Развод с драконом. Вишневое поместье попаданки

— Пустая ты башка. Разве нужно мне было бы ждать год, если бы я смог просто так зайти?

Голос повысился, и господин Дэрме икнул, тут же прижав к толстым губам расшитый платок.

— Не переживайте, милейший. Я уже всё придумал. Доведу девчонку, что она сама из нашего городка сбежит, сверкая пятками. Такие слухи про неё пустил, что ей не справится с народным осуждением. Чел-о-ве-чка своего подослал. Напугает. Надломит, так сказать.

С горящими глазами Дэрме вещал свой план, безумно гордый собой, не заметив, как в кабинете остался один.

***

— Что?

Ударила Данте по рукам, когда он попытался схватить меня за запястье.

— Что вы такое говорите? Я честный человек, живу, никого не трогаю, денег ни у кого не прошу!

Мой голос взвился ввысь, подобно возмущению, что поднялось и клокотало где-то в области горла.

— Ага, рассказывай.

Негодяй нагло ухмыльнулся и в одно мгновение схватил меня за локоть, дёрнул к себе.

— Пустите! Я буду кричать! Мой дядя законник. Слыхал про Александра Мейера, тронешь меня пальцем, он тебя размажет.

Тут же начала вырываться, попыталась напугать дядей Алексом: ну, а что для защиты чести все средства хороши.

Но Данте лишь рассмеялся.

— Сегодня в город прибывает новый губернатор, твоему защитнику будет не до тебя. Главное самому при должности остаться.

Данте, тем временем, больно выкручивая руки, потащил меня за собой.

Мне было не справиться с физически сильным мужчиной, да ещё решительно настроенным.

Нужно было звать Берту, но решила предпринять кое-что другое.

Прикинув за, сколько секунд я должна добежать до калитки, я перестала артачиться и даже сделала шаг ближе к этому мерзавцу, а потом со всего размаха зарядила ему коленом прямо в пах.

Данте выпучив глаза и застонав от боли, как раненый бизон, упал на колени, а я рванула под защиту дома.

Мне казалось, что погоня меня настигает и вот-вот цепкие пальцы мужчины схватят меня за волосы, и оттого адреналин, щедро впрыскивая в мою кровь, гнал меня так быстро, что ветер засвистел в ушах.

Забежав за ограду, я захлопнула калитку, а уже потом повернулась. Данте настигал, но я была всё же быстрее.

— Тварь, я тебя так ославлю, ты из своего поганого, заколдованного дома выйти не сможешь!

Сжалась, представляя, что он это сделает. Не хватало мне трудностей, так ещё гнусные сплетни подвезли целый вагон. Разгружай не хочу!

— Тебе бы плёткой всыпать, да видно некому!

Раздался громкий голос откуда-то справа. Повернув голову, я увидела мужчину верхом на гнедом коне. Натянув поводья, он остановился и снял с пояса плётку.

— Кто таков? Почему смеешь приставать и обзывать бедную девушку?

Сверкнув глазами, мой, неожиданный спаситель замахнулся, а Данте…

Данте плюнул на землю и, изрыгая ругательства, бросился бежать.

— Только попробуй, кому растрепать, - крикнул ему вслед мужчина. — И я тебя этой плёткой отхожу, пёс плешивый.

Сурово сказал наездник, а потом, спрыгнув с коня, уверенно подошёл к ограде, за которой «пряталась» я.

— Вы в порядке?

— Д-да, кажется. Только он всё равно разнесёт, — пожала плечами, чувствуя, как в уголках глаз собираются слёзы.

Мужчина вдруг округлил глаза, а потом широко улыбнулся.

— Айлин? Это ты?

Опаньки! Ещё один знакомый защитник.

— Да. Я Айлин Эванс. Вы меня знаете?

С тревогой в голосе спросила, не зная, могу я доверять ему или нет. Пока смотрела в гипнотические синие глаза, перерыла всю память Айлин, но ничего не нашла. Она его не знала.

— Мне даже обидно, так сильно изменился? — весело сказал он. — Меня зовут Кристиан. Мы дружили в детстве, тебе было пять, мне восемь. И ты согласилась выйти за меня замуж.

Истерически хихикнула. Но воспоминаний пятилетнего ребёнка не остались во взрослой памяти.

— Что ты здесь делаешь? Живёшь тоже?

Спросил первое, что пришло в голову. Общаться с незнакомыми людьми было непросто, особенно учитывая, что я-то их не знала.

