Полная версия
Миту
Миту
М Ли
Иллюстратор Адель
Корректор Ирина Суздалева
© М Ли, 2026
© Адель, иллюстрации, 2026
ISBN 978-5-0070-7893-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Вступление от автора
Всем, кто носит в себе чудовище, боится собственного отражения, и тем, кого называли испорченным, сломанным, слишком. Вы не одиноки, ведь не все монстры рождаются в Бездне — некоторых создают в светлых комнатах с белыми стенами.
Эта книга — о потерянных душах, которые обнаружили, что всё, что они о себе знали, — ложь. Что их сила — клеймо, любовь — одержимость, а их самое страшное чудовище живёт внутри.
И первый шаг к свободе — не бегство, а вопрос: «А что, если моя тьма — это не то, от чего стоит бежать, а то, к чему нужно прислушаться?»
Автор устал от «героев», потому что сам немного монстр.
Плейлист
Альбомы, что звучали при написании книги:
Frayle — Heretics & Lullabies.
NLO22 — Mirage.
Lubetsky — Atmosphere.
Amanati — NUDE.
Podval Capella — FATHER.
Bad Omens — THE DEATH OF PEACE OF MIND.
Из заметок Архивариуса
Я записываю боль. Это единственное, что не врёт.
Особенно когда кричат двое, а слышит только один.
Этот один — я.
Пролог
Дарл затаился и с ужасом наблюдал за тем, что происходило между девушкой и эльфом. Лезвие её ногтя вошло в чёрную кожу ровно настолько, чтобы выступила тёплая алая капля. Таэрлим — так звали того, чью кровь она слизывала с собственных пальцев.
Всё вокруг исчезло, словно кто-то вырезал реальность, оставив лишь узкую полосу окна, за которым она прижималась к другому.
Перед ним было только это: туалет дешёвого паба; Азара рядом с эльфом, упирающимся в стену рукой; палец, скользящий по его груди; её сладкий шёпот на ухо, пропитанный ложью.
— Вкусно. Теперь я знаю твою маленькую тайну. Как же нехорошо загонять бедное существо и наживаться на нём, не находишь?
Глаза девушки, что столько раз смотрели на Дарла с интересом, в них не было сейчас ни стыда, ни смущения — лишь концентрация. Она охотилась, но не за удовольствием.
«Так значит, она пошла на эту сделку не ради внимания? Не ради продолжения?»
Мужчина отвернулся и прислонился к стене рядом с окном. Съезжая по мокрой кладке холодного камня, он упёрся лицом в ладони. Видеть, как этот эльф смотрит на его загадку не как на священный артефакт, а как на тело, вызывало рвотные позывы.
Любовь. Гадкое чувство, принадлежащее бледным смертным и слабым духом тварям. Инструмент для рабов и дураков. Но какой изощрённый инструмент!
Внутренний зверь, накалённый до предела, рвался вцепиться когтями в их глотки и растащить. Сегодняшний вечер заставил дрогнуть все его принципы и представления о собственном мире.
«Неужели ей это нравилось?»
Но мысли, вызванные личными обидами, начали уступать место беспокойству: «Что, если в Таэрлиме действительно было что-то чужеродное?»
Этого оказалось достаточно.
Дарл вскочил на ноги, чтобы остановить её, но краем глаза увидел в окне всполохи бесформенной сущности и оцепенел. От девушки, а точнее, от вязкой тени на её месте, тянулась ко рту эльфа тёмная тягучая слюна. Горло Таэрлима хрипело и сводило в спазме, пока она высасывала то, что сидело в нём.
Никакой жалости к эльфу, которого только что ласкала: только чувство справедливости, исходящее из самой глубины её связи с Бездной.
Тут же отпрянув от окна, он быстрыми шагами преодолел расстояние за стеной и поймал отрешённую девушку у входа. По их лицам лил холодный дождь, словно насмехаясь над и без того отвратительной ситуацией.
Хватка ослабла, и он поймал её взгляд:
— Убогая работа для богини. Но главное — эффективная, да? Понравилось вновь его касаться? Или для тебя все они инструменты, как и я?
