Сердце дракона. Книга 1

Девушка облегченно выдохнула и двинулась дальше. Простой кошмар – ночью и не такое причудится. Скорей бы домой попасть и чтобы раньше Далена. Увидит, что её нет в постели, – ссоры не избежать. А уж кого-кого, но старшего брата Рики хотела расстраивать меньше всего.

Ноги шлёпали по влажной траве, проваливаясь в маленькие холодные лужицы. Но злосчастный колодец было не миновать, коль уж Рики собиралась поспеть домой раньше брата. И, решившись окончательно и бесповоротно, девушка ринулась в травяные заросли и заспешила вперёд, торопясь вернуться на протоптанную тропинку.

Чёрная тень промелькнула слева, а за спиной страшно заухали и снова завыли. Рики не рискнула оглядываться и засопела пуще прежнего, раздвигая руками острую осоку, кусающую и режущую ладони в кровь. Но непонятная тень продолжала её преследовать. Зажмурив глаза от страха, Рики сжала кулачки и бросилась вперёд, как вдруг запнулась о валун, выросший, словно айсберг, из травяного моря. Забарахталась, скорее вскакивая на ноги, но перед глазами была лишь чернота, и даже звёзд на небе видно не было. И только тогда Рики поняла, что головой оказалась в холщовом мешке, воняющем рыбьими потрохами и водорослями.

– Готово! – услышала Рики довольный голос, и сердце забилось ровнее.

То был не голос страшного старика-соблазнителя, о котором ходили пугающие до дрожи слухи, не голос гнома или прочего существа из легенд. То был голос Рина, деревенского паренька семнадцати лет, лучшего ныряльщика Ланимора и всех близлежащих деревень.

– Пусти меня, идиот!

Рики брыкнулась так сильно, что, ослабь Рин хватку, она легко пнула бы его ногой и вырвалась из нелепого плена. Но Рин был силён. Хотя по внешности совсем не скажешь: худощавый, невысокого роста, может быть, всего на голову выше самой Рики, лохматый и с небольшим шрамом на подбородке. Цепкий взгляд умело высматривал раковины, тщательно спрятанные на морском дне, а длинные тонкие пальцы ловко выковыривали из них жемчуг.

В воде Рин был подобен рыбам: дышал наравне с ними, искусно огибал коралловые островки и великолепно лавировал между зарослями ядовитых водорослей. Никто в деревне не решался соперничать с ним и прыгать в воду на спор. Море было царством Рина, где он чувствовал себя абсолютным и единственным властелином.

Но сейчас ни Рики, ни Рин в воде не были и уж тем более не были на глубине, и Рики изловчилась и впилась со всей силы зубами в руку паренька, которую тот не успел одёрнуть. От неожиданной и сильной боли Рин взвыл и треснул Рики по уху. Ну, или приблизительно по той части головы, где предполагалось быть уху. Мешок на секунду притих, а потом опять начал выкручиваться и сопротивляться.

– В шторм лодкой управлять проще, чем этой дикаркой. Тащите её, ребята. К Гилу. Все наши там.

Рики и опомниться не успела, как несколько сильных рук приподняли её в воздух и понесли.

В наскоро сколоченном сарае, заставленном рыболовными снастями, царили полумрак и духота. И хоть протолкнуться удавалось с трудом, но трое мальчишек сумели найти местечко, где соорудили стол из перевёрнутого дном вверх ведра, облепили его со всех сторон и резались в свете одинокой свечи в «ныряющий камень».* Всюду, куда нос ни поверни, воняло рыбой, а по деревянному настилу, никак не похожему на качественно выложенный пол, ползали черви, удачно выбравшиеся из глиняного горшка, упавшего и валявшегося на боку в тёмном углу. Когда в сарай ввалилось ещё трое с мешком впридачу, то стало уже совсем тесно. Ногой пошевельнешь – зацепишься штаниной за рыболовный крючок. А если ещё и рукой, то точно приятель рядом оплеуху получит. Причём, неумышленно.

Мешок с головы стянули одним рывком, и Рики поморщилась от тусклого света свечи, ударившего в привыкшие к темноте глаза.

– Ух, – выдохнул один из собравшихся, – это же сестра Далена. Её-то на кой сюда? Сдаст ведь!

– Сдам кого? – щурясь, выплюнула девчонка. – Ваше сборище около вонючего ведра? Тоже мне, нашли из чего тайну делать.