— Нет. Я живу в столице. Мои родители умерли, и я решил восстановить наше семейное гнездо. Мне здесь нравится: природа чудесная, люди замечательные.

Ага, просто замечательные, добродушные. Съязвила у себя в мыслях.

— Как ни странно, это звучит, но выходит, у нас схожие цели.

Я кивнула на махину дома, которую мне предстоит восстановить.

Кристиан вдруг замолчал, на его лице скользнула тень.

— Как же ты оказалась здесь? Мне сказали, что ты вышла замуж и счастлива в браке.

Отвела взгляд. Не хотелось мне откровенничать с первым встречным, но как бы преподнести информацию так, чтобы не и не соврать, и не рассказать ничего важного?

— Для первой встречи достаточно, если ты будешь знать, что я теперь здесь живу.

Кристина понял меня и не стал расспрашивать дальше.

— Хорошо, значит у нас общее дело, если будет требоваться помощь найти бригаду плотников, или кровельщиков смело обращайся. Я помогу. А там, может, сдержишь своё обещание…

Кристиан ловко вскочил на коня, а потом продолжил.

—…и замуж за меня выйдешь.

Глава 16

С минуту я смотрела в спину уезжающему Кристиану. Айлин не помнила его ребёнком, поэтому говорить о доверии было нельзя. Говорил то он гладко да складно, но лучше не торопить события и прислушаться к интуиции, которая взывала никому в этом мире не доверять.

Да и к тому же вопреки его словам Алина с земли замуж за него не собиралась.

Тяжело вздохнув, поплелась к дому. Адреналин сгорел в крови, оставив после себя слабость.

Зайдя в дом, я зашла на кухню и села на стул, чувствуя, как внутри всё дрожит. Да, я дала отпор, но это противостояние отняло у меня много сил, а ещё и слухи.

На кухню зашла Берта и тут же поставила руки в бока.

— Госпожа моя хорошая, если мы будем без дела сидеть, то так и будем прозябать в нищете.

Стиснула зубы, мне не понравились её слова. Вообще, кто она такая, чтобы такое мне говорить?

Уже хотела отчитать, нахмурила брови, но остановила себя. Она не знала, что произошло. Разве можно накидываться на человека просто потому, что он не знает и судит по тому, что увидел.

Я не стала держать в себе эту информацию и рассказала как есть, что произошло: и про Данте, и про слухи, не забыла упомянуть Кристиана.

Берта даже за край стола ухватилась. Широко раскрыв глаза, она слушала меня, и постепенно её лицо становилось всё более хмурым, под конец рассказа её глаза метали молнии.

— Почему меня не позвала? Я бы ему всыпала!

— Всё произошло очень быстро, да и Кристина могла испугаться. Ничего, сама справилась. Вот только слухи. Этого мне не хватало.

Берта вдруг решительно стукнула ладонью по столу и сказала.

— Я схожу в город и всё разузнаю. Я знаю, где живёт этот мерзавец Данте. Хочешь кину ему его серебряные прямо в лицо, я пожилая женщина, кто мне, что скажет.

Предложение было дельным, жаль только две монеты не нанесут его физиономии должного вреда, если только их разменять на медные. Удар в пах и то был результативнее.

— Нет, это будет компенсацией, за моральный вред.

Твёрдо произнесла, сжав в кулаке два серебряных. Вот ещё! Я, вообще-то, их отработала, набрала ягоду, которая теперь превратилась в варенье на солнцепёке, а то, что Данте её не взял это сугубо его трудности.

Эх, был бы Кристиан не на лошади, вручила бы ему. Всё-таки именно он прогнал этого мерзавца.

— А лучше возьми их и потрать, нам спать не на чем и у бедной девочки нет сменной одежды и белья.

Берта понятливо кивнула, а, потом повязав на голову косынку, ушла из дома.

Время было обеденное, а я уже узнала, что обладаю магией, что про меня распускают грязные слухи и то, что в пятилетнем возрасте собиралась замуж за Кристиана.

Насыщенное утро, ничего не скажешь.

За всю мою жизнь длинной в сорок пять лет со мной и то меньше происходило событий.

Устало подставила кулак под щеку. Я чувствовала, как внутри меня происходит постоянная борьба, которая отнимает силы.

Я была прилежной девочкой: хорошо училась, с плохими компаниями не связывалась и жутко боялась огорчить маму.

