Жизнь на колёсах. Рассказы шофёра-дальнобойщика

Первое, что пришло мне в голову, нельзя глушить машину пока не загрузили. Второе, где брать шкив, рабочий день кончился, и все магазины уже закрыты, а до утра аккумуляторы разрядятся. Было бы лето, заглушил двигатель и занимайся, чем хочешь. Но сейчас в-30 всё очень сильно усложнялось, так как был вечер, тёплого места для ремонта нет, а площадка на территории склада даже освещения не имела.

Опустив кабину, я пошёл к воротам прицепа, где продолжалась погрузка, до завершения которой оставалось ещё минут тридцать-сорок. Пока я ходил, у меня созрел план действий, который на данный момент был единственным. В Барнауле проживал сын моего друга Николая Пятницы Сергей, и у него была такая же машина как у меня. Немногим ранее, я помогал Сергею, когда на его машине случилась авария мотора, отправив своего водителя Игоря для доставки груза в Волгоград. Я знал, что Сергей ставил контрактный мотор, а раз так, то, возможно, у него есть генератор или шкив, и я позвонил ему. Он сказал, что генератор есть, но нерабочий и со сколом на шкиве. Или по нему ударили, или он упал, но край ручейка был отломан. Мне ничего не оставалось, как согласиться на этот, чтобы доехать до дома, и, спасибо Сергею, что он привёз его мне. После загрузки, получив документы, я поднял кабину, не глуша двигатель, снял генератор и, расстелив у кабины брезент, начал менять шкивы. Пока я занимался этим делом, Сергей не уезжал, он своей машиной освещал место, где я работал. К ночи мороз усилился, и уже стоял небольшой туман, а мои руки и я сам изрядно замёрзли. Я понимал, что мне остаётся совсем немного и работал, не обращая внимания на это. Но шкивы снять было не просто, они крепко сидели и без специального съёмника снять их не удавалось. Свой шкив я уже не жалел и, чтобы его снять, колотил молотком прямо по нему. Но привезённый с небольшим сколом шкив я жалел и снимал его очень аккуратно. Дело в том, что этот шкив был выполнен из чугуна и был хрупким. Он мог развалиться даже от небольшой трещины, тем более на морозе, просто лопнуть пополам. Но этого не случилось, поменяв шкивы и поставив на место генератор, я заглушил двигатель, натянул приводной ремень и снова завёл мотор. Зарядка пошла сразу, генератор выполнял свою функцию, но я понимал, что это на короткое время, хватило бы ремня доехать до дома. Шкиву со сколом могло ничего и не быть, но скол обязательно будет «грызть» ремень и насколько его хватит, неизвестно.

Собрав инструменты, я сказал большое спасибо Сергею и отправил его домой. После трёх с половиной часов работы я очень замёрз, и, сев в остывшую кабину, поехал домой в Бердск. Электронный градусник в машине показывал температуру на улице -37 градусов. Я проехал весь город и уже за мостом через Обь встал попить чаю и подкрепиться. За полчаса движения по городу я не успел согреться, но не это сейчас меня беспокоило, я просил ремень, чтобы он дотерпел до дома.

Домой я приехал глубокой ночью, двести пятьдесят километров ремень выдержал, и я был рад этому. Отцепив прицеп и поставив машину в гараж, я вновь поднял кабину и снял генератор. Время было четыре часа утра, но мне было не до сна, я думал, как мне лучше поступить. Можно было доехать до Новосибирска и купить новый генератор, но у меня и этот не старый, да и цена на него девять тысяч. Отдельно шкивы не продавались, возможно, они где-то валялись в гаражах, но искать их времени нет. Я решил поехать к токарям и выточить шкив из стали, в заводских условиях это пустяковая работа, даже сделать паз под шпонку-не проблема.

Два часа я всё же поспал, а утром, взяв генератор со шкивом, поехал искать нужных мне специалистов. В то время у меня была легковая машина Хонда Одисей, и я поехал на старую площадку бывшего радиозавода, где много разных специалистов. Так как у меня почти не было времени, мне прибавилось смелости и напора, ведь в это время я должен был ехать в сторону Омска. Почти сразу нашёл мастера в станочном цеху, положил перед ним генератор и сказал: «Мне нужен точно такой же шкив из металла». Чтобы мастеру было понятно, чем я занимаюсь, сказал: «Мне завтра к ночи надо быть в Нижневартовске, это больше дух тысяч километров. На изготовление его есть два часа, денег даю четыре тысячи». К примеру сказать, это половина стоимости нового генератора. Но было одно, но, последнее время в магазинах запчастей продавались генераторы с штампованными шкивами, какой у меня и развалился. Поэтому, я и не хотел иметь второй такой же и пусть будет дороже, но стальной шкив будет служить вечно. Мастер цеха посмотрел на меня и говорит: «Все станки заняты, у всех есть работа, но пойдём, попробуем тебе помочь». И мне помогли, через два часа я ушёл с новым, уже поставленным на генератор шкивом.

Когда уже в гараже я ставил генератор на место, зазвонил мой сотовый телефон, меня спрашивали: «Где я еду». Не моргнув глазом, я соврал, сказав, что всё нормально, проехал двести километров. Голос в телефоне ответил: «Позвоните завтра утром, нам надо знать, где вы находитесь». Я пообещал позвонить, и связь закончилась.

Пока я занимался ремонтом генератора, грел машину и зацеплял прицеп, прошло четыре часа с начала рабочего дня. Я спешил, понимая, что спать мне и этой ночью не придётся. Наверстать больше четырёх часов за счёт скорости не получится, тем более, что на улице мороз-35. Кроме всего прочего, мне надо пройти Новосибирск, что в рабочий день занимает много времени. За город я выехал только в районе обеда, и, настраивая себя на движение ночью, поехал в сторону Омска. Так как груза было не больше пятнадцати тонн, машина шла легко, и я ехал почти на предельной скорости. Я старался экономить время даже на еде, не говоря о заправках. Об отдыхе и думать себе не позволял и к часу ночи я был в Омске, до которого от Бердска 700 километров. На заправке в Омске я долил топлива, подкрепился сам, обошёл машину с прицепом и поехал дальше. Мороз был такой же, как и в Новосибирске, а местами был и туман. В кабине было тепло, сцепление и рулевое управление не замерзало, так как я ещё дома в гараже закрыл брезентом весь передок машины от продувания встречным потоком холодного воздуха. В кабине играл магнитофон, и я подпевал ему, разгоняя сон. А ещё я себя успокаивал, прямо вслух говорил: «Сейчас ехать лучше, меньше машин на трассе, потому что они все на стоянках». Я понимал, что к утру мне надо быть хотя бы в Голышманово, где я должен буду свернуть в сторону Тобольска, чтобы сократить дорогу, не заезжая в Тюмень. Если я позвоню оттуда, то всё будет правдоподобно, а за завтрашний день я пройду девятьсот километров до Нижневартовска. Мороз в эту ночь не спадал, над дорогой висел туман, поэтому скорость была небольшая, но в восемь часов утра я приехал в намеченное место. Это была вторая ночь, которую я не спал, не считая два часа вчерашним утром. Когда я вышел на улицу освежиться и осмотреть транспорт, попытался вспомнить, сколько раз я выходил на улицу за время движения от Омска и сбился со счёта, ни чай, ни кофе мне не лезли, я не мог на них смотреть.

Позавтракав в Голышманово, я поехал в Тобольск, до которого двести восемьдесят километров. Не успел я свернуть с основной трассы, зазвенел телефон, меня спрашивали, где я еду. Бодрым голосом я сказал: «Прошёл Голышманово, всё в порядке». «Хорошо, вас ждут, на ночь запустят на территорию, а выгрузят следующим утром». Сказав в трубку телефона, что я их понял, подумал: «Хорошо, что не надо врать, мной довольны, я в графике движения, а высплюсь сегодняшней ночью». К десяти часам по Новосибирскому времени я был в Нижневартовске, меня запустили на территорию предприятия, показали где встать, на этом мой путь закончился. Правильно было бы осмотреть транспорт, но честно сказать, мне не хотелось даже слезать с места, я очень устал, хотел есть и спать. Чтобы слезть с сиденья, мне пришлось спросить себя: «Долго ты собираешься сидеть? Готовь ужин, врежь соточку и ложись спать, время-то идёт».

Зная цену времени, я быстро встал с водительского кресла, пересел в пассажирское и начал готовить ужин. Несмотря на позднее время, я решил поджарить картошки. У меня были пельмени, это было бы быстрее, но за ними надо было выходить на улицу, а мне этого сейчас не хотелось. Я достал из пакета мытую картошку, почистил, и через несколько минут она жарилась с луком в сковородке, которая стояла на газовой плите, а пар и лишние запахи улетали в верхний люк кабины. Приняв сто граммов под жареный картофель, я был удовлетворен тем, что сделал за эти двое суток. После ужина убрал все кухонные принадлежности, помыл сковородку и принялся расстилать постель на спальнике. Перед сном не забыл осмотреть все приборы, добавить оборотов двигателю, задав нужный режим работы обогревателю кабины. Электронный градусник показывал температуру на улице-43. Ложась спать, я думал, чем меня будут завтра выгружать, мне очень не хотелось сдвигать крышу прицепа, ведь её надо греть, чтобы не поломать. Скажу вам, это очень трудоёмкий процесс на таком морозе, если её не нагревать лампой, то прорезиненная материя просто поломается. Выгружать через ворота долго, легче открыть борта прицепа, немного подогреть лампой боковой тент и, сдвинув его, снимать груз. Не успев обдумать все предстоящие дела, я уснул.

Мне часто приходилось ночевать на территории предприятий, которым я привозил груз или забирал его, это был самый лучший вариант, который придавал уверенности и спокойствия. После тысячных перегонов с бессонными ночами был очень крепкий сон, и не всегда услышишь, как стучат по кабине, не говоря про то, как открывают ворота прицепа. Позже, со мной такое было не один раз, когда проснувшись, я видел открытые ворота прицепа и даже разрезанный тент. Дорожные жулики способны на всё, лишь бы украсть.

Утром я встал раньше, прибрался в кабине, попил чай, а градусник показывал — 45, и стоял густой туман. Про себя я подумал, хорошо бы увидеть грузчиков, узнать у них, как проще можно выгрузить груз. Я начал осматривать территорию, надеясь увидеть людей, и мне повезло, я увидел двух мужчин, спешащих на работу. У них и спросил: «Где найти грузчиков?» «Пошли с нами» -сказал один из них, и я вошёл с ними в гараж. В гараже они подвели меня к ответственному за выгрузку, с ним я и согласовал порядок выгрузки, предложив ему мой вчерашний план. Он со мной согласился, и я пошёл открывать бок прицепа. Пока я открывал борта, лампа грелась и, забравшись в прицеп, начал прогревать верх левого тента. Даже слегка прогретая штора гнулась, и я открыл больше половины прицепа. На морозе всё трещало и скрипело, когда ребята при помощи погрузчика начали выгрузку.