Полная версия
– Да прекрати! Я себя просто чудовищем чувствую. Как будто держу тебя в чёрном теле, раз такая ерунда настолько впечатляет.
– Что вы, госпожа! Вы самая добрая! Самая!
– Ну всё, хватит. Когда будет возможность, закажем тебе украшения. Не такие дорогие, как у меня, но чтоб приятно выглядели. И после пяти лет верной службы получишь их в полное своё распоряжение.
– Госпожа! – охнула Туана, схватила Лару за руки и прижала её ладони к лицу. – Госпожа…
Её пришлось долго утешать. И хоть рыдала она совсем не от горя, а от полноты чувств и надежд, рвавшихся на свободу, привести её в норму оказалось нелегко. Так Лара узнала всю историю жизни Туаны – девушки, чьи родители владели скромненькой фермой близ крепости Табет. И жизнь её была бы обычной, как у всех, если б от неё не отказался жених. А почему отказался? А потому что на сельском празднике усилиями сразу трёх настойчивых кавалеров в неё сумели влить пива. А следом будущий супруг устроил дикий публичный скандал, что она ему тут изменяет напропалую по пьяни, даже не дождавшись законного брака, не сговорившись со следующими претендентами как полагается, и вообще, не женщина, а чёрт знает что.
Со следующими? Ну да, в этом мире в ходу многомужество. Просто представители аристократии придерживаются древних дракских обычаев, и ни один высокородный не допустит у своей жены второго и последующих мужей, если только он не доказанно бесплоден, и если не соблюдены все положенные церемонии. Ну, а у простонародья попроще. Только и там полагается проходить определённые этапы – знакомство, сватовство, сговор.
Отец мог бы вступиться и осадить жениха, а заодно и ухажёров. Но не стал. Сразу дал дочке понять, что ей осталось всего два пути – либо замуж за мужичка поплоше и победнее, либо работать. А трудиться предстояло или в городских мастерских, или служанкой в замке. Туана выбрала второе. И до сих пор хранила в душе осознание, что виновата. Что ущербна. Что какая-то не такая, и нормальная женская жизнь – это не для неё. И ещё повезло, раз её сперва взяли горничной в замок Табет, а потом и в личные служанки принцессы.
Да ещё такой доброй.
Лара с огромным трудом сумела её успокоить. Твердила, что мужик, который упорно пытался её скомпрометировать – скотина, и счастье, что она не оказалась за ним замужем. Всё-таки у мужа больше шансов превратить в ад жизнь жены, чем испортить судьбу невесты. Её ещё нагонит личное счастье. Точно-точно! Иначе и быть не может. И если какой-нибудь из придворных пожелает посвататься к её горничной, она даст за ней приданое и будет только рада такому исходу.
Потом ещё с полчаса убеждала: сказанное – правда. Точно-точно, будет рада. Нет, не ощутит обиду, что какая-то служанка, простолюдинка посмела покуситься на положение знатной дамы; что за чушь вообще! И сама-то Лара из обычных людей, не элита какая-нибудь. Не аристократка. А что жизнь вознесла её на запредельные высоты, так это чистая случайность, и она это понимает.
Выдохнула, когда, Туана, подуспокоившись наконец-то, побежала умываться, а Лара осталась одна. Откинулась на спинку дивана и, прикрыв глаза, расслабилась. Мда, нелегко… Хотелось ведь, чтоб тем, что живёт с нею под одной крышей, было хорошо, и чтоб отношения с нею были добрыми. А такого расклада придётся добиваться. Она тут, выходит, старшая. И если у подчинённых возникнут какие-то проблемы, именно к ней и придут их решать.
Вот она, оборотная сторона такой большой власти, которая у неё теперь появилась.
«Зато теперь у меня есть кленовый сахар, – утешилась Лара. – И куча места в оранжереях. Интересно, их помидоры можно дорастить до полной зрелости на корню, или придётся дозревать их по нашей, привычной методе – вне куста?»
Эти мысли даже спать ей толком не давали, так что с утра она проснулась даже раньше, чем Туана. Сама залезла в уже помятое платье и рванула в оранжерею, чтоб прикинуть, где следует разместить помидорные кустики, а где – огурцы.
