По ту сторону Бесконечной реки

- Я бы тоже так подумала! – воскликнула девочка. – Но, как я понимаю, на самом деле всё было не так?

- Ты верно догадалась, Лана.

- Так что же случилось на самом деле? И что было дальше?

- До сих пор я просто рассказывала тебе историю, - серьёзно проговорила Черная Птица. - А вот дальнейшие события касаются напрямую всего нашего птичьего рода! Они слишком важны и болезненны для нас, и ещё неизвестно, чем они закончатся. Прежде чем продолжить рассказ, я должна отдохнуть и собраться с силами. Поэтому предлагаю тебе пока поиграть с нашими птенцами. Они вон на той полянке, - птица указала в её сторону своим крылом.

- Хорошо, - легко согласилась девочка. – Мне тоже нужно отдохнуть и подумать обо всём, что я услышала. Большое спасибо, уважаемая Черная Птица, за столь интересный рассказ!

Огромная Птица ласково обняла Лану своим крылом – и они направились к поляне, на которой играли птенцы.

Когда Лана приблизилась к этой поляне, ей навстречу из-за кустов выскочил пушистый птенец – и, хлопая коротенькими крыльями, пустился со всех ног к своим друзьям, радостно крича:

- Чудинка идёт! Идёт с нами играть!

Услышав, как её называют птенцы, девочка непроизвольно рассмеялась. На душе у неё стало легче, грусть и тревога, вызванные рассказом взрослой Птицы, отступили – и она с легким сердцем вышла на поляну, где её с нетерпением ждали маленькие задорные птенчики.

Глава 14. Волшебная Радуга

На следующее утро, после сладкого фруктового завтрака, Лана вновь встретилась с Черной Птицей, и та продолжила прерванный накануне рассказ.

Поразмыслив и обсудив друг с другом сложившуюся ситуацию, Кронео и Воронесс пришли к выводу, что их собственных способностей не хватит, чтобы противостоять таким могучим заклятиям, какие наложены на Эстелину и Мирролину.

В связи с этим Воронесс обратился к другу:

- Кронео, как ты уже знаешь, я – из рода Летящих, а нашему роду открыта дорога в Лес Черных Птиц.

- В Лес Черных Птиц? Что это за лес?

- В этом лесу живут волшебные Черные Птицы, которые ухаживают за древним Деревом Мудрости. Этим Птицам открыто многое из того, что недоступно людям. Ещё в детстве мне говорили, что если кому-то близкому для представителей нашего рода грозит опасность, и мы не можем отвратить её своими силами – мы имеем право обратиться за помощью к Черным Птицам… Но только в исключительных случаях! Как тебе кажется, та ситуация, в которую мы попали – это исключительный случай?

- Определенно – исключительный, - задумчиво проговорил Кронео. – Вопрос в том – действительно ли близкие тебе люди оказались в беде?

- Так в чем же тут вопрос? – удивился Воронесс. – Эстелина – моя невеста, ты – мой друг! Кто же ещё, кроме кровных родственников, может считаться близкими людьми?

- Ну, если всё так, то тебе обязательно нужно обратиться к Черным Птицам. Ты имеешь на это полное право.

- Решено! – воскликнул Воронесс. – Идём в Лес Черных Птиц! Только... Боюсь, тебе туда не попасть.

- Потому что я не из вашего рода, - кивнул Кронео. – Понятно. Тогда я буду ждать тебя на берегу Бесконечной Реки, возле Каменистого Брода.

- Откуда ты знаешь это место? – удивился Воронесс. – Мы же никогда там не были. И это по пути в Лес Черных Птиц!

- Это также по пути на Поле Волшебных Цветов, путь к которому открыт для представителей нашего рода – рода Красных Лепестков.

- Откуда знаешь, где находится Лес Черных Птиц?

Кронео улыбнулся:

- Я не тратил время зря в обширной библиотеке Мирролины. В одной из книг с картами нашей волшебной страны я узнал, что все родовые магические области находятся в… Я попробую объяснить тебе это так, как это стало понятно мне. Представь себе цветок с большим количеством лепестков – например, розу или пион. Все лепестки отходят от одного основания, но каждый лепесток всё-таки отделен от других. Точно так же отделены друг от друга и разные магические миры, при этом вход в каждый из них – единый, и выглядит он как Каменистый Брод через Бесконечную Реку.

