Твоя наследница

Не стоит сейчас поднимать со дна души всю горечь и уязвимость. Все-таки подарок моим крестникам выбираем.

– Идеальное решение, – осмеливается подать голос Милена, про которую я на время забыла. – Принесу подходящие варианты.

– Юля, всё в порядке? – Цикал игнорирует последнюю фразу блондинки и всем корпусом поворачивается в мою сторону, чтобы просверлить во мне дырку своими тёмными глазами.

Господи, ну вот как он все улавливает?

Радар что ли у него какой-то особенный установлен?

– Да, конечно, все в порядке, – намеренно избегаю острого взгляда и демонстративно внимательно осматриваю предложенные украшения для мальчиков. – Мне кажется, вот этот крестик хорош.

Пододвигаю крайнюю слева коробочку к мужчине, молясь про себя, чтобы он отвлекся на нее.

– Если нравится, значит, возьмем, – Давид даже не смотрит на то, что я предлагаю, зато на меня очень даже.

В какой-то момент его карий взгляд застывает на шее, спускается к горловине платья, а потом резко вскидывается вверх.

Не понимаю, что случилось. Скашиваю глаза, чтобы сообразить, что вызвало недоумение… и тут же краснею.

Упс!

Я совсем забыла про цепочку. Крученую золотую цепочку, которую на день рождения подарил мне Цикал.

Это было семь лет назад. Мы были знакомы всего неделю, только-только стали встречаться, и я очень удивилась, получив от него такой дорогой подарок. Пусть ему он казался пустячным, на меня же произвел неизгладимое впечатление.

В тот день я попросила Давида самого надеть мне украшение на шею и клятвенно пообещала, что никогда его не сниму.

Что ж, обещание я выполнила почти безукоризненно.

Цепочка до сих пор на положенном месте, а сняла я ее лишь однажды.

И то, как сняла? Просто расстегнула, чтобы кое-что повесить на нее вместо кулона.

– Ты сохранила мой подарок? – хриплые нотки в бархатном голосе заставляют волоски на коже встать дыбом.

Как бы не старалась, не могу быть к нему равнодушной.

– Я же давала слово, – заставляю поднять глаза и выдержать его взгляд.

Хватит прятаться, Котова, ты ни в чем не виновата.

Не была тогда, ни есть сейчас.

– А обещания я держать умею, – хмыкаю, невесело улыбнувшись.

Да, недолго продлилось перемирие.

– Это точно, – зеркалит мою мимику Давид и кивает. Не то мне, не то себе. – Когда-то ты пообещала, что пройдет время, и я пожалею, что был слепцом. Я не поверил… и зря. То твое обещание, Юля, тоже сбывается.

Глава 7

ЮЛЯ

– Мамочка, а мы пойдем сегодня в парк на площадку? – обогнав меня чуть вперед, но так и не выпуская ладонь из руки, уточняет Амина.

– А ты хочешь? – интересуюсь ее мнением.

Сколько себя помню, подруги у меня были всегда. И в детском саду, и в школе, и в университете. Обладая мягким и покладистым характером, я легко сходилась с людьми. Но при всем при этом доверительные отношения имела только с мамой.

Именно она была моим самым близким человеком. К ней я приходила со своими тайнами, переживаниями и страхами. С ней делилась чаяниями и мечтами, к ее мнению прислушивалась. Знала, мамочка не предаст, встанет на мою сторону. И всегда будет желать для меня только самого лучшего.

Потеряв ее, я потеряла не просто близкого, дорогого и любимого человека, я потеряла поддержку, опору, часть себя. И все равно я безмерно счастлива, что она у меня была именно такой – доброй, открытой, сердечной и любящей.

Для своей Амины я стараюсь быть точно такой же. Не стремлюсь занижать ее умственные способности, давить авторитетом, указывать на маленький возраст или недостаток знаний, когда мы не сходимся в каком-то вопросе.

С ранних лет пытаюсь стоить с ней диалог, интересуюсь ее мнением, иногда прошу совета или помощи, желая развивать ее инициативность, не отказываюсь объяснять причину, если на что-то ставлю запрет и в чем-то отказываю.

Я надеюсь, что, повзрослев, дочка не отдалится от меня, а останется такой же открытой, доброй и веселой девочкой.

– Очень хочу, – от возбуждения Амина начинает подпрыгивать словно мячик.

