Путь «Короля». Игра в тени

— Габриэль всегда хотел стать хорошим королем.

Дамиан посмотрел на нее.

— А я всегда был вторым сыном.

В этих словах не было жалости к себе. Только факт.

— Люди думают, что это легче.

Он усмехнулся.

— Нет. Просто твоя клетка меньше.

Кассандра опустила взгляд. Она понимала. Слишком хорошо.

— Ты приехала ради него?

Она знала, кого он имеет в виду.

— Ради Габриэля?

Дамиан кивнул.

— Нет.

Он впервые выглядел удивленным.

— Тогда зачем?

Кассандра посмотрела в окно.

— Чтобы понять.

— Что же тебе нужно понять, маленькая княжна?

— Кем стали люди, которых я когда-то знала.

Несколько секунд они молчали. А потом Дамиан тихо сказал:

— И что ты увидела?

Кассандра подняла глаза.

— Что Габриэль пытается стать тем, кем его хотят видеть,- на секунду она задумалась.- А ты пытаешься убедить всех, что тебе ничего не нужно.

Его лицо изменилось. Всего на секунду. Но она заметила. Дамиан улыбнулся. Не весело. Опасно.

— Вот здесь ты ошибаешься. Он сделал шаг ближе.

— Я хочу многого.

— Например?

Его взгляд стал тяжелее.

— Например, не слышать всю жизнь одно и то же.

Еще шаг.

— «Ты второй». «Ты не наследник». «Это не для тебя».

Кассандра молчала. Дамиан продолжил:

— Я второй сын, Кэсс,- его голос стал тише. — Мне разрешено быть смешным. Безрассудным. Ошибочным,- он наклонил голову. — Но мне никогда не разрешено хотеть большего.

Кассандра посмотрела прямо на него.

— А если ты хочешь?

Дамиан усмехнулся.

— Тогда мне приходится делать вид, что это просто шутка.

Он подошел ближе. Слишком близко.

— Представь, что однажды второй сын решает взять то, что ему никогда не предназначалось.

Кассандра не отступила.

— Корону?

Дамиан замер. Потом тихо рассмеялся.

— Ты всегда выбираешь самый простой ответ,- его взгляд остановился на ней. — Нет.

Он наклонился ближе.

— Я говорю о праве желать.

Его рука коснулась края стола рядом с ней. Он не держал ее. Не заставлял. Просто проверял.

— А если я захочу больше, чем мне позволено?

Кассандра спокойно ответила:

— Тогда тебе придется решить, чего ты хочешь больше. Получить это. Или доказать всем, что ты можешь.

На секунду он потерял свою уверенность. И именно это выдало его. Дамиан наклонился вперед, словно собирался ее поцеловать. Кассандра почувствовала его дыхание. Но он остановился. Не потому что не хотел. Потому что мог. И не сделал.

— Осторожнее, Кэсс,- его голос снова стал насмешливым. — Ты слишком близко подходишь к опасным людям.

Она посмотрела на него.

— А ты слишком стараешься казаться одним из них.

Его улыбка стала почти настоящей.

— Вот поэтому опасна ты.

Он отступил.

— Потому что однажды можешь заставить меня поверить, что я не такой.

Кассандра вышла из библиотеки, но слова Дамиана продолжали звучать в голове. Она шла по коридорам замка, пока не оказалась в королевском саду. Лунный свет падал на белые розы. Это место почти не изменилось. Она коснулась старого дерева. И в этот момент услышала голос.

— Леди Эстэр.

Кассандра обернулась.

У арки стояла королева Лигея.

Она поправила юбки и поспешила сделать книксен. —Ваше Величество.

Лигея медленно подошла ближе. — Странно видеть вас здесь.

— Я знала этот сад раньше.

Королева посмотрела вокруг.

— Именно поэтому.

Кассандра нахмурилась.

— Почему?

Лигея ответила не сразу.

— Большинство девушек приехали сюда ради принца. А вы вернулись туда, где они были детьми.

Кассандра поняла смысл этих слов.

— Вы думаете, это делает меня опасной?

Лигея посмотрела ей в глаза.

— Да.

Кассандру удивил прямой ответ.

— Потому что вы знаете их. Не титулы. Не обязанности. Не маски. Вы знаете людей.

Кассандра молчала.

— Габриэль пытается быть идеальным, -голос королевы стал тише. — Дамиан пытается убедить всех, что ему все равно.

