Аид. Его пешка - Её корона

— Хм… хочешь сказать, что ты не рассчитывала на это? — его бровь иронично приподнимается. — Ты прекрасно знала, что я отвечаю за тебя перед ректором. И одну я тебя бы туда не отпустил.

— Аид, ты себя хоть слышишь? Одну бы не отпустил в магазин? Отвечаешь перед ректором? Да тебе плевать! Ты просто пытаешься найти причину, чтобы доказать самому себе, что ты прав. Да что с тобой?

— Я ничего не пытаюсь доказать. Тем более самому себе. Я знаю, что прав. Садись в машину.

— Да пошёл ты! Сама дойду. Дорогу я знаю.

— Я сказал, быстро села в машину.

— Отвали от меня! — срываясь, выкрикиваю я. Нет у меня сил спорить. Я устала! — Что мне нужно сделать, чтобы ты от меня отвалил? Забыл о моём существовании?

Аид сначала хмурится, словно мой выпад застал его врасплох. Несколько секунд он молча смотрит на меня, затем его губы растягиваются в довольной ухмылке.

— Ты проиграла в играх. Поэтому обязана исполнять все мои желания до конца учебного года.

— Я проиграла? Мне казалось, была ничья, — усмехаясь, намекаю на наш бой в грязи.

— Да ты! Тем более я всем объявил о своём покровительстве, — он скрещивает руки на груди, наслаждаясь моей реакцией.

Я понимаю, что просто так он от меня не отстанет, а у меня нет больше сил сопротивляться, поэтому нужно договариваться.

— Месяц, — цежу сквозь зубы, давая себе обещание, что он ещё пожалеет о моём унижении и сам откажется от своих желаний. — До конца месяца благотворительности. Желания в пределах разумного. И спать с тобой я не буду!

— Тут можешь не переживать. Ты не в моём вкусе. Мой дружок даже не дёрнется в твою сторону.

— Хоть одна отличная новость, — едко выговариваю я, но его слова успевают проехаться по моей самооценке.

— Это все условия?

— Нет, — тоже скрещиваю руки на груди, возвращая себе хоть немного уверенности. — Так как я считаю это полным бредом, и ты просто вынудил меня согласиться, поэтому если чтобы было всё честно в конце нашего договора ты тоже исполнишь два моих желания.

— Хорошо, — с лёгкостью соглашается он, что вызывает у меня подозрение.

— Любых.

— Ты так говоришь, словно уже знаешь, что хочешь загадать, — прищуривается он.

— Пообещай, что исполнишь, — прошу, игнорируя его реплику.

— Вставать перед тобой на колени и извиняться перед всем кампусом я точно не буду.

— Не переживай, мои желания не будут связаны с твоим публичным унижением. Есть более важные вещи в жизни, чем издеваться над людьми.

— Ладно. Я исполню твои желания, если ты будешь безоговорочно исполнять все мои.

— Хорошо. Тогда договорились, — я протягиваю ему ладонь, чтобы закрепить наш договор.

Усмехнувшись, Аид пожимает мою руку, а затем дергает на себя, охватывая второй рукой мою шею сзади, а большим пальцем приподнимает мой подбородок.

— Отпусти меня, — шиплю я. — А то я решу, что тебе нравится моя близость.

— У тебя слишком бурная фантазия, убогая.

— Тогда перестань меня постоянно дергать на себя! — дергаюсь, пытаясь вырваться.

— Слушай сюда, — притягивает к себе ещё ближе и сильнее сжимает шею. — Если хоть одно желание ты не исполнишь, наш договор расторгается.

— Даже не мечтай об этом!

Я точно не упущу такой шанс. Я знаю, что загадаю. И это будет не так легко ему сделать, ведь это единственная цель, которая не даёт ему спокойно жить.

Глава 15. Ева

Я просыпаюсь от тихого хлопка двери. Подскочив в кровати, я всматриваюсь в полумрак комнаты, и мой взгляд натыкается на Агату. Она проходит к своей постели, стягивая с плеч фирменный пиджак академии. Тянусь к телефону и сонными глазами вглядываюсь в тусклый экран. Семь часов утра.