Место она определила на глаз. Опыта у неё было не слишком много, но Лара понимала, что для начала стоит разместить помидорные кусты в больших кадках, чтоб строго контролировать подкормку, а ящики с огурчиками поставить в тени актинидий, где солнца они будут получать в меру, да и с увлажнением не возникнет проблем. Тут же, поблизости, можно будет разместить бочку с водой, чтоб она нагревалась, и саженцы получали тёплый полив – так, глядишь, и плоды получатся слаще. А ещё следовало раздобыть где-нибудь соломы. Нарубить её, рассыпать между ростками – и отлично! Впрочем, подойдут и опилки, уж они-то найдутся в хозяйстве. Или можно будет надрать коры… А ещё потребуются костная мука и зола – калийная подкормка огурчикам, чтоб не горчили…
– Госпожа! – запыхавшаяся Туана вынырнула из-за куста. – Вот вы где! Я даже испугалась!
– Извини, – рассеянно вымолвила Лара. – Что-то я увлеклась. Такой фронт работ… А завтрак готов?
– Конечно! Куда вам его подать? В оранжерее есть подходящее местечко.
Ей потребовались всего несколько минут, чтоб сервировать столик, спрятанный в самом центре розария. Правда, теперь здесь пахло уже не так удушливо – работники сняли часть ставен, и приятный ветерок свободно разгуливал меж прозрачных стен. «Эх, хороша ты, крестьянская жизнь, – с усмешкой подумала Лара, устраиваясь в кресле и наливая в местный чай ложечку кленового сиропа. – Просто заглядение!»
Похоже, Туана рассчитывала, что усердие госпожи на лоне природы как раз завтраком и ограничится. И была совершенно обескуражена, когда, отзавтракав, супруга принца потребовала себе садовнический фартук, после чего принялась распоряжаться: вот сюда кадки, вот сюда таскать землю, здесь её рыхлить, а тут поставьте большую бадью под воду для полива, и ещё одна понадобится для травяного настоя. И где там семена, а где ящичек, в котором можно будет подрастить рассаду?
От запросов принцессы все слегка охренели, но служба есть служба, все тут твёрдо знали: они и пришли сюда для того, чтоб исполнять любые капризы госпожи. Так что всё нужное было готово очень быстро, даже солому для мульчирования крепкий парень с такими широкими плечами, что удивительно, как он в двери проходит, нарубил прям идеально. После чего, убедившись, что пожелания хозяйки закончились, мужики отправились мыть стёкла оранжереи, проверять печи и тепловые трубы. Это уже была инициатива экономки – та, видимо, подумала, что раз госпожа заинтересовалась замковым климатроном, то его следует привести в полный порядок.
Как выяснилось, здесь и в самом деле вдоль одного из фундаментов были продолжены трубы, которые наполнялись тёплой водой, если возникала такая необходимость. Воду грели замковые кухонные печи, их всё равно топили каждый день, так что лишних усилий привести систему отопления в действие не требовало – просто снять две задвижки, да и всё.
Причём продумано было буквально всё, даже то, что в какие-то зимние дни воду нужно разогреть посильнее, а в какие-то – слабее. Всего водных котлов было три. Один вмонтирован между двумя печами, там вода нагревалась сильнее всего, второй – сбоку от большой печи и грелся меньше. А ещё имелся «холодный котёл», где вода не грелась практически совсем. При необходимости, сдвигая задвижки не до конца, воду разных температур можно было смешать, добиваясь нужной.
И эта придумка от души восхитила Лару. Она пылко выразила свой восторг управляющему, и тот, приятно алея и улыбаясь, заверил, что в замке много таких придумок, и жаловаться на недостаток комфорта госпоже не придётся. И о своих растениях она пусть не беспокоится – всё будет расти как надо и так, как пожелает её высочество.
Молодая женщина окончательно приободрилась и с удовольствием занялась делами. Сперва посадила семечки в ящики, потом осмотрела ягодные кусты, посаженные вне оранжереи, заглянула на кухню, где взбила немного майонеза, заказала сварить маленькую свеколку и отложить для себя пару селёдочек пожирнее, когда их привезут в замок.
Она, чувствуя юность и совершенство нового тела, которое ей подарила магия, просто не могла не носиться и усердствовать тут и там, ей казалось, что энергия в ней просто бурлит и толкает в спину. Ни единого суставчика, ни единой косточки или связочки не болело, голова была ясной, глаза видели идеально, а грудь дышала в полную силу. Как же это было прекрасно! Ещё того Лара не вполне осознавала, что, потеряв несколько килограммов, попросту чувствует себя более лёгкой, чем раньше. И едва не порхала по этажам замка.
