Развод с драконом. Вишневое поместье попаданки

Больше вопросы никто не задавал.

Возможно, кто-то бы и спросил что-то, но судя по настроению, народ тоже присматривался к новому губернатору, мало ли что может быть за неосторожное слово и неуместное предложение.

Ксандр Девали покинул помост, и я увидела лишь крышу чёрной кареты, в которую он, очевидно, сел.

Только-только мы собрались уходить, как четыре прислужника губернатора подняли на помост тяжёлые корзины, наполненные какими-то бумажными свёртками и леденцами на длинных палочках.

Народ ринулся к помосту, так, словно в жизни не видел сладостей.

— Пойдём, Берта, — позвала я пожилую женщину, которая тоже устремилась за остальными.

— Я ж не для себя, для дитя взять, — оправдалась она, хитро прищуриваясь, чтобы разглядеть, что же там в свёртках-то.

— Я очень хочу леденец, — прошептала Кристина, смотря на меня.

Ох, уже этот детский взгляд, разве можно было отказать ребёнку? Покачала головой, а потом сказала.

— Не замнут?

— Я их локтями растолкаю.

Берта исчезла в толпе, а я отошла в сторону, не на миг не выпускаю ладошку девочки из своей.

Уже даже начала беспокоится, потому что Берты долго не было, но потом увидела сначала белую косынку, а потом и довольное лицо женщины.

Покрикивая на ходу, она выбралась к нам и тут же принялась отряхивать юбку.

— Затоптали совсем.

Как оказалось, леденцы она спрятала в карманы, как и два свёртка. Кристина принялась прыгать и хлопать в ладоши, когда Берта дала ей сразу три леденца.

— Смотри не всё сразу, зубы заболят.

Девочка тут же спрятала своё сокровище в карман, а Берта сунула мне в руки свёрток, перевязанный красной ленточкой.

— Что же я буду отказываться от подарков, — пожала плечами женщина, а я усмехнулась.

После того как я развернула его, то увидела там пряник и простенькое колечко.

— Колечко, какое красивое, — тут же заверещала Кристина, сунув свой досужий нос в свёрток.

— Так, оно твоё, — ловко надела на средний палец колечко, — посмотри, как для тебя сделали.

— Спасибо…ух…спасибо…

Радостно запрыгала девочка, прижимая своё сокровище к себе.

Берта свой подарок не стала разворачивать, спрятала в карман, видимо, не хотела делиться с Кристиной. От этой мысли мне стало смешно.

— Как думаешь, новый губернатор изменит нашу жизнь к лучшему?

Это вряд ли! Ох, как вряд ли! Не стала говорить

Время было обеденное, поэтому Берта сразу ушла на кухню, готовить обед.

Я же с горечью вывалила два вёдра спёкшейся вишни в канаву и стояла мыла ведра у колодца.

Нужно было составить план работы, иначе можно бесконечно отвлекаться на мелочные дела и не улавливать главное.

Краем глаза я осматривала дом и прикидывала в голове, что нужно будет сделать в первую очередь: хотя сначала нужно осмотреть дом и вынести весь мусор.

Перемыв ведра и повесив их сушиться, усмехнулась. О как! То ничего, а то тут два вёдра, там два вёдра. Продавать только вишню некому.

От этого сердце сжалось в предчувствии страха. Как я буду выживать, если не смогу её продавать? Да ладно я! Я ведь взяла ответственность за двух других людей.

— Кристина, — голос Берты из окна кухни, вырвал меня из размышлений.

— Она была в доме, — ответила, как можно громче, чтобы Берта точно меня услышала.

— Нет её со мной. Вот куда делась негодница?

Меня пробил озноб. Куда же она делась? Быстрым шагом, переходящим на бег, я зашла в дом. В доме было много чего опасного. Второй этаж я так и не обследовала. Кто знает, там могли быть дыры в полу, или сгнившие доски могли провалиться под детской ножкой.

Чёрт! Рванула по лестнице наверх, умоляя всех богов этого мира, чтобы с девочкой ничего не произошло.

Глава 20

Под ногами скрипели доски, а в голове пульсировало «лишь бы ничего не произошло».

— Кристина, — позвала девочку, но она не ответила.

Я слышала громкий голос Берты, звучащий с улицы, она искала её там.

