Письма к Ромео. Книга 2

– Они строгие? Твои дядя и тётя, – спросил Коннер.

– Сложно сказать, – с улыбкой ответила Джули и на мгновение взглянула в свою книгу, прежде чем поднять глаза. Джули не хотела разочаровывать дядю, зная, как сильно он старался поддержать её, когда тётя говорила о последствиях, с которыми им придётся столкнуться из-за того, что она живёт в одном доме с её кузеном Джоэлом. – Надеюсь, они не будут переживать из-за того, чем я тут занимаюсь.

Пока они продолжали сидеть и болтать, Джули извинилась и сказала: – Я пойду возьму себе еды, – и, встав со стула, направилась к стойке раздачи.

Пока Джули ждала своей очереди, она услышала знакомый голос. Это Саймон о чём-то шутил и смеялся. Она повернулась налево и заметила Романа, стоящего с друзьями неподалёку от неё. Она снова повернулась и стала смотреть вперёд.

«Значит, он здесь», – подумала Джули про себя.

Дело было в том, что, хотя прошлой ночью она написала письмо, и к утру оно исчезло с подоконника, он ей так и не ответил. Она пришла к выводу, что он был занят другими делами. Не то чтобы они были лучшими друзьями, да и у него наверняка были другие дела. Она в задумчивости прикусила щеку изнутри.

Получив еду, она уже собиралась идти, когда Саймон подался в сторону и спросил её: – Этой еды хватит на тебя и твоих друзей?

Джули натянуто улыбнулась, потому что заказала всё это для себя.

– Аппетит у тебя что надо, Уинтерс, – прокомментировал Роман, и Джули слегка покраснела.

– Не лучше, чем у тебя, – пробормотала Джули, и Роман склонил голову набок, словно предлагая ей повторить только что сказанное. Этот грубиян всё ещё должен ей десять пачек чипсов! – Я скоро поеду на автобусе с остальными и не хочу проголодаться.

– Навещаешь семью? Должно быть, это здорово, – улыбка Саймона стала шире, и Джули медленно кивнула.

– К семье подруги, – ответила Джули и спросила: – А вы? – Её взгляд метнулся с Саймона на Максимуса, а затем вернулся к Роману, который не сводил с неё глаз.

– Мы? Мы тоже проведём время с семьёй. Друг – это, возможно, громко сказано, но что-то в этом роде, – ответил Саймон, и Джули заметила кривую усмешку на губах Максимуса. Она задалась вопросом, не было ли в словах Саймона какого-то иного смысла. – Надеюсь, хорошо проведёшь время.

– И вам того же, – пожелала Джули и пошла обратно к столику, где сидели её друзья. Подойдя к столу, она поставила поднос и села на своё место.

– …но это было странно, – услышала она слова Коннера.

– Что странно? – спросила Джули.

Мелани ответила: – Коннер говорил, что вчера вечером некоторые студенты серьёзно заболели, и так выяснилось, что трубы и вода были грязными. Комнаты заболевших студентов были заперты.

Коннер посмотрел по сторонам, прежде чем наклониться вперёд, и сказал: – Да, но самое забавное то, что их не было в комнатах.

– Может, они были в лазарете, – предположила Джули, но Коннер покачал головой.

– Их там не было, – прошептал Коннер.

– Должно быть, они были в другой палате или просто не в настроении ни с кем говорить, – пожала плечами Мелани. – В смысле, администрация всегда следит за тем, чтобы все студенты были в безопасности и здоровы.

– А зачем ты искал этого студента? – спросила Джули.

– Я забыл передать конспект, который попросил один первокурсник, а он сказал, что у него сегодня контрольная. Так что вчера вечером я пошёл его искать, но не нашёл ни в его комнате, ни в лазарете, – объяснил Коннер. – Это было просто немного странно. Хотя на вид парень был вполне здоров.

