Игрушка для детей дракона

Определяя меня в эту комнату, лорд Кайлон явно решил поиздеваться. Поставить на место нищенку с окраины провинциального городишки.

Потому что комната жутко роскошная! По размеру больше, чем весь мой дом. Здесь всё розовое и деликатное, словно лепестки шиповника. Тонкие занавески на огромных окнах. Шелковая блестящая обивка на стульях и кресле у… туалетного столика. На кровати, которая занимает столько же места, сколько и мой огород, — покрывало. А еще балдахин. Под ногами шуршит ворсистый ковер. Все — нестерпимо розовое!

Мне кажется, что я муха, которая случайно заночевала в бутоне розы.

Стою на входе, совершенно одуревшая.

— Подбери челюсть, — надменно произносит протискивающийся мимо меня Тэд.

Он шествует к кровати.

— Это кровать! — тычет в нее пальцем. — На ней спят. Это стулья, на них сидят.

— По-твоему, я такая темная деревенщина, что не знаю всего этого? — сжав кулаки, цежу я.

Он самодовольно ухмыляется и продолжает:

— А это туалетный столик. За ним леди наводят марафет. Впрочем, — он поджимает губы, — тебе эта информация ни к чему.

— Тэд, — задумчиво произношу я, — а ты знаешь, для чего твой господин меня нанял?

Он фыркает:

— Не имею понятия. Но явно не для утех. На такую замарашку приличный дракон и не взглянет. Так что особо ни на что не надейся.

Ах ты ж старый хрыч!

— Ты прав, — тяну я. — Он нанял меня играть с его детьми. И первая игра, которую я организую, будет игра в охотников и дичь. Подумываю натравить моих юных загонщиков на оленя по имени Теодор…

Улыбка сползает с лица Тэда вместе со спесью.

— Располагайся, Лана! — ядовито выплевывает он и уходит.

Дверь хлопает. Я остаюсь одна. Первые минуты робко смотрю на обстановку. Мне не то что трогать тут все страшно, мне боязно даже ходить и дышать здесь. Но я всё же справляюсь с неловкостью и начинаю исследовать комнату.

Осторожно, будто боясь оставить грязные следы, провожу рукой по тканям и мебели. Открываю-закрываю бесчисленные пустые ящики, хлопаю дверцами шкафа, разуваюсь и босиком с блаженством прохожусь по ковру, который приятно щекочет стопы. И наконец наглею настолько, что, раскинув руки, падаю спиной на кровать. Мягкая, она прогибается и слегка пружинит. Это вам не соломенный матрас!

И вдруг раздается осторожный стук в дверь. Вскакиваю и секунду смотрю на нее. Стук повторяется.

— Эм-м-м… Войдите! — кричу я и чувствую себя при этом очень важной курицей. В мозгу мелькает мысль, будто я забыла что-то важное. Но она прячется прежде, чем я успеваю ее поймать.

В комнату заходит девушка в платье служанки, пшеничные волосы заплетены в косу. Моя ровесница. Она кланяется и, подняв на меня серые глаза, с улыбкой представляется:

— Здравствуйте, леди Лана. Я Минди, ваша камеристка.

— Моя… кто? — поперхиваюсь словом я.

— Лорд Кайлон приставил меня к вам, чтобы я помогала вам одеваться, мыться, причесываться…

Я не могу удержаться и прыскаю в кулак.

— Спасибо, Минди, но я как-нибудь справлюсь! Двадцать лет как-то же сама одевалась…

Девушка добродушно улыбается:

— Это потому что вы до этого носили сугубо простые народные платья. Я тоже, когда только сюда попала, никак не могла приноровиться к местным нарядам. Но вы привыкнете.

Я резко перестаю смеяться.

— Что значит привыкнете? У меня есть только это платье, и всё.

— Ну что вы, леди Лана, — ласково увещевает меня Минди. — Лорд Кайлон распорядился обеспечить вас всем необходимым. Слуги уже несут сюда наряды, подходящие для вашего статуса.

В коридоре действительно раздаются шаги и пыхтение. Будто тащат что-то тяжёлое. Эти пара нарядов… Они что, из железа сделаны?

К моему ужасу в комнату вваливаются два бугая, которые тянут большой сундук. Они с грохотом ставят его у окна, кланяются и молча уходят. Минди, словно бабочка, подлетает к сундуку и откидывает крышку.

В глаза сразу бросается блестящая ткань нежного персикового цвета.

— То что надо! — радостно взвизгивает Минди и ныряет в сундук.

О нет. Нет-нет-нет. Лорд Кайлон решил окончательно сделать из меня посмешище и обрядить в дворянские наряды… Да увидев моё простое лицо в этих их затейливых платьях, даже собаки от хохота сдохнут. Это уже не игрушка для детей получается, а чучело огородное.

Я по-рачьи пячусь к двери, пока Минди не подняла голову. Но не успеваю сбежать. В комнату без стука влетает Айрин.

— Привет, Минди! — радостно вопит она. — Я слышала, что ты сейчас будешь переодевать Лану. Так вот, я буду тебе командовать. Лана — моя игрушка. Считай, кукла. И мне не терпится поиграть в переодевашки!

И синие глазенки дочери дракона после этих слов вспыхивают задорным огоньком. Таким милым кроваво-красненьким…

Изображать куклу на радость маленькой избалованной девчонки — испытание не для слабонервных. Слово “унизительно” не передает и половины той смеси чувств, которые я испытываю в этот момент. В животе кисло, щекам горячо, в голове звонко. Руки и ноги как деревянные.

Хорошо, что в комнате есть ширма, и я могу спрятаться от Айрин за ней. Минди оказалась права, без ее помощи я бы ни за что не справилась.

Для начала камеристка выдает мне короткие панталоны из блестящей прохладной ткани. Красивые, отделанные рюшами и кружевом, гладкие и нежные, как шерсть котенка... Одним словом — бесстыдство! Если бы не договор с лордом Кайлоном, я бы ни за что такой срам не надела.

На талии у панталон болтается тесьма, которой подвязываются полупрозрачные чулки. Вот и какой от них толк? Они же не греют! И туфли на них разболтанно сидят, соскальзывают…

Под белоснежную нательную сорочку Минди вручает мне топ.

И вот поверх нее на меня напяливают платья одно за другим. Сначала персиковое. Но Айрин кривит лицо и отправляет меня за ширму. Потом синее. И я снова иду переодеваться.

Примерка превращается в бесконечную смену нарядов. Я совершенно не успеваю следить за переменами. А Минди ловко стягивает с меня одно платье, тут же напяливает другое, шнурует и отправляет меня к маленькой хозяйке. Потом всё повторяется.

Мы с камеристкой успеваем вспотеть, словно в бане. Ноги гудят от беготни.

Наконец, увидев меня в оливковом платье, Айрин радостно взвизгивает и усаживает меня на табурет посреди комнаты. И принимается крутиться вокруг меня с расческой, лентами и заколками.

Она тянет в одном месте, накручивает в другом. Я тихо шиплю, чувствуя, что вот-вот останусь без пряди. Кожу головы жжет, а на глаза наворачиваются слёзы. Если так продолжится, я останусь без волос. У нашего соседа живет плешивая собака, так вот я опасаюсь увидеть в зеркале нечто похожее.

Через некоторое, довольно продолжительное, время Айрин, придирчиво осмотрев меня, велит:

— Подойди к зеркалу.

Я медленно подхожу и замираю, кошусь на Айрин. Она буквально сияет. Минди стоит рядом с ней и ободряюще улыбается мне.

И я все-таки смотрюсь в зеркало.

Дорогие читатели. Эта история выходит в рамках литмоба “Отец одиночка дракон”. В нем вышла новая история

Элен Славиной "Вторая мама для дочери дракона"

Моей любимой жены не стало. Я успел спасти дочь от гибели и теперь воспитываю её сам. Это нелегко.

Гувернантки не выдерживают общения с моим маленьким драконёнком.

Личный секретарь придумал выход: найти для меня... Жену?

Я на это не пойду! Никогда!

Или все же...

https://litnet.com/shrt/yBIq

6.

А мне, пожалуй, нравится! Очень даже ничего получилось… Оливковый мне идет, отлично подчеркивая мои яркие зеленые глаза. Прическа красивая… Сложная коса, лихо закрученная в ракушку. Открытая шея кажется тонкой, выпирающие ключицы придают какого-то благородства и беззащитности.

В дверь стучат. Я открываю было рот, но Айрин меня опережает.

— Войдите! — пронзительно кричит она.

В комнату вбегает Эдриан, а за ним важно входит Тарион. Они останавливаются, смотрят на меня, и младший сын лорда Кайлона взмахивает ручкой.

— Пойдет!

— Для чего? — настораживаюсь я.

— Точно! — бьет себя по лбу Тарион. — Тебе же не рассказали про распорядки в замке. Ну так слушай…

Бездна! В этом замке всё по расписанию. Подъем и отбой — точно по часам. На завтрак, обед, полдник и ужин опаздывать нельзя. Гулять только у замковых стен. В кабинет к милорду — только после стука и консультации с Тэдом. Покидать территорию замка без разрешения нельзя. Входить на нее — тоже.

Это ж сколько правил я сразу нарушила, ворвавшись в кабинет лорда Кайлона!

Плетусь со своими подопечными на первый этаж в столовую. В одной руке ладошка Эдриана, в другой — ладошка Айрис. Тарион важно плывет впереди.

По расписанию ужин.

— Сегодня должны подать омаров или мидии… Я вот терпеть не могу ни то, ни другое… — кривится Эдриан.

— Ага… — печально вздыхает Айрин. — Я тоже. Но зато потом будет гратен!

— Не обольщайся, — оборачивается Тарион. — Гратен сегодня с грибами.

— Фу! — хором фыркают Айрин и Эдриан.

— А вот на десерт фондан, — подмигивает старший брат. — Ты любишь фондан, Лана?

Омары, гратен, фондан… Сплошь незнакомые слова.

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Но если он съедобный, то почему бы и нет?

По мне — пусть хоть уху с рыбьими глазами предлагают. Я в свое время вообще куриными шейками, томлеными в печи, питалась.

Снова на задворках сознания мелькает какая-то мысль, которую я не успеваю поймать. Что-то важное, но я опять не догоняю ее.

И тут мы входим в столовую, которую я видела лишь мельком.

Посреди роскошного зала с дубовыми панелями на стенах и сияющим паркетом стоит массивный стол с восемью стульями.

Место в его торце прямо напротив входа пустует, но судя по высокой резной спинке стула и широким подлокотникам, тут обычно сидит лорд Кайлон.

Первая справа от места хозяина замка расположилась утонченная барышня немного старше меня. На ней персиковое платье, юбка и шлейф — в черно-белую полоску. Светлые, с желтоватым оттенком волосы, пышно взбиты в объемный… хохолок. Черные колючие глаза впиваются в меня, стоит мне появиться на пороге.

Барышня чем-то напоминает удода, особенно когда по-птичьи наклоняет голову и замирает.

Тарион занимает место напротив гостьи, предварительно с неприязнью зыркнув на нее. И этот взгляд сродни звону набата во время пожара.

Рядом со старшим братом садится Айрин, за ней Эдриан. Я сажусь напротив малыша, со стороны от леди Удод. Нас разделяет лишь одно пустое место.

Слуги приносят нам тарелки, на которых поверх каких-то зеленых листьев лежат красные раки-переростки. Над ними струится пар. Пока я с подозрением изучаю это чудо, на стол ставят еще гору всякого вкусного.

Появляется Тэд. Он закладывает руки за спину и возвещает:

— Лорд Кайлон просил прощения, но дела задерживают его. Он присоединится к вам, как только освободится. Начинайте трапезу без него.

— Рогвальд не говорил, — раздается мелодичный голос леди Удод, когда она берет из веера разложенных по бокам от тарелки приборов какую-то странную вилочку, — что кроме меня будут еще гости.

— Это не гостья, — фыркает Теодор и ввинчивает в меня колючий взгляд.

Тонкие пальцы леди Удод стискивают вилку, словно хотят ее задушить.

— И кто же эта… особа? — роняет она, медленно поворачиваясь и смеряя меня оценивающим взглядом. Наклоняет на бок голову, в глазах появляется нехороший блеск. — Для гувернантки юна, да и лицо простовато. Для няни… тоже… А обыкновенную служанку он за стол со мной не посадил бы. Для… увлечения слишком неухоженная. Руки в мозолях и двигается как… солдат.

До меня не сразу доходит, что она имеет в виду под словом “увлечение”. Но когда доходит, я ощущаю себя так, словно мне в лицо кипятком плеснули. В груди взвивается возмущение.

Удодовна тем временем хмурит тонкие брови, пытаясь понять мой статус. Изучает меня, словно гусеницу на веточке, с каким-то кровожадным интересом.

— А что на голове! — с притворным ужасом продолжает она. — Что за неумёха делала прическу?! Пряди торчат, никакой симметрии!

— Это я заплетала! — возмущенно вскрикивает Айрин, губки у нее дрожат.

У Тариона глаза становятся черными, а из носа вырывается белесая струйка дыма. Гостья снисходительно улыбается.

— Тогда понятно, Айрис… Ты вся в маму, она тоже любила простенькие незатейливые наряды и прически. И тоже не особо умела их создавать… — с невинным видом пожимает плечами леди Удод. Затем обращается к Тэду, видимо, не считая меня и детей достойными собеседниками: — Так что это за… особа?

— Леди Тэтчер сегодня уволилась, — прискорбным тоном сообщает Тэд. — И эта особа теперь будет развлекать детей. Хотя… Я опасаюсь, что ничему хорошему она их не научит.

— Уволилась? Вот как? — мурлычет гостья, со смачным хрустом отрывая раку клешню. — Не удивительно. Эти маленькие монстры просто ее довели. Как и предыдущую гувернантку. И ту, что была до нее.

У Тариона из ушей и носа начинает струиться сизый дымок.

— Рогвальду давно стоило последовать моему совету, — нежным голоском продолжает леди Удод, переламывая тельце рака в месте, где кончается его панцирь, — и отправить их в удаленные пансионаты или школы. Там бы их быстро приструнили и научили манерам. Для Айрис, — она, кажется, намеренно коверкает имя девочки, — я, пожалуй, даже могу написать рекомендательное письмо в пансионат, в котором училась сама.

Глаза Айрин становятся размером с блюдца, сама девочка белеет, как скатерть. Эдриан, наоборот, сощуривается и становится по цвету как рак на тарелке перед ним. А дым вокруг Тариона приобретает черный оттенок.

У меня сжимается сердце при взгляде на моих подопечных. Лорда Кайлона нет, и за них сейчас некому заступиться. Тэд демонстративно молчит. Интересно, посмела бы леди Удод говорить так о детях в присутствии их отца?

Может, у этих аристократов это принято, но у нас, простых людей, так вести себя в гостях нельзя. Даже о соседской плешивой собаке никто в глаза хозяину плохого слова не скажет!

Ну берегись, хохлатая зазнайка, сейчас я немного тебя ощипаю!

Леди Удод (Вилора)

Дорогие читатели! Пока вы ждете, чем закончится светская беседа Ланы и леди Удод, предлагаю вам заглянуть в мою книгу "Попаданка на службе дракона-прокурора"

Аннтотаци

Я погибла? Почти! После смерти я попала в тело молодой дворянки, чью семью казнили.

В этом мире, полном магии, я стала ассистенткой сурового дракона-прокурора. Его беременную жену убили, и в этом обвиняют семью той, в чьё тело я попала.

Но я недаром работала следователем! И настоящих преступников разоблачу, и с драконом общий язык найду. Ох, я даже предположить не могла, какие тайны мне предстоит вскрыть…

Но только почему сердце так сладко замирает, когда я рядом с драконом? И почему он всё чаще стремится оказаться со мной наедине?

https://litnet.com/shrt/3KJh

7.

Я тянусь к тарелке. Одной рукой обхватываю красный панцирь, другой тугой жесткий хвост.

— Не бойся, Айрин! В этот пансионат тебя точно никто не отправит, — говорю я и с щелчком переламываю несчастного рака-переростка. — Судя по всему, там не очень хорошо обучают… Манерам так точно.

Чувствую на себе три восхищенных детских взгляда, один изумленный от Тэда и один злобный. В глазах леди Удод горит чистая ненависть, и она с новым хрустом вспарывает брюшко раку. Тэд кривит рот, будто съел что-то невкусное.

— Кто бы говорил! Сами-то вы где манерам обучались? В Драконарисе? Оксрисе? А может, в Гарденоксе? — ледяным тоном спрашивает гостья.

Кажется, она перечисляет города, где есть какие-то академии и университеты. По крайней мере, оттуда приходят письма моим соседям от детей-студентов. Мы ими очень гордимся, некоторым ребятам собирали на учебу всей улицей. Это она намекает, что я, в отличие от нее, нигде не училась. Ха!

— В Миддраксе, — равнодушно роняю я.

— Не слышала о таком, — жеманно тянет леди Удод, наклоняет голову и презрительно приподнимает бровь.

— Тогда лорду Кайлону точно не стоит выбирать ваш пансионат, — ухмыляюсь я. — Чему там учат, если вы не знаете, как называется один из принадлежащих ему городков?

Айрин и Эдриан восторженно взвизгивают, а Тарион расплывается в довольной улыбке. Тэд испуганно всплескивает руками, гостья мечет в меня убийственный взгляд. Только он ни в какое сравнение не идет с взглядом моей соседки тётки Гэльки, которая застала меня десятилетнюю, когда я внаглую обирала ее яблони.

И тут в столовую входит лорд Кайлон. Двигается стремительно и собранно. Под его строгим взглядом дети сразу замолкают и принимаются чинно разделывать раков-переростков. Но слегка подрагивающие руки и сверкающие глаза выдают в них сильное возбуждение.

Мне достается собственная порция нечитаемого черного взгляда. И вот от него мне становится не по себе. Будто не одна, а десяток тёток Гэлек застукал меня. И не у яблони, а в ее подвале в момент, когда я руками заталкиваю в рот квашеную капусту из ее деревянной кадочки. По загривку волной разбегается толпа мурашек.

Как только лорд Кайлон садится на место, леди Удод оживляется.

— Привет, Рогвальд! Рада тебя видеть, — она улыбается и нежной кладет ладонь на руку дракона.

— Приветствую, Вилора, — тихо рокочет лорд Кайлон. — Какими судьбами?

— Да вот, решила навестить двоюродных племянников, посмотреть, как они, что у них новенького, — звонко смеется Вилора.

Дракон награждает ее долгим темным взглядом.

— Понятно… — безэмоционально роняет он.

— И знаешь, Рогвальд, — томно вздыхает гостья, убирает руку с ладони Кайлона и поворачивает ко мне голову, — я узнала, что ты нанял своим детям эту… особу. Не мог бы ты пояснить, в качестве кого?

— Лана будет скрашивать их досуг, — сухо произносит дракон и начинает ловко разделываться с вареным раком-великаном со своей тарелки.

— А ты ее проверил? Она не кажется мне образованной особой. Вряд ли она сможет научить детей дракона чему-то полезному.

— Спасибо за беспокойство, Вилора, — таким же равнодушно-сухим тоном отвечает лорд Кайлон. — Лучше расскажи, как здоровье твоей матушки.

Гостья тут же перескакивает на рассказ о бесконечных болезнях своей матери — хандре, бессоннице, утрате блеска в глазах и смысла жизни. У нас в городишке такие болячки лечатся просто: подъемом на рассвете и тяжелой работой.

Но зато эта беседа отвлекает Вилору от обсуждения меня и детей, так что дальше ужин проходит спокойно. После трапезы она отправляется в покои, которые уже закреплены за ней, как за частой гостьей, а я с драконятами собираюсь пойти в детское крыло.

— Лана, подожди, — ледяным тоном окликает меня лорд Кайлон.

Я останавливаюсь в шаге от выхода. Ребята тоже тормозят.

— А вы идите, — строго командует лорд Кайлон детям. — Я переговорю с Ланой и отпущу ее.

Драконята выбегают, и мы остаемся одни. Я поворачиваюсь и смотрю на дракона, пытаясь понять, что меня ждет.

Какое-то время хозяин замка молча изучает меня взглядом. Я почти физически ощущаю его. А еще меня начинает терзать подозрение, что он слышал мою беседу леди Удод и сейчас меня ожидает взбучка за неуважение к гостье.

Однако лорд дракон меня удивляет. Он встает, закладывает руки за спину и неспешно направляется ко мне, не выпуская из поля зрения. Надвигается необратимо, точно прибой. Я слежу за ним, как заяц в силках за охотником. Лорд Кайлон останавливается в шаге от меня и окатывает густым черным взглядом.

— Хочешь увидеться с братом сегодня перед сном? — вдруг спрашивает он.

Паника и радость клокочут в горле. От неожиданности я громко сглатываю.

— Да! Конечно! — выдыхаю, все еще не веря в услышанное.

Дракон кивает, и на лице его появляется хищная улыбка.

— Хорошо… У тебя будет такая возможность, но только если тебе удастся кое-что сделать.

После этих слов в его глазах на мгновение вспыхивает красный огонек.

Дорогие читатели. Эта история выходит в рамках литмоба “Отец одиночка дракон”. В нем вышла новая история от

Анетты Политовой “Дракону в зубы не смотрят”

А почему мой дракон… трёхглавый?!

https://litnet.com/shrt/FytK

8.

Я настороженно смотрю на нависающего надо мной дракона.

— И что же? — напряженным до звона голосом спрашиваю я.

— Всего лишь уложить драконят спать до девяти вечера, — с насмешкой тянет лорд Кайлон.

— Считайте, они уже спят, — твердо заявляю я, поворачиваюсь к двери и направляюсь в детские комнаты.

Это я на словах такая смелая. На самом деле по пути я судорожно перебираю в памяти самые скучные сказки, какие знаю.

Когда я приближаюсь к их крылу, в воздухе стоит вой. Айрин и Эдриан что-то не поделили. К их перепалке добавляется фоновое сетование престарелой женщины. Наверное, это та самая нянька Фрида. Ее старческий голос неуловимо напоминает кудахтанье курочки.

О-па! Демоны-драконы! А вот теперь я вспомнила, что же мне не давало покоя. Теперь мне точно надо уложить козявочек спать пораньше, чтобы все успеть.

Поднимаюсь в крыло и вижу, как Айрин и Эдриан вырывают друг у друга, книжку.

— Лана будет читать сказки мне! — ревет, словно раненый медведь, Айрин.

— Нет, мне! — вопит, как голодная чайка, Эдриан.

— Ой, дитятки… — воркует смуглая невысокая женщина лет семидесяти. — Да успокойтесь же вы...

Тарион, скрестив руки, молча наблюдает за перепалкой.

— Чего шумим? — перекрикиваю я спорящих.

Мелкие тут же прекращают потасовку, замирают и смотрят на меня.

— Это они решают, кому ты будешь читать сказки, — меланхолично заявляет Тарион.

— Пф-ф-ф… — фыркаю я. — Я не умею читать, так что зря воюете.

Трое драконят распахивают рты и смотрят на меня выпученными глазами.

— Но я знаю много отличных историй. И первым мою сказку услышит тот, кто раньше ляжет в кровать, — спокойно заявляю я.

Айрин и Эдриан разлетаются в разные стороны так стремительно, что Фрида не успевает ойкнуть. Она всплескивает руками, поднимает на меня глаза, подслеповато щурится, а потом шепчет:

— Спасибо…

Первой укладывается Айрин.

Я тихонько вхожу в ее комнату, освещенную лишь тусклым светящимся шаром — люмосферой. В ее скупых лучах мне с трудом удается разглядеть, что тут так же просторно, как и в выделенной мне спальне, и что обстановка тут такая же нежно-роскошная.

Я сажусь на край кровати Айрин, беру ее за руку и начинаю:

— Посадил старик репку…

Рассказываю максимально заунывно. Мышкой в моей версии история не заканчивается. Далее идут землеройка, червяк, медведка, жук, паук… На муравье Айрин наконец закрывает глаза и начинает тихо посапывать.

Комната ее братьев более сдержанная. Ребята спят на поставленных по бокам от окна кроватях. Для Эдриана у меня припасена история про то, как звери заселяли лесную избушку. В отличие от народной версии, в моей в избушку набиваются лоси, олени, косули, белки и ящерицы… Впрочем, Эдриан засыпает еще на беседе лисы и волка.

Я поправляю ему одеялко и собираюсь выйти, но мне в спину доносится шепот Тариона:

— Лана… А ты действительно читать не умеешь?

— Нет, — тихо шепчу я.

— А можно, я тебя научу?

— Честно?

— Слово дракона! — серьезно отвечает мальчик.

— Я буду счастлива! Спокойной ночи!

Когда я заявляюсь в кабинет лорда Кайлона, нет еще и половины девятого. Он удивленно смотрит на меня. Наверное, надо было согласовать визит с Тэдом? Но уж как есть.

— Уже? — дракон недоверчиво приподнимает одну бровь.

Я киваю.

— За мной, — приказывает он, и мы покидаем кабинет.

Лорд Кайлон ведет меня обратно в детское крыло. Двигается плавно, по дороге окидывая властным взглядом опустевшие коридоры и темные галереи.

— Стой тут, — тихо роняет он и бесшумно входит в комнату Айрин.

Через некоторое время он так же бесшумно выходит и направляется в комнату сыновей. Вскоре тихо покидает ее, аккуратно прикрывает за собой дверь.

— Не знаю, как тебе это удалось, но они действительно спят…

— Ведите меня к брату, — сразу требую я.

И получаю очередную порцию нечитаемого хищного взгляда, под которым хочется уменьшиться и спрятаться. И от которого почему-то рождается дрожь за грудиной.

— Пойдем, — рокочет он и делает жест следовать за ним.

От этого низкого бархатного полурыка у меня прокатывается волна дрожи, словно по спине провели мягкой кошачьей лапкой.

Мы спускаемся в темницу. Высокий массивный стражник со шрамом через все лицо открывает дверь в камеру, из которой пахнет сыростью и прелым сеном.

— Лео! — рычит он. — К тебе пришли.

— Я подожду здесь, — предупреждает лорд Кайлон и опирается на стену у двери в камеру.