Без Неба 1: Два Болта

Он вдруг замолчал, медленно повернул голову и посмотрел прямо на меня. Его глаза под седыми бровями были на удивление ясными и острыми.

Он узнал меня.

— Ты слышишь, Гром? — тихо спросил он. Голос был скрипучим, но осмысленным. — Оно зовет тебя. Не пропусти стук.

— Два болта не хватает… — Затем он снова отвернулся к стене и продолжил чертить свои символы.

— Пошли, — шепнула Сарра. — Не будем ему мешать.

Я кивнул, но слова старика застряли в голове. «Не пропусти стук.»

Мы дошли до места, на которое указывал сканер Сарры.

Небольшая трещина в стене. Я достал ручной инструмент — тонкий вибрационный резец. Работа требовала осторожности. Сарра подсвечивала мне и следила за датчиками.

Через полчаса кропотливой работы мы вскрыли небольшой карман. Кристаллы арконита — некрупные, но чистые, штук двадцать. Прозрачные, с голубоватым свечением. Отличное дополнение к дневной норме синей крови.

Мы осторожно собрали их в специальный бронированный контейнер.

— Удача сегодня с нами, — сказала Сарра, закрывая контейнер. — Хоть что‑то ценное для обмена у Админа.

Внезапно из темноты штрека, откуда мы пришли, донесся какой‑то шум и приглушенный вскрик. Мы с Саррой замерли, переглянувшись.

Через мгновение в свете наших фонарей появился запыхавшийся, перепуганный Марк. Одиннадцатилетний мальчишка выглядел так, будто пролез через все самые грязные и узкие щели базы. Его роба была порвана на колене, на щеке свежая ссадина, а глаза испуганно бегали.

— Марк! — воскликнула Сарра. — Какого черта ты здесь делаешь?! Тебе сюда нельзя! Это рабочая зона!

— Я… я искал тебя, Гром! — выпалил Марк, тяжело дыша и испуганно озираясь. — Мне… мне срочно нужно! Грета сказала… нет, я сам! Мне нужны болты!

— Болты? — я нахмурился, шагнув к нему. От него пахло пылью и чем‑то еще, незнакомым, слегка озоновым. — Ты пробрался сюда, рискуя попасть под обвал или нарваться на патруль Векса, ради болтов? Марк, ты в своем уме?

— Они очень нужны! — Марк почти плакал от страха и какой‑то непонятной срочности. — Два болта! Такие… ну, десятка, наверное! Для… для одной штуки! Пожалуйста, Гром! У тебя же всегда есть в запасе!

Он выглядел таким отчаявшимся, что моя злость на его безрассудство немного утихла. Что‑то действительно важное заставило его так рисковать.

— Ладно, — сказал я строго. — Найду я тебе пару болтов. Но чтобы сейчас же возвращался наверх, в жилой блок! И никому ни слова, что ты здесь был, понял? Если люди Векса узнают — тебе не поздоровится.

— Понял! Спасибо, Гром! Ты лучший! — Марк с явным облегчением кивнул. — Я сразу наверх!

Он развернулся и бросился бежать обратно по штреку, спотыкаясь в полутьме.

— Что с ним творится? — пробормотала Сарра, провожая его взглядом. — Он никогда так себя не вел. И что за штука, для которой ему так срочно понадобились болты, что он полез в шахту?

— Не знаю, — ответил я, чувствуя, как тревога сжимает горло. Вспомнились слова Мэла. «Два болта не хватает…» Просто совпадение? — Ладно, смена все равно закончена. Пора наверх. Нужно присмотреть за этим искателем приключений.

«Два болта не хватает… для большого замка», — скрипел в памяти голос Мэла. Два болта выпрашивал Марк. На Дне не верят в совпадения — на Дне их проверяют. Не пропусти стук.

Глава 2. Взрыв

Мы вернулись к «Кроту», погрузили контейнер с арконитом.

Я запустил двигатели, и мы медленно двинулись обратно к основному стволу шахты.

Мысли были тяжелыми.

Что нашел Марк? Почему ему так срочно понадобились эти несчастные два болта? И что имел в виду старый Мэл?

Сдав добычу на сортировочном узле Администратора — бездушный механизм принял синюю кровь и кристаллы арконита, записав их на наш счет для дальнейшего бартера и выполнения квоты — мы наконец поднялись на лифте на транспортный уровень.