Джули попыталась осмыслить информацию, а затем спросила его: – Коннер, я хотела у тебя кое-что спросить.

– Да? – отозвался он.

– Ты помнишь ваш разговор с господином Эвансом? В тот день, когда ты пришёл передать, чтобы я зашла к нему в кабинет, – Джули посмотрела на Коннера, который пытался вспомнить.

– Кажется, мы говорили о тебе. Он хотел убедиться, что ты хорошо освоилась в общежитии и не нужна ли тебе помощь с учёбой. Думаю, он считает, что ты слишком стесняешься прийти и поговорить с ним, поэтому расспрашивал обо всём меня, – объяснил Коннер, будто это было в порядке вещей и случалось постоянно. – Потом мы в итоге разговорились о Хэллоу и о костюмах, которые мы носили. Я и не заметил, как быстро пролетело время. Казалось, прошло всего десять минут, а в итоге я пропустил занятие.

– С господином Эвансом всегда так, – улыбка Мелани стала шире, и она сказала: – Он такой приятный и красивый человек, что кажется, будто прошла всего минута, пока с ним говоришь.

Неужели с ним и правда так легко общаться? – спросила себя Джули. Почему же в её случае минута с консультантом казалась часом? Может, потому что она его остерегалась? Этот господин Эванс казался ей слишком вежливым и оттого тревожащим.

– Почему ты спрашиваешь? – поинтересовался Коннер, и Джули пожала плечами.

– Просто сейчас вспомнила и решила спросить, – улыбнулась Джули.

Закончив с едой, Джули вернулась в свою комнату и собрала вещи, которые понадобятся ей на выходных. Её взгляд задержался на месте у окна, после чего она пошла сдать задание.

Вечером Джули закинула рюкзак на плечо, закрыла дверь комнаты и заперла её. Джули и Мелани вышли из Дормиториума, направляясь туда, где стояли автобусы, ожидая, пока их заполнят студенты, которые поедут домой или в другие места.

Вскоре к ним присоединился Коннер, и они зашли в первый автобус. Джули выбрала место у окна. Она заметила на улице Романа, который, казалось, прогуливался со своими друзьями.

На Романе была белая футболка и его обычные рваные джинсы. Похоже, куртку он оставил в своей комнате. Он поднёс руку к голове, проведя пятернёй по своей чёрной гриве и взъерошив волосы ещё сильнее. Его длинные ноги отмеряли ровный шаг, и он снова жевал жвачку.

Прошло больше получаса, прежде чем автобус заполнился, и когда он уже был готов тронуться, в окно влетел бумажный самолётик и упал Джули на колени. Она нахмурилась, выглянула в окно и увидела уходящего Романа. Его непроницаемое лицо ничего не выражало, только глаза на миг взглянули на неё, прежде чем он ушёл.

К счастью, Мелани и Коннер были так увлечены разговором, что не заметили, как бумажка приземлилась ей на колени.

Подняв бумажный самолётик, Джули взглянула на него и увидела, что на нём что-то написано. Развернув бумажку, она прочла:

«После непрерывных занятий я думал, ты поумнела, и решил это проверить. Но, похоже, тебе всё ещё нужны дополнительные уроки по предмету, раз ты не справилась с решением. Я заберу свою книгу из твоей комнаты. Я разрываюсь, не отречься ли мне от тебя как от своей ученицы.

В Ветерисе особо нечем заняться, кроме как ловить жуков. Разве я уже не говорил? Но, может, прокатись, мотоцикл теперь в хорошем состоянии. Если поедешь в противоположном от входа в Ветерис направлении, там есть горы – хорошее место, чтобы кого-нибудь сбросить, и никто никогда не узнает, куда исчез человек.

ПС: Не знал, что ты такая дикая кошка».

Джули уставилась на образец чёрного юмора Романа.

Она посмотрела в окно: лес был тёмен, а луна ярко сияла в небе. Прохладный ветерок коснулся её лица, и она прислонилась виском к окну, прежде чем закрыть глаза.

