ИНГЕЛИОН

Они устроились на диванах и потягивали напитки. Велс неспокойно отчеканивал пальцами по столу.

— Отец в курсе про машину?

Велс взглянул на друга и покачал головой.

— Отец в отъезде. Он и братья вернутся сегодня или завтра.

Деклан рассмеялся, расслабленно откидываясь на мягкую спинку. Пальцы Велса замерли в воздухе, брови сошлись.

— Ты один в особняке, вот Марко и дразнит тебя. Он только и ждет, когда ты взорвешься.

— Буду откровенен — я близок к этому.

Велс снял куртку и раскинул руки на спинке дивана. Деклан прав, надо расслабиться.

Велс отбросил дурные мысли, и они потеряли счет времени за разговорами. Деклан делился проведенным вечером с очередной красоткой, которая пленила его сердце. Казалось, он всегда испытывал чувство влюбленности.

Ночь была в самом разгаре, и музыка в клубе зазвучала громче, вибрация проникла на второй этаж. Пока Деклан с кем-то спорил по телефону, Велс подошел к балкону. Он выходил прямо на танцпол, и можно было понаблюдать за танцующими силуэтами сквозь дымку и мерцание стробоскопов.

Внизу — хаос, энергия, безудержное веселье. С каждым глотком терпкий вкус напитка обжигал горло. Толпа пульсировала в такт музыке, подобно огромному, живому существу. Он заметил Кьяру. Длинные черные волосы с многочисленными красными прядями выделяли ее из толпы; яркое облегающее платье на тонких бретелях струилось вдоль талии и доходило до колен; она без труда танцевала на высоких черных шпильках, ремешки которых обвивали изысканные щиколотки. Велс сделал последний глоток, опрокинув голову, и, когда посмотрел на танцпол, поймал ее пристальный взгляд. Кьяра чуть улыбнулась ему, продолжая извиваться стройным, молодым телом, но внимание Велса переключилось на ощущения.

Едва уловимо кто-то дотронулся до его плеч. Руки скользнули ниже и осторожно легли на грудь, пальцы нежно коснулись напряженных мышц через тонкую ткань футболки. Марисса прижалась сильнее, и ее запах, смесь ванили и летних цветов, заполнил его обоняние, а дыхание опалило шею.

— Я соскучилась, — шепнула она пленяющим голосом.

Велс чуть повернул корпус и взглянул на нее. Уголок губ приподнялся. Она выглядела вызывающе, сексуально в коротком серебристом платье без бретелей. Взгляд Велса скользнул ниже. Сверкающие в цвет платья босоножки удлиняли и без того длинные ноги. Марисса отошла на шаг, перебросила светлые волосы на одну сторону и плавно покрутилась, словно хотела получить похвалу за прекрасный образ. Она была одной из тех, кто приходил сюда не только расслабиться и потанцевать, но и привлечь внимание элиты города. Тех самых парней, магов высших уровней, которых хотели все, ведь они могли вмиг изменить их жизнь. Подобные девушки не обладали особой магией, как правило, они из семей простых рабочих, которые часто оказывались зельеведами.

Велс одобрительно улыбнулся и повернулся к танцполу. Нежные руки Мариссы снова начали очерчивать контуры его тела. Велс не сводил глаз с танцующей Кьяры внизу, улыбка которой меркла. Ее движения замедлились, и вскоре она замерла. В это время пальцы Мариссы устремились вниз, смело поглаживая пресс Велса. Кьяра не двигалась, смотрела на них. А пухлые алые губы Мариссы коснулись уха Велса, прошептали: «Надеюсь, ты тоже скучал?», и он улыбнулся. На миг Кьяра отвела взгляд.

Велс повернулся к Мариссе, схватил ее за затылок и впился в рот. Языки сплелись в диком танце. Исследуя, дразня, требуя. Грубый, необузданный поцелуй, без намека на нежность. Он отстранился так же быстро, как начал поцелуй, и повернул голову на танцпол. Кьяра стояла среди танцующих магов, обхватив себя за плечи и смотрела на них. Молодой парень рядом пытался ее растормошить, но она сорвалась с места и скрылась из виду.

— Марисса! — выкрикнул Деклан. Велс полностью повернулся. Деклан, наконец, закончил разговоры по телефону. Марисса не убрала руки от груди Велса и обернулась. — Милая, надеюсь, ты пришла не одна?

Велс подавил смешок.

— Рита и Лин поднимаются.

Деклан не успел обрадоваться новости, как к ним присоединились две светловолосые девушки, держа в руках бокалы игристого. Они устроились по обе стороны от Деклана, и тот щедро одарил их поцелуями. Выпивка, громкий смех, развратные поцелуи и ни одной мысли о делах.

— Хочу танцевать! — Рита резко вскочила.

Лин и Марисса подхватили идею. Деклан поднялся на ноги и сделал забавный реверанс.

— Дамы вперед. Мы спустимся через минуту.

Девушки поспешили на жаркий танцпол, в то время как Деклан внимательно осматривал первый этаж.

— Марко не видно.

— Он здесь, –– впервые за вечер голос Велса прозвучал так низко.

— Унюхал его аромат? — Деклан со смехом обернулся.

— Кьяра. Он не отпускает ее в клуб без присмотра.

— Она тебя видела?

— И меня, и Мариссу, и наше жадное соприкосновение губ.

Деклан прикрыл глаза и с осуждением замотал головой.

— Она еще малышка, а ты уже разбил ей сердце.

Велс накинул куртку и подошел к другу, беглым взглядом оценив обстановку внизу.

— Кьяра не малышка, а сестра Марко. Больно ей –– больно ему. Это охренительный кайф! — Велс расплылся в улыбке.

— Ты бесчувственный, приятель!

— Я Оуш, этим все сказано. Все, пошли в отрыв!

В центре танцпола бушевал вихрь энергии. Свет софитов выхватывал из толпы лица, полные куража и восторга. Девушки, сбросив оковы будничной скромности, превращались в диких кошек, грациозно извивающихся под ритмы музыки. Их глаза сверкали, губы шептали слова песен, сливаясь с общим гулом. Парни демонстрировали силу и ловкость в своих движениях. Ритм ускорялся, и толпа взрывалась новой волной энергии. Все слилось в едином экстазе, где не было места заботам и печалям. Только музыка, движение и ощущение свободы.

Велс, как и все, двигался, позволял ритму вести его. На мгновение он забыл обо всем: о долге, проблемах, о той тяжести, что давила на плечи каждый день. Но вот, краем глаза, он заметил их. Трое. Силуэты вырвались из темноты и надвигались на танцпол. В их походке чувствовалась уверенность, даже наглость. Сердце пропустило удар, потом забилось в бешеном ритме, соперничая с музыкой. Адреналин хлынул в кровь. Танец стал маской, способом скрыть напряжение.

Велс продолжал двигаться, но теперь каждое движение было просчитано, каждый взгляд стал оценкой обстановки. Он выискивал его в толпе, сканировал пространство. Игра началась. Велс заметил, как Деклан заострил на нем внимание. Один кивок головой, и Деклан нахмурил брови, а затем посмотрел через плечо. Невнятное, тихое ругательство вырвалось из его уст. Он вернул взгляд на Велса и выставил руки вперед. «Не взрывайся!» –– проговорил он губами.

Деклан поменялся местами с девушками, так, чтобы, как и Велс, видеть неприятных гостей. Парень посередине, не старше Велса, поднял руку на уровне лица и, дразня, помахал им. Пальцы Марко Конте покрылись небольшим огнем, что вызвало незамедлительную реакцию Велса. Он распихал толпу и за пару шагов оказался рядом.

— Ты мерзкий ублюдок! — воскликнул Велс, схватив того за ворот рубашки. — Не хватает духа решить все по-мужски?

Громкий возглас Велса заставил понервничать окружающих. Толпа мигом освободила возле них пространство, забыв о веселье. Вероятно, даже диджей заметил на танцполе неразбериху и сильно убавил музыку.

— Тише, Оуш, — ответил Марко и приподнял руки, будто не представлял опасности, огонь исчез, словно не появлялся. — Не пугай народ. Мы здесь, чтобы отдыхать, а не устраивать разборки.

— Да, ты ведь их так боишься! — бросил Велс и оттолкнул его.

Марко поправил рубашку и одним шагом снова сократил дистанцию.

— Только назови время и место, Оуш. — В его голосе прозвучали нотки вызова.

Его Велс ненавидел всей душой, сына главаря клана огномагов, второй влиятельной семьи Линдэйл. Дерзкий, избалованный мальчишка, с детства получающий все на блюдечке. Он единственный сын своего отца, и тот души в нем не чаял, позволял творить порой безрассудные поступки.

Велс и Марко прожигали друг друга взглядами. Собравшиеся маги напряженно перешептывались. Стычки с Конте редко заканчивались без кровопролития. В руках Велса завибрировали волны одновременно с языками пламени в руках Марко. В груди Велса зажигались искры злобы. Музыка окончательно затихла, и обстановка стала более звенящей.

— Марко, Велс? Все отлично, парни? Мне ведь не стоит беспокоиться?

Сквозь толпу к ним протиснулся Морис. Велс посмотрел на хозяина клуба. Он выглядел элегантно в белоснежной рубашке с коротким рукавом и темных брюках. Морис провел рукой по черным, как смоль, волосам, посмотрел на Велса. Вода в ту же секунду затихла. Затем Морис остановил осуждающий взгляд на Марко.

— Конечно, Морис. Мы с Велсом просто беседовали, да, дружище?

Несмотря на бушующий шторм в груди Велс выдавил из себя улыбку и взглянул на Марко. Огненная стихия также отступила.

— Неприятностей не будет.

— Прекрасно. Веселимся, друзья! — крикнул он толпе, и музыка оглушила пространство.

Марко оказался вплотную к Велсу.

— Да, на сегодня достаточно неприятностей.

Тон Марко, ставший слишком сладким, насторожил, в нем чувствовался неприятный подвох. Уголок его губ едва заметно дернулся, он старался скрыть торжество в глубине насыщенно-карего взгляда. Велс почувствовал руку Деклана на плече и, пронзив напоследок Марко взглядом, резко развернулся. Они дошли до бара, компания огномагов расположилась в противоположной стороне. Деклан упорно покачивал головой.

— Если скажешь «остынь», я тебе врежу! — прозвучал раздраженный голос Велса почти нечеловечески. Деклан разомкнул губы, но слова так и не вырвались на свободу.

Остаток ночи они провели возле бара, стараясь избегать взглядов на другую сторону клуба.

Велс потянулся в карман джинсов. Пришло сообщение от одного из братьев: «Ксандер ранен, везем его в Центр жизни». В груди прострелило.

— Вот срань!

— В чем дело? — заволновался Деклан.

— Мне надо ехать.

Велс вылетел из клуба. Парковщик пригнал машину, и, щедро поблагодарив паренька, Велс сел в белый автокар. Чуть в стороне от входа он заметил Кьяру. Руки обхватывали плечи, она стояла в ожидании. С другой стороны подъехал красный пикап, за рулем которого красовался Марко.

— Кьяра, в машину! — выкрикнул он.

Не пререкаясь, она спешно простучала каблуками и села на заднее сидение. Ей недавно исполнилось девятнадцать, а она уже подчинялась какому-то мудаку, пусть он и был ее братом.

До Центра жизни Велс добрался за пару минут. Стеклянные двери распахнулись, и он ввалился в холл с грозным видом. И тут же столкнулся с местным работником, грубо задев его плечом. Велс не собирался извиняться и устремился к стойке администрации.

Велса направили на третий этаж, где возле лестницы его встретил Киллиан.

— Что произошло?

— Мы отлучились на минут десять, не больше. –– Велс заметил не только непривычную дрожь в голосе брата, его костюм оказался пропитан чем-то темным. Твою мать. — Пару чертовых минут!

— Мне повторить вопрос? — повысился тон Велса, слова стали резкими.

— Огнестрел.

Сердце забилось чаще, кровь застучала в висках. В горле образовался ком от попыток сдержать эмоции.

— Куда смотрела охрана?

Киллиан замялся, а Велс сжал кулаки, чтобы удержать гнев, закипающий в груди.

— Убрали. У двоих перерезано горло, да так, что головы еле держались. Третий с простреленной грудиной, сюда не доехал.

Велс схватился за голову, представляя картину нападения. Он ходил из стороны в сторону, шумно втягивая воздух. Низкое, утробное рычание прокатилось в горле перед тем как он ударил кулаком стену.

— У Ксандера три ранения в живот, но все нормально, он жив.

— Нормально? — взбесился Велс, к лицу мгновенно подступил жар. — У нашего младшего брата в животе три пули, и ты говоришь «нормально»?!

— Он жив — это главное.

На секунду Велс прикрыл глаза, когда в разговор с братом ворвался строгий бас, глубокий и властный. Велс попытался заглушить внутреннего зверя. Его точно следовало заглушить. Обернувшись, он увидел отца. На белой рубашке змеились красные отметины, в руках он держал пиджак.

На его лице не было ни тени улыбки, ни намека на мягкость. Как всегда. На лбу появилась глубокая складка, брови опустились, что придало ему более строгий вид. От одного только его взгляда веяло холодом и дисциплиной.

— Люди Конте? — обратился к отцу Велс ровным голосом.

— Вероятно, правда доказательств нет. –– Велс разомкнул губы, но отец не оставил возможности для возражения. — И ты не будешь решать этот вопрос по-своему.

— Сколько еще этому ублюдку сойдет с рук?

Злость снова вырвалась наружу. В груди кипело, кисти сжались в кулаки. Мышцы на спине настолько напряглись, что куртка казалось тесной.

— Марко и его семья ответят за все преступления. По закону, — без нервозности, по сравнению с Велсом, сказал он.

В его манерах чувствовалась выдержанность, как вино, долго хранившееся в погребе. В каждом движении, взгляде сквозила строгость.

— Закон им не писан, и ты это видишь! –– Дыхание Велса сбивалось на каждом слове.

— Мы изменим это.

— И когда же? — воскликнул Велс и взмахнул руками.

— Когда войдем в Атракс.

Велс выпрямился и резко вдохнул, словно от внезапного удара по спине. Ему не послышалось? Он открыл рот, но вместо ответа хрипло выдохнул и сглотнул.

— Освобождается должность.

— Невозможно.

— Голстен. Он стар, почти немощен. От его иллюзорной магии стало мало толку, и наследников у старика нет. — Отец продолжал придерживаться сдержанного, приглушенного тона. Без лишней эмоциональности, лишь четкость и ясность мысли. — Совет магов начал поиски кандидатов.

Ноздри Велса раздулись при новом глубоком вдохе.

— Полагаю, информация достоверная и донесла ее тебе твоя «ветряная» дама.

Велс не скрывал, что ему не нравилась интрижка отца с членом Атракса, женщиной по имени Сива, обладающей аэромагией.

За один широкий шаг отец подошел ближе, пиджак отправился брату, стоящему за спиной Велса. Ярко-голубой взгляд старшего Оуша потемнел и пронзал насквозь.

— Атракс принимает магов исключительно первого и второго уровня. Напоминаю, маги стихий всегда в приоритете. Они будут выбирать из нашего и клана Конте. –– Он говорил размеренно, с четкими акцентами, не повышал голос, при этом заполнял все пространство вокруг. –– Именно поэтому в последние недели я с твоими братьями, как цирковые клоуны, разъезжаем по важным объектам города, ведем беседы с теми, кто примет участие в голосовании.

Велс нахмурился, во рту проступила горечь от одного упоминания о совете. Его губы искривились в насмешливой ухмылке, оголяя край зубов.

— Хочешь запихнуть меня в Атракс?

— Не тебя! Акселя. Он не так эмоционален и способен промолчать при необходимости.

Велс оглянулся, хмурясь сильнее. Где его носило?

— Аксель заканчивает важные переговоры.

Слова отца удалили, как хлыст. Все тело охватило не просто тепло, а жар, стремительно поднимающийся от живота к груди и лицу.

— Какие переговоры могут быть важнее родного брата?

— Ксандер в порядке. Пару дней ему придется провести здесь под присмотром целителей, но он жив и будет жить. А эти переговоры могут изменить многое, в том числе будущее твоей неугомонной задницы! — Голос отца стал похож на отдаленный раскат грома, и проходящие мимо молодые целители оглядывались, вместе с тем лицо его оставалось бесстрастным. — Он, в отличие от тебя, занимается делом даже после полуночи, в то время как ты тратишь драгоценные часы в месте сбора шлюх и бесполезной толпы.

Нотации отца, словно он мальчишка, заставляли челюсти сжиматься во избежание выплюнуть дерзкие возражения.

Отец сократил расстояние до минимума.

— Знаю, как сильно кровь плещется в твоих венах, Велс, но даже думать не смей об ответе Марко. Уяснил?

Властная интонация ничего не оставила Велсу, как только утвердительно кивнуть.

— Поехали. Завтра навестите Ксандера.

Велс посмотрел на брата. Киллиан тяжело вздохнул, едва заметно покачал головой и пошел за отцом. Бросив грустный взгляд на палату, где лежал младший Оуш, Велс помедлил и последовал за семьей.

Дилан

Пару лет в уютных уголках Италии оставили приятный след, и теперь Дилан с удовольствием занималась приготовлением пасты. Квартира наполнилась вкуснейшим ароматом, отчего живот предательски заурчал. Она собиралась соединить пасту с нежнейшим сырным соусом, как боль ударила изнутри, обхватив грудную клетку. Короткий вскрик сорвался с уст. Сковорода с грохотом упала на пол, и Дилан согнулась пополам. Следом накатила новая волна тупой боли и застыла под ребрами. Лоб покрылся испариной, губы превратились в тонкую, дрожащую линию. Она зажмурилась, но ощущения только усиливались. Следом боль пронзила позвоночник, поднимаясь от копчика к затылку. Дилан сделала резкий вдох и рухнула на колени. Она открыла глаза, и первые слезы скатились по щекам.

Ладонь уперлась в пол, вторая легла под грудь, где колотилось сердце. Оно стучало так быстро, что в любую секунду, казалось, могло не выдержать подобного ритма и остановиться. Очередная резкая вспышка боли, подобно раскаленному хлысту, заставила Дилан вскрикнуть. Внутри разрывались невидимые цепи, задевали каждый орган, каждое нервное окончание. Боль отдавалась в поясницу и ребра, отчего Дилан прерывисто дышала и морщилась при вдохе.

Контроль над телом уходил, она чувствовала, как чужая воля пыталась завладеть ею, подчинить ее. Невозможно было воспользоваться ментальной связью, настолько пронзила боль. Она сжала кулак и ударила пол. Долгий, надрывной стон вырвался из ее горла.

Дилан выпустила воздух из легких и медленно через нос начала дышать. Дрожащими руками она уперлась в пол, прикусила нижнюю губу и заставила тело выпрямиться. Потребовалось неимоверное усилие поднять себя на ноги. Одной рукой она так сильно ухватилась за край стола, что на ладони могла остаться рана. Шаг. Второй. Неспеша, с опорой она двигалась.

Придерживаясь за стены, Дилан покинула квартиру. Она вызвала лифт и посмотрела на табло. Цифры медленно увеличивались. Шестерка сменилась семеркой, а затем все застыло. Дилан нажимала снова и снова, но этаж не менялся.

— Зараза! Давай же! — Она ударила кулаком по двери и сомкнула губы, удерживая крик от резкой боли в костяшках.

Лестница.

Ноги вяло передвигались, слишком медленно, как спину пронзило огненной стрелой, и Дилан отчаянно вцепилась пальцами в перила. Звук, вырвавшийся из ее горла, напомнил скорее животный рев, чем человеческий голос. Все тело покрыла мелкая дрожь. Еще один жалкий шаг, но ноги перестали слушаться, и Дилан скатилась целый пролет. Боль от ударов не могла сравниться с тем, что вырывалась изнутри. На четвереньках ей удалось спуститься пару пролетов, и она добралась до двери. Дилан стукнула. Звук получился слабым, глухим. Прозвучал короткий сигнал, и Дилан услышала, как двери лифта открылись. Посмотрев через плечо, она увидела Игона с бумажным пакетом, полным еды. Глаза его расширились.

— Ди?!

Из ее уст вырвался тихий всхлип. Потребовалось мгновение, и удивление Игона сменилось беспокойством.

— Вот дерьмо!

Пакет полетел в сторону, он приподнял Дилан и тут же открыл дверь. Игон положил ее на диван и кинулся на кухню.

— Держись, Ди.

Он вернулся быстро, но Дилан этот промежуток показался вечностью. Ее спину жгло адским пламенем, все кости трескались и срастались заново. Казалось, она привыкла к этой боли, но каждый раз тело ломало сильнее. Игон осторожно перевернул ее на живот, опустился на колени рядом и задрал ей майку.

— Готова?

— Делай уже! — взревела она.

В правой руке Игон держал ручной лазер, который когда-то стащил из Центра жизни. За это его могли лишить работы, возможно, магии, но лазер справлялся быстрее, чем огонь, а использовать кислоту было вовсе не практично.

Игон начал водить лазером по спине Дилан, делая то, что делал несчетное количество раз. Руки вцепились в диван, зубами Дилан вонзилась в подушку, чтобы приглушить крики. Это было необходимо, он спасал ей жизнь, защищал, пусть и причиняя боль. Каждое слово, как мантра, проносилось в ее сознании, пока Игон продолжал работать лазером. Голова Дилан гудела от ударов собственного пульса по вискам.

Как только он закончил, Дилан громко простонала от облегчения. Его ладонь накрыла спину, и золотистые нити целительной магии залечили страшный ожог. По телу Дилан прокатило тепло, которое не причиняло, а забирало боль. Она отпустила подушку и положила на нее голову. Игон взял салфетку с тумбы и начал протирать ей спину. Он приспустил майку, и Дилан неторопливо села. Глубокими вдохами и выдохами она пыталась привести сердцебиение в ровный ритм.

Они не произнесли ни слова, ментальная связь также сохраняла тишину. Однако, оба все прекрасно понимали. Дилан не стала врать, что в порядке, ведь все далеко не в порядке. Прошло слишком мало времени.

— Мне нужно на ринг, — с тяжелым дыханием признала она. — Срочно!

Глава 3

Велс

Ночью Велс не спал. Мысли кружились вокруг младшего брата. Он всегда старался оберегать Ксандера от разборок, тем более от огнестрела. Он не участвовал в делах отца, оставался мальчишкой со своими мечтами и планами. Велсу хотелось продлить это время для Ксандера, ведь самому не удалось насладиться юношеством.

После смерти матери отец изменился. Велс не помнил, когда в последний раз тот улыбался. С головой ушел в дела и потянул за собой Велса. Вместо того, чтобы играть в футбол на заднем дворе, он изучал бизнес тактику, финансовую аналитику и прочую ерунду, не интересную подростку. Всем сердцем он хотел избежать подобной участи для Ксандера.

Велс остановился в дверях кабинета. Отец стоял возле окна, пил чай. Прошло почти двадцать лет, а он так и не позволил себе любви. Интрижки, секс, но не искренние чувства. Впрочем, в этом вопросе Велс не отличался оригинальностью.

Велс зашел в кабинет и отец чуть повернул голову.

— Мы с Киллианом собираемся в Центр жизни.

— Напишешь, как там Ксандер, — ответил тот и взгляд снова устремился в окно.

— Ты не едешь?

— У нас с Акселем встреча в загородном клубе.

Велса ничуть не удивила сухость отца. Таким он стал давно. В семнадцать лет он встал во главе клана, когда застрелили его отца и целители не успели того спасти. С тех времен он прошел длинный путь, полный испытаний и побед. Жизнь сделала его не только сильным, но и черствым.

Ничего не добавив, Велс развернулся, чтобы уйти.

— Нападение спланировано.

Слова отца заставили остановиться. Едва ощутимая теплая волна прошла вдоль позвонков. Видимо, предстоял серьезный разговор. Велс подошел ближе.

— Дождались, пока Ксандер остался один, подобрались близко, убили охрану и пустили в него пули. Все было четко.

— К чему ты ведешь?

Отец медленно повернулся.

— К тому, что Конте решил убрать главных конкурентов на место в Атраксе. И хочет сделать как обычно, на показ, устроить зрелище. Они знают: Атракс не вмешается, пока не используется магия. Сволочи. –– Каменную маску на лице сменил звериный оскал. –– И возможно, в его охране была крыса. Конте швыряются деньгами и легко могли подкупить любого, а потом убрать.

Скулы Велса напряглись, в горле встал ком.

«Не уследил, подвел!» — эти мысли заполнили разум так, что в висках появилась ноющая боль. Он всегда считал себя ответственным за младшего брата, за его безопасность. Он проводил с ним много времени, чтобы Ксандер не испытывал недостатка любви.

Кисти невольно сжались. Велс глубоко вздохнул и после тяжелого выдоха спросил:

— Заняться новым набором?

— У нас есть те, кому можно доверять. Киллиан убирает тех, кто под сомнением. — Грудь отца медленно поднялась в глубоком дыхании. В этом жесте Велс заметил всю тяжесть долга его семьи. — Нам нужно заключить не одну важную сделку, договориться со многими магами о сотрудничестве. Я уверен, семейство Конте проводит аналогичный список дел, наша конкуренция на своем пике. Фредерико не откажется от возможности попасть в Атракс, и уверен, будут еще попытки убрать меня или любого из вас. –– Лицо отца нахмурилось, и он приблизился. — Знаю, как ты не выносишь охрану возле себя, но я должен знать, что тебя всегда кто-то прикрывает.

Велс натянуто вздохнул, затем на миг отвел взгляд.

— Тебе нужен сопровождающий, сын.

— Я способен за себя постоять.

— Ты старший наследник и главная цель наших врагов! — резко повысил он голос. — Отбрось упрямство и чертову гордость! Да, все привыкли видеть тебя без охраны. Пусть так и останется. Я хочу, чтобы с тобой был невидимка. Наемник. Тот, кто неприметен, при этом всегда рядом.

Велс знал, о чем говорил отец. Такие личности в сфере профессиональной охраны не числились.