Константа убийцы

— Так точно! — вместе ответили опера, и вышли из кабинета начальника.

Глава 4. Прасковья

Как правило, сотрудники приехавшие из Главного управления Питера, не искали самостоятельно место для ночлега. Об этом всегда заботилось местное руководство, но относилось к приезжим сначала настороженно — кого прислали? Оперативников областного убойного отдела знали хорошо. Те не выпендривались, права не качали, а просто работали, да ещё учили своих деревенских коллег, показывали, что, как и когда нужно делать.

Лето не самый удачный сезон для кропотливой аналитической работы, когда в парниках созревают огурцы и перцы с помидорами, а ранние яблоки шинкуют для производства сухофруктов и повидло. Но что поделать — убийцы сезон не выбирают.

Начальник отдела уголовного розыска Рощино майор Михаил Беляев встретил Кондратьева и Заботкина в своём кабинете. Порезал малосольные огурчики, разлил по стаканам самогонку. А после того как все выпили за свиданьице и закусили, огорчил:

— Понимаете коллеги, у нас же курорт, а на дворе — лето! Места в гостинице и Доме отдыха заняты. Хотите в кабинет вам принесём раскладушки и бельё?

— Как это заняты? — не понял Кондратьев. — В каждой гостинице есть бронь для силовиков!

— Знаю, знаю, — согласился начальник, — только в нашей всего несколько номеров, там фээсбешник заселился со своей семьёй и коллегами. Сначала один приехал по информации о ниндзя, якобы здесь целая группировка из террористов нелегально существует, а когда понял, что это чистая уголовка — однополчане его понаехали и продолжают жить. Якобы расследует дело, а сами ходят на озеро купаться, рыбу ловят, грибы, по вечерам веселье...

— О! Ещё и ФСБ под носом! — расстроился Антон, — а может, есть у тебя какая старушка на примете, чтобы комнату нам сдала, ну и кормила изредка?

— Конечно найдём! — обрадовался начальник, задрал голову вверх размышляя и немного подумав, сообщил: — Там в Первомайском живёт Прасковья, одна, родственников у неё нет, зато есть корова! Она всё, что творится в округе, знает.

— Отлично! — согласился Антон, подмигнул Кондратьеву: — Раз всё знает, значит быстро раскроем.

Андрей поморщился, шмыгнул носом, поинтересовался:

— А внучки случайно у этой старушки нет?

— Нее… — покрутил головой начальник, — я же говорю, только корова!

— Ну и хорошо, — заметил Антон, — меньше соблазнов, давай вези нас, знакомь.

— А как же деньги за проживание? — не сдержался Андрей.

Начальник улыбнулся:

— Об этом не беспокойтесь, заплатите Прасковье сколько скажет, много она не возьмёт, а я вам квитки дам в подтверждение, что вы в гостинице жили самом дорогом люксе!

Кондратьев улыбнулся, махнул рукой:

— Идёт! Но жаль что без внучки...

Через час оперативники уже сидели за столом в стареньком деревянном доме с закопчённым образом в красном углу и чистыми белыми занавесками на маленьких окнах.

Прасковья, мелкая шустрая старушка с куриной головкой, седыми волосиками затянутыми сзади в жидкий пучок и остреньким личиком наливала им молоко в кружки, приговаривала в рифму:

— Пейте миленьки сысчики! В городе такого не сысчите! — хитро улыбалась, так что ласковые голубые глазки вязли в глубоких морщинках. — Поживите у меня, и мне спокойней будет! Помощи от местной милиции нет! Бездельники все! У Маньки пока в город ездила забор металлический сняли и увезли! А у Людки иконы со стены сперли. Мы же знаем, кто лихоимствует и майору вашему говорили, а он твердит — это участкового кастрюльные войны! Лентяи они все!

Настроение у Антона от бабкиных слов испортилось, хотел перевести разговор ближе к своей теме, но не знал. Решил «плясать от печки», спросил:

— Извините, как вас по отчеству?

Старушка подняла брови от удивления:

— Да к чему вам моё отчество? Протокол что ли заполняете? Бабушка я вам бабуля…

Вы же мне во внуки годитесь!

— Хорошо, бабуля, очень вкусно, — похвалил Андрей, опустошив кружку и вытирая ладонью молоко с верхней губы.

