Саван жертвы

Леон, надев перчатки, направился к двери, и его внимание привлекли двое мужчин, которые сидели у окна и делали вид, что он им не интересен. На улице разразился сильный дождь, и, укрывшись под козырьком, Леон недовольно оглянулся на дверь заведения. Его конь подогнул заднюю левую ногу и прижал уши к голове, совсем не радуясь такой погоде. По дороге проскакал всадник на грязно-серой кобыле, а в окне дома напротив показалось любопытное лицо мальчишки.

Хотелось принять горячую ванну и насладиться вкусным цыпленком, приготовленным Роксаной. Внезапно послышался скрип двери, и сыщик насторожился, когда один из мужчин, наблюдавших за ним внутри заведения, вышел на улицу.

— Ищете, где остановиться? — поинтересовался он.

— Допустим, — ответил Леон, бегло изучив незнакомца. На его лице была грубая щетина, а шрам изуродовал губу и щеку, придавая ему устрашающий вид.

— Меня зовут Салар, — представился он, протянув руку Леону.

— Леон Литтлвуд, — представился сыщик в ответ, крепко сжимая его руку. Салар не спешил отпускать ее и, наклонившись ближе, произнес:

— Я слышал, ты ищешь Закари Дарсона? Этот мерзавец задолжал мне деньги, и, похоже, тебе тоже?

Леон внимательно оглядел лицо собеседника и вытащил свою ладонь из захвата, переводя взгляд на окно, расположенное напротив, где несколько минут назад видел мальчишку.

— Нет, — произнес он, прекрасно осознавая, что Закари ничего не должен этому оборванцу, — это просто обычный карманник. И в данный момент он как раз прощупывал Леона, чтобы подчистить его карманы, как только стемнеет. Ну что ж, если кто-то сегодня так сильно жаждет смерти, почему бы и не удовлетворить это желание? На лице Леона промелькнула ухмылка, и он вновь обратил свой взгляд на Салара. — Я выплачу тебе его долг, но только при условии, что ты ответишь на несколько вопросов.

— Задавай, — ответил Салар, и в его глазах зажглись искорки интереса, несмотря на покраснение от обилия выпитого алкоголя.

— Что ты знаешь о сиротском доме Доллиан?

— Что эта гнилая дыра давно закрылась, — хмыкнул Салар.

— Нет, ты не понял, — холодно усмехнулся Леон. — Что ты знаешь об этом месте?

— Деньги вперед, — хищно оскалился Салар.

Леон достал кошель, намеренно продемонстрировав наличие купюр, подбросил одну монету Салару, но тот продолжал молчать. Леон, нахмурив брови и глядя на него исподлобья, достал еще пару монет и отдал их негодяю.

— Руководил там Бенджамин Флер, — хрипло произнес Салар, кусая монету своим гнилым зубом. — Подонок, каких только свет не видывал. Поговаривают, что он взялся за богадельню после того, как Доллиан сгорел дотла.

— Приют сгорел? — удивленно переспросил Леон.

— Ага, — усмехнулся Салар. — Когда кто-то поджигает что-то, обычно это сгорает, — добавил он, как будто объяснял очевидное.

Салар разразился хриплым хохотом, и Леон, ощутив прилив раздражения, резко повел плечом, отводя прищуренный взгляд в сторону.

— Я сказал всё, что знаю, — произнес карманник, сплюнув в сторону. — Теперь давай мне вторую часть суммы.

— Заплачу ещё больше, если ты отведешь меня туда, где живет Бенджамин Флер, — сказал Леон, с прищуром оглядывая улицу.

Салар, ощутив возможную выгоду, хмыкнул, предвкушая легкую наживу.

— Запросто, — сказал он, уверенно кивая головой. — Иди за мной.

Леон, не раздумывая, пропустил его вперед и последовал за ним, засовывая руки в карманы. Они прошли вдоль постоялого дома, а затем свернули направо в узкий проход.

Там, в полумраке, они встретили куртизанку, прячущуюся от дождя под выступом балкона второго этажа. Она, словно призрак, нежно провела по руке Леона.

— Он проживает на Ривел-Холл, — произнес Салар хриплым голосом, продолжая двигаться вперед. Леон оглянулся: куртизанка все еще стояла там, глядя им вслед.

— Если пойдешь прямо, заметишь серый дом. Там он и живет, — продолжал Салар, — выползает из своей норы по вечерам, чтобы подыскать себе девочку у Изабеллы.

