Второй шанс для человечности

Влад Сушкин

Второй шанс для человечности

Часть 1. Глава 1.

Стук в дверь все испортил, резкий и громкий, он ворвался в сознание сквозь нарастающее наслаждение с корнем вырывая предвкушение наступающего оргазма.

- Какого хера? – Вскричал Юрий Михайлович, схватив Оленьку за голову, не дав ей подняться.

- Юрий Михайлович, тут звонок срочный… - заблеял голос секретаря из-за двери.

- Пошел вон!!! – проорал бизнесмен, разбрызгивая слюни и начиная краснеть от злости, - не отвлекайся – проговорил он тише, надавливая на макушку девушки.

- Ну Юрий Михайлович, это профессор Листвинов, он уверяет, что это очень важно, причем КРАЙНЕ ВАЖНО и именно для Вас! - не сдавался секретарь.

- Хорошо, подожди минуту и переводи на мой телефон, - сказал Юрий Михайлович, остывая и прокручивая в голове причины такой поспешности прикормленного «светилы науки». Бизнесмен оттолкнул Оленьку, вытерся влажными салфетками, встал и застегнул брюки.

- Иди приведи себя в порядок - бросил он небрежно очередной смазливой содержанке и прошел ко столу ожидая звонка.

Пятидесяти двух летний Беспалов Юрий Михайлович был воротилой старой школы, он умел отличить явную аферу от потенциально прибыльного дела, при этом на риск шел продуманно, тщательно взвешивая все детали. Он даже собрал свой аналитический отдел, чтобы не распыляться по всякой ерунде: платил аналитикам процент от реальной выгоды, но и удерживал тот же процент в случае провала, надо ли объяснять, что аналитики были кровно заинтересованы в успехе предлагаемых ими самими инвестиционных проектах. По совету своего старого кореша Беспалов влез в совместный с подрядчиками НАСА проект разработки и строительства межпланетных космических кораблей, а профессор Листвинов Игорь Петрович был одним из последних выгодных вложений, именно он разработал и с помощью бизнесмена запатентовал часть технологий и оборудования, которое теперь активно внедрялось при строительстве космических кораблей, постоянно пополняя и без того немаленький банковский счет Юрия Михайловича.

Трубку он поднял сразу, не успела прозвучать и первая трель звонка.

- Слушаю, - сказал Беспалов и тут же в трубке раздался взволнованный голос профессора, который затараторил, спеша выложить все в одной фразе:

- Юрий Михалыч, у меня очень важные новости, но это не телефонный разговор, нам нужно срочно все обсудить, я уже жду у Вас в приемной на первом этаже! Юрий Михалыч, Вы должны меня принять и выслушать!

- Хорошо, поднимайтесь, я распоряжусь, - ответил бизнесмен и переключил телефон на номер приемной: «Лена, там ко мне посетитель, пропустите его. Да, профессор Листвинов Игорь Петрович».

Ожидая визитера, бизнесмен подошел к зеркалу и привел в порядок свой внешний вид, вытер платком испарину на лысеющей голове и затылке, красные пятна гнева уже стали сходить с полного лица, налил в стакан воды из графина и выпил, для алкоголя было еще слишком рано.

Профессор ворвался в кабинет буквально десять минут спустя: «Юрий Михалыч это конец, Земля погибнет, Юрий Михалыч, мы все умрем, нужно срочно принять решение» …

- Остановись проф. - вскинул руку Беспалов, – что за чушь ты несешь, почему погибнем?

- К Земле летит комета, столкновение неизбежно, у нас меньше полугода, правительство в курсе, но они тайно запустили строительство челноков для особо приближенных, а на остальных им наплевать – растрёпанный Листвинов бегал из угла в угол и заламывал руки.

- Так, стоять! - рявкнул Юрий Михайлович, опять начиная багроветь. - Что там по поводу кометы? Остановись в конце концов, выпей воды и поясни подробней.

