Пьесы

И еще дуется на меня, что я его жену обозвал. Оно бы

знать, то, конечно… А теперь чего: слово – не воробей…

Б о р и с (входя в кабинет). Разрешите, Людмила Васильевна?

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а (пристально, с неудо-вольствием смотрит на Бориса). Борис Петрович, неле-пая у нас с вами вышла ситуация. Я имею в виду – на

даче. Вы меня понимаете?

Б о р и с. Да… то есть, нет… то есть…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Я – ваш начальник, вы – мой подчиненный… Вот, работали как-то, ничего

не ведая… И тут, вдруг, вы оказываетесь другом Андрея… Наши с вами танцы… Нелепые откровения…

Ведь мы не сможем с вами теперь… (Разводит руки в

стороны, подбирает слова.) Я ваш начальник…

Б о р и с (мучительно). А вы – мой подчиненный…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Что?!

Б о р и с (заикаясь). Т-т-то есть, наоборот.

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. М-да… А мне нуж-но быть требовательной ко всем, и к вам в том числе…

Как же быть?

Борис переминается с ноги на ногу, разводит руками в

крайнем смущении.

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Да вы садитесь, в

ногах смысла нету. То есть как ее, этой… правды.

Б о р и с. Да уж, какая здесь правда. (Садится на

стул у двери.)

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Нет-нет, садитесь

вот сюда. Садитесь ближе.

Борис с большой неохотой подходит. Садится.

Ну, так что же мы будем с вами делать?

32 Алексей ДЬЯЧКОВ

Б о р и с (бормочет). Да, нелепо все получилось…

Нехорошо, неожиданно… Кто бы мог подумать, что Ан-

дрей и вы… И вот… Да, нелепо…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Буду с вами откро-венной, Борис Петрович, вместе нам с вами теперь работать нельзя. Я – начальник…

Б о р и с (задумчиво). А вы – подчиненный…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Что?..

Б о р и с (спохватываясь). То есть – я… подчиненный…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а (ходит по кабинету).

А я должна быть требовательной… должна, так сказать… Что делать? Такое время… Начальство требует с

меня, а я должна требовать с подчиненных…

Б о р и с (ерзает на стуле). Да, я понимаю.

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Вот что я вам предлагаю…

Борис берет со стола лист бумаги, чтобы писать заявление.

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Нет-нет, Борис

Петрович, ну что вы. (Забирает у него лист). В нашем

филиале нет начальника отдела… Это и должность, и

приличная зарплата… Это и выход для нас обоих, вы

согласны?..

Б о р и с. Как же я смогу? кто ж меня?..

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Вот об этом я и хотела с вами поговорить… От меня кое-что зависит, и

начальство прислушивается к моему мнению… Но ведь

этого мало, понимаете?!

Б о р и с. Да… Н-нет…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Дело в вас.

Б о р и с. Во мне?

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Да, как ни стран-но… И в этом ничего удивительного… Вам нужно…

Нет, вы хороший специалист и все такое. И красный

Случай с Анучкиным 33

диплом у вас. И вы справитесь – я уверена… Но вам

нужно стать… солидней, что ли… уверенней в себе…

Специалист специалистом, а ведь начальство смотрит, как говорится, и на одежку, и на осанку. Ведь, как у Чехова – помните?.. Представительности вам не хватает и

вот… уверенности в себе… Ведь вот на даче (кокетливо

поправляет на груди складку костюма), на даче вы… так

твердо вели меня в танце, были так раскованны, не по-

боюсь этого слова – импозантны…

Б о р и с (в сторону). Да уж, там я был в ударе. Когда перед тобой тигр, нет как ее – пантера, волей-неволей будешь вести себя смелей, чтобы не дать себя

слопать.

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Что вы говорите?

