Три клятвы светлого эльфа

— Жалко, что я не маг, — вздохнул Кайден. Эйна, обычно равнодушная к отсутствию у неё магических способностей, с ним согласилась. В их семье только дядя владел магией иллюзий и, по семейным преданиям, какой-то пра-пра-прадедушка.

Маги в Дуатерре рождались не часто. У всех рас примерно одинаковое количество. Кроме фей, разумеется. Но волшебницы с Авалона использовали, скорее, чары, колдовство не изученное, не предсказуемое и никому кроме фей не подвластное.

— Кажется, кто-то торопился? — напомнил Мастер Кон.

Кайден спохватился, вручил им с Лавеной мешочки с лепестками и вновь потащил за собой Эйну, теперь уже по направлению к храму.

Продвигаясь почти бегом, они всё-таки успели. Только остановились примерно на середине пути будущего короля, как от ворот дворца помчались стражи на тонконогих каритских скакунах, вороных, без единого пятнышка. Они замерли по обеим сторонам дороги, и за ними сразу появилось прозрачное ограждение. Из дворцовых ворот выехал наследный принц в лёгкой открытой карете, запряжённой парой белоснежных пегасов. Толпа взорвалась приветственными криками, вверх взмыли лепестки роз. Подхваченные воздушными потоками — работа дворцовых магов — они собирались в арки по всему пути или ложились ковром на дорогу. По обе стороны от кареты шли, ведя в поводу ещё двух пегасов, личные телохранители Ансгара. За каретой шествовали важные придворные, высшие командоры войск и главы всех посольств.

Почти напротив Эйны и её спутников карета остановилась, и принц сошёл на усыпанную лепестками роз дорожку. Впервые девушка увидела его близко и немного удивилась. Молва приписывала будущему королю Имбора невероятную привлекательность. Ансгар же был действительно невероятно... некрасив. Не юнец, тридцатилетний мужчина, худощавый почти до измождённости, с умным волевым лицом и острым взглядом. Но тут принц поднял руки, приветствуя собравшихся, и широко от души улыбнулся. Эйна мысленно ахнула, никогда раньше она не видела, чтобы улыбка настолько преображала. Да, теперь его высочество можно было назвать даже прекрасным.

Принц направился к храму и вошёл в распахнутые двери. Телохранители и свита замерли у ступеней. В таинстве коронации участвовали будущий король, Верховный священник и Боги. Стоящие вокруг храма люди затихли, кое-кто даже затаил дыхание. Из дверей полилось мягкое сияние — Боги признали нового короля. Телохранители и свита двинулись в храм, присутствовать на службе в честь восхождения на престол Его величества Ансгара Второго. В толпе раздались крики:

— Да здравствует король!

— Слава!

— Долгие лета!

Никто не спешил расходиться, все ждали. По разговорам Эйна поняла — ожидается что-то невероятное. Когда король вышел, его вновь приветствовали возгласами и обсыпали цветами. Его величество сел в уже развёрнутую в сторону дворца карету, сам взял в руки поводья. Пегасы расправили крылья и взмыли ввысь, легко неся повозку и седока в ней. Рядом летели верхом на белоснежных крылатых скакунах телохранители. Сделав в небе круг над площадью, король опустился перед дворцом и въехал в ворота. На двух колокольнях по сторонам храма зазвенели торжественно колокола.

Глава девятая. Цветы от невесты

Туата праздновала. Нарядные весёлые люди поздравляли друг друга. За здоровье короля Ансгара Второго то и дело поднимались кружки с бесплатным элем или с хмельным мёдом, бокалы с эльфийским вином и чарки с напитком «Пламя дракона». Отовсюду доносилась музыка. Зажигательные танцы южан никого не оставляли равнодушным, как и пронзительные песни морских бродяг.

Кайден выполнил обещание и выиграл для Эйны игрушечного единорога. Он все три раза попал стрелой в центр мишени. Эйна же добралась до арбалета. И тоже выиграла. Свой приз серебряного дракончика на цепочке она повесила на шею маленькому эльфу. Пока дети