Форс-минор, или артефакт без инструкции

- Вот, другое дело, - это прозвучало почти по-человечески.

Долив кофе сливками чуть ли не на треть, Сульберг довольно зажмурился, делаясь похожим на дворового кота. Лавиния вспомнила, что у неё в Провансе, в поместье, живёт точь-в-точь такой – рыжий, немолодой и тощий несмотря на то, что кухарка его постоянно подкармливала.

- Так что сказал вам мастер Скиммерс перед уходом? – снова спросила она, дождавшись, когда гость отставит чашку.

- Сказал, что давно ждал Знака, и вот дождался. Что плохое взаимодействие артефактов и его величества непременно спишут на него, и вполне может дойти до обвинения в покушении на жизнь короля. Он всё это проверял перед коронацией, ему, мол, легче лёгкого было всё испортить. А ему этого не надо, он ни в чём не виноват, поэтому уходит.

- А куда уходит, не сказал?

Сульберг помотал головой.

- Нет. Но у него всё было продумано, это я сразу понял, и идти ему было куда. Он взял с собой личный набор инструментов, несколько мощных накопителей и бритву, и деньги, наличные, понятное дело, остальное всё оставил. Сказал мне, чтобы я пару книг забрал и больше ничего не трогал, а то обвинят в краже. И вообще, чтобы шёл к другим ученикам и до вечера был у всех на глазах. Я и пошёл.

- Понятно… - Лавиния встала, прошлась по комнате, остановилась возле окна; на улице стыла февральская темнота. - Над чем Скиммерс работал перед исчезновением?

- Он не исчезал, - упрямо возразил Сульберг. – Он ушёл, и ушёл по своей воле!

- Хорошо, пусть так. Сути вопроса это не меняет.

- Последние недели две – ни над чем, кроме особого заказа. Это вам и Хорус мог сказать. Они вместе коронные артефакты изучали.

Лавиния повернулась к Ван Дер Гаклю, и тот молча кивнул. Потом всё-таки разлепил губы.

- Коронация была двадцать восьмого мая, - сказал он. – Всё прошло прекрасно, а через несколько дней его величество заболел. Слабость, головокружение, давление ниже плинтуса – это у молодого мужчины, сильного мага! Сперва маги-медики считали, что это переутомление, потом обнаружили, что у него резерв не заполняется, остаётся на пятнадцати процентах…

Тут Лавиния присвистнула.

- Это что, получается, какой-то из коронных артефактов повредил каналы его величеству?

- Именно так, - кивнул Хорус. - Вот тут-то мы с Паулем и взялись исследовать, что и как. А это ж дело не быстрое, и артефакты непростые.

- Нашли?

- Нашли, конечно. В большой короне центральный камень – сапфир. Не самый большой, всего сто двадцать карат15, но совершенно безупречный. Так вот, в нём обнаружилось несколько микротрещин, простым глазом, разумеется, не видимых. Но на свойства артефакта они влияли… катастрофически, - Хорус поморщился. – И Кальтен прав, пошли тогда разговоры, что, мол, глава Гильдии нарочно пропустил дефект камня, а то и сам его испортил. В итоге камень заменили, я лично ставил новый и заново функции артефакта восстанавливал, но… Сама знаешь – ложечки нашлись, а осадочек остался.

- Н-да… - Лавиния повернулась к Сульбергу. – И всё же я возвращаюсь к своему вопросу: что Скиммерс делал последним?

Сульберг задумался.

- Не помню… Был какой-то секретный заказ, но я только мельком о нём тогда слышал. Нет, точно не помню! Слушайте, всё-таки сорок лет прошло!

- Ладно, тогда спрошу по-другому. Работу мастера Скиммерса вы узнаете?

- Да, - твёрдо сказал Сульберг. – Точно узнаю. Он ставил такие… метки, если не знать, как, их в жизни не разглядишь.

- Тогда я попрошу вас ещё немного побыть здесь… Хорус, откуда в этом здании можно открыть портал?

- Тебе – ниоткуда, если только на улицу выйдешь. Ты хочешь забрать из сейфа те коробки?

- Да.

- Так зачем самой скакать, ты что, новобранец? Или курьерскую доставку отменили? Звони этому типу, и пусть срочно отправляет!

- Не ворчи, Хорус! – Лавиния усмехнулась и вытащила коммуникатор. – Ты же знаешь, мне всегда проще сделать самой, чем потом исправлять чужие ошибки.