Б о р и с. Да, на даче не хорошо получилось. Не

знаю, как вышло…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Ну-ну-ну, Борис

Петрович… Вы только одеваетесь… Костюм у вас… И

галстук вы не носите… Да, и сутулитесь…

Б о р и с (бормочет). Годы идут, жизнь прошла…

Думаешь что вот уже и все…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Ну, зачем вы так…

В наши годы жизнь, как говорится, только начинается, а

вы… И прическа… очень у вас запущены волосы. Вам

нужно сделать стрижку. Знаете, сейчас носят (показывает руками на голове) эдак… В наши годы нужно бороться. Побеждает сильнейший. Нельзя так опускать руки.

Б о р и с. Так, значит, заявление мне не писать?

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Нет-нет, Борис

Петрович… Но, мы с вами договорились?..

Б о р и с (неуверенно). Я попробую

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Да-да, постарайтесь. Да, и – сегодня. Сегодня зайдите в магазин, купите

костюм, в парикмахерскую зайдите… да и галстук, гал-

стук… А с работы я вас отпускаю сегодня. Идите и пре-образитесь.

34 Алексей ДЬЯЧКОВ

Борис выходит с лицом – как будто его стукнули кирпичом

по затылку. Петька подслушивал у двери.

П е т ь к а. Ну, продраила тебя наша… У тебя лицо, как будто тебя кирпичом по затылку треснули… Тебе

нужно выпить или валерьянки, или, лучше, водки.

Б о р и с. Давай.

П е т ь к а. Ага, я сбегаю.

Б о р и с. Стой, не надо – и так голова кругом… (Задумчиво ходит взад-вперед.) Да, Петька, жизнь как-то кру-титься стала – быстро. (Крутит вверх выставленным пальцем над головой.) Живешь, живешь, никого не трогаешь, и вдруг – ба-бах. А?

Вечер того же дня. Квартира Анучкиных. Б о р и с входит

домой – в новом костюме, в шляпе, модно подстриженный.

М а р и я С е р г е е в н а (глядя на него с изумлением).

Бобик?! Боже мой! Что это?! Что случилось?! Ты сам на

себя не похож! Я бы тебя не узнала, если бы не твои

уши. Определенно что-то случилось. Что?! Что?! Говори

немедленно, или у меня будет удар!

Б о р и с. Ну уж, удар. Не волнуйся. Такая чепуха со

мной в последнее время, что я чувствую, что это со мной

случится удар. Жил себе жил спокойно, и тут на тебе –

голова кружится от всего, что происходит.

М а р и я С е р г е е в н а. Но что?! Что случилось?!

Объясни, пожалуйста, иначе и у меня тоже голова сейчас начнет кружиться.

Б о р и с (плюхается в кресло). Случай. Черт возьми, какой идиотский случай.

М а р и я С е р г е е в н а. Да какой еще случай?

Б о р и с. Ну, помнишь, на даче?..

М а р и я С е р г е е в н а. Ничего не понимаю, причем тут дача?

Б о р и с. Ну, Андрей и… и Людмила Васильевна…

Случай с Анучкиным 35

М а р и я С е р г е е в н а. Да при чем тут все это?!

Б о р и с. Меня хотят повысить.

М а р и я С е р г е е в н а. Не понимаю. Кто тебя хочет повысить? Куда? За что?

Б о р и с. Ну, видишь ли… Людмила Васильевна…

Она… Она… Вот…

М а р и я С е р г е е в н а. Не понимаю, при чем тут

Людмила Васильевна?!

Б о р и с. Ну, она… хочет меня повысить.

М а р и я С е р г е е в н а. За что?!

Борис растерянно-задумчивый, мнется, не знает, как рассказать .

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик, ты от меня что-то

скрываешь. Не могу. (Машет ладошкой на лицо.) У меня

уже предчувствия. Говори. У меня уже голова идет кру-

гом. И сними эту дурацкую шляпу.

Борис снимает шляпу, теребит ее в руках.

М а р и я С е р г е е в н а (видит его новую прическу).

