Забытая истинная в Академии Тьмы

Моё дыхание перехватило. Мне девятнадцать. Мой магический потенциал шесть баллов!

Неужели это мой шанс? Шанс на спасение!

Глава 5 В трактире

Я бросила взгляд на тётю Агату, которая всё ещё следила за Гардом, ожидая, когда он наконец освободится. Волнение охватило меня, заставляя сердце колотиться быстрее.

Мой магический потенциал был точно выше четырех пунктов — это мы выяснили ещё в школе. Тогда же я своим учителем была записана в местную Академию, но тётя Агата настояла, чтобы я осталась дома и занялась “чем-то полезным”, например, шитьём.

Но теперь всё изменилось! Император, сам того не зная, практически спас мне жизнь!

Его указа нельзя ослушаться, это знает любой проходимец! И уж конечно тётя не пойдёт против Императора.

Не пойдёт же?

— Что это у тебя? — спросила тётя Агата, вырывая меня из тревожных мыслей.

— Указ… императора, — прошептала я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Она выхватила газету из моих рук и внимательно вчиталась в текст.

— Ерунда какая-то, — пренебрежительно махнула рукой. — Всё равно ты выйдешь замуж за Гарда. Он хороший человек. Не обращай внимания на все эти приказы. Гард заделает тебе ребёночка и тебе не придётся ехать в столицу. Уж на брюхатых-то указ не распространяется.

Меня чуть не вывернуло от этих её слов, от одной только мысли о том, как Толстый Гард задирает мои юбки своими жирными руками и…

Шум в трактире казался все более оглушающим, но даже он не смог заглушить моё растущее отвращение и животный страх.

Сегодня Гард выглядел ещё более угрожающе, чем вчера в нашем доме! Когда он наконец закончил с одним из своих дел, то повернулся к нам. Его свиные глазки блеснули, как у человека, который нашёл что-то давно потерянное.

— Ага, вот и вы, — проговорил он, поднимая руки в приветствии. — Ну что, Агата, привела мне свою девку? — сказал он излишне громко.

Я стояла, как вкопанная, не в силах даже сделать шаг. Внутри меня всё кипело от отвращения и… негодования. Я не девка! Я… я.. да кто я правда такая? Просто сирота без рода…

— Привела, — поддакнула тётя, незаметно подталкивая меня вперёд. — Девчонка у меня смирная, да и порядочная. Лучше тебе жены не найти!

Гард расхохотался так громко, что на нас начали оглядываться посетители трактира. В его смехе не было ни капли доброты или радости, только сытое, насмешливое злорадство.

— Порядочная? — переспросил он, вытирая слёзы смеха со своих жирных щёк. — Да ты это кому говоришь, Агата? Тому, кто в своём трактире новости узнаёт первым?

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. О каких новостях речь?

Гард снова усмехнулся, но теперь его взгляд был прямо направлен на меня, и в нём не было ничего, кроме презрения.

— Да ваш Джек тут вчера напился вусмерть и рассказал всем, кто хотел слушать, как он каждую ночь утешал вашу Зару.

А меня словно ударили. Я почувствовала, как ноги подкашиваются, а голова начинает кружиться. Это не может быть правдой! Джек... он никогда бы такого не сделал, не сказал. Я не могла поверить в это!

Гард сплюнул на пол. По трактиру раздались смешки. Я оцепенела.

— Порядочная! Ха! Как бы не так! Забирай свою порченую девку и проваливай, Агата!

Трактир бурно отреагировал на мой позор. По лицам собравшихся стало ясно, что никто из них не сомневался в словах Гарда. Эти взгляды, полные жалости, презрения и насмешки, прожигали меня насквозь.

— Это ложь! — выкрикнула я, но мой голос был поглощён общим шумом. — Я не делала этого! Я… Джек и я… мы…

Но никто не слушал. Шёпоты и ухмылки стали сильнее, окружая меня, заставляя всё тело дрожать от унижения. Мои глаза начали наполняться слезами, и я не могла их сдержать. Гард, казалось, наслаждался этим моментом, его жирные щеки тряслись от довольного хихиканья.

— Вот тебе и порядочная девка, — прохохотал Гард, всё ещё ухмыляясь. — Да кому она теперь нужна? Даже если у неё магия на семь пунктов, она всё равно остаётся пустым местом, пользованной!

Тётя Агата смотрела на меня, побледнев до синевы. Она не произнесла ни слова, но её взгляд сказал всё. Она схватила меня за руку и с силой потянула к выходу, не проронив ни слова.

