собралась домой. Хоть Ядыра и сказала, что я могу оставаться до вечера или даже если хочу, то и еще на несколько дней. Но я понимала, что мне надо приводить собственный дом в порядок. Раз арым так и не пришел, значит, я не нужна и могу с чистой совестью идти домой.

Очанка не отпустила меня с пустыми руками. Она собрала целую корзину еды и увязала в узел несколько сарафанов вроде того, что был на ней, рубашек и даже одни сапожки из мягкой кожи.

– Это еще с юности моей, – пояснила она, когда я удивленно смотрела на вещи, – тебе как раз будет. А то, ты уж прости, но то что на тебе легче выкинуть, чем привести в нормальный вид.

Отказываться не стала, потому что Ядыра права, нормальной одежды у меня не было. Даже та, что я выстирала несколько дней назад, не была ни новой, ни красивой.

Попрощалась с доброй орчанкой и обещала завтра показаться. Ядыра дала с собой мазь, чтобы обрабатывать стянувшуюся рану, но велела пока приходить каждый день, пока она не скажет, что уже можно не мазать. Еще она наказала не утруждать себя работой. Я и сама понимала, что пока еще слаба. Стоило только выйти на деревенскую улицу и пройти несколько метров, как в ногах ощутилась предательская слабость. Но я упрямо сжала зубы и пошагала дальше. Надо возвращаться в строй, неизвестно, что меня поджидает дальше.

По дороге, на мое счастье, никто не встретился. Честно говоря, мне не нравилась вся эта история. Если Шерна я сама хотела наказать, помня все, что осталось от воспоминаний Вирены, то с остальными мне связываться не хотелось. Деревенские-то сначала больше поверили Шерну, могут и сейчас принять другую сторону. Докажи потом, что не сама в лес пошла.

Дом встретил меня тишиной и запустением. Все осталось на своих местах, как я оставила в тот злополучный вечер.

Оставила корзинки от Ядыры и пошла снимать высохшее белье. Нужно истопить печь и нагреть воды, чтобы помыться. Обтирания обтираниями, а нормально помыться нужно. Правда, ни бани, ни большой лохани у меня не было, зато был таз, в котором я стирала белье. Он тоже сгодиться.

Таскание воды и разжигание печи отняли у меня почти все силы, поэтому к помывке я приступила изрядно уставшая. Мылом меня угостила Ядыра. Оно хранилось в маленьком горшочке, было жидким, как сметана и пахло травами. Я экономно размылила немного мыла на тряпице и принялась намыливать тело, стоя в щербатом тазу посреди своего неухоженного дома. Можно было бы помыться на улице, сегодня намного теплее, чем было до этого. Но у меня не было глухого забора, а светить телесами на всю улицу я не желала. Надо будет придумать что-то вроде летнего душа.

Когда паника первых дней улеглась, особенно после того, как я предложила Ядыре идею с теплицей, я поняла, что в принципе знаю достаточно простых вещей из своего мира и времени, которые могли бы облегчить жизнь здесь и сейчас. Конечно, у местных может возникнуть много вопросов ко мне из-за этого. Но если они будут уверены, что я – это обретшая разум Вирена, то часть вопросов может отпасть. Вдруг я изначально была такая умная да находчивая.

С такими мыслями я принялась тщательно намыливать волосы. Воды я нагрела не так много, так что нужно будет экономно ее расходовать, да и таз не такой большой. Может быть, даже придется за два раза смываться, так как я не уверена, что в таз войдет два ведра воды.

За плеском воды я не услыша ни шум во дворе, ни стук в дверь, поэтому просто остолбенела, стоя спиной к двери, когда позади меня раздался до дрожи знакомый голос:

– Вирена, ты здесь?

“Ну нееееет!” – пронеслось у меня в голове, и я с ужасом обернулась через плечо.

Глава 19

Я буквально примерзла к полу. Правда, я стояла в тазу с водой, поэтому скосила глаза проверить не превратилась ли она в лед. Нет, вода как вода, мутная, с медленно тающей мыльной пеной.

Медленно повернула голову, чтобы убедиться, что меня не мучают слуховые галлюцинации. Нет, не глюки.

Судар точно так же, как я пару секунд назад, застыл столбом в дверном проеме. Одной рукой он придерживал дверь, а второй ухватился за косяк. Костяшки на пальцах побелели, и вообще он выглядел таким напряженным, и при этом не делал попыток отвернуться или выйти. Наоборот, его зеленые глаза медленно скользили по мне.

Я поежилась и словно очнулась, тут же схватив с табуретки отрез чистой ткани и кое-как прикрывшись.

