Возле границ твоего сердца

Любой нормальный человек, взглянув на такую погоду, принял бы единственное верное решение (за исключением неотложных дел) – остаться дома. Погода в самый раз подходила для того, чтобы налить горячий чай, взять в руки книгу, включить любимый сериал и укутаться в тёплый плед. Но Аделина не причисляла себя к числу «нормальных людей». Она была из той категории людей, кто любил приключения, и, если это было необходимо, находил их. Независимо от погоды. Независимо от места и настроения. Для неё приключения – это ещё один инструмент защиты ума от негатива.

Очередная пятница обещала стать обычной. Всё должно было пойти по стандартному сценарию, но сегодня привычный маршрут изменился. Вместо пульсирующих неоновых огней, Аделину ожидала загородная дача.

День рождения Влады. Такое событие пропускать категорически запрещено! Более того – опасно для жизни!

«День рождения подруги святое!» – так гласил кодекс их дружбы.

«А вообще, смена обстановки – это даже интересно!» – подумала Аделина, закрывая дверь квартиры. В конце концов, даже в загородном сборище можно найти то, что ей нужно: приключения, положительные эмоции и…объект для снятия стресса, накопившегося за неделю (та выдалась крайне тяжёлой).

Ещё минуту назад Аделина была «примерной девочкой», о которой мечтает каждый родитель: послушная, живёт по их строгим правилам и, конечно же, с безупречной репутацией. Увы, это всё не про неё. Именно сейчас, спускаясь на лифте, она натягивала свою неизменную маску «Ледяной Адель». И именно сейчас, она стала бы разочарованием для любого родителя, а особенно – для своих собственных.

Возле подъезда её ожидал старенький «Фольксваген». На фоне большинства машин, он выглядел почти жалким. Краска, некогда насыщенно-красная, выцвела и потускнела, а каждая царапина на поверхности кузова красноречиво напоминала о наличии не всегда успешного водительского опыта.

Автомобилю было больше десяти лет, и он сменил не одного владельца, но для Аделины этот автомобиль был особенно дорог. Он напоминал ей о том дне, когда она перешагнула черту совершеннолетия. Тот ужин в кругу многочисленных друзей и родственников и момент, когда отец торжественно вручил ей ключи, по сей день жил в её голове. Для Аделины тот момент стал не просто вручением подарка – это был её личный триумф! Получив водительское удостоверение, Аделина приобрела не только возможность сесть за руль, но и полное доверие со стороны отца.

В последствии этот автомобиль стал свидетелем её первой настоящей тайны и символом хрупкой свободы.

Не теряя ни минуты, Аделина скользнула за руль своего железного коня. Этот автомобиль служил не просто средством передвижения. Она помнила, что отец когда-то в шутку прозвал его «фашистом», и это прозвище прижилось, став почти ласковым.

Первым делом Аделина опустила козырёк, открывая зеркало. Это не было банальным женским капризом – это обязательный пункт её программы. Проверка перед финальным выходом. Появиться на Дне рождения подруги, будучи неуверенной в своей неотразимости – немыслимо. Аделина придирчиво рассматривала своё отражение. Взгляд – как всегда дерзкий. Причёска –заслуживала высшей похвалы. Помада на губах – лежала идеально. Контроль пройдем. Она готова к выходу в свет.

«И всё-таки, я красотка!» – мысленно похвалила себя Аделина. В её голове это прозвучало не как самовлюблённый бред, а весьма обыденно. Что-то вроде «Земля круглая!»

Да, «скромность» Аделины ещё одна неотъемлемая черта её характера. По её мнению, скромность держалась у неё на нормальном уровне и не превышала нормы (сарказм).

Следующее, что сделала Аделина – нацепила ремень безопасности и на какое-то время замерла. Одна её рука легла на рулевое колесо, а второй – свободной рукой, она провернула ключ в замке зажигания. Далее последовали ещё несколько уверенных движений, и автомобиль плавно тронулся с места.

Ей предстояла неблизкая дорога. Сначала нужно было змейкой проскользнуть через весь город (она жила на другом его конце), а затем, вырвавшись из бетонных объятий, преодолеть ещё без малого двадцать километров по загородному шоссе. Её путь пролегал через спящие кварталы. Из-за непогоды и тёмного времени суток они напоминали ей декорации для съёмок к фильму ужасов. Только в редких окнах, проплывающих мимо неё, виднелся тусклый свет. Сменялись неоновые рекламные вывески. На улице – ни единой души. Это сразу напомнило Аделине о недавно просмотренном сериале про апокалипсис.