Леон молчал, и карманник, заподозрив неладное, остановился, глянув на него, а затем, уступив дорогу, пропустил его вперед.

Сыщик неторопливо вышел из проулка во внутренний двор и там заметил загон со свиньями. Так вот где Салар задумал расправиться с ним. Очень удобно… Как только эта мысль мелькнула в его голове, Салар вытащил нож и бросился на Леона.

Обладая быстрой реакцией, сыщик успел схватить его за руку и, используя силу, перекинул нападающего через правое плечо. Салар с глухим стуком грохнулся на землю, роняя нож, и Леон, не медля, пнул его подальше, призывая противника подняться.

— Вставай, — потребовал он, ощущая адреналин в крови.

— — Решил помериться силенками, ищейка, — с ухмылкой оскалился Салар, стремительно поднимаясь на ноги и не сводя с него взгляда. Леон не ответил, лишь молча наблюдал за противником. Внезапно карманник бросился на него, замахнувшись кулаком. Леон пригнулся и в ответ ударил его в живот. Салар, согнувшись пополам от боли, отошел на пару шагов, пытаясь обмануть противника своей слабостью; через секунду он бросился сыщику в ноги, опрокидывая его на спину. Они начали борьбу, в которой Леон был даже искуснее, чем в стойке. Он с легкостью выкрутился из захвата и применил ответный удушающий прием. Салар отчаянно боролся за свою жизнь, но вскоре силы его иссякли; хрипя и сжимая челюсти, он ушел из жизни, обмякнув в сильных руках противника. Леон, не проявляя ни капли жалости, оттолкнул его в сторону, сидя обыскал его карманы, забрал монеты, неторопливо встал и подтащил Салара к загону со свиньями, перебросив его тело через изгородь.

Куртизанка, стоявшая у стены, наблюдала за ним со спокойным выражением лица. Леон, подбросив монету в воздух и поймав ее на ладони, подошел к ней ближе.

— Ты девочка Изабеллы? — поинтересовался он, изучая ее лицо. Она кивнула, внимательно оглядывая его в ответ. — Знаешь Бенджамина Флера? — снова спросил он, и она вновь кивнула. Ее пальцы легли на его грудь, и она начала рисовать кружочки вокруг пуговицы его кафтана.

— Оповести меня, когда он навестит вас, хорошо? — произнес он, запихивая монетку между её грудей. Она улыбнулась и, потянувшись к нему, попыталась поцеловать, но он не позволил, хотя она и выглядела весьма привлекательно. — Вторую получишь позже, если выполнишь мою просьбу, — добавил он.

— Хорошо, — промурлыкала она, и Леон, удовлетворенный ее ответом, мягко отстранился. Выйдя из проулка, он хотел было направиться к своему коню, но резко остановился: там, где стояла его лошадь, осталась лишь кучка конского навоза. Подбоченившись, он оглянулся, но куртизанка уже исчезла.

— Ненавижу это место, — выругался он сквозь зубы и, не теряя времени, перебежал дорогу к дому, где видел мальчика в окне. Постучав в дверь, он замер, нервно покусывая губу.

Пока он ждал, когда ему откроют дверь, его взгляд снова упал на кучу навоза, затем на дверь, которая наконец открылась: на пороге дома появилась пожилая женщина, одетая в традиционный чепчик и скромное черное платье прямого покроя. Окинув сыщика внимательным взглядом, она произнесла:

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, — ответил Леон. — Не подскажете, кто проживает в этом доме?

— Здесь живет семья Милгрот, господин, — ответила она.

— Дома ли хозяин?

— Да, мистер Честер сейчас дома. Прошу вас, входите, — с этими словами женщина отступила в сторону, позволяя ему пройти внутрь. Леон снял испачканный кафтан и шагнул в уютный холл. Он быстро окинул взглядом обстановку: несмотря на то что дом выглядел немного старомодно и даже запущенно, в нем ощущались домашняя теплота и уют.

Леон устроился в одном из кресел, предложенных прислугой, и вскоре перед ним предстал Честер Милгрот. На вид ему было около пятидесяти, его виски уже покрылись сединой, а на макушке можно было заметить залысину. Темные круги под глазами говорили о том, что он не слишком хорошо спал в последнее время, а желтые зубы выдавали в нем заядлого курильщика.

— Добрый вечер, — произнес Леон, вставая и протягивая руку для приветствия.