— Ты не здесь ночевала?

— У Клима, — тихо отвечает она, стоя ко мне спиной.

Я вчера вернулась поздно и даже не обратила внимания на кровать Агаты, завалилась спать и моментально вырубилась, даже не успев толком разобрать постель. Уже пять дней мы с Аидом ездим в детдом и помогаем привести в порядок спортзал. Все эти дни он ведёт себя подозрительно тихо, только замечаю, как он исподлобья украдкой наблюдает за мной. Его взгляд тяжелый, прожигающий, но стоит мне обернуться, как он тут же отводит глаза или делает вид, что занят своими делами. Такое поведение настораживает меня ещё больше, чем его обычные выходки. Я каждый день жду, что он что-нибудь выкинет, но нет, всё спокойно.

— Агат, посмотри на меня.

Она оборачивается, и я замечаю её заплаканные глаза. Я встаю с кровати, поправляя майку, и подхожу к подруге.

— Ты плакала?

Она молчит.

— Что случилось? Он тебя обидел? — сильно пугаюсь, зная, на что способны эти мажоры, привыкшие к безнаказанности и вседозволенности.

— А кого он не обижает? — горько усмехается она, пытаясь перевести разговор в шутку.

— Он тебя тронул?

— Нет, — шмыгает носом, мотая головой.

— Что тогда?

— Всё сложно, — она плюхается на кровать, закрывая лицо руками, и начинает плакать.

— Чем я могу помочь? — опускаюсь рядом и обнимаю её за плечи, притягивая к себе.

— Ничем. В этом мне никто не сможет помочь, — горько произносит она между всхлипываниями.

Да что у них происходит? Агата последнее время ходит сама не своя. А этот засранец — как его ни встречу, вечно улыбается во все свои белоснежные тридцать два зуба. Эта улыбка выглядит настолько самодовольной и наглой, что мне каждый раз хочется стереть её с его лица. Складывается впечатление, что он получает искреннее удовольствие от того, что изводит Агату.

— Иди собирайся на пары, — говорит она, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Я сегодня не пойду.

— Агата, это плохая идея. Нам нельзя прогуливать. Ты же знаешь, какие в академии строгие правила, — пытаюсь переубедить её, понимая, что сейчас ей действительно не до учёбы, но и не хочу, чтобы у неё были проблемы.

— Скажи на кафедре, что я себя плохо чувствую. Я позже схожу к врачу.

Она забирается на кровать и отворачивается к стене, свернувшись клубочком.

— Агат…

— Всё будет хорошо. Не переживай.

— Хорошо. После пар я загляну к тебе.

Приняв душ, я натягиваю на себя форму академии и спешу на кафедру, чтобы предупредить декана об отсутствии Агаты на парах по уважительной причине. Затем бегу на первую пару. До звонка осталось всего пару минут, но некоторые студенты даже не спешат, спокойно расхаживают по коридорам.

— Ева, — окликает меня незнакомый голос. Поэтому забив, я бегу дальше. — Ева!

В этот момент звенит звонок на пару, и я почти добегаю до аудитории, как вдруг меня хватают за локоть, резко останавливая.

— Да стой ты! — меня разворачивают, и я оказываюсь лицом к лицу с незнакомцем.

Передо мной возвышается брюнет с пронзительными зелеными глазами.

— Ты оставляла заявку на репетиторство по программированию.

— Да, — отвечаю, хотя это не вопрос, а констатация факта.

— Я твой репетитор, Кирилл. Я учусь на третьем курсе в академии ИТ.

— Ого, — удивляюсь я.

— Что тебя удивило?

— Думала, что программа репетиторства только внутри нашей академии бизнеса.

— Нет, программа общая для всех академий.

Академия «диАмадА» — это огромный комплекс с разными направлениями. Это целый студенческий городок, где сосредоточены самые разные факультеты. Я учусь в академии бизнеса, но помимо неё есть ещё академия ИТ, академия спорта, академия музыки и ещё несколько других. Каждая из них находится в отдельном корпусе, но все вместе они образуют единое целое.