Профессор замер, затем найдя глазами графин с водой, прошел к нему, налил пол стакана и залпом выпил. Поправив очки и сделав глубокий вдох, Листвинов повторил: «К Земле летит комета C/2014 UN271 Бернардинелли — Бернштейна, диаметр ее ядра составляет около ста двадцати восьми километров, а весит больше пятисот триллионов тонн, столкновение неизбежно, масштабы катастрофы просто нереальны, программа рассчитала все досконально, я перепроверял раз пятнадцать и всякий раз выходит одно и тоже. Там, конечно, есть некоторые погрешности, но в целом результат один – комета столкнется с Землей менее, чем через полгода, а точнее через 163 дня. Программа моделирует с учетом размеров и веса кометы, а также предполагаемого места столкновения, так вот, все живое однозначно погибнет. Удар приведет к возникновению лесных пожаров, пробуждению вулканов и возникновению цунами, а также к выбросам в атмосферу опасных химических соединений, которые вернутся на Землю кислотными дождями. Есть вероятность, что она сможет проломить Земную кору и выбросит в атмосферу ее обломки вместе с частью мирового океана. Это потянет за собой глобальный катаклизм, понимаете? Всему живому придет неминуемый конец!!!»

Беспалов стоял и слушал, сжав зубы и кулаки, в голове проносился калейдоскоп мыслей, из всего этого хаоса он старался вычленить самое основное и составить план действий. А профессор между тем продолжал нагнетать:

- Извержения вулканов, цунами, смена полюсов, смещение литосферных плит, если что-то и сможет выжить во всем этом, так это только бактерии, вирусы и возможно простейшие, а все, что крупнее неизбежно погибнет.

- Ясно, - перебил бизнесмен увлекшегося профессора, - раз ты пришел ко мне с этой новостью, а не к своей жене, значит есть какой-то вариант, так?

- Да, дело в том, что они с меня взяли подписку о неразглашении, включили в группу разработки и подготовки корабля-матки, но при этом отказали в получении места на борту. Вы понимаете? Ты, говорят, работай, но мы тебя с собой не возьмем!

- Еще раз, какой у НАС есть выход? – сделал акцент на слове бизнесмен.

- Выход? – стушевался профессор, - выход один: приобрести билет на космический корабль-матку, а точнее купить целый модуль этого корабля.

Видя изумление на лице Беспалова, Листвинов поспешил все объяснить:

- Я уточнил подробности у кураторов этого проекта, не напрямую конечно, а так, исподтишка, ну так вот, строение корабля-матки помимо основных конструкционных элементов, предполагает монтаж независимых модулей, что-то типа космических челноков, способных отстыковавшись от корабля носителя в точке прибытия самостоятельно произвести посадку на выбранную планету. Вот такой челнок я и предлагаю Вам приобрести, он рассчитан на тридцать членов экипажа, в первую очередь речь идет о стазис-капсулах, ну, для поддержания анабиоза, так вот их в челноке ровно тридцать и теоретически можно, конечно, запихнуть в челнок и больше народа, вот только увеличение пассажиров приведет к увеличению груза для их жизнеобеспечения, да и к тому же лишние люди на борту во время полета к выбранной планете будут стареть и возможно кто-то даже умрет, короче, пассажиров должно быть тридцать. Пока еще все рассчитывают и выбирают потенциальные экзопланеты, но есть вероятность, что новым домом человечества станет планета «Kepler-62 f» в созвездии «Лира», это на расстоянии 982 световых года от Земли и 1200 от Солнца. Собственно, с учетом этого расстояния и рассчитывают подготовить этот космолет.

- Остановись профессор, - Беспалов наконец смог выйти из оцепенения и прервать лекцию, - какой анабиоз, какой мать его стазис и экзопланеты, о чем ты? Мы тут только внутри своей системы наконец смогли развернуться, а ты про перелеты в световых годах. А все эти космические станции и колонии на Луне и Марсе? Да еще вроде как китайцы и за пояс астероидов взялись и там уже тоже что-то мутят, разве не проще переждать этот самый катаклизм тут: на станции или колонии?