Тяжелый, спертый воздух шахты сменился чуть более свежим, но все таким же влажным и пахнущим ржавчиной воздухом жилых уровней «Тихой Гавани».

Впереди был путь через Трущобы в сторону нашего блока и жральни.

Выход из транспортного узла шахт был как глоток… ну, не свежего, но другого воздуха.

Менее спертого, чем внизу, но все такого же влажного, с неизменным привкусом ржавчины и озона.

Мы с Саррой молча влились в поток возвращающихся со смены рабочих, направляясь в сторону нашего жилого блока через лабиринты Трущоб.

Здесь, на основных уровнях «Тихой Гавани», жизнь кипела активнее, чем в мертвой тишине глубоких выработок. Тусклые лампы отражались в лужах на металлическом полу; стены были покрыты слоями старой краски, ржавыми потеками и граффити — метками банд, долговыми расписками, просто криками отчаяния.

Мимо сновали шахтеры в грязных робах, техники с инструментами, торговцы со своим нехитрым скарбом, дети среди мусорных куч. Кое‑где лепились импровизированные лавки: горсть синей крови — на порцию пасты, инструменты — на запчасти, мелкие кристаллы арконита — на все остальное.

Сломанный Администратор не мешал людям выживать, используя древнейший способ обмена.

Над всем этим — под потолком, в стенах, в самом полу — ровно гудела вентиляция. Гул был всегда: он въедался в уши в первый день жизни на базе и дальше просто существовал, как давление или темнота за Куполом. Его переставали слышать. О нем вспоминали, только когда он менялся, — и на моей памяти ничего хорошего такая перемена не предвещала.

Мы шли быстро, стараясь не задерживаться.

Трущобы были домом для многих, но для меня они оставались чужим, враждебным местом.

Мы миновали несколько заброшенных, темных секций, откуда тянуло холодом и запахом плесени. У одного из таких провалов, где когда‑то был жилой модуль, копошилась группа местных парней — подростков с наглыми глазами, разбирающих остатки обшивки на металлолом.

Они заметили нас.

Один из них, самый крепкий, сплюнул на пол и проводил меня тяжелым взглядом. Я знал этот взгляд — смесь зависти и неприязни. Чужак, прибившийся к Грете, к техникам, получивший отдельный модуль… Выскочка.

Я встретил его взгляд холодно, не опуская глаз, но и не провоцируя. Секундное противостояние взглядов. Парень отвернулся первым. Мелкие стычки здесь были ни к чему, пустая трата сил и нервов.

Мы прошли мимо.

Дальше по коридору мы завернули к жилому блоку, где ютилась семья Колтов.

Генри Колт и его дети пытались выращивать какие‑то съедобные водоросли на продажу в небольших гидропонных ваннах, притулившихся у стены модуля.

У их двери мы увидели неприятную сцену.

Один из шестерок Векса — мелкий тип с крысиным лицом и значком‑болтом на грязной куртке — стоял перед заплаканной младшей дочерью Колтов, Линой, и ее старшим братом Майло, который пытался заслонить сестру.

— …сказал же, отец твой должен! За аренду места! Векс ждать не будет! — гнусавил «шестерка», тыча пальцем в Майло. — Не будет арконита — выкинем вас отсюда вместе с вашей травой!

— Отец на смене! Он заплатит, когда вернется! — испуганно отвечал Майло, но голос его дрожал.

Лина тихо плакала за его спиной.

Самоуправство мелких сошек Векса было обычным делом, но видеть, как прессуют детей… что‑то во мне дернулось и я шагнул вперед.

— Заняться больше нечем, как детей пугать? — мой голос прозвучал резко и холодно.

Шестерка обернулся, явно не ожидая вмешательства. Увидев меня и Сарру, он на мгновение смешался. Он знал, кто мы.

Люди Греты.

Те, кто чинит то, без чего база встанет. Ссориться с нами было не с руки даже для мелкой пешки Векса.

— А тебе какое дело, техник? Не лезь не в свое, — прошипел он, но уже менее уверенно.

— Мое дело — чинить то, что ломается. А ты сейчас ломаешь порядок. Генри заплатит, когда вернется. А теперь проваливай, пока я не сообщил твоему начальству, что ты тут рабочее время прохлаждаешься, кошмаря детей.