Стала открывать все двери, заглядывая внутрь. Ванная комната. Комната с камином. Ещё одна комната.

Сердце глухо ударяло о рёбра, осталась лишь одна комната, как я услышала тихое пение. Оно доносилось из-за двери, и я толкнулась в неё, но она оказалась закрыта.

Как же так? Толкнула сильнее, чувствуя, как боль расползается от плеча к локтю.

— Кристина, ты там? Не бойся, дверь заклинило, я сейчас её открою.

Но девочка будто не слышала меня, лишь мурлыкала себе под нос какую-то песенку. Нас разделяла дверь, но я слышала каждое слово простенькой детской песенки про милую Жоржетту.

Ей-богу, в этот момент я вспомнила все фильмы ужасов, которые умудрилась пересмотреть на своём веку. Особенно там, где…

— Айлин!

Волна мерзких мурашек прокатилась по спине, но это была Берта, которая, пыхтя, поднялась на второй этаж, а не призрак, которого нарисовало моё сознание.

И всё же я испугалась. Вздрогнула, чувствуя, как волоски на затылке встали дыбом.

Даже обидно стало, а ведь я считала, что дом на моей стороне, а сейчас когда мне нужно было открыть эту чёртову дверь, он не давал мне это сделать.

Как её ребёнок-то открыл?

И тут я поняла, паника сыграла со мной злую шутку.

Положила ладонь на дверную ручку, в форме деревянного кругляша, и повернула по часовой стрелке, снова толкнула и дверь …открылась.

Оказывается, здесь сохранился замок, в отличие от раскуроченных и выбитых дверях в других комнатах.

Кристина сидела прямо на полу и раскладывала на полу листики, исписанные мелким, убористым подчерком, и даже не замечала, что в дверном проёме стоят взрослые. Берта уже была седая, а я была на грани.

— Кристина, почему ты не откликалась?

Девочка только нас заметила и как ни в чём не бывало, улыбнулась.

— Я играла, простите. Мелком рисовала.

— Негодница, ну я всыплю, научишься сразу откликаться, — разгорячилась Берта, грозя ребёнку кулаком.

— Нет, — сказала как отрезала, — в моём доме никто не будет никому всыпать. Хорошо, что Кристина не пострадала, а просто сидела и играла. Остальное — это наша паника и страх за ребёнка.

Я только сейчас заметила, что на полу, где сидела девочка что-то нарисовано: какие-то знаки, символы, обведённые в неровные круги и квадраты.

Кристина где-то нашла мелок и сидела, подрисовывала то тут, то там цветочки.

Девочка молча поднялась с пола, и мелок выпал из её пальчиков, потупив взгляд, она стояла и молчала, а у меня внутри закипела злость на Берту. Эмоции эмоциями, но нельзя же так.

— Обед готов, приходите, — буркнула женщина, недовольная моими словами.

Я же подняла мелок и вручила девочке.

— Кристина, я же сказала, что в этом доме тебя никто не обидит. Верь мне. Ты можешь порисовать внизу, но здесь я боюсь, что могут быть сгнившие доски, пожалуйста, я беспокоюсь.

Без энтузиазма она взяла мелок, но рисовать не стала, спрятала в карман.

— А что это за рисунки? Странные такие, не стираются, как я ни пыталась, а вроде мелом нарисованы.

Я не знала, потому что была в этом месте впервые. Но пытливый ум догадался, что это, возможно, и есть та защита, что стоит на доме.

Живым взглядом осмотрела кабинет, но он был так же пуст, как и остальные комнаты, пожалуй, кроме письменного стола, что стоял у окна.

Подошла ближе и увидела, что его ящики вырваны «с мясом», очевидно, кто-то очень торопился, проверяя их содержимое.

Случайно наступила на обложку какой-то книги, подняла её, оказалось, что это не книга, а что-то вроде ежедневника.

Подняла с пола один из листков, но не смогла разобрать ни слова.

— Помоги, пожалуйста, собрать листики.

В четыре руки мы быстро собрали все листки с пола, и я сложила их в обложку, намереваясь позже посмотреть их.

Спустившись с аварийного этажа на кухню, мы пообедали. Жаркая летняя пора разморила всех, кроме меня.

