Только сердце не трогай

— Я… не могу. У меня работа и…

— Что и? Абрамова, я всё сказал. Завтра я вернусь с договором, и ты продашь мне свою долю. Поняла? — подаюсь немного вперёд и прожигаю девушку решительным взглядом.

Её лицо покрывается красными пятнами. Губы сжаты в тонкую линию. Она злится?

— С чего ты решил, что я тебе её продам? Эта половина моя по закону. У меня есть все документы. И продавать её я не планирую. Ясно тебе?

Я совсем не ожидал услышать от этой хрупкой девушки такое смелое заявление. А чего я ждал? Яблоко от яблони недалеко падает. Её мать была самой беспринципной сукой, которую я встречал в своей жизни. Видимо, и дочка такая же.

— Ну, это мы ещё посмотрим. Завтра я приду с договором. У тебя есть время подумать. Приятного аппетита!

Поднимаюсь из-за стола. Ножки стула скрипят по ламинату, отчего Даша снова хмурится.

Хлопаю дверью и решаю спуститься по лестнице, чтобы немного успокоиться. Не продаст она! А я ей другого выбора и не оставлю.

ГЛАВА 4

Уже минут двадцать пялюсь на часть расколотого арбуза, что лежит передо мной на столе. Я и предположить не могла, что этот отличный день закончится на такой поганой ноте. Меньше всего ожидала увидеть Волошина в своей квартире. Поправочка: Абрамова — и в его квартире тоже. А он очень изменился. Взгляд стал холодным и оценивающим. А его многочисленные татуировки вообще поначалу ввели меня в ступор. Неужели после тюрьмы он так и дальше пошёл по наклонной? Хотя рисунки на его теле мало похожи на тюремные. Они очень красивые. А те, что на шее, мне захотелось рассмотреть ближе.

— Ох и дура же ты, Дашка, — бормочу я и беру ложку, чтобы поесть арбуз.

Суп я возвращаю в холодильник. Спасибо Вадиму, аппетит пропал окончательно. Нежная мякоть арбуза тает во рту. Насладившись освежающим лакомством, отправляю остатки арбуза в холодильник.

Перед тем как идти в душ, замечаю свой блокнот на комоде. Его точно кто-то смотрел. И нетрудно догадаться кто.

— Сыщик, блин.

Разглядываю рисунок, который видел и Волошин. Его я нарисовала давно, когда мама приезжала к бабушке в последний раз и рассказала, что Вадима осудили. Его лицо я воспроизвела по памяти. Просто мне захотелось его нарисовать. Ведь в этом нет ничего криминального? Только сейчас мне совсем не по себе от того, что он увидел свой портрет.

— Да плевать!

Кидаю блокнот в верхний ящик комода и, схватив полотенце, иду в душ.

Конечно же, уснуть у меня получается не сразу. Мне то жарко, то холодно. Я то и дело открываю и закрываю дверь на лоджию. В голове столько мыслей, что голова просто раскалывается от напряжения. То, что Влад так и не принял мою мать, стало для меня открытием. Пока я здесь жила, я и не замечала его плохого отношения к ней. Что же произошло между ними потом, когда я уехала?

Силюсь вспомнить хоть что-то. Ничего не приходит на ум. Только всплывает одно воспоминание. В силу возраста слова мамы тогда я не поняла, а сейчас до меня дошло, что она имела в виду. Она и её подруга тётя Лена сидели на нашей кухне. Мы с мамой жили в очередной съёмной квартире. Она была такой маленькой, что я слышала всё, о чём говорят женщины.

— Ну, Маринка, ты даёшь! Самого Волошина решила захомутать, — сказала тётя Лена, и я услышала звон стекла.

Они пили вино и, наверное, сейчас стукнулись бокалами.

— Не ждать же, когда кто-то такой же ушлый окрутит этого вдовца. Он, конечно, не мечта такой женщины, как я, но у него есть два плюса.