Впрочем, всё это имело второстепенное значение. В действительности, помолодев, она ощутила красоту мира так, как не чувствовала её даже в молодые годы. Оно и понятно. Тогда преимущество юности она не понимала, потому что другого не знала, теперь же к преимуществам добавился ещё и опыт, накопленные годами жизни знания, даже мудрость. И вот теперь, получив новый шанс построить бытие едва ли не с самого начала, да ещё на таком мощном фундаменте, Лара наслаждалась подлинным вдохновением.
Нет, конечно, глупости она ещё будет делать. Все их делают. Но уж самых дурных ни за что не допустит.
__________
Служанка Туана:
Такова уж жена (1)
Эйтал Миэр
Пока поездка шла без приключений, от одного узла до другого нужно было добираться обычным способом, переход возводить было нельзя. И даже не потому, что опасно, а чисто чтоб не замылить ситуацию. Ему нужно было увидеть энергетику места такой, какая она есть, без лишних нюансов и следов. А переход оставлял мощный след.
«Это ещё повезло, что наша семья имеет дракские корни, – думал принц, направляя коня. – И мы не зависим от жён в развитии нашей магии». Он вспомнил супругу, её чудесные глаза, нежные светлые волосы, кожу, такую шелковистую, что к ней хотелось прикасаться бесконечно… Встряхнул головой, начиная злиться. А злился потому, что понимал – его желания в отношении её неосуществимы. Немыслимы, невозможны. «Выбрось её из головы! Ты прекрасно знаешь, что такая красавица никогда тебя не полюбит! Дай ей только шанс заполучить в свои руки твоё сердце, твою волю, осознать твою привязанность, и тебя ждут дни и ночи нескончаемых душевных мук. Все красотки одинаковы – едва получают мужчину в своё распоряжение и дальше не знают, как надругаться над ним побольнее. Даже и не думай подпускать её к себе ближе!»
Но мысль против воли всё равно возвращалась к жене – делать-то в пути больше было нечего, только вспоминать и обдумывать. И Эйтал снова вспоминал и удивлялся. Он ждал истерик и капризов как на свадьбе, так тем более после неё, во время первой брачной ночи. Девица должна была испугаться и возмутиться, ведь её мало того что из другого мира выдернули, так ещё и поставили перед фактом – она станет женой вот этого страшилища, и вариантов нет. Раздевайся и валяй.
А девчонка вела себя так, словно и не имеет ничего против. И будто бы даже не замечает его резкости, мрачности и грубоватого напора, причиной которого было отчасти желание подавить и подчинить себе будущую жену, а отчасти банальная собственная неуверенность (но уж в последнем Эйтал и себе-то едва способен был признаться). Принц ожидал по крайней мере длинного списка требований от юной супруги перед брачной ночью. По традиции она могла попросить и земли, и золото, и драгоценности, и какой-нибудь титул лично себе на случай развода, и боги знают каких ещё обязательств от императорской семьи…
А она попросила его принять ванну. Более неожиданной просьбы, кажется, и быть не может. Эйтал настолько удивился, что даже и спорить не стал. Решил, что все капризы начнутся дальше, однако в порядок себя привёл ответственно. Да и самому приятно смыть с себя лишние запахи, пот, пыль, словно бы обновиться…
Вот только жена капризничать почему-то не стала. Взяла да и отдалась без лишних условий. И теперь, вспоминая эту волшебную ночь с юной, невинной, покорной красавицей, принц чувствовал, что у него вопреки здравому смыслу просыпается в душе какая-то безумная нежность по отношению к супруге. Невыносимое желание ласкать, нежить и баловать её. Любоваться ею и мечтать о новых ночах. До сих пор – ни одной истерики, спокойный взгляд, приятная улыбка, стремление смягчить беседу, едва только в ней начинало ощущаться напряжение.
А ещё мужчине очень понравилось то, что Лара и не подумала возмущаться, как сразу после свадьбы без всяких балов и торжеств её увезли в отдалённый замок. Пришлось по душе то, насколько любезно она общалась с прислугой и восхищалась всем подряд в Роке. Как щедро рассыпала вежливые улыбки. И даже не намекнула, что тут вокруг старьё, надо обновить и обстановку, и штат, и вообще – хотя бы приличное общество стоит пригласить.