Лавернье ответил на её звонок мгновенно, словно ждал его. Выслушал указания – упаковать, навесить щиты, отправить с курьером сверхсрочно, - кивнул и отключился. Дальше оставалось только ждать, и Лавиния снова подошла к окну. По неширокой улице мела позёмка, сворачивалась кольцами, обвивалась вокруг фонарных столбов, будто живая. Показалось даже, что в снежной пыли то и дело блестят красные огоньки, словно глаза ледяной змеи… Госпожа Редфилд зябко повела плечами и вернулась в кресло.

Два мастера о чём-то тихо спорили, вырывая друг у друга карандаш и исчёркивая всё новые листы бумаги. Наконец Сульберг выпрямился и сказал во весь голос:

- Готов спорить, что линии активности идут именно так!

- Спорить? – прищурился Хорус.

- Да!

- На что?

- Одна совместная работа, кто проиграл, то будет подмастерьем!

- Принято! – Хорус повернулся к коммандеру. – Лавиния, разбей! Отлично! А теперь идём, неверующий, и я тебе покажу эти расчёты!

За рукав он потащил своего коллегу к книжному шкафу, приложил ладонь к замку и распахнул дверцы.

- Та-ак, где у нас «Ежеквартальное обозрение достижений прикладной математики»? Это было… это было… да, точно, в первом квартале прошлого года… ага, вот он! – с победным кличем мастер Ван Дер Гакль вытянул один из журналов, быстро пролистал его и сунул своему оппоненту, тыча пальцем в страницу. – Вот, смотри, статья профессора Разумовой из Кембриджа, «О методике расчётов магического поля с применением нелинейных графиков функции». Читай!

Сульберг недоверчиво фыркнул, вырвал из рук Ван Дер Гакля журнал и плюхнулся в кресло. Окружающая действительность перестала для него существовать.

Наконец в дверь постучали. На пороге стоял совсем юный ученик, который сказал, восторженно глядя на Хоруса:

- М-мастер, т-там к-курьер. Шумит очень, т-требует его вп-пустить.

- Я выйду, - поспешно шагнула вперёд Лавиния. – Спасибо, молодой человек.

Картонная коробка была упакована на совесть, Лавернье не пренебрёг ни одной рекомендацией.

Лавиния неторопливо снимала щиты. Хорус, не понаслышке знающий, как вредно для здоровья мешать магу работать, от нетерпения грыз бороду. И только Сульберг увлечённо читал, не замечая ничего вокруг.

Наконец она извлекла из картонной коробки другую, из белого дуба, к которому особенно хорошо цепляются охранные заклинания, и сняла с неё крышку.

- Ну вот. Ты это уже видел, теперь хорошо бы было отвлечь мастера Сульберга от статьи.

- Кальтен! – позвал Ван Дер Гакль, но его коллега не реагировал. – Кальтен! Мастер Сульберг! – рявкнул он наконец.

Сульберг поднял затуманенный взор.

- Слушай, как интересно! Я почему-то пропустил этот номер «Обозрения»… Да, а что ты хотел?

- Ты сюда зачем пришёл?

На лице рыжего мастера отразилось раздумье. Наконец он посмотрел на Лавинию, и взгляд его прояснился.

- А, точно! Дамочка, которой интересен мастер Скиммерс!

Сдерживая смех, Лавиния показала на две шкатулки и небольшую картонную коробку.

- Взгляните, пожалуйста, мастер, вот эти вещи работы вашего учителя?

Текли минуты.

Сульберг внимательно рассматривал каждый из предметов, покачал головой над браслетом, утратившим камни, вздохнул над искорёженной фибулой. Потом зажёг магический фонарик и взял в руки перстень. Перевернул его обратной стороной и подвёл фонарик так, чтобы свет падал под углом. Губы его шевелились, и Лавиния никак не могла понять, разговаривает он с покалеченным предметом или проговаривает заклинания…

Точно так же, с фонариком, Сульберг рассмотрел и остальные вещи, после чего аккуратно положил каждый в его вместилище и поднял голову.

- Да, это работа Скиммерса. Слово мастера. Но только… это вовсе не последнее, не то, что он делал здесь, я этих вещей не видел вовсе. Они… другие. Его стиль, его рука, его значок на обратной стороне, но мне кажется, здесь мастерство стало выше. Вообще электрум он не очень любил, предпочитал чистые металлы, но в том наборе, кажется, тоже был электрум… Где вы их взяли, и почему в таком виде?

- Это довольно долгая история, - ответила Лавиния. – Я вам её расскажу, но прежде покажите мне подпись мастера!

