Спутницы судьбы

Она знала, что в этом патриархальном обществе она может победить только в профессиональном плане. Леена уже на протяжении 20 лет работала в компании Элисии: сначала PR-агентом, а после — главой всего отдела рекламы. Она попала на эту должность еще совсем юной девушкой сразу после окончания университета. Леена до сих пор была уверена, что ее взяли на работу только оттого, что начальница каким-то чудом увидела в ней будущую вижу. Конечно, спустя пару лет, когда ее истинная сущность открылась и на нее свалились новые обязательства, работу в компании официально пришлось оставить, но, успев прикипеть к ней, она вернулась, помогая вести Элисии бизнес из-за кулис. Каждый, кто к ним сегодня подходил, интересовался новыми запусками, тем, что ожидать от них на зимней неделе моды, и выражали восхищение их последней коллекцией, не забывая уточнить, что своего пика они достигли с их великолепным перфомансом на центральном вокзале десять лет назад. А еще они верят, что новый глава PR-отдела обязательно вернет им этот успех. Смешно. Тот, кто приложил руку к этому значительному прорыву, и была Леена.

Не всегда ей удавалось заслужить однозначное уважение к собственной персоне, но это не означало, что она перестанет бороться. Ена всегда уверенно смотрела им в глаза, по существу отвечала на вопросы и бросала колкость в ответ на колкость — в этом она была спец. Удобную и послушную Леену она давно запихнула в дальний угол и заставила себя отрастить клыки.

Леена и Лука вежливо улыбнулись уходящей паре — генеральному директору компании по созданию ювелирных украшений и его жене. Девушка хотела выхватить хотя бы минутку, чтобы перевести дух, но к ним снова кто-то подошел.

— Мисс Парсон! — за ее спиной раздался игривый мужской голос, и к глубочайшему сожалению она сразу узнала его обладателя. Ена была готова к этой «шутке» — назвать ее чужой фамилией. Это повторялось уже неприличное количество раз, и, если первые разы шокировало своей наглостью, то теперь поражало бессмысленной настойчивостью.

Ее любимой стратегией стало игнорировать, ни в коем случае не оборачиваться и просто ждать, что он вытворит следующим.

— Кейси, милая, — еще одна уловка, назвать ее по имени. Да, подставному, но по документам она была Кейси Лоурен, а имени Леена он просто не знал. Ну и, конечно, с уничижительным обращением, которое бы ставило ее на ступеньку ниже — он же тут наследник многомиллиардной компании.

Но если Леена и при этом умудрялась его игнорировать, он переходил к следующему шагу — прикосновению. Женское «НЕТ» всегда уходит на второй план, когда на первое выходит мужское «хочу». И как бы Ена ни отбивалась от словесных нападок и, возможно, даже любила эти перепалки, остановить физический контакт ей было не под силу. Силой своих глаз она могла подчинить любого, но много ли толку от этого в комнате, кишащей людьми. Но для таких случаев у нее всегда был ОН. Лука перехватил руку молодого господина ровно в тот момент, когда она почти легла на талию его сногсшибательной дамы.

— Адриан, попрошу этого не делать. Моя королева не любит, когда ее трогают без спроса, — Лука держал лицо, оно, как всегда, оставалось любезным, ведь скандал им тут был не нужен.

Леена-Кейси медленно обернулась, состроив удивленную гримасу, мол: “Что вы тут делаете? Совсем не заметила вас, так рада видеть!”

— Адриан, вот так встреча! Как поживаете? Как отец с мамой?

Мужчина выдернул руку из неожиданно крепкой хватки высокого блондина и одарил его злобным взглядом, по-детски приподнимая верхнюю губу. Адриан медленно повернулся в сторону девушки, до последнего сохраняя зрительный контакт с Лукой, и, когда это стало уже на грани приличия, посмотрел прямо на нее. Для Леены же у него был припасен взгляд поприятнее, но не менее отторгающий.

— Отец грустит в последнее время, — мужчина выдержал паузу, наблюдая за реакцией собеседницы. — Никак не может принять тот факт, что вы все еще не носите фамилию Парсон.

Леена наигранно положила руку на грудь, аккуратно прикрывая декольте:

— Неужто Альфред хочет меня удочерить?

Адриан хмыкнул в смешливой манере и даже слегка покачал головой. Леена так и видела в его голове: «Что за глупышка, ох эти женщины».

