Любовь, под гнётом мести

Он должен осознать и принять неизбежный факт того, что своим поведением и отношением к жизни, причинил слишком много вреда и страданий совершенно невинным людям. За такое прощать нельзя и уж тем более забывать. Орлова терзают лютые демоны, которые заставили его вступить на мстительный путь, но это не означает что мужчина не виноват. Он оказался слабым, не смог подавить внутреннего дьявола, который завладел сердцем и поработил душу.

Этот человек пытался разрушить её жизнь, уничтожить родных людей, истребить всех, кого она любит и кем дорожит. И всему вина проклятая месть, желание заглушить боль…

Саша намеренно не шла на контакт с Орловым, она не могла допустить даже малейшей возможности найти точки соприкосновения. Для неё он был сущим дьяволом, который искушал её сердце, обманывал, унижал, но при этом притягивал, очаровывал … Она должна была ненавидеть его, презирать и желать смерти. Только такие чувства способен вызвать человек, который каждый день стремился уничтожить её и её близких. Но вот почему предательское сердце не могло принять данные чувства, почему разум отступал…Любовь – это необработанный материал, который завладевает тобой, не позволяя здраво оценить ситуацию, лишь взяв себя в руки и подавив губительное чувство, можно вынырнуть из-под нахлынувшего на тебя океана страсти и порока.

– Саша, что ты хотела? – голос мужа вывел Сашу из состояния забвения. – Ты уже всё сказала. Вряд ли сможешь, что-то новое добавить.

– Расскажи мне о своей матери? Когда она умерла, тебе, было около десяти лет, значит, ты её неплохо должен был запомнить. Кто такая Ангелина? – Александра внимательно вглядывалась в лицо Владислава, даже на расстоянии ощущая, как разрывается его сердце.

Всё-таки ничего человеческое ему не чуждо…И даже у такого железного, несгибаемого мужчины есть свои слабые места.

Орлов моментально отвернулся от девушки и отрешённо посмотрел на пейзаж за окном. Вспоминания о матери причиняли ему много боли….

Мужчина глубоко вздохнул и кивнув головой, с сожалением усмехнулся.

Владислав отвернулся от окна и пристально уставился на Сашу.

– Я её плохо помню. Она нечасто появлялась дома. Постоянно пропадала на работе, но надо отдать должное деньги перечисляла исправно. В принципе материального никогда ни в чём не нуждался. Жил, как обычный, среднестатистический ребёнок, – искренне признался он. – Только вот оказался почти сиротой, при живой матери.

Саша незамедлительно уловила морально-психологический посыл мужа, который, произнеся данную реплику, сам неосознанно выдал искренние чувства к матери. Орлов был лишён материнской любви ещё при жизни Ангелины, он злился на мать, но в столь раненном возрасте не был способен признаться в этом.

– У матери самой столько внутренних проблем было, что она попросту не в состоянии была заметить, что рядом с ней ещё есть человек, которому нужно отдать много душевных сил, – Орлов сам до конца не понимал, причину по которой он так разоткровенничался, он просто хотел излить душу, сбросить камень, который тяготил его сердце, но раньше он не был готов к подобного разговору, в том числе и в связи с тем, что рядом не было человека, которому бы он мог поведать о своих душевных муках. Рассказывая о матери, Орлов обнажал душу, а как известно, голый человек беззащитен и слаб, он больше всего на свете не желал показаться слабым и нуждающимся в жалости мужчиной, но почему-то сейчас его это не страшило…

– Мама жила для себя, я же оставался один на один с проблемами. Это, с одной стороны, хорошо, я привык рассчитывать только на себя и в общем ни в ком не нуждаюсь, – детская обида блеснула в глазах взрослого, состоявшегося мужчины под два метра ростом, – но только не тогда, когда тебе пять лет. Она была мне нужна, но её никогда не было рядом. Постепенно смирился со своей жизнью. Убедил себя, что мама вынуждена работать, чтобы я ни в чём не нуждался.