Тётя была в бешенстве, но не могла выразить это при всех.

Вот сейчас мы придём домой и тогдааа…

Глава 6 Поезд отходит в полдень, но…

В моей голове всё ещё звучали отголоски того смеха, которым меня облили в трактире. Липкого, мерзкого, пополам со злостью и злорадством, а иногда и с похотью.

Тётя быстро вела меня домой и обещала все возможные кары за то, что я “спуталась” с Джеком.

Объяснять ей, что это неправда, не было сил.

— Бесплатный императорский поезд с молодыми магами отправляется в столицу завтра в полдень! — прокричал глашатай.

Мой шанс! Мой ускользающий шанс!..

Тётя Агата сжала мою руку своими тенями так сильно, что мне казалось, будто кости вот-вот хрустнут. Гнев и разочарование струились от неё, словно яд. Я знала, что её ярость скоро выльется наружу, и боялась того, что меня ждёт.

— Маленькая потоскуха!.. Сорвала мне такую сделку!.. Такую выгодную сделку! — зло бормотала она. — Я бы сбыла тебя с рук этому толстому вонючему свину, получила бы деньги, а ты бы гнила, привязанная к его койке!..

Истинные мотивы тётушки пугали меня, но её тени не давали вырваться, чтобы убежать. Куда угодно! В лес! А лучше на станцию и в столицу!

Когда мы, наконец, достигли нашего дома, тётя Агата резко толкнула дверь и буквально втащила меня внутрь. Она ни слова не произнесла, но её глаза горели, как угли в камине.

— Ты обесчестила нашу семью, — начала она, не давая мне и секунды на оправдания. Её голос был тихим, но в нём ощущалась угроза. — Гард был твоим единственным шансом на нормальную жизнь, но ты… — она сплюнула на пол, — Ты даже на это не годишься, мерзкое отродье!

Я уже даже не пыталась что-то сказать. Я была опустошена и сломлена, но понимала одно: мне нельзя здесь оставаться. Если я останусь, этот дом, эта женщина убьют меня. Я должна найти способ сбежать.

Тётя Агата внезапно взмахнула рукой, и тени, словно живые, потянулись из углов комнаты, окутывая меня со всех сторон.

— Нет, нет, нет! Тётя!

Но она не слушала.

Чёрные вязкие потоки, перетекающие по воздуху, как вода по канаве, но ощутимые, как цепи. Они поплелись вокруг моих рук, ног, живота, сковывая моё тело, а затем потащили меня вниз по лестнице.

— Ты теперь наказана, и будешь здесь, пока я не решу, что с тобой делать, — её голос был полон ярости, в то время, как она тянула меня к заточению.

Тени открыли дверь подвала, и я почувствовала, как нос наполняется запахом сырости и земли. Затем меня резко бросили на земляной пол, и дверь за мной захлопнулась. Тени исчезли, оставив меня одну в темноте.

Тьма окружила меня со всех сторон, заполняя всё пространство вокруг.

Влажная прохлада подвала просачивалась сквозь мои лёгкие одежды, пробирая до костей. В темноте казалось, что стены подвала постепенно сдвигались всё ближе, угрожая сомкнуться вокруг меня, как огромные челюсти.

Слёзы сами по себе потекли по щекам, и я не смогла их остановить. Внутри разрывался бурный фейерверк из эмоций: страх, гнев, отчаяние, бессилие. Я чувствовала себя настолько беспомощной, что было трудно дышать. В какой-то момент я просто закрыла глаза, стараясь отвлечься от этого кошмара, хотя бы на несколько мгновений.

И вот тогда, в тишине и темноте подвала, ко мне начали приходить странные образы. Сначала это были размытые пятна света, как те, что остаются после того, как долго смотришь на солнце. Но постепенно они стали формироваться в более чёткие картины, и перед глазами предстали сцены из далёкого прошлого.

Я видела себя маленькой девочкой, бегущей по огромному залу. Пол под ногами был сделан из мрамора, сверкающего в солнечных лучах, пробивающихся сквозь высокие витражные окна. Шторы из тяжёлого шёлка слегка колыхались от лёгкого ветерка, проникавшего в помещение. Смех и радость заполняли моё детское сердце, а в углу зала стоял трон, сияющий золотыми узорами.