Два высоких хвостика, заколотых на макушке ярко-желтыми резиночками, одновременно с ней приходят в движение и раскачиваются. Не сдержавшись, наклоняюсь и звонко чмокаю дочурку в нос.

Моя любимая егоза-попрыгушка.

Весь день в саду скакала, а так и не устала.

– Тогда идем в парк, – соглашаюсь с улыбкой.

Почему нет?

Погода шикарная. Дневная жара спала, духоты нет, а теплый воздух пропитан нежно-сладким ароматом жасмина, который я обожаю.

Мы еще не прибыли, а я заранее предвкушаю, с каким удовольствием отдохну на скамейке, вытянув ноги и спрятавшись под широкими кронами широколиственных великанов, пока Амина будет сбрасывать избыток энергии, забавляясь с друзьями-приятелями.

Друзьями-приятелями…

То, что они на детской площадке найдутся – даже не вопрос. Не будет старых – моя шустрая малышка в пару секунд новых заведет. Очень общительная девочка и смелая. Если хочет познакомиться с кем-то, не задумывается и не стесняется, сразу идет и делает.

Вот в этом она точно не в меня. Я всегда была тихой и робкой. Чуралась посторонних и старалась не привлекать лишнее внимание. Мне было комфортно и с мамой вдвоем.

– Ой, Варя на горке катается, – приходит в дикий восторг Амина, выбравшись из машины первой и скоренько разглядев гуляющих ребятишек. – Мамочка, можно я к ней побегу?

– Беги, – разрешаю, закрывая водительскую дверь, – только не по газону. Обойди по тропинке.

– Ага-ага, – вновь подпрыгивают два хвостика, когда светловолосая головка усердно кивает. – Я всегда по дорожке хожу.

– Точнее летаешь, как метеор, – комментирую в спину уже убегающей дочери.

Отслеживаю, как она добирается до подружки и забирается к ней по лестнице в башню, и только после этого достаю с пассажирского сидения свою сумку и бутылку воды. Поставив машину на сигнализацию, присматриваю себе свободное местечко среди тут и там разбросанных лавочек и неторопливо направляюсь к приглянувшемуся.

Как минимум два часа свободного времени мне обеспечены. А если еще и мороженое прикупить…

Да, это просто фантастика!

Так и происходит.

– Мамочка, можно попить? – Амина подбегает лишь однажды и то на минутку, чтобы утолить жажду, и вновь уносится к ребятам.

Визг, смех, топот ножек – ничего не напрягает, когда твой ребенок счастлив. В какой-то момент ощущаю, что так и наблюдаю за детишками, растягивая улыбку. Столько позитива от них улавливаю, что и сама испытываю радость.

– У вас очень хорошая девочка. Моя Варвара каждый день рвется сюда, надеясь с ней встретиться и погулять, – молодая симпатичная брюнетка останавливается рядом, приветливо улыбаясь. – Здравствуйте.

– Добрый вечер, – киваю в ответ.

– Меня Марина зовут.

– Юля.

– Приятно познакомиться, – мама Вари переступает с ноги на ногу, но потом решается и садится рядом на свободное место. – Юля, я хочу Вас попросить… У дочери в воскресенье день рождения. Семь лет. Приходите, пожалуйста, в «Сказку» к трем на празднование. Варвара очень обрадуется. У нее совсем мало друзей, а с Вашей девочкой она очень сильно сблизилась.

– Спасибо за приглашение, Марина. Уверена, Амина будет не против, – улыбаюсь немного волнующейся брюнетке.

Кажется, не только дочка, но и мама не слишком коммуникабельны. Прямо как и я в молодости.

– Ой, как здорово, – та совершенно не скрывает радости.

Я же мысленно корректирую наши с малышкой планы на выходной день. Нет никаких сомнений, что мое сокровище будет рада не только побывать на празднике, но и посетить магазин, чтобы выбрать подарок для новой подружки.

***

Домой приезжаем в половине девятого, потому что попутно заскакиваем в магазин, чтобы купить мороженое.

В парке я так и не решилась его приобрести, не хотела отвлекать Амину от веселья. А малышка точно бы отвлеклась. Она обожает это лакомство и ни за что бы не пропустила момент, когда я его стану есть.

– Ты моешься, я готовлю ужин, а после еды делим сладкое на нас двоих, – предлагаю ход действий, заходя в квартиру и запирая дверь.

– Хорошо, – кивает дочка, скидывая сандалии и убегая на кухню, чтобы убрать контейнер с ее любимым пломбиром с шоколадной крошкой в морозилку, – и еще мультики хочу посмотреть. Можно?