Я сделал еще шаг вперед. Тип смерил меня злым взглядом, но понял, что продолжать бессмысленно. Публичная сцена ему была ни к чему.

— Ладно… — проворчал он. — Я еще вернусь.

Он развернулся и быстро скрылся в коридоре.

Лина тут же бросилась ко мне, обхватив мою ногу.

— Спасибо, Гром! Он страшный! — протараторила она.

— Все в порядке. Закройтесь и ждите отца, — ответил я, неловко погладив ее по голове.

Майло молча кивнул, все еще бледный, и потащил сестру внутрь модуля.

Мы с Саррой пошли дальше.

— Ржавчина, а не люди, — тихо проговорила Сарра, используя местное выражение для тех, кто прогнил изнутри.

— Векс закручивает гайки, — ответил я. — Ресурсов все меньше, давление растет. Вот такие и вылезают.

Мои мысли снова вернулись к Марку.

Что, если он тоже перешел кому‑то дорогу? Вексу? Или таким вот шестеркам?

Марк нашелся сам.

Мы уже отходили от блока Колтов, когда из бокового технического коридора — из той самой темноты, откуда тянуло холодом и плесенью, — вылетел он. Роба порвана на том же колене, ссадина на щеке потемнела и подсохла, а глаза… Глаза горели. Не страхом, как в шахте. Чем-то другим. Он был похож на человека, который выиграл главный приз и смертельно боится, что билет отберут.

— Гром! — Марк затормозил передо мной, едва не врезавшись. — Ты не забыл? Болты! Два, десятка!

— Помню я про твои болты, — я перехватил сумку с инструментом поудобнее. Руки гудели после смены, спина требовала койку. — Дай до дома дойти.

— А сейчас никак? — он приплясывал на месте, то и дело оглядываясь через плечо, в коридор, из которого выскочил. — Мне очень надо, Гром. Очень-очень.

— Марк, — Сарра шагнула к нему, взяла за подбородок и повернула к свету щеку со ссадиной. — Ты почему не в блоке? Где ты носишься весь день? Грета тебя обыскалась.

— Я по делу! — он вывернулся из ее пальцев — беззлобно, привычно, как уворачиваются от старших сестер. — Потом расскажу. Потом все-все расскажу, честно. Это… — Марк запнулся, и на секунду мне показалось, что сейчас проговорится. Не проговорился. Только заулыбался шире. — Потом. Сами увидите.

— После ужина зайди в мастерскую, — сказал я. — Отсыплю тебе болтов, каких хочешь. И гаек в придачу.

— После ужина! — просиял он так, будто я пообещал ему собственную лодку. — Я приду! Ты только никуда не уходи, ладно?

И умчался — худой, встрепанный, в порванной робе. На повороте обернулся и махнул рукой. Потом еще раз, уже из тени коридора, — это движение я скорее угадал, чем увидел.

— Совсем от рук отбился, — проворчала Сарра, но злости в ее голосе не было. Она смотрела брату вслед, пока темнота не съела его целиком.

— Зайдет вечером — расспросим, — сказал я. — Никуда его секреты не денутся.

Мы вышли на небольшую площадь — расширение коридора, где пересекалось несколько транспортных путей и где обычно было самое оживленное место на базе. И тут мы увидели его.

Барон Векс.

Собственной персоной.

Высокий, поджарый, с хищным блеском в глазах и неизменным символом власти — «Железной Челюстью» — выгравированным на пряжке пояса.

Внимание сразу приковывала его левая рука. Сложный механический протез из темного, потертого металла заменял ее от самого плеча. Пальцы протеза — скорее, когти — сейчас неподвижно лежали на боку, но я знал, как быстро и бесшумно они могут двигаться. Говорили, Векс потерял руку в какой‑то стычке при захвате власти, и с тех пор этот протез стал его визитной карточкой и инструментом устрашения. Каждый его жест этой рукой — указывающий перст, сжатый кулак — нес в себе угрозу.

Сейчас Векс стоял рядом с массивным транспортным контейнером и разговаривал с Копером — местным торговцем‑мутантом, владельцем единственного на базе грузового корабля. У Копера была странно вытянутая голова, напоминающая глубоководную рыбу, и непропорционально длинные руки с бугристыми суставами — результат старых мутаций.