Я смутно помнила, как играла в прятки с кем-то взрослым, возможно, с родителями. Воспоминание было тёплым и полным любви, и на секунду я почувствовала, что возвращаюсь туда, где мне было хорошо и безопасно.

Но затем картинка начала расплываться, словно её затягивало дымкой. Я встряхнула головой, пытаясь ухватиться за этот образ, но он исчезал, оставляя только ощущение пустоты и какой-то странной утраты.

Этот замок…

Я его никогда не видела, не могла видеть! Ведь я — сирота, мои родители умерли, когда я была совсем маленькой, потом несколько лет в приюте, про который я практически ничего не помню, и тётя Агата. Она забрала меня. С тех пор я жила с тётей в этой разваливающейся лачуге.

Замок был не из моей жизни. Это просто выдумка, фантазия… не больше.

Но почему тогда воспоминание казалось таким реальным?

Нет. В реальности всё иначе.

Только холодные тени тёти Агаты и этот мрачный дом были моей реальностью.

Звук скрипа половиц над головой вернул меня в настоящее. Я вздрогнула, понимая, что тётя могла вернуться в любой момент.

Было темно, совсем ничего не видно, но с темнотой я ещё могла ужиться, главное, чтобы эти страшные густые тени не приближались ко мне…

Жаль, она не посадила меня на чердаке… Из подвала нет совсем никаких шансов выбраться.

Я сидела на земляном полу, сжалась в комочек, пытаясь хоть как-то согреться в этом холодном и мрачном помещении и защититься от сырости. Притянула колени к груди и обняла себя руками.

Мне не хотелось этого, но слёзы снова полились по моим щекам.

Я вдруг представила Златоград, нашу столицу. Что могло бы ждать меня там?

Красивая Академия? Именитые учителя? А может даже друзья и любовь?..

Но бесплатный поезд до столицы отправлялся завтра в полдень.

А я… как выбраться из ямы с одним единственным выходом, который надёжно заперт?

Глава 7 Неожиданная встреча

Время в подвале тянулось бесконечно. Я не знала, сколько прошло часов или, может, минут.

Тьма и тишина, словно плотный саван, окутали меня, лишив всякого ощущения реальности. Единственное, что я могла слышать, было моё собственное дыхание, короткое и прерывистое от страха и холода.

Как выбраться отсюда? Я представляла себе Златоград, его величественные улицы и просторные площади. Далеко-далеко, за пределами этой тесной и мрачной ямы, был мир, такой красивый и недостижимый.

Внезапно сквозь мрак прорезался тихий звук — лёгкий стук.

Звук скрипа половиц над головой сменился осторожными шагами. Сердце замерло. Я зажмурилась и замерла, как мышь, притаившаяся в углу. Но вот шаги остановились, и наступила тишина. Я продолжала сидеть в темноте, напряжённо вслушиваясь.

Вдруг раздался тихий, почти неуловимый шёпот:

— Зара! Зара, ты здесь?

Я вздрогнула и приподнялась, на мгновение забыв о страхе. Этот голос… Я бы узнала его среди тысячи других.

— Катрина? — прошептала я, боясь, что мне всё это просто кажется.

— Тсс, да, это я, — ответила она и затем добавила немного громче: — Сейчас я помогу тебе выбраться. Где ты?

Я не была уверена, возможно, мне это чудилось, поэтому застыла, стараясь уловить направление звука. Было темно, совсем ничего не видно, но до меня донеслись шорохи и снова знакомый шёпот:

— Зара, если ты меня слышишь, откликнись!

Моё сердце застучало быстрее, кровь прилила к лицу.

— Я здесь, в подвале, — сдавленно прошептала я, боясь, что моё горло не выдержит от волнения.

— Подожди, мы тебя вытащим, — уверенно ответила моя бывшая лучшая подруга, и вскоре я услышала скрип двери подвала, как она тихо отворилась.

Я сжалась в ожидании, не зная, что будет дальше, но вдруг увидела слабый свет от фонаря и силуэт Катрины, осторожно ступающей по ступеням. Слёзы облегчения наворачивались на глаза, когда я увидела её.

— Кэти… — прошептала я, чувствуя, как в груди разливается тепло.

Катрина приблизилась ко мне и, без лишних слов, обняла. Её лицо в свете тусклого фонаря было серьёзным и сосредоточенным, но в глазах светилась решимость.