— Ясно, — глухо протрубил Антон, прижимая свою кружку ко рту.

— А вы ничего не знаете о нападении на пожилую пару? — как бы, между прочим, поинтересовался Андрей.

— Конечно, знаю, у нас все об этом говорят, — недоумевала старушка, пожала плечами. Заглянула под стол, настороженно посмотрела по сторонам, понизила голос: — Японцы это! Квантунска армия... все смуглые, косоглазые. Они уже давно хотят наш Сахалин прикарманить, вот и готовятся, пока порядка в стране нету.

Андрей недоумённо посмотрел на старушку, уточнил:

— Это какой ваш Сахалин?

— А кто его знает какой, в газетах так пишут!

Антон чуть не расхохотался. Но сдержав улыбку спросил:

— А сами-то видели чего?

— Не видела, но слышала. Машутка корова моя как-то заплутала, вот я и пошла её искать. А стемнело уже. Иду по лесу и слышу дзынь-дзынь, дзынь-дзынь. Вроде как мужики косу точут. Стало мне интересно и кто же это траву ночью косить собрался. Стеганула Машутку хворостиной, чтобы та до дому бежала, а сама смотреть. Глядь, а посреди поляны огонь горит. И квантунцы эти извиваются вокруг костра руками и ногами машут точно без костей. Прыгают как бесы, — она повернулась в сторону иконы и три раза перекрестилась. — Господи упаси... все в чёрном, и головы тоже, шашками машут точно бусурмане. То в стороны попрыгают, то друг на друга наскачут, аж искры летят. Я как увидела такое, душа в пятки ушла, двинуться не могу. А они, видать, меня заметили, остановились и тычут саблями в мою сторону. Значит, указывают кому-то. Тут я слышу — сбоку зашелестело, так я и очнулась — бегом за своей коровой домой.

Андрей переглянулся с Антоном, недоверчиво уточнил:

— Так сколько бусурман-то было?

— Ой, думаю много! Когда ко мне двинулись с двух сторон, мне не до счёту было. Видать остальные по кустам сидели!

— А давно это было? — насторожился Антон.

— Да може в начале лета, травка пошла, я стала корову выводить.

— И больше не слышали? — Андрей внимательно посмотрел в глаза старушке.

Та смутилась:

— Как же не слышала? Частенько бывало. Но только я на звук больше не ходила. Чевойто я там не видела? А соседи сказывали те изредка из леса выходят поодиночке, заработка ищут — кому забор поправить, кому огород вскопать. Видать запасы у них кончились, голодают. И в сельский магазин заглядывают. Но уж больно осторожно, всё молча, берут много сразу на всех и в лес уносят!

— А последний раз, когда о них слышали?

— Ну, точно не помню, но после нападения, когда женщину то обезглавили — не было. А чевойто им быть? Деньги взяли. Наверно дальше пошли ближе к городу. А может к Сахалину подались!

— А показать сможете, где этих бусурман видели?

— Нее… сейчас вряд ли, забыла, но здесь где-то недалеко в лесу, я быстро до дому добралась тогда!

Оперативники не стали больше мучить хозяйку вопросами и ещё раз поблагодарив, поехали в отделение милиции знакомиться с материалами оперативно-поискового дела.

Глава 5. Знакомство с делом

Как обычно, кроме листка описи и нескольких незаполненных бланков в деле ничего не оказалось. Даже не сняли копию протокола осмотра места преступления и не составили список свидетелей.

— Уже месяц как порошок в копировальном автомате закончился, начальство не покупает, да и с бумагой проблемы… — пожаловался территориальный оперативник.

Услышав от Заботкина историю о японцах рассказанную старухой, начальник уголовного розыска майор Беляев побледнел как покойник:

— Может подкрепление вызвать? Вы фээсбешнику ничего не говорили? Давайте я сам — пусть прочёсывание организует! Может, у них там землянки нарыты? А вдруг это вообще чеченские террористы? На прошлой неделе шифрограмма пришла — целый отряд шахидов, ещё и смертницы с ними! На фотороботах — лица замотаны платками — пойди узнай! Может, это они и тренировались? Блин… Вы в ГУВД не докладывали? — он в ужасе схватился за голову, его глаза точно две блестящие тарелки уставились на оперативников, взгляд был безумен, он хрипло зашептал: — Уволят как пить дать! Это точно Басаев с террористами. Он же обещал вернуться после Будённовска!

