Чудо для Hot-табыча

– Охренеть! Можно я больше умываться не буду?

И я тут же покраснела от смущения. Вот же балда. Однако никто меня не одернул, не шикнул, а по улыбкам собравшихся мастеров я поняла, что искренняя похвала им пришлась по душе.

Глава 8

Я никогда не планировала в жизни зарабатывать выходом на сцену, хотя разве в этой жизни вообще можно что-то планировать? По началу я пыталась: вышла замуж, ждала подходящего момента, чтобы крепко встать на ноги и задуматься о ребенке. Была примерной женой: хозяйкой на кухне, леди в гостях и проституткой в постели. Видимо, я не справлялась, раз в качестве последней муж решил меня заменить профессионалкой своего дела.

Пару лет назад, придя домой раньше обычного, я к удивлению, обнаружила, что дома уже кто-то был. В прихожей стояли ботинки мужа и легкие босоножки на шпильке. Я вдруг решила, что благоверный все же вызвал риэлтора, чтобы наконец подыскать нам жилье попросторнее. Мы же планировали детей, так что переезд в новые хоромы вполне логичен. Мы и так несколько лет ютились в однокомнатной квартирке, взятой в ипотеку тогда еще нашей молодой семьей. Момент расширить совместное жилье настал давно. Я устала жить на кухне, смотреть на кухне фильмы с телефона, когда супруг по обыкновению лежал на диване в комнате, смотрел новости по телику и чесал пузо. Я была рада, что муж решился на столь ответственный шаг, но не тут-то было.

Почему-то вместо гостиной Вадик повел риэлтора… в спальню? Моему удивлению не было предела. Что там такого можно рассматривать, когда большую часть занимала двуспальная кровать… Ах, да. Конечно. Дошло до меня не сразу.

Чуть приоткрыв дверь, я заметила разбросанное по ковру персикового цвета яркое синтетическое тряпье, что на деле оказалось униформой ночной бабочки. Чем шире открывалась дверь, тем ниже отвисала у меня челюсть. На нашем супружеском ложе мой благоверный весело резвился с разодетой в красное белье девицей. Она скрючилась в коленно-локтевой позе так, что наращенные волосы свисали ей на лицо и закрывали обзор. Вадик старательно пыхтел, вдалбливаясь в нее сзади. Ни на секунду не сбивался в ритме, точно как работающий перфоратор.

Я, признаться, ошалела от его прыти. Со мной он был тем еще лентяем: даже позу лишний раз не менял, а тут только и успевал хватать девицу за выступающие места и хлопать по заду. Точь-в-точь как заправский наездник.

Девица игриво постанывала и старательно подмахивала, демонстрируя глубокий прогиб в пояснице. Вот, значит, что было нужно, чтобы разжечь в Вадике ту самую искру страсти: изображать из себя течную кошку двадцать четыре на семь! Отлично. Я тоже так могу. Вот прямо сейчас и сделаю. Кошки же территориальный вид? Так что нечего мне тут!

Громким кашляньем я обнаружила свое присутствие. На меня устремились две пары глаз: Вадик смотрел разочарованно, а девица даже бровью не повела и продолжала мастерски подмахивать.

– Дорогая, это не то, что ты думаешь! – сразу принялся оправдываться Вадик и даже не удосужился остановиться: все еще долбил заскучавшую кошечку с жирными черными стрелками вокруг пустых глаз. – Я могу тебе все объяснить, – а сам крепче уцепился за бедра девицы, будто хотел дотрахать, что еще не успел.

– Может для начала остановишься? – гнев во мне начал закипать, но очень хотелось посмотреть, насколько же хватит наглости у этого гандона.

– У него еще час проплачен, мамаш, – профессионалка честно отрабатывала гонорар, лежавший на тумбочке, и старательно выпячивала зад.

Мои брови взметнулись вверх. Я едва не задохнулась от негодования. Мамаша. Это в каком таком смысле? Как к объекту плотских желаний мужа, у меня к Кошечке претензий не было – она всего лишь выполняла работу, за которую ей заплатят и весьма неплохо, кстати. Но оценивать мою внешность – это уже за гранью.

– Дай ему бабу потрогать, а то он как с вахты, – выдала она с одышкой и засмеялась, за что тут же получила звонкий шлепок по заднице.

– Вадик! – прикрикнула я.