Орлов несколько минут молча наблюдал за реакцией Александры, которая впервые в жизни взглянула на мужа другими глазами. Она видела Орлова жестоким, бессердечным, самоуверенным, надменным, но никогда даже намёка не было на его уязвимость или слабость. Для неё Орлов представлялся айсбергом, который полностью покрыт льдом, но, как оказалось, он человек со своими скелетами в шкафу. Его можно ранить, обидеть, задеть…

– Ты её ненавидел? – невольно с губ Саши сорвался вопрос, который крутился в её голове. – Извини, я не то хотела спросить, – мгновенно попыталась исправиться девушка, ощущая, что подобные вопросы неэтично задавать человеку, даже если это Орлов и ты ненавидишь его всем сердцем или желаешь ненавидеть всем сердцем. – Обижался? Так будет правильнее.

Влад равнодушно пожал плечами.

– Саша очень сложно отвечать на подобные вопросы, когда ты с самого раннего детства вырос без материнской любви. Разве можно любить чужого человека, как можно обижаться или ненавидеть постороннюю женщину, которая изредка появлялась в твоей жизни, – тяжело прошептал он. – Тебе меня сложно понять. У тебя всегда был счастливый дом. Родители в тебе души не чаяли. И это правильно, – моментально проговорил Орлов, он не желал, чтобы Александра уловила, даже намёк на укор. – Родители должны быть рядом со своими детьми. Помогать им. Поддерживать.

Тяжело задышав Орлов схватился за спинку деревянного стула и пододвинув его к себе, присел.

Видя опустошённое, угнетённое состояние ненавистного супруга Саша почувствовала тупую боль в груди, которая не позволяла сделать глоток живительного воздуха, она сопереживала и искренне сочувствовала Орлову, при этом отдавая себе отчёт, что он змеёныш, который не заслуживает ни сочувствия, ни жалости. Такие, как Орлов пропитаны злобой, ненавистью, пока они обессилены, будут лицемерно изображать несчастных людей, но как только ты потеряешь бдительность и допустишь слишком близко, молниеносно обнажат зубы и вцепятся мёртвой хваткой в твоё горло.

– Влад, а ты знаешь кем работала твоя мать? – Александра постаралась избегать острых углов и задала безобидный вопрос, который вызвал язвительную улыбку на устах мужа.

– Знаю.

– И кем?

Орлов поднял свой взгляд полный презрения на Александру, – она оказывала эскорт услуги для богатых клиентов. И знаешь, пока она работала элитной проституткой, дома мать появлялась чаще, чем после того как перешла к Архангельскому. Твой отец забрал у меня мать, он эгоист, который не был намерен делиться своей игрушкой.

– Папа запрещал Ангелине с тобой общаться?

Орлов помотал головой.

– Нет, но он был против детей. Мама так его любила, что боялась, признаться, что у неё есть ребёнок. Она меня скрывала ото всех. Личная жизнь матери оказалась гораздо важнее собственного ребёнка, – а вот теперь острая обида отчётливо просквозила во фразах Орлова.

Владислав удручённо усмехнулся.

– Ответственность за качество отношений в семье лежит на взрослых. И не требовать от ребёнка, чтобы он старался понравиться новому маминому мужчине, а уж тем более не заставлять называть его папой. Мужчина, входящий в семью из двух человек, мать и ребёнок должен учитывать, что там изначально двое, а значит искать подход не только к желанной женщине, но и к ребёнку. Он в данном случае, не просто приложение к возлюбленной, он человек, – пояснил Орлов.

Саша опустила глаза, прекрасно помня, как однажды на одном детском мероприятии, папа в окружении её сверстников весело и резво играл с малышами. Сашу очень задело, что её отец уделяет внимание другим детям, девочка громко разревелась и убежала с мероприятия. Благо неподалёку находились охранники, которые быстро изловили беглянку и этапировали в целостности и сохранности отцу. Архангельский долгое время успокаивал капризную принцессу, и когда детская истерика начала сходить на нет, малышка громко заявила, что больше не любит отца. Архангельский удивлённо приподнял брови и серьёзно поинтересовался у малышки, почему лишился её любви и когда девочка поведала отцу, что он её предал, мужчина громко рассмеялся, и подняв Сашу на руки, прошептал на ухо: «Милая запомни, что ты и твоя сестра, моя плоть и кровь и ни один иной ребёнок не сможет заменить вас. И если честно, Сашка, я никогда не смогу полюбить чужих детей. Никогда». Эту фразу девочка запомнила на всю жизнь и уже во взрослом возрасте пришла к выводу, что никакой даже самый замечательный, ответственный и заботливый отчим неспособен полюбить ребёнка так сильно, как родной отец. Именно поэтому она так тщательно подходила к выбору молодых людей, для неё было важно один раз и навсегда выйти замуж и родить детей от любимого мужчины. Девушка даже думать не хотела, что любовь может уйти и в результате случится неизбежный развод, который непременно негативно отразится на детях. Она дала себе строгую установку, что даже, если она когда-нибудь выйдет замуж, а потом, не дай бог, разведётся, в её жизни не появиться ни одного мужчины.