Когда выросла, въевшиеся установки трансформировались.

Я могла бороться с безденежьем, с отсутствием комфорта, но слухов я боялась как огня.

Мы жили в обычной панельной пятиэтажке, где каждый был на виду, где нужно было быть как все. В том мире всё было до тошноты стабильным. Но над всем этим царила установка: «Не высовывайся».

Каждое утро я вставала рано, одевала одну и ту же одежду, выполняла рутинные задания и возвращалась домой поздно вечером, уставшая и опустошённая.

Пока не встретила Колю. Смешно, но я не позволяла провожать меня до дома целый месяц, и это в таком возрасте!

Попав в этот мир, я получила возможность дать бой собственным страхам. Ведь если разобраться, собака лает, караван идёт. Поговорят и перестанут.

Встав со стула, отряхнула юбку. Нужно было посмотреть, что делает Кристина, ведь она была ещё маленькой девочкой, за которой нужно присматривать.

Только вышла из дома, как услышала визг.

Внутри сразу похолодело. Чёрт! Вот я идиотка. Сижу, сопли на кулак наматываю, а ребёнок остался один.

Побежала на крик и увидела, что девочка повисла на дереве, зацепившись за сук юбкой.

— Кристина! Как же ты туда забралась?

Именно в тот момент, когда я подбежала, ткань затрещала и оборвалась. Девочка с оглушающим визгом полетела вниз.

Широко раскрыв руки, я бросилась к ней, невзирая на комплекцию, с твёрдой установкой поймать ребёнка.

Она упала прямо на меня, повалив на землю. Благо мягкая трава смягчила падение.

В тишине было лишь слышно, как наши сердца бешено стучат, а потом я услышала тихий голос.

— Юбку разорвала, Берта меня убьёт!

Глава 17

Лёжа на спине, я прижимала к себе пойманную девочку. Я успела. Страшно было подумать, какие бы увечья она могла получить. Учитывая, что монет у меня кот наплакал, то…б-р-р даже страшно было представить.

После того как первый шок прошёл, память настойчиво просигналила, и я спросила.

— Почему Берта тебя убьёт? Неужели она уже наказывала тебя?

Посмотрела на девочку, а она лишь отвела взгляд с тяжёлым вздохом. Внутри закипела смесь ярости с разочарованием.

Гнать в шею эту Берту, если она действительно срывалась на маленьком ребёнке.

— Кристина, почему ты так сказала?

С нескрываемой тревогой в голосе произнесла.

Девочка медленно сползла с меня, а потом села, сгорбилась и принялась рассматривать дырку на юбке.

Она молчала будто и до этого ничего не говорила, а мне эта тишина была ножом по сердцу. Ну вот, снова замкнулась!

— Никто не посмеет тебя обидеть. Только не молчи больше.

Слезинки одна за одной стали падать из её глаз, прямо на платье.

— Все взрослые лгуны.

Резко поднявшись на ноги, она побежала куда-то.

Я за ней. Если бы она была взрослой, то я бы, возможно, оставила её разбираться с собственными эмоциями, но Кристина была маленькой девочкой.

— Подожди...

Окликнула её, но смогла догнать лишь у старой груши, что тянула корявые ветки к небу. Кристина спряталась за неё. Рыдая, она царапала кору дерева тонкими ноготками, постоянно пряча лицо.

— Расскажи мне, не бойся. Всё расскажи. Я не обижу тебя, обещаю. Почему Берта тебя убьёт? Меня испугали твои слова.

Присела перед ней на корточки и погладила по маленькой ручке.

— Ба...леди Урсула всегда так делала. За любую провинность она била и запирала меня, оставляла без еды. Берта поступит так же. Все взрослые злые. Я их не люблю.

Погладила до хрупкой спинки, острым плечикам.

— Не все взрослые злые.

Сказала сама, не веря в свои слова. Попав в этот мир, я только и делала, что сталкивалась со злом.

Были, конечно, Мейеры, но в целом...

Просто я, будучи взрослой, понимала, что некоторые делают зло, потому что не умеют любить, кто-то делает зло, потому что так чувствует себя сильным, а кто-то просто потому му…кхам, собственно.

А для Кристины мир был наполнен злыми взрослыми, которые обижали, в той самой простой формулировке, которую мог дать детский мозг.