Что это?! Что у тебя на голове?!

Б о р и с. Зашел в парикмахерскую. Прическа. Не

помню, как называется. Но, говорят, модная. Это для

солидности.

М а р и я С е р г е е в н а. Я так и думала: у тебя -

роман. Ты так изменился за эти два дня… Или я не за-

мечала… У меня ноги кружатся. (Тяжело опускается на

соседнее кресло), и голова подкашивается. Говори: кто

она?! Я перед смертью хочу это знать.

Б о р и с. Господи, Маша, все не так как ты думаешь.

Вот я тебе сейчас все расскажу, и ты все поймешь, что я

ни в чем перед тобой не виноват.

М а р и я С е р г е е в н а (трагедийно обхватывает

голову руками). Когда человек оправдывается – это зна-

36 Алексей ДЬЯЧКОВ

чит, что он очень виноват… Но, говори. Я еще минут

пять как-нибудь выдержу. У тебя есть пять минут. Не

забудь вызвать «скорую», когда чувства покинут меня, когда я буду умирать. Нет, вызови ее сейчас. Пока они

доедут, пока поднимутся к нам на этаж… Ах, они не до-

едут за пять минут. Пока они соизволят приехать, пока

то да сѐ, я уже буду мертва. Что же делать – такова

жизнь. Только не надевай на мои похороны эту ужасную

шляпу. Она тебе не идет.

Б о р и с (глядя на шляпу в руках). А по-моему, хорошая шляпа.

М а р и я С е р г е е в н а. Причем тут шляпа?! Я

умираю, а он думает о какой-то шляпе.

Б о р и с. Да ведь ты сама сказала – шляпу не наде-

вать…

М а р и я С е р г е е в н а (встает и грозно нависает

над Борисом). Кто она?! Говори или я прежде убью тебя, а уж потом умру сама.

Б о р и с. Да ведь, Маша … (Горячится.) Все это не

стоит выеденного яйца… Верней, стоит, но не в том

смысле, в каком ты… Я не понимаю, про какую «она»

ты говоришь. И уж кому нужно умирать, так это – мне.

Потому что все это связано с работой…

М а р и я С е р г е е в н а (словно оживает). Так никакой женщины нет?

Б о р и с. Нет, и не было. И ты напрасно все это себе

выдумала. Я ведь любил тебя и люблю. Это у меня всѐ

на работе проблемы.

М а р и я С е р г е е в н а. Фу, Бобик. (Облегченно

вздыхает.) Как ты меня напугал. Ну, что – на работе, на

работе всегда бывают проблемы, это не смертельно. По-

клянись, что у тебя никого нет, и я успокоюсь.

Б о р и с (устало). Я клянусь тебе, Маша.

М а р и я С е р г е е в н а. Вот и славно. (Треплет Бориса за щеки.) У меня голова перестала кружиться. (Улыб-нулась.) Поцелуй меня.

Случай с Анучкиным 37

Борис подходит. Долгий поцелуй.

М а р и я С е р г е е в н а (расслабленно-нежно). У

меня опять кружится голова. Я так счастлива. Ты у меня

– чудный. И костюм тебе идет. Шляпа?.. Ну так что?

Можешь надевать свою шляпу, если она тебе так нравится…

Б о р и с. Да, но я тебе ничего не рассказал…

Звонит телефон. Мария Сергеевна подходит, берет трубку.

М а р и я С е р г е е в н а. Але…Так… Что?! (Ужа-саясь.) Когда?! Как же так? Сколько? Все?! (Бросает

трубку.) Ах, это ужасно! Вздор какой-то.

Б о р и с. Что случилось?

М а р и я С е р г е е в н а. Это несносно. Звонила

мама. Сказала, что папа сбежал с дачи.

Б о р и с. Как сбежал?!

М а р и я С е р г е е в н а. Так, сбежал. И деньги все

стащил. Помнишь, в шкафу лежали деньги на дрова и на

взносы… Ах, у меня опять голова кругом. Это несносно.