— Здравствуйте, — ответил Честер, — что-то я вас не припомню. Присаживайтесь.

— Меня зовут Леон Литтлвуд, — представился сыщик, усаживаясь в кресло. — Прошу прощения за беспокойство, но только что у меня украли коня от трактира, который находится напротив.

Честер вдруг засмеялся, но вскоре его смех перешел в кашель, и он позвал прислугу, которая находилась неподалеку.

— Дорогая, не могли бы вы принести нам чай? — обратился он к женщине, которая кивнула и поспешно ушла.

— Чем же я могу вам помочь? — спросил Честер, когда они остались наедине. — Хотите одолжить у меня нового коня?

— На самом деле, я намерен вернуть своего, — ответил Леон с улыбкой. — Несколько минут назад, перед тем как мой конь исчез, я видел мальчика в одном из ваших окон, и у меня есть предположение, что он мог видеть, кто увел моего коня.

Честер с доброй улыбкой на лице дождался, когда прислуга принесет чай, и самостоятельно разлил его по кружкам, после придвинул одну из кружек Леону, а из второй отпил немного, наслаждаясь теплом напитка.

— Гости — это настоящая ценность в нашем доме, — произнес он, вздыхая с легкой ноткой ностальгии. — Не удивляйтесь, если я покажусь вам немного назойливым.

Леон, сидя напротив, ожидал ответа на свой вопрос, но быстро осознал, что не получит его, пока не осушит свою кружку до дна. Он поднял чашку и сделал небольшой глоток, чтобы порадовать хозяина дома.

— Я думаю, что вашего коня уже не имеет смысла искать, — с сожалением произнес Честер, глядя на Леона. — Поверьте мне, он, скорее всего, уже продан. Это все дело рук банды Питерсона, они занимаются конокрадством.

— Майкл, подойди-ка сюда! — позвал он.

В двери показался мальчишка, и Честер подозвал его ближе. Мальчик с любопытством в глазах подошел к дедушке, и Леону он показался очень знакомым: где-то он уже видел эти глаза.

— Этот дядя говорит, что ты видел его лошадь. Скажи, ты видел ее? — спросил Честер, наклонившись к нему. Майкл кивнул головой.

— И ты видел, кто эту лошадь забрал? — спросил Честер.

Мальчик опять кивнул и ответил с невинным выражением на лице:

— Тетя в красном платье.

Леон не смог сдержать улыбку, а Честер, погладив мальчика по спине, вручил ему яблоко.

— Молодец, теперь можешь идти играть, мой маленький друг, — сказал он с теплотой.

— Благодарю, — кивнул Леон мальчику, который с радостью побежал прочь.

— Вы к нам по делу? Или, возможно, в гости к кому-то? — поинтересовался Честер.

— Я направляюсь к миссис Дарсон, — ответил сыщик, рискнув предугадать, что тётка была сестрой отца Аманды. Честер, услышав это имя, оживился.

— Ах, так вы знакомы с дорогой Нинэль? — воскликнул он с радостью.

— Да, — подтвердил Леон, улыбаясь в ответ. — Я так спешил, что загнал своего коня, и в итоге мне пришлось остановиться у постоялого двора, чтобы немного отдохнуть и смочить горло. Но, к сожалению, пока я там отдыхал, моего коня стащили.

Леон хохотнул и развёл руки в стороны, изображая из себя обычного городского франта. Честер, заметив его игривое настроение, поспешил успокоить его, произнеся:

— Не переживайте, я предоставлю вам экипаж с извозчиком, — спохватился Честер. — Вы из Бальварона?

— Нет, — качнул головой Леон. — Мои корни уходят гораздо глубже, — добавил он, уклоняясь от подробностей.

— Понимаю. У моего отца дед из Йоркстауна — представьте себе, какая это задница мира. Я его ни разу не видел! — ответил Честер и разразился громким смехом.

— Иногда лучше не знать своих родственников, меньше хлопот, — ответил Леон, отпивая чай и ставя кружку на стол.

— Согласен с вами, — воскликнул Честер, — какой же вы чудесный человек! Надолго ли вы к Дарсонам?

— К сожалению, нет, — произнёс Леон, прижимаясь к спинке кресла и закидывая ногу на ногу.

— Простите, вы, наверное, торопитесь, а я задерживаю вас своей болтовней! — спохватился Честер, звякнув колокольчиком.