Александра глубоко вздохнула и, обхватив себя ладонями за плечи, неспешно подошла к супругу, который так же, как и она, погрузился в собственные раздумья.

– Влад, это правда, – девушка неторопливо опустилась на колени и слегка коснулась его руки.

– Что правда?

– Папа бы никогда не принял чужого ребёнка. Он собственник и эгоист, –

Саша непроизвольно ухмыльнулась, – эти же черты характера передались и мне. Я очень ревностно относилась к родителям, особенно не терпела, чтобы папа уделял внимание чужим детям.

Девушка снисходительно махнула рукой.

– Да что к чужим, даже к Варе ревновала, хотя мои родители всегда намного строже относились в Варваре. Она была старше почти на шесть лет, поэтому, когда шкодила и проказничала я, мне, как младшенькой прощали, ей же доставалось по полной программе. Да и сдавала я её часто, она с Димкой на свидание соберётся, а тут я и всё, – Саша развела руки по сторонам, – мелкий стукачек, который всенепременно сдаст. Варя ругала меня, а, в свою очередь, в слёзы и к маме с жалобами на злую сестру.

Орлов с умилением смотрел на супругу, которая каялась в самых «ужасных» детских шалостях, в его голове непроизвольно отобразилась маленькая Саша, обаятельная девчонка с пухлыми розовыми щёчками и огромными глазами цвета безоблачного неба. Удивительно, но даже во взрослом возрасте Александра не утратила светлый, тёплый и невинный взгляд, её волосы оставались такими же белоснежными, хотя, у многих с возрастом они значительно темнеют, но самое главное малышка по-прежнему созерцает мир с широко раскрытыми глазами, её жизнерадостности и жизнелюбию, и любви к ближнем можно только позавидовать. Она была полным антиподом Варвары, которая, в свою очередь, ненавидела весь мир и готова была в любую минуту предать кого угодно ради своей подлой, низменной корысти. Сестра Саши уже давным-давно пошла «на сделку с совестью», наступила на «горло» принципам и морали. Для Орлова до сих пор оставалось загадкой, причина по которой в семье Архангельских выросли совершенно разные дочери. Вероятно, отрицательные гены Архангельского сформировали Варвару, как подлую и ничтожную личность, а вот в жилах Саши бурлили частички материнской крови. Грязная кровь Архангела, ни коем образом, не смогла отравить девушку и исказить её мировоззрение. – Или так было раньше? – мысленно задал себе вопрос Орлов. И незамедлительно ответил, – я не смог сломать Сашу, подавить её, но ухитрился вытравить из её сердца веру в людей. Теперь девушка считает, что любовь – это зло, которое способно лишь разрушать, сжигать всё на своём пути. Смогу ли я исправить ситуацию? Заклеить раны? Или разбитая чаша восстановлению не подлежит, а если и подлежит, то это будет уродливое создание, которое таит в себе кучу осколков, которые отколются при первой встряске и безжалостно вопьются в горло.

Саша заметила, что Орлов вновь погрузился в размышления, поэтому девушка с озорной улыбочкой, аккуратно дотронулась пальчиками до его бедра и резко ущипнула за мягкое место.

Сильной боли действия супруги у Орлова не вызвали, но от неожиданности он подскочил и со смехом прокричал, – сумасшедшая девчонка, ты что творишь? Больно же!

Саша игриво опустила локти на колени мужа и обхватив свои розовые щёчки ладонями, сказала, – о чём ты думал? У тебя был такой таинственный и загадочный вид. Очередной план по захвату мира разрабатывал? Признавайся, а иначе продолжу пытать.

– О том, почему ты была такой вредной девчонкой? – Орлов умышленно скрывал свои истинные мысли, он и так слишком раскрылся перед Александрой. Рассказывать о тревогах, которые неустанно мучили его сердце он попросту, не мог, слишком опасная территория, на которую он не был морально готов допустить Сашу. Попросить прощения и признать свои ошибки, глядя в лицо любимой женщины, казалось, ему слишком абсурдным, гордость и тщеславие не позволяли совершить столь опрометчивый шаг. Орлов боялся быть отвергнутым, Саша так же, как и его мать предпочтёт Архангельского и даже если окажется, что он не виноват и его месть была несправедливой, Архангельский не примет его, ровным счётом, как и он его. Слишком много между ними было злости, обиды, предательства и пресловутой, всепожирающей ненависти. Невозможно было махнуть рукой и двигаться дальше как ни в чём не бывало. Даже если Орлов откажется от мести, Архангел не простит. Этот человек будет искать его и словно изголодавшийся зверь, почуявший запах крови будет преследовать свою добычу. В любом случаи, оставлять такого опасного врага в живых было недопустимо глупо и стоило бы Орлову жизни.

Александра капризно надула губки, – ты ещё не знаешь вредных детей. Вот Варя была сущим дьяволёнком. Представляешь, у нас в соседнем доме жил хороший друг, сейчас работает в администрации, большой человек стал, – предусмотрительно пояснила девушка. – Так вот, она говорила родителям, что идёт к нему в приставку играть, охранники привозили её к дому Паши, мальчик выходил к дверям и забирал Варю. А потом выводил через чёрный выход, и она благополучно убегала по своим делам.

Орлов весело рассмеялся, – ну прямо шпионы. Сколько ей тогда лет было?

– Пятнадцать, а мне девять, – Саша, словно маленький ребёнок, который пытается оправдаться за своё неподобающее поведение, слегка вытянула губки, – я её тоже страшно ревновала. Нет, ты не подумай, у меня были друзья, но мне не хватало сестры. У неё появились поклонники, интересы поменялись, и она больше не уделяла мне того внимания, как прежде.

– А ты бы хотела, чтобы весь мир вращался вокруг непревзойдённой и неповторимой Архангельской Александры Алексеевны. Милая, твой отец слишком избаловал тебя, не каждый мужчина способен любить свою жену так, как твой отец. А ты требуешь именно такого внимания и ни грамма меньше.

Саша пронзительно сощурила глазки и, проведя рукой по обнажённому бедру мужа, моментально повторила недавние щипательные действия.

– Вот видь, зараза, – прокричал Орлов и вскочил со стула, но резвая девчонка к тому времени уже успела подняться на ноги и удалиться на безопасное расстояние.

Сейчас они были похожи на двух беззаботных, резвящихся детей, которые не знали и не ведали, что мир взрослых людей переполнен ненавистью и злобой.

– Ну всё, сама напросилась, – Орлов яростно устремился к девушке, которая была готова к подобным действиям, поэтому моментально схватила подушку в руки и с задором рассмеявшись бросила её в мужа. Следом полетела вторая, третья, от каждого мягкого снаряда мужчина ловко уворачивался и когда уже боеприпасов не оказалось под рукой, Саша приняла решение капитулировать. Она подняла руки вверх и с наигранным сожалением и детской непосредственностью, прошептала, – военнопленных не убивают, у нас конвенция действует.

Орлов максимально близко приблизился к жене, вынуждая её буквально вжаться пятой точкой в стену и расставив руки на ширине плеч юной воительницы, сладко простонал в её полураскрытые губки, – а кто тебе сказал, малышка, что я тебя убивать собираюсь? У меня на тебя совершенно иные планы, – его рука скользнула по шее девушки, – куда более гуманные и снисходительные. В отличие от тебя, я тебе смерти не желаю.

Его томный взгляд упал на бархатные губы Александры, властным движением руки он притянул девушку к себе и слегка дотронулся жаждущими устами до её лица, которое моментально покрылось коралловой стыдливой краской. На смену смятению пришло уверенное наслаждение, в душе Саши зародился огонёк трепетного блаженства и нескончаемого желания.

– Как же ты мне нужна, – страстно выдохнул мужчина и накрыл своими губами губы девушки. Этого было достаточно, чтобы Саша поборола свои принципы и муки совести. Александра добровольно приняла его, жарко ответив на поцелуй. Наслаждение и сверх блаженства одновременно накрыли влюблённые, но искалеченные ложью и предательством, сердца. Страсть, сладкая искушающая нега обуяла обоих, чувства захлестнули и переполнили Влада и Сашу.

– Ты знаешь, как использовали военнопленных? – отстранившись от Саши, провокационно полюбопытствовал супруг.