– Судар! – взвизгнула я. – Выйди!

Орк пару раз недоуменно моргнул, словно то, что он увидел, ему и предназначалось, сдвинул брови и таки вышел за дверь, прикрыв за собой.

Руки у меня сразу же задрожали, но не от страха, а от внезапности и комичности ситуации. Ну честное слово, как в плохом кино. Судар на внешность интересный, но как-то не так у нас с ним началось знакомство, поэтому даже думать о таком не стоит.

Еще раз посмотрела на дверь. Идти задвигать засов не хотелось, я все еще была мокрая и мыльная. Все равно Судар уже знает, что я тут моюсь, так что лучше уж закончить, а потом позвать его. Наскоро промыла волосы, осторожно действуя в том месте, где рана, и смыла мыло с тела. Воды едва хватило. Вытерлась и соорудила на голове конструкцию из мокрой ткани, известную каждой женщины из нашего мира.

Тащить весь таз с двумя ведрами воды мне было тяжело и неудобно, поэтому решила, что пусть стоит, хлеба не просит. Сначала поговорю с орком, а потом вылью, вычерпывая воду ведрами. Только сдвинула его из центра комнаты в сторону и вытерла пол тряпкой.

Открыла дверь, ожидая увидеть за ней арыма, но того не было. Пришлось выходить из темных сеней. Искать долго не пришлось. Судар стоял в паре шагов от двери, акурат под окном. Покосилась на окно, если я встану на цыпочки, то смогу увидеть весь дом. Судар выше меня, а значит…

Так, что-то я не о том думаю! Не станет же этот орк подглядывать. Он вон какой суровый, и вообще целый арым. Хоть для меня это пока мало что значило.

– Что ты… вы… вы хотели? – сбилась я, потому что недавно рефлекторно перешла на “ты”, а сейчас снова нужно было говорить официально.

– Ты, – чуть хрипло сказал орк.

– Что? – переспросила, не поняв, о чем он.

Судар стоял, сложив могучие руки на груди и, казалось, был совершенно спокоен, даже несмотря на дурацкую ситуацию.

– Говори мне “ты”, я не настолько влиятелен, чтобы выкать. К тому же мы здесь одни.

Слава богу, что одни, а то если б он заявился еще с кем-нибудь, то я, наверное, и вовсе со стыда сгорела бы.

– Так что ты хотел?

– Почему ты здесь? – требовательно спросил Судар.

– Ядыра сказала, что я почти здорова и уже могу вернуться домой.

– Я же велел быть у нее, я еще не решил, как с тобой поступить, – снова нахмурился орк.

Интересно, а он вообще умеет просто улыбаться? Не ехидно или зло, а просто радостно. Вечно ходит хмурый или равнодушный. Просто камень какой-то, а не мужчина.

– Я думала, что ты нашел тех, кто сделал это со мной, – я показала на голову.

Похоже, Судар все-таки сомневается в том, что я не сама в лес пошла. Как же мне доказать, что эта Марь не имеет надо мной власти. Что я просто случайно оказываюсь рядом с ней. Сама бы я с радостью вообще не видела этого тумана, может, тогда дома бы осталась. Настроение тут же пошло вниз, стоило только вспомнить про дом. Заставила себя встряхнуться, не дело сейчас показывать арыму свои внутренние переживания. Тут бы не стать без вины виноватой.

– Нашел, – кивнул арым, – но меня интересует другое. Давай пройдем в дом?

В дом, так в дом. Правда, мне даже угостить арыма нечем. Да и в доме-то не очень уютно. Я хоть и прибралась, но так как не было нормальной мебели, так и нет. Но и мне стоять с мокрой головой на весеннем ветерке было не очень приятно, так что мы действительно прошли в дом.

Судар, последовавший за мной, окинул жилище нечитаемым взглядом. Да мне и самой было не очень от того, что он здесь увидел. Но стыдиться не стала, наоборот, вскинула немного подбородок. Ну и что, что бедно, неопрятно и неуютно. Уж как есть. Вирена не могла сама со всем справляться, пока была больна. А я здесь недостаточно долго, чтобы привести все в порядок.

– Завтра утром на площади будет судилище. Ты должна будешь присутствовать, чтобы я мог вынести приговор.

Ох и не нравится мне, что снова придется все делать на людях, но, похоже, выбора у меня нет.

– Деревенские должны знать, что есть рамки, за которые выходить нельзя.

– Что будет с теми, кто напал на меня?

– Мы еще посмотрим, но, скорее всего, они соберут вещи и уйдут из деревни.