– Конечно. Включай телевизор, а я наберу ванну и переоденусь. Пена клубничная или апельсиновая?

– Клубничная.

Вечер пролетает именно так, как мы планируем. Мытье, легкий перекус перед сном и обожаемое лакомство перед телевизором, где мы с удовольствием смеемся над приключениями Маши и медведя.

Как я предполагала, дочь приходит в восторг, узнав, что ее пригласили на праздник по случаю дня рождения Варвары, и во всю фонтанирует идеями, что можно и нужно дарить ее более спокойной подружке:

– Куклу! Да, точно, ту большую, с длинными волосами и тремя запасными нарядами, что мы видели в прошлый выходной.

– Думаешь?

– Ну да… Или нет? Варя же уже большая станет. Зачем ей тогда кукла? Правильно, мам? Лучше косметику подарим, как у меня: духи, помаду, а еще лак для ногтей. Верно?

– Хм… а вдруг ее мама будет против? – выказываю сомнение.

– Ой, не знаю. Что же делать?

Мое сокровище обнимает ладошками щечки и задумчиво качает головой. Я же еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться.

Она такая милая и сладкая в пижаме с подсолнухами и двумя косичками, глаз не отвести.

– А если настольную игру? – предлагаю свою идею. – Варя же тоже скоро пойдет в школу. Можно подарить викторину для первоклассника. Как считаешь?

– Такую же, как у меня? – глаза дочки загораются.

– Да.

– Здорово! А можно всё-таки ей еще и лак для ногтей купить? Ну вдруг ее мама не будет против? – блестит хитрыми карими глазенками моя кудряшка.

– Хорошо, – даю добро.

Как ей можно отказать?

– И шарики, да, мам? Купим ей разноцветные шарики, которые всегда хотят улететь в небо?

– Конечно, купим.

– Ой, как классно!

С отличным настроением Амина быстро засыпает. Я же, убрав и перемыв посуду, наливаю себе чашку кофе, оставляю на кухне только ночник и забираюсь на любимый подоконник.

Не спится.

В голову так и лезут беспокойные мысли… о мужчине.

Но не о том, чье кольцо я так еще и не сняла с безымянного пальца левой руки, хотя уже решила это сделать, а о том, кто вновь вошел в мою жизнь, не особо спрашивая на то разрешение.

Давид Цикал.

Моя единственная любовь.

Мое сильное разочарование.

Отец моей дочери.

Сегодня после посещения ювелирного он, как и обещал, вернул меня к моему салону красоты, чтобы я смогла забрать машину.

Лишь однажды высказал предложение посидеть в кафе, пообедать и поговорить, но получив отказ, не стал настаивать. Что меня очень удивило и смутило, учитывая его сложный характер и напор.

Но он тут же «исправился» и показал себя настоящего, уверенно заявив:

– Юля, я вернулся. И уже не исчезну. Из жизни дочери – сто процентов. Прими это и не сопротивляйся.

– Дочери? – хмыкнула, а может, съязвила, вздернув подбородок.

Воспоминания, как он жестко припечатал меня семь лет назад фразой: «Я бесплоден, Юля. Две клиники дали одинаковое заключение. Так что перестань врать и пытаться навязать мне СВОЕГО ребенка. НЕ МОЕГО. И исчезни по-хорошему», так и не смогли мною забыться и каждый день жгли душу, разъедая обидой и разочарованием.

– Дочери, – подтвердил Давид спокойно, открыто глядя в глаза, отчего по коже словно ток прошелся, – если хочешь, я сделаю тест ДНК.

– Я хочу? – несказанно удивилась.

– А мне он не нужен. Амина – моя дочь. Я это вижу и чувствую. Но если ты захочешь ее от меня спрятать…

Так! Хватит, Котова, нагнетать на ночь! Не зря говорят, утро вечера мудренее. Вот и пойдем-ка спать.

Одергиваю саму себя и делаю последний глоток уже подстывшего горького напитка. Странно, я совершенно проморгала тот момент, когда чашка опустела.

Глава 8

ЮЛЯ

Время со среды до пятницы пролетает незаметно и вполне обыденно. Днем Амина с радостью посещает детский сад, я нахожусь в салоне, а вечерами гуляем.

Лишь в четверг по работе выезжаю к заказчице на дом, чтобы подготовить ее к особому мероприятию – собственной свадьбе.