Взяла и приняла новый обиход таким, какой он есть.
Разве подобное бывает?
В груди болезненно защемило. «Не радуйся слишком рано, – с горечью осадил он сам себя. – Она очень скоро сообразит, каково её новое положение, и вот тут-то начнётся ураган. Она не даст покоя ни прислуге, ни тебе. И если ты хотя бы пробраться к тебе в душу позволишь, этот ураган разметает тебя на осколки. Такие мелкие, что ты до последних своих дней себя уже не соберёшь. Разве станет женщина щадить мужское сердце? Такой была только твоя матушка, но её больше нет».
Магия почувствовалась на приличном расстоянии от узла. Как раз было время настроиться на него и проанализировать ситуацию, а заодно отвлечься от непрошенных мыслей о жене. Уровень насыщенности на подступах к узловой башне был чуть выше нормы, и это вызывало вопросы. Причины могли быть и вполне обыденными. Но верно ли, что дело именно в них?
Загодя спустившись с седла, Эйтал зашагал к нужному месту через поле. Он вдруг понял, что осознаёт магию узла яснее, отчётливее, чем когда-либо раньше. Это удивило, но и подбодрило. В таких условиях куда проще было разложить видимое на элементы. Ну да, вот и структура узла, ничего сложного в ней нет. Он остановился в сотне шагов от эпицентра и задумался.
Порок легко читался даже с такого расстояния. И вычистить его было легко. А потом исправить. Раскладываешь структуру, разделяешь её на составные части, следом, позволив энергии какое-то время свободно проходить сквозь элементы, собираешь всё обратно и дальше одним движением воли на место бракованной подставляешь нужную энергетическую глифу, а дальше система начинает работать сама… Ну да, работает. Прекрасно!
Изображая утомление, Эйтал обернулся к сопровождающим.
– Соберите обед. Устал.
– Ты уже? – изумился Радай, его близкий друг и помощник.
– Здесь – да. Ничего необычного.
– Ого! А местные говорили, что вообще ничего не действовало.
– Пусть проверяют. А я пока пообедаю. Потом двинемся к следующему узлу.
– Уже? Но если тут найдут проблемы? Староста вроде бы подготовил для тебя спальню.
– Ну и чудно. Если всё затянется, переночую тут. Но подозреваю, что мы прямо сегодня двинемся дальше. – Он позволил себе самодовольный смешок.
– А если?
– Для верности свяжись с дальней областью, пусть и там всё будет готово.
– Сделаю… Староста уже подобрал для тебя миленькую селянку…
– Я тебя умоляю! Я женат!
– Понял. Мигну, чтоб девица не мозолила глаза!
– Ох, Радай. Можно подумать, тебе миледи не пришлась по вкусу.
– Да как бы она мне по вкусу пришлась, коль я её не пробовал?!
– Радай!
– Прости. Виноват.
– Доболтаешься! – со злобой гаркнул принц, давая понять, что шутка получилась сильно с перебором.
Но и сам не знал, что ему думать о собственной жене. То, что красотка из чужого мира в рамках приличий продержится недолго, и уже скоро вокруг неё начнут виться великосветские любовники, а собственный муж будет вызывать одно только раздражение, не скрываемое даже во имя приличий, Эйтал воспринимал как факт. Вопрос лишь в том, когда она наберётся смелости, освоится, осмотрится и пустится во все тяжкие. И что он может с этим сделать?
Да, если держать девчонку подальше от двора, она, глядишь, продержится в рамках допустимого чуть подольше. Хоть, может, забеременеть успеет, и точно от него. Но тогда причин попрекать его у супруги резко прибавится. И уж она, как это обычно делают женщины, воспользуется таким случаем. Засыплет его укорами и сетованиями.
«Почему тебя вообще это беспокоит? – рыкнул он сам на себя. – Ты же знаешь, что самый больший дар, какой ты можешь получить от жены – ребёнок. Твой собственный ребёнок. И только».
При мысли о собственном сыне (уж на дочь он не рассчитывал) нежность разлилась в его душе. Эйтал уже знал, что как только узнает о беременности супруги, тут же растечётся благодушной лужицей и не сможет воспротивиться ни одному её желанию. И, наверное, это правильно. Стоит заранее приготовиться к моменту: проверить свои запасы свободных средств, заказать драгоценности, кружева, вышивки, что там ещё женщины ценят. Да и какой-нибудь милый особняк в столице лучше приготовить заранее. Жена, безусловно, будет рада получить такой в подарок.