— Никакая я тебе не Кэти. Просто хочу, чтобы ты уехала, а не мозолила Джеку глаза до конца жизни, — сказала она тихо. — Джек отвлекает твою тётю, но у нас не так много времени. — Идём, нам нужно бежать.

Я сжала зубы от противного ощущения предательства, но выбора у меня не было.

Мы с Катриной осторожно вышли из подвала, дневной свет ослепил меня на несколько секунд. Мы тихо прошли через коридор мрачного дома, где я провела все детство.

Я слышала, как Джек говорит с тётей Агатой, кажется, он требовал какую-то моральную компенсацию… Я бы посмеялась, но пыталась в этот момент выйти из дома и не издать ни звука, чтобы не привлечь внимание тёти. Сердце бешено колотилось в груди, и каждая секунда казался вечностью.

— Идем на станцию, — сказала Катрина, когда мы были уже у выхода. — Ты сядешь на поезд до Златограда. У меня там есть родственники, они помогут тебе.

Она протянула мне маленький кусочек бумаги с адресом.

— Найдёшь мою тётю…

— Еще одна тётя? Какая ирония, — как-то невпопад пошутила я.

— Она живёт в центре города, — тараторила Катрина, пытаясь быстро передать мне информацию. — Я предупредила её, что ты приедешь. Она поможет тебе закрепиться в столице, — Катрина сжала мою руку, её взгляд был твёрдым.

— Не знаю, то ли ругаться с тобой, то ли благодарить тебя, — честно сказала я.

— Ничего личного, — тихо ответила она, высокомерно улыбнувшись. — Тебе нужно поторопиться.

Внезапно я услышала шум вдалеке — это были шаги, торопливые и решительные. Тогда мы не скрываясь рванули из дома!

— Беги! — сказала она. — И не возвращайся!

Я побежала! Сердце билось с каждой секундой всё быстрее, я мчалась, схватив юбки. Представляю, на кого я была похожа в этот момент! Платье в пыли, руки грязные, волосы растрепаны…

Я добралась до станции, и как раз вовремя: поезд уже стоял на рельсах, готовый к отправлению.

— А ну стой! — услышала я голос тёти позади.

Но я не собиралась останавливаться!

Бежала к последнему вагону воздушного поезда!

Но когда я уже схватилась за ручку вагона, открывающую дверцу, её тени настигли меня и схватили за горло…

Глава 8 Сопровождение

Говорят, когда человеку угрожает серьёзная опасность, перед его глазами пролетает вся жизнь.

Я не знаю почему, но в момент, когда горло затопила тьма, и я перестала дышать, у меня в голове были отрывки из красивых снов, а не из моей реальной жизни с тётей. В тех снах я была любимой дочерью, бегала по коридорам огромного и светлого дома и даже, кажется, играла с братьями...

Смешно.

Наверное, каждый приютский ребёнок придумывает себе такую уютную картинку. Такое простое объяснение самому себе: Никто от меня не отказывался. Меня просто потеряли...

Я упала на дощатый пол станции, цепляясь пальцами за горло, которое упорно отказывалось дарить лёгким воздух.

В ушах звенело.

Кровь стучала в висках.

Я уже начала проваливаться в тягучее беспамятство, когда кто-то вытянул меня из этого колодца.

— Указ императора, ведьма! — услышала я громогласное у себя над головой.

— Да она слабоумная у меня! — заискивающий голос тёти.

Я тут же с усилием открыла глаза.

Надо мной стоял мужчина.

Хмурый. Красивый. С тёмными волосами и знаком архимага на кителе.

Надо же, так молод и уже архимаг... — успела подумать я, прежде чем до меня дошёл смысл сказанного.

— Я не слабоумная! — прохрипела, садясь. — Мне девятнадцать и у меня семь с лишним пунктов потенциала!

Мужчина, наконец, посмотрел на меня.

— Неужели? — спросил он. — Ты дочь неугодных короне?

Теперь уже нахмурилась я, совсем не понимая, с чего он это решил.

— Подстилка она! Жалкая сиротка, а не дочь уважаемых людей! Из приюта я ее взяла, вырастила, выкормила в собственном доме, а вот расплата за доброе дело! — кричала тётя.

Но архимаг провел рукой в воздухе, и голос тёти пропал.

Я смотрела удивленно, как она беспомощно открывает рот. Странно, мне кажется, я уже видела такой жест раньше... Но ведь здесь, в Приозерье никогда не бывало архимагов.

— Она говорит правду? — спросил мужчина поморщившись, словно увидел что-то неприятное.