— Ясно.

— Сегодня после пар у нас с тобой первое занятие.

— После пар я не могу. Я участвую в месяце благотворительности, — развожу руками, надеясь, что он поймёт.

— Хорошо. Во сколько ты возвращаешься?

— По-разному, — пожимаю плечами. Всё зависит от того, когда его «высочество» Аид решит, что на сегодня миссия выполнена.

— Нам нужно как-то договориться о времени и месте, если ты хочешь подтянуться по этому предмету.

— Прости, — прихожу в себя. — Давай сегодня в семь.

— Договорились, — он хмурится, и я замечаю, как его взгляд устремляется за мою спину.

Моё тело мгновенно напрягается, каждая клеточка замирает от той всепоглощающей энергии, которую я чувствую спиной. Эта мощная, подавляющая аура, заполняет собой всё пространство. Мне даже оборачиваться не надо, чтобы понять, кто стоит позади меня. Аид.

— Отлично, — натягиваю улыбку. — Тогда в семь у фонтана. Там решим, куда пойдём.

— Хорошо, — невозмутимо отвечает Кирилл и, бросив последний взгляд на мою спину, спокойно уходит.

Я делаю глубокий вдох, разворачиваюсь и широкой дугой обхожу Аида, даже не взглянув на него.

— Стоять! — опять хватает меня за локоть. — О чём вы с ним договорились?

— Не твоё дело, — выдёргиваю руку, мгновенно закипая от злости.

— Слушай сюда, — рычит он, нависая надо мной. — Пока ты под моим покровительством, ты не будешь крутить шашни с кем-то ещё.

— Ты опять делаешь поспешные выводы, — рычу в ответ.

— Тогда о чём ты с ним договорилась?

— Я не обязана перед тобой отчитываться.

— Непослушная стерва!

— А они бывают послушными? — вырывается у меня.

— Ну всё, — рычит Аид и наклоняется, явно намереваясь закинуть меня на плечо.

Я реагирую мгновенно, отпрыгивая назад.

— Аид, у меня нет такой привилегии, чтобы пропускать пары, — отступаю назад.

— Мне плевать, — он двигается на меня.

— А мне нет. У меня сейчас очень важная пара. Давай ты после выскажешь своё недовольство по поводу моего непослушания.

Боже. Бред какой-то. Мы словно два сумасшедших, которые вечно ругаются и выясняют отношения.

Я хватаю ручку двери, распахиваю её и влетаю в аудиторию.

— Романова! — раздаётся недовольный голос преподавателя на моё громкое появление.

— Извините, — торможу я и чувствую, как Аид врезается в мою спину, обхватывая меня за талию своими руками. Он видимо действовал на инстинктах и даже не подумал о последствиях. Как всегда!

— Кантер, Вы что здесь забыли? — хмуро интересуется преподаватель, приподнимая бровь.

Я скидываю со своей талии руки Аида и скольжу взглядом по аудитории. Весь поток первого курса замер, все до единого пялятся на нас с открытыми ртами.

— Ошибся аудиторией, — отвечает Аид, и я тут же ощущаю его дыхание у своего уха. — После пар поговорим.

Аид выходит из аудитории, а я, опустив голову, иду к свободному месту в первом ряду, чувствуя на себе десятки любопытных взглядов. Достаю ноутбук и погружаюсь в лекцию. И тут меня осеняет. Как Кирилл меня узнал? Тем более он из другого корпуса. Хм… надо не забыть у него спросить. Интересно.

После последней пары я выхожу из аудитории и чуть не спотыкаюсь от неожиданности. Аид стоит напротив у окна, засунув руки в карманы голубых джинсов. Стоп! Голубые? Ого, он и футболку надел белую. Что это с ним сегодня?

— Поехали, — кивает он мне, словно я его ручная собачонка.

— Мне нужно зайти в комнату.

— У меня в багажнике есть рабочий комбинезон, оденешь его поверх формы, — он отлипает от подоконника и направляется к лестнице.

Закатив глаза, я молча иду за Аидом, но выйдя из здания, поворачиваю в другую сторону. Бесполезно с ним спорить, но и слушать его приказы я тоже не намерена.