«Ну-ка притормози! Ты пока ещё не получил эту чудесную весть, а уже думаешь, как бы угодить? Болван! Да она тебя в бараний рог скрутит!» – снова скрипнул зубами, потому что осознал – ему совсем не хочется видеть в молоденькой иномирянке врага. Не хочется верить, что она такова же, как и все женщины. Он жаждет видеть в ней мягкое, милое, миролюбивое существо, надеющееся воспитывать в любви своих деток и заниматься семейным уютом.
Но ему не может так повезти.
Только не ему.
Из деревеньки прибыли с новостями – магия служила идеально, словно и в помине не было никакого сбоя. Староста почтительно благодарил принца за помощь, пригласил его к обеду и нижайше просил принять подарки в честь свадьбы. Отказаться было бы неправильно. Эйтал кивнул, надеясь, что хотя бы еда будет вкусной. Да и вряд ли ему предложат какую-нибудь несъедобную фигню – здесь знали, что принц ценит хорошо прожаренное свежее мясо, подкопчённые колбаски, только что вынутый из печи хлеб, масло, которое таяло на этом хлебе, и медовые коврижки с лещиной.
Что ж, стол не огорчил. Да и подарки оказались достойными: молоденькие коньки, подобранные так, чтоб образовали идеальную пару – жеребчик и кобылка – расшитая вручную льняная ткань, меха. Очень достойно. Эйтал благосклонно покивал, показывая, что подарками доволен, оценивает их высоко. Глава общины явно с облегчением выдохнул, с радостью поклонился, попросил передать принцессе самые наилучшие пожелания и надежды на скорое появление наследника. Принц лишь криво усмехнулся. Да уж, вряд ли девчонку порадует такое пожелание. Как бы ещё не обозлилась. Но кивнул и громко поручил одному из своих людей переслать подарки в замок Рок.
На втором энергетическом узле, которым он занялся вечером, всё прошло даже легче. Структура была как на ладони, а сила так и бурлила в теле. Всю работу он проделал машинально, а потом отпустил структуру действовать, дрожа, в свободном режиме. И, убедившись, что сбоев нет, обернулся к Радаю.
– Пусть проверяют.
– Уже?!
– Уже. Давай!
– Ну ты… Поражаешь!
Принц пожал плечами и присел на брошенное поблизости седло.
Расслабившись с фляжкой воды в руке, задумался, что и в самом деле на этот раз справился, считай, в два раза быстрее, чем обычно. Ему ранее случалось завершать по два узла за день, но только в режиме аврала, кое-как, и после такого подвига он лежал в лёжку и даже веками хлопать не мог. А сейчас, в общем-то, пусть и подуставший, чувствовал себя отлично – готов к любому подвигу, хоть в седло, хоть на женщину. Если бы вдруг возникла чудовищная необходимость, занялся бы и третьим узлом.
А может, и на четвёртый бы по крайности сил хватило.
«Любопытно… Откуда такая трудоспособность?» Перебирая составные части проблемной линии, принц думал о том, из каких недр в нём взялась такая магическая бодрость. В Средоточие он не входил, да и не дало бы оно такого быстрого результата без этапа адаптации к новой чистой энергетике. Новых практик не пробовал. Что изменилось? Только одно – он женился и провёл ночь с супругой. Чудесную, волшебную, крышесносную ночь, которая заставила всё его тело вибрировать, душу – петь, а магию – играть всеми оттенками и вознести его к вершинам эйфории.
«То есть причина в нашей совместимости. Маг сработал даже лучше, чем я надеялся. Он и в самом деле подобрал мне идеальную пару… Только бы она не узнала о таком результате, иначе не упустит возможности выкрутить мне яйца». Эйтал прикрыл глаза.
Если бы только можно было выдохнуть и расслабиться. Насладиться своим семейным счастьем. Но нельзя. Ни за что. Придётся следить за каждым своим шагом, каждым словом. Только бы не догадалась… Он медленно дышал, слушая тело и переливы, отзвуки энергетики. Такова уж его судьба. Он с самого начала знал, что счастье – это не для него, и он попросту обязан исполнить свой долг, не более.