Антон с Андреем тоже присели от такой новости. И как им самим в голову не приходило — кавказцы-убийцы всегда горло режут. Устроили здесь лагерь подготовки, тренировочную базу. Отсюда-то до Питера ближе!

Майор продолжал тупо смотреть перед собой, обдумывая — что предпринять.

Антон дёрнул его за рукав пиджака:

— В общем, мы тебе ничего не говорили. Ты здесь старший, вот и решай. А мы к следаку поехали, почитаем протоколы, посмотрим что изъяли.

Глаза майора приняли реальные размеры и неожиданно заискрились жалостью:

— Коллеги, умоляю, отксерьте там все материалы для меня, я хоть запихну их в оперативное дело. Если сейчас шум поднимется, что мы террористов проморгали — точно срок получим. Поедем на зону отбывать!

Антон усмехнулся:

— Ты точно поедешь! У тебя ни одного оперативника на месте нет, все картошку окучивают и компоты крутят!

— Ну а как я им запрещу? — пожаловался Беляев. — Зарплату задерживают, а жить-то надо! Чем детей кормить?

— Ладно, — согласился Антон, — сделаю копии, а ты пока с фээсбешником поговори, ему тоже перепадёт от своих, если террористов проморгает. Пусть с воинской частью договорится, солдат организует прочесать лес вокруг Первомайского!

Андрей с Антоном поехали в прокуратуру Выборга узнавать, у кого в производстве находится уголовное дело. Начальник следствия развёл руками:

— А чёрт его знает! У меня через день по три огнестрела, да ещё здесь Бумажный комбинат бандиты делят! Москва звонит — то одним помогай, то другим!

Андрей усмехнулся:

— Так здесь тоже может не слабо перепасть — горло перерезали! Чеченцы!

Начальник следствия прокуратуры улыбнулся:

— Обычная бытовуха… дежурный следователь выезжал он недавно академию окончил — отличник! Сказал, дед бабку зарезал по пьяни, а потом и себя пырнул, чтобы подозрение снять, в оправданье насочинял в больнице про Ниндзю в чёрном. Его внучка дала показания, что бабка на сериалы подсела, не готовила, не убирала. А дед патриот — постоянно с ней конфликтовал. Немного придёт в себя, мы его в СИЗО переведём, там явку напишет. Кстати, у меня постановление осталось на обыск в доме, надо искать рукоятку меча — дед её куда-то спрятал. — Он протянул Антону заполненный бланк с печатью.

Заботкин не ожидал такого оборота, взял документ, пробежал глазами текст, покрутил головой, убрал в папку:

— Зря вы так на деда валите! Мы уже свидетеля нашли, что там лагерь был, террористы тренировались, — решил для важности приукрасить, забежать вперёд, — сейчас сотрудник ФСБ с солдатами лес прочёсывают!

Начальник слегка хохотнул:

— Ну, вы там в главке у себя закрутили! Хотите ордена получить? Здесь не получится! — но глядя на серьёзное лицо Антона, посмурнел: — А зачем ФСБ подключили?

— Информация от них прошла о террористах.

Начальник следствия умолк, глазки тревожно забегали:

— А я об этом как-то не подумал! А ведь точно мы шифрограмму получали из Москвы об этих чеченских камикадзе! — он резко схватил трубку телефона и набрал номер, стал давать указания: — Срочно найди дело по этому рубаке из Рощино и приведи его в порядок! Подойдут сотрудники из Питера — наметьте мероприятия, напечатай им поручение, чтобы расписались!

Оперативники направились в кабинет указанный начальником.

Молодой следователь с погонами лейтенанта окопался среди многочисленных папок уголовных дел. Красное лицо и напряжённый озабоченный взгляд выдавали внутреннее волнение.

— Вот! — сказал он с облегчением, протягивая не подшитые корочки наполненные протоколами и бланками. — Не успел подшить, извините!

Антон с Андреем сели за свободный стол и стали изучать дело, вынимая разрозненные листы.

— А где вещдоки? — спустя полчаса спросил Антон.

Следователь засуетился:

— Вещдоки, вещдоки… — стал ходить по кабинету, заглядывая в углы, где стояли завязанные и опечатанные полиэтиленовые пакеты и громоздкие предметы типа садовой лопаты, простреленного лобового стекла или загнутого лома. Наклонялся, читая бирки. Наконец радостно произнёс:

— Вот! — подхватил и передал прозрачный мешочек с обломком металлического лезвия.

— О, это уже хорошо! — обрадовался Андрей. — А где изъятые отпечатки следов подошв и пальцев рук?

Лейтенант пожал плечами:

— Я думаю, эксперты забрали на исследование.

Сделав копии документов на ксероксе, оперативники направились в криминалистическую лабораторию.

Специалист в синем стареньком халате долго листал журнал, затем сходил в кладовку и вынес оттуда коробку с наклейкой, снял крышку, показывая содержимое:

— Вот, всё здесь, только особо не радуйтесь — усмехнулся он холодно.

— А что так? — поинтересовался Антон.

— Пальцев много, но выделить преступника не могу! У меня только пальцы бабки и деда есть, а там же ещё родственники жили.

— Ясно.

— Есть следы шерстяных перчаток, — добавил криминалист.

— Что ещё с зимы остались? — пошутил Антон.

— Нет, свежие! Возможно, преступники были в них.

Оперативники удивлённо переглянулись.

— У ниндзя руки замерзли? — с иронией в голосе спросил Антон. — Вроде морозы ещё не наступили. А что за обломок остался у следователя?

— Судя по нашему заключению, фрагмент лезвия.

— Лезвия чего? Меча?

— Да может быть чего угодно, вместо тяпки в огороде сорняки полоть, на очередном камне сломался. Он же самодельный.

— Что значит самодельный? — не сдержался Андрей.

— Видимо смастерили из куска кованного железа. В нём легирующих элементов много. Просто выточили наждаком из пластины. Может из старой рессоры машины или ещё чего. Вот он и обломился при ударе.

Антон покрутил головой:

— Это конечно хорошо, но как-то наш самурай выглядит сомнительно! Клинок самодельный, перчатки шерстяные.

— Так с чего вы взяли, что самурай был? Наш начальник следствия говорит — обыкновенная бытовуха!

Неожиданно Антон вспомнил:

— А что за следы обуви? Может тапочки ночные? Тогда действительно дед решил с бабкой поквитаться.

Эксперт улыбнулся:

— А вот здесь в точку! Настоящие импортные берцы. Скорее всего, югославские — протектор очень индивидуальный. Размер сорок второй.

Андрей показушно выпучил глаза, вскинул брови:

— Чеченский боевик вполне мог надеть импортные ботинки и замёрзнуть, — вопросительно посмотрел на эксперта.

— А может рабочие оставили, приходили что-нибудь чинить в тот день.

— Так следы кровавые были?

Эксперт пожал плечами:

— Откуда я знаю, мне же только фотоплёнки передали, а на чёрно-белых не разобрать, посмотри в протоколе осмотра, что там написал дежурный следак?

Андрей развернул копии документов, стал читать, шевелил губами. Затем посмотрел на сотрудников, лицо его стало красным:

— Следак ваш дебил, ничего не указал. Отличник называется, наверно генеральский сынок! Надо его допрашивать пока не забыл! — он посмотрел вокруг и увидел телефон, подошёл взял трубку: — Какой телефон у начальника следствия?

— Там на листке записан, — отозвался криминалист.

Андрей посмотрел записи и стал набирать номер.

Антон снова обратился к хозяину кабинета:

— А сколько человек как думаешь?

Тот развёл руками:

— По пальцам сказать не могу — шерстяные волокна одинаковые. А вот по обуви — один или два, не больше. Следов совсем мало и в основном фрагменты, но есть очень яркие особенности протектора, можно будет идентифицировать.

— Ну, слава Богу, — вздохнул Антон, — ты нам копии фоток подошвы подари на память!

— Да пожалуйста, берите! — криминалист вынул из коробки несколько фотографий и передал Антону, тот убрал в карман, обернулся к Андрею: — Ну что всё? Поехали домой?

Тот уже закончил разговор с начальником следствия, сообщил:

— Обещали следователя найти и уточнить, — усмехнулся: Поехали домой… к бабуле!

Глава 6. Начало работы

Оказалось в доме у Прасковьи за печкой имеется спаленка с двумя железными кроватями, отгороженными цветастой шторкой. Сама она разместилась на лежанке, предварительно слегка протопив дом. Погода стояла пасмурная, и ласковое тепло от русской печки быстро нагрело помещения, прогнав неприятное ощущение влажности. Комнаты наполнились уютом, лёгким потрескиванием и непривычным пьянящим ароматом горящих дров.

Перед сном оперативники поели приготовленную бабкой варёную картошку с тушёнкой, выпили самогонки неизвестно с какого времени хранимой хозяйкой, закусили малосольными огурчиками и легли спать.

Постепенно угомонились деревенские петухи, а потом и собаки. В гостиной на стене тикали часы-теремок. Каждый час они негромко скрипели, затем раздавался тихий щелчок, но маленькие дверцы не распахивались, кукушка не появлялась, с обидой молчала взаперти.

Посреди ночи неожиданно с улицы раздался женский крик, а затем металлический звук удара.

Антон проснулся первым, протянул руку и дотронулся до Андрея, но тот уже лежал с открытыми глазами, прислушиваясь. Затем, стараясь не скрипеть, сполз на пол с кровати и на корточках приблизился к окну, отодвинул занавеску. Непроглядная темень скрывала свои извечные деревенские тайны.

Неожиданно снова раздался женский крик уже со словами, которые было не разобрать, а потом несколько раз звякнул металл.

Бабка на печке крепко спала, слышался тихий свист выпускаемого через нос воздуха.

Оперативники быстро оделись, взвели оружие и покрались к выходу из дома. Сняли крюк с двери. Сойдя с крыльца, оказались в мрачной темноте, наполненной набегающим шорохом деревьев — казалось, что шумит прибой, чудилось, что вот-вот возникнет огромная волна и поглотит всё вокруг. В этот момент оба пожалели, что не курили — спичек или зажигалки с собой не оказалось.

Неожиданно снова раздались металлические клацающие звуки. Они чередовались вразнобой — то один, затем три подряд и снова один, два…

— Давай, пока не зарубили! — крикнул Антон, рванулся на звук и тут же споткнулся о низкий штакетник, свалился в траву, поднялся и упрямо пошёл вперёд не замечая боли в колене.

Андрей на ходу выставил руки, водил ими в стороны, чтобы не напороться на невидимую преграду.

Звон не прекращался, постепенно стали различимы слова.

— Нет! — приглушённо кричала женщина. — Сазан, я же сказала, нет!

В ответ ей продолжал звучать металл.

Звуки становились всё ближе, и уже можно было разглядеть очертания старого дома с едва светившимся окном. Огромная фигура в чёрном, стоя на крыльце, размахивала руками. Шатаясь, припадала к двери, а затем откинувшись назад, била в неё чем-то железным.

Неожиданно дверь скрипнула, в полосе света возникло что-то белое. Женский голос недовольно произнёс:

— Да на тебе! Хоть упейся пропойца! Больше не приходи не открою. Всю деревню разбудил сволочь…

Дальше оперативникам было не интересно, они остановились, озлобленно вздохнули и побрели обратно к дому. Темнота оставалась непроглядной. Шли осторожно, одинаково ругаясь про себя, натыкаясь руками и обходя препятствия, высокие кусты и деревья.

Вскоре показалось знакомое крыльцо, и они с облегчением поднялись по ступеням.

Антон толкнул дверь, но та не поддалась. Толкнул сильнее — тот же результат.

— Наверно бабка проснулась, — тихо сказал Андрей, — на крюк заперла. Что делать будем?

Помолчали в тишине. Как-то неловко было в первую же ночь доставить бабуле неприятности.

— Не сидеть же здесь до утра пока она корову пойдёт доить. Попробуем разбудить, только тихонько, — предложил Антон. Стал осторожно стучать в дверь. Результата не последовало.

— Может лучше в окно? — предложил Андрей.

— Да хрен знает, какое окно ближе к ней! А ты случайно не посмотрел, у нас за занавеской форточка не открыта? Может, через неё запоры снимем и влезем потихоньку.