— Убогая! — рычит он, догоняя меня.

— Меня зовут Ева! И мне нужно зайти в комнату, — я тычу пальцем в его грудь, чувствуя, как мышцы напрягаются от моего прикосновения. В его глазах мелькает что-то, похожее на улыбку, и я даже несколько раз моргаю, думая, что мне почудилось. Не может быть. Он никогда не улыбается, только скалится или насмехается.

Встряхнув головой, я иду дальше. Он следует за мной, что невероятно бесит. Думает, что сбегу на свидание к Кириллу и испорчу его репутацию короля академии? Отличная мысль, кстати.

Захожу в комнату и собираюсь захлопнуть дверь перед носом Аида, но он успевает проскользнуть внутрь.

— Подожди меня в коридоре, — шиплю на этого нахала.

— Неа, — он заваливается на мою кровать, закинув левую руку за голову.

Агата сидит на своей кровати, скрестив ноги, на которых стоит ноутбук. Она поднимает глаза и поверх экрана хмуро смотрит на Аида. Тот полностью игнорирует её присутствие, водя пальцем по экрану своего телефона.

— Держи, — я протягиваю подруге ноутбук. — Скопируй себе сегодняшние лекции.

— Спасибо, — она забирает ноут и кладёт его рядом с собой. Затем безмолвно кивает на Аида. Я отмахиваюсь и подхожу к шкафу, открывая дверцу.

Беру с полки чёрную футболку, такого же цвета джинсы и скрываюсь за дверью ванной, чтобы переодеться.

— Я готова, — выйдя, говорю я и хватаю со стула чёрную толстовку.

Аид отрывает взгляд от телефона и скользит им по мне. Насмешливо хмыкнув, он поднимается и выходит из комнаты, не сказав ни слова.

— Удачи, — шепчет Агата.

— Спасибо, сегодня она мне точно понадобится, — я чувствую это всеми фибрами моей души.

Глава 16. Ева

Я делаю пару шагов назад и внимательно осматриваю оконное стекло — не осталось ли где разводов. Идеально. Облегчённо выдохнув, закрываю створку. Это окно было последним, а значит, со своей задачей на сегодня я справилась.

Поставив средство для мытья окон на скамейку, достаю из кармана джинсов телефон и проверяю время. Ага, до семи часов ещё есть время, и мы почти закончили.

Обернувшись, нахожу взглядом Аида. Он сидит на корточках и крутит отвёрткой, собирая стол для пинг-понга. Все два часа, которые мы здесь находимся, он молчит, даже не проронил ни одной колкости в мой адрес.

— Аид, — в зал вбегают пять девочек и три мальчика. — Пошли играть в футбол!

— Я занят, — отвечает он, даже не поднимая головы, проверяя, как прикрутил ножку к столу.

— Ты почти закончил, — говорит девочка лет девяти.

— Мира, мне ещё нужно прикрутить баскетбольное кольцо.

— Завтра прикрутишь, — она топает ногой, хмуро глядя на него. Эта картина вызывает у меня улыбку: такая маленькая, а уже умеет настаивать на своём. — Мы проигрываем мальчишкам.

— Тогда мы возьмём себе в команду Еву, — говорит мальчишка лет одиннадцати, кивая в мою сторону. — Чтобы было честно.

— Аид, пошли, — настаивает девчушка, дёргая его за рукав футболки.

— В следующий раз отыграетесь, — отвечает он, не реагируя на её попытку сдвинуть его с места.

— Он просто боится проиграть, — встреваю я, не удержавшись.

— Кому? — хмыкает Аид, даже не взглянув на меня. В его голосе сквозит такая уверенность, что мне хочется доказать обратное.

— Мне!

Он перестаёт крутить отвёрткой и медленно поворачивает голову ко мне, вопросительно приподнимая бровь. В его взгляде мелькает что-то похожее на азарт, но он тут же прячет его за маской равнодушия.

— Я все окна домыла, теперь можно и детям уделить внимание, — улыбаюсь. — Только не долго, — предупреждаю детей, переводя взгляд на них. — Мне нужно через час вернуться в академию.

