Как я сняла дракона

Глава 4. Новая реальность

Я выбралась за пределы загадочного дома, и на меня обрушился поток света. Однако свет этот не был солнечным, да и солнца я не заметила. Все вокруг было залито мягким, рассеянным свечением. Исходило оно от звезд, находящихся так близко, что, казалось, их можно было достать рукой. Этот мир словно завис между звездами. Это было странно... и прекрасно.

Я шагнула вперед и от неожиданности чуть не упала. Земля под ногами была необычной: она не была твердой, как асфальт или плитка — я как будто наступило на облако.

Витал сладкий, почти дурманящий аромат, напоминающий о чем-то знакомом, но в то же время совершенно новом. Запахи смешивались — я уловила только нотки цветов, свежести утреннего дождя и чего-то неуловимого, пришедшего из детских воспоминаний. Мое сердце сжалось, но не от боли, а от какой-то щемящей ностальгии.

Все вокруг было непривычным. Например, деревья с переливающимися листьями росли не из земли, а прямо в воздухе. Их корни уходили в никуда, а ветви тянулись наверх, пытаясь достичь невиданных высот. Листья мерцали всеми цветами радуги, имитируя эффект калейдоскопа.

Пройдя через ряды деревьев, я заприметила, что на некоторых из них сидят существа, которые напомнили мне фей из сказок — миниатюрные создания с прозрачными крыльями, сверкающими как мыльные пузыри. Они замерли, наблюдая за мной с любопытством, а затем, когда я подошла ближе, начали весело смеяться.

— Где я? Где Алена? — прошептала я, обращаясь к ним, но они улыбались, как будто не понимали моих слов.

На небе, помимо облаков, была вода. Сначала я подумала, что мне показалось, но нет, реки здесь действительно текли не по земле, а между облаками: получались причудливые водяные мосты. Вода плавно струилась шелковой тканью, перекидываясь с одного облака на другое, образуя арки и каскады.

Эти мосты будто связывали отдельные участки неба, позволяя воде свободно течь между ними. Свет, преломляясь в каплях, рождал танцующие радужные блики. Я замерла, зачарованная видом, как река, текущая меж облаков, медленно растворялась в бесконечности, превращаясь в серебристую нить, исчезающую вдали. Зрелище было настолько фантастическим, что я не могла отвести взгляда, боясь пропустить хоть мгновение этого чуда.

Я продолжила исследовать окрестности. Вдалеке виднелись острова, плавающие в небе как корабли в океане. Присмотревшись, я поняла, что и сама сейчас нахожусь на одном из таких островов. Я собралась двигаться дальше, но вдруг раздался крик:

— Яра!

Я резко обернулась на звук. Мое сердце забилось быстрее. Кто это? И кого звали?

Тут из-за деревьев вышла девушка. Это была самая настоящая эльфийка, как на картинках. Она была легка и воздушна, как окружающая нас природа. Светлые волосы струились по плечам, а платье из легкого материала нежно обвивало фигуру, будто было соткано из облаков. Ее шаги были мягкими, почти незаметными: она словно скользила по воздуху, не соприкасаясь с землей.

— Яра! — повторила она, и это имя прозвучало естественно. Но я была Ясей. Никто никогда не называл меня Ярой, хотя это было одной из форм моего полного имени Ярослава.

— Простите, я... — начала я, но она не дала мне договорить.

— Не извиняйся, Яра, я рада тебя видеть, — она подошла ближе. — Мы с тобой давно не виделись — я еле дождалась встречи! А ты чего без фотоаппарата сегодня?

— Давно не виделись? — вырвалось у меня, хотя в голове царила путаница. Я знала, что не могу быть этой Ярой, но девушка была так уверена в своих словах и действия, что я даже засомневалась в том, что еще утром была Ясей.

— Для меня и несколько дней — целая вечность, мы ж не разлей вода, — заливисто рассмеялась девушка, и ее смех был таким звонким и радостным, что невозможно было оставаться серьезной. — Я уж думала, что ты забыла — вся в делах! Аэльдри уже готовит для нас что-то особенное.

Я отмалчивалась — любое неосторожное слово могло меня выдать. Внутри меня боролись два чувства: удивление и растерянность. Почему она называет меня этим именем? Почему ни капли не сомневается, что знает меня? Я старалась сохранять спокойствие, но каждая минута общения только добавляла вопросов.