- Но я не слышал, чтобы кто-то из нашего рода попадал на Поле Волшебных Цветов, - сказал Воронесс. – Там есть поле, но оно – самое обычное!

- Совершенно верно, - согласился Кронео. – Вы никогда не видели Поле. А представители нашего рода никогда не бывали в Лесу Черных Птиц. Вход один, основа магических миров одна - но каждый из нас попадает на свой лепесток, в свой магический мир, который соответствует традициям и способностям его рода.

- Как интересно! – воскликнул Воронесс. – А сколько их, этих магических миров?

- Сказано, что миров столько, сколько капель в Бесконечной Реке.

- Но ведь Река бесконечна! Как же её измерить, да ещё по каплям?

- Вот именно. Название Реки, которая является границей миров, вполне отражает её протяжённость – она действительно бесконечна. И количество капель в ней, тем более, бесконечно. А, значит – бесконечно и количество магических миров. Как бесконечно разнообразие проявлений самой магии.

- Удивительно! Чудесно! Поражает воображение!

- Я тоже был потрясён и очарован, когда прочел об этом, - кивнул Кронео с улыбкой. – Бесконечность и сама по себе способна очаровывать - даже как абстрактное понятие. А уж будучи воплощённой во что-то конкретное…

- Ух ты! – воскликнула девочка. – Я и не знала, что в вашем мире столько всего интересного и необычного! Мир внутри другого мира, миры, доступные одному и недоступные другому, переход из одного мира в другой!.. Кстати, а как же Кронео и Воронесс перешли Бесконечную реку? Вместе, или по одному? И как это выглядит – когда после пересечения этой реки разные люди попадают в различные миры, недоступные для другого? Что, на другом берегу один из них просто исчезает? А если они, пересекая Бесконечную реку, держат друг друга за руку?

Черная Птица весело рассмеялась – вернее, как всегда, защелкала клювом, запрокинув голову.

- Я совсем не ожидала этого вопроса! - проговорила Птица. – Но попробую рассказать. Насколько я знаю, сначала люди действительно исчезают, но продолжают слышать голос собеседника, который со временем всё больше напоминает эхо. Но очень скоро эхо тоже затихает. Но если держаться за руку, переходя Бесконечную реку с существом другого магического или немагического рода – то есть с любым, кто не имеет доступа в твой магический мир – ты просто перейдёшь реку и останешься в первичном мире. Никто из вас не сможет попасть в какой-либо магический мир.

- Понятно! – воскликнула Лана. – Если в магический мир попытается попасть кто-то чужой – у него не получится туда проникнуть.

- Всё верно.

- И что же было дальше, уважаемая Черная Птица?

- Слушай, - сказала Птица и продолжила рассказ.

Добравшись до Бесконечной реки, Кронео и Воронесс попрощались – и каждый отправился в свой родовой мир. Друг был магической собакой из рода Летящих, поэтому он беспрепятственно последовал за Воронессом.

Добравшись до Леса Черных Птиц, Воронесс подробно изложил его жителям сложившуюся ситуацию и обратился к ним за помощью.

Тем же вечером под Деревом Мудрости Черные Птицы собрали Совет Старейшин – и было принято решение направить Воронесса к Озеру Мудрости. Если правильно задать вопрос, то ночью при свете луны в этом Озере может появиться образ, который даст ключ к решению проблемы.

Чтобы Воронесс мог найти Озеро Мудрости, требовалось вручить ему особый лист с Дерева Мудрости. Этот лист могут видеть только Черные Птицы, и только на восходе солнца. В каждый момент времени на дереве растет только один подобный листок.

На следующее утро Птицы дали Воронессу этот листок, и с его помощью он в сопровождении Друга отправился к Озеру. Некоторое время спустя они вернулись в Лес Черных Птиц, и вид у Воронесса был удрученный и подавленный.

- Что случилось? – забеспокоились Птицы. – Неужели Озеро Мудрости ничего не рассказало тебе, не подарило подсказку в твоей проблеме?

- Я увидел в Озере всё, что мне было необходимо, - вздохнул Воронесс. – И теперь не знаю, что с этим знанием делать.

- И что же ты увидел?

- Я увидел образ того, кто заколдовал Эстелину. Именно это интересовало меня прежде всего.

- Так что же тебя так огорчает? – удивились Птицы. – Ведь это ключ к решению проблемы!