Далее следовал мост и трамвайные пути, которые днём становились для неё самой настоящей пыткой из-за сильного потока машин. Теперь она преодолела их с филигранной точностью.

Город буквально растаял в пелене дождя и превратился в непонятное, смазанное пятно. Вывески, бетонные стены, светящиеся окна, скверы и дорога – всё слилось в единую массу, исчезающую в зеркале заднего вида. Реальность по ту сторону лобового стекла утратила чёткость и распалась на кляксы и размытые полосы света. Это выглядело так, будто какой-то безумный гений выплеснул на холст все оттенки чёрного и жёлтого цветов, создав холст, наполненный хаотичной, неуправляемой энергией.

Дворники метались по стеклу, но все их старания были тщетными: потоки воды обрушивались на автомобиль с невероятной силой. Стеклоочистители просто не успевали с ними справляться.

Аделина бросила короткий взгляд на панель приборов. Цифры показывали: 23:00. Сердце в груди ёкнуло – она опаздывала. Её подруга славилась своей болезненной, почти маниакальной пунктуальностью. Но Аделина не стала давить педаль в пол, она лишь криво усмехнулась. Лететь сломя голову в такую погоду равно купить себе билет на тот свет, без возможности вернуться.

Сам дождь не угнетал состояния Аделины. Дождь и любимая музыка, льющаяся из динамиков – не последняя формула её хорошего настроения, но одна из самых главных. Она прибавила громкость звука в тот момент, когда услышала любимую песню, и едва заметно улыбнулась.

Это было немного странно: снаружи автомобиля творился самый настоящий стихийный бедлам, а здесь внутри салона девушка чувствовала тепло и комфорт. На мгновение фантазия Аделины разыгралась. Она вдруг представила, что она капитан корабля. И прямо сейчас перед ней стояла задача проложить себе путь к гавани свободы через шторм.

Аделина преодолела уже семь добрых километров. Она уже предвкушала приятное времяпрепровождение. Ей виделась вечеринка в самых ярких её красках: множество людей, отблески света от бокалов с многочисленными коктейлями, громкая музыка и она с подругами в центре… Казалось, ничего не предвещало беды, как вдруг… Красивые картинки оборвались вместе с урчанием двигателя. Автомобиль не просто затормозил, а встал колом.

Первое, что почувствовала Аделина – неподдельный шок!

– О, нет! Только не это! – голос девушки прозвучал как удар хлыста, обращённый к бездушному механизму.

Паника, принявшая облик хищника, медленно, но верно, начала сжимать её в свои тиски. Аделина тут же почувствовала, как вдоль позвоночника пробежал неприятный, липкий, вызывающий омерзение холодок. Затем он стремительно растёкся по всему телу, превратившись в армию ледяных мурашек.

Именно сейчас, когда она должна была полностью погрузиться в страх с головой, в её сознании эхом отозвался знакомый одновременно строгий и ласковый голос: «Паника – твой главный враг. Не позволяй ей управлять собой!» Голос исчез так же быстро, как и возник.

– Спасибо, папа, – едва слышно выдохнула Аделина в пустоту. – Очень кстати!

Она заставила себя сделать медленный вдох, а потом так же медленно выдохнуть. Необходимо было взять себя в руки.

Вернув себе спокойствие, по крайне мере, внешнее, Аделина приняла попытку завести двигатель. Но в ответ она не услышала ничего, кроме жалкого скрежета. Двигатель как будто жаловался на свою судьбу. Девушка предприняла ещё одну попытку… Ничего не поменялось… И ещё одна… всё так же…

– Да чтоб тебя! – со злостью фыркнула она, ударив ладонями по рулю, а потом положила голову на скрещенные руки, уткнувшись лбом в ободок рулевого колеса.

Дождь барабанил по крыше автомобиля, и в его звуке Аделина отчётливо улавливала ритм похоронного марша для своих планов на вечер.

«Так! Соберись, тряпка! Нам некогда раскисать!» – мысленно скомандовала она себе. Девушка почувствовала, как внутри неё начал пульсировать язвительная жилка, которая помогала ей пережить любую, даже самую дерьмовую ситуацию.