И именно тогда узнаю то, на что не обратила бы внимания, если бы не неприятный инцидент.

До дома невесты я добираюсь медленно, поскольку попадаю в пробку, но в назначенный срок укладываюсь. Накануне просчитав такое развитие событий, выезжаю пораньше. И эти сорок минут очень пригождаются.

За четыре часа, заявленные на оказание услуг, успеваю выполнить все, что от меня требуется. По итогу невеста остается довольной и счастливой, во всю позируя фотографу и делая миллионы селфи, мама невесты умиленно вытирает глаза платочком и любуется обожаемым чадом, а жених восторженно пыхтит, поскольку не может отвести влюбленного взора от своей ненаглядной.

Шучу ли?

Да нисколько.

Но естественно признаю, что великолепный результат – не столько моя заслуга, сколько отличная генетика. Что мама, что папа знойной брюнетки Марианны – оба красивы. Потому и невеста прекрасна и свежа, как майская роза.

Закончив работу, тепло прощаюсь с заказчицей. Вновь сажусь в машину, чтобы вернуться в «Приму», но до салона не доезжаю.

На, казалось бы, совершенно пустом участке шоссе передо мной внезапно выныривает грязно-серая бэха, обгоняет, а затем резко виляет в бок и останавливается.

Нажимаю на тормоз, чтобы избежать столкновения. И на секунду зажмуриваюсь, поскольку жду неминуемого «бах!»

Происходит он на самом деле, или мое разыгравшееся воображение рисует то, чего всё же не случилось – сказать сложно.

Теряюсь.

А выскочившие из подрезавшей меня машины двое молодых парней с перекошенными недовольством лицами еще больше нагнетают страха и паники.

– Эй, тетка, ты чего творишь? Слепая что ли? Или права купила? – кричит тот, что вылез с переднего пассажирского сидения.

– Да ты мне машину поцарапала, коза! – возмущенно палит второй, подбегая к заднему крылу своей тачки и что-то там разглядывая.

Не церемонясь, он с размаху хлопает ладонью по капоту моей.

От резкого звука вздрагиваю и еще сильнее вцепляюсь в руль, который, так и не выпустила из рук. Выходить уже не спешу.

Молодые люди меня сильно пугают.

Агрессия из них так и прет. А я ни разу не крутая тетка, которая и коня на скаку… и с двумя наглецами правильные разговоры сможет разговаривать.

– А-ну, выходи. Разбираться будем. Только учти, ты круто попала, дамочка. Сейчас своим ментам позвоню, они на тебя еще и штрафаков навесят. Хрен целый год за руль сядешь, – стращает водитель.

– Не, Владон, ты только глянь какую царапину она тебе прочертила, – подливает масла в огонь злобы его приятель. – Сколько теперь бабла придется отвалить в мастерской, чтобы машине вернуть прежний облик? Охренеть!

Господи, да что он в это грязи разглядел?

Ворчу я мысленно, изучая мечту любителей писать всем известные фразы «Помой меня!» или «Танки грязи не боятся!».

– Может даже крыло полностью менять придется. А это же плюсом покраска… – не замолкает болтливый пассажир.

– Так мы спеца по автоэмалям сейчас подтянем, пусть озвучит, на сколько тут накапало, – бесится хозяин «грязнули», злобно посматривая в мою сторону. – Ну? Чего расселась? Выходи, я сказал!

– Давай-давай! Ментов вызывать будем, – добавляет второй, вертя в руках телефон. – Черт! Мы же тут часов пять, как минимум, проторчим. Я на поезд опоздаю.

Все еще пребывая в шоке, реагирую лишь на последнюю фразу.

Пять часов мне никак нельзя здесь находиться. У меня Амина в садике, а он только до семи работает.

Смотрю на приборную панель, где зеленым светятся часы, показывая 15:50, и, глубоко вздохнув, понимаю, что тянуть время – не вариант.

Отщелкиваю замки и распахиваю дверь, чтобы выйти и самой оценить ущерб. Только меня больше моя ласточка волнует, нежели чужая немытая бэха.

Вот же ты, Котова, экономщица фигова! Давно надо было купить видеорегистратор, сейчас бы легко доказала, что эти парни больше виноваты, чем ты. Эх!

Ворчу на себя, подходя к капоту и осматривая машины.

Странно, но они не соприкасаются. Расстояние между ними сантиметров десять.

Но, может, от удара разъехались?

Делаю мысленное предположение, изучая все детали.