И, закрыв глаза, Джули не заметила, что в темноте, среди деревьев, что-то было.

Добравшись до своей остановки, они втроём вышли и пошли к своим домам. – Ты сказала родителям, что приведёшь меня к себе домой? – спросила Джули.

– Сказала, и всё в полном порядке, – ответила Мелани, пока они шли к её дому и поднимались на крыльцо. Пока её подруга звонила в дверь, Джули оглядела район, который казался тихим и спокойным. Через некоторое время дверь открылась, и на пороге появилась женщина, похожая на Мелани.

– Ты рано, Мэл. Я думала, ты приедешь утром, – сказала миссис Дэвис, и её взгляд упал на Джули.

– Они организовали вечерние автобусы, и мы решили приехать как можно скорее. Мама, это Джули, – Мелани представила Джули своей матери, а затем сказала: – Джули, это моя мама.

– Конечно, это я. Рада тебя видеть, Джули. И хорошо, что у Мелани и Коннера появился ещё один друг, кроме друг друга. Если бы я не знала их получше, подумала бы, что они в будущем поженятся. Не то чтобы это было проблемой…

– Мама! – Мелани покраснела от смущения, так как её мать начала говорить без умолку.

– Не нужно стесняться. Пожалуйста, входите, – миссис Дэвис распахнула дверь, чтобы обе девушки могли войти в дом. – Чувствуй себя как дома. Я приготовила гостевую комнату. Мэл, почему бы тебе не показать Джули дом?

– Спасибо, миссис Дэвис, – улыбнулась Джули, глядя на тёплые отношения между Мелани и её матерью. Эта нежность напомнила ей о её собственной маме.

– Пойдём, я покажу тебе комнату, – сказала Мелани, взяв Джули под руку и уводя её вглубь дома.

Хотя миссис Дэвис не знала, что Мелани и Джули приедут так рано, она всё же успела приготовить на ужин множество блюд.

– Не стоило так беспокоиться, миссис Дэвис, – сказала Джули, потому что, судя по удивлённому взгляду Мелани, было очевидно, что они не устраивали пиры каждый день.

– Ой, ну что ты, дорогая. С нами не нужно быть такой официальной, – миссис Дэвис махнула рукой. Господин Дэвис казался гораздо более сдержанным по сравнению со своей женой; на его лице играла лёгкая улыбка. – А теперь садитесь, и давайте ужинать вместе.

Джули почувствовала тяжесть на сердце и сделала глубокий вдох, прежде чем сесть за стол. Семья Дэвис была очень тёплой, и, похоже, Мелани унаследовала внешность матери, а характер – отца. Миссис Дэвис говорила за всех, и ей, казалось, очень нравилось кормить гостью: она то и дело брала миску с едой, готовая положить Джули добавки.

После ужина на пороге появился Коннер в повседневной одежде, и они втроём решили посмотреть фильм в гостиной.

Их семьи напомнили Джули о её собственной. Хотя у неё были друзья, она всё равно чувствовала себя одиноко без родителей.

Джули гадала, что пошло не так, что заставило её отца нажать на курок, целясь сначала в мать, а потом в неё. Но в неё он промахнулся. Словно все хорошие воспоминания были смыты, и их место заняло одно-единственное, болезненное воспоминание.

Чтобы скрыть свои эмоции, она вонзила ногти в ладони и сжимала их, пока мучения не утихли.

Джули и Коннер сели по обе стороны от Мелани.

– Может, включим другой фильм? Мы все трое этот уже смотрели, – спросила Мелани, и Коннер обнял её за шею.

– Только разок, Мэл! Мы так давно его не смотрели, – пытался уговорить её Коннер. – Я знаю, ты меня любишь. Соглашайся!