Аделина заставила себя выпрямиться и предпринять ещё одну отчаянную попытку. Она снова провернула ключ в замке зажигания, но мотор упрямился. «Вжжж…вжжж» – вот и весь ответ на любые старания.

В этот момент её вдруг осенило: ВЛАДА!!!

«Боже мой! Если я не приеду, Влада сожрёт меня с потрохами и даже шпильки не выплюнет!»

Мысль о том, что её ожидает инквизиция в лице подруги подействовала лучше любого энергетика. Схватив зонтик, Аделина решительно уцепилась за ручку двери автомобиля.

«Нужно посмотреть… Может, это и вовсе какая-нибудь мелочь вроде масла… или бензина… ну или что там у них ещё может сломаться?.. Я не механик! Я… Я просто красивая девушка!» – с этой мыслью она толкнула дверь и шагнула в холодную мокрую ночь.

Но не успела Аделина выйти из автомобиля, как мир решил разом сорваться с цепи. Мощный порыв ветра с лёгкостью вырвал из её руки зонт. Тот, в свою очередь, ударился об асфальт, сделал пару оборотов и унёсся в неизвестном направлении. Аделине не оставалось ничего другого, как с грустью проводить не только зонт, но и своё пятничное настроение.

В тот же миг на девушку обрушилась вся ярость непогоды. Стена ледяной воды и пронизывающего ветра ударила прямо в лицо, мгновенно пропитав одежду насквозь. Ткань платья тут же стала тяжёлой и холодной, неприятно облепив ноги, а волосы, ещё минуту назад бывшие предметом её гордости, превратились в спутанную, бесформенную паклю.

Следующий порыв ветра был уже не просто холодным, а хищным, жадно впивающимся в кожу и выдувающим последние остатки тепла. Ледяной душ явно не входил планы девушки, однако судьба распорядилась иначе.

«Замечательно… – пронеслось у неё в голове. – … И что теперь? Даже не представляю, какая из смертей станет более идиотской… Быть испепелённой Владой или замёрзнуть на обочине?..» В понимании Аделины оба варианта могли бы стать унизительной и нелепой эпитафией на её надгробии.

Делать нечего. Нужно предпринять хотя бы какие-то действия. Собственно, поэтому Аделина подошла к капоту автомобиля. Какое-то время она просто смотрела на него, а потом, прилагая усилия, одновременно с этим оберегая свой идеальный маникюр, подняла крышку капота.

Её вниманию тут же предстало непонятное сборище металла, пластика и переплетённых непонятным, причудливым образом, проводов. Аделина почувствовала себя глупой. «Ну же! – ругала она саму себя. – Ты инженер!» Но это не помогло. Девушка попробовала вспомнить уроки отца. Однако сейчас, когда холодные, противные капли дождя продолжали падать прямо на неё, все мудрые слова папы бесследно испарились.

Она продолжала бегать глазами по внутренностям капота, пытаясь понять хоть что-то, но всё было бесполезно. Глазами Аделины всё выглядело вполне…нормально…

«Но тогда почему этот чёртов автомобиль не едет?! – подумала она. – Папа был прав… Тот ещё фашист!»

Злость постепенно нарастала, но ещё один мощный порыв ветра не только заглушил закипающую ярость, но и заставил поёжиться. Аделина принялась ругать себя за непредусмотрительность: выходя из квартиры она напрочь забыла о тёплых вещах.

Немного позже, она приняла решение вернуться в салон автомобиля, поскольку бессмысленно стоять возле капота. Так она и сделала. Однако, даже внутри машины ей не суждено было согреться. Аделина осознала, что совершила ещё одну, не менее глупую ошибку – забыла закрыть дверь. Разумеется, тёплый воздух вышел, а она осталась сидеть в мокром платье и полной темноте.

***

«Грёбаный дождь!» – эта мысль вспыхнула в голове Кирилла с глухим раздражением, но тут же угасла. Бессмысленное раздражение. Бесполезное, поскольку это не изменит ни погоды, ни его настроения. День Кирилла и без того выдался тяжёлым.