Андрей двинулся вокруг дома, уклоняясь от веток, примыкающих к стенам. Пару раз почувствовал, как они разодрали ему кожу на лице. Обойдя пятистенок, заглянул в боковое окно. Ничего не видно. Он проверил, не открыта ли форточка и, убедившись, что нет, тихонько постучал, затем ещё раз посильнее.

Где-то внутри зажегся свет, и Андрей с облегчением вздохнул. Занавеска отдёрнулась, затем распахнулась форточка, и в неё выглянул ствол ружья. В свете ночника зловеще отливала воронённая сталь. Рядом с ней появилась заспанная измождённая физиономия недовольного старика. Казалось, он совсем не удивился, смотрел с ненавистью:

— Ну шо, пропойца заплутал? Пулю хочешь получить? Иди через дорогу, красный дом с жёлтым крыльцом!

Кондратьев отпрянул от окна. Но быстро понял, что ошиблись домом, зашептал:

— Нам бы Прасковью…

— Енто следующий за нами! — пояснил хозяин и убрал ружьё, опустил занавеску.

Дом бабули был не заперт и оперативники, сняв обувь в прихожей, на носочках прошли в свою комнатёнку за занавеску, раздевшись, упали на кровать, моментально уснув.

Глава 7. Отработка версий

На следующее утро, выйдя из дома Прасковьи, оперативники обошли его со всех сторон, пытаясь на всякий случай запомнить окружающие постройки и расположение дорог.

Подходя к Рощинскому отделению милиции, увидели отряд вооружённого спецназа и роту солдат с лопатами, кирками и металлоискателями на плечах.

Начальник уголовного розыска Беляев вместе с молодым армейским лейтенантом корпели над топографической картой.

Майор издали увидел оперативников, призывно махнул рукой.

Когда те подошли, подозрительно посмотрел им в глаза, тихо спросил:

— Самогон у Петрухи брали?

— Какого Петрухи? — автоматически переспросил Антон.

Беляев понимающе кивнул и заговорщически подмигнул:

— У него не берите, он первач оставляет и хвосты не сечёт! Лучше к Матрёне — красный дом с жёлтым крыльцом.

Напарники не стали спорить, поняли, что, несмотря на употребление парного молока, вид у них после ночных приключений неважнецкий.

— Ладно, давайте составим план прочёсывания, — предложил майор.

Антон закрутил головой:

— Не-не, ты нас в это дело не впутывай! Мы не местные, район ваш не знаем, уже вчера заблудились. Один только совет: начинайте от деревни, а лучше от нашей бабки Прасковьи и дальше — в лес. Она не могла далеко уйти за своей коровой. И постепенно поиск расширяйте!

— Спасибо за совет! — обрадовался лейтенант.

— А зачем вам Спецназ? — спросил Андрей.

Лейтенант посмотрел на него, затем на своих солдат, приставил ладонь ко рту и шёпотом пояснил:

— Начальство сказало, вчера кто-то звонил в Питер дежурному ФСБ, сообщил о террористах. Якобы у них здесь временный лагерь — две палатки, схрон с оружием ну и всё такое, могут отстреливаться.

Кондратьев удивлённо вылупил глаза:

— Ничего себе, чуть не напоролись!

Антон заволновался:

— Вы там всё перепашете со следами вместе! Давайте договоримся — как положите всех на землю, сначала зовите нас. Мы должны всё обследовать, следы изъять, сфоткать что не утащим. Ну а потом уже капайте сколько душе угодно ищите схрон. И постарайтесь брать всех живыми. Ясно?

— Так точно! — армейский лейтенант приложил ладонь к козырьку, затем свернул карту и побежал ставить задачу своим подчинённым.

Оперативники вместе с Беляевым направились в отдел. Передали копии документов и часть фотографий сделанных криминалистом.

— Ой, спасибо ребятки, ой выручили, давайте по коньячку, у меня с отпуска немного осталось! — майор открыл сейф и достал оттуда початую бутылку и плитку шоколада.

Оперативники сели за журнальный столик и разобрали чашки. С удовольствием выпили, затем не отказались от кофе, а после решили осмотреть место происшествия.

— Ну, я там уже несколько раз был, а вы сходите, я вам сопровождающего дам.

Через несколько минут появился угрюмый молодой оперативник.