Ещё через час, когда Сульберг ушёл, госпожа Редфилд повернулась к Ван Дер Гаклю.

- Кто был заказчиком, говори уже наконец!

- Король. То есть, тогда ещё кронпринц Ингвар. Он опасался, что слияние с королевскими артефактами надолго выбьет его из колеи, что и произошло, собственно. Поэтому попросил мастера Скиммерса попытаться снизить вредное воздействие при помощи амулетов.

- И?

- И получилось неудачно. Не буду вдаваться в подробности, ты всё равно не поймёшь…

- Ну ещё бы! – фыркнула Лавиния.

- Так вот, комплект работы Скиммерса должен был надеть реципиент, которому сливалась часть вредного воздействия коронных артефактов. К сожалению, на этапе тестирования получившийся комплект вышибал сознание и из донора, и из реципиента. До коронации Пауль не успел доработать комплект, поэтому её проводили по старинке. Без подстраховки.

- И Скиммерс решил, что на него спишут плохое самочувствие короля.

- Да, - мрачно кивнул Ван Дер Гакль.

- Получается, у него было не просто подготовлено место, куда уйти – у него имелась мастерская и материалы, а может быть, и заказчик!

- Ну, мы же не знаем точно, когда это было изготовлено, - ответил Хорус рассудительно. – Может, через полгода после его исчезновения, а может и через десять лет.

- Ты можешь это определить?

- Попробую… Попробую, но ничего не обещаю!

- Когда?

- Лавиния, имей совесть! Я ещё не знаю, как с этими предметами работать, а ты требуешь точные сроки! Задерживать не буду, но и торопиться не стану, понятно?

- Понятно. Тогда… открывай мне портал, надо возвращаться домой. Меня там ждут…

О том, что ждёт её всего-навсего маленькая мандрагора в горшке, Лавиния говорить не стала.

ГЛАВА 6

Пока коммандер Редфилд вела первые опросы свидетелей, чета Лавернье тоже не теряла времени даром. В конце концов, начало истории положил браслет, купленный Лидией на броканте в Шартре.

- Получается, что цена завязке приключения - шестьсот двадцать дукатов за всё, включая шкатулку из розового дерева… - сказала Лидия с нервным смешком.

- Будем надеяться, что Локи не потребует за развязку всего, что у нас есть, - ответил Лавернье. – Впрочем, я-то знал, на что иду, когда выбирал такую работу и такую жизнь.

- Я тоже выходила за тебя замуж не с закрытыми глазами, - Лидия поцеловала мужа и спросила уже серьёзно. – Ты запросил всех своих людей?

- Всех. От Аль-Искандарии до Нувель-Орлеана.

- Думаешь, какой-то из оставшихся предметов мог попасть и туда?

- Лучше проверить. Изделия из электрума вообще встречаются нечасто, а уж с кельтскими мотивами…

- Согласна, - Лидия хотела сказать что-то ещё, но её перебил звонок, означавший, что продавщица внизу, в торговом зале, не справляется. - Ну что же, иди, раз тебя зовут. А я заставлю себя дочитать невыносимо скучную статью профессора Кукакиса о раскопках в Эги16 и находках в гробницах македонской династии.

Как ни странно, первую информацию о следах не найденных пока предметов из артефактного набора они получили в этот же день ещё до обеда. Вернее, за обедом: магвестник упал в руки Лавернье как раз в тот момент, когда он потянулся к миске с салатом. Развернув его, Пьер пробежал записку взглядом, потом перечитал медленнее и повернулся к жене.

- Берти Олсен утверждает, что видел интересующий нас перстень у одного старого чудака в Дрёбаке, это городок не так далеко от Христиании.

- И что?

- Чудак помешан на кельтах и кельтской символике, так что этот перстень его заинтересовал. Ну как же, современное изделие в старинных традициях! Правда, есть одно «но»: в описании, которое прислала госпожа коммандер, указано, что в перстне была шпинель. А в найденном предмете, по словам Берти, аметист.

- Если артефактный набор предназначался для ментальной магии, то аметист куда больше подходит, чем шпинель, - Лидия задумчиво покусала губы. – И сколько старик хочет за этот предмет?

- Он даже и не собирается его продавать! То есть, Берти и не спрашивал, как я понимаю, но написал, что старик вообще не продаёт ничего из своей коллекции, но охотно меняет. Надо подумать, что можно было бы предложить для обмена?..

С этими словами Лавернье, забыл о недоеденном салате, бросил на стул салфетку и вышел из столовой.