Кассандра подняла взгляд.

— Вы боитесь его?

Лигея посмотрела на темные окна замка.

— Нет. Я боюсь того, кем его заставили стать.

Ветер прошелся по саду.

— Будьте осторожны с ним. Кассандра нахмурилась.

— Почему?

Лигея посмотрела на нее.

— Потому что для человека, который давно отказался от надежды, опаснее всего тот, кто снова заставляет его надеяться.

Кассандра задумалась. А потом тихо сказала:

— Мне кажется, вы тоже давно отказались от чего-то.

На лице королевы впервые появилась настоящая эмоция. Но она быстро исчезла.

— Возможно,- она развернулась — Доброй ночи, леди Эстэр.

Кассандра осталась одна. И впервые подумала: Этот замок был не просто местом борьбы за корону. Это было место, где каждый пытался сохранить хотя бы часть себя. И иногда именно любовь могла стать самым опасным оружием.

Глава 5

Змеиное гнездо

«Во дворце улыбки часто бывают острее клинков.

И тот, кто окружен шелком и золотом, должен помнить: змеи тоже любят драгоценности.»

*«Наставления молодому правителю», автор неизвестен*

Утреннее солнце заливало главный двор золотистым светом, отражаясь в высоких витражах дворца. Казалось, будто сам замок сегодня выглядел иначе -величественнее, холоднее, словно знал, что именно с этого дня начнет вершиться чья-то судьба.

Во внутреннем дворе выстроились гвардейцы в темно-синих мундирах с серебряными гербами короны. По обе стороны мраморной лестницы уже собирались лорды, дамы и члены Малого Совета. Они улыбались друг другу, обменивались любезностями, но их взгляды были прикованы вовсе не к трону. Они изучали девушек. Не будущих жен. Будущие союзы. Будущие войны.

— Двор похож на рынок, — негромко произнес Дамиан, стоя рядом с братом на верхней галерее. — Только вместо золота здесь продают дочерей.

Габриэль бросил на него короткий взгляд.

— Иногда мне кажется, что ты специально говоришь самые неприятные вещи.

— Нет,- Дамиан лениво оперся локтями о каменные перила.— Я просто говорю их вслух.

Габриэль промолчал. Он уже привык. Когда они были детьми, Дамиан смеялся громче всех. Теперь его улыбки стали другими. Словно за каждой скрывалось что-то, чего никто не должен был увидеть.

Внизу герольд ударил посохом о камень.

— Их Величества!

Разговоры мгновенно стихли. По широкой лестнице неспешно спустился король Альдрик. Высокий. По-прежнему крепкий, несмотря на возраст. В его темных волосах уже давно появилась седина, но взгляд оставался таким же тяжелым, как на портретах времен Великой войны.

Рядом шла Лигея. Спокойная. Безупречная. Королева, которой пришлось научиться жить в чужой истории. Она чувствовала на себе десятки взглядов и давно перестала обращать на них внимание.

Когда-то двор сравнивал ее с первой королевой. Теперь перестал. Не потому, что принял. Потому что понял: Лигея никогда не станет Элеонорой. Да и не пыталась. Она остановилась рядом с мужем. Подняла взгляд. На мгновение ее глаза встретились с глазами Габриэля. В них было столько тепла, что молодой принц едва заметно улыбнулся в ответ. А затем Лигея посмотрела на Дамиана. Совсем иначе. Тревожно. Будто проверяя, не случилось ли за ночь чего-то непоправимого. Он заметил этот взгляд. И едва заметно кивнул. Только тогда она позволила себе спокойно выдохнуть.

— Представляются леди, прибывшие по приглашению короны!

Одна за другой девушки выходили вперед. Каждую называли по имени. титулу. По дому.

Зал вежливо приветствовал каждую, но Кассандра быстро поняла одну вещь. Никто здесь не слушал имен. Все наблюдали. Как девушка идет. Как кланяется. Держит ли спину. Боится ли смотреть королю в глаза. Даже то, как она поправляет складку платья, могло стать темой вечернего разговора.

— Не отвечайте на их взгляды.

Тихий голос Морис раздался совсем рядом. Кассандра чуть повернула голову.

— Почему?

Старая женщина даже не посмотрела на нее.

— Потому что проигрывает не та, о ком шепчутся,- она сделала паузу.—Проигрывает та, кто показывает, что слышит этот шепот.