Наглец не только не сбавлял темпа, а еще и ускорился. Он схватил девицу за груди и начал интенсивно их мять, при этом неотрывно смотрел мне в глаза обезумевшим от похоти взглядом. Чертов извращенец! Он и не планировал все прекращать! Ему нравилось, что я смотрю! Он откровенно кайфовал, да так, что я еще ни разу не видела таким: озверевшим от животной похоти. Сгребая рукой нарощенную гриву девицы, он намотал ее на кулак и потащил на себя. Кошечка изогнулась под ним и выдала стон наслаждения достойный лучших театральных подмосток. Доводя отыгрыш до конца, она старательно насаживалась на хозяйство моего супруга и ничуть при этом не смущалась. Наоборот, подтверждала квалификацию и звание профессионала.

– Даже не думай, – процедила я сквозь зубы, сверля мужа взглядом.

Вадик будто пребывал в трансе и не слышал меня: до одури вколачивался в девицу, попутно лапая ее за все места, до которых мог дотянуться. К обезумевшему взгляду добавился низкий рык сквозь зубы.

– Не смей, я сказала, – но плевать он хотел на все мои призывы.

С гортанным стоном он вогнал в девицу и навалился на нее. Не удержавшись на руках, она распласталась под ним, уткнувшись лицом в покрывало. Дотрахивал он ее едва ли не в каком-то припадке. Спустив с низким рыком, он радостно оскалился и подмигнул мне.

Вдоволь насладившись шоу, я вылетела из спальни в коридор. На ходу хватая сумку и телефон, я пыталась запихнуть трясущиеся ноги в туфли.

– Надь, стой ты куда? – Вадик, казалось, искренне удивлялся. – Эй, ну ты чего? Погоди, – запахивая халат, он поспешил за мной следом. – Я давно хотел попробовать что-то новенькое, но сразу тебе предлагать побоялся. Думал, вначале один попробую, а потом вместе! – из него так и перли восхищение и гордость.

– Потренировался? – едко заметила я.

– Ну здорово же вышло? Ты так удачно пришла! А куда ты уходишь? – растерянно захлопал он глазами.

– А ты не понимаешь? – Хотелось пришибить его к херам собачьим.

– А, не переживай, продлю ее еще на час! Развлечемся на полную!

– Вадик, ты дурак? – моему разочарованию не было предела. Мало того, что мой муж гуляка и ходок, так ко всему прочему – тупой.

– Эй, ты чего? Обиделась, что мы без тебя начали? Так отличный сюрприз вышел, я как раз успел разогреться!

– Точно дурак, – едва сдерживая непролитые слезы, я выскочила за дверь.

Ноги понесли меня куда глаза глядели. Я бездумно брела по улице, пока не стемнело. Ночи были холодные. Пришлось искать место, чтобы согреться, правда, я и без простуды носом хлюпала дай боже. Я обвела глазами малознакомую улицу. В этой части города я бывала редко. Здесь на каждом шагу пестрели вывесками бары и рестораны, перед которыми раскинулись летники с плетеной мебелью в стиле прованс. Свернув в ажурную калитку посередине переулка, я ушла с главной улицы на ту, что потише и менее людную. Я искала тихое местечко, где могла пересидеть со своими мыслями и немного отогреться.

Миленькая вывеска с неоновым бокалом мартини привлекла мое внимание. Стильное оформление не оставило мне шанса и заманило внутрь. Местечко оказалось приятным. Просторный танцпол, отличные гоу-гоу танцовщицы на высоких стойках. Все еще совсем новое, непотасканное. Натертая барная стойка слепила бликами.

Я приземлилась на мягкий высокий стул у стойки и хотела попросить меню, но бармен усердно протирал стаканы и не обращал на меня никакого внимания. Всем почему-то сегодня хотелось меня игнорировать. Я не стала его подзывать, развернулась к сцене, вдоль которой повалил плотный дым, пронизанный яркими лучами лазера.

Лучи четко обрисовали контур выходивших на сцену девушек в латексных костюмах и полумасках, закрывающих их лица до подбородка. Девушки танцевали пол-дэнс, причем на высоком уровне. Я засмотрелась вначале с интересом, затем с восхищением. Незаметно для себя я начала представлять себя одной из этих затянутых в латекс Госпожей, на которых все смотрели с восторгом. Все внимание публики было приковано только к ним. У меня внутри колыхнулась зависть.

– Только вы остались, больше никого? – подошла ко мне молодая женщина в строгом костюме.

– Что простите? – смутилась я.