— Я, например, не такая. И если Берта будет ругаться за юбку, я её остановлю. В конце концов, испорченную вещь можно починить или заменить. Это просто вещь.

Девочка с недоверием посмотрела мне в лицо, прямым открытым взглядом.

— Тебе не нужно ничего бояться.

— И ты не отвезёшь меня в приют?

Поджала губы. Так что получается, она всё это время ждала, что от неё избавятся?

Ох, ты ж...

— Нет, конечно. И не собиралась.

Улыбнулась девочке.

— Ты такая шустрая, и сообразительная, мне нужна такая подружка и помощница.

Слёзы больше не катились из маленьких глаз цвета неба.

— Я хочу тебе кое-что показать.

Она вдруг взяла меня за руку и повела куда-то.

Оказалось, что в дом. А там она вытащила из-под матраса, на котором спала, маленький узелок. Развязала его.

— Это мои сокровища.

С такой гордостью Кристина это сказала, а у меня ком встал в горле. Ценностью для пятилетнего ребёнка обладали: несколько бумажных открыток, цветное стёклышко, тряпицы разной формы и статуэтка кошки с облупленным носом.

Теперь настала очередь мне прятать слёзы. Увиденное рвало мне душу на клочки.

— Очень красиво, можно посмотреть? — с трудом выдавила я из себя, то и дело отводя взгляд, чтобы девочка не увидела моих слёз.

— Только не порви.

Строго предупредила Кристина.

Я взяла одну из открыток. Она была адресована...не девочке, а некой Маргарет.

С вопросом в глазах показала Кристине.

— Леди Урсула часто дарила открытки своим знакомым, но они часто возвращали их обратно. Служанка выбрасывала их в ведро, а я забирала. Они же такие красивые. Посмотри, Айлин, здесь море.

Она провела пальчиком по рисунку моря, а потом вернула девочке.

— Очень красивые. Бабушка тебе ничего не дарила?

Кристина покачала головой.

— Она любила говорить, что самой главный подарок, что она сделала, это не отдала меня в приют.

Действительно!

- Лучше бы отдала, — чуть позже тихо добавила Кристина.

— Я сама выросла в приюте. Не могу сказать, что жизнь там сахар.

Обратилась к воспоминаниям Айлин.

Девочка попала туда в семь лет, и более структурированные воспоминания начинаются с этого возраста. До этого либо пятнами, либо вспышками.

Вообще, у Айлин была избирательная память. Даже приют, в котором она прожила до восемнадцати лет, был одним большим размытым пятном, без событий, словно серые однотипные дни не отпечатались в памяти.

Совсем как у меня. Спроси, что было две недели назад, и я не расскажу, всё потому, что каждый день было одно и то же.

Айлин ни с кем не дружила. Хорошо училась.

Самое «интересное» начинается с момента, когда в приют приехал тогда ещё не генерал — Ксандр Девали.

Просто мечта! Красивый, высокий, в военной форме.

Первая встреча намертво отпечаталась в память Айлин.

Как в его светлых прядях играл солнечный лучик...

Да, тьфу ты!

Гад он первостепенный и маманя его.

Доводили бедняжку, один своим безразличием, вторая своими едкими замечаниями.

А она из кожи вон лезла, чтобы быть идеальной женой и невесткой.

— Айлин, — позвала Кристина, помахав перед моим лицом ладошкой.

— Прости, вспомнилось. Так, о чём это мы...

Но я не закончила мысль.

На кухню буквально забежала запыхавшаяся Берта.

— Вот вы где? А там...там...новый губернатор прибыл, всех на площади собирают, будет заявление делать!

Тот, кого так ждали, наконец, прибыл. Быстро встав на ноги, отряхнула юбку. Следовало переодеться, но я берегла то платье, на всякий важный случай.

Собственно, прибытие нового градоначальника таковым и было. Поэтому достала единственное сменное платье и стала наспех переодеваться, а потом причёсывать волосы.

— А это что такое? Кристина!

Девочка тут же сжалась в комочек от грозного голоса Берты.

— Не кричи, — строго сказала. — С кем не бывает. Порвала юбку, делов-то.

На ходу закручивая волосы в высокий пучок, закрыла собой ребёнка.

— А зашивать чем? — возмутилась Берта.

— Нитками и иголкой. Ты же отрезы ткани, что принесла не пальцами же слепливать собралась?

Я кивнула на корзину, наполненную тканями.

— Сымай платье, горе.