Мальчишки загоготали, а кто-то даже фыркнул. Рин заткнул мешок за пояс, вытащил откуда-то из темноты тщательно упрятанную флягу и сделал жадный глоток. Рики повела носом. Настойка! Крепкая настойка из сосновых шишек с добавлением полыни.

– Тебе же завтра в море! – ахнула девушка. – Дален тебя убьёт!

– Не ссы, – икнул Рин, после того как маслянистая жидкость лавой растеклась по всему телу. – Я в воде, как рыба, а то и лучше. Я и пьяным жемчуг со дна морского достану. Будешь?

Он протянул флягу девушке. Та поморщилась.

– Гадкое пойло. Ещё один глоток, и я немедленно иду к брату и рассказываю ему всё.

– Говорил же, сдаст! – выпалил паренёк, возмутившийся ранее. – Зачем ты её сюда приволок?

– Зачем? – Рин хищно облизнул сладкие от настойки губы, обхватил Рики за талию и грубо дёрнул к себе. – Она мне задолжала. Верно, девочка?

Рики хотела отшатнуться, но не тут-то было.

– Ничего я тебе не должна, – жарко выкрикнула она. – Поспорили раз, так я своё выполнила! Хочешь, чтобы и отравы твоей глотнула, так смотри!

С этими словами Рики выхватила из рук Рина флягу, поднесла ко рту и отхлебнула. Внутри всё взорвалось тысячами брызг и невыносимо зажгло. В глазах резко помутнело. Рики качнулась и упала бы, если бы не Рин, крепко её державший.

– Вот же девка! – В голосе Рина звучало неподдельное восхищение. – Сказала, что не побоится к солдатне в Торренхолл пойти, и пошла. Сказала, что сосновки тяпнет, и вон её уже ведёт. Ты только мне скажи, ты в гарнизоне кем числишься? Девочкой для утех? А то мы тут с парнями гадаем...

– Дурак, – прохрипела Рики, приходя в себя от настойки. – Видел, какая у меня лошадь? Такую только отличившимся за службу дают. И брату я письмо от нашего капитана привезла, в котором говорится, что меня берут в гарнизон. И не куда-нибудь, а в личную охрану лорда Стернса, – и глазом не моргнув, соврала девушка.

– Про личную охрану ты не сочиняй, – ухмыльнулся Рин. – Где это видано, чтобы баб туда брали? И от кого они могут защитить? От мышей, что ли?

По сараю пошли противные смешки и фляга по рукам.

– Она и про письмо врёт. Выгнали, наверно, вот и вернулась обратно, – вставил загорелый паренёк, ростом с Рики. Его звали Дени, и по мастерству добычи жемчуга он дышал Рину в спину.

– Ага, – отозвалась Рики, – и лошадь капитанскую впридачу дали. Чтобы из Торренхолла увозила меня быстрее.

Лошадь – железный аргумент: крыть было нечем. Но Рин не унимался. Обжёг себе горло очередной порцией сосновки, сплюнул огнём, попав себе на сапог, и ехидно заметил:

– Ладно. Я согласен, что бабу в крепость взяли. Ну там, сапоги начищать или ещё для каких целей... За некоторые из них можно и лошадь вручить. Но чтобы к лорду в личную охрану...

Рики вспыхнула и, не ведая, зачем и что делает, выплеснула:

– Вот я тебе докажу!

– А докажи! – Рин как будто этого и ждал.

Рики прикусила язык, но было уже поздно.

– Кукурузу любишь? – внезапно спросил Рин.

Девушка кивнула.

– Тогда новый спор. Если нет тебя среди личных стражников милорда и ты всё наврала, то отведаешь мой кукурузный початок.

И, язвительно улыбаясь, Рин похлопал себя по выпирающим впереди штанам. Рики ненавидящим взглядом вперилась в его ухмыляющееся и наглое лицо и пождала сухие губы.

– А коль не вру?

– Так уж и быть, не буду сдавать тебя Далену и говорить, что в Торренхолл ты сбегала на спор.

– Ну и мерзавец ты, Рин.

Девушка стиснула кулачки и уже чуть было не ударила ими в грудь порядком опьяневшего от сосновки хама, но стоявший сзади Гил вдруг перехватил её руки, отвёл за спину и крепко стиснул. Рики дёрнулась, но тщетно. Попробовала дать тому каблуком по ноге, но Гил ловко увернулся, пнув при этом Дени.