– К сожалению, – пробормотала Мелани. Хоть они и приглушили свет, Джули заметила, что лицо Мелани покраснело. Когда их взгляды встретились, у Мелани был такой вид, будто её застали врасплох.

Кажется, кто-то в этой комнате был влюблён в кое-кого другого.

Когда фильм закончился, они пожелали друг другу спокойной ночи, и Джули пошла в гостевую комнату. Закрыв дверь, она пошла чистить зубы, и когда уже готовилась ко сну, то услышала стук в дверь.

Дверная ручка повернулась, и в щель просунула голову Мелани. На её лице было неловкое выражение.

– Можно войти? – спросила Мелани, и Джули кивнула.

Но прежде чем Мелани успела сказать то, что хотела, Джули произнесла: – Тебе не нужно мне ничего объяснять, Мэл.

– Нет, я хочу, – сказала Мелани, поджав губы, прежде чем присесть на край кровати, а Джули села рядом. – Мне не с кем было это обсудить, но теперь у меня есть ты. Если бы об этом узнала моя мама, то узнал бы и Коннер, а за ним и все наши соседи.

В прошлый раз, когда Джули упомянула об этом при них обоих, они отвергли мысль о том, что могут быть вместе.

– Почему ты не призналась ему в своих чувствах? – спросила Джули, ведь они проводили время вместе ещё до того, как она попала в Ветерис.

– Он не испытывает ко мне того же. И я не хочу, чтобы между нами возникла неловкость.

– Знаешь, как говорят: если не попробуешь, то и не узнаешь, – попыталась приободрить её Джули, и её подруга улыбнулась в ответ.

Мелани посмотрела на покрывало, помолчала мгновение, а затем произнесла: – Я знаю, что Коннер не рассматривает меня в таком ключе. Я знаю его очень давно, поэтому я уверена. Пожалуйста, не говори ему, – попросила Мелани, и Джули кивнула, а затем сделала жест, словно застёгивая молнию на губах.

– Не скажу, – пообещала Джули, и Мелани улыбнулась.

– Я так рада, что ты здесь, Джули, – Мелани обняла Джули, а затем отстранилась. – Я буду в соседней комнате. Не стесняйся звать меня, если что-нибудь понадобится.

– Угу, – кивнула Джули, глядя, как Мелани встаёт. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – и Мелани вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

Похоже, Мелани была влюблена в Коннера и хорошо это скрывала.

Выключив ночник, она забралась под одеяло. Свет уличного фонаря пробивался сквозь щель между шторами, и Джули смотрела на него. Плотнее укутавшись в одеяло, она перевела взгляд на потолок, который отличался от потолка в её комнате в общежитии, к которому она уже привыкла.

«Мама! Пожалуйста, не уходи!»

Джули услышала свой собственный крик в голове, когда её разум перенёс её в ту самую кровавую ночь. С одной стороны – её отец, которого полицейские тащили к машине с руками в наручниках. Он не повернулся, чтобы посмотреть на неё, – на его лице было потерянное выражение. Мигали синие и красные огни машин.

А с другой стороны – её мать, которую двое мужчин несли на носилках из дома к машине скорой помощи.

«Мама!» – позвала Джули свою мать, чья рука безжизненно свисала с носилок. Глаза матери были закрыты, а на голове виднелась широкая, открытая рана. Её лицо уже потеряло цвет, стало бледным, словно кожа начала менять свой оттенок.

Глаза Джули наполнились слезами, застилая взор, пока она продолжала смотреть на холодное тело матери.

Когда Джули закрыла глаза, тёплые слёзы скатились из уголков глаз, стекая по лицу и падая на подушку.

58 Все хотят посмотреть фильм

Роман лежал на кровати. Он вытянулся во весь рост, заложив руки за голову. В Дормиториуме стало тише, как и в университетском городке, поскольку большинство студентов уехали навестить родных или друзей. Он наслаждался утренней дремотой, когда в дверь постучали.