Его голос был низким и булькающим.

Векс указывал на содержимое контейнера своим протезом — пальцы‑когти скользнули по металлу с тихим скрежетом. Внутри громоздились большие металлические конструкции.

Я присмотрелся.

Контуры выглядели знакомо. Это были вентиляционные блоки. Массивные, промышленные, очень похожие на те, что использовались для основных магистралей воздухоснабжения шахт.

Зачем Вексу понадобилось столько вентиляционного оборудования? Да еще и через Копера, в обход официальных каналов Администратора?

Странно. Тревожно. Я заставил себя отвести взгляд, чтобы лишний раз не привлекать внимания барона или его охранников, стоявших неподалеку.

— Пойдем отсюда, — тихо сказал я Сарре.

Мы почти дошли до нашего блока, когда увидели Грету, стоящую у входа в мастерскую.

Она стояла, прислонившись к стене, и не спеша жевала полоску сушонки.

Ее внимательный взгляд был устремлен в сторону площади, на Векса и Копера, и на ее лице было написано явное неудовольствие и подозрение.

Увидев нас, она перевела взгляд, выражение лица тут же стало привычно‑непроницаемым.

— Вернулись? Нормально смена прошла? — спросила механик.

— Как обычно, — ответила Сарра. — Квоту закрыли, немного арконита нашли. Марк к тебе не забегал? Мы его в Трущобах встретили — умчался куда-то.

Грета покачала головой, все еще бросая косые взгляды в сторону площади.

— Нет. Ладно, идите есть. Гром, потом ко мне загляни. Есть разговор. — ее тон был будничным, но я уловил в нем напряжение.

Грета явно была чем‑то обеспокоена, и ее взгляд на Векса только усилил мою собственную тревогу.

— Хорошо, — кивнул я.

* * *

Мы с Саррой направились в сторону жральни.

Усталость навалилась с новой силой, но мысли крутились как старый вентилятор — со скрипом, но неудержимо. Вокруг Марка, его странной просьбы, вентиляционных блоков Векса, Копера. И нехорошего предчувствия, которое росло с каждой минутой.

Жральня «Тихой Гавани» встретила нас привычным гулом голосов, лязгом металлической посуды и запахом синтетической пасты, въевшимся, казалось, в сами стены, — гулкое помещение с рядами длинных столов и скамей из потертого пластика под тусклым, унылым даже по меркам базы светом.

Базовую пайку пасты — серую безвкусную массу — выдавали по идентификатору рабочего у раздаточного окна.

Системы жизнеобеспечения пока работали, и Администратор обеспечивал минимум для выживания бесплатно. Но за все остальное — дополнительную порцию, овощи от Колтов, кружку водорослевой настойки — приходилось платить у стойки в углу мелкими кристаллами арконита или долговыми расписками.

Мы с Саррой взяли свои порции и нашли свободное место в дальнем углу, подальше от основного шума.

Есть не хотелось, но силы нужно было восстановить. Грета ждала меня после еды, и разговор, судя по ее виду на площади, предстоял непростой.

Ели молча несколько минут, прислушиваясь к обрывкам чужих разговоров — жалобы на квоты, слухи о поломках, споры о бартере.

Обычная жизнь Дна.

— Что думаешь про Марка? — наконец тихо спросила Сарра, отодвинув почти нетронутую миску.

Я пожал плечами, продолжая методично отправлять пасту в рот.

— Что он влип во что‑то. Вопрос — насколько глубоко. Его вид… Он был не просто взвинчен. Он был напуган. И эта его просьба про болты… Зачем одиннадцатилетнему мальчишке лезть в шахту, рискуя головой, ради двух болтов?

— Он сказал, для поделки, — Сарра нахмурилась. — Но он так озирался… Будто за ним гнались. И эта ссадина… Может, он уже столкнулся с кем‑то? Куда он вообще мог полезть один?

— А в Трущобах он уже сиял, — сказал я. — Напуган — и счастлив. Знаешь, когда так бывает? Когда человек нашел что-то. Что-то, что, по его мнению, стоит страха.

— Куда угодно, где ему быть не положено, — вздохнул я, возвращаясь к ее вопросу. — Вентиляция, старые технические отсеки… Он же ученик Греты, любопытный. Мог наткнуться на что‑то случайно. Или не случайно.