- Дело в том, что я узнал этого колдуна. Это Мирролина, избранница моего друга Кронео – я видел её портрет, и образ, который показало мне Озеро, ничуть не отличается от этого портрета. У меня нет оснований понять ответ Озера Мудрости иначе. Увы, но злой маг – это именно Мирролина. И я теперь не знаю, что делать… Как я сообщу об этом Кронео? Он, конечно, предполагал, что Мирролина может быть опасна, и она уже налагала заклятия на своих подданных, правда, краткосрочные… Но Кронео надеялся, что Мирролина тоже заколдована, и только поэтому ведет себя столь странно для феи. Но оказалось, что она и есть та, кто заколдовал свою соседку Эстелину!

- Не спеши с выводами, Воронесс, - спокойно проговорила одна из Черных Птиц. – Ты ещё молод, и, возможно, не знаешь некоторых законов нашего волшебного мира. Дело в том, что колдунами не рождаются – колдунами становятся. Изначально все существа, которые обладают магическими способностями, обладают светлой душой. Потом, конечно, они могут вступить на путь зла – но изначально злых магов не бывает. Мирролина очень молода и неопытна, и, как ты уже рассказывал нам, использовала ранее свои магические силы как для добра, так и для зла. По тому, что мы о ней знаем с твоих слов, девушка выглядит доброй, но легкомысленной. Возможно, она просто не понимает, что творит, и какие это может иметь последствия. Стоит сначала узнать, что толкнуло её на это заклятие. Случайностью оно, конечно, быть не может, а вот ошибкой или неосторожностью – вполне. Известны случаи, когда сильные, но ещё неопытные маги в момент магического эксперимента создаю необычные и порою опасные заклятия. А некоторые из них даже не знают, что их заклятие подействовало!

- Такое действительно может быть? – с надеждой спросил Воронесс.

- Вполне! Поэтому мы не будем пока делать никаких выводов, а для начала попробуем поговорить с самой Мирролиной.

- Но вы же не можете покинуть свой магический лес – как же вы будете общаться с Мирролиной? И она ведь не сможет попасть сюда, она из другого рода!

- Нам не нужно покидать свой лес - у нас есть Волшебная Радуга, она позволяет Черным Птицам видеть волшебников, живущих в других мирах. А во дворце у Мирролины, как у любой другой феи, есть магическое зеркало. С помощью Радуги и зеркал мы можем общаться с другими мирами.

- Хорошо, давайте тогда свяжемся с Мирролиной, и как можно скорее! Возможно, в разговоре с нею мы поймём её мотивы. Если она не хотела ничего дурного, то сама снимет заклятие с Эстелины!

- У неё может и не получится снять это случайное заклятие, – проговорила одна из Черных Птиц. – Если Мирролина сама не поняла, как его создала.

- Да, действительно, - задумался Воронесс. – Ну, если она сама не сможет - мы поговорим через Волшебную Радугу с самим Великим Магом! Уж он-то должен помочь в этой беде!

- Ты когда-нибудь видел Великого Мага? – спросили Птицы.

- Нет, не видел. Но я наслышан, что он всегда помогает в беде, если дело связано с использованием магии. Он очень сильный и опытный волшебник.

- Ах, только наслышан! Тогда связаться с Великим Магом не получится.

- Почему?

- Видишь ли, Воронесс, с Волшебной Радугой не всё так просто. Для того, чтобы связаться с кем-либо из другого мира, обязательно нужен тот, кто видел этого человека, или хорошо представляет его образ. Волшебная Радуга способна установить контакт только с тем, чей образ существует в сознании одного из участников ритуала. Черные Птицы никогда не встречали ни Великого Мага, ни Мирролину. Но образ Мирролины хорошо представляешь себе ты. А Великого Мага не видел никто из нас.

- Понятно, – вздохнул Воронесс. – Ну, что ж, тогда попробуем поговорить хотя бы с Мирролиной. Надеюсь, этого будет достаточно.

- Хорошо. Теперь слушай внимательно - тебе предстоит стать участником особого Ритуала…

За ближайшие несколько часов Воронесс, внимательно слушая указания Черных Птиц, хорошо освоил правила Ритуала Волшебной Радуги и свою роль в нем.

Этой же ночью, незадолго до восхода солнца, в Лесу Черных Птиц началось особое действо. Восемь Птиц и Воронесс вышли на поляну Волшебной Радуги и выстроились полукругом на расстоянии расправленного крыла, повторяя своим построением форму радуги. Воронесс стоял в центре полукруга.