– То есть ничего плохого? – облегченно выдохнула я.

Нет, я хотела наказание для тех неизвестных, но все же стать причиной чьей-то смерти не хотелось. Я даже представила на миг, как из-за меня кому-то отрубят голову или еще что-то, и вздрогнула.

– Это как посмотреть, – криво усмехнулся Судар, посмотрел на старый табурет, но, похоже, сесть не решился. – До ближайшего города три дня пути, соседние деревни почти пусты, люди отсюда уходят. В крепость, что в дне перехода, я сообщу, чтобы их не пускали, там живет атакыр Зуудар. И кругом Марь. Где-то совсем близко, где-то есть проходы, но идти им придется наугад, а это долго и сложно. К тому же Марь движется, колышется. Окрест деревни я установил границу, которая почти вплотную примыкает к границе Юнара Зуудара, но больше рядом нет орков, чтобы сомкнуть границу. Так что примерно в полутора днях пути Марь может свободно продвигаться дальше на юг. И как только они выйдут за мою границу, спать им придется вполглаза.

Да, мрачные перспективы обрисовал Судар. Но зато они остануться живы. Захотят пройти – пройдут.

– Я пришлю к тебе нескольких орков, – вдруг сказал Судар.

Я удивленно посмотрела на него. Это что же и мне нужно вещи собирать? Судар все-таки решил, что я заодно с этой Марью? Уже собралась спросить, почему он решил, что я виновна, как арым продолжил:

– Тебя нельзя одну оставлять. Вдруг кто-то еще решит закончить то, что начали Тун с сестрой.

Облегченно выдохнула. Этот орк меня до инфаркта доведет своей манерой общения. Вот вроде не боюсь его, но от него исходит аура властности и силы, раньше ни от одного мужчины я такое не ощущала. А от Судара чувствую даже на расстоянии. Может это у всех орков так? Кроме Судара я ни с одним орком мужчиной рядом не стояла. Надо провести эксперимент. Моя исследовательская натура сразу же включилась в дело. Пришлось осадить себя. Позже поэкспериментируем.

– Не стоит, – покачала я головой, – запру дверь, – показала на большой засов, – и никто не войдет.

– Да, я уже видел, как ты запираешь двери, – без улыбки проговорил Судар.

Кажется, у меня покраснели даже кончики ушей от намека Судара на недавнюю сцену.

– Решения арыма не обсуждают, – твердо сказал Судар. – Сегодня мои орки будут тебя охранять.

– Хорошо, – согласилась я.

Может это даже и хорошо. Вдруг и вправду кому-нибудь взбредет в голову снова на меня напасть.

Арым еще раз окинул взглядом мой дом, кивнул на прощание и удалился, даже не обернувшись, хотя я специально подошла к окну. Сама не знаю зачем.

Глава 20

Через несколько часов, когда начало смеркаться, к дому подошли сразу несколько орков. Но что было еще более удивительно, орки несли мебель. Несколько стульев, разобранная деревянная кровать и небольшой комод. Открыла дверь в удивлении и стала смотреть, как они втаскивают все через покосившуюся калитку.

– Откуда это все? – вскинула в удивлении брови.

– Арым приказал принести и собрать, – просто ответил один из орков, крупный с каштановыми волосами, – а потом я и Адыр останемся до утра.

– Спасибо, – оторопело пробормотала, пропуская орков и придерживая дверь.

Орки сноровисто затащили в дом все, что принесли. Легко собрали кровать и придвинули ее в указанный мной угол. Комод поставили рядом. В нем было два ящика и нижняя тумба с дверцей и полкой. Шкафа нормального у меня не было, так что здесь вполне можно хранить вещи, тем более что у меня их немного. Стулья обосновались у кухонного стола.

Вся мебель была разномастной, но мне было все равно, ведь сегодня я буду спать на кровати, а не на старом тулупе.

– Спасибо, – еще раз поблагодарила орков.

Двое кивнули и вышли, лишь махнув рукой на прощание. А тот самый темно-рыжий и еще один, ростом пониже, зато плечами шире даже этого громилы остались.

– Арым приказал охранять вас. Мы ляжем в сенях.

– Ой, да неудобно как то, – мне и правда стало неловко. Они охранять меня будут, и при этом останутся в неубранных и неуютных сенях, которые больше напоминают смесь сарая и кладовки, а не преддверие жилого дома. – Может вы тут ляжете, в доме, – предложила я.

Орки, как и я сама, осмотрели небольшую комнату. Но ни лавки, ни еще хотя бы одной кровати здесь не было. Единственное место, куда можно было бы забраться – это печь. Но даже мне там было бы тесно.