— Ты про Векса? — голос Сарры стал еще тише.

— Я видел его на площади с Копером. Они осматривали вентиляционные блоки. Зачем барону столько вентиляции именно сейчас? И почему через торговца, а не через Администратора? Векс явно что‑то скрывает или действует в обход правил.

Я посмотрел на Сарру. Она поняла.

— Просто странное совпадение. Марк лезет в вентиляцию, Векс тайно закупает вентиляционное оборудование…

— Слишком странное, — согласилась Сарра. Ее зеленые глаза встретились с моими, тревога в них была неподдельной. — Ты думаешь…

— Я пока ничего не думаю, — прервал я ее. — Слишком мало информации. Но мне это не нравится. И Грете, похоже, тоже. Ты видела, как она смотрела на Векса? Будто пыталась понять, что он задумал.

— Видела. Зачем она звала тебя? Думаешь, это связано с Марком?

— Скоро узнаю, — я встал из‑за стола. — Поговорим позже.

— Хорошо, — ответила Сарра, тоже поднимаясь. — Гром… когда Марк придет за болтами — поговори с ним, ладно? Расспроси. Меня он не слышит, а тебя послушает. Присмотри за ним. Он хоть и шустрый, но еще совсем ребенок.

— Ладно, — кивнул я. — Постараюсь.

Я направился к выходу из жральни.

Предчувствие беды становилось все отчетливее. Марк, Векс, вентиляция, болты, странные слова Мэла, беспокойство Греты… Все эти разрозненные куски складывались в очень нехорошую картину.

Разговор с Гретой сейчас либо подтвердит худшее, либо подкинет новую загадку, еще опаснее.

Я толкнул тяжелую дверь мастерской Греты.

Внутри пахло озоном, машинным маслом и горячим металлом — привычные запахи этого места, единственного островка настоящего порядка и работающей техники во всей «Тихой Гавани». Стеллажи с инструментами, разобранные механизмы на верстаках, мерцающие экраны диагностических приборов — все было на своих местах.

Сама Грета стояла у одного из верстаков, хмуро разглядывая какую‑то сложную деталь. Ее лицо, обычно непроницаемое, сейчас было напряженным.

— Наелся от пуза! — наигранно весело произнес я, подходя ближе.

Грета подняла голову.

Взгляд у нее был усталый и обеспокоенный. Шутку она явно не оценила.

— Гром. Слышал последние новости? Векс затеял «плановую модернизацию». Меняет блоки воздухоснабжения шахт. Прямо сейчас, — тихо добавила она.

— Слышал краем уха. И видел его с Копером на площади, они как раз вентиляцию обсуждали, — ответил я, вспомнив массивные блоки. — Что не так?

— Не так то, что он ставит старые модули! — Грета стукнула кулаком по верстаку. — Подержанные! Которые он выменял у этого мутанта Копера. Я знаю — эти блоки были сняты с другой базы лет десять назад! Кто знает, в каком они состоянии? Администратор бы такое старье никогда не заказал, поэтому Векс и провернул все через Копера, наверняка в обмен на что‑то другое, что ему было нужно от торговца. А если эта рухлядь откажет при запуске? Шахты останутся без воздуха!

Ее беспокойство было оправданным.

Вмешиваться в основные системы жизнеобеспечения базы, да еще используя сомнительные детали — это игра с огнем.

— Но это еще не все, — продолжала Грета, понизив голос. — Мне тут сказали… Марка видели днем возле тех модулей. Крутился там, что‑то высматривал.

Гул вентиляции за стеной я перестал слышать.

Марк.

Вентиляция.

Болты.

— Я видел его в шахте, — быстро сказал я. — Он пробрался туда каким-то образом. Выглядел взвинченным, напуганным. Просил у меня два болта для какой‑то поделки. Я обещал дать позже и велел убираться наверх.

— А час назад он поймал нас в Трущобах, — добавил я. Внутри что-то неприятно сжалось. — Напомнил про болты. Я велел ему зайти сюда, в мастерскую, после ужина. — Я оглянулся на дверь, будто Марк мог войти прямо сейчас. — Пока не приходил.

— Болты? — Грета нахмурилась еще сильнее. — Зачем ему болты там? Он же говорил, что… — она осеклась. — Не нравится мне все это, Гром. Совсем не нравится. Если он опять полез в вентиляцию рядом с зоной работ Векса, может огрести…

Договорить она не успела.

Глухой, мощный удар сотряс палубу под ногами.

По стенам прошла вибрация, задрожали инструменты на стеллажах.

Свет на мгновение мигнул, а издалека донесся нарастающий вой аварийной сирены и неясные крики.

Мы с Гретой переглянулись.

На ее лице был ужас и подтверждение худших опасений.

— Модули… — выдохнула она.

В этот момент дверь мастерской распахнулась, и в проеме появилась запыхавшаяся Сарра.

— Грета! Гром! Взрыв! У секции воздухоснабжения шахт! Только что! — прокричала она.

Все сошлось.

Старые модули Векса.

Марк, крутившийся рядом.

Взрыв.

— Марк! — выкрикнула Сарра, поняв то же, что и мы.

— Бежим! — скомандовала Грета, уже срываясь с места.

Мы выскочили из мастерской вслед за ней, бросившись по гулким коридорам в сторону секции воздухоснабжения.

Тревога за Марка смешалась с ледянящим предчувствием катастрофы.

* * *

Мы неслись по коридорам, расталкивая зевак, привлеченных воем сирены и далеким гулом взрыва. Аварийные лампы мигали красным, отбрасывая дерганые тени на стены. Воздух становился гуще, тяжелее, пахло гарью и озоном.

Мы бежали.

Грета чуть позади, ее лицо было непроницаемой маской, но я видел, как напряжены ее плечи.

Сарра бежала рядом со мной, ее дыхание было сбитым, глаза широко раскрыты от страха.

Я чувствовал, как колотится ее сердце — не от бега, а от ледяного предчувствия.

Секция модулей воздухоснабжения находилась в техническом ярусе над основными жилыми блоками.

Когда мы ворвались туда, картина предстала жуткая.

Один из массивных модулей, тот, что был ближе к старому вентиляционному стояку, был разворочен.

Металл оплавился и почернел, повсюду валялись обломки, в воздухе висела густая пыль, сквозь которую едва пробивался свет аварийных ламп.

Несколько человек Векса стонали на полу, прижимая руки к ранам — их явно задело взрывом.

Другие, целые, пытались потушить небольшое возгорание и оттаскивали раненых, ругаясь и крича приказы.

Среди них я увидел Векса.

Барон стоял чуть поодаль, лицо его было бледным от ярости или шока — трудно разобрать.

Его механическая рука сжималась и разжималась с тихим скрежетом.

Он орал на своих людей, указывая на обломки, его взгляд метался по сторонам, будто пытался понять масштаб катастрофы или найти виновных.

Но нам было не до Векса.

— Марк! — крикнула Сарра, бросаясь к искореженному модулю, туда, где зиял пролом в вентиляционную шахту.

Грета уже была там, светя фонарем в темный провал.

— Сюда! — ее голос был хриплым.

Я подбежал, направляя луч своего фонаря вслед за ее. Сарра замерла рядом, зажав рот рукой, ее тело била мелкая дрожь.

Марк был там.

Внутри вентиляционного короба, среди обломков и пыли. Его тело было неестественно изогнуто.

Прямо на нем лежала тяжелая внутренняя панель от модуля — толстая металлическая пластина, которую сорвало взрывом.

— Марк… Нет… — прошептала Сарра, оседая на колени. Слезы хлынули из ее глаз.

Я спрыгнул в неглубокий пролом, чувствуя, как ноги становятся ватными.

Я видел, что Марк не дышит.

Слишком поздно.

Дотронулся до пластины, пытаясь ее сдвинуть, но она была неподъемной. Мой взгляд упал на ее крепления к стенке модуля. Два болта на месте, погнутые взрывом. И два пустых отверстия рядом. Резьба в них была чистой. Сюда должны были встать еще два болта.

Два болта.

Те самые, М10, которые так отчаянно просил у меня Марк несколько часов назад. Он был здесь, внутри, пытался что‑то сделать с этой панелью — закрепить ее? Прикрыть свой лаз? И не успел.

Взрыв. Незакрепленная пластина…

Меня накрыло ледяной волной.

Вина.

Если бы я дал ему эти болты… Если бы он успел их вкрутить… Она бы выдержала? Или хотя бы не упала так?