Кассандра медленно кивнула.Она перевела взгляд на галерею второго этажа. Где стояли оба принца. Габриэль выглядел так, словно хотел оказаться где угодно, только не здесь.

Дамиан...Он наблюдал. Не за девушками. За людьми вокруг. Будто его интересовали вовсе не претендентки. А те, кто пришел посмотреть на них.

— Леди Кассандра Эстэр!

Имя эхом разнеслось под сводами зала. Разговоры оборвались. На несколько секунд. Совсем ненадолго. Но этого оказалось достаточно.

— Эстэр...

— Неужели они вернулись ко двору?

— После стольких лет...

— Дом Феникса снова решил участвовать в игре...

Шепот быстро расползался по залу.

Кассандра шла спокойно. Размеренно. Не пытаясь казаться выше или увереннее. Она уже знала. Во дворце любой лишний жест становится оружием. Подойдя к трону, она склонилась в безупречном поклоне. Король долго смотрел на нее. Потом едва заметно улыбнулся.

— Дочь Артура Эстэра.

Не вопрос. Констатация.

— Да, Ваше Величество.

Альдрик кивнул.

— Твой отец был хорошим человеком.

Лигея внимательно наблюдала за девушкой. И за двумя принцами.

Габриэль смотрел словно увидел часть собственного детства.

А Дамиан...Он почти не изменился в лице. Но королева слишком хорошо знала сына. Он задержал взгляд на Кассандре на одно мгновение дольше, чем следовало.

«Плохо...» — мелькнуло у нее в голове. Очень плохо.

Когда церемония закончилась, гостей пригласили в Малый зал. Там уже звучала музыка. Слуги разносили вино. Все улыбались. Именно поэтому Кассандре стало особенно неуютно. Слишком много улыбок. Слишком мало искренности.

— Вы леди Эстэр?

Она обернулась.

Перед ней стояла девушка в темно-лиловом платье. Безупречная осанка. Идеальная прическа. Ледяная улыбка.

— Леди Селеста Вальмонт.

— Для меня честь познакомиться.

— Взаимно.

Несколько секунд они изучали друг друга. Словно два игрока перед первой партией в шахматы.

— Я слышала, вы давно не были при дворе.

— Это так.

Селеста кивнула.

— Тогда вам будет непросто.

— Почему?

— Потому что здесь редко проигрывает тот, кто слабее.

Она сделала шаг ближе.

— Обычно проигрывает тот, кто честнее остальных.

Кассандра спокойно выдержала ее взгляд.

— Значит, здесь мало счастливых людей.

На губах Селесты появилась едва заметная улыбка.

— Быстро учитесь.

Она развернулась и растворилась среди гостей.

Морис проводила ее взглядом.

— Запомните эту женщину.

— Она опасна?

— Нет.

Старая служанка покачала головой.

— Опасны те, кто умеет заставить вас забыть об опасности.

И, боюсь, леди Вальмонт именно такая.

Музыка заполнила Малый зал. Струнные играли легкую мелодию, слуги бесшумно скользили между гостями с серебряными подносами, а разговоры снова напоминали жужжание улья.

Со стороны все выглядело безупречно. Но стоило прислушаться… Каждый второй разговор был о выгоде.

— Дом Эстэр давно не появлялся при дворе...

— Зато у них сохранились земли на юге.

— Король не стал бы приглашать их без причины.

— А если причина — сама леди?

Кассандра делала вид, что ничего не слышит. Морис оказалась права. Стоило показать, что шепот достиг цели, - и двор почувствует кровь.

Она медленно прошла вдоль высоких окон, позволяя себе впервые за утро вдохнуть полной грудью. Эйден почти не изменился. Все те же темные колонны. Все те же витражи. Все тот же запах воска и старого камня. Изменились только люди.

На втором этаже, скрытые от большинства гостей, братья наблюдали за происходящим.

— Видишь мужчину в зеленом камзоле? — тихо спросил Дамиан.

Габриэль посмотрел вниз.

— Лорд Рейн.

— Нет.

Дамиан покачал головой.

— Не его.

Он едва заметно кивнул в сторону пожилого советника, стоявшего в тени колонны.

— Посмотри, кому он только что поклонился.

Габриэль проследил взглядом.

— Герцогу Ордену.

— Нет.

— Тогда...