«Рим?» – за дверью был Максимус. Роман решил не отвечать и притвориться, что его нет в комнате. «Я знаю, что ты там», – донёсся с той стороны двери певучий голос его друга.

В Дормиториуме и на их этаже осталось не так много студентов, поэтому Максимус настойчиво стучал в дверь. С губ Романа сорвался вздох. Ему захотелось свернуть Максимусу шею, лишь бы заставить друга замолчать. Но поскольку Максимус был вампиром, это помогло бы лишь на несколько минут.

Поднявшись с кровати, он подошёл к двери и открыл её. На лице Максимуса сияла широкая ухмылка.

«Я тебя потревожил?» – спросил Максимус и в ответ получил лишь испепеляющий взгляд Романа.

«Что такое?» – спросил Роман, не понимая, что Максимус здесь делает, когда должен был быть где-то с каким-то человеком. Судя по их предыдущему разговору, они должны были покинуть Ветерис вечером.

Глаза Максимуса загорелись, и он сказал: «Ну, девчонки сказали, что им скучно и они хотят съездить в город. Вот мы с Саймоном и подумали, почему бы не пойти в кино. Знаешь, поесть попкорна, как люди, и, может, поиграть в игровые автоматы…»

«Можете идти с ними. А я собираюсь поспать», – ответил Роман и попытался закрыть дверь, но Максимус быстро просунул голову в проём.

«Ты разве не спишь со вчерашнего вечера?» – нахмурился Максимус и добавил: – «Мы едем в Грязный Угол, это почти в двух часах отсюда. Там показывают фильм про какой-то зомби-апокалипсис».

Роман отпустил дверь и вернулся к кровати. Он пробормотал себе под нос: «Надо было выбрать дерево для сна». Подойдя к шкафу, он открыл маленький холодильник и достал банку с кровью. «Если хочешь посмотреть и послушать, как кричат люди, можешь устроить себе 5D-впечатление, напугав человека, прежде чем внушить ему что-то».

Максимус вошёл в комнату, уже одетый, и принялся играть пирсингом на языке. Ухмылка растянула его губы, и он сказал: «Ты прав. Но что, если я скажу, что городок Грязный Угол – это то самое место, где живёт твоя подруга по переписке и где находится кинотеатр. От этого ты тоже откажешься?»

Роман закатил глаза: «Я в неё не влюблён, Макс». Он потянул за кольцо на банке и сделал глоток.

«Я в курсе», – кивнул Максимус. – «Но я чувствую, что здесь что-то наклёвывается. Все остальные письма, которые ты получаешь, всегда летят прямиком в мусорку. А её – нет».

«Это потому, что ты решил взять её письмо, которое она написала своему дяде», – ответил Роман, и Максимус задумался, а потом рассмеялся.

«Я что, в купидона превратился?!»

У Романа было непроницаемое выражение лица. Он смерил Максимуса взглядом, и тот решил больше не испытывать судьбу. «Откуда ты знаешь, где они живут? Следил за её подругой?» – спросил Роман, поднося банку к губам. Он отпил полный рот крови, затем опустил банку и прислонился спиной к столу.

«Это Саймон, этот хитрый вампир, расспросил того парня. Кстати, ты ведь знаешь, что тебе придётся прекратить заниматься с этой девчонкой, когда прибудут Старейшины?» – спросил Максимус, и Роман кивнул. Старейшины были древнейшими вампирами, которые слишком высокого мнили о себе из-за силы и способностей, которыми обладали.

Хотя за Ветерисом и были другие города, нигде поблизости не было игровых автоматов, а в кинотеатрах не показывали новые фильмы. В кинотеатре ближайшего города крутили только старые чёрно-белые фильмы.

Понимая, что Максимус, скорее всего, просидит у него в комнате весь день, Роман допил банку с кровью, наконец-то взял ключи и вышел из общежития вместе с Максимусом.