Друг, который не участвовал в ритуале, с напряженным вниманием наблюдал за ним со стороны.

Неожиданно крайние птицы припали к земле, Воронесс поднял руки вверх, а остальные птицы, расправив крылья и соединив их, сделали так, чтобы от рук Воронесса до крайних птиц образовались две ниспадающие дуги. Со стороны фигура напоминала горную вершину. Это было начало ритуального танца.

Затем уже Воронесс припал к земле, а крайние птицы подняли крылья к небу. Остальные птицы так же плавно образовали две восходящие дуги от Воронесса к краям полукруга. Это построение уже было похоже на летящую в небе птицу.

Символы горной вершины и летящей высоко в небе птицы повторились трижды, фигуры плавно перетекали одна в другую, создавая в сумерках завораживающее зрелище, напоминающее игру таинственных теней.

После этого Птицы неожиданно перестроились, встав кругом, центром которого оказался Воронесс. Птицы особым образом встряхнули перьями – и раздался шорох, напоминающий шелест листьев от дуновения ветра. Воронесс в это время стоял почти неподвижно, лишь едва заметно покачиваясь из стороны в сторону, словно ствол дерева. Эта фигура символизировала само Дерево Мудрости.

Далее Птицы, медленно вышагивая и пританцовывая, пощёлкивая клювами, распушив все перья, начали всё плотнее собираться вокруг Воронесса. Их действия демонстрировали красоту, пышность и полноту жизни их Волшебного Леса, а их пощёлкивание напоминало звучание капель дождя.

Постепенно птицы образовали вокруг Воронесса подобие единого пушистого шара. Эта фигура обозначала спящее солнце.

На несколько мгновений всё замерло. Стало настолько тихо, что невольно возникало чувство ожидания чего-то удивительного, ощущение, что волшебство вот-вот произойдёт.

Одновременно с первыми лучами восходящего солнца все Птицы стремительно бросились врассыпную, словно сами преобразились в лучи этого солнца. Воронесс остался на месте, глядя на восход солнца над Лесом Черных Птиц. И в этот момент перед его глазами расцвела Волшебная Радуга. Это было невероятное по красоте зрелище!

В центре Радуги сверкнула яркая вспышка – и Воронесс, ослепленный этим сиянием, прикрыл глаза рукой.

Черные Птицы радостно защёлкали клювами и забили крыльями, приветствуя Волшебную Радугу.

- Получилось! – возбужденно прокричали они. – Контакт с Радугой установлен!

В этот момент одна из Птиц проговорила:

- Отлично! А теперь нужно назначить дежурного! Кто вызовется первым?

- Зачем? – удивился Воронесс. – Какого дежурного?

- Это надо для того, - начала говорить Птица, но не успела окончить фразу, как в центре Волшебной Радуги возник образ Мирролины…

Глава 15. Беседа Мирролины с Черными Птицами

Проснувшись рано утром, Мирролина, по своему обыкновению, посмотрелась в зеркало. Рядом с её кроватью всегда стояло то самое Волшебное Зеркало, в которое она смотрелась со дня своего совершеннолетия. Это приятное воспоминание грело её сердце – и каждый новый день королева встречала, бросив в своё Волшебное Зеркало недоверчивый взгляд, и, потратив некоторое время на внимательное и критичное наблюдение за своим отражением, с облегчением убеждалась в том, что она прекрасна.

Но в это утро, взглянув в зеркало, Мирролина увидела вместо своего отражения что-то совсем иное. Из зазеркалья на неё смотрело какое-то черное, большеклювое, большеглазое создание с длинной шеей. От неожиданности Мирролина вскрикнула – и отскочила, закрыв лицо руками. В голове у неё промелькнула мысль: «Я, наверное, до сих пор сплю! Это сон, такого не может случиться наяву! Меня уже не раз в последнее время мучили кошмары – наверное, это один из них!»

Эта мысль быстро успокоила Мирролину, и она решилась ещё раз взглянуть в зеркало, ожидая на этот раз увидеть в нём себя. Но, открыв глаза, она увидела уже не одну, а три чёрные физиономии. Это были Черные Птицы из Совета Старейшин, которые собирались переговорить с Мирролиной.

- Да что ж такое! – в сердцах воскликнула Мирролина. – Это мой сон! Убирайтесь отсюда, мне такие сны не нравятся! И вообще – я вот сейчас возьму… И проснусь! Или вытру вас вот этим платком!