Я встала с пола и расправила плечи.

— Нет. Я — Зара Фонтиналис. Мне девятнадцать, у меня семь с половиной пунктов магического потенциала, и я еду в Златоград!

Получилось внушительно!

Только мужчину почему-то не впечатлило.

— Фонтиналис — это речной мох? — уточнил он, насмехаясь. — Так у вас в краю называют всех бастардов и сирот?

— Да, но я не...

— Так ваш опекун права, — жестко припечатал он. — Неблагодарная сиротка, которая возомнила о себе невесть что.

Он окинул меня презрительным взглядом. Я почувствовала себя какой-то выскочкой. Губы дёрнулись, но я не заплакала.

— Садитесь в поезд, мисс...

— Фонтиналис, — учтиво подсказал ему наш глава станции. — Про эту "леди" тут такие слухи ходят, сир, — усмехнулся он.

— Неправда! — сказала я громко.

— Ваша правда, как я вижу, отличается от правды всех остальных, — произнес он с отвращением. — Мисс Фонтиналис.

— Все остальные заблуждаются, — упрямо ответила я.

Но мои попытки оправдаться выглядели глупо. Вокруг снова раздался смех. Как тогда, в трактире.

И мужчина тоже усмехнулся.

— Дайте сюда ваше зеркало, — сказал он тёте.

Та подала руку, глядя на мага с опаской. Но выражение ее лица тут же поменялось.

Он, видимо перевёл ей кучу кристаллов, потому что глаза ее вдруг округлились, а потом она расплылась в улыбке.

— Мистер Найтингейл!.. — воскликнула она подобострастно.

— Прочь, — приказал он тёте.

Она взглянула на меня, улыбаясь. Эта улыбка не предвещала ничего хорошего, но я не стушевалась, выдержала её взгляд.

— Я, кажется, сказал вам сесть в поезд, — грозно обратился ко мне мужчина, имени которого я не знала.

И я молча отправилась в вагон, сжимая в кулаке бумажку с адресом тёти Катрины.

Да, в моей жизни всё плохо, просто ужасно. Но я впервые за столько лет буду свободна! Свободна!

— Зайдите ко мне в купе, — послышался голос архимага.

Я обернулась. Мужчина внимательно меня разглядывал, захотелось прикрыться, хотя я и была одета.

— Когда приведёте себя в порядок и примете душ, разумеется.

Он подумал немного и добавил:

— Дважды.

Я не успела ничего ответить, он прошел мимо меня, демонстративно стараясь не касаться жалкой грязной сиротки.

Не думает же он, что все эти слухи правда? Что я должна теперь отплатить ему за спасение от тёти... своим телом, например.

Глава 9 Поезд

Я вошла в вагон и растерянно оглянулась. На меня тут же посмотрели несколько пар глаз. Неодобрительно.

Я прикусила губу и присела на свободное место на скамейке, на самый краешек.

Девушка, что сидела напротив тут же вскочила и демонстративно пересела. Поезд начал движение, а я уставилась в окно.

Воздушные рельсы поднялись в небо и мы взмыли вверх. Такое странное забытое чувство. Будто раньше я часто ловила эти бабочки в животе от резких виражей в воздухе...

Как только поезд набрал скорость, и ритм колес стал привычным, я наконец осознала, что покинула Приозёрье.

Всё. Конец диктатуре тёти Агаты! Я даже как-то глупо улыбнулась.

Я на пути к чему-то новому!

Но мысли о будущем сразу омрачились более насущными проблемами. Двое суток в дороге — целых два дня, и мне нужно было как-то прожить их: поесть, привести себя в порядок, подготовиться к встрече с неизвестностью.

Моя одежда была в плачевном состоянии. Платье, которое ещё недавно было относительно приличным, после ночи в подвале и борьбы на станции выглядело, как тряпка. Я почувствовала себя совершенно убогой, но откуда-то из глубин разума поднялся тот же дух, который заставил меня встать перед архимагом и заявить о своём намерении ехать в Златоград.

Сначала нужно было найти еду. Я была голодна до невозможности, желудок урчал так, что, казалось, его могли услышать даже в купе из соседнего, более красивого вагона.

В вагоне-ресторане я присела за пустой столик в углу и осмотрелась. Громкий смех и разговоры магов и других пассажиров вокруг заставляли меня чувствовать себя чужой, но я старалась не обращать на это внимания. В конце концов, у тёти Агаты я тоже чувствовала себя чужой.