Стоило мне только сесть за записи Эрика Эванса, а это был его личный дневник, так гласила надпись внутри обложки, как услышала оклик.

Выйдя на крыльцо, я увидела, что у калитки стоит женщина.

— Хозяйка!

Позвала она ещё раз, а потом толкнула калитку, но она не поддалась.

— Добрый день, госпожа, — поздоровалась я.

— Марта, сказала, что у вас вкусная вишня. Я бы хотела купить ведро. Ко мне приезжают внуки, а они страсть как любят пироги с вишней.

Протараторила она совершенно ненужную мне информацию.

— У меня, правда, очень вкусная вишня, ваши внуки будут довольны. Куда вам принести ягоду?

— Я живу рядом с Мартой в синем доме.

Сунув руку в карман, она заплатила мне два серебряных. Я никак не могла понять их ценовую политику, но, ничего не сказав с благодарностью, приняла монеты.

Ягоды было просто валом, и мне нельзя было задирать нос, главное — пока сезон заработать как можно больше.

Распрощавшись, я не стала тратить время и пошла собирать ягоду. Каждая монета была важна для меня, но так, конечно, далеко не уедешь, если зарабатывать каждый день только на еду.

Поразительно, но я надеялась, что Ксандр разгонит эту шайку-лейку из Дэрме и Мурло и можно будет спокойно торговать на рынке. Если только не придётся получать разрешение непосредственно у него. Ох, тогда дело будет дрянь. Смогу ли я наступить на собственное горло и пойти к нему?

Глава 21

Набрав полное ведро, я понесла его в город, заодно прихватив с собой дневник.

Мне нужно было заглянуть к Мейерам и поговорить с дядей Алексом, вдруг он сможет расшифровать записи.

Мысли все не отпускали меня.

Я не знала. Унизиться и получить возможность зарабатывать или остаться гордой, но голодной. Можно было податься куда-нибудь в другое место, устроится работать служанкой, но отчего-то я не хотела покидать этот дом, не хотела бросать его, словно он стал для меня слишком родным.

Мотнула головой. Нет, нужно дождаться первых указов, а не придумывать.

Уже около синего дома, мне пришлось вжаться в ограду, потому что по дороге проскакали четыре всадника, с тёмно-зелёной форме.

Присмотревшись, я увидела, что к их поясам прицеплены плети и дубинки. Ого! Охрана губернатора патрулировала улицы? В душе что-то сжалось.

Быстро нырнув в калитку, я перевалила вишню из ведра в корзину радостной соседки Мейеров.

Поблагодарив её за покупку, а также непременно попросив её рассказать о моей вишне своим знакомым, я быстрым шагом пошла к дяде Алексу.

Скорее всего, он был не дома, но ничего. Марта знала местных новостей гораздо больше, чем сам дядя.

Еле дождавшись пока мне откроют дверь, но замерла, потому что Марта была бледная и заплаканная.

— Что случилось?

— О, Айлин. Я ожидала, что это произойдёт, но всё равно надеялась на благоразумие губернатора, ведь Александр столько лет верой и правдой служил королевству и нашему городу.

По щекам бедной женщины тут же потекли слёзы, я приобняла её за плечи и завела в дом, закрыла дверь за собой.

— Где он?

— У губернатора. Сначала он вызвал Алекса к себе и сказал, что отделение полиции работает не эффективно, и он принял решение уволить Алекса и сотрудников.

— А что же у него делает?

— Ох, пришёл злой, ругался на него, на чём свет стоит, а потом развернулся и снова к нему пошёл. Алекс такой напористый, что я переживаю, вдруг губернатор нас выгонит из города?

Настала моя очередь сесть на стул.

— Что значит выгонит из города? Разве губернатор может это сделать?

Марта несколько раз кивнула головой.

Что, если он действительно выгонит их из города? Они были единственными, кому я доверяла, даже Берте, что жила рядом со мной, я не доверяла, но дядя Алекс и Марта, были первыми, кто помог мне, отнеслись по-человечески.

— Только бы Алекс не был слишком резок, он может.

— Я видела четырёх всадником, патрулирующих улицы. Разве это требуется? Мы живём тихо и спокойно, можно двери не закрывать.