Лидия же педантично доела всё, что было на тарелке, вытерла соус хлебом, звонком вызвала служанку и попросила принести кофе. Потом достала коммуникатор и нашла нужный номер.

На экране появилось лицо Лавинии Редфилд.

- Добрый день, госпожа коммандер. Скажите, вы не планируете снова отправиться в королевство Дании и Норсхольма?

- Я уже там. То есть, здесь.

- Это прекрасно. Тогда, возможно, вас заинтересует информация, что у одного старого коллекционера в городке Дрёбак замечен перстень, по описанию почти совпадающий с тем, что нас интересует.

Лавиния выделила в сказанном главное.

- Почти?

- В описании была шпинель. В том, что видел наш агент - аметист.

- Понятно… Дрёбак – это вообще где?

Лидия услышала, что кто-то за спиной госпожи Редфилд хмыкнул и сообщил, что до Дрёбака можно добраться буквально за пятнадцать минут. Ну ладно, за полчаса!

- Вам прислать адрес? – вежливо поинтересовалась Лидия.

- Буду признательна.

И госпожа коммандер отключилась, не прощаясь.

Лилия пожала плечами и пробормотала:

- И в самом деле, зачем прощаться, если сегодня ещё будем разговаривать? Так, где листок, на котором Пьер записал адрес того коллекционера?

***

- И где эта дыра? – сварливо спросила Лавиния у мастера Ван Дер Гакля.

Ей самой было немного стыдно за такой тон, но удержаться было невозможно.

Во-первых, госпожа Редфилд чудовищно не выспалась, потому что легла она поздно, а разбудили её свински рано. Во-вторых, разбудил её магвестник от начальства, а кто ж после этого будет в хорошем настроении? В-третьих, начальство требовало отчёта по делу…

- Какой, к Тёмному, отчёт, если дело только вчера открыли? – поинтересовалась она у Равашаля.

Но в ответ ей прозвучало холодное:

- Расследование на контроле сверху. Предполагается, что артефакт может быть использовать для покушения на его величество. Так что работайте, коммандер, работайте. Эту мышь первой поймали вы!

Слегка примирила коммандера с действительностью чашка кофе, полученная ею от Ван Дер Гакля, но именно что слегка! Сама Лавиния по утрам предпочитала пить хорошо заваренный чай, но дома позавтракать она попросту не успела, только полила мандрагору и переставила её на солнечный подоконник.

- Почему это дыра? – ответил мастер миролюбиво. – Очень милый городок, совсем недалеко от Христиании. Если ты перестанешь искрить, словно файербол в руках неумелого огневика, то я тебя даже отправлю туда порталом.

- М-м… Пожалуй, нет, - ответила она после некоторого размышления. – Пожалуй, для начала я наведу некоторого шороху в здешней магбезопасности, потребую у них подкрепления, хоть какого-то, а вот потом стану наносить визиты.

- И кто у тебя в плане визитов?

- Тот самый майор, которого ты не помнишь…

- Нельзя быть такой злопамятной, Лавиния! – хмыкнул Хорус.

- Только такой с вами всеми и можно быть! Так вот, майор, потом эта дыра… то есть, этот милый городок, а потом, на закуску, ученик Скиммерса, который уехал в деревню и пропал. Если помнишь, по словам Сульберга, это для высокого начальства из Гильдии он пропал, а вот другие ученики прекрасно знали, что уехал он к заболевшей матери, да так и остался за ней ухаживать.

- И сорок лет ухаживал, ага… - пробурчал Хорус в бороду.

- Вот я и узнаю, почему же ученик, который вскоре должен был получить статус подмастерья, назад не вернулся. Может, вы его обидели чем-то?

И, выпустив эту парфянскую стрелу17, госпожа Редфилд вышла из мастерской главы Гильдии артефакторов.

***

Отчего-то коллеги в Службе магбезопасности королевства Дании и Норсхольма визиту коммандера Редфилд не обрадовались. Во всяком случае у главы ведомства, знавшего её довольно давно, лицо стало кислое, словно он выпил ложку уксуса и заел незрелым мандарином.

- Доброе утро, господин гранд-полковник, - улыбнулась Лавиния, усаживаясь в кресло.

- Утро добрым не бывает, госпожа коммандер, - ответил тот. – Да и на моих часах давно день, мы, знаете ли, рано начинаем. А вы как, по делу, или мимо проходили?

- По делу, Конрад, - ответила она серьёзно. – На, читай. Это твоя копия.