– Пить будешь? – ядовито спросил Рин, болтая перед лицом девушки флягой с настойкой.

Та покачала головой.

– А придётся, – равнодушно бросил Рин и разжал Рики губы. – Держи её, ребята, – пробормотал он, когда с непривычки и от большого количества выпитого девушка обмякла на руках у Гила. – Дени, раздевайся. Вот хохма сегодня будет!

– Эй, ты чего задумал? – буркнул парнишка, неохотно стягивая тунику.

– Снимай-снимай да поживее, скоро рассвет. Ты с ней одного роста – со спины вас не различить. Я вообще думал, через колодец это ты драпал. А тут такая удача. Сама страшненькая сестрица Далена!

– Мне моя одежда так-то нужна, – продолжал ворчать Дени, развязывая узел на штанах. – Утром в море в чём пойду? Чешуи у меня нет.

– Да забей, – отмахнулся Рин. – Две лодки собрали, а делов на один день. В одной пойдут Алекс и Сетт. В другой – я и Дален. Четверых нас хватит, чтобы тот остров вдоль и поперёк облазить раз сто. Мы лучше вместо тебя эту дикарку под доски к бочкам положим. Вот ржака будет, когда Дален обнаружит.

– А если она нас выдаст?

Рин презрительно фыркнул.

– Скажем, напилась и сама не помнила, что творила. Пусть Дален постыдится за свою сестрёнку. А если и впрямь рот раскроет, я ей про Торренхолл быстро напомню.

Дени широко улыбнулся и скинул с себя сапоги.

В лунном свете сновали тени. Мелькали то среди вытянувшегося папоротника, то среди зарослей камыша. Потом переместились к брёвнам и мелкими шажками поспешили к качавшимся на волнах лодках. Никто их появлению не предал особого значения, никто не остановил – один стражник клевал носом; второго рядом не было.

Рин махнул рукой, поторапливая Гила и Дени.

– Не могу быстрее, – огрызнулся последний. – Её штаны мне узки, вот-вот на заднице разойдутся.

– Тише там, – рыкнул Гил. – Этого разбудишь.

И кивнул в сторону дремавшего здоровяка.

– Обоим молчать, – прошипел Рин. – Затаскивайте её в лодку скорее и к бочкам под доски суйте. Нет, не так.

Плюнув в воду, паренёк подскочил к возившимся с Рики приятелям, отогнал их и развернул находящуюся в забытьи девушку лицом к бочкам.

– Со спины вылитый Дени, – радостно хмыкнул он и бросил приятелям: – Уходим. Скорее.

Все трое прыгнули в воду – раздался звук рвущейся ткани. Дени замер на месте, а Рин пригрозил ему кулаком. Но спящий стражник и не думал просыпаться, только мотнул головой, недовольно буркнул и дальше погрузился в сон.

***

Первые лучи солнца лениво поползли из-за горизонта, щупая воздух. С моря начинал дуть дневной бриз, полный запаха водорослей и морской соли. Колыхая расправленную парусину, он забирался под тонкую ткань туники Далена и щекотал ему спину. Потом метнулся к кучке мальчишек, босыми ногами зарывшимися в прохладный мелкий песок, и взлохматил шевелюру Алекса, ковырявшегося в зубах острой щепкой.

– Интересно, долго ещё стоять будем? – проворчал Алекс.

– А пёс их знает, – отозвался Рин. – Говорил я вам аккуратнее быть. Если прознают, что мы ночью около лодок шарились, огребём по полной.

– Да что произошло-то? – недоумевал Алекс.

– Ты, Дени и Сетт сегодня не в море. Этого достаточно?

– Ну, Дени понятно, почему. Главное, чтобы он успел среди кустов раствориться, не то Дален заметит подвох, – губы Алекса растянулись в ехидной улыбке, – а меня и Сетта за что?

Рин вытащил ноги из песка, обернул тряпками, сунул в сапоги и процедил:

– Как начало светать, мы пришли на берег. Явились, значит, и видим, как тот худой верзила, что вчера всем командовал, стоит в одной лодке и кричит Далену. В руке весло. И сам весь такой на взводе. Оказалось, одна лодка дала течь. Уже почти наполовину залита водой.