Хорошо мне было только с Джеком и Катрин... И то оказалось обманом.

Когда ко мне подошла официантка, я поняла, что у меня почти нет денег. Лишь несколько кристаллов, спрятанных в платье, которые тётя иногда позволяла мне оставить после выполнения домашних поручений. Едва ли этого хватило бы на приличную трапезу. Поэтому я выбрала самое простое блюдо — что-то вроде хлеба с сыром и немного воды.

Ожидая еду, я пыталась успокоиться и продумать следующий шаг.

Меня ждёт новая жизнь, и я должна подготовиться к ней, насколько это возможно.

Когда официантка принесла мой заказ, я заметила, как в вагон вошла девушка. Она явно принадлежала к высшему обществу, её наряд был изысканным, но в какой-то момент, её платье зацепилось за край стола и подол порвался. Девушка всплеснула руками, лицо её покраснело от раздражения и досады. Она начала громко причитать об острых краях мебели...

Это был момент, когда мой ум нашел решение для проблемы, которая терзала меня.

— Извините, — позвала я её, стараясь говорить как можно вежливее, — если хотите, я могу помочь с вашей одеждой. Я умею шить.

Она подняла взгляд на меня, сначала недоверчиво, потом оценивающе. Может, мой внешний вид не вызывал доверия, но в моих глазах, похоже, она всё же увидела что-то искреннее.

— Ты умеешь? — спросила она, приподнимая бровь.

— Да, — уверенно ответила я. — Мне часто приходилось шить и ремонтировать одежду.

— Если испортишь, натравлю на тебя магпол, — с презрением сказала она и кивнула, как будто приняла мои слова за правду.

— Присядьте, я посмотрю, что можно сделать.

Молодая дворянка присела напротив меня, вытаскивая из сумки шелковый платок и небольшой кошелёк.

— Если справишься, я тебе заплачу. Ненавижу, когда одежда повреждена, а тут ещё эти пересуды… — она махнула рукой, указывая на других пассажиров, которые с интересом смотрели в нашу сторону.

Я сотворила из воздуха иголку и нитки и принялась за работу. Подол её платья был сложным, с тонкими вышивками, но я постаралась сделать всё как можно аккуратнее и незаметнее.

Пришлось попыхтеть, но мне удалось.

Пока шила, я отвлеклась от своих тревог и полностью сосредоточилась на работе.

— Когда уже? — капризно спросила девушка.

— Посидите ещё немного, мисс.

Через некоторое время платье было в порядке, а его хозяйка допила свою чашечку кофе.

Она посмотрела на мою работу и, кажется, осталась довольной результатом.

— Ты действительно хороша в этом, — сказала она, рассматривая обновлённые узоры на своей одежде с удовлетворением. — Вот, держи, как и обещала.

Она протянула мне несколько монет и два небольших кристалла. Это была ничтожная сумма по её меркам, но для меня это значило очень многое. Эти деньги обеспечили бы мне еду на все оставшееся путешествие, а возможно, и на первое время в Златограде.

— Спасибо, — прошептала я, принимая деньги.

Это был первый раз, когда я почувствовала, что могу зарабатывать своим трудом. Раньше тётя Агата сразу забирала почти всё вырученное с моих работ.

— Если тебе понадобится работа в Златограде, найди меня. Моё имя Лорен, я работаю в Доме моды на главной улице. — Она посмотрела на меня с интересом. — У тебя есть талант, и, возможно, я смогу помочь тебе начать что-то новое. Но ради всего светлого, приведи себя в порядок!

Я кивнула, но ничего не сказала в ответ. Лорен попрощалась и ушла, оставив меня сидеть в вагоне с новыми мыслями и планами.

Когда я вернулась на свою скамейку, то чувствовала себя гораздо увереннее. Я ушла в уборную и снова взялась за иголку и нитку, теперь уже для себя. Решила привести в порядок своё платье, почистить его и при возможности сделать что-то вроде нового наряда из того, что у меня было.

Два дня дороги пролетели быстро. Я успела почистить одежду, немного поесть, даже выспаться! Это казалось невозможным, но скамейки в вагоне были поудобнее земляного пола.

Всё это время я чувствовала, как поезд приближает меня к новой жизни, к новому шансу.

— Вы! — сказал знакомый голос. — Я же приказал прийти ко мне в купе!

__________

Хотите поближе посмотреть на Архимага?

Визуализация героев - 2