В комнату вошла служанка, сначала взглянув на Леона, а затем на своего господина.

— Слушаю вас, — произнесла она.

— Подготовьте экипаж для нашего гостя, он спешит к Нинэль Дарсон! — уверенно приказал Честер.

— Хорошо, — кивнула женщина.

— Как мне вас отблагодарить? — спросил Леон.

— Что вы! Друзья Нинэль — мои друзья! Но если вы навестите старого пройдоху Честера еще раз, буду искренне благодарен!

Леон улыбнулся, встал и неловко вздохнул, сцепив пальцы в замок за спиной. Неплохой человек этот Честер, а ему пришлось нагло врать. И чем же он лучше тех, кто лгал ему?

К дому Нинэль Дарсон он подъехал через тридцать минут. Нужно было торопиться, ведь совсем скоро ему предстояло встретиться с Закари — он придет, Леон не сомневался в этом, ну а пока он продолжит свою маленькую ложь.

Нинэль, сидя напротив него, выглядела очень печальной.

— Это ужасное горе, — произнесла Нинэль. Её глаза были полны слез. Она действительно оказалась милой женщиной, но печальные известия о смерти Аманды отразились на её добром лице. — Бедная девочка, я её так любила, — добавила она, вытирая слезы платком.

— Я знаю, что Закари любил её, — осторожно сказал Леон. — И я точно уверен, что он мог бы помочь мне в поисках убийцы Аманды.

Нинэль несколько минут молчала, всматриваясь в его лицо, как будто пытаясь прощупать, можно ли доверять этому мужчине. Затем, смахнув слезу с щеки, она произнесла:

— Все считают, что это он виноват в её смерти.

— Я так не считаю, — заявил Леон. — Ведь это не так, правда?

— Если я открою вам правду, это будет означать, что я укрываю своего племянника? — спросила она, пристально глядя на него.

— Сделаем вид, что вы уже ответили на мой вопрос, — с легкой улыбкой произнес Леон. — Он приходил к вам? — спросил он, поднимая бровь в ожидании ответа.

— Да он приходил, вернее, — произнесла Нинэль и, немного понизив голос, добавила: — Он оставил записку на пороге моего дома.

— Вы покажете мне её? — спросил Леон.

— Простите, я сожгла её, так он попросил в письме, — ответила она. — Вы посадите Закари?

— Если он виновен, то да, — ответил Леон.

— Он не убивал её, — произнесла Нинэль, глядя ему в глаза с жалостью и надеждой.

— Я вам верю, но мне нужны доказательства, — кивнул Леон. — Что вы знаете о приюте Доллиан, кроме того, что он сгорел и что им управлял Бенжамин?

— Я особо не интересовалась этим местом, — пожала плечами Нинэль. — У нас приличная семья, и все наши детки жили с нами.

Леон задумался, прокручивая в голове её слова. Если у них была такая идеальная жизнь, тогда по какой дорожке шла Аманда, раз получила такие увечья?

Похоже, Нинэль Дарсон была совершенно не в курсе некоторых аспектов жизни своей семьи, и Леон не собирался разочаровывать ее горькими подробностями. Он провел в ее доме всего несколько часов, после чего, когда на улице уже совсем стемнело, покинул его, а через двадцать минут уже сидел на лавочке у храма, куда должен был прийти беглец Закари. Ужасно болела голова, и ему снова пришлось прибегнуть к мандрагоре, чтобы хоть немного облегчить страдания. Внимательно осмотрев пузырек с лекарством, он отпил больше положенного и убрал его в карман, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

Прошло уже пятнадцать минут, но в тишине, нарушаемой лишь пением птиц, не было слышно ни одного звука человеческих шагов. Ну что же, похоже, с Закари разобрались так же, как и с Амандой, — это сильно осложняло дело. Нахмурив брови, Леон встал, собираясь уйти, но вдруг его внимание привлек чей-то шепот.

— Сядьте на место, мистер Литтлвуд, — произнес кто-то из кустов сирени, растущих позади лавочки, на которой сидел сыщик. Леон замер, послушно сев обратно.

— Только не поворачивайтесь и делайте вид, что вы тут один, — продолжал мужчина. — Предупреждаю, я вооружен, не делайте глупостей.

— Осторожно, Закари, — тихо произнес Леон, стараясь сохранить спокойствие. — Не натвори глупостей, ведь пока тебя еще можно спасти.