— Смотри внимательнее.

Габриэль нахмурился. Лорд действительно поклонился герцогу. Но почти незаметно коснулся двумя пальцами перстня. В ответ герцог едва качнул головой. Их взгляды встретились лишь на мгновение.

— Что это значит?

Дамиан усмехнулся.

— Что сегодня они разговаривают не словами.

Он отвернулся от перил.

— Запомни одну вещь, брат. Власть никогда не кричит. Она почти всегда говорит шепотом.

Габриэль молчал. Иногда ему казалось, что Дамиан замечает то, чего не видит никто. И это одновременно восхищало и настораживало.

— Где ты всему этому научился?

На лице младшего принца появилась привычная улыбка.

— Пока ты изучал законы, я изучал людей.

В этот момент в зал вошел король. Гости мгновенно расступились. Альдрик редко повышал голос. В этом не было необходимости. Когда он говорил, замолкали все.

— Сегодня я приветствую вас не только как гостей моего дома,- он медленно обвел взглядом зал.— Но и как будущих защитников нашего королевства.

Некоторые девушки удивленно переглянулись.

— Многие считают, что корона — это золото,- король покачал головой.— Нет. Корона — это ответственность. Иногда такая тяжелая, что человек перестает различать, где заканчивается долг и начинается собственная жизнь.

Габриэль слушал отца внимательно. Как всегда. Дамиан смотрел на огромную картину за его спиной. На ней молодой Альдрик, подняв меч, вел армию в последнюю битву Великой войны. Лицо Дамиана стало непроницаемым. Он слишком хорошо знал эту картину. И слишком хорошо помнил, чего на ней не было. Ни одного сожженного дома. Ни одного убитого ребенка. Ни одной деревни, которую пришлось принести в жертву ради победы. Только герой. И его триумф.

— Красиво, правда?

Голос рядом заставил его обернуться.

Это был старый маршал Роуэн. Единственный человек при дворе, который воевал рядом с Альдриком.

— Очень красиво, — спокойно ответил Дамиан.

Маршал посмотрел на картину.

— Художники умеют делать войну благородной.

Дамиан тихо усмехнулся.

— Художники рисуют победителей. Проигравших рисует только память.

Маршал медленно перевел на него взгляд. Несколько секунд они молчали.

— Ты слишком много думаешь, принц.

— Вовсе нет,- Дамиан посмотрел на короля.— Просто слишком мало забываю.

После окончания приема Габриэль догнал брата в длинной галерее, где между окнами висели портреты всех королей Эйдена. Солнечный свет уже уходил, оставляя в коридоре длинные тени.

— Подожди.

Дамиан остановился.

— Что случилось?

— Сегодня...,- Габриэль некоторое время подбирал слова.— Ты снова был странным.

— Только сегодня?,- Слабая улыбка мелькнула на его лице. Но тут же исчезла.

— Ты смотрел на отца так, будто хотел что-то сказать.

— Хотел.

— Почему не сказал?

Дамиан перевел взгляд на портрет молодой женщины в серебристом платье. Королева Элеонора. Первая жена. Мать Габриэля. Под портретом всегда лежали свежие белые лилии. Их приносил сам король. Каждую неделю. Уже почти двадцать лет.

— Он до сих пор любит ее.

Габриэль тоже посмотрел на портрет матери.

— Любит.

— Хорошо.

В голосе Дамиана не было зависти. Только усталость.

— Каждый заслуживает помнить свою любовь.

Он уже собирался уйти, когда Габриэль тихо произнес:

— Лигея никогда не пыталась занять ее место.

Дамиан остановился.

— Я знаю.

— Она любит тебя.

На этот раз младший принц улыбнулся почти тепло.

— Я знаю. И именно поэтому мне иногда жаль ее,- Дамиан медленно повернулся к брату. — Потому что она каждый день просыпается рядом с человеком, который до сих пор разговаривает с призраками.

Габриэль хотел возразить. Но не смог. Он тоже видел белые лилии. Каждую неделю. Каждый год. И понимал, что отец никогда не переставал любить Элеонору. А значит... Лигея всегда была второй. Так же, как Дамиан.

Оба молчали.

И впервые Габриэль подумал, что, возможно, брат носит свою боль гораздо дольше, чем он когда-либо замечал.