На стол лёг кристалл памяти, куда вчера были загружены все документы по делу.

Гранд-полковник Конрад Мазовски активировал кристалл и стал читать. По мере прочтения кислое выражение его лица сменилось удивлённым. Наконец он посмотрел на гостью.

- Прости, Лавиния, но я не понимаю, что тут расследовать? Вернее, не так: я не понимаю, что тут можно расследовать сейчас? Прошло сорок два года, два поколения людей-немагов сменилось. Что ты ищешь, если мы тогда, по горячим следам не нашли?

- Видишь ли, Конрад, я бы не стала совать нос в ваши дела вне зависимости от их свежести, если бы не одно обстоятельство. Два. Нет, три! Первое – найденные нами части артефакта созданы не сорок два года назад, а значительно позже. Это подтверждено вашей Гильдией. Второе – предназначение этих предметов. Оно определено, и мне это не нравится – среди свойств их аналога, изготовленного тогда, сорок два года назад, было массовое ментальное подчинение. И третье… Если бы дело расследовал кто-то другой, а не майор Йергенсен…

- Достаточно! - Мазовски замахал на неё руками. – Про эту зубную боль можешь даже не говорить, я со всем согласен. Делай что хочешь! Кстати… - тут он замолчал и стал разглядывать коммандера, словно совершенно неизвестную науке разноцветную бабочку.

- Что? – забеспокоилась Лавиния через несколько мгновений. – Что ты так смотришь? Я не слепок ауры, чтобы меня изучать!

- В тех бумагах, которыми ты так щедро поделилась, нету очень важной информации. Кто был заказчиком первого комплекта?

Лавиния хмыкнула.

- Из Ван Дер Гакля я эти сведения только что не выбивала. Ссылался на секретность.

- Как ты понимаешь, я вхожу в числе тех, у кого есть доступ вообще к любым сведениям.

- Догадываюсь. Поэтому сообщаю: заказ был из дворца.

- Дворец – понятие растяжимое, - Мазовски вздёрнул бровь.

- Вот именно. А вот мог ли тогдашний кронпринц Ингвар сам лично обратиться к главе Гильдии, сделал ли это кто-то по его поручению или без поручения, по собственной инициативе, этого Ван Дер Гакль не знает, и знать не может.

- Особенно мне не нравится последний пункт.

- Мне тоже. С учётом того, что точной информации о содержании заказа у нас нет, - мрачно ответила Лавиния. – Лично я вижу среди прочих и вариант, приводящий к дворцовому перевороту. По счастью, работа не была закончена к моменту коронации. Скиммерс всё равно представил её гильдейскому совету, совет выразил сомнения и рекомендовал доработать артефакт. Дальнейшее – вообще только догадки. Скиммерс должен был оставить прототип, схему и подробное описание работы в архиве Гильдии…

- Должен был?

- Именно так. Как ты догадываешься, этого образца там нет, так что, видимо, его Скиммерс забрал с собой. А вот второй комплект, три предмета из которого стали завязкой всей истории, делался позже, и с другими камнями. Вроде бы с другими, - уточнила она на всякий случай.

- Ясно… - Мазовски постучал пальцами по столу. – Завтра я буду во дворце и попытаюсь осторожно выяснить, кто заказывал этот комплект. Вряд ли его величество помнит такие подробности сорокалетней давности…

- А может и помнить! Коронация бывает раз в жизни, про неприятные последствия от слияния с коронными артефактами он знал заранее, так что мог заказать и сам. И в этом случае вряд ли забыл бы.

- Тоже верно. Покопаюсь аккуратненько, а ты пока рой с другой стороны. Так кого тебе дать в сопровождение? Кого поопытнее?

- Ты мне покажи, кто свободен, я и выберу, - усмехнулась Лавиния.

- Всё равно выбор небольшой. Есть лейтенант Свен Ханссен, он в Службе шестой год. У парня есть два достоинства: во-первых, всё сказанное при нём он запоминает навсегда, так что можно не тратить кристаллы памяти…

- Вот бедолага!

- И, кроме того, он чрезвычайно молчалив, - договорил Мазовски. – И ещё на сегодня могу тебе выдать майора Бентнера. Опытный сотрудник, занимается в первую очередь незаконным использованием артефактов, так что как раз нужная тематика.

- Знаешь, давай Ханссена, - сказала Лавиния после некоторого размышления. – Если Бентнер занимается именно артефакторной темой, у него будет свой взгляд на вещи. А мне не нужен его взгляд, у меня есть мой собственный! Что-нибудь о Йергенсене ты мне хочешь сказать?