То – одно, то – другое. В его-то возрасте выкидывать

такие номера. Что делать, Бобик, что?!

Б о р и с (пожимает плечами). Ну, не знаю…

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик, ты должен знать!

Нужно найти его, пока он что-нибудь не выкинул. Подумай хорошенько.

Б о р и с. Ну… вероятно… Если он взял деньги…

Ах, черт возьми, да откуда я могу знать. Да пошел в какой-нибудь ресторан в городе. Не поедет же он в Монте-Карло. Верней, зная твоего отца, можно было бы предположить и это, но ему не хватит на это денег.

М а р и я С е р г е е в н а. Ах, Бо-Бо, ты у меня гений. Едем.

Б о р и с. Куда, Маша?

М а р и я С е р г е е в н а. В ресторан.

38 Алексей ДЬЯЧКОВ

Б о р и с. Но их в городе… А если еще посчитать

бары, боулинги и…

М а р и я С е р г е е в н а. Мы объедем все, что

можно. Я не допущу, чтобы он тратил деньги на… о-о-о, он это может. Старческий моразм вкупе с папиной

необузданной энергией. Ты представляешь, что может

быть?!

Б о р и с. Ну, я не знаю…

М а р и я С е р г е е в н а. Вот именно, такое и представить трудно. Нужно найти его, пока он ничего не выкинул.

Б о р и с. Да, но я тебе не рассказал… Видишь ли в

чем…

М а р и я С е р г е е в н а. Потом, Бобик. Потом.

Нужно принимать меры. Я его знаю. Это кончится или

полицией, или грандиозным скандалом. А скорее всего и

тем и другим вместе. Или еще чем-нибудь, более ужас-

ным.

С т а р и к в костюме, в шелковом шарфе на шее, не спе-ша, уверенно входит в ресторан, осматривается.

С т а р и к. Не Монте-Карло, конечно. Однако, разве

это деньги. (Бьет себя по карману.) С такими деньгами по

серьезному не рванешь. Машка будет рвать и метать, они там что-то купить со своим Бо-Бо хотели. А я что, собака, сидеть на этой даче как привязанный? Я, может

быть, свободный человек и не нанимался дышать этим

чудесным загородным кислородом. Я задыхаюсь от их-него кислорода. (Видит за столом у окна молодую раскра-шенную особу). Однако, вон там, за столиком, справа, ничего, хорошенькая.

Подходит о ф и ц и а н т.

О ф и ц и а н т. Позвольте предложить вам столик?

Случай с Анучкиным 39

С т а р и к (глядя на девицу). Нет-нет. Спасибо, милейший. Не нужно. (Подходит к девице, отодвигает стул).

Скучаем?

Д е в и ц а. Ждем.

С т а р и к (присаживаясь, притворно вздыхая). Да, мы

все чего-то ждем.

Д е в и ц а. Кого-то.

С т а р и к. Такова жизнь. Судьба редко дает нам

шанс.

Д е в у ш к а. Чего?!

С т а р и к. Я говорю, вот так ждешь, ждешь, а время

идет. И можно не дождаться…

Подходит официант. Старик делает большой заказ.

Д е в и ц а (первый раз взглядывает на старика с некоторым интересом). Чем занимаешься, папаша?

С т а р и к (небрежно-устало). Чем еще заниматься в

наше непростое время. Кое-какой бизнес, то-се…

Д е в и ц а. Чѐ, богатый? (Откидывается на спинку

стула, закидывает ногу на ногу).

С т а р и к. Не бедный.

Официант приносит закуски, расставляет на столе.

Д е в и ц а. Не лопнешь, папаша?

О ф и ц и а н т. Что будете пить?

Старик (спрашивает у девицы). Что будем пить?

Д е в и ц а (хмыкает). Коньяк.

С т а р и к. Коньяк, будь добр, милейший. И – луч-

ший.