— Не трогай меня сейчас, — она оттолкнула его и пошла в сторону таверны. — У меня нет ни сил, ни желания с тобой ссориться.
Но мужчина встал перед ней, преграждая путь, повысил голос:
— Зато на стирание моей памяти силы находились. Я всё знаю про тот вечер. Про то, как я тонул в тебе, желал тебя. А потом проснулся чистым. Будто моё желание тебе было настолько противно, что его пришлось стереть. Крис в порыве откровенности решил, что я должен оценить твоё… великодушие.
Девушка напротив не произнесла ни слова, лишь сжала его руку в ответ.
В тишине ночи раздался его шёпот:
— Так кто ты, Азара? Та, кто спасает души? Или та, кто их забирает?
Перед глазами вдруг встало не её бледное лицо сейчас, а другое: рыжие волосы, раскиданные по грязной поляне, тело, сведённое судорогой.
Три месяца назад. Тогда он ещё понятия не имел, что связал свою судьбу не с богиней, а с самой заразной тайной этого мира.
Из заметок Архивариуса
Судьба не стучится. Ей незачем.
Она просто открывает дверь и смотрит, как ты давишься собственной ложью.
Я видел это столько раз, что перестал закрывать глаза.
Глава 1
Три месяца назад.
Поляна была неестественно тихой, даже ветер обходил её стороной, боясь задеть поросль сизого мха, что стелился у края. Где-то вдалеке каркнула птица и тут же замолкла.
И всё, конечно же, пошло не по плану.
Дарл пытался сдержать клыкастую тварь, пока та капала ядом ему на лицо. Запах гнили забивал лёгкие, чёрные длинные волосы лезли в глаза, ухудшая видимость. Но больше всего его сейчас волновало то, что Крис, его друг и протеже, лежал на поляне, еле дыша в собственной крови, но всё же пытался встать. На синей коже сбоку зияла дыра, из которой торчали обломки костей. Серебристые волосы слиплись и смешались с грязью.
Несколькими неделями ранее в пабе на границе двое эльфов, утопая в смраде дешёвого пойла, говорили о богине. Повелитель сидел в углу, укрывшись накидкой, когда с соседнего столика донеслось:
— Слышал? Говорят, у Света есть богиня, которая, как котят, тварей Бездны успокаивает.
Второй эльф, отпивая из грязного бочонка, хмыкнул:
— Брехня. Если б такая была, война давно кончилась бы.
Дарл Артикс — Повелитель Теней — тогда не придал значения: мало ли слухов. Но когда его армии в очередной раз отступили перед тварями, что по каким-то необъяснимым причинам подчинялись Свету, он вспомнил тот разговор.
Так появился их с Крисом «гениальный план» — проверить, что из себя представляет эта девчонка. Как выяснилось, в пабе говорили о жертвенной, готовой ради своего народа отдать последние крохи своего жалкого существования Богине Баланса — Азаре.
Всё было очень просто: заманить её слухами, что из Бездны вырвался монстр на границе, растерзавший пару-тройку простых людишек. Пешка Короля Света, брезговавшего даже высунуться из своей золотой клетки, он бы точно послал проверить именно её.
«Проверили, мать вашу».
Существо из Бездны вышло не то, что они ожидали. Огромного отвратительного зверя, что сейчас когтями рвал плечо Дарла, они видели впервые. Крис хрипел на земле, пока Повелитель Теней лишь защищался от натиска. Самонадеянно и глупо было лезть в место, таившее в себе многовековую грязь.
Животное дёрнулось в сторону, и он краем глаза увидел: у края поляны медленно, словно кошка, крадётся рыжеволосая девушка, которая на его удивление не только не испугалась, но и не отпрянула. Он в недоумении смотрел, как та протягивает руку к твари и что-то шепчет на языке, которого он даже не знал — и от этого сердце билось ещё чаще.
Тварь подползла и уткнулась мордой в её ладонь.