Александра, которая ещё не успела спустить с небес на землю, недоумевающе похлопала ресницами.

– Военнопленные – это бесплатная рабочая сила, а судя по твоему хрупкому телосложению и изнеженным ручкам, тяжёлый труд ты не осилишь. Ну и на какую же должность мне тебя назначить?

Саша неправильно считала позыв Орлова, девушка подняла голову и, нацепив надменную маску, пренебрежительно ответила, – должность инкубатора, а пока не забеременею, могу быть твоей персональной секс-игрушкой.

Орлов опустил руки и отошёл от обиженной девушки, которая продолжала выплёскивать весь негатив, который скопился в её душе. Она била Орлова его же словами. В каждой фразе звучали уже ранее озвученные предложения. Гордость вновь набрала прежнюю силу, ущемлённая женская сущность яростно вырывалась наружу.

– Саша, я не хотел, – супруг безуспешно пытался остановить нескончаемый поток злобных реплик, которые обоим причиняли нестерпимые муки. Орлов понимал, что пора прояснить ситуацию, он должен, признаться, Саше в своих чувствах, а там будь что будет…Пусть смеётся в лицо, не верит, обвиняет и даже покарает. Он заслужил её ненависти, презрения…Заслужил и теперь возмездие неотвратимо настигает Орлова.

Саша кричала, её дыхание усиливалось, она в свои уста вложила всю боль души, девушка храбро сдерживала слёзы, которые беспощадно подступали к глазам.

– Что ты не хотел? Влад, ты циник, мстительный прагматик, который думает только о себе. Я для тебя не секс игрушка, – яростно размахивая руками, провозгласила девушка, – я для тебя орудие мести. Ты не только меня медленно убиваешь, ты своими изощрёнными пытками при помощи меня, близких людей уничтожаешь. Что это сейчас было? Твоё откровение очередная коварная игра. Зачем? Чтобы лишний раз посмеяться надо мной.

Чтобы не видеть её заплаканного лица, Орлов отвёл взгляд в сторону, он был сломлен справедливыми упрёками, которые терзали его душу.

– Саша, до встречи с тобой, моя жизнь была наполнена лишь месть и ненавистью, – с твёрдой уверенностью в голосе, проговорил Орлов. Резкий тон с определённым окрасом поразил Александру, она ехидно скорчила недоверчивую гримасу. – Раньше в отношениях с женщинами мною всегда руководила лишь страсть, желание обладать телом, а душевная близость была лишь пустым звуком. Но с тобой…

Резко подняв глаза, Орлов наткнулся на холодный, безжизненный взор любимой женщины, которая токсично ухмылялась.

– Мне никогда не заслужить её прощения, – звонко провозгласил внутренний голос. В глубине души мужчина давным-давно проклинал себя за жестокость, проявленную по отношению к родному человеку. Густой дымок чёрного тумана с примесью яда покрыл душу Орлова.

Молчание стало невыносимым, недосказанность парила в напряжённом до предела воздухе.

От переполняющих через край эмоций Сашу заколотило, нервный озноб прошёлся по телу, она перестала чувствовать пальцы рук и ног и - только завывающий стон её сердца, напоминал ей, что она всё ещё существует.

– Ты обрёк меня на жалкое существование, уничтожил своими руками зародыш счастья, мою любовь.

Орлов медленно прикрыл глаза, мучительно осознав, – я для неё чудовище. Пусть так и будет. В любом случае нам не быть вместе при любом раскладе дел, разлука неизбежна. Так пусть лучше она ненавидит и презирает меня. Так будет легче забыть и построить свою жизнь заново.

Звук сотового телефона заставил Орлова незамедлительно поднять веки.

Быстрым шагом он подошёл к прикроватной тумбочке и схватив трубку, произнёс, – Сева, что случилось?

– Влад, слушай, здесь такое дело, может, конечно, я зря, паникую, но Соколовский сегодня наведывался к прокурору города.

Орлов гневно свёл брови, ему не понравилась данная новость, он инстинктивно развернулся к супруге, которая без особых эмоций смотрела на него.

– И что?

– Слушай, это информация не для телефонного разговора. Я уже у твоих ворот, дай команду своим архаровцам, чтоб пустили меня.

На лице Орлова появилось удивление, – Сева, давно ли тебя отказываются пускать мои охранники. Они что там охренели, что ли?