— Два? Какой же второй, помимо квартирки в центре города? — уточняет тётя Лена.

— Его сынок. Ты видела его? Крашавчик. И ему уже восемнадцать.

Затем я слышу смех, и женщины продолжают говорить тихо и снова смеются.

Взбиваю подушку и, подсунув под неё руки, закрываю глаза. Неужели между мамой и Вадимом что-то могло быть? Да, она выглядела просто отлично в свои тридцать пять лет, но зачем ей связываться, по сути, с ребёнком? Пусть и совершеннолетним. В голове не укладывается. Наверняка я просто всё не так понимаю. Да сейчас это не самая главная проблема. Теперь мне нужно думать, что делать дальше. Продать свою долю в квартире Волошину или же послать его куда подальше?

***

— Ну вот и отлично. Договор подписан. Ты чего такая задумчивая?

Жанна Ивановна отдаёт мне мой экземпляр трудового договора.

— А вы не знаете, сколько стоит квартира в центре Екатеринбурга? — задаю вопрос, который мучает меня с самого утра.

— Смотря какая. Сколько метров, вторичка или новостройка?

Женщина складывает бумаги в свою сумку.

— Двухкомнатная, шестьдесят квадратов. Точно не новостройка.

— Тааак, — Жанна Ивановна задумывается, а потом выдаёт: — Миллионов восемь.

После ухода хозяйки островка я снова раздумываю над предложением Вадима. Если половина квартиры моя, значит, я могу получить за неё четыре миллиона? Могу ли я на эти деньги что-то купить? Нужно залезть в интернет и поискать подходящие варианты.

Но сделать это в течение дня у меня практически не получается. Будто сегодня у половины города день рождения. От клиентов просто нет отбоя. У меня уже пальцы болят от упаковки подарков, но все равно мне эта работа в радость.

До конца рабочего дня ещё час, и, наконец, наступает относительное затишье. Я листаю в интернете страницы с предложениями о продаже однокомнатных квартир. На вырученные от продажи моей доли деньги я могу купить неплохой вариант. Правда, не в самом центре, но мне это и не принципиально. Главное — свое жилье, в котором ни Волошин, ни кто-то другой меня не потревожит.

— Привет! Ну и денёк сегодня, да? Я Лиля. Работаю вон там, островок с парфюмерией, — над моей головой раздаётся женский голос.

Я поднимаюсь со стула и встречаюсь с заинтересованным взглядом симпатичной брюнетки.

— Эм, привет! Я Даша.

Мне как-то не по себе, что она застала меня за «втыканием» в телефон на рабочем месте.

— Да не парься ты! Я постоянно в телефоне сижу, когда клиентов нет. У меня и ноутбук есть. Иногда фильмы смотрю. Не все дни такие напряжённые, как сегодня. Я видела, что и у тебя клиент весь день прёт. Куришь?

Лиля разглядывает витрину с товаром.

— Нет.

— Жаль. А то на перекур бы вместе бегали. А то вон там и там бабки. Они точно не курят, — Лиля усмехается.

Она права. За соседними островками с оптикой и головными уборами работают две женщины в годах.

— Где живёшь? С родителями? — продолжает засыпать меня вопросами новая знакомая.

Женька ещё в Черницке мне сказала сразу не раскрывать секрет о том, что я живу одна. Потом от незваных гостей не отобьёшься.

— Ага. Типа того, — размыто отвечаю я.

— Ммм. Ясно. В клуб мама с папой отпускают?

— В клуб? В какой клуб?

— В ночной! У меня подружка замуж вышла. Теперь по клубам мне ходить не с кем, — Лиля шумно вздыхает, подперев голову рукой, продолжает: — А я все ещё хочу попасть в «Нирвану».

— Классное место?

— А ты что, не слышала о нём? Отрыв башки просто! Ой, у меня клиент. Ладно, завтра ещё поболтаем. Пока!