Дарл не ожидал многого от Богини Баланса — точно не этого тихого, почти любовного шёпота к чудовищу. В глазах, когда она смотрела на зверя, не было ни страха, ни отвращения — лишь понимание, родственное той пустоте, что годами грызла его изнутри. Это пугало его куда больше, чем когти в его плече, потому что это значило: она не из Света. Она из того же ниоткуда, что и он.
Мысли прервал всхлип Криса. Тот попытался подняться и из последних сил метнул меч.
— Стой! — крикнул Дарл, но было поздно.
Зверь взвыл, разнося по округе хриплый свит, встал на задние лапы и рванул к пещерам, задев жалом девушку. Та повалилась набок, хватаясь за раненое плечо. Её кости выкручивались из суставов, а из глотки булькающим звуком выходили хрипы, пока она не затихла, теряя сознание.
Крис упал на спину, истерически смеясь:
— Всё-таки сработало! — В его глазах, помутнённых от боли, вспыхнул нездоровый, лихорадочный блеск. — Я чёртов гений!
Дарл стоял над двумя телами: одним — бездыханным и подрагивающим в агонии, другим — хохочущим в кровавой грязи.
Подойдя к девушке поближе, он заметил на её лице веснушки — крошечные, как мухи. Они рассыпались по её коже, рыжие пряди липли ко лбу, смоченному потом. Он не чувствовал триумфа, лишь смутную уверенность: эта встреча станет началом чего-то нового, что, возможно, наконец-то позволит ему забрать преимущество себе.
Дни тянулись мучительно медленно, а девушка так и не приходила в себя.
Мужчина, упираясь руками в камень, стоял наверху своей башни и смотрел, как по стеклу стекают, словно слизни, чёрные дорожки. Запах соли и жасмина проникал через ставни, маня выйти, расправить крылья и раствориться в бушующем море… Но побег был иллюзией, доступной лишь в мыслях.
Вдалеке мелькал город, выстроенный его потом и кровью, — Антари. Пытаясь забыть, как животное коснулось ладони девушки, он вглядывался в сияющие огни.
«Какая мерзость — опуститься до ловушек для мелких шавок Света».
Сам не верил своему презрению, ведь девчонка шавкой не была. Она была дверью, ведущей их туда, откуда вылез тот самый монстр.
Каменный выступ хрустнул под руками, мужчина усмехнулся, отталкиваясь от окна.
«Надо же, как выходит: гнилая верхушка Света припасла на редкость ценный экземпляр в рукаве. Столько поражений, жертв и потерь земель — из-за одной богини».
В камине слышался треск поленьев, создавая ложное ощущение уюта — мимолётное и хрупкое. Те редкие ночи, когда он мог расслабиться и позволить себе не думать, можно было сосчитать по пальцам. Сегодняшняя явно не была одной из них.
Раздался стук в дверь, и через мгновенье в проёме показалась белобрысая макушка Криса. Выглядел он несколько лучше, чем часом ранее. Держась за перевязанный бок, тот прошёл внутрь и опустился в кресло — лицо исказила гримаса.
Дарл, пытаясь расслабить сжатые мышцы челюсти, прошипел:
— Ты кем себя возомнил? Напомни-ка, когда мы обсуждали ту часть плана, где ты бездумно калечишь наш шанс наконец-то вырваться из этой ямы?
— Дарл, я… — Крис не успел договорить: тяжёлая когтистая рука, впиваясь в кожу, прижала его за горло к спинке кресла.
— Сейчас говорю я, так что будь добр, послушай, — он слегка ослабил хватку и наклонился к Крису. — Если ещё раз твой «благочестивый» порыв перевесит мой приказ… я напомню тебе со всеми подробностями, как потрошил бойцов в кровавом песке и добивался своего звания.
Он оттолкнулся от друга, направился к столику, налил в бокал тёмно-багровое вино.