— Пойдем скорей! — воскликнула блондинка, ее глаза загорелись нетерпеливым ожиданием.

Я не знала, что сказать. Все это казалось неправильным, но ее доброта была столь притягательна, что я не сопротивлялась. Я просто кивнула, и девушка схватила меня за руку, ведя вглубь этого чудесного мира.

По пути я тщетно пыталась понять, что происходит, но пока это удавалось с трудом. Моя новая знакомая говорила о каких-то событиях, которые я не могла вспомнить. Она оживленно вспоминала, как мы вместе делали фотографии на одном из летающих островов, как искали вдохновение среди звезд и как смеялись, когда наши снимки выходили не такими, как мы планировали.

Это было невероятно — я чувствовала, что между нами существует какая-то связь, но не понимала, как это возможно. Ее воспоминания были реальными, но почему тогда я ничего не помнила?

— Вот мы и пришли! — блондинка остановилась перед изящным домом, который был выполнен из тех же прозрачных материалов, что и мой. Постройка выглядела невесомым, сотканным из тумана и света. Стены здания отсвечивали оттенками голубого и зеленого, создавая ощущение, что дом дышит, впитывая в себя свет и отражая его обратно.

Вокруг парили живые цветы. Время от времени они раскрывались, выпуская яркие искры, похожие на радужные фейерверки. Эти искорки, подобно светлячкам, танцевали в воздухе, оставляя за собой тонкие следы, которые постепенно таяли, растворяясь.

Инстинктивно я протянула руки. Искры кружились вокруг меня, как маленькие феи. Каждый раз, когда огоньки касались моих пальцев, я ощущала легкий электрический разряд.

— Любишь ты от них подпитываться, — улыбнулась девушка, заметив, как я поглощена этим моментом.

Я промолчала, но во мне все перевернулось: значит, я делала так и раньше. Удивительно.

— Яра, Лирана, наконец-то! — воскликнула другая девушка, которая стояла у стола с чашками. Она была похожа на блондинку, но ее волосы были темными как ночь.

Судя по всему, это была Аэльдри. А саму блондинку, видимо, звали Лирана.

О том, чтобы рассказать им о том, что я вовсе не та Яра, за которую они меня принимают, не было и речи. Во-первых, я боялась разрушить их веру в наше общее прошлое, которое, судя по всему, было важным для обеих девушек. Во-вторых, интуиция подсказывала мне, что правда может нарушить какую-то гармонию в этом мире, и последствия окажутся непредсказуемыми. Поэтому я решила молчать, надеясь, что разберусь в ситуации позже.

Пока мы с Лираной рассаживались у стола, покрытого белоснежной скатертью, которая переливалась в такт нашим движениям, Аэльдри принесла графин.

— Я налью нам всем звездного эликсира, никто не против? — предложила она, держа в руках сосуд, из которого сочился слабый голубой свет.

— О, мы с Ярой его обожаем! — подмигнула мне Лирана, ее глаза сияли предвкушением. Я, конечно, понятия не имела, что это такое. А вдруг что-то опасное? Я и алкоголь не пила особенно никогда...

— Почему ты решила налить нам эликсир? — спросила я, пытаясь выиграть время.

— Он же бодрит и улучшает творческие способности, нам как раз сегодня надо, — ответила Аэльдри, уже наполняя мою чашку. Ее уверенность в безопасности напитка не рассеяла моих сомнений.

Я с недоверием посмотрела на кружку.

— Мне как-то нехорошо. Точно такое можно? — предприняла еще одну попытку я.

— Ой, как жаль... А что с тобой такое? — расстроилась Аэльдри. — А почему думаешь, что тебе станет хуже? Там же только светящиеся фрукты и магическая облачная вода.

Описание ингредиентов звучало безопасно. Я сделала небольшой глоток, ожидая неприятностей, но эликсир оказался приятным на вкус.

— Ну что, какие есть идеи для фестиваля? — спросила Лирана. — Событие не за горами, и нам нужно успеть подготовиться.

Глава 5. Разговор с Душой Древа

Я медленно шла по мягкому, будто облачному, ковру, который служил мне дорогой. Каждый шаг приносил ощущение легкости, словно я парила над землей — не так грациозно, как Лирана, но все же. Рассеянный свет, исходящий от звезд, создавал атмосферу волшебства и уюта. Я все еще не успела привыкнуть к этому чудесному миру, который открылся передо мной. Однако уже чувствовала, что здесь, среди летающих островов и магических существ, мне было на редкость спокойно.