Алекс присвистнул.

– Клянусь, я не виноват! – воскликнул Дени. – У меня вчера штаны расползлись. Это они трещали, а не дно лодки.

– Ты ещё им про штаны расскажи, – проворчал Рин, кивая в сторону собравшихся вокруг Гверна стражников, и продолжил: – Потом на берег ещё народ подтянулся. Такая паника поднялась. Шум, гам. Эти с луками вместе с тем вчерашним забегали и по струнке вытянулись. И перед во-о-он тем отчитывались один за другим. Потом Дален к нам подошёл и сказал, что откладывать сплав не будут, и в море выйдет только одна лодка, а, значит, лучшие из лучших. А оно и так понятно, кто здесь самый лучший, – хвастливо добавил Рин и обидно щёлкнул Алекса по носу.

– А что будет с испорченной лодкой? – потирая больное место, спросил Алекс.

– Что будет со второй лодкой, непонятно. Оно, конечно, дыру латать надо. Но это дело небыстрое. Плотнику работы много. О, гляньте, – Рин вытянул палец вперёд, указывая. – Вон тот длинный, перед которым тут все дрожали. Даже у нашего Далена коленки подкашивались.

С этими словами он громко гоготнул, а Алекс встрепенулся и повернул голову в ту сторону, куда указывал старший приятель. Там неспешным шагом от лодок к своим подданным шёл лорд Стернс.

Навстречу Гайларду поспешил Дагорм, а как поравнялся, отвёл того от собравшихся и задышал прямо в ухо:

– Вы всё ещё настаиваете, что Гверн – подходящий человек на должность вашего советника, милорд?

– Я не склонен обсуждать назначения в такой обстановке. Тем более поднимать шум из-за жалкой дыры в прохудившейся рыбацкой лодке, – пожал плечами Гайлард. – Рыбаки выходили на ней в море тысячи раз. Должна же она была когда-то дать течь.

– И это произошло именно тогда, когда лодками занялся Гверн. Не находите странным?

– Намекаешь на измену?

– Я всего лишь продолжаю придерживаться мнения, что молодой человек слишком юн, неопытен и в некой мере безответственен.

Стернс посмотрел в сторону лучников, обступивших своего командира со всех сторон, и крикнул:

– Гверн!

– Да, милорд! – Нольвен бросился к Гаю и упал перед ним на колени. – Клянусь, я все лодки лично смотрел и ничего не заметил, – бормотал он, оправдываясь.

Стоявший неподалеку Ферран еле заметно фыркнул и отвернулся, чтобы не видеть жалкого зрелища.

– Что ты этим хочешь сказать? – насупился Гайлард. – Что ты халатен и не углядел дыру, или что кто-то из близкого окружения специально вредит нам?

– Ни то, ни другое, милорд, – виновато склонил голову Гверн. – Я не понимаю, откуда взялась пробоина.

– Кто подходил к лодкам ночью кроме стражи?

– Никто. Даже стражникам я запретил их касаться.

– Тогда как ты объяснишь течь?

– Мне некого подозревать, милорд, – нервно сглотнув, выдавил Гверн. – Но если и винить кого-то в случившемся, то только меня.

– Тебе ещё повезло, что у меня сейчас нет времени выяснять подробности, – процедил сквозь зубы Гай. – Я и Дагорм выйдем в море на исправной лодке. Ты отправишься в королевский порт и снарядишь корабль на остров.

– Я молнией! – воскликнул юноша, вскакивая на ноги. – Вы даже не успеете там костёр развести, как я буду уже у берегов.

– Погоди, горячая голова. – Гай поманил к себе Стендена. – Вы отправитесь вместе. Разойдетесь у развилки, где трактир. Ферран, скачи в замок и приготовь всё для встречи принцессы Мириан. И забери Ашка.

– Он, вероятно, ещё слаб. Вы сильно загнали его ночью. Бедный конь был весь в мыле, – вставил Ферран.

Гай кивнул.

– Дай ему набраться сил, и отправляйтесь после полудня.

Стенден учтиво поклонился.

– Солнце скоро будет совсем высоко, – заметил подошедший к Стернсу Дален. – Если хотим успеть осмотреть остров до заката, нужно отправляться немедленно.

– Лучники в лодке? – сухо спросил Гай, даже не повернув голову в сторону молодого человека.