- Увы, - печально выдохнул Игорь Петрович, - боюсь, что это не спасет нас, видите ли, все эти станции и колонии, во-первых, не вместят всех людей, хотя об этом речи не идет даже на уровне правительств государств, во-вторых они не готовы к самообеспечению, да, там развивается гидропоника, рециркуляция кислорода и воды, но основная масса расходуемых веществ поставляется с Земли. Иными словами, они там смогут прожить какое-то время, но не долго, ну и учитывайте сколько там скопится желающих переждать катаклизм. А сколько лет понадобится Земле, чтобы она снова стала условно пригодной для обитания человека я даже представлять не хочу. Так что в данной ситуации Вам, как представителю русской нации, чтобы сохранить нашу национальную идентичность и генофонд, предстоит потратить все накопленные средства на приобретение челнока и укомплектование его всем необходимым, выбрать потенциальных кандидатов для заселения новой планеты и в итоге войти в историю прародителем нового человечества! – Закончил пафосно профессор свой монолог.

- Ты же сейчас пошутил? Это новая разводка такая? Засадить все бабки в челнок, а потом что? Ждать с моря погоды? Какие у меня гарантии? – Склонный к недоверию бизнесмен не спешил с решением. – Я сначала проверю всю информацию, напрягу своих аналитиков…

- Только умоляю, сделайте это без огласки, - всплеснул руками профессор, - я же говорил, что подписался под документом о неразглашении, я сведу Вас с куратором, он сам вам все подробности расскажет. Этот проект запущен американцами и все основное финансирование идет от них.

- Хорошо, давай тогда не будем тянуть с этим, - согласно кивнул Беспалов.

- Я могу рассчитывать на место в челноке? Точнее на четыре места? – Робко поинтересовался Игорь Петрович.

- Почему это четыре? – Удивился будущий «прародитель человечества».

- Для меня, моей супруги, нашей дочери и ее мужа. Вы не подумайте, они не станут балластом, жена моя отличный повар, дочь работает архитектором, а ее супруг занимается монтажом и наладкой вентиляции и систем кондиционирования. Да и по мере необходимости мы все сможем совмещать самые разные обязанности. – Вдохновенно перечислил профессор.

- А не дохрена ли ты хочешь? Четыре места из тридцати, купленных за МОИ деньги? – Начал опять заводиться Беспалов, - тем более тебе сколько, уже шестьдесят небось отметил, полет то можешь и не перенести?

- Я уже поднимался несколько раз на орбиту Земли и неудобств не испытывал, - фраза «а тебе самому уже больше полтинника» так и осталась в мыслях Листвинова, - на новом месте нужно будет обустраиваться и Вам понадобятся люди самых разных профессий, мои знания и опыт помогут использовать ресурсы челнока на первых порах, а там уже сориентируемся на месте.

- Ладно, - бросил Беспалов, обдумывая слова профессора, - хорошо, давай своди меня с куратором, а там дальше видно будет.

- Юрочка, ты же возьмешь и меня с собой, правда ведь? – Оба обернулись к скрипнувшей двери санузла, Беспалов поморщился, Оленька совсем вылетела у него из головы. Потом он окинул внимательным взглядом ладную фигурку молоденькой девушки и уже с совсем другим выражением лица проговорил:

- Да, конечно же, возьму, как все вопросы решу, там и с тобой все обсудим, подожди меня в приемной.

Бизнесмен вызвал секретаря и начальника охраны. Секретарю поручил профессора, а с начальником охраны закрылся в кабинете.

Эмин служил Беспалову уже давно, своей семьи у него не было, какие-то мутные дела в молодости лишили поддержки родственников, но Юрий Михайлович в душу охраннику не лез, уважал того за честность и решительность, да и несколько грязных совместных делишек навсегда повязали их друг с другом.