К полуночи замок наконец затих. Погасли огни в западном крыле. Музыканты давно покинули зал. Последние гости разошлись по своим покоям. Лишь в самой глубине дворца, за тяжелыми дубовыми дверями, свет по-прежнему не гас. Зал Малого совета. В комнате собрались всего шестеро. Король Альдрик. Верховный канцлер Рейн. Маршал Роуэн. Верховный судья Эдгар. Казначей Морланд. И архиепископ Астор. На массивном дубовом столе лежала карта королевства. Но сегодня никто не смотрел на нее. Первым заговорил канцлер.

— Девушки прибыли.

Король молча кивнул.

— Есть достойные кандидатуры.

— Есть.

— Дом Вальмонт...

— Силен.

— Дом Ардес...

Канцлер перевел взгляд на Альдрика.

— Дом Эстэр.

На несколько секунд в комнате повисла тишина. Маршал первым нарушил ее.

— Артур Эстэр был хорошим человеком.

Король тихо ответил:

— Был.

— Его дочь очень похожа на него.

Альдрик ничего не сказал. Казначей осторожно заметил:

— Народ любит этот род.

— Именно поэтому она здесь.

Король произнес это спокойно. Словно давно все решил. Архиепископ сложил руки.

— И все же есть вопрос важнее будущей королевы.

Все посмотрели на него.

— Принцы.

Лицо Альдрика стало жестче.

— Что с ними?

Канцлер медленно произнес:

— Наследник достоин трона.

Король кивнул.

— Габриэль станет хорошим королем.

Маршал неожиданно сказал:

— Если времена останутся мирными.

Тишина запонлила кабинет. Все поняли смысл этих слов. Канцлер осторожно продолжил:

— При дворе все чаще звучит другое имя.

Король поднял взгляд.

— Чье же?

Хотя прекрасно знал ответ.

— Принца Дамиана.

В комнате стало тихо. Даже огонь в камине потрескивал слишком громко.

— Молодые лорды считают его сильнее.

— Северяне говорят, что в нем больше характера.

— Армия уважает его.

— Некоторые командиры готовы идти именно за ним.

Каждая новая фраза делала воздух тяжелее. Король медленно поднялся. Подошел к окну. За стеклом спал Эйден.

— Они забыли одну вещь,- никто не перебивал. —Хороший воин не всегда становится хорошим королем.

Маршал тихо произнес:

— Но иногда именно такие люди выигрывают войны.

Альдрик резко обернулся.

— Я не хочу еще одной войны,- его голос впервые за вечер прозвучал громче обычного.— Именно поэтому наследником станет Габриэль. Он умеет слушать. Он умеет прощать. Он умеет договариваться.

Канцлер осторожно спросил:

— А Дамиан?

Король долго молчал. Так долго, что никто не решался поднять глаз. Наконец он произнес:

— Дамиан слишком похож на меня.

Комната замерла. Маршал внимательно посмотрел на старого друга.

— Ваше Величество...

— Нет.

Король покачал головой.

— Вы не понимаете.

Он подошел к карте. Положил ладонь на северные земли. Туда, где двадцать лет назад закончилась Великая война.

— Когда я был молод.. Я тоже считал, что сильный правитель обязан принимать тяжелые решения,- его голос стал тише. — И принимал.

Маршал опустил глаза. Он был единственным человеком в комнате, который понимал, о чем говорит король.

— Цена этих решений до сих пор снится мне по ночам.

В комнате стало так тихо, что было слышно, как за окнами завывает ветер.

Король продолжил:

— Габриэль еще способен видеть в людях лучшее. Дамиан...,- он закрыл глаза.— Дамиан уже научился видеть худшее. И однажды он поймет, что иногда это худшее действительно необходимо. А тогда... Он станет великим королем. Но ужасным человеком.

Никто не осмелился заговорить. Только маршал тихо спросил:

— Может быть, вы ошибаетесь?

Альдрик горько усмехнулся.

— Очень надеюсь,- он посмотрел на огонь в камине.—Потому что если нет... Его следующие слова прозвучали почти шепотом:— ...то однажды мне придется выбирать между двумя сыновьями.

За дверью, в темном коридоре, кто-то бесшумно прошел мимо. Советники этого не заметили. Но никто еще долго не узнает, был ли это обычный слуга... Или человек, которому не следовало услышать ни единого слова из этого разговора.

Глава 6

Соколиный двор

«Сокол никогда не выбирает себе хозяина. Он лишь однажды решает, кому доверить свою высоту.»