— Хорошо, — внезапно говорит Аид. Он поднимается, ставя стол на бок, а затем на ножки. — Проигравшие в понедельник моют пол в спортзале.

— Да! — кричат довольные дети.

Девчонки хватают Аида за руки и тянут к выходу. Я, оставив тряпку на скамейке, следую за ними.

— Ты хоть умеешь играть? — спрашивает Витя, вроде так его называли друзья.

— Думаю, в этом нет ничего сложного.

— Значит нет, — тяжело вздыхает он.

— А вы её на ворота поставьте. Мячик-то она наверняка умеет ловить, — насмешливо предлагает Аид, и в его голосе я слышу знакомые нотки издевки.

— Умеешь? — переспрашивает Витя с надеждой в голосе.

— Умею, — серьёзно отвечаю я, хотя хочется улыбнуться.

Витя громко выдыхает и срывается с места к полю с остальными детьми . Аид идёт чуть впереди, я ускоряю шаг, чтобы поравняться с ним.

— Нам в шесть надо выехать, — говорю я.

Он молчит.

Ладно, пофигу. Если что, вызову такси и уеду. Я не собираюсь подстраиваться под него.

Меня ставят на ворота, и первое время я наблюдаю, как дети с улыбками на лице бегают по полю вокруг серьёзного Аида. Он ловко управляется с мячом, даже не думая поддаваться детям.

Внезапно стрельнув в меня взглядом, он несильно отбивает мяч в мою сторону и разбегается с широкой улыбкой на лице.

Вот чёрт! Вот почему он предложил поставить меня на ворота. Раз уж не может закидать меня камнями, решил попинать мячом.

Аид со всей силы замахивается ногой для удара по мячу, и мне по-настоящему становится страшно. Либо я полечу вместе с мячиками к сетке, либо получу сотрясение.

Когда его нога касается мяча, я на инстинктах резко присаживаюсь на корточки, опускаю голову и обхватываю её руками. Сердце колотится о рёбра, адреналин зашкаливает. А я уж на минутку подумала, что он может быть нормальным.

— Ну блин… — звенит в ушах детский голос, а затем просачиваются следующие слова, вместе со смехом девочек. — Ты же сказала, что умеешь ловить мячик.

Я медленно поднимаю голову. Две девочки лежат на траве, три согнувшись пополам громко смеются. Мальчишки хмуро смотрят на меня, явно недовольные моей импровизацией. А вот главный злодей смотрит на меня с улыбкой, да ещё и с ямочкой на каждой щеке, на которых я залипаю. Ему идёт улыбка, а ямочки делают его милым, что ли.

— Тебе повезло, что Аид не рассчитал удар и мячик пролетел над воротами, — продолжает возмущаться Витя, размахивая руками.

— Точно, — выпрямляюсь и виновато пожимаю плечами, глядя на мальчика. — Может, я пока в запасных побуду?

— Дети! — раздаётся голос Марии Львовны. — Быстро умываться. Скоро будет ужин.

— Мы не доиграли, — возмущаются мальчишки.

— Завтра доиграете, — отвечает она строго, а затем спрашивает у нас: — Поужинаете с нами?

— В следующий раз, — отвечаю я, прислоняя руку к животу, понимая, что я ничего не ела с самого утра. — Я сегодня тороплюсь.

— Ладно, — кивает женщина и уходит следом за детьми.

— Поехали, — бросает Аид через плечо, направляясь к стоянке. Опять он так делает, словно я его собачонка. Пошли, поехали, стой, подойди. Одни указания. Как только в моей голове возникает мысль, что он может быть нормальным, он доказывает обратное. Моя голова уже разрывается от этих противоречий.

Выехав с территории детдома, машина поворачивает в противоположную сторону от академии.

— Куда мы едем? — настораживаюсь.

— Ужинать.

— Мне нужно вернуться в академию. Меня ждут.

Его скулы напрягаются, но он молчит.

— Аид, меня будет ждать Кирилл. Мы договорились…

— Это моё первое желание.

— Ужин?

— Да.

— Так не честно, — возмущаюсь. — Мои личные обстоятельства должны также учитываться!

— Личные обстоятельства? — рычит он, резко тормозя возле придорожной кафешки. — Чтобы найти для себя выгодную партию?

— Он мой репетитор!

Аид зависает, глядя мне прямо в глаза. Не знаю, о чём, он сейчас думает, но я его явно немного ошарашила.

— Плевать, — внезапно выдаёт он и выходит из машины, закрывая её на сигнализацию.

Да что с ним? Словно в его мозгах кто-то хорошенько поковырялся, заложив определённые установки, и теперь он им следует. Я смотрю ему вслед, пока он заходит в кафешку — обычную придорожную забегаловку с яркой вывеской.

Аид возвращается минут через двадцать. Забравшись в салон, он ставит мне на колени прозрачный пакет с двумя белыми контейнерами.

— Шашлык, — определяю по аромату, от которого у меня во рту собирается обильная слюна.

— Здесь его готовят лучше всего, — спокойно отвечает он, заводя двигатель.

— Удивил, — хмыкаю я. Сарказм сам срывается с языка.

— Чем?

— Ты так ненавидишь убогих, но не брезгуешь есть в таких местах.

Аид игнорирует мою реплику. Машина трогается с места, и мы опять начинаем отдаляться от академии.

Отпустив ситуацию, отворачиваюсь к окну, прикрываю глаза и откидываю голову на подголовник. Плевать. Это не моё дело. Моя задача — продержаться оставшиеся три недели.

— Приехали, — чувствую, как из моих рук забирают пакет.

Распахиваю глаза, немея от увиденного. Мы стоим на берегу озера, вокруг которого густой лес, а над ним красивейший закат.

Я выбираюсь из машины, надевая толстовку. Аид, поставив пакет на капот, тоже надевает белую толстовку и забирается на капот машины.

— Можно? — киваю на место рядом с ним.

Он молча протягивает мне руку. Обхватив его ладонь, упираюсь ногой о решётку и запрыгиваю на капот. Мне в руки тут же суют контейнер.

— Спасибо.

Открыв его, натыкаю кусочек шашлыка на пластиковую вилку и откусываю, прикрыв глаза. Мясо сочное и тает во рту. Теперь я понимаю, почему он сказал, что здесь готовят лучше всего. Такого шашлыка я ещё не пробовала.

— С каким предметом у тебя проблемы? — внезапно спрашивает Аид.

— С программированием, — буркаю, откусывая ещё кусочек, глядя на золотистый закат.

— Я дам тебе свои лекции.

— Они мне ничем не помогут. Этот предмет мне туго даётся. Даже можно сказать, я вообще ничего в этом не понимаю. Я пересматривала записи, читала учебники — бесполезно.

— Это лично мои лекции с подробным описанием всех схем. Чеснов даёт только базу, и она не всем бывает понятна, особенно тем, кто вообще в этом ничего не смыслит.

— Тебе она тоже была не понятна?

— Нет.

— Тогда не понимаю, зачем ты это делал.

Он откладывает контейнер в сторону, вытирает рот салфеткой и нехотя отвечает.

— Сестра тоже должна была поступить в академию бизнеса, но… в последний момент передумала.

— Передумала или сделала по-своему? — хмыкаю я и понимаю, что ляпнула лишнего.

Чувствую на себе его пристальный взгляд, но я старательно любуюсь закатом. Хотя так и тянет посмотреть на него, но решаю пояснить:

— Ты просто замялся, и я подумала, что ты не хочешь говорить правду.

— Отец хотел, чтобы она пошла учиться на управление бизнеса и права, но она его не послушалась и подала документы в художественную академию.

— Твой отец, наверно, был в ярости.

— Нет, — хмыкает он. — Он её очень любит.

— Прозвучало так, словно он любит только её.

— Не только, — спрыгивает с капота. — У меня есть второе желание.

Я уж подумала, что моё плохое предчувствие, которое я чувствовала сегодня всеми фибрами души, меня подводит. Но нет, его выражение лица говорит об обратном.

— Какое?..