Официант уходит.

С т а р и к. Тебя как зовут?

Д е в и ц а. Зовут меня, папаша, Анной.

40 Алексей ДЬЯЧКОВ

С т а р и к (закидывает ногу на ногу). Жизнь, Анюта, коротка. Нужно жить на полную. Люблю гульнуть в

свободное от бизнеса время.

Официант приносит коньяк. Разливает в рюмки. Выпивают.

С т а р и к. В сущности, что нужно человеку?.. Что-

бы рядом был другой человек. Надежный, верный, на

которого можно было бы положиться.

Д е в и ц а. В каком смысле?

С т а р и к. Смысл один: ты – одинока, я – одинок…

Д е в и ц а (хмыкает). Папаша, тебя мамаша-то дома

не ждет?

С т а р и к (печально). Увы, я одинокий, несчастный

человек. А деньги что же… Деньги не делают человека

счастливым.

Д е в и ц а. А что – делает?

С т а р и к. Вот увидел вас и «все былое в душе от-

жившей…»

Д е в и ц а. Закусывай, папаша.

Выпили еще. Девица загрустила.

Д е в и ц а. Скучно, папаша… Вот так живешь, жи-

вешь… Жизнь проходит мимо… А хочется жить, хочет-

ся праздника.

С т а р и к. Точно – праздника! Я им говорю:

«Скушно! Чахну!» – а они…

Д е в и ц а. Кто?

С т а р и к. Сукины дети, вот кто! Вот как ты это

точно про праздник. Выпьем! Выпьем за взаимопонима-

ние! (Чокаются. Выпивают.)

Входят быстро, запыхавшись Б о р и с и М а р и я С е р-г е е в н а.

Случай с Анучкиным 41

М а р и я С е р г е е в н а. Это – последний. Если и

здесь его нет, то тогда не знаю… Не ехать же нам… ку-да ты там сказал?

Б о р и с. В Монте – Карло.

М а р и я С е р г е е в н а. Вот именно. (Всматривается в сторону столика, где сидят старик с девицей, отворачивается резко.) Бобик – это он. Вон там – за столом.

Не смотри. Я так и знала. С отвратной какой-то девицей.

Подходит официант.

О ф и ц и а н т. Позвольте предложить вам столик.

М а р и я С е р г е е в н а. Столик?! Предложите

мне стул, меня не держат ноги.

О ф и ц и а н т. Пожалуйста . (Подводит их к бли-жайшему столику, усаживает Марию Сергеевну.)

С т а р и к (заметив их). Вот черт. Нелегкая их носит.

Д е в и ц а. Кого?

С т а р и к (меняет встревоженное выражение лица на

беззаботное). А-а… Родственники. И ходят и ходят…

Дай денег, дай денег… Всех не облагодетельствуешь, моя милая. И здесь выследили . (Выпивает рюмку коньяку.) Не дают, знаешь, отдохнуть по-человечески. Бизнес ведь

он засасывает, а я уже не молод…

Д е в и ц а. Да уж.

С т а р и к. Хочется расслабиться. Вырваться хоть

на Багамы. Но чтобы на полную катушку. Ты как, Анюта, на Багамы?

Д е в и ц а. На Багамы – хорошо.

Борис с Марией Сергеевной поглядывают на старика.

С т а р и к. Вот ведь смотрят – ни минуты покоя.

Потанцуем?

Д е в и ц а . Потанцуем, папаша.

42 Алексей ДЬЯЧКОВ

Танцуют.

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик, пойди, забери у

него деньги. Не видишь? Он же всѐ потратит, смотри, какая с ним…

Б о р и с. Неудобно, Маша. Люди кругом… Да ведь

он и не отдаст.

М а р и я С е р г е е в н а. Ты же мужчина. Ну… ну

вызови его в туалет… Не сидеть же и смотреть, как эта

особа…

К Борису и Марии Сергеевне подходит официант.