Такого начала общения Птицы не ждали, и немного опешили, не в силах вымолвить ни слова.

- Ну, что вы моргаете? – продолжила возмущаться Мирролина. – Убирайтесь! Я хочу видеть в этом зеркале себя, а не какие-то чёрные морды, да ещё с такими огромными, некрасивыми клювами! Я должна быть в этом зеркале! Понимаете – я, а не вы! Всё, я просыпаюсь!

И Мирролина снова бросилась на кровать, ожидая, когда, наконец, этот сон развеется.

Когда ошеломление, вызванное неожиданным началом общения, прошло, одна из Птиц обратилась к лежащей на кровати Мирролине:

- Мирролина! Госпожа Мирролина! Прошу Вас, не пугайтесь так! Это не дурной сон. Мы – Чёрные Птицы из Волшебного Леса. Мы хотим поговорить с Вами, а Ваше волшебное зеркало, как Вы должны знать, обладает свойствами окна в соседние магические миры.

Мирролина подняла голову с подушки – и начала вспоминать, что волшебное зеркало действительно обладает таким свойством. Просто ранее ей не приходилось с этим сталкиваться.

Собравшись с мыслями, она вновь подошла к зеркалу, внимательно пригляделась к своим пернатым собеседникам, продолжая сомневаться в их реальности – и задала вопрос:

- Что ж, если это не сон, и вы существуете на самом деле, ответьте: кто вы такие? И почему хотите со мной поговорить?

- Мы – Черные Птицы из Волшебного Леса, - повторила Птица. – А поговорить мы с Вами хотели о том заклятии, которое Вы наложили на свою соседку, королеву Эстелину.

Мирролина побледнела и нахмурила брови.

Черные Птицы решили, что девушка не ожидала, что сделала что-то плохое, и потому так расстроилась. Они подумали: «Сейчас мы ей всё объясним, и дело уладится».

С воодушевлением они продолжили:

- Некоторое время назад Вы, видимо, учились использовать свою магическую силу, но в этот момент нечаянно создали заклятие, которое поразило королеву Эстелину. И сейчас это заклятие приносит беды ей и всему её народу. Стоит кому-то из жителей её королевства обратиться к Эстелине с просьбой, как она становится пугающе безобразной. И сама Эстелина, и её народ, представители которого склонны к чуткому восприятию прекрасного и относятся к художественным натурам, страдают от этих превращений.

Лицо Мирролины, поначалу казавшееся растерянным и почти испуганным, постепенно словно окаменело, стало холодным, губы её сжались, скулы заострились. В ней явно происходила внутренняя борьба. Воронесс, который наблюдал за разговором с Мирролиной с некоторого расстояния, был неприятно поражён тем, насколько упрямым и непримиримым к концу речи Черных Птиц стало выражением её лица. У него проскочила мысль: «Поразительно, что настолько красивое лицо может приобретать такое отталкивающее выражение!»

Вскоре Мирролина с заметным усилием, но всё-таки взяла в себя в руки, застывшее лицо её вновь ожило и перестало казаться пугающей маской.

- Уважаемые Чёрные Птицы, а почему вы решили, что заклятие, о котором вы рассказали, наложила именно я? – спросила Мирролина. - Эстелина, конечно, моя соседка, но мы с нею редко видимся друг с другом. Зачем мне всё это?

Среди Птиц раздался довольный шепот: «Случайно, случайно! Сейчас мы договоримся! Ей надо объяснить, подсказать!»

- Уважаемая госпожа Мирролина, Озеро Мудрости подсказало нам, что это именно Ваша ошибка. Озеро всегда говорит правду. Вы наложили заклятие на Эстелину. Разумеется, мы ни в чём не обвиняем Вас, просто сообщаем об этом, чтобы вы смогли исправить свою ошибку!

- Так значит, Озеро Мудрости указало, что это я наложила заклятие на королеву Эстелину? – медленно, задумчиво, проговорила Мирролина.

- К сожалению, да.

- Удивительно! Даже не представляю, как это могло произойти! И как давно это случилось?

- Вероятно, за несколько месяцев до того, как к Вам приехал господин Кронео, - ответила Птица. – Точного времени я вам назвать не могу.

Услышав имя юноши, Мирролина вздрогнула. Она никак не ожидала услышать его от Черных Птиц.