В голове вертелись мысли о недавней беседе с Лираной и Аэльдри. Мы обсуждали подготовку к фестивалю, который должен был стать событием года в Эфемиросе, мире, где я теперь обитала. Девушки — как мне показалось, они были моими подругами — ожидали от меня активного участия, но пока мне было сложно понять, как именно я могу помочь. А скрыть свою неосведомленность — еще сложнее. К счастью, вышло сослаться на плохое самочувствие.

Что удалось выяснить — то, что я фотограф, и моя задача — запечатлеть жителей Эфемироса для выставки, которая пройдет в рамках фестиваля. Но мои фотографии никогда не пользовались успехом на Земле — вряд ли они кому-нибудь приглянутся в этом мире.

Мне стало грустно, но потом я вспомнила, как Лирана с энтузиазмом рассказывала о создании музыкального сопровождения, а Аэльдри делилась своими идеями по конструированию волшебных снов, которые будут проектироваться на специальные экраны. Вдруг и у меня получится сотворить что-то значимое.

Когда я проходила мимо деревьев с переливающимися листьями, они что-то мелодично прошептали мне, и на душе полегчало. В конце концов, можно было просто попробовать. Для начала — разобраться с тем, как работает та камера, которая лежала в моей студии. У меня появилась возможность быть не просто наблюдателем, а настоящим творцом, как я всегда и хотела — не стоило упускать шанс.

Я замерла на мгновение, чтобы вдохнуть свежий воздух, наполненный сладостным ароматом цветущих растений, и почувствовать, как энергия этого места проникает в меня.

Тут я заметила, как одно из деревьев шевелится, желая остановить меня. Я вгляделась в его крону и чуть не вскрикнула: сквозь толщу проступили очертания огромного человека с ветвями вместо волос, его глаза светились как звезды.

— Кто ты? — спросила я, пытаясь подавить страх.

— Не бойся, дитя света, — тихо ответил голос, похожий на шепот ветра. — Я — Душа Древа.

У меня мелькнуло подозрение, что я сошла с ума, и все вокруг — плод моего воображения. Эльфы, феи, реки между облаков, теперь вот разговаривающее дерево...

— Я не знаю, что делать, — неуверенно протянула я. — Я не понимаю, как я попала сюда, и где моя подруга, Алена.

Дерево чуть наклонило голову, как будто размышляя над моим вопросом.

— Ее здесь нет, — ответило оно.

Я стояла неподвижно, глядя на дерево, взглядом стараясь вытянуть из него еще информацию. Его ветви покачивались под легким ветерком, их шелест напоминал шепот старого мудреца, который имеет ответы на все вопросы, но делится ими крайне скупо. В этом движении было нечто успокаивающее, почти гипнотизирующее — словно дерево знало гораздо больше, чем могло выразить. Но оно молчало, сохраняя свою древнюю тайну за плотной завесой листьев и коры.

— Ты пришла издалека, — промолвила Душа Дерева. — Ты — Яра, фотограф, и твоя цель здесь — уловить волшебство этого мира и передать ее через свое искусство. Твое сердце уже чувствует, кем ты стала. Здесь ты наконец обрела ту силу, которую искала всю жизнь. Фотография для тебя — это не просто занятие, а истинная магия.

— Подожди, магия? Что это значит? — мой голос дрогнул от неожиданного волнения.

— Ты владеешь редким даром: твои снимки способны ухватить не только внешний облик, но и самые сокровенные чувства, мысли и энергии существ, населяющих этот мир. Они становятся живыми на твоих снимках, открывая свою внутреннюю сущность.

Эти слова пронзили меня раскаленным лезвием. В тот миг, когда дерево произнесло новое имя — Яра, — во мне вспыхнула искра. Отныне я не была серой мышкой Ясей. Я стала Ярой, одаренной мощью и талантом, обладающей силой изменить пространство вокруг себя.

Затем Душа Древа объяснила мне, что Эфемирос является альтернативным измерением, существующим параллельно с Землей. Этот мир не был просто копией, он развивался независимо. Эфемирос жил благодаря свету, исходящему от душ тех, кто жаждал большего, чем повседневная рутина.

У происходящего сейчас была уникальная связь с моей прежней судьбой. Эфемирос был не просто другой вселенной, но и отчасти отображением моих глубоких мечтаний, страхов и желаний. Я поняла, что эта реальность возникла как результат моих переживаний, и именно поэтому я ощущала себя здесь настолько уютно, несмотря на всю необычность окружения.

Как оказалось, та Яся, что осталась на Земле, жила своей жизнью. Она все еще была той же самой девушкой, какой была я до моего таинственного перехода. Интересно, пошла ли она — я — в клуб с Аленой, или придумала отмазку?

Яся продолжала заниматься фотографией, но ее творения были наполнены печалью и недовольством. Она силилась уловить что-то недосягаемое, не понимая, что именно. Каждое ее фото — это отражение ее борьбы и стремления к чему-то. Тому, чего не могла достичь в привычной реальности.

Существовало несколько точек соприкосновения двух миров — порталов, через которые можно было взаимодействовать с другим измерением. Одним из таких порталов оказалась и старая камера моей бабушки. Мне хотелось узнать об этом фотоаппарате, но информации и так было чересчур много, и я решила отложить эти вопросы на потом.

— Ты — часть ее, и она — часть тебя, — проговорило дерево. — Вы связаны, и Яся тоже незримо ощущает твое присутствие как элемента недосягаемого. Ее сердце переполняется грустью по утраченному, и это чувство превращается в мостик между мирами. Но она должна сама понять, как преодолеть эту непреходящую тоску.

Вместе с новым миром я обрела и новую цель. Эфемирос был полон чудес, и я была готова исследовать его.

— А как я смогу вернуться обратно, если захочу? — напоследок спросила я, но Душа Дерева осталась безмолвной. Лишь легкий трепет ветвей напомнил о том, что у каждого пути есть свой срок, и возможно, ответ придет ко мне сам, когда наступит нужный момент.

Глава 6. Знакомство с Луми

Подходя к дому, я заметила на пороге какое-то странное существо. Оно сидело там спокойно и ждало меня. Приглядевшись, я поняла, что это был необычный гибрид кота и феи — с пушистым телом и парой изящных крыльев, которые светились нежным голубым сиянием. Шерсть была ярко-синей, а глаза — двумя кристаллами, полными искорок. Хвост напоминал комету, оставляющую за собой мерцающий след.

— Привет! — произнесло существо неожиданно мелодичным голосом. — Меня зовут Луми, и я живу с тобой. Но ты ведь не Яра, правда?

— Ты... говоришь?! — изумленно выдохнула я, не веря своим ушам. Хотя, казалось бы, чему удивляться после говорящего дерева.

— Ну конечно! — Луми весело фыркнул и подмигнул. — Здесь, в Эфемиросе, возможно все, если ты веришь в магию!

Его крылья взмахнули, рассыпая вокруг крошечные светящиеся пылинки, которые медленно опустились на землю снежинками.

— Какой же ты милый, — прошептала я, присаживаясь рядом с ним.

Осторожно протянув руку, я коснулась его мягкой шерсти, и Луми тут же подставил свою голову, словно давно ждал этого ласкового прикосновения. Глаза, огромные и сверкающие, как звезды, внимательно наблюдали за каждым моим движением. Свет, струившийся сквозь полупрозрачные крылья, разливался вокруг, создавая иллюзию радужного ореола. Улыбка сама собой появилась на моем лице.

На Земле у меня никогда не было питомца — бабушка всегда была категорически против домашних животных. Но сейчас я сидела рядом с этим маленьким чудом, и на душе было тепло.

— Как ты догадался, что я не Яра? — с любопытством спросила я. И тут же исправилась. — Вернее, только недавно стала Ярой.

— Яра никогда не выходит из дома без фотоаппарата, — уверенно ответил Луми.

Вот почему Лирана и Аэльдри задавали мне столько вопросов о камере — точнее, ее отсутствии. Видимо, в этом новом мире страсть к фотографии — неотъемлемая часть моей личности.

Луми поведал мне, что он — котафиз: существо, чьи крылья меняют цвет в зависимости от настроения. Пока он говорил, крылышки то становились светло-розовыми, отображая радость, то приобретали глубокий синий оттенок, показывая задумчивость.

— Я буду твоим верным спутником, — заявил котафиз, легко запрыгнув мне на плечо. — Вместе мы сможем совершить великие дела!

С Луми на плече я вошла в студию и замерла, оглядывая стены, украшенные моими фотографиями. Душа затрепетала, когда я осознала, что каждое изображение, сделанное мною, оживает прямо на глазах. Снимки будто дышали, передавая атмосферу момента, застывшего в кадре.

Фотографии не просто висели на стенах, они рассказывали свои собственные истории, приглашая погрузиться в мир, где каждый снимок — это окно в другую реальность.

Вдруг Луми ткнул лапкой в одну из картинок: на нем был отображен пробегающий мимо цветной единорог. Листья деревьев вокруг него искрились, отражая звездные лучи, и чудилось, что сам единорог смеется, играя с ветром. Снимок буквально светился изнутри, освещая все вокруг.

— Ты действительно поймала его радость! — с восторгом проговорил Луми, и его голос был полон восхищения. — Это великолепно!

Так значит, тут были и единороги! Воистину, необычайный мир. Бросив взгляд на снимок, я всей душой ощутила миг, который смогла запечатлеть — искренний, чистый, волшебный.

Это можно было сказать и о каждом из остальных снимков: они были настоящими сгустками эмоций, за которыми скрывались вселенные чувств и мечт. Некоторые кадры светились особенно ярко, словно в них заключена какая-то особая магическая энергия.

На одном из снимков была Лирана, играющая на незнакомом мне инструменте. Мелодия, льющаяся из-под ее пальцев, ощущалась почти осязаемой, и я уловила, как музыка проникает в меня. Волосы девушки развевались в такт мелодии, а глаза вдохновенно блестели. Кажется, в этом мгновении она сливается с музыкой, превращаясь в единое целое с инструментом.

— Луми, — обернулась я к своему новому другу, — я должна поскорее научиться правильно использовать фотоаппарат, чтобы уметь запечатлевать души.

— Именно так! — с неподдельным энтузиазмом откликнулся котафиз, и его крылья затрепетали от возбуждения. — Существует множество существ, чьи истории ждут, чтобы их рассказали.

Глубоко вдохнув, я подошла к полке с камерой. Она выглядела так же, как в тот миг, когда я ее нашла: прозрачная, с переливами света, словно сама состояла из звездной пыли. Я протянула руку, и устройство отозвалось легким светом, как будто приветствовало меня.

Я приподняла камеру, рассматривая ее со всех сторон. Каждый изгиб корпуса, каждая деталь была знакомой и в то же время совершенно новой. Я включила аппарат. Он еле слышно зашумел, и внутри него зажглись крохотные огоньки, которые начали плавно танцевать.

На верхней части была размещена большая кнопка спуска затвора, обрамленная мелкими узорами. Затем я обратила внимание на два регулятора, находившихся на боковой панели. Они были похожи на старинные механизмы. Прищурилась, пытаясь понять их назначение.

Первый регулятор был помечен символом распускающегося цветка. Я аккуратно дотронулась до него пальцем, и камера откликнулась дрожанием. Внутри на мгновение засветились искры: аппарат ждал, когда я сделаю следующий шаг.

Я наклонилась ближе, чтобы лучше рассмотреть. Регулятор имел несколько положений, и каждое из них обозначалось разными цветами, которые переливались при вращении.

— Это «Эмоциональный фильтр», — произнес Луми. — Он сам меняет положение, ориентируясь на чувства того, кого ты собираешься сфотографировать. Каждый цвет соответствует определенной эмоции: радость, грусть, любовь, надежда...

— Это удивительно, — я прикоснулась к цветку. — Как он определяет эмоции?

— Чувствует ауру и энергетику тех, кто находится рядом, — пояснил Луми, приподнявшись на моем плече. — Фотоаппарат способен воспринимать внутренние состояния, которые обычно остаются скрытыми от глаз. Когда ты берешь в руки устройство, то как бы открываешь портал в душу.

Я переключилась на второй регулятор, который располагался чуть ниже первого. Он был отмечен символом звезды, окруженной кольцами.

— «Энергетический уровень», — объяснил котафиз. — Он регулирует силу магии, которую ты можешь запечатлеть. Чем выше уровень, тем ярче и насыщеннее будет твой снимок. Но учти, что слишком сильная энергия может и исчерпать тебя.