— Зачем вы искали меня?

— Той ночью, когда погибла Аманда, был кто-то еще. Ты видел этого человека?

— С чего вы взяли, что я вообще был с Амандой?

— Закари, — прошипел Леон.

— Не оборачивайтесь! — тут же пригрозил юноша, шевеля ветками куста.

— Я хочу найти убийцу, — сказал сыщик, опираясь локтями на колени и слегка наклонив голову.

— Хорошо, я расскажу вам, как все было, — ответил Закари и снова зашуршал листвой. — Мы с Амандой хотели сбежать из этого проклятого города, все из-за чертовой банды, которая преследовала нас.

Леон, сосредоточившись, навострил слух, стараясь не упустить ни единого слова. Он краем глаза следил за прохожими, которые, как назло, начали шастать туда-сюда, а Закари каждый раз смолкал, опасаясь, что его услышат.

— Мы с Амандой… любили друг друга, понимаете? Ну, не как брат с сестрой… Но она связалась с плохими людьми, которые грабят, насилуют и даже убивают.

— Это как-то связано с мертвыми девочками?

Закари тихо засмеялся, и, немного повысив голос, он сказал:

— Господин сыщик, похоже, вы совсем запутались, — прошептал он и затих. Леон нахмурился, действительно ни черта не понимая.

— Закари?

— Ш-ш, не называйте мое имя.

— В тот вечер мы направлялись к вам. Аманда хотела попросить вас о помощи, но на нас кто-то напал. Я не смог разглядеть его лица. Он стоял там, смотрел на дом, где вы снимали комнату. Мы случайно наткнулись на него, и я даже не успел понять, что происходит, как он ударил меня. Я потерял сознание.

— Что Аманда хотела рассказать мне?

— Он убил мою Аманду, — продолжил Закари, предавшись воспоминаниям и совсем не слыша сыщика. — Он набросился на нее, как дикий зверь, а я не смог ей помочь, не смог спасти. Я очнулся от ее истошного крика и увидел, что она мертва. Что я мог сделать в тот момент? Я хотел остановить его, найти его и отомстить, но мне пришлось бежать. Никто не поверил бы мне, если бы увидел меня рядом с мертвым телом.

— Закари, что Аманда хотела рассказать мне?

— Я не знаю, она сказала, что это поможет вам поймать убийцу, — всхлипнул Закари.

— Откуда у нее следы бичеваний на спине?

— Я не знаю…

— Знаешь! Ответь мне!

— Я не знаю…

— Черт побери, назови его имя! — не выдержал Леон. — Этот человек из банды, о которой ты говорил? Кто ее убил?

— Нет, нет, поверьте мне. Мы всех обманули, — прошептал он, и в его голосе слышалась паника. — Никто не догадывался о нашем побеге. Это не они, точно вам говорю.

— Что именно собиралась сообщить Аманда? Кто эти бандиты? Они под контролем Бенджамина?

— О, нет, нет, этот извращенец — лишь пешка в этой игре. Подумайте, Леон. Хорошенько обдумайте всё. Спросите Генри, он тоже платит им…

— Что? — в недоумении произнес Леон. — Назови все имена!

— Генри, Лициниан Даглас, милашка Хьюман, Жобер Маргус.

Имена, которые он произносил, возникали в сознании сыщика яркими образами, и с каждым новым упоминанием его сердце замирало от злости.

— Роксана, — тихо произнес Закари, закончив свой список, и Леон, закрыв глаза, выдохнул. — Те люди, которые им угрожают, держат монополию. Они очень опасны, и вам лучше уехать, пока не поздно.

Леон сглотнул, с отчаянием глядя на свой сжатый кулак. Проклятый лживый город сведет его с ума.

— Кто убил девочек? — холодно спросил он.

— Понятия не имею, но это не их стиль. Подумайте сами, зачем им привлекать в свой город сыщика, который может выйти на след банды и портить им дела? Нет, нет… Это какой-то психопат, который творит свои грязные делишки. Вы вышли на след банды лишь после смерти Аманды — она была единственной, кто выделялся среди других жертв, но убийства детей и злодеяния банды — это совершенно разные истории, господин сыщик. Говорю вам, тут дело нечисто… Проклятый город…

Отлично, в этом городе блуждает повернутый на всю голову маньяк и бандиты-монополисты. Просто чудесно!