- Ничего. Имеется в виду, что я был с ним знаком довольно давно, но после его отставки как-то не интересовался и почти не слышал о нём.

- Ладно. Тогда попробуем съездить на разведку…

***

- Кабачки? – спросила Лавиния, увидев с дороги то самое поместье, где влачил свои пенсионные дня майор Йергенсен. – Пчёлы? Что-то кажется мне, что владелец этого домика на такие мелочи не разменивается!

Поместье и в самом деле впечатляло.

От ворот с витой чугунной решёткой к дому шла довольно длинная дорога, по обеим сторонам усаженная голубыми елями. Ворота были закрыты, и в магическом зрении Лавиния обнаружила на них серьёзные охранные заклинания, а вот звонка или иного способа сообщить о прибытии гостей хозяева не предусмотрели. Дом, видневшийся в конце этой дороге, вовсе не был скромным одноэтажным строением, какое приличествовало бы отставному офицеру. Лучше всего видно было высокое крыльцо с четырьмя колоннами, огромное окно справа от крыльца и длинное левое крыло. Выше был второй этаж, куда по причуде архитектора или же хозяина насовали окон всех возможных форм - круглые, овальные, ромбовидные. В крыше из красной черепицы виднелись мансардные окна, и в довершение всего между двумя солидными печными трубами помещалась башенка со шпилем. На шпиле развевался флаг, в окне справа от крыльца горел яркий свет, дорога была расчищена от снега.

- Похоже, мы чего-то не знаем о бывшем коллеге, - бесстрастно сказал лейтенант Ханссен. – Предлагаю организованное отступление. Выясним, откуда у него деньги на такое поместье, найдём болевую точку и вернёмся.

- Я ужасно не люблю отступать, - Лавиния поморщилась. – Но в этом случае, кажется, вы правы. Кавалерийским наскоком эту крепость не возьмёшь.

Она вытащила коммуникатор и набрала номер. Лейтенант деликатно отошёл в сторону. Когда на экране появился гранд-полковник Мазовски, довольным он не выглядел.

- Слушай, коммандер, я только себе чашку кофе налил! Вроде все твои требования я выполнил…

- Не ворчи, Конрад, - оборвала его Лавиния; она видела, что в большом окне появилась фигура мужчины, который стоял и смотрел прямо на неё. – Поручи кому-нибудь из твоего архива подобрать материалы о бывшем майоре…

- Йергенсене? – перебил её Мазовски. – Я уже проверил после нашего разговора. Все данные по Йергенсену убраны в особый раздел архива. Ты полгода потратишь только на то, чтобы разрешение получить.

- Да? Очень интересно… А по чьему распоряжению это было сделано, можешь узнать?

- А что тут узнавать? Он близкий родственник Густаффсена, это заместитель министра внутренних дел. Так что сама понимаешь…

- Да, понимаю. Спасибо, Конрад. Я завтра ещё приду, жди!

Лавиния отошла от ворот и оглянулась, уже подойдя к экипажу, за рулём которого её дожидался лейтенант. Фигура в окне никуда не исчезла.

***

- У нас с вами, Ханссен, ещё два пункта, которые нужно посетить, - сказала Лавиния своему молчаливому сопровождающему, когда села в экипаж.

Молодой человек, сидевший за рулём, повернулся к ней, и она продолжила.

- Во-первых, бывший ученик мастера Скиммерса, живущий в деревне Нюгхорг. Во-вторых, антикварный магазин в городке Дрёбак. С чего начнём, как вы считаете?

- С магазина, - ответил лейтенант. – Это ближе. Да и закрыться магазин может, мы ведь не знаем его часы работы.

- Согласна… А Андреас Вестергаард, если он всё ещё живёт в Нюгхорге, скорее всего вечером будет дома, так?

Лейтенант кивнул.

- Тогда едем в Дрёбак! – и Лавиния села поудобнее.

Городок явно был старым. Узкие улочки, мощёные булыжником, двухэтажные небольшие дома, в самом центре – деревянные, чуть поодаль каменные. Наверное, летом, когда стены увивал плющ, всё это выглядело живописно, но в феврале… Тёмная туча, всё утро висевшая на горизонте, наконец сползла к фьорду, и над гаванью из неё высыпался снег. Он впитывался в серую воду без следа, и, кажется, единственное, что удерживало тучу от того, чтобы совсем лечь на город, были шпили храмов. Лавиния насчитала их три или четыре.