– Пятеро.

– А ныряльщики?

– Рин ещё топчется на берегу, но ему запрыгнуть в лодку – дело недолгое.

– Тогда отплываем. И вот ещё, – Стернс впервые внимательно посмотрел на молодого рыбака, – как твоё имя?

– Дален, милорд.

– Что ж, Дален, – Гайлард сделал небольшую паузу, – надеюсь, ты меня не разочаруешь.

– Сир, – Дагорм вклинился в разговор и вновь завёл старую тему, – отправляться на остров небезопасно. Одна лодка повреждена, и мы не знаем, случайность это или дело чьих-то рук. Не лучше ли отложить сплав?

– И потерять несколько дней? Я, кажется, чётко дал знать о своем решении. – Гайлард был недоволен. – Мы отправляемся прямо сейчас. Будь на острове какая опасность, деревенские мальчишки не повадились бы туда.

– Мальчишки мальчишками, – продолжал шамкать Дагорм, – а вам нужна должная охрана. Пятеро лучников это мало. Возьмите Феррана, пока не поздно.

– Это просто остров. В нескольких часах пути от этого берега. Остров, на котором ни души нет, а только жемчужные россыпи повсюду. Ты же предлагаешь отправить туда чуть ли ни все королевские войска, вооруженные до зубов. Оставь свои идеи до лучших времен.

– Каких, милорд? – недоумевал старик.

– Когда будем делать высадку на островах Берлау, – отрезал Стернс и направился в сторону качающейся на волнах лодки.

Продолжать спор было бессмысленно. И Дагорму оставалось лишь понуро плестись вслед за господином.

Лучники начинали расходиться. Последний из них ещё стоял перед Гверном, внимательно слушал и согласно кивал. Затем развернулся и присоединился к остальным, догнав их в несколько широких прыжков.

Как только лучники скрылись из виду, Ферран подскочил к Гверну. Схватил того за воротник, словно неопытного щенка за шкирку, потянул за собой в направлении дома старосты. На ходу натянул на руки перчатки, не переставая бормотать себе под нос. Сколько ни силился, Гверн не смог разобрать ни слова из тех бормотаний.

– К чему такая спешка? – крикнул он Стендену. – До полудня полно времени.

– Не будем мы ждать полудня, – отрезал Ферран. – Я не намерен торчать здесь у всех на виду и играть роль шута, развлекая Коногана рассказами о Торренхолле.

– А как же лошади? Лорд Стернс сказал, им нужен отдых.

– Только Ашку. Я и Дагорм меняли лошадей при трактире у развилки. Они полны сил. На них и отправимся.

– А Ашк?

– Оставлю его у Коногана и вернусь за ним через два дня.

– А...

На языке молодого человека вертелся ещё один вопрос, но негодующий крик Феррана заставил позабыть обо всём на свете.

– Черт возьми, Гверн, кто вы такой? Вопросы буду задавать я, а не вы!

Гверн плотно сомкнул губы и сглотнул. Всю оставшуюся дорогу оба молчали.

В доме старосты крепко спали. Перемалывали во сне события прошедшего дня и ночи и не просыпались ни на малейший шорох и тем более на ржание выводимых из стойла лошадей и стук копыт, удаляющийся от деревни в направлении леса.

––––––––––––––

*аналог современных «напёрстков»

Глава 9. Лес

Зелёный лес шумел.

Подпирающие небо древние буки широкими кронами заслоняли солнце, пропуская лишь самые настойчивые лучи. Те, соревнуясь друг с другом, спешили пробиться сквозь листву, чтобы согреть скучающую в живительно-прохладной тени землю. Один такой луч брызнул сквозь листья, надломился и ударил в паутину, крепко сплетенную между стволами деревьев. Внизу было тихо. Лишь вдалеке, под тяжестью медвежьей лапы, сухим треском отозвалась безжизненная коряга, а птица испуганно захлопала крыльями, вспорхнув с насиженного места.

Раздался шум. Из вороха листьев выскочила белка и, ловко перескакивая через вылезшие на поверхность спутанные корни деревьев, вскарабкалась на самое широкое и исчезла в его вышине. Солнце ещё раз стрельнуло слепящими лучами и скрылось за облаками. Лес погрузился в полумрак. Тянувшийся на много сотен миль, он был непролазен и дремуч.