Лиля исчезает так же неожиданно, как и появилась. А почему бы и не подружиться с этой девчонкой?

Вечером дома я никак не могу найти себе места. Появится ли Волошин сегодня или вчера он просто прикалывался надо мной? Чтобы не изводить себя ожиданием, я решаю достать из шкафа все мамины вещи. Отобрать те, которые можно выставить на продажу, а с остальными решить, что делать. Этот процесс затягивает надолго и поселяет в моей душе только печаль. Мы с мамой никогда не были близки, и я никогда не чувствовала от неё любви, но не желала ей смерти в сорок два года. Она погибла в ДТП с очередным своим любовником.

На самой верхней полке шкафа я нахожу альбом и её старое любимое платье. Голубой шёлк всё ещё пахнет мамой. Мне было лет шесть, когда она его купила. Тогда она казалась мне самой красивой, и я ещё не особо понимала, что не нужна ей. Просто тянулась к маме, как и любой ребенок в этом возрасте.

Откладываю платье. У меня точно не поднимется рука ни продать его, ни выкинуть. Кидаю взгляд на альбом. Не думала, что мама его сохранила. Уже планирую его открыть, когда слышу, как открывается дверь в квартиру.

Волошин всё-таки пришёл.

— Что это?

Поднимаю глаза от бумаг, которые дал мне для ознакомления Вадим.

— Ты читать не умеешь? Написано же: «Договор купли-продажи». Со всеми пунктами согласна? Завтра пойдём к нотариусу и всю сделку проведём законно, не переживай.

Волошин смотрит на меня, как на идиотку.

— Два миллиона? Ты считаешь, моя доля столько стоит?

Отодвигаю договор на центр стола.

— А ты времени не теряла. Такая же ушлая, как и твоя мать. Да, доля стоит в два раза больше, но я плачу два миллиона и ни рубля больше.

— Ты понимаешь, что на эти деньги я ничего не смогу себе позволить?!

Внутри меня просто мечтает вырваться наружу вулкан гнева. За кого он меня принимает? За наивную дурочку?

— Здесь не сможешь. А в своём Средежопенске купишь отличную квартирку. Не выноси мне мозг, Абрамова! Подписывай!

Волошин снова толкает бумагу ближе ко мне.

— Не буду. Я не согласна на твои условия. Ясно? Или ты меняешь цену на реальную, или… идёшь в жопу!

От того, как злобно смотрит на меня Вадим, мне даже становится весело. Приятное чувство.

— Ты уверена, что хочешь тягаться со мной?

Прищурив свои синие глаза, парень ждёт от меня ответа.

— Уверена. Хочешь вернуть квартиру своей матери — плати честную цену. А это можешь забрать.

Протягиваю Вадиму договор. Он пару секунд медлит, а потом забирает бумаги.

— Надеюсь, ты хорошо подумала, Абрамова, — говорит он уже в прихожей.

Жду не дождусь, когда он уйдёт.

— Хорошо. Теперь твоя очередь думать.

— Зря ты решила поиграть в эти игры, сестренка.

Волошин усмехается и качает головой.

— Я тебе не сестрёнка. И думаю, что с сестрой ты бы так не поступил, — парирую я.

Когда, наконец, остаюсь в квартире одна, устало опускаюсь на пуф. Уверена, что завтра он вернётся с адекватной ценой в договоре.

Перед сном решаю поболтать с подругой и рассказать ей про все мои злоключения со сводным братом.

— Зря ты отказалась, Даш. Плохое у меня предчувствие, — выдает Женька, чем только пугает меня.

— Ой, да что он может сделать? Ты понимаешь, что это очень маленькая цена? Мне придётся вернуться в Черницк. А ты сама говорила, что делать мне там нечего.

Лучше бы я ей не звонила. Нагнала на меня жути на ночь глядя.

— Нечего, подтверждаю. Но он же может устроить тебе весёлую жизнь.

— Каким это образом?