Не более…
Такова уж жена (2)
Эйтал Миэр
Посыльный нагнал его уже у четвёртой точки перехода, самой сложной для работы. Принц чувствовал, что запал его почти схлынул, и состояние возвращается в прежние рамки. И если обдумать, проанализировать всю ситуацию, то получалось, что ночь с супругой дала, получается, кратковременный эффект… Выходит, ему необходимо регулярно проводить с женой время, если он желает показывать предельно возможные результаты в магическом искусстве.
Впрочем, даже и так получается, что все задачи на северном рубеже у Рок-Фине он способен выполнить за один заход, так что в родное герцогство можно будет двинуться раньше, чем планировалось. И это хорошо. Тогда он сумеет проконтролировать не только бытование магии на границах владений, но и то, как будут заканчивать сев… Впрочем, в южных областях герцогства его уже закончат. И всё равно стоит взглянуть. От того, как успешно пройдёт посевная и насколько удачно взойдут ростки, будут зависеть и благосостояние его крестьян, и его собственный доход.
Посыльный сорвался с седла, поспешно преклонил колено, протянул конверт, но, поняв, что принц дотянется до него лишь в том случае, если нагнётся так низко, что подбородком стукнется об колено, в итоге подскочил сам. Эйтал лично распечатал послание от Райнера, быстро пробежал глазами, потому что у брата-главнокомандующего было одно безусловное достоинство – он всегда старался выражать мысли до предела лаконично. Одно слово – солдат.
Прочёл. Поморщился.
– Его высочество сообщил на словах, каковы предельные сроки?
– Двое суток, мой принц.
– Хорошо. Ты был в Роке?
– Да, мой принц.
– И как там? Есть новости?
– Никак нет, мой принц.
Отчасти и понятно – ну что он может знать. С другой стороны, если бы замок уже трясся от скандалов, или его уже растаскивали по камушку, гонцу это было бы известно, и он бы сказал. Уже хорошо.
– Благодарю. Свободен. – И оглянулся на Радая. – Мы отправляемся в Бел Зери, но только после того как посетим Рок.
– Рок, ваше высочество?
– У нас есть время. Как понимаю, брат дал мне время закончить свои дела здесь. А раз я их уже завершил, закончу остальное в замке. Поворачиваем!
Пока гнал коня к месту, откуда сопровождающий маг уже мог легко и свободно открыть им переход к стенам твердыни, Эйтал с вялой любознательностью гадал, как супруга отреагирует на его внезапное появление? И не обнаружит ли он какой-нибудь малоприятный «сюрприз» дома.
Да ну вряд ли. Времени-то прошло всего ничего. Когда бы она успела!
– Вы планируете брать с собой на юг супругу? – уточнил Радай, уже у рощи догоняя принца по его позволяющему взгляду.
– Разумеется. Она поживёт в Аптере, это не так далеко от Бел Зери.
– Желаете заодно познакомить супругу с братом?
– Сомневаюсь, что у Райнера будет время на такое знакомство. Впрочем, посмотрим. – Эйтал поморщился. – Как считаешь, сколько времени по минимуму нужно благородной даме, чтоб собраться в путь?
– О-о… Боюсь, не меньше, чем сутки, и то если слуги окажутся расторопны.
Принц невесело усмехнулся.
– Что ж, посмотрим.
И намертво замолчал, пока кони не промчались по мосту, миновали внешний проезд и сдержали шаг во внутреннем дворике. Коня его высочества перехватил за трензеля молодой помощник конюха и тут же поспешно поклонился. На ступени парадного выхода высыпали слуги, на бегу оправляя одежду. Вслед за всеми, разумеется, спешил и управляющий, заметно запыхавшийся.
– Мой господин!
– Ванну и обед, – бросил Эйтал, спрыгивая с седла. – Где Сангира?
– Она скоро будет. Была занята в кладовых, мой господин.
– Передайте ей, чтоб распорядилась собирать багаж принцессы.
– Вы уезжаете, господин?
– Это срочно. Но и, надеюсь, вернёмся скоро.
– Какого рода наряды и аксессуары следует собрать? – задыхаясь, спросила Сангира, как раз спешившая вниз по ступеням. – Бальные, придворные, или же приёмов не ожидается?
– Мы едем в Карнеол Аптеру. Какие приёмы, какие балы! Всё по-простому.
– Поняла, мой господин. Есть ещё указания?