- Так, всё произошло до визита Кронео, - серьезно проговорила Мирролина. – Понятно…

Всё происходящее постепенно начало обретать в голове Мирролины определенный смысл. С горечью она подумала: «Так вот кто им нажаловался на меня! Кронео! А мне наговорил, что едет домой, за волшебными цветами! Обманщик!

Да как он смел вообще обо мне этим Птицам рассказывать невесть что! И как эти Птицы посмели в чём-то меня уличать, да ещё и вторглись со своей-то внешностью в мой безупречный мир красоты?»

Обида и злость на Кронео обожгла Мирролину, словно огнём - и она почувствовала, что его предполагаемое предательство и обман задели её гораздо больнее, чем она могла бы предположить.

В этот момент выражение лица Мирролины было настолько холодным и озлобленным, что наблюдавший за её образом в Волшебной Радуге Воронесс почувствовал, как его сердце тревожно забилось. А Мирролина тем временем проговорила:

- Уважаемые Черные Птицы! Вы правы, я довольно много экспериментировала с магией, и могла ошибиться. Но я изучу свои записи и найду, чем занималась в указанный Вами период. На это мне потребуется несколько дней… Кстати, как я могу связаться с Вами, если мне вдруг понадобится Ваш совет?

- О, это совсем не трудно! – ответила Птица. – Настроившись однажды, ваше Волшебное зеркало всегда сможет выйти на нашу Волшебную Радугу. Для этого вам необходимо лишь вспомнить образ одной из нас и подождать, пока кто-то подойдёт к Волшебной Радуге.

- Благодарю Вас, - с неподдельной горечью в голосе проговорила Мирролина. – Благодарю Вас за всё, что Вы сказали. До свидания. Я сама с Вами свяжусь, когда проясню все подробности, связанные с заклятием Эстелины.

- До свидания, госпожа Мирролина. Будем ждать вашего обращения, - вежливо ответили Птицы и исчезли из зеркала.

Попрощавшись, Черные Птицы остались довольны беседой. Голос Мирролины выражал огорчение, а это говорило о том, что она переживает из-за случившегося и постарается всё исправить. Одна из Птиц обратилась к Воронессу:

- Ну вот, дорогой Воронесс! Всё оказалось не так плохо, как виделось в первый момент! Мирролина совершила ошибку и постарается её исправить. А если у неё не получится, мы вместе найдём способ ей помочь.

Воронесс вздохнул:

- Хотел бы и я разделять вашу уверенность в том, что это случайность.

- Но что вызывает твоё сомнение? – спросила Птица. – Ты же сам слышал, что Мирролина расстроена и готова исправить свою ошибку!

- Да, это я слышал. Но ещё я видел её лицо в тот момент, когда она это говорила. И потому не могу верить Мирролине. Боюсь, что сейчас нам грозит беда чуть ли не более страшная, чем прежде. Неужели вы не заметили в ней злобу и высокомерие?

Птицы переглянулись:

- Прости, Воронесс, но мы нечасто видим людей и не так хорошо понимаем их мимику. Мы же всё-таки птицы, и сильно отличаемся от вас.

Воронесс смутился тем, что ожидал от Птиц слишком тонкого понимания человеческих эмоций - и подумал, что сам бы тоже вряд ли понял, какие оттенки чувств выражает та или иная птица, просто глядя на неё.

И тут одна из Птиц – та, которая говорила с Мирролиной – сказала:

- Пожалуй, он в чем-то прав. Пусть мы не умеем читать по лицам людей, но мы слышим интонации. Вам не показался голос Мирролины холодным?

- Да. Но, возможно, она была просто расстроена тем, что совершила ошибку? – предположила одна из Птиц.

- И всё-таки есть сомнения в том, что Мирролина сказала нам правду. Давайте подумаем, что делать дальше. Созывайте Совет!

Вскоре на поляне Волшебной Радуги собралась 21 Черная Птица. Сев в круг и пригласив на свой совет Воронесса, они обменялись впечатлениями и мнениями, и пришли к следующему решению.

Во-первых, нужно как можно быстрее установить связь с Эстелиной и предупредить её о том, кто именно наложил на неё это заклятие. Сообщить, что, возможно, это была ошибка, и Мирролина попытается её исправить.

Во-вторых, нужно послать гонца к Великому Магу на тот случай, если заклятие не будет снято. В качестве гонца выбрали Воронесса, потому что Птицы не могут покидать свой магический мир.