В городке Грязный Угол, где жили Мелани и Коннер, троица добралась до кинотеатра. Коннер пошёл к кассе за билетами, а Джули и Мелани – к стойке с едой, чтобы купить что-нибудь попить и поесть во время фильма.

До начала фильма оставалось ещё тридцать минут.

Джули огляделась по сторонам, заметив толпу людей у входа в кинотеатр. На ней была юбка и блузка, открывающая ключицы.

В отличие от своего обычного наряда – свитера и собранных в хвост волос – сегодня Джули распустила волосы. И не только она: Мелани тоже сменила стиль одежды, ведь сейчас они были не в университете. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как она в последний раз так наряжалась.

Когда человек перед ними отошёл от стойки, Джули шагнула вперёд и сказала: «Два сырных попкорна, один карамельный, две слойки и три пепси».

«Что-нибудь ещё?» – спросил мужчина за стойкой, и Мелани, всё ещё изучавшая меню, попросила:

«Можно нам три куска торта, пожалуйста?»

«Конечно», – кивнул мужчина с вежливой улыбкой на лице и пошёл собирать всё, что они заказали.

Мелани обернулась, чтобы посмотреть, где Коннер. Джули начала замечать за ней такое с тех пор, как вчера узнала о чувствах Мелани к нему. Джули решила посадить Мелани рядом с Коннером, чтобы между ними могло что-то произойти. Каждому нужен небольшой толчок, подумала она, решив сыграть в купидона.

Когда к соседней стойке подошёл ещё один человек, Джули обернулась посмотреть на толпу, отвернулась и тут же снова посмотрела на стоявших там Саймона и Максимуса. Почувствовав взгляд Джули, Саймон сказал: «Какая встреча, Джули. Мелани», – он кивнул девушкам, которые удивились, увидев их здесь.

«Что вы здесь делаете?» – спросила Мелани, а Джули повернула голову, заметив машущую ей Оливию и стоящую рядом с ней хмурую Викторию.

«Мы?» – спросил Саймон, глядя прямо перед собой с невозмутимым лицом, и добавил: – «Мы работаем за стойками по выходным».

Максимус рассмеялся, а Мелани уставилась на парней, ничего не комментируя, поскольку не нашла слова Саймона смешными.

Затем Саймон сказал: «Мы пришли посмотреть фильм. Слышали о нём много хороших отзывов, а девчонки умирали от желания сделать что-то необычное. В смысле, кто не любит хороший фильм про зомби с кровью повсюду и поеданием людей», – уголки его глаз сморщились, обнажая гусиные лапки.

На этот раз слова Саймона напугали и Джули, и Мелани. Саймон улыбнулся, словно пытаясь разрядить напряжение. Вовремя подошёл Коннер с билетами и посмотрел на старшекурсников.

«Не знал, что мы все сегодня здесь встретимся», – заметил Коннер, и двое старшекурсников кивнули.

«Я упомянул Оливии, что вы собираетесь на этот фильм, и мы посмотрели отзывы», – ответил Саймон. «Как они могли посмотреть отзывы, если нет интернета?» – мысленно спросила себя Джули с подозрением во взгляде. Её взгляд переместился на девушек, а затем за их спины. «Похоже, Роман к ним не присоединился», – отметила она про себя.

«На каких вы местах?» – спросил Максимус, и Коннер поднял руку, в которой держал три билета.

«Двенадцатый ряд, с Е по G», – ответил Коннер.

Когда мужчина за стойкой вернулся, он поставил подносы и назвал сумму к оплате. Джули открыла кошелёк, чтобы заплатить, но Саймон опередил её, приложив свою карту, и сказал: «Было бы невежливо не угостить младшекурсников, раз уж мы пришли сюда вместе, не так ли?»

«Мне кажется, невежливо заставлять вас платить за нашу еду», – вежливо ответила Джули. Ей была не по душе мысль, что кто-то другой за неё платит. В конце концов, старшекурсники не были их друзьями.