С самого утра нескончаемый поток машин в автосервисе и конечно же, клиенты, каждый из которых почему-то считал, что его проблема самая важная. А ближе к обеду и вовсе началась эпопея с поиском уникальных запчастей для одного особенно придирчивого клиента. Из-за него Кириллу даже не удалось прерваться на приём пищи. С окончанием рабочего дня ему не суждено было отправиться домой, поскольку к нему обратился с просьбой о помощи бывший сослуживец. Отказать не представлялось возможным. Когда-то именно этот человек помог Кириллу преодолеть самый беспросветный период его жизни.

Именно поэтому он оказался здесь, за несколько километров от города. Теперь Кирилл возвращался домой, мечтая о горячем душе и спокойной обстановке. «Налоговый отчёт!» – откуда-то из глубины сознания донёсся голос. Точно! Кирилл уже и думать о нём забыл! «Да пошло оно!.. – подумал он. – Займусь этим завтра. Сразу, как только высплюсь!» Сегодня он и так вымотался: у него не было ни сил, ни желания тратить остатки своего спокойствия на такие мелочи как непогода и жалкие бумажки.

Кирилл уверенно управлял автомобилем. Примерно так управляет лётчик самолётом: каждое действие отработано до автоматизма и мгновенная реакция тоже. Чёрная, блестящая от воды дорога, напоминала атласную ленту и летела прямо навстречу. Тёмное время суток и разбушевавшаяся стихия, нисколько не мешали ему. Кирилл их просто не замечал. Дождь? Тьма? Пустынная трасса? Плевать – он привык! Для него такие вещи – лишь иллюзия опасности. Куда страшнее залп артиллерии и вид падающих товарищей. А здесь, на трассе он чувствовал себя в безопасности.

Воспоминания из прошлого иногда выползали из потаённых глубин его сознания. Они напоминали липкие, холодные щупальца, которые подкрадывались в моменты тишины. Чтобы не дать им себя поглотить, Кирилл уже давно выработал простой ритуал.

Первым делом он потянулся к магнитоле и включил музыку. Любую. Без разницы. Главное – нарушить тишину. Затем его рука скользнула к боковому карману двери. Пальцы нащупали знакомую форму термоса. Не отвлекаясь от дороги, он привычным движением достал его. Большой палец нашёл в темноте клапан на крышке и откинул его.

В салон тут же ворвался густой аромат пряного нефильтрованного арабского кофе с кардамоном. Запах приятно ударил в нос и протрезвил разум Кирилла. Этот вкус он полюбил за элегантную горечь и сладковато-острый шлейф. Он впервые попробовал его там, в Сирии. В минутах затишья между боями.

Кирилл сделал глоток. Горячий напиток приятно прокатился по горлу, отгоняя холодные воспоминания.

Далее он потянулся к бардачку и достал оттуда конфету-трюфель. Ловко, при помощи зубов, он сорвал с неё фантик и без промедления закинул в рот. Нужно перебить кофейную горечь. Постепенно проявляющаяся сладость трюфеля была для Кирилла одним из немногих земных мирных удовольствий. Для него это вкус стабильности.

И только потом он вернул всё на свои места: термос – в боковой карман, а бардачок закрыл. Так он завершал свой ритуал.

Кирилл по-прежнему следил за дорогой, как вдруг, его взгляд зацепился за что-то инородное. Внимательно приглядевшись, Кирилл увидел автомобиль. Он не мог не заметить того, что тот стоял как-то… Неправильно… Не на обочине, а прямо на середине одной из полос трассы. Выглядело это так, будто водитель бросил автомобиль здесь не потому, что хотел этого, а потому что пришлось. Но ещё больше Кирилла насторожило полное отсутствие света: ни тусклого мерцания аварийки, ни фар, ни даже габаритов. Всё указывало на то, что автомобиль бросили в панике.

В голове Кирилла щёлкнул невидимый переключатель. Сработала выработанная годами службы привычка: не проезжать мимо потенциальной угрозы или беды. Не исключено, что кто-то нуждается в помощи. Решение было принято мгновенно.

Кирилл не стал резко бить по тормозам, в иной ситуации он поступил бы именно так, но сейчас он плавно прижался к обочине, остановившись на противоположной стороне трассы буквально в пятнадцати метрах от подозрительной машины. Он выключил музыку, но глушить двигатель не стал. В случае опасности это позволит выиграть время для отступления.

– Ну что ж, посмотрим, – тихо произнёс Кирилл в пустоту салона.

С этими словами он щёлкнул замком ремня безопасности. В его движениях не было страха или намёка на волнение – только холодная, собранная готовность. Кирилл наклонился к бардачку. Там всегда хранилась пара ножей: карманный – заменяющий кухонный и тактический – инструмент для непредвиденных обстоятельств, вроде этого. Он выбрал массивный клинок с тяжёлой рукоятью и чёрным лезвием. Уверенным движением он заткнул оружие за пояс и запахнул кожаную куртку, скрывая его от посторонних глаз.

Дверь его внедорожника открылась с глухим стуком, и он шагнул в объятия ледяного ливня. Пригнув голову и защищаясь панцирем кожаной куртки, он направился к загадочному автомобилю.

Его походка была быстрой, лишённой паники и тихой, почти кошачьей. Кирилл не стал приближаться к автомобилю вплотную. Вместо этого, он принялся обходить его по широкой дуге. Его взгляд – острый и внимательный – методично сканировал не только автомобиль, но и всё пространство вокруг. Таким образом, он сопоставлял факты и выстраивал версии в уме. Внешне машина выглядела целой: ни следов взлома, ни свежих повреждений. Странно. Поломка? Первое что пришло ему в голову. А может, причина остановки кроется совсем в ином?..

Кирилл вернулся к водительской двери, действуя строго по внутреннему протоколу: первым делом нужно заявить о себе. Он не стал бить по стеклу кулаком, а лишь деликатно, костяшками пальцев, отбил короткую, вежливую дробь, стараясь не напугать того, кто находился внутри (если, конечно, там кто-то есть).

В ответ – тишина.

Это уже выходило за рамки обычного. Водитель просто не мог не услышать. В этот момент инстинкты Кирилла, до этого работавшие в фоновом режиме, взвыли сиреной. Картина в его голове сложилась мгновенно и безрадостно: человеку за рулём стало плохо.

Обморок? Инфаркт?.. Мысль о том, что чья-то жизнь может оборваться прямо сейчас, сработала как катализатор. Вся осторожность испарилась. Действовать нужно было немедленно. Он рванул ручку двери на себя. Заперто.

Плохо. Очень плохо.

Время превратилось в его злейшего врага.

***

Один час, проведённый в холодном салоне автомобиля, показался Аделине целой вечностью. Совсем недавно машина казалась ей райским уголком, а теперь превратилась в ледяную ловушку. Девушка съёжилась, сидя на водительском сиденье. Мокрое платье сковывало каждое движение. Холодная ткань уже высосала из тела жалкие остатки тепла. Её била мелкая дрожь, которую она не в состоянии была контролировать.

Аделина всячески пыталась согреться: обхватывала себя руками за плечи, поджимала колени к груди. Но всё бесполезно. Холод пробрал её до самых костей. Теперь от её привычного настроения и уверенности «Ледяной Адель» не осталось ничего. Ей стало всё равно, что скажет Влада. Плевать на язвительные замечания. Сейчас Аделине стало по-настоящему страшно.

Ждать помощи было не откуда. Сорок мнут назад она предприняла отчаянную попытку спастись самостоятельно. Её пальцы, дрожащие от холода, с трудом нащупали в сумке телефон – последнюю призрачную надежду. Она набрала номер, моля, чтобы на том конце провода ответили, но экран лишь на мгновение вспыхнул и тут же погас. Один жалкий процент заряда. Батарея предала её в самый ответственный момент. «Это какое-то издевательство!» – с усмешкой подумала Аделина и отбросила телефон на соседнее сиденье.

Девушка зажмурилась, и в этой темноте на неё обрушилось осознание абсолютной беспомощности. Это чувство было тягучим и пугающим.

И именно в тот миг, когда холод, казалось, уже коснулся самого сердца, тишину разорвал резкий, требовательный металлический лязг. Кто-то с силой дёрнул за ручку двери. Автомобиль чуть пошатнулся. Глаза Аделины распахнулись мгновенно. Паника, которая до этого была лишь тихим ужасом, взорвалась настоящей внутренней истерикой. Кто там?! Что ему нужно?!

Ночь и сплошная стена дождя за стеклом превратили незнакомца в безликую, зловещую тень, придавая и без того жуткой ситуации оттенок кошмара наяву.

В этот момент внутри неё, словно пробиваясь сквозь толщу ледяного ужаса, зашевелился тот самый тихий голос (его обычно называют женской интуицией). Голос принялся спорить с паникой, нашёптывая что этот незнакомец по ту сторону двери – возможно, её единственный билет на спасение из этого плена. Одновременно с этим в спор вступил и инстинкт самосохранения. Базовый и грубый – он буквально бил в набат, требуя не делать глупостей и держать оборону. «Не открывай!» – вопил он.

Но Аделина уже не слушала ни шёпот интуиции, ни рёв инстинктов. Измученное холодом и усталостью тело – вот кто вышел победителем в этом споре. Внезапно девушку осенила простая мысль: если бы человек снаружи хотел причинить вред, он бы не стал церемониться и дёргать за ручку. Наверняка, разбил бы стекло и получил желаемое. Поскольку выбора практически не было, решение пришлось принимать в силу сложившихся обстоятельств.

Поджав губы, девушка молча потянулась к замку. Далее последовал щелчок. Затем её ладонь легла на ручку двери и надавила. Дверь поддалась без сопротивления, легко распахиваясь навстречу неизвестности.

Прямо перед собою Аделина увидела тёмный мужской силуэт. Он показался ей огромным. Она даже не смогла разглядеть его лица, но это было неважно. По крайней мере, теперь… Всё её внимание сосредоточилось на одном: что будет дальше?

– Что произошло? – его голос – низкий и властный – заставил Аделину вздрогнуть. Не от порыва холодного ветра, ворвавшегося в салон, а от самой внезапности его появления. В интонации не было ни капли паники, лишь спокойная, стальная решимость.

– Машина… встала… – с трудом выдавила из себя девушка. Слова, скованные холодом, получились смазанными и почти неразборчивыми, но этого оказалось достаточно.

– Ясно, – коротко бросил незнакомец. В его тоне не прозвучало ни насмешки, ни осуждения. Он обладал редким качеством – пониманием момента. Осознавая, что расспросы сейчас равносильны пытке, он не стал тратить время на пустые разговоры и сразу перешёл к делу.

– Идём-ка со мной! – произнёс он, и уже в следующее мгновение Аделина увидела руку, протянутую ладонью вверх.

Его спокойствие странным образом подействовало на девушку.

– Куда? – всё-таки поинтересовалась она.

Этот вопрос Аделина задала скорее по инерции, в целях безопасности. На самом деле, это выглядело абсурдно: вряд ли тот, кто хочет причинить вред, стал бы так терпеливо ожидать её дальнейших действий.

– Посидишь у меня в машине, а я посмотрю, что с твоим автомобилем. Заодно отогреешься! – ответ незнакомца был прост и логичен.

Паника отступила, уступив место странному, обволакивающему спокойствию. Теперь перед ней стоял человек, чья уверенность ощущалась физически. Это был не тот, кто привык бросать слова на ветер. Его манера держаться говорила о том, что за каждым его действием стоит твёрдое намерение и готовность отвечать за результат. Не колебаясь ни секунды, Аделина вложила свою окоченевшую ладонь, в его протянутую руку.

Как только его пальцы сомкнулись на её ладони, Аделина вдруг ощутила, – как мир в одно мгновение замедлил свой бег. Она ощутила исходящее от него тепло – это был жар – глубокий и согревающий. Ладонь незнакомца была широкая и крепкая, но вся сила таилась не в агрессии или напоре, а в уверенности человека, который твёрдо знает, куда ведёт. Его тихая мощь окутала девушку чем-то невидимым и следом пришло ощущение того, как рухнула последняя стена между ней и тревожным миром.

Немного позже, незнакомец помог Аделине забраться в салон своего внедорожника. И в этот миг она почувствовала, что попала в другую вселенную. Это был не просто салон автомобиля. Здесь его личное пространство, пропитанное мужской энергетикой.

Первое, что уловила девушка – смесь запахов. Она отчётливо слышала шлейф бодрящего кофе, терпкого, с проявляющимися нотками чего-то сладкого. Затем запах дорогого парфюма. Этот букет ароматов не был приторным и не вызывал отвращения. Напротив, он окутывал не только уютом и умиротворением, но и приятно расползался теплом по всему телу. Далее девушка увидела царство кожаной обивки и холодного блеска металла.