— Ты что-нибудь слышала о профессиональных соседях?

— Нет.

Через минуту подруга вводит меня в курс дела.

— Да нет! Волошин точно не подселит ко мне таджиков, — отнекиваюсь я, хотя в душе поселяется тревога.

Я же совсем его не знаю. А вдруг он реально способен на такое?

Ночью я сплю просто ужасно. Мне снится какой-то цыганский табор, который почему-то разжёг костёр прямо на кухне.

Просыпаюсь я не под мелодию будильника, а под пронзительный звонок в дверь. Кого там ещё принесло в семь утра?

— Да иду-иду! Хватит звонить! — сонно бубню я, медленно продвигаясь к двери.

Открываю её и вижу Волошина. В его руке чемодан.

ГЛАВА 5

Вадим одаривает меня каким-то странным взглядом, и я только сейчас понимаю, что стою перед ним в футболке, которая едва закрывает мою задницу. Вот же сонная дура. Бегу в комнату и закутываюсь в халат.

— Не мог воспользоваться своим ключом? — задаю я логичный вопрос.

Но я знаю, что он давил на звонок специально, чтобы разбудить меня. А ведь я могла ещё час сладко спать.

— Не хотел тебя напугать. Думаю, что я займу эту комнату. Не хочу спать на кровати твоей матери.

Заявление Волошина заставляет меня нахмуриться. Мой мозг ещё не до конца проснулся, поэтому я не понимаю, зачем он это говорит.

— И комод освободи. Мне нужно куда-то свои вещи сложить, — продолжает парень и открывает сразу два верхних ящика.

В одном из них какое-то барахло, а во втором я храню своё нижнее бельё.

— Миленько, — у Вадима в руках мои чёрные трусики-шортики с розовой надписью на попе «Kiss my».

Надеваю я их в определённые дни месяца. Они очень удобные именно для этих дней. Таких у меня ещё парочка.

— Пошёл ты! — вырываю из его рук своё бельё и, закинув трусики обратно в ящик, резко закрываю его.

Вадим едва успевает одёрнуть руку.

— Чокнутая.

— Ты хочешь здесь жить? — наконец доходит до меня.

— Ага. Ты против? Хотя мне срать на твоё мнение, Абрамова.

Парень упирает руки в бока и осматривает помещение. Его взгляд задерживается на диване, где я совсем недавно мирно спала.

— Надеюсь, чистое постельное бельё найдётся? — снова слышу его голос.

— Поищи. Ты не в гостинице, — кидаю я по пути в ванную комнату.

На работу мне только к десяти. Но торчать здесь в компании этого придурка ещё пару часов мне совсем не хочется. Лучше посижу на лавочке у торгового центра. Выпью кофе.

С силой дёргаю шпингалет, а потом опираюсь спиной о дверь. Утро просто отличное. Женька как в воду глядела. Теперь у меня появился сосед. Только сам Вадим решил выступить в его роли.

— Спасибо, хоть не табор цыган, — бормочу я, стягивая футболку.

Хочу настроить душ, как струя воды бьёт мне прямо в лицо. Конечно, без порванного шланга это утро никак не могло закончиться. Кое-как ополаскиваюсь под сломанным душем, залив весь пол.

— Нужно починить душ. Посмотришь? — зачем-то прошу я Вадима, когда выхожу из ванной комнаты.

— С чего ты решила, что я в этом доме буду что-то чинить? — получаю я вопрос на вопрос.

Парень даже не глядит на меня и заполняет ящики комода своими вещами из чемодана. Вот же, блин. Он всё-таки вытащил моё бельё. Его я нахожу на кровати в спальне.

— Ты же тоже будешь здесь жить. И ты, в конце концов, мужчина, — обосновываю я свои слова.

— Ага. А через пару дней ты попросишь тебя трахнуть, да?

Я даже не нахожусь с ответом на этот мерзкий комментарий. Хлопаю дверью и опускаюсь на кровать. Видимо, жить с Вадимом под одной крышей будет труднее, чем с табором цыган.

***

— Привет! Тоже любишь перед работой выпить кофе?

Возле меня на скамейку опускается Лиля, и я чувствую аромат малины, исходящий от её вейпа.

— Ага. Весь день придётся сидеть в помещении. Лето заканчивается. Хочется хотя бы утром насладиться солнцем.

На самом деле мне очень хочется посидеть в тишине, но с появлением болтушки Лили все мои планы накрылись.

— Жанна уже нашла тебе сменщицу? — задаёт она неожиданный вопрос.

— Пока нет. Но обещала заменять меня, чтобы я могла ходить на выходные.

— Свежо предание. Она и Оксане это обещала. Работала до тебя девчонка, — Лиля делает очередную затяжку и добавляет: — Поэтому она и сбежала. Жанна та ещё рабовладелица. Имей в виду.

Вот ещё одна не самая приятная новость с утра. А с другой стороны, мне всё равно. Я нашла несколько онлайн-курсов, которые пройду, сидя за островком с подарками. Я же не планирую всю оставшуюся жизнь работать на Жанну.

Через пару минут мы с Лилей шагаем к торговому центру, чтобы приступить к своим должностным обязанностям.

После начала рабочего дня мне звонит Жанна и говорит о том, что сегодня мне придётся самой принять товар. Уже через час я сверяю содержание коробок с накладной. Парень-курьер пытается со мной заигрывать, но все мои мысли заняты совсем другим. Пока Лиля не нарушила моё уединение, я обдумывала, как жить дальше. Под одной крышей с Волошиным мне совсем не хочется существовать.

— Хорошего дня! — с улыбкой говорит мне курьер, забирая свой экземпляр накладной.

— Угу, — бурчу я, и его улыбка тут же сходит на нет.

Извини, симпатяга, но мне сейчас не до романов. После Шилова мне совсем не хочется иметь дело с парнями. Думаю, он надолго отбил всякое желание.

Сегодня день очень спокойный. До обеда я продала только парочку сувениров туристам. Лиля тащит меня на обед на фуд-корт. Особого аппетита у меня нет, но я все же беру салат и стакан сока. До вечера наверняка проголодаюсь, а больше перерыва на обед не предвидится.

- Вау! Ну ничего себе! Волошин неделю будет работать в своём салоне сам! – в мои мысли врезается возглас Лили.

- Волошин? Какой ещё Волошин?

Эта фамилия весь день будет преследовать меня?

- Ну ты даешь! Не знаешь Вадима Волошина? Лучший тату-мастер на весь Урал. Сейчас, правда, живёт в Тюмени, но пару раз в месяц приезжает в Ебург, чтобы лично сделать тату клиентам. А тут целая неделя. Я бы хотела заполучить рисунок на своём теле от самого Волошина. Правда красавчик?

Девушка поворачивает ко мне экраном свой телефон. Я едва не давлюсь салатом. На фото Вадим. Он серьёзно настолько известен?

- Ничего так, – дёргаю плечом.

Я же не могу сказать Лиле, что теперь живу с этим парнем в одной квартире.

- Ну и вкус у тебя! Он просто секси.

Лиля весь оставшийся перерыв болтает без умолку. А в моей голове никак не укладывается, почему Волошину так принципиально выкупить мою долю? Судя по всему, он совсем не нуждается в деньгах и может мне предложить адекватную цену, а не два миллиона.

К концу дня накручиваю себя довольно сильно. Я знаю, зачем он переехал. Чтобы вынудить меня согласиться на его условия и продать свою долю за бесценок. Значит, нужно ждать подвоха от Волошина каждый день.

***

Перед тем как пойти домой, я зашла в магазин и купила новый шланг для душа и разводной ключ. Не думаю, что Вадим решил заняться ремонтом, пока я была на работе. Не сомневаюсь, что у меня у самой это получится. Я посмотрела парочку видео в интернете и думаю, что смогу сама заменить лопнувший шланг.

- Что ты делаешь? – это первый вопрос, который я слышу от Волошина, когда он появляется в квартире и заглядывает в ванную, где я пытаюсь открутить шланг.

Это оказалось не так уж и просто. Его закрутили на совесть, а сверху ещё всё покрылось ржавчиной.

- Сам не видишь? Меняю шланг, – цежу сквозь зубы. – Может, поможешь?

- Я могу набрать ванну и помыться. Удачи.

Волошин закрывает дверь, и я остаюсь один на один с сантехнической проблемой.

- Вот же козёл!

Наконец мне удаётся открутить повреждённый шланг. Прикрутить новый оказывается куда проще. Довольно осматриваю свою работу, а потом раздеваюсь и забираюсь в душ.

Через десять минут, обтираясь полотенцем, в голову мне приходит просто потрясающая идея. Я снова откручиваю шланг и прячу его с душевой лейкой в свои вещи. Сама же закутываюсь в полотенце и нахожу на полке пробку, которой закрывается слив в ванне.

- Теперь посмотрю, как ты помоешься, придурок, – шепчу я, открывая шпингалет на двери.

Если драки не избежать, нужно бить первой.

ГЛАВА 6

Вадим

— Ты что? Задержишься в Екатеринбурге?

Моя помощница Лиза явно недовольна этим сообщением.

— Да. Появились важные дела, — размыто отвечаю я.

— А как же наша поездка на Бали, Вадим? Я уже забронировала тур и…

— Отмени все. Мне сейчас не до путешествий, — перебиваю девушку, а сам снимаю с дивана постельное белье, на котором пару часов назад спала Абрамова.

Хорошо, что она свалила на работу. Или куда там еще ей понадобилось уйти? Рядом с ней мне совершенно не комфортно. И все потому, что эта девчонка каким-то странным образом воздействует на меня. Когда я увидел её в прихожей в одной футболке, мне очень было трудно сдержаться и не закинуть её на плечо, а потом отыметь на всех горизонтальных поверхностях этой квартиры. Секс у меня был пару дней назад, но при виде Даши мне показалось, что я не трахался лет сто. Успокаиваю себя тем, что я нормальный мужик, а она чертовски привлекательная девушка. Да еще и появилась передо мной практически без одежды.

— Вадим, я не понимаю. Что такого могло произойти, что ты решил поменять наши планы? Мы же так хотели отдохнуть, — канючит Лиза.

Мы не пара. Просто периодически спим вместе, и иногда я беру её с собой на отдых. Но она, видимо, придумала себе, что может диктовать мне свои условия.

— Лиза, тебе что-то непонятно? — не хочу срываться на свою помощницу, но она сама нарывается.

— Да! Хотелось бы внятных объяснений!

— А с каких пор я должен тебе что-то объяснять? Отменяй бронь и займись своей работой! Пока!

Сбрасываю вызов и швыряю смартфон на кресло. У меня и так настроение ни к черту после перепалки с Дашей, а еще и Лиза подлила масла в огонь.

На сегодня у меня много работы. После размещения объявлений в социальных сетях о том, что на этой неделе я буду лично принимать в своей студии, от клиентов нет отбоя. А мне даже на руку, что я могу за любимым занятием забыть о том, что по возвращении домой меня, наверняка, ждет очередная ссора с Дашей. Хотя за этим я и переехал в нашу общую квартиру из гостиницы. Абрамова должна согласиться на мои условия. Я не дам ей ни рубля больше за её долю. Она все равно получила её совершенно незаслуженно. Точно так же, как и её наглая мамаша.

***

С ухмылкой наблюдаю за тем, как Дашка пытается открутить шланг в ванной комнате. Она, конечно же, просит о помощи, но я не собираюсь помогать этой девчонке. Хочу, чтобы она поняла, что мы не старые добрые друзья, а просто соседи. И не те, которые находятся в отличных отношениях. И чем скорее она это поймет, тем лучше. Постараюсь сделать так, чтобы она сама допетрила, что эта доля приносит ей только одни проблемы.

Судя по шуму в ванной, девушка справилась с ремонтом шланга. Она появляется в комнате, проходя мимо меня в свою спальню. В её руках одежда, а на ней только одно огромное полотенце. Она будто специально расхаживает мимо меня практически без одежды. Неужели решила меня соблазнить? От такой, как она, все что угодно можно ожидать. Она же дочь своей матери. А Марина не один раз пыталась затащить меня в свою постель. Только у неё ни разу этого не вышло, а я поплатился за то, что игнорировал её своей свободой.

— Можешь идти мыться. Я закончила, — говорит Даша и скрывается в спальне.

С чего это она такая дружелюбная? Перед тем как отправиться в душ, я заказываю для себя еду. Абрамова может питаться чем хочет, а я воспользуюсь услугами доставки.

Захожу в ванную комнату и сразу понимаю, в чем подвох. Эта маленькая заноза после того, как помылась, открутила шланг вместе с лейкой и утащила с собой пробку. Теперь я даже не смогу набрать ванну. Тихо смеюсь и раздеваюсь. А это будет даже интересно — наше противостояние.

С помощью ковша я без проблем ополаскиваюсь, набирая воду из-под крана. В моей голове созрел план, как отомстить маленькой выдумщице. Перед тем как вернуться в комнату, я снимаю шпингалет. Так и хочется увидеть её лицо, когда она поймет, что не сможет как следует уединиться во время принятия душа.

Утром меня будит какой-то грохот, а потом я слышу голос Абрамовой.

— Ты совсем что ли придурок, Волошин? Верни шпингалет на место! — вопит она, стоя возле дивана.

Открываю один глаз и наблюдаю за тем, как девчонка смешно злится. Её губы сжаты в тонкую линию, а руки уперты в бока. После сна её волосы растрепаны, и она похожа на ведьму.

— Только тогда, когда ты вернешь лейку и пробку, — заявляю я и отворачиваюсь к стене.

— Если тебе нужен душ, купи себе лейку и шланг. Моими вещами ты пользоваться не будешь!

— Тогда купи себе свой личный шпингалет. А лучше, Абрамова, продай свою долю и купи себе отдельную квартиру. Тогда не нужно будет даже закрываться в ванной.

Слышу, как девушка злобно сопит.

- Да пошёл ты! Обойдусь без шпингалета! И только попробуй зайти в ванную! Я тебя… тебя…

- Да нужна ты! Ты же плоская, как доска, смотреть не на что!

- Ну ты и козёл! – шипит она, и я чувствую, что Даша пытается стянуть с меня одеяло.

Её ждёт не очень приятный сюрприз. Когда оно оказывается на полу, Абрамова визжит и убегает в ванную комнату.

Обычно я сплю без трусов. Смеюсь и поднимаю одеяло с пола. Отличное утро.

Вечером я появляюсь дома намного раньше, чем Абрамова. И первым делом выкидываю из холодильника её продукты. Конечно же, делаю я это для того, чтобы в очередной раз вывести её из себя. Да и выбрасывать особо нечего. Осталась пара яиц, в кастрюле недоеденный суп и кусочек варёной колбасы. Уже представляю, как она будет на меня орать.

С нетерпением жду возвращения Даши. Она приходит практически в то же время, что и вчера. Не обращая на меня внимания, Абрамова скрывается в своей спальне, чтобы переодеться. Судя по её лицу, денёк у неё был не из лучших. А мне это только на руку. Сейчас мой перформанс с её продуктами добьёт её окончательно. Но на войне как на войне.

На кухню она приходит с таким же покерфейсом. Прислушиваюсь к тому, что там творится.

- Не поняла, – бормочет девушка.