— Кейси, вы неправильно поняли, мне нужна не сестра, а жена, — он победно ухмыльнулся, надеясь, что теперь смысл его слов был максимально прозрачен, и ожидал сиюминутного восторга от такого предложения или, на крайний случай смущенной улыбки, не меньше. Но, как уже было сказано, Леена умела кусать в ответ.

— Это вы верно подметили, вам уже больше тридцати, а семьи так и нет, вам все же стоит присмотреться, а то часики тикают.

— Не вам мне говорить о часиках. Такая изящная девушка, ваша фигура, ваше лицо — все прекрасно, а водитесь, — он глазами встретился с Лукой, готовясь сказать свое лучшее оскорбление на сегодня, — с какой-то собачонкой и держите его на коротком поводке.

— А что, хотите, чтобы я и на вас ошейник нацепила, Адриан?

Обычно люди уровня и статуса семейства Парсон умели держать лицо в любой ситуации: когда от твоей мгновенной реакции может зависеть многомиллионный контракт, хочешь не хочешь, а эмоции придется оставить при себе.

Так что сейчас можно было увидеть редкую картину, как будущий глава компании краснеет как помидор и одновременно с этим звереет. По лицу Леены расплылась садисткая улыбка — она снова победила.

Тем временем мистер Альфред Парсон вместе со своей женой стоял на нижних ступенях лестницы. Его красавица, великолепная и несравненная миссис Марта Парсон, аккуратно чмокнула мужа в щеку и начала подниматься вверх, уходя на хозяйский этаж. Альфред же коротко, но ощутимо кивнул Леене, подзывая тем самым к себе.

— Пошли, надо поговорить, — она тихо бросила Луке и двинулась в нужном направлении, не удосужившись попрощаться с Адрианом.

Стоило Леене подняться по первым ступеням, как Альфред протянул к ней руки, подхватывая ее под локти, и в отцовском жесте слегка чмокнул девушку в щеку.

— Кейси, выглядишь как всегда сногсшибательно, я очень рад тебя видеть у нас в гостях, — он аккуратно погладил локоть девушки и отпустил ее, убедившись, что она твердо стоит на своих каблуках.

— Я тоже очень рада видеть вас в добром здравии, — с лица девушки не сходила улыбка.

Элисия всегда хорошо разбиралась в людях и, выбирая долгосрочного партнера для своей компании, она не прогадала. Альфред воплощал в себе всё лучшее, что только можно представить. Надежный и добропорядочный, из тех, кто никогда не укроет преступника и до самого конца будет выполнять все пункты вашей договоренности, даже условной. Честный и верный своему выбору, со своей женой он был в браке уже больше 55 лет, а деловых партнеров не менял, даже когда те оказывались в финансово затруднительных положениях. Каждая девушка-вижу впервые пообщавшись с ним хотя бы пять минут, с полной уверенностью могла доверить ему свою тайну — и он никогда их не подводил.

Леена повернулась вполоборота и указала рукой на Луку, стоявшего у основания лестницы.

— Это мой сегодняшний спутник, Лука Рокус, считайте — телохранитель.

— Юноша, поднимайтесь, — он махнул рукой парню. — Вас я тоже рад видеть, Альфред Парсон.

Мужчина по-свойски протянул ему руку, и Лука незамедлительно пожал ее в ответ, лишь учтиво кивнув.

— Вы говорили с Адрианом? Он снова что-то вытворяет? — в голосе отца было лишь беспокойство — беспокойство об излишне потревоженном комфорте своей гостьи.

— Адриан как всегда забывает, что к моему молодому лицу прилагается 50-летняя душа, — Леена поправила шубку на плечах и наклонилась ближе. — Выходки этого мальчишки меня не задевают.

От этого «мальчишка» у Луки напряглись мышцы челюсти, но виду он не подал, проглатывая подступившую горечь.

Адриану Парсону было 34 года — взрослый, излюбленный ребенок собственных родителей. Парень родился, когда его матери было 40 лет, а отцу — все 48. Они отчаянно мечтали о ребенке, и, когда у них это получилось, родившееся чадо стало самым ценным, любимым и изнеженным созданием на планете. Адриана иногда не просто любили, его боготворили — так, по крайней мере, всегда казалось Элисии, буквально наблюдавшей весь рост этого мальчика. Когда-то Альфред даже уговаривал ее стать крестной матерью Адри, но Лис стоически оборонялась и смогла этого избежать.