- Эмин, ты все слышал? – задал бизнесмен вопрос начальнику охраны, как только дверь в кабинет закрылась.

- Все, Юрый Михалыч, что дэлать с Ольгой? – спокойно спросил горец, намекая на устранение нежелательного свидетеля.

- Ничего, пусть здесь остается, в конце концов, мне пригодится молодуха греть постель. Я позвал тебя решить вопрос с сыновьями, их нужно будет собрать дома, ничего рассказывать им не надо, рановато, просто проверь их ближайший круг. Как только я уточню детали и оплачу этот самый челнок, тогда уже займемся всеми вопросами вплотную.

* * *

Оленька была не дура, далеко не дура, она сразу поняла, что разговор у мужчин серьёзный и то, о чем они говорят это чистая правда. Соображала она быстро, если не ухватить судьбу сейчас, то потом уже будет не просто поздно, потом просто не наступит. Оля выросла в поселке, далеко от краевого центра и уж тем более столицы, но училась в школе хорошо, цель поставила себе с детства стать обеспеченной и ни в чем не нуждаться. Потом поступила в техникум в краевом центре, родители почти не помогали, сами еле концы с концами сводили, девушке пришлось искать всякие подработки, чтобы хватало на жизнь и оплачивать съемную квартиру. От условно бесплатной общаги она отказалась, прожив там меньше месяца: такого дурдома она даже у себя в поселке не встречала, складывалось ощущение, что каких-то дикарей выловили из дикой природы и поместили в клетку, одну большую клетку, а потом следили за экспериментом под названием социализация. Молодежь в основном курила траву, жрала разные «колеса», бухала и трахалась, да так, как в последний раз, будто завтра не наступит. Алкоголь заливали в себя бутылками, блевали и снова пили, курили до потери ориентации в пространстве, падали и истекали слюной или вытворяли вообще страшную дичь: кто-то бегал, кто-то прыгал, кто-то кричал, скулил, пел, кто-то совокуплялся со скоростью и неистовством кролика, выпуклыми глазами смотрящего на приближающуюся смерть в виде хозяина с дубинкой. Об учебе вспоминали только когда поднимался вопрос об отчислении за прогулы или неуспеваемость. Реально учились единицы, такие, как Оленька. Поэтому, как только она нашла нормальную комнату за приемлемую цену, сразу же покинула эту клоаку. Техникум она закончила с красным дипломом. Поступила на заочное обучение в столичный филиал, а потом в итоге сама перебралась в столицу. Там оказалось гораздо сложнее, чем она рассчитывала. Вот тут одна из ее сокурсниц предложила ввести новенькую в определенный круг лиц с конкретными желаниями и расценками. Возмущенная Оленька сразу негативно отреагировала, потому что не собиралась становиться проституткой, но подруга посмеялась над ее глупостью и объяснила наивной колхознице, кто такие содержанки. Оля долго ломалась, до последнего верила, что справится и без подобной помощи, но в итоге стечение обстоятельств не оставили ей выбора. Подруга познакомила ее с одним папиком, который был мягким и нежным, оплатил ее учебу на год вперед и снял нормальную квартиру, но потом уже через полгода она ему наскучила и Оленьку выставили за дверь. Подруга познакомила ее с другим папиком, этот не был таким нежным, но платил и содержал, а что еще надо?! Его хватило на четыре месяца, что-то такое было в Оленьке, что сначала принимали за какую-то таинственность и загадочность, а потом разочаровывались и слали куда подальше. Потом этих папиков было столько, что бедная девушка уже сбилась со счета, ее, как олимпийский факел, передавали с рук на руки, пока она не поняла вдруг, что устала. Ей оставалось доучиться еще один год, на практику устроилась в известную фирму, обслуживающую космопорт, там она и познакомилась с Беспаловым. Девушка была красива, одевшись в модные вещи блистала и обладала определенным шармом, короче бизнесмен был без ума от нее, первое время, потом чары спали, и он стал охладевать к ней. Такая ситуация тяготила Оленьку, но она тянула до последнего, как спортсмен стайер, она уже видела финиш – оставалась защита диплома, а там и нормальная работа, и нормальная жизнь, поэтому она нашла где-то внутри себя скрытые резервы, эдакое второе дыхание, и вцепилась в бизнесмена мертвой хваткой, не зубами, нет, зубы у бульдога, а у нее лишь то, чем наградила природа каждую женщину. Беспалов же оценил преображение девушки и решил пока повременить с расставанием, а тут вдруг это.

Закончив с Эмином Юрий Михайлович позвал Оленьку и сразу сказал, что возьмет ее с собой, но предупредил строго настрого никому ни о чем не говорить, в идеале вообще было бы забрать у нее телефон и запереть у себя дома, но видя с каким воодушевлением девушка готова исполнять его требования, понял, что подобные меры в отношении нее излишни, та, что называется, прониклась.

Глава 2.

Беспалову удалось довольно просто и быстро выйти на контакт с организаторами «Космической одиссеи», как обозначили они сами свое готовящееся мероприятие. Основными инициаторами и спонсорами были семеро миллиардеров США, они согласовали проект космического корабля, его компоновку и многие другие детали, ну и естественно, что каждый из них комплектовал собственный челнок. Всего челноков было тридцать, три из них были зарезервированы для экипажа, общей численностью сто двенадцать человек. Предполагалось, что все пассажиры и не занятые для службы члены экипажа будут находится в капсулах в состоянии анабиоза, а бодрствующая дежурная группа будет вести корабль и поддерживать работу всех систем. Периодичность смены вахты, состав экипажа, его полномочия и возможности не разглашались, да и пассажирам они в принципе были без надобности. Остальные челноки предлагались к покупке богатейшим людям Земли, сама процедура была засекречена, да и средства были необходимы для приобретения деталей и материалов, нужных при строительстве. Самые богатые выкупали челноки полностью, так же, как и Беспалов, узнав стоимость, предпочел выкупить челнок целиком, получив возможность использовать багажное отделение для собственных нужд. Но нашлись и те, кто смог купить лишь пару-тройку мест для себя, своей семьи или родных.

Юрий Михайлович подошел к вопросу формирования своей команды творчески: раз предстоит создавать новое общество на новой планете, лишних людей быть не должно, каждый должен в какой-то мере быть разносторонне развитым. Для этой цели не стал привлекать своих аналитиков, совещался только с Эмином и профессором Листвиновым. Он учел свой интерес, включив в состав Оленьку, для старшего сына Петра и младшего Игоря утвердил партнерш, предварительно прошедших гинеколога, начальник охраны выбрал шестерых крепких и ответственных парней из своего контингента вместе с женами и подругами. Уже имевших детей, предпочли не брать, дети только место займут, да и мороки с ними… Ну и себе Эмин присмотрел достойную девушку, сам то он нескоро бы еще женился, а раз такое дело намечается, то тут стоило со всей серьёзностью отнестись. Хотел конечно Беспалов опрокинуть профессора в последний момент, но в итоге добавив к семье и охране также врача, агронома и ветеринара, согласился, что и повар с архитектором пригодятся, как и сам профессор со своим зятем. Багаж комплектовали семенами культурных растений, рационами, оружием и инструментами, одеждой и палатками, бельем и посудой. Также куратор предупредил, что в их челнок будут загружены несколько маленьких стазис-капсул с автономным источником питания, в них будут размешены детеныши основных домашних животных и яйца домашних птиц, с целью гарантии доставки, подобные капсулы были распределены по всем челнокам. Так, потихоньку распродавая свои активы, бизнесмен тратил деньги на приобретение всего того, что понадобиться на новом месте для строительства поселения и обеспечения жителей на первое время.

Сыновья Беспалова – с детства привыкшие получать все, что пожелают сразу и в лучшем виде, будучи студентами ВУЗов конечно же без явного восторга приняли новость отца о предстоящем времяпрепровождении. У каждого отпрыска были свои планы, устоявшиеся привычки, определенный круг друзей и товарищей, да и прерывать учебу практически посередине семестра было не лучшей идеей. Но родитель был неумолим, не объясняя причин и не принимая возражений он лишь потребовал определиться в кандидатуре спутниц. Для девушек, родители которых не могли тягаться в уровне финансового благополучия с Беспаловым, предложение совместного тура было обнадеживающим, а требование посещения гинеколога вообще выдвигало из разряда подруг в разряд невест, поэтому не воспринималось оскорблением.

Регулярные рейсы грузовых шаттлов перевозили в склады, оборудованные у верфи, грузовые контейнеры, содержащие весь закупленный скарб пассажиров. На орбите Земли, Марса и Луны уже давно были смонтированы орбитальные станции нескольких стран, на которых помимо жилых модулей, стыковочных блоков, складских ангаров были также и верфи, как для ремонта повреждений космических внутрисистемных кораблей, так и для строительства межгалактических. Амбициозные планы по освоению космоса вынашивались давно, поэтому на закладку таких громадин смотрели лишь с неприкрытой завистью, ну а кто-то даже с высокомерной усмешкой. Земляне не хотели выступать единым фронтом в освоении ближайшего космического пространства: часть стран создавали совместные постоянные проекты, делясь технологиями и разработками, или временные, лишь для решения узких задач, предоставляя только необходимую информацию. Постоянное соперничество выплеснулось теперь за границы земного притяжения. Время шло и корабль ударными темпами превращался в то самое средство спасения, на которое лишь у посвященных оставалась единственная надежда. Обнадеживало то, что разработки именно межсистемных перелетов планировались практически с момента уверенного перемещения внутри Солнечной системы. По своей сути эти корабли должны были иметь более мощные двигатели, улучшенную систему жизнеобеспечения, значительный запас топлива, либо оборудования способного его собирать из окружающего пространства, и ресурсов для длительного поддерживания жизни людей в течение межзвёздного путешествия. Немаловажным отличием была и защита от космической радиации, межзвёздной пыли и микрометеоритов: на скоростях лишь в несколько процентов от скорости света даже пылинка становится смертельно опасным снарядом. Поэтому активно шла разработка необходимых новых материалов и технологии защиты.

Поскольку по расчетам комета станет видна даже не вооруженным глазом уже через месяц, принято было решение собраться к старту за две недели до этого. Таким образом ни у кого не возникло бы никаких ассоциаций с приближающейся кометой и улетающим ковчегом.

Чем ближе подходила дата старта, тем нервнее и суетливее становилась обстановка вокруг и внутри верфи космопорта. Все основные покупатели челноков под тем или иным предлогом уже собрались и лишь ожидали отправления. Беспалов тоже был уже в гостинице космопорта, как и все те, кто был зачислен к нему в команду. В день прибытия профессор Листвинов подвел свою семью для знакомства: уже давно не девушка, его супруга Людмила Петровна все еще хорохорилась и строила из себя молодуху, это выражалось в прическе, подборе одежды и макияже и выглядело на вкус бизнесмена глупо, взглянув на нее в первый раз даже не удержался и фыркнул; дочь профессора, Ксения, была по-своему красива, не так, как смазливая кукла Оленька, но глазу было за что зацепиться – брюнетка с длинными волосами, заплетенными в косы, уложенные на голове, чистое лицо, высокая грудь, в меру широкие бедра, строгий деловой костюм выразительно подчеркивал достоинства фигуры; зять Егор ничем особенным не отличался – русоволосый, средний рост, коренаст, подтянут, рукопожатие крепкое, взгляд спокойный, одет презентабельно, но видно, что носит не часто, а потому испытывает дискомфорт. О том, что полет спасительный, а не экскурсионный знали лишь четверо, остальные были уверены, что стали счастливыми обладателями разыгрываемых билетов на ежегодный тур с облетом всех основных планет солнечной системы.