Буркнула старая женщина, но ругаться и брюзжать не стала.

То-то же мне. Обижать слабых да маленьких каждый горазд.

Ловко орудуя иглой, она живо зашила дырку, да так ловко, что и следа не осталось.

— Ну вот, теперь можно и на площадь идти.

Берта округлила глаза.

— Ребёнка с собой возьмёшь?

— А что ж такого. Тем более за ней пригляд нужен, кто же с ней останется, раз мы с тобой пойдём?

Берту сжирало любопытство пойти посмотреть на нового губернатора, и перспектива остаться дома с ребёнком её не прельщала.

Мне было неважно, как он выглядит, больше всего меня интересовало, насколько изменится жизнь горожан.

Может, отменят дурацкое разрешение на торговлю? Или, наоборот, придумает новых правил и обременит налогами?

При Кристине я не стала спрашивать о слухах, что пустили про меня, решила, что оставлю этот разговор на потом.

На площади яблоку не было где упасть.

Столько народа собралось!

Глазами я тут же выцепила и чету Мейер, что стояли в первом ряду, и скучающего Кристиана, стоящего на верхней ступеньке одного из магазинчиков. Благо ни он, ни дядя Алекс с Мартой меня не заметили, а заметили несколько женщин, которые тут же стали перешёптываться.

Хмыкнула как можно громче и отвернулась от них.

Тем временем на помост вышел глашатай и громко призвал к тишине, а, потом поскрипывая ступеньками на него, поднялся…

Глава 18

Широко улыбаясь, на постамент, вышел высокий мужчина в тёмно-зелёном костюме, на его плече была какая-то нашивка, но я не смогла разглядеть, что именно там было изображено. Тёмные волосы, собранные в низкий хвост и самоуверенность во взгляде.

Неужели это наш новый губернатор? Глашатай сконфуженно улыбнулся, явно что-то пытался сказать, но мужчина поднял ладонь вверх.

Следом за ним поднялись ещё трое мужчин, одетых точно так же. Охрана? Мелькнуло в голове.

Мужчины встали по краям помоста, и заложили руки на спину.

Толпа загудела, не понимая, что происходит. Я взяла Кристину на руки и отошла от основной массы, понимая, что может начаться давка.

А тем временем из толпы стали доноситься крики.

…куда прёшь? ...

…не видишь, что я здесь стою! ...

Я бы не увидела, что там происходит, если бы не Кристина, что сидела на моих руках и видела больше.

— Там какой-то мужчина в капюшоне, — она указала пальчиком, но из-за количества людей, я не смогла увидеть, пока…

Этот самый таинственный мужчина не подошёл вплотную к помосту. Если бы это был простой горожанин, то его бы погнали прочь, шуточное ли дело – скоро на помост поднимается губернатор, но один из четырёх мужчин, опустил перед ним лестницу.

Играючи даже не прилагая усилий, этот таинственный незнакомец поднялся по ней и только поднявшись, снял капюшон.

Мужчины, что стояли по периметру помоста, тут же поклонились, как и глашатай, застигнутый врасплох таким появлением.

А я…сердце ухнуло вниз, а во рту вмиг стало сухо.

Это был Ксандр Девали. Бывший муж Айлин, а, собственно, и мой теперь.

С грохочущим сердцем я смотрела на дракона и представляла только одно, как он улыбался, когда бедняжка сползала на пол, держась за сердце.

Это было последнее, что она увидела. Скорее всего, и в повозку её грузили в бессознательном состоянии.

И теперь этот ящер будет в городе, где живу я губернатором?!

Да ладно? Да за что, блин!

Меньше всего на свете я хотела видеть его наглую рожу.

Ксандр стоял и улыбался. Губернатор недоделанный, да от такого добра точно не дождёшься. Мне хотелось пробраться через толпу и вцепится ему в рожу, разодрать до мяса, настолько я разозлилась, но вместо этого я развернулась и собралась покинуть площадь. Но меня остановила Берта.

— Ты куда, Айлин?

— Домой пойду, — буркнула. — Ты права нечего здесь делать…с ребёнком.

— Заметно будет, стой теперь.

Скорее всего, да, Берта права. Уйди я сейчас, привлеку ненужное внимание. Конечно, Ксандр узнает, кто живёт в разрушенном поместье, если уже не узнал. Но чтобы вот так нарисоваться? Нет, надо быть умнее и задвинуть эмоции на задний план. Задавить злость и обиду, приспособиться.

Раз он теперь губернатор, то единственное, на что я могу надеяться, так что он притащил сюда свою драконью задницу ненадолго.

— Ваша Светлость, — глашатай низко поклонился, — такое неожиданное и блестящее появление.

— Мне не нужна ваша лесть, уйдите.

Их голоса звучали, будто они говорили в микрофон, но никакого микрофона, конечно же, не было, скорее это была магия.

Глашатай тут же поклонился, но я была готова биться об заклад, что он стал красным как помидор, такое унижение прямо перед всеми.

— Моё столь необычное появление обусловлено тем, что в Форвейт я прибыл три дня назад, и всё это время я под видом горожанина знакомился с людьми и слушал, о чём говорят, дабы выявить проблемные места в жизни города. Своей великой милостью Его Величество император Драконов назначил меня губернатором этих земель, и будьте уверены, возложенное доверие я оправдаю.

Над площадью повисла гнетущая тишина, некоторые от неожиданности закрыли рты ладонями.

Если откинуть личную неприязнь, то ход был блестящим. А потом я даже спустила Кристину с рук. Если он здесь три дня, то явно слышал про меня эти мерзкие сплетни.

Так, стоп, почему меня это должно волновать? Подумаешь, бывший муж услышал плохое про бывшую жену. Да хорошо бы, что он сам не добавил каких подробностей.

Помотала головой. Судьба просто издевалась надо мной!

Хотелось топать ногами, и кричать в голос.

Берта стояла с широко раскрытыми глазами и даже рот приоткрыла, лишь бы не упустить ни одного слова.

— В течение ближайшей недели будет принят ряд решений, благодаря которым жизнь горожан изменится, для кого-то в лучшую сторону, для кого-то нет.

Жёстко, бескомпромиссно. Конечно, новая метла будет мести по новой.

Сердце сжалось, когда я снова выцепила дядю Алекса. Только бы новая реформа не коснулась его.

— Вопросы? Предложения?

Толпа зашумела и стала похожа на растревоженный улей, но вопросы никто не задавала, пока…

В воздух поднялась тонкая женская рука, унизанная золотыми браслетами.

Толпа тут же расступилась перед женщиной, что отважилась задать вопрос новому губернатору.

— Господин губернатор, а правда, что вы женаты?

Глава 19

Вытянула шею, чтобы разглядеть женщину, но Айлин была невысокого роста, и я ничего не увидела.

Благо я знала, что у нового губернатора есть беременная истинная, так что ответ этого мерзавца мне был неинтересен.

Тем более я не желала ему счастья. Единственное, что было мне интересно, почему задали такой вопрос. Кумушки в городе давно прополоскали новость, что губернатор приезжает со своей молодой, беременной женой.

Неужели эта особа не слышала этой новости. Или решила попытать счастье?

Если я, то есть Айлин не искала встречи с драконами, то были настолько ушлые бабёнки, что готовы были караулить под окнами, только бы дождаться объекта обожания и шли на немыслимые подлоги и обманы.

Как-то в столице гремела новость, как одна девушка подделала метку, да, видимо, плоховато это сделала, потому что прямо в первую брачную ночь она исчезла. Дракон выгнал новоиспечённую супругу прямо в чём была. Бедняжка не смогла вернуться в дом родителей, дабы не опозорить их, и была вынуждена отправиться в монастырь.

Ксандр на этот вопрос лишь усмехнулся.

Очевидно, отнёсся к ней как к множеству почитательниц, что были у драконов.

Еле сдержалась, чтобы не закатить глаза, смотря на эту самодовольную ухмылку.

— Правда, то, что я прибыл сюда с беременной истинной, — народ разом ахнул, даже в этом захолустье понимали, что значит истинная для дракона, — а также выбрал Форвейт для пышного брачного торжества.

Кто-то присвистнул, раздались первые несмелые хлопки, а потом и вовсё толпа стала рукоплескать заявлению дракона.

Хлеба и зрелищ. Лучше не скажешь.

Я не должна была ничего испытывать, но у меня внутри царапнуло, потому что свадьбы у Айлин не было. Да и у меня тоже. Просто скромная роспись в ЗАГСе, и не менее скромный стол в кругу близких.

Ксандр тоже решил не тратиться на свадьбу с Айлин, поэтому они просто принесли клятвы в храме драконьих богов и всё.

А тут торжество, да к тому же пышное.