– Арым не велел ночевать в доме, – нахмурился второй.

Широкоплечий, но невысокий, он имел почти светлую шевелюру. Темно-русый скорее, чем светлый. Смотрелось странно, а еще у него были светло-серые глаза, от его взгляда было неуютно. Странное сочетание цвета волос, глаз и оттенка кожи.

– Почему?

– Не положено, – почти по-военному отрезал рыжий, но потом пояснил, – незамужняя орчанка не должна ночевать в одной комнате с орком одна. Только с семьей или в походе.

– Но я не орчанка, – слегка улыбнулась я.

– Вы незамужняя человеческая девушка, – занудно проговорил второй, кажется, его назвали Адыр. – Мы с Сонром взяли походные шкуры. Не беспокойтесь, мы привыкли. – Он улыбнулся, показав крупные нижние клыки.

И тем не менее когда орки вышли в сени, мне было неудобно, что они остались практически в сарае. Там я еще не убиралась, и одним богам известно, что там навалила Вирена. Но спорить с ними не стала. Судар же сказал, что приказы арыма не обсуждают. Решила компенсировать страдания орков едой.

За окном солнце уже почти село, и в доме стало сумеречно. В корзине от Ядыры я нашла и связку толстых свечей. Похоже, орчанка догадывалась, что у меня дома нет простейших вещей. Свечей немного, так что зажгла одну и приступила к готовке.

Ничего сверхъестественного из того, что дала мне Ядыра и бабушка Тасия приготовить я бы не смогла, но каша с вяленым мясом у меня получилась. И даже с приправами, спасибо орчанке. Она положила несколько мешочков с сухими травами. Положила в кашу те, что больше подошли по запаху. Много класть не стала, я ведь не знаю особенности этих трав, но так аромат у каши стал интереснее, и на вкус она получилась неплоха.

Разложила горячую кашу в две разномастные тарелки. На одной была щербинка, но другой посуды у меня не было. Вынесла в сени и застала удивительную картину.

Орки разложили на полу толстые черные шкуры. В центре горел какой-то сосуд с фитилем. Наверное, лампа какая-то. А сами орки азартно играли во что-то похожее на карты. Плотные бумажки с какими-то символами и схематичными картинками были разложены по кругу. В руках у каждого тоже были несколько штук, и они поочередно подкладывали их к тем, что лежали на полу. Кроме того, рядом с орками стояли круглые плошки с чем-то белесым и от этого поднимался пар. Откуда они взяли горячие напитки?

– Извините, что прерываю вас. У меня здесь не прибрано, но надеюсь горячий ужин скрасит вам неудобства, – вежливо проговорила я, протягивая оркам тарелки с кашей.

Оба уставились на меня с удивлением, будто табуретка вдруг заговорила. Но потом Адыр поднялся и забрал у меня обе тарелки.

– Благодарствуем, хозяйка. Только не стоило утруждаться. У нас все есть с собой, – он кивнул на горячий напиток.

Я с еще большим интересом посмотрела на плошки с напитком.

– Это угрук, – заметив мой интерес, пояснил Сонр, – что-то вроде вашего супа. Взвар из мяса и крупы, который много часов варят с травами. Наши виаран налили нам в кувшин, чтобы мы не грустили от голода, – с улыбкой проговорил он. – Но за кашу спасибо, – Сонр с аппетитом понюхал и взялся за ложку, – угрук угруком, а горячая каша – это всегда вкусно. Спасибо.

Орки съели по паре ложек, и я собралась уходить, когда Адыр встал и вытащил большой кувшин, спрятанный в чехол из шкуры какого-то животного мехом внутрь.

– Вирена, хотите попробовать угрук? Это вкусно. Хотя местные не любят нашу еду.

– Почему бы и нет, – пожала плечами, мне и правда было интересно.

К тому же я уже пробовала стряпню Ядыры и не сказала бы, что она какая-то особенная. А вот каша у бабушки Тасии была пресновата. Я, конечно, не в том положении, чтобы привередничать, но учиться новому, в том числе и вкусам этого мира, все равно надо.

Адыр налил угрук в такую же небольшую пиалу. Напиток был горячим, вблизи от него остро пахло специями. Его нельзя было назвать белым, скорее было похоже на мутный бульон. Видимо, белесую взвесь давала та самая крупа. Он оказался тягучим, соленым, терпким и острым, хотя по виду и не скажешь. Не сказать чтобы мне понравилось. На мой вкус угрук все же был жирноват. Как кисель, только соленый и острый.