О ф и ц и а н т. Что будем заказывать?

М а р и я С е р г е е в н а. Что? А-а, нет-нет, ничего…

О ф и ц и а н т. Уважаемые, у нас не принято…

Нужно что-то заказать. Просто посидеть можно и в

сквере на лавочке.

М а р и я С е р г е е в н а (толкает Бориса под столом

ногой). Бобик, нужно что-то заказать.

Б о р и с (разозлено официанту). Водки!

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик?!

О ф и ц и а н т. Сколько?

Б о р и с. Сколько, сколько… На ваш вкус!

О ф и ц и а н т. Закуска?

Б о р и с. Да-да – закуску. Э… что-нибудь… тоже -

на ваш вкус.

Официант уходит.

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик?!

Б о р и с. Что, Бобик? Вечно ты меня втравишь в

какую-нибудь историю.

М а р и я С е р г е е в н а (возмущенно). Все сама.

Все должна делать сама.

Случай с Анучкиным 43

Встает. Подходит к отцу с девицей.

М а р и я С е р г е е в н а (старику, натянуто улыбаясь). Можно пригласить вас на танец?

С т а р и к. Я уже танцую. Извините. (Отворачивается.)

М а р и я С е р г е е в н а (зло). Нет, ты пойдешь

танцевать со мной, пойдешь! Нам нужно поговорить!

С т а р и к. Не пойду я с вами танцевать – вот еще.

У меня уже вот есть дама. (Девице.) Танцуем, дорогая.

Мария Сергеевнв, злая, отходит.

С т а р и к (девице). Ты мне сразу понравилась. Я в

бабах разбираюсь. Не какая там-нибудь флѐр-де-фи. Не

боись – озолочу. В школе, небось, отличницей была?

Д е в и ц а. В первом классе. Учеба – не моя стихия.

(Кивает на Бориса и Марию Сергеевну, которая пышет от

гнева, сев за столик.) А эти все смотрят.

С т а р и к. А, дальняя родня. Так и будут приставать – деньги просить. Несносно, несносно! Едут и едут

из провинции – бедные родственники, черт бы их побрал. И даешь, и даешь – и все мало, мало. Самолет себе

никак купить не могу. А что такое жизнь? (Старика понесло.) О, пока ты молод – ты не задаешься вопросом:

«Что такое жизнь?!» Но в один прекрасный момент этот

вопрос оглушает тебя, и ты у самого себя мучительно

требуешь ответа: «Что она такое?!» и «Так ли ты ее

прожил?!». Мучительно. Мучительно – как будто тебя

царапает что-то изнутри. Вот он, конец, – думаешь ты. -

А что позади?! Пустыня.

Д е в и ц а. Папаша, а ты не ипохондрик? А то я

таких знаю. Наплетут, наплетут – и под стол. Мне эта

философия жизни – во где.

М а р и я С е р г е е в н а (разозленная, опять подходит к старику и девице, отталкивает ее и хватает старика

44 Алексей ДЬЯЧКОВ

за руку, пытается тащить его к выходу). Нет, я с тобой

поговорю! Поговорю! Мы поедем домой, слышишь?!

На шум подходит служащий ресторана.

С л у ж а щ и й. В чем дело? Что вы шумите?

М а р и я С е р г е е в н а. Ни в чем! Просто кто-то

сошел с ума и… и…

С л у ж а щ и й. У нас не принято шуметь. Или вы

спокойно сидите, или я вынужден буду вас…

М а р и я С е р г е е в н а (пытаясь взять себя в руки).

Спокойно… Разве у вас спокойно посидишь…

С л у ж а щ и й. Гражданка!..

Мария Сергеевна поворачивается, идет к Борису, берет его

за руку. Уходят.

Дача Анучкиных. Поздний вечер. На веранде – М а р и я

С е р г е е в н а, с т а р у х а, Л е н к а.