— Шрамы на спине Аманды как-то связаны с сектой? Ты когда-нибудь замечал за ней странности? Или, может, она что-то говорила?

— Я же вам сказал: подумайте хорошенько, господин сыщик. Я рассказал вам всё, что знал, а теперь мне пора уходить. Не пытайтесь меня найти — это будет бесполезно.

Леон обернулся, но юноша уже исчез. Встав на ноги, сыщик залез в кусты, затем обошел их, осматривая темноту улицы. Неистовая ярость охватила его разум; хотелось поставить этих лживых людей вдоль стены и поочередно пустить пулю в голову каждому. Вдохнув поглубже, он попытался успокоиться и направился в трактир — единственное место в этом городе, где можно было забыться и выпить.

Когда он вошел внутрь, трактир сразу же «обнял» его приглушенными голосами и звуками музыки. Заказав бутылку виски, Леон оглянулся, осмотрев посетителей.

— У вас есть свободные комнаты? — спросил он, возвращая внимание к трактирщику.

— Да, хоть две, — ответил трактирщик, бросив быстрый взгляд за спину Леона. — По лестнице направо, первая дверь. Это самая лучшая комната.

Оглянувшись, Леон проверил, кто привлек внимание трактирщика, и заметил ту куртизанку, которая должна была сообщить ему о Бенджамине. Он уже и забыл о ней. Заплатив за виски и комнату, Леон прошел мимо девушки, всем своим видом призывая ее следовать за ним, и поднялся на верхний этаж.

Открыв дверь комнаты, он первым делом снял верхнюю одежду — камзол и жилет, бросив всё это на стул. Затем, откупорив бутылку виски, он выпил прямо из горла, чувствуя, как алкоголь обжигает гортань и успокаивает нервозность. Он поставил бутылку на комод и склонил голову, упираясь ладонями. Куртизанка подошла к нему сзади, прижимаясь к его спине и ласково обнимая его.

— Ты просил узнать о Бенджамине, — прошептала она мягким приятным голосом, забираясь под его рубашку и поглаживая его пресс. Леон, вновь выпивший, надменно глядел на её отражение в зеркале, стоявшем на комоде. Она продолжила говорить: — Он сейчас в доме Изабеллы, развлекается с Люсиль… Тебе тоже не мешало бы расслабиться, красавчик.

Ее ладонь спустилась ниже пресса. Леон повернулся к ней лицом, и девушка нежно поцеловала его в губы. Её шаловливые ручки, исследуя его тело, начали неторопливо расстегивать пуговицы на его штанах. Он почувствовал возбуждение, но все же остановил её, взяв за руку.

— Сначала ты вернёшь моего коня, — сказал он, глядя ей в глаза.

Девушка улыбнулась, глядя на него с интересом и желанием.

— Ты еще не расплатился, но, знаешь, мне не нужны твои деньги, — прошептала она, оглядывая его. — Я видела, как ты убивал, милый. Расплатись со мной натурой… Твое сильное тело вызывает у меня нестерпимое желание.

— Верни мне моего коня, милая, — ответил он. — Иначе завтра я надену на твои прекрасные тонкие запястья кандалы, и вертухаи в казематах будут расплачиваться с тобой натурой сутками напролет, — холодно улыбнулся он.

Девушка резко вырвала свою руку из его и с обидой взглянула на него.

— Кто знает, где твой конь? Таких породистых с руками отрывают, я не знаю, где он.

Он продолжал холодно смотреть на нее, не отрываясь, и она, прочувствовав его взгляд, поджала губы и склонила голову.

— Ты не мог вспомнить о своей кляче после того, как мы займемся любовью? Думаешь, я всем подряд раздаю скидки?

— Убирайся, — усмехнулся он, отвернувшись и потянувшись к бутылке. Девушка фыркнула с недовольством, жадно окинув его спину взглядом, и направилась к двери.

Открыв ее, она остановилась и громко произнесла:

— И не надейся, милочка, этот самец сегодня не оплодотворяет!

Леон, не понимая, к чему она это сказала, обернулся и увидел Роксану. Его дыхание замедлилось, он даже не сразу поверил, что видит ее наяву, списав все на галлюцинации, вызванные слишком большим количеством лекарства из мандрагоры, — но это правда была она, стояла в дверном проеме, реальная и живая.

Куртизанка, бросив взгляд на молчаливую Роксану, оценивающе осмотрела ее с головы до ног, а затем, обходя девушку, столкнулась с Генри.