Я обдумала слова Луми. Это было важно. Я не хотела потерять себя в этом процессе, но и не могла упустить возможность создать что-то по-настоящему волшебное. Я повернула регулятор, и звезда засияла выразительным светом, как будто сама всколыхнулась.

— Попробуй настроить его на средний уровень, — посоветовал Луми. Я кивнула — это можно успеть и потом.

И вдруг что-то изменилось. Сердце забилось с такой силой, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Сквозь хрустальные стены моего купола не было видно окружающего пространства, но сияние звезд явно померкло.

С камерой в руках я выбежала на порог двери-окна и в ужасе остановилась, уставившись на небо, которое стремительно окрашивалось в зловещий темный цвет, словно предвещая беду. Громовые раскаты раздавались вокруг, раскалывая тишину на тысячи осколков, а злобные молнии разрывали небесную ткань, создавая неземной световой спектакль.

И вдруг в центре этого хаоса, я увидела его — огромного черно-красного дракона, несущегося по небу с внушительной грацией и мощью.

Глава 7. Встреча с драконом

Дракон был черно-красным, как ночное пылающее от пожаров небо. Чешуя блестела, а шипы на спине искрились. Я затаила дыхание, глядя, как исполинские крылья с мощью расправляются, создавая вихри ветра, которые швыряли вокруг меня искры света и пыли. Грозное величие этого существа захватывало дух, заставляя забыть обо всем остальном мире.

Дракон, заметив мое присутствие, застыл в воздухе, повиснув над землей, как огромная тень. Его глаза, сверкающие ярко-красным огнем, впились в меня. Было ощущение, что он проникает в самую душу — хотя как это возможно? Огнедышащая пасть распахнулась, и я увидела, как языки пламени вырываются наружу, освещая окрестности своим зловещим светом.

Мощь, исходящая от дракона, пронизывала каждую клеточку моего тела. Энергия, пульсирующая в нем, была настолько велика, что могла разорвать пространство вокруг нас. Эта сила манила, притягивала магнитом, но вместе с тем вызывала трепет и страх. Внутри меня кипели противоречивые чувства: восхищение перед этим могущественным созданием и осознание опасности, которая таилась за его движениями.

Дракон приближался, а меня охватил мандраж. Я уставилась на могучие крылья, обрамленные огненными перьями. Они плавно раскрывались — как паруса, поднимающие корабль навстречу ветру. С каждым взмахом он становился все ближе, пока его тень не накрыла меня целиком.

Мои пальцы судорожно сжимали камеру, словно кто-то мог попытаться вырвать ее из рук. Сердце бешено колотилось в груди, гул крови в ушах заглушал все остальные звуки. Мир вокруг сузился до одного единственного момента — встречи с этим великаном.

Дракон летел со скоростью молнии, его глаза пылали гневной решимостью. Я ощущала, как его аура накрывает меня, заполняя собой все доступное пространство, как густые клубы дыма, распространяющие свою власть.

Что он хочет? Убить меня?

Исходящая от дракона энергия была почти осязаема — плотная, насыщенная, вибрирующая от силы. Испуг парализовал меня, но наработанные на Земле инстинкты взяли верх: я машинально нажала на спуск — именно тогда, когда дракон уже был готов обрушиться на землю.

И вот, в тот самый миг, когда аппарат зафиксировал его стремительное падение, произошло нечто удивительное.

Форма дракона поменялась. Сначала это было едва заметное колебание контура, затем очертания стали плавиться, как воск под воздействием огня. Крылья начали терять четкость, хвост извивался змеей, а голова... Она превратилась в туманную массу, из которой проступили новые черты. Что-то невероятное происходило прямо у меня на глазах. Я не могла поверить, что все это реально.

Вместо дракона передо мной стоял мужчина. Его черный плащ, словно сотканный из теней, был украшен алыми узорами. Они изгибались вдоль рукавов и спины, напоминая огненные всполохи, пойманные в ткань. Кажется, материя жила своей жизнью, слегка колеблясь при движениях — как ветер, постепенно затихающий после бури.

Брюки туго облегали его сильные ноги, создавая впечатление, что они сделаны из бархата, переплетенного тонкими нитями темного металла. Высокие сапоги, обшитые чешуей, подчеркивали властность и внушительность. Впечатляюще, ничего не скажешь.