* * *

По поводу предстоящего путешествия в семье Сдобиных случился скандал. Когда тесть сообщил об оплаченной экскурсии, Егор даже поругался с Ксюшей, у него была назначена встреча с потенциальным заказчиком, прибыль по контракту должна была быть просто запредельная, а тут какая-то легкомысленная экскурсия по солнечной системе. Профессор категорически был против того, чтобы посвящать дочь и зятя в детали поездки, он поделился только с женой, всемерно его поддерживающей. Дочери он в ультимативной форме донес, что деньги за экскурсию заплачены немалые, это отличная возможность сойтись теснее с серьезными людьми, возможно, что как раз тут Егор и найдет заказчика своей мечты – двадцатилетний контракт с минимальными издержками. Проблема была в родственниках зятя, их у него было просто невероятное количество, как будто на общем семейном собрании президиум постановил выровнять демографическую ситуацию в стране усилиями одной отдельно взятой фамилии. Геннадий Сдобин, свёкр профессора, настрогал восьмерых детей, а если учесть, что сам он был одним из семерых, представьте только сколько их всего! Естественно, что мальчик бы в здравом уме ни за что не согласился бросить своих многочисленных «любимых» племянников и племянниц, своих детей у них еще не было, поэтому родня нагло эксплуатировала дядю, вечно подкидывая ему своих чад, «не ну а чё, это же родные племяши, своя кровь, ему сложна что-ле?». В итоге они договорились, и ссора сошла на нет.

Егор с Ксенией жили совместно уже больше пяти лет, а в зарегистрированном браке почти три года. Познакомились на каком-то банкете по случаю сдачи объекта: она, как архитектор, он, как исполнитель по монтажу вентиляции и кондиционирования со стороны подрядчика. Типичная случайная встреча переросла в знакомство, потом новый контракт и уже проявление заинтересованности, а там свидание, близость и, наконец, решение сойтись. По началу молодые люди были счастливы, так как вечная занятость на работе, поглощающей все оплачиваемое время и требовавшей много еще и сверхурочного, за которое, в лучшем случае, можно было рассчитывать на похвалу в виде похлопывания по плечу и корявой неискренней улыбки, а так они пересекались дома и вопрос поиска партнера для близости отпадал сам собой. Постепенно подобный образ жизни стал изматывать, как физически, так и духовно: отсутствие нормального отдыха, вечная бессмысленная спешка в попытках успеть все и везде, разочарование от результатов своей работы и отсутствие реального признания. В какой-то момент Ксению прорвало, и она стала закатывать скандал за скандалом: ее перестало вдруг все устраивать, то, как она одевается, что ест, где они живут и на чем ездят, тот выбор вариантов отдыха и времяпрепровождения. Егор не сидел сложа руки, он работал, учился, постоянно стремился узнать что-то новое, но увы, пока ощутимых результатов это не приносило. Окончив уже три разных учебных заведения, он так и не приблизился к своей мечте – найти такую работу, чтобы и деньги приносила не малые и радовала результатом, чтобы удовольствие было во всех смыслах. Кризисы следовали один за одним и приходилось постоянно скакать с места на место, он искал где платят больше и лучше, а потому пребывал в вечном поиске. Ксения же, получив единственное образование, так и продолжала работать в сфере строительства, насколько ее устраивала ее работа она не хвалилась, а вот насколько ее не устраивала работа супруга – жаловалась постоянно. Поэтому и решение жены отказаться от его отличного и перспективного финансового предложения и отправиться в путешествие в ближний космос просто взорвало мозг парню, но рассудив здраво, что так он по крайней мере на время полета отдохнет от всего того дермеца, что подкидывала ему судьба все последнее время, согласился, даже, пожалуй, не скрепя сердцем, а так, лишь проскрежетав зубами, тихонечко, чтобы супруга не услышала.