Ага, только есть люди ровнее других, которые могут отправить внука в приют, или нагло требовать платы за разрешение на торговлю, или устанавливать свои цены на рынке, невзирая ни на что, а если ты не хочешь подчиняться, то…то тебе же хуже.

Но говорить это Марте я не стала, эта информация была ни к чему. Видя её состояние, мне хотелось поддержать женщину, что искренне переживала за своего мужа.

Вот тебе и заживём хорошо и весело. Встав со стула, я подошла к окну и уставилась на улицу.

— Айлин, ну, стучит ли повозка? Или, мне кажется?

К дому действительно подъехала повозка, а из неё вышел дядя Алекс. Он сгорблено подошёл к двери, каждый его шаг был тяжёлым, хотя он не был грузным мужчиной.

Увидев меня смотрящую в окно, он натянул улыбку.

— Алекс, — взвизгнула Марта, — ну что?

Дядя молча прошёл к столу, а потом сел на стул, на котором только что сидела я.

— Я не смог. Не смог доказать господину Девали, что мои сотрудники нужны городу.

— Да к демонам преисподнии твоих лентяев! Насчёт тебя он что сказал?

Вскрикнула Марта так громко, что я удивилась откуда в такой миловидной женщине столько голоса.

— После повторной беседы губернатор оставил меня на должности законника в нашем городе, но теперь мою работу будет контролировать его личная канцелярия.

Марта выдохнула, приложив ладони к груди, и подошла к мужу, обняла его.

— Это те четыре человека, что стояли на помосте?

Поинтересовалась я, чувствуя, как тугой узел напряжения ослабевает в груди.

— Да.

Эти двое пережили сегодня стресс, нужно было оставить их наедине, а не лезть с досужими вопросами по поводу дневника. Дядя Алекс остался при своей должности, а значит, я могу обратиться к нему в любое другое время.

— Я рада, что всё обошлось. Пойду домой, а то я не сказала Берте и Кристине, что ушла.

— Наслышан о новых жильцах Эванс холла. А также о том, кем девочка приходилась вдове бывшего губернатора, — покачав головой, сказал Мейер, — ты правильно поступила, что не выгнала их. Тебе нужны помощники.

— Я оставила их не из-за помощи, а потому что не могла бы поступить иначе с ребёнком, которого предали. Да и Берта. Верой и правдой служила своей госпоже и что получила по итогу, скромную плату и неизвестность.

Я уже подошла к двери, когда услышала вопрос, который заставил меня покрыться липкой испариной.

— Айлин, я так не спросил у тебя. Какая у тебя фамилия? Кем был твой муж?

Судорожно сглотнула, понимая, что мне придётся сказать правду. Больше всего мне не хотелось, чтобы в городе узнали, что я бывшая жена губернатора, считала это чуть ли не постыдным фактом, но и соврать сейчас было бы глупо. Если правда всплывёт, получится, что я соврала.

Уже открыла рот, чтобы ответить, что я Айлин Девали, как в дверь постучали.

Дядя Алекс открыл дверь, и в комнату без приглашения, зашёл один из всадников в тёмно-зелёной форме. Оглядев нас, он остановился на меня и произнёс.

— Айлин Девали, а вот вас-то я и искал. У меня приказ немедленно доставить вас к губернатору.

Глава 22

Я слышала, как Марта шепнула дяде Алексу, что я Девали.

Я видела, как дядя поджал губы, скорее всего, помнил мои слова про мужа.

Но меня это не тронуло. Зачем я потребовалась бывшему мужу? Не соскучился же?

Или мало поиздевался? Час от часу не легче.

— Я могу отказаться? У меня дома маленький ребёнок, выбежала на несколько минут.

Посланник губернатора насмешливо изогнул бровь, а потом разразился звонким хохотом. Конечно, я же такая смешная.

— Ты глупая баба, не расслышала? — качая головой, сказал мужчина. — Это приказ. Пошла, пока я тебя за волосы не притащил.

Я возмущённо поставила руки в бока, обернулась за защитой, но дядя Алекс вдруг потупил взгляд. Неужели губернатор наделил свою охрану такой властью, что даже законник был против них бессилен?

Решила не обострять, кто знает, какими полномочиями, они были наделены.

— Хорошо.

От неожиданности вскрикнула, когда меня как пушинку посадили на лошадь. Вцепилась в седло, чувствуя, как нем