«Неужели?» – спросил Саймон, чьи рыжие волосы выделялись из толпы.

Максимус вмешался: «Возможно, это потому, что они нас плохо знают».

Джули кивнула, потому что это была правда, и их отношения были не более чем отношениями старших и младших курсов. Саймон задумался, пока парень за стойкой растерянно смотрел то на наличные, то на карту. Рыжеволосый парень заявил: «Тогда нам стоит сесть вместе и вместе посмотреть фильм. Что может быть лучше для знакомства, чем совместный просмотр ужастика».

До этого момента она считала навязчивым только Максимуса, но этот старшекурсник оказался ещё и подозрительным манипулятором. Затем она поняла, что вся их компания такая, все эти парни.

«Спасибо», – пробормотали все трое и отошли от стойки, держа в руках подносы с едой и холодными напитками.

Пока они шли от стойки к своим местам, Джули заметила человека в рваных джинсах, чёрной рубашке и чёрных ботинках. Роман Молтеноре был здесь. Люди, пришедшие в кино, обращали на него внимание, их взгляды задерживались на нём, пока он шёл к Оливии и Виктории. У него было незаинтересованное выражение лица с ноткой угрозы, которая держала незнакомцев на расстоянии.

Мелани ударила Коннера, и тот ссутулился: «За что ты меня бьёшь?!»

«Зачем ты пошёл и рассказал им, что мы идём на этот фильм?» – спросила Мелани, сжав губы в тонкую линию. «Твой рот совсем не умеет держать язык за зубами».

Джули не могла не согласиться со словами Мелани. Коннер, казалось, был из тех, кто открыто доверял всем подряд, словно они были безобидны. Он сказал: «А? Но что плохого в том, что они здесь? В смысле, клянусь, я их не приглашал, он просто случайно спросил о моих планах на выходные».

«Кому ещё ты рассказал?» – прошептала Мелани, и Коннер почесал кончик носа, словно ожидая, что лучшая подруга будет ругать его ещё больше.

«Ну, думаю, это зависит от того, что здесь считать рассказом и объяснением о фильме», – ответил Коннер, и Джули едва заметно нахмурилась.

И как раз в этот момент в дверях появилась Элеонора со своей компанией, и Джули отвернулась. «Я с ней даже не разговариваю, так что на меня не смотри», – Коннер попытался поднять руки, но вместо этого лишь приподнял поднос.

«Будем надеяться, они не сидят рядом с нами», – заметила Джули, потому что для неё это было бы настоящим ужасом.

«Никогда бы не подумала, что ей нравятся такие фильмы», – прокомментировала Мелани, глядя на Элеонору и её подруг, покупающих билеты. «Её трудно предсказать».

«Я же говорил, отзывы потрясающие. Я выбрал лучший фильм сезона», – ответил Коннер, раскладывая всё на своём подносе.

Тем временем взгляд Джули был больше сосредоточен на попкорне, сияющем прямо перед её глазами. Наклонив голову, она ртом поймала несколько зёрнышек, не используя рук. В тот же миг Роман повернулся и посмотрел на неё. У него было скучающее выражение лица, словно он совсем не хотел здесь находиться.

Джули задалась вопросом, не увлекается ли Роман садоводством. Ведь в письме он дважды упоминал ловлю жуков.

Хоть она и слушала, о чём говорят друзья, её взгляд блуждал в сторону Романа. Без куртки он не казался таким громоздким и высоким. Татуировки на его руке были на виду, поскольку он не прикрыл их курткой.

«Деннис?»

Джули услышала, как Мелани произнесла это имя, и повернула голову, заметив старшекурсника, который входил в кинотеатр с другим парнем, по-видимому, его другом. Когда Мелани с вопросительным взглядом повернулась к Коннеру, тот сказал: «Это популярный фильм».