Но моя четырехколесная подруга выглядит также идеально, какой и была утром. А вот на чужой машине, верно, есть черкотина. Вот только она в стороне и никак не могла быть получена в нашем случае.

Оборачиваюсь, чтобы указать на очевидное, и, честно говоря, обалдеваю.

Оба крикуна из бэхи стоят с заломленными за спину руками, уткнувшись носами в багажник моей машины, и тихонько подвывают. А молодые плечистые мужчины в черных костюмах их легко удерживают.

Мамочка, а теперь-то что происходит?

Отступаю на шаг, не понимая происходящего.

– Юлия Леонидовна, добрый день, – привлекает к себе внимание уже знакомый мне молодой человек. Тот самый, что приходил в салон и приглашал составить компанию Цикалу в поездке в ювелирный. – Прошу прощения, что немного задержались. Застряли на пешеходном переходе. Больше такого не повторится.

Э-э-э, что?

Спрашиваю мысленно, в слух же проявляю культурность:

– Добрый день, – и сглатываю, умолкая.

– Вот, держите, – охранник Давида, что-то вытаскивает из рук одного из парней, подрезавших меня на бэхе, и протягивает мне на открытой ладони.

Ого!

Ключи… от моей машинки.

Понимаю спустя минуту.

– А? – хлопаю ресницами.

– Разводилы-автоугонщики, – комментирует тот совершенно спокойно. – Один вас отвлекал, второй забрался внутрь и собирался уехать. Вы бы остались посреди дороги без машины, без телефона и без документов. Всё просто.

Вот те раз! Кошмар просто!

Выражаюсь хоть и мысленно, но почти цензурно.

– Спасибо, – выдаю вслух и киваю, забирая свою вещь.

– Не за что, – получаю ответ. – Поезжайте по своим делам, Юлия Леонидовна, тут мы сами разберемся. И не волнуйтесь, ДТП не было.

– Точно?

– Абсолютно.

– Простите, а Вас как зовут, – решаюсь спросить, когда передо мной распахивают дверь и помогают сесть за руль.

– Иван, – сверкнув лукавым взглядом, рапортует охранник Давида.

– А что вы тут делали, Иван? – осмеливаюсь еще на один вопрос.

– Присматривали за Вами, – получаю честный ответ. – Давид Дамирович приставил нас в Вашу охрану.

***

До салона доезжаю скорее на автопилоте, чем осмысленно. И дорогу помню лишь фрагментами.

Зато машину охраны замечаю теперь постоянно. Пусть она и держится на удалении, но в пределах видимости. Не знаю, может, они и раньше не скрывали свое присутствие, просто я была невнимательна, уже не суть.

Теперь я в курсе.

Но, что странно, понимание, что за мной следят, не угнетает и не нервирует. Наоборот, успокаивает. А после сегодняшнего жуткого инцидента – так тем более.

Вообще щекочет в груди странное желание – позвонить Давиду и поблагодарить. Ведь выходит, что я могу справиться не со всеми ситуациями.

Конечно же, этого не делаю. И не потому, что нет его номера телефона. Уже есть. Когда во вторник покидала машину Цикала, он вложил мне в руку свою визитку. Маленький белоснежный прямоугольничек, на котором кроме одиннадцати цифр больше ничего не оказалось.

– Это мой личный номер. Только для близких людей. Я хочу, чтобы он у тебя был.

Обозначил доходчиво.

Взяла и без слов убрала в карман.

Желание смять бумажку и демонстративно выкинуть ее в урну, гордо вздернув нос и заявив, что нам с дочерью от него ничего не нужно, даже в мыслях не промелькнуло. Не потому, что увидела какую-то призрачную выгоду от вдруг появившегося на горизонте отца моей девочки. А потому что здраво оценила последствия того, что о наследнице Давида Цикала скоро станет известно многим.

Шило в мешке не утаишь. Если Давид сказал, что не отступит, значит, так и сделает. А люди – не слепые, особенно те, кого значимая в сфере бизнеса фигура Цикала очень интересует.

Так, хватит рефлексировать, даю себе мысленную команду и вылезаю из уже припаркованной машины. Забираю с заднего сидения два чемоданчика с косметикой и остальной приблудой, без которых в работе, как без рук, и захожу в «Приму».