*Из трактата «О королевской охоте»*

Первый луч солнца лишь коснулся башен, когда дворец уже проснулся. Сегодня не было балов. Не было церемоний. Сегодня начинались испытания. Во внутреннем дворе слуги торопливо готовили лошадей, егеря проверяли кожаные перчатки, а на длинных жердях, укрытых плотной тканью, сидели десятки ловчих птиц. Соколы. Кречеты. Ястребы. Одни спокойно чистили перья. Другие тревожно били крыльями, словно чувствовали настроение людей вокруг.

Кассандра остановилась у края двора. Холодный утренний воздух пах влажной травой и кожей седел.

— Красиво, правда?

Морис подошла почти бесшумно.

— Очень.

— Не обманывайтесь.

Старая женщина поправила ворот ее плаща.

— При дворе даже охота бывает политикой.

Кассандра вопросительно посмотрела на нее.

— Сегодня будут оценивать вовсе не то, как высоко летит птица.

— А что?

Морис слабо улыбнулась.

— Терпение. Самообладание. Гордость. И то, как человек ведет себя, когда что-то идет не по плану.

На противоположной стороне двора уже собрались принцы. Габриэль разговаривал с главным сокольничим, внимательно слушая объяснения. Дамиан сидел на каменной ограде, лениво вращая в пальцах кожаный ремешок. Он будто вообще оказался здесь случайно.

— Ты опять опоздал.

— Я пришел вовремя.

— Испытание начинается через минуту.

— Значит, вовремя.

Габриэль только покачал головой. Иногда спорить с братом было бессмысленно. Главный сокольничий низко поклонился.

— Ваши Высочества. Все птицы готовы.

— Начинайте, -кивнул Габриэль.

Девушки по очереди подходили к сокольничим. Каждой вручали тяжелую кожаную перчатку. Объясняли, как правильно держать руку. Как смотреть на птицу. Как не показывать страха. Некоторые явно занимались этим раньше.

Селеста подняла кречета так уверенно, словно всю жизнь провела на охоте. Птица даже не шелохнулась. Несколько лордов одобрительно переглянулись.

— Безупречно.

— Дом Вальмонт умеет воспитывать дочерей.

Кассандра слышала эти слова. И чувствовала, как десятки взглядов уже ищут следующую участницу.

— Леди Эстэр.

Она шагнула вперед. Сокольничий протянул ей перчатку.

— Вы уже держали ловчую птицу?

Кассандра честно покачала головой,— Нет.

Несколько девушек тихо усмехнулись. Сокольничий замялся.

— Тогда...

— Научится.

Спокойный голос прозвучал совсем рядом. Все обернулись. Дамиан. Он неспешно подошел ближе.

— Если человек признается в том, чего не умеет, значит, у него еще есть шанс научиться.

Он посмотрел на сокольничего.

— Или при дворе теперь наказывают за честность?

Старик смущенно опустил голову.

— Простите, ваше высочество.

— Не мне.

Дамиан перевел взгляд на Кассандру.

— Покажите ей. Без снисхождения. Как любому другому.

Кассандра встретилась с ним взглядом. На мгновение ей показалось, что за привычной полуулыбкой нет ничего. Совсем ничего. Словно человек напротив давно научился прятать собственные чувства глубже любых слов.

Через несколько минут испытание началось. Птицы одна за другой взмывали в небо. Белые облака отражались в их темных глазах. По команде сокольничих соколы уходили в высоту, описывали широкий круг и возвращались обратно. Некоторые сразу. Некоторые заставляли хозяев ждать. Кассандра нервничала. Она чувствовала это по тому, как напряглись пальцы.

— Расслабьте кисть.

Голос прозвучал у самого плеча. Она даже не заметила, как рядом оказался Дамиан.

— Вы слишком крепко держите руку.

— Боюсь уронить его.

— Сокол не любит, когда его держат. Он любит, когда ему доверяют.

Кассандра медленно ослабила хватку. Птица перестала беспокойно переминаться. Дамиан удовлетворенно кивнул.

— Вот так.

В этот момент громкий хлопок раздался с другого конца двора. Один из молодых соколов неожиданно сорвался с руки неопытного ловчего. Птица резко взмыла вверх. Егеря бросились за ней. Во дворе поднялся шум.

— Осторожно!

— Закройте ворота!