— Эта девчонка… Она теперь наша проблема. Наша общая. Мы сделаем всё, понимаешь? Всё, чтобы она не принадлежала Свету. Мы на собственном опыте убедились, что в Бездне обитают твари, которых мы даже представить не могли. Если она приручает их, где гарантия, что в следующий раз она не призовёт что-то ещё хуже? — произнёс, протягивая вино.
Крис не отрывал взгляда от него и, казалось, не совсем понимал причину нервного поведения того.
— Донесение из столицы, — бросил он на стол помятый листок. — Смолдер стягивает войска к границе. Если мы тронем Цитадель сейчас, через несколько дней они будут у ворот Антари.
Дарл даже не взглянул на свиток:
— Знаю.
— И?
— И мы не тронем. Пока.
— Значит, нам нужно каким-то образом перетянуть её на нашу сторону, — тихо сказал мужчина, — что может кардинально изменить расстановку сил. Поможет нам не просто избавиться от неё, а использовать — и наконец-то обрести свободу.
Именно за то, что тот всегда смотрел шире, словно каждый раз цитируя его собственные мысли, Повелитель Теней и ценил своего друга и помощника.
Внимание привлекла карта на стене. Антари — маленькая точка на границе Теней, зажатая морем и армией. В то время как Цитадель — отдельный организм — раскинула нити по всему континенту
— Если ошибёмся, они сотрут нас количеством. Ты и сам знаешь, что у них раза в два больше бойцов, а у нас… — он провёл пальцем по границе, — только стены и надежда, что эта девчонка стоит риска.
Тут он ощутил колебания в центре обители и хищно улыбнулся:
— Похоже, кое-кто наконец-то пришёл в себя. А теперь прошу меня извинить — нужно поприветствовать нашу дорогую гостью.
Крис же остался сидеть один с полупустым бокалом вина, напоминавшим ему сейчас кровь, глядя вслед удаляющейся фигуре мужчины. Разжал руку от недавней хватки на горле и медленно поднял пальцы вверх, проводя по отпечаткам когтей Дарла на шее. Не раны. Напоминание.
За окном Антари продолжал мигать своими огнями — город, выстроенный на фундаменте подобных напоминаний.
Из заметок Архивариуса
Богов не выбирают.
Их назначают те, кому нужны жертвы,
а после удивляются, почему боги предпочитают молчать.
Я бы тоже молчал.
Жаль, что меня так никто и не спросил.
Глава 2
Богиня — нелепое название для существа, так и не понявшего, зачем оно дышит. Титул, данный за редкие способности в их землях, едва ли подходил ей, но выбора не предоставили.
Сознание воспроизводило этот сон каждую ночь: комната, украшенная фресками и пахнущая ладаном, детские руки, сжимающие пергамент. Хранитель, зачастую менявший свои обличия, неизменно повторял одно и то же, нависая сверху:
— Читай. Твоя судьба — понимать, чтобы другие могли думать. Ты наш щит и свет. Ты наша надежда.
А потом, будто вбивая мысли ещё глубже, добавлял:
— Не подведи.
Азара осознала это ещё в детстве: быть надеждой — долг, который никогда не выплатишь. Стоит остановиться — и ты уже не нужна. Сила, что раньше дарила тепло, становилась заразой, от которой хотелось избавиться. И всё же она радовалась возможности быть полезной, ведь только так могла стать замеченной…
Вынужденная заслуживать не только еду, но и койку в обители, она быстро сделала вывод — любовь тоже не даётся в этом мире просто так.
Пробуждение накатило волной боли, отдающей в плече, а взгляд упёрся в шершавые камни на стене. Медленный глубокий вдох, и на пересохших губах дрогнуло нечто, похожее на улыбку.
«Наконец-то. Что-то настоящее».
Тело горело, но разум тут же начал составлять список: где ошиблась, где проявила слабость, как исправить.
Главное — не показать, что больно, иначе разочаруются. Прикусила губу до крови, привычным движением сглатывая всхлип. Пальцы, лежавшие на одеяле, непроизвольно вцепились в ткань, выправляя несуществующие складки.
Азара осторожно соскользнула с кровати и подошла к окну, распахивая ставни. В лицо тут же ударил ветер, принёсший с собой солоноватый запах моря, снизу доносились далёкие звуки жизни.
Вид на город Теней с высоты дарил странное ощущение контроля, незнакомого ей прежде.
«Так вот что чувствуют те, кто управляет жизнями других».
Антари, окружённый с одной стороны высокими стенами, а с другой — водами тёмного моря, создавал ощущение защиты. Хранители называли его городом отребья, не ценящим того, что для них делает Свет.
Порой сердце переполняло сочувствие к этим существам, а иногда в нём и вовсе не было ни капли сострадания — будто оно лишь изображало его, действуя механически.
На мгновенье свет в покоях померк, комнату заполнило давящее присутствие чего-то иного, вошёл высокий мужчина. Его внешность была притягательной в той же мере, в какой и совершенно отталкивающей: длинные чёрные волосы, бледная кожа — словно стены её обители — и пронзительные зелёные глаза. Создавалось ощущение, что он мертвец, вышедший из гроба. Девушку в свою очередь зачастую привлекали довольно странные вещи: тот же монстр на поляне казался ей высшей степенью аутентичности. Потому она более не стала примерять на внешность мужчины своё виденье.
Повелитель подошёл ближе — в лёгкие проник свежий запах, какой бывает после грозы, успокаивающий. Какое-то время они стояли в молчании, Азара не решалась нарушить тишину первой, лишь сжимала край платья.
— Как ваша рана? — голос мужчины прозвучал гипнотически медленно, напоминая ей приманку перед тем, как окажешься в пасти зверя.
Единственной честной вещью во всём этом была лишь рваная плоть на плече.
— Я спросил…
— Давайте обойдёмся без никому не нужного диалога, — произнесла девушка. — Если быть честной, я удивлена, что очнулась не в вонючей камере подземелья. За это спасибо.
— Интересные… у Света нормы приветствия гостей, — протянул он, приподняв бровь.
— Пленников.
— Азара, вы не пленница, вы наша гостья. Находитесь здесь ровно столько, сколько вам нужно для восстановления. Вас никто не держит здесь насильно. Если вы сами этого не захотите, конечно.
Девушка усмехнулась и наконец разжала подол в руках.
«Если бы я не вернулась, заметил бы кто-нибудь? Или мою койку в обители уже заняла бы новая, более нужная?»
Главное, что не ускользнуло: мужчина знал, кто она. Значит, просто так он её не отпустит.
— Поэтому дверь в эту комнату закрыта на ключ, а ворота внизу заперты? Знак гостеприимства? — запрокинув голову, она встретилась с его изучающим взглядом. От этого стало вмиг неуютно: будто стоишь на аукционе и тебя вот-вот отдадут хозяину.
— Вы ещё успеете вернуться. Но неужели вам не интересно у нас?
Вот он. Шанс проникнуть в их архивы, изучить и, если повезёт, использовать против них. Оставался лишь вопрос: зачем он сам ей это предложил? Логика Повелителя Теней не была до конца понятна, но она пока решила не придавать этому большого значения. Главное — неоценимая польза для Света. Ведь так?
А ещё… как бы она ни отрицала, ей всё же хотелось понять природу своей связи с Бездной. В Цитадели ей запрещали даже думать об этом.
— Я согласна, — ровно, почти бесстрастно. — Побуду у вас, пока не станет лучше. Ране нужно зажить.
Лицо мужчины дрогнуло на мгновенье: он явно не ожидал столь быстрого согласия.
Дарл ушёл так же стремительно, как и появился. Часом позже ей принесли еду и сменную одежду, создавая видимость гостеприимства. Желания есть не было.
Мысли то и дело возвращались к той твари на поляне, вызывая странную нежность. Впервые, за исключением её детства, существо Бездны подобралось так близко. Сама едва ли она знала ту часть себя, на которую откликнулся монстр. Теперь же нестерпимо хотелось вновь ощутить эту связь. Родство…
Аппетита не было, а душная мрачная комната начинала на неё давить. Поэтому, переодевшись в тёмно-зелёное платье, Азара решила спуститься вниз, пока двери, столь великодушно оставленные незапертыми, не захлопнулись вновь.