– Говорю, вы последняя? Идемте, – поманила меня кастинг-директор с золотым бейджем на лацкане пиджака. – Переоденетесь в гримерке. Костюмы стандартные, но если устроитесь к нам, то возможно индивидуальное изготовление. Кастинг у нас открытый. Антон будет наблюдать из зала…

– Антон? – я окончательно потерялась.

– Да, наш владелец. Он решил сам провести набор для нового клуба. Прошу, – она вытащила из шкафчика гримерке тот самый латексный костюм и плеть.

– Мне в этом нужно выступать? – до меня наконец-то дошло, что меня приняли за девушек, пришедших в поисках работы.

– Да, забыла сказать. У нас тематическое заведение. БДСМ сейчас на волне. Книги, фильмы…

– Хайпануть хотите? – хмыкнула я.

– Заработать, – вежливо поправила директриса. – Ну так что, вы наденете?

– Давайте, – с непонятно откуда взявшейся смелостью я протянула руку к своей второй коже на протяжении следующих шести месяцев.

Глава 9

Машина тормозит возле офисного здания – очередного памятника стеклу и металлу. Водитель услужливо распахивает передо мной дверь. Стоит спустить ноги на землю, и каблуки тут же вязнут в плавящемся под солнцем асфальте. Я быстро перескакиваю на мощеный плиткой тротуар. Ничего не поменялось. Я все еще нетвердо стою на ногах. От страха перед неизвестностью подгибаются колени. Что меня ждет дальше? Чего этот шайтан от меня хочет?

Я уже осталась без одной работы, того и гляди – останусь без второй. Начальник наглым образом уже пытался залезть ко мне в трусы, а я так вести дела не привыкла. Я всегда придерживалась правила: никогда не гадь там, где ешь. Иначе придется жрать дерьмо, а в моем случае – помереть голодной смертью. Так шашни на работе – не в эту кассу. Хотя, возможно, я не до конца вникла в суть предложения, но если на чистоту – эскорт и содержание как модель отношений меня тоже не особо устраивают. Не хватало еще, чтобы меня заперли в золотой клетке и ключи потеряли.

Холл офисника встречает нагнанной кондиционером прохладой. Мы подходим к лифту, зеркально-гладкие двери распахиваются и смыкаются за нашими спинами. Водитель жмет на кнопку 25 этажа. Последнего. Высоко же забрался этот Хоттабыч!

Администратор на ресепшене улыбается во все 32 винира, едва завидев провожающего меня мужчину, и сладко лепечет:

– Босс у себя!

«Босс» – вот значит, как его тут называют. Доходчиво и нескромно. Должно быть, такое обращение очень неплохо чешет и гладит по шерстке непомерных размеров эго Хоттабыча. Что оно у него есть и просто гигантское, я уже успела убедиться лично. Ничего, я и не таких ломала. Нужно только правильно расставить акценты: работа на первом месте, чего бы он себе не напридумывал.

Напридумывал сказочный Хоттабыч, судя по всему, много – один заезд в салон красоты чего стоил. Если он теперь решит, что я ему что-то за это должна, то сильно обломается.

В конце концов для этого есть огромный выбор среди тех, о ком он говорил «стоит только позвать». У меня же совершенно иного рода квалификация. Я считаю клуб не просто работой, а своего рода искусством – искусством заставлять плакать влиятельных и властных, повелевать ими, доминировать. Поэтому чтобы ни задумал мой новый босс – черта лысого он меня получит в том смысле, в котором хотел получить в день нашей первой встречи.

В приемной его офиса сидит клон девушки с ресепшена: даже улыбается так же.

– Здравствуйте, вы, должно быть, к Тимуру Абесовичу? Он вас уже ждет! – услужливо приглашает она.

– Спасибо, Танюш, – расплывается в пошлой улыбке мой провожатый, намереваясь войти в кабинет «босса».

– Ох, не, вы меня не поняли, – Танюша искренне беспокоится, а ее глазки оценивающе бегают по моей фигуре. – Тимур Абесович попросил пропустить к нему только Надежду Земскую и велел больше никому его не беспокоить.

Вот оно как. Запланировал приватный разговор, значит. Прелестно.

– Надежда Александровна, прошу вас, – Танюша распахивает передо мной дверь из лакированного цельного дерева и шагу не дает ступить внутрь помощнику Хоттабыча.

Странно, но даже после минутного общения, Танюша начинает мне нравиться. Надеюсь, она вызовет полицию, если я начну кричать, или скорую, если Хоттабыч начнет распускать руки, и придется ему что-нибудь откусить.