Всеволод весело рассмеялся, – да на проходной парни, даже уже ворота распахнули, но мне Слава дорогу перегородил. Типа уже поздно и без твоей команды он никого в дом не пустит. Вот стоит прямо у моей машины.

– Б…ь, лучше бы такую же прыть проявлял в поисках мента, – Орлов специально громко бросил данную фразу, чтобы Саша хорошо расслышала его речь. – Передай ему трубку.

Через секунду в трубке раздался голос Вячеслава, – Владислав Владимирович, извините, но без вашего указания, я не мог пропустить. Ночь на дворе.

– Славик, ты же мой хороший, о беспечном сне хозяина заботишься, – не удержался от язвительной реплики Орлов. – Пропусти Севу, пока он тебя не переехал.

– Понял.

Орлов сбросил вызов, продолжая прожигать Александру проницательным взглядом, ему была интересна реакция девушки.

Саша по недоброму усмехнулась, – так ты всё-таки ищешь Артёма? Её пренебрежительный взор прошёлся по телу Орлова. – Как же тебе не стыдно, бегать за Артёмом и это то при живой жене. Что так приглянулся? Но, боюсь тебя разочаровать, ты не в его вкусе.

Александра провокационно изобразила полную неосведомлённость о том, что Артём объявлен в розыск и сейчас скрывается от следствия.

– А кто в его вкусе? – ревностный вопрос быстрее мысли сорвался с губ Орлова, который и без ответа Саши знал, что Артём по уши влюблён в Александру. Но вот чего Орлов точно не знал, так это об истинных чувствах девушки. Его убивала одна лишь мысль о том, что этот доморощенный благодетель своей жертвенностью и принципиальностью зарождал ответные эмоции со стороны Саши. Конечно, Орлов был истинным чудовищем, а мент выступал в качестве героя-спасителя.

– Артём, меня любит. Только вот я недостойна любви такого преданного и верного человека.

Владислав снисходительно покачал головой, – Саша, хватит играть, мы оба знаем, что Артём для тебя лишь друг. Он как подружка, с которой хорошо поболтать. Хорошие девочки навроде тебя всегда выбирают плохих парней. Противоположности притягиваются.

Орлов описал ситуацию достаточно примитивно, но в принципе суть не упустил.

– Говори, где он? Саша, лучше по-хорошему скажи, где скрывается Артём.

Девушка озадаченно похлопала длинными ресничками, упорно продолжая молчать.

– Саша, не строй из себя невинность, – довольно грубо возразил мужчина, – тебе уже давным-давно твой попугай Кеша всё рассказал.

Девушка злорадно рассмеялась, – что рассказал? Интересно и когда бы он успел? Твои бугаи, целыми днями околачиваются возле меня. Даже в универе. Достали уже.

– А бугаи отца тебя так не доставали? Насколько мне известно, они тебя также, сопровождали в университете, – ядовитая насмешка скользнула по лицу Владислава.

Саша пожала плечами, – не доставали. А знаешь почему, потому что они давали мне определённую свободу. Покорно ожидали возле университета, твои же только, что в туалет за мной не ходят.

– И к чему это привело. Их самих в результате похитили, – с издёвкой заявил супруг. – Поэтому будь благодарна, что в туалет с тобой не ходят.

Александра буквально покрылась огненной краской праведного гнева, девушка, не контролируя свои действия, подлетела к надменному мужу и грозно ткнув пальцем в его стальную грудь, принялась защищать охранников.

– Эти парни ради меня жизнью своей рисковали. Не смей так говорить. Они получили нож в спину, ты словно змея подкрался незаметно, втёрся в доверие и ударил.

Орлов высокомерно поднял подбородок, – они поплатись за собственную беспечность и отсутствие профессионализма. Легкомыслие – худший враг, который погубит быстрее, чем любое вражеское войско. Ничто мне так не противно, как человеческая глупость. Женщины и дети могут позволить себе жить беспечно, –Владислав нежно взял девушку за запястье и преподнёс её руку к губам, добавил, – мужчины нет. Это непозволительная роскошь.

– Смотри не лопни, от своей распирающей гордости, – Саша посмотрела в холодные, пафосные глаза супруга, – ты на самом деле, особо ничего и не выиграл. Преждевременно празднуешь победу, слишком серьёзных врагов ты нажил себе, Архангельский тебе не по зубам.