Привычная обстановка действует положительно: успокаивает и настраивает на лучшее. Перебрасываюсь с девочками впечатлениями от работы с клиенткой, выслушиваю отчет о произошедшем за время моего отсутствия, даю указания по завтрашнему дню, поскольку до субботы здесь уже не появлюсь, и прощаюсь.

Пора забирать Амину.

Дочка, словно чувствует мое настроение, на прогулке не настаивает, и мы проводим тихий вечер дома вдвоем, играя в настольные игры и вновь поедая мороженое. Вот что-что, а оно нисколько нам обеим не надоедает.

Сладкоежки, что тут еще скажешь.

Влад не звонит ни в среду, ни в четверг, но это отмечаю как-то мимоходом, где-то на периферии сознания, когда в десять вечера укладываю Амину спать. Пропажа жениха не особо расстраивает. А точнее, воспринимается спокойно.

Так, ни тепло, ни холодно. У себя в голове я уже приняла решение расстаться, осталось только озвучит это Зубкову при личной встрече.

Бездумно брожу по затихшей квартире, отмечаю, что на улице стало совсем темно и нужно бы включить свет. Или не нужно. Дома хорошо при любом раскладе.

Меня слегка знобит. Не простыла, скорее, так выходит нервное напряжение от эмоционально сложного дня. А вот холод я не люблю. Потому иду в спальню, достаю из шкафа кофту, когда-то очень давно связанную руками мамочки, и с удовольствием ее надеваю.

Вот теперь отлично.

И пусть она уже старая и видно, что поношенная, но все равно очень любимая. А еще греет так, что кажется, будто мама находится в этот момент рядом и нежно обнимает, делясь теплом.

Спать не хочется, валяться и смотреть телевизор тоже. По въевшейся за годы привычке устремляюсь в кухню. Варю кофе и занимаю любимое место на подоконнике.

Вот теперь всё правильно.

Хорошо. Спокойно. Привычно.

Мысли сами собой устремляются к Давиду.

Не сопротивляюсь, знаю, что бесполезно.

Сегодня тянет на воспоминания. Ко дню нашего с ним знакомства.

Ну, как знакомства?

Я знала Цикала и до того момента. Ни раз видела и слышала, бывая в его доме. А вот он меня точно не замечал. И, думаю, не обращал бы внимания и дальше, но… как говорится, дело случая…

Карина, его сестра, пригласила меня к ним домой, чтобы подготовить ее к вечеринке. Что там было за событие, уже не помню. Да и не суть. Но приехала я в особняк ближе к вечеру на такси. В тот день моя машина находилась в сервисе – меняли сигнализацию.

Работа вышла длительной. Колдовала я над обликом капризной клиентки не менее трех часов. Когда же собралась уезжать – нарисовались непредвиденные обстоятельства.

Я рассчитывала вернуться в город на такси, но из-за разыгравшегося ливня операторы, все как один, отказались посылать транспорт ночью в пригород.

Карина предложила остаться у них до утра и даже пригласила на вечеринку, которую устроила дома. С первым предложением я согласилась, от второго вежливо отказалась.

При всем уважении к хозяйке, хорошо понимала, что мы крутимся с ней в совершенно разных кругах, и уж лучше я посижу в комнате и почитаю, чем буду чувствовать себя белой вороной среди мажористых мажоров.

И все было именно так. Я прекрасно проводила время в выделенной мне комнате, пока ближе к ночи черт не дернул спуститься вниз, чтобы приготовить себе кофе.

Захотелось же.

То, что в кухонной зоне нарвусь на знатно подвыпившего неадекватного гостя, и тот не просто начнет ко мне подкатывать, а нагло зажмет в углу и полезет руками и губами везде, где сможет дотянуться, совершенно не предполагала.

Ну ведь не бывает же такого беспредела.

Оказывается, бывает. И это жутко страшно.

Как ни странно, в ту ночь меня спас от изнасилования именно хозяин особняка – Давид Цикал несмотря на непогоду вернулся в особняк, а не заночевал в городской квартире. Правда, спас в свойственной лишь ему манере. Мужчина прогнал мажора и тут же обвинил меня в том, что я сама наглым образом спровоцировала «невинного»:

– Нечего полуголой разгуливать по кухне.

И это он сказал мне, девушке, одетой в лосины и длинную футболку-платье.

Сказал… и получил знатный отпор. А что он хотел, если злость от бессилия и адреналин, гулявший по крови, решили выйти из меня таким интересным способом.

Тихая девочка Юля одномоментно превратилась в настоящую мегеру, острую на язык и колко жалящую в ответ.