Коридоры замка освещали лишь кандило. В обители Теней… Символично. Она старалась двигаться бесшумно, но обитателей в замке не было, отчего всё время мерещилось, что за ней наблюдает пустота между камнями. Становилось жутко. Девушка вытерла вспотевшие ладони о ткань платья, подмечая детали и пытаясь запомнить путь.
Спускаясь по витой лестнице и едва не оступившись, заметила в окне мелькнувший силуэт и замерла. Тот второй, что был на поляне, сейчас он выглядел иначе, но она точно помнила странную синюю кожу и волосы, смешанные тогда с кровью.
Мужчина шёл в сторону замысловатого сооружения в саду, постоянно оглядываясь. Азара, забыв о боли в плече, подобрала подол и стала быстрее спускаться, ведомая тенью из сада.
Движения давались всё ещё непросто, и, едва поспевая за фигурой, девушка попыталась ускорить шаг. Выходя в сад, она увидела силуэт, растворяющийся в дверях постройки, скрытой от посторонних глаз за кустами роз. Мраморные колонны казались надругательством над мрачным замком по соседству, напоминая Цитадель.
Белизна роз была восковой, а воздух вокруг отдавал сладковатой тяжестью лепестков и холодной землёй.
Пробираясь сквозь колючие цветы по шершавому гравию, она то и дело царапала ноги и руки, но не обращала на это внимания.
Дверь не была заперта. Привыкнув к темноте, девушка вошла внутрь и замерла, услышав:
— Ава, я принёс тебе твои любимые цветы. Каждый раз, когда смотрю на них, они напоминают мне твои глаза. Знаешь, сегодня мне приснился сон, что ты очнулась. Ты смеялась, а я хотел стереть всё вокруг и оставить только это мгновенье. Но потом я проснулся… Всё чаще меня одолевают мысли… Они очень плохие. Я не хочу, чтобы ты их слышала.
В центре небольшой погружённой в полумрак комнаты на каменном алтаре лежала девушка. Многие сочли бы её идеальной — и, наверное, были бы правы. Её бледная кожа сияла в отблесках луны, пробивавшихся сквозь витражное окно, а золотые волосы струились по камню. Азаре же она показалась слишком красивой — красотой памятника, застывшего в вечном упрёке живым. Ей захотелось отвернуться и не осквернять что-то настолько священное.
Взгляд переместился на мужчину, радужки которого сияли в лунном свете тонкими серебристыми линиями. Но не это привлекло её внимание, а слёзы на его щеках, которые он даже не замечал, дрожащей рукой касаясь щёк ангела перед ним.
«Не демон… Что-то древнее», — с неожиданной уверенностью подумала она.
— Так и будешь там стоять? — прозвучало в пространстве, эхом отразившись от стен, и явно было обращено не к спящей.
Азара вздрогнула и в панике побежала на выход, цепляясь руками за каменную стену. Попыталась отдышаться, но в горле стоял ком, налипший на неё в комнате. Тень накрыла её прежде, чем она услышала шаги.
— Насмотрелась? — Пальцы впились ей в раненое плечо.
Рука непроизвольно схватилась за него в ответ, чтобы хоть как-то удержаться в реальности.
— Простите… Я не хотела…
— Все вы одинаковые, «избранные», — перебил он. — Лезете куда вас не просят, думая, что вам всё дозволено. Думая, что понимаете, исцеляете. Но нет, вы лишь пачкаете, оставляя за собой всюду гниль. Как и ваш король.
В этот момент она увидела в нём такой же глубокий и неисцелимый излом, как её собственный. Следующая фраза внезапно вырвалась сама собой.
— Думаете, я не знаю, каково это — притворяться живым? — она усмехнулась, и в этом смехе не было ничего святого. — Каждый день этим занимаюсь. Вот только не помогает, не правда ли? — Взгляд, мутный от боли, стал вдруг пронзительно ясным.