Альфред не знакомил свое чадо с людьми по работе, а значит, и Леену — с ее еще старым именем — не знал. Их первая встреча произошла пару лет назад, на подобной встрече. Адри был настроен решительно, увидев молоденькую одинокую девушку на камерном приеме своего отца. А, получив жесткий отказ и насмешку, опешил, но решил не оставлять попытки заполучить ее. Конечно, он был посвящен в особенность природы Леены, но или не находил проблемы в их разнице в возрасте, или просто не осознавал, что внешняя оболочка не равна внутренней. Отец, пусть и был в возрасте, но все еще умел ясно видеть и считывать намерения своего сына. Жаль только, что жестко отрезвить его и заставить прекратить попытки ему не удавалось — слишком уж мягок он с ним был. Так что ему только и оставалось, что в очередной раз рассыпаться в неловких извинениях перед девушкой-вижу.

Однако они не могли терять время на праздную болтовню, и Парсон старший перешел к делу:

— Мисс Лоурен, у вас все под контролем? Нет никаких проблем? — он всегда называл ее новым именем и фамилией, даже если они находились наедине — ослаблять бдительность ни в коем случае нельзя.

— У нас еще есть полтора часа, поверьте, никаких эксцессов не будет, — Леена спокойно отвечала, сохраняя на лице прежнюю улыбку и непринужденность. Ее тревога никогда не давала забыть о паре десятков глаз, наблюдающих за ней. — Можете быть спокойны, мы здесь, чтобы сделать свою работу.

Альфред беспокойно закивал и в последний раз дотронулся до плеча девушки:

— Я пойду к жене, и мы вернемся к нужному времени.

Он было уже засобирался уходить, но все же развернулся и добавил:

— И берегите себя!

Тепло нежной и ласковой волной расплылось по телу Леены — она любила, когда этот пожилой мужчина заботился о ней или о других девушках-вижу, но от ее глаз не скрылся страх, тонкой тенью промелькнувший в глазах ее собеседника.

Людям всегда тяжело контролировать подобное — наблюдать, как годы неминуемо берут свое, а подле тебя кто-то остается столь же юн. Альфреду Парсону недавно перевалило за 80, он состоявшийся мужчина, семья и успешный бизнес; единственное что его неминуемо подводило, — это здоровье.

Не будет больше времени, когда ты будешь чувствовать себя так же хорошо, как на пике своей молодости. И даже если сила и задор подлежат обмену на годы опыта и мудрости, ты уже никогда не сможешь спать так же крепко, подниматься по лестнице легкой трусцой, игнорировать важность собственного давления и читать новости, не отодвигая телефон подальше от глаз. Это осознание всегда переживается легче, если рядом с тобой твои друзья и партнер, которые переживают те же проблемы, что и ты. Другое дело, когда ты знакомишься с молодой девушкой по работе: ей 26 лет, тебе 57, проходит четверть века, вокруг меняется абсолютно все: страна, законы, люди. И вот тебе 82, а ей все еще 26. Секрет ее настоящего возраста знает лишь пара обычных людей, но каждый из них, наблюдавший ее неизменность, ее лицо, застывшее в вечности — всегда был поражен этим же страхом.

Глава 11

22:55, 23 октября 2032 года

Музыка в главном зале начала затихать. Через пять минут Альфред Парсон вернется к собравшимся гостям, чтобы прочитать заключительную речь. Он поблагодарит всех за визит, будет говорить, как он рад работать и общаться со всеми присутствующими. Пока в самой дальней гостевой комнате Клаус Ридд будет мучительно биться в судорогах, а после закроет свои глаза навсегда.

Он уже двадцать лет занимает пост вице-президента по добыче редкоземельных металлов дочерней компании NewNobel. Его недавно родившаяся дочь, которой он так хвастался при общении со своими партнерами, останется без любящего отца, а жена мистера Ридда будет сломлена горем. Управление компанией придется передать другому кандидату — найти кого-то смышленого и ответственного, а самое главное, того, кто сможет пройти проверку строгого аналитика по оценке рисков, присланного из “Айли”. И кто-то, сидя у себя в кабинете за закрытыми дверьми в этот момент постукивал по столу, то и дело поглядывая на экран телефона в ожидании звонка.

Часы Леены показывали 22:45. У нее было десять минут, чтобы избежать того будущего, которое она увидела в своем видении.

***

По длинному и ярко освещенному коридору быстрым шагом продвигался мужчина. Ничего в нем не выдавало подозрительную личность: комплект из пиджака и брюк и вольно расстегнутая рубашка. Любой гость званого ужина заметил бы, что качество костюма оставляет желать лучшего, так что он благоразумно не показывался им на глаза.

Он уверенно продвигался к нужной точке. Камеры отключены. В его плане было идеально все. Пара лишних бокалов, подсунутых вежливым и учтивым официантом, — падкий на алкоголь кошелек в костюме уже еле стоит на ногах. Вот его уводит милая девушка в гостевую комнату, чтобы тот смог немного оклематься, и такие же, как он, мужички подшучивают: мол, смотри только в руках себя держи, а то жена прознает — криков будет. Так Клаус Ридд оказался в самой дальней комнате, где его труп обнаружат не сразу, а лишь к утру, когда горничные придут избавляться от следов вчерашнего приема.

Он нагло улыбался и уверенно шел вперед. Ощущение, что дело уже в кармане, придавало воодушевления. Молодого человека не пугала перспектива убить — такое уже происходило и не раз. Его больше волновали деньги, которые он уже мысленно потратил. Платежки из больницы были словно бельмо на глазу. Они росли с каждым годом, и если бы не его “подработки”, где бы они сейчас были? Он ощупал шприц в кармане пиджака и твердо направился в нужном направлении.

Позади открылась дверь. Он резко остановился, и каждая мышца в его теле напряглась. Слух выкрутили на максимум. Стук, резкий, но прерывистый, похоже на каблуки — значит, там женщина, причем гостья. Шорох одежды, тихий вздох, шаги медленные и странные, будто ей тяжело стоять на ногах.

— Ик, ой, — раздалось позади милым женским голоском.

Его сопроводил скрежет и снова стук: что-то сломалось. Мужчина обернулся. Женщин он не боялся, и как смог оценить, эта еще и была пьяна. Перед ним и правда оказалась молодая особа, она держалась за стену, пытаясь рассмотреть что-то около своих ног. Это был сломанный каблук, который так неудачно подвел свою хозяйку. Время поджимало, и стоило бы идти дальше, но свидетель ему был не нужен, благо шприцев у него было с запасом.

Мужчина натянул милую улыбку и направился к девушке. Даже жалко убить такую красотку, столько всего можно было сделать перед этим. Но дела нужно вести чисто, чтобы заказчику не к чему было придраться.

— Мадам, может, вам нужна помощь? — мужчина учтиво протянул руку, пока девушка медленно поднимала голову, фокусируя взгляд пьяных глаз на его лице. Или не пьяных?..

Мужчина в костюме резко выхватил шприц из кармана, заранее оголив иглу. Жаль, лишь скорости его реакции было недостаточно, чтобы опередить ее глаза.

Мир накренился, он застыл, занеся руку над шеей девушки. Все мысли из головы будто вытеснили, и осталась лишь фраза “ЗАМРИ”. Мозг плавился, было больно, было невыносимо больно. Пока он пытался убить девушку и продолжал попытки сдвинуться, опираясь на одну только силу воли, его мозг тем временем пытался убить его самого.

Все прекратилось. Красные глаза девушки взглянули в его карие, заплывшие слезами. Боль отступила. Стало пусто.

— Отвечай только правду. Что ты хотел со мной сделать?— красные глаза заговорили с ним. Разве глаза могли говорить?

Рот открылся сам собой, слова звучали откуда-то снизу. Мужчина даже не сразу осознал, что это он говорит.

— Ты свидетель, я хотел тебя убрать. Чтобы не сдала меня офикам, — он тяжело сглотнул и чуть снова не дернулся в попытке прикрыть свой рот.

— До того как встретил меня, что ты собирался сделать?— приказы отдавались ударами плети в его голове и не давали сопротивляться.

— Я шёл в дальнюю гостевую комнату, чтобы отравить и вызвать сердечный приступ у мистера Ридда.

Разрозненные буквы легли в слова, а те складно сложились в чистосердечное признание. Мужчина не шевелился, глаза по-глупому уставились на лицо девушки, которой он так легко вывалил всю правду.

— У нас мало времени, так что ты быстро ответишь на все мои вопросы и сделаешь, как я тебе прикажу, — красная пелена накатила с новой силой, и его мозг снова обожгло ударом хлыста.

***

В комнате было темно, так что, когда дверь слегка приоткрылась, по полу проползла тонкая полоска света. Мужчина, словно бесшумный хищник, проник внутрь, закрывая за собой дверь. Все снова погрузилось во тьму.

На кровати лежал мужчина, тучный, с проседью в волосах и виднеющимися залысинами. Он странным образом развалился, принимая неестественную позу для сна. Голова была идеально повернута в сторону, так что вошедшему оставалось лишь тихо подойти и одним точным движением ввести иглу.

Шаг. Ближе к кровати. Мужчина лежит немного правее, так что подходить надо с этой кровати, чтобы не опираться на кровать и случайно его не разбудить.

Шаг. Мягкий ковер, съедающий звуки шагов, закончился, нужно двигаться еще аккуратнее. Он достает из кармана шприц, снимает колпачок с иглы. Все готово.

Шаг. Убийца уже стоит между кроватью и стеной, осталось лишь наклониться и …

Перед ним поднос. На нем стоят графин с водой и два стакана. В голове снова щелчок — это хлыст в его голове преодолел звуковой барьер. Где-то вдалеке, на периферии сознания, он слышит слова: «Ты увидишь поднос и…» — и рука, ведомая неведомой силой, уже тянется к нему. Пальцы медленно ложатся на его край и с усилием давят вниз. Графин и стаканы начинают съезжать вслед за наклоном подноса. Сперва они ударяются друг о друга в дружеском тосте, и вот мгновение — по комнате раздается оглушительный звон разбитого хрусталя. Вода забрызгивает ноги убийцы, а пара капель долетает до измученного лица.

Мужчина на кровати резко открывает глаза. Разбуженный грохотом, он сперва испуганно осматривает комнату и натыкается взглядом на незнакомца.

— Что происходит? — хрипло мямлит все еще пьяный мужчина, инстинктивно отползая ближе к изголовью кровати. Они с минуту смотрят друг на друга. Один еще немного не в себе после алкогольного сна и с трудом сохраняет сидячее положение. Второй замирает, как испуганная лань, завидевшая льва. Кончики его пальцев горели от соприкосновения с холодной поверхностью серебряного подноса, еще миг — и нет больше этого воспоминания. Теперь на этой полочке лежит стройная картинка, как он сам неосторожно ногой задевает поднос, стоящий на прикроватной тумбочке, и тот как в замедленной съемке летит вниз со всем содержимым.

Но даже загнанная хищником лань в какой-то момент понимает: пора бежать. Шприц выпал из рук, а его владелец рванул на выход. Он схватился голой рукой за ручку двери, распахнул ее так сильно, что та впечаталась в стену — сразу же пожалел об этом. Грохот в пустующем коридоре разошелся оглушительной волной и заполнил каждый уголок. Все внутренности мужчины скрутились в тугой узел и не давали вздохнуть полной грудью. Ноги работали на автомате, несли его в сторону выхода. Глаза защипало от подступающих слез. Все пропало, больше Мае никто не поможет. Он все потерял.

***

Приезд полиции разрушил умиротворенное настроение на званом ужине мистера Парсона. Попытку побега быстро предотвратили, ведь Леена знала, куда он побежит. И как же вовремя охрана решила пройтись по заднему двору, совершая обход, да так, что убийца буквально прыгнул им в руки. Мужчину скрутили и заперли в комнате до приезда сотрудников полиции.

Когда о данном происшествии доложили Альфреду, он сдержанно извинился перед гостями и срочно направился проверять, что именно произошло. Если ты хочешь, чтобы человек ни за что не проболтался, он не должен знать, что говорить. И пусть Леена полностью доверяла старику, она никогда не забывала: чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Возможно, именно поэтому ее постоянно мучила бессонница.

Все то время, что Леену допрашивали прибывшие полицейские, Лука провел в главном зале, наблюдая. Гостей, которые оказались слишком далеко от эпицентра событий, собрали тут, чтобы записать их имена и впоследствии пригласить на допрос в участок, если в этом появится необходимость. Все присутствующие были в разной степени раздражены незапланированной задержкой. Кто-то скандалил и разбрасывался своими регалиями, лишь бы их отпустили в первую очередь или не допрашивали вовсе. Другие подрагивали от страха, потому что не могли себе даже представить, что смерть буквально стояла у них за спиной. Вся комната от потолка до пола была наполнена эмоциями, и Лука ощущал от этого раздражение. И если бы не его десятилетний опыт, он бы точно пропустил этот звоночек.

К полицейскому подошла группа девушек, они держались вместе и успокаивали друг друга как могли. Каждая назвала свое имя, продиктовала адрес и заявила, что все время они втроем были в главном зале. У Луки по спине прошелся холодок, он мгновенно нахмурился и присмотрелся к дамам. Все втроем согласно кивали и подтверждали, что все было именно так. Лука мгновенно достал телефон и напечатал три имени, отправив сообщение: “Красотки, не правда ли?”.

Особняк порядком опустел. Большинство людей уже отпустили, и последнии гости наконец отправлялись по домам. Леену отпустили, так ни в чем ее не заподозрив, но нещадно потрепав ей нервы на допросе. Вместе с Лукой они уже вышли на освещенное крыльцо. Холодный ветер заставил девушку посильнее закутаться в свою шубку, а желание поскорее оказаться дома становилось все нестерпимее.

Но у Виаты были на то свои планы. У самого выхода их встретил Адриан. Мужчина слащаво улыбнулся и протянул Леене руку, чтобы помочь ей спуститься. Девушка руку проигнорировала.

— Ты всегда такая своевольная? — он криво улыбнулся и засунул руки в карманы брюк.

На часах уже было три часа ночи, и Лука порядком устал, поэтому действия этого навязчивого ухажера раздражали его с удвоенной силой. Плечи напряглись, и он, облизав свои губы, вышел вперед, ограждая свою королеву от приставучей мухи. Ему хватило бы одного ее вздоха, чтобы поставить мужчину на место.

На часах Леены тоже было три часа ночи и она очень сильно устала, а действия бестактного богатого мужчины раздражали ее с тройной силой. Она сделала глубокий вдох, ее плечи расслабились, и ей хватило одного лишь взгляда, чтобы Лука отошел назад, предоставив ей возможность поставить Адриана на место. Леена остановилась напротив мужчины, огляделась по сторонам и, убедившись, что их никто не подслушивает, угрожающе прошептала:

— Когда ты вытворяешь что-то подобное при гостях, я спускаю это на тормозах, потому что не хочу привлекать лишнее внимание, — вежливая улыбка, не сходившая с её лица весь банкет, растаяла, словно мираж. — Но даже не смей разговаривать со мной в таком тоне, когда мы наедине, потому что иначе я не сдержусь. Можешь сходить к тому убийце и узнать у него, понравилось ли ему мое внушение, — она резко схватила его за воротник рубашки и притянула неприлично близко, — ах, точно, он ничего не помнит.

Адриан попытался сделать шаг назад, но его ноги как будто приросли к земле. Глаза забегали по сторонам в поисках поддержки, но никто не пришел ему на помощь.

— Так что если я захочу, я могу внушить тебе все, что пожелаю, и ты никогда не вспомнишь, из-за чего каждое утро просыпаешься в мокрой постели и стыдливо бежишь менять белье. Уверен, что точно все помнишь? Или в твоей памяти уже есть… пробелы?

Она резко разжала руку и оттолкнула растерянного мужчину. Адриан с трудом сглотнул собравшуюся во рту слюну и сделал пару шагов назад в сторону дома, в сторону безопасности.

Леена ненавидела это. Ненавидела, что не может на самом деле этого сделать, не навредив при этом самой себе. Хотя она была уверена, некоторые люди заслуживают, чтобы их проучили, — но Виата этого не одобряла. А если ты пользуешься благами богини, имей совесть следовать ее правилам.

Девушка развернулась и направилась прочь, но все же обернулась, чтобы поставить точку в этом диалоге:

— И еще, — ветер, поднимавший ее волосы в воздух, стих, на крыльце повисла гробовая тишина и в ней голос вижузвучал как приговор. Отблеск ее красных глаз коснулся его, но лишь на мгновение — слишком малое, чтобы кто-то это заметил. — Больше не смей оскорблять моего или чужого клыка!

Ветер снова поднялся, охлаждая покрасневшее лицо мужчины. Леена ушла, а Лука, бросив разочарованный взгляд на ошеломленного мужчину, тоже последовал следом. Проходя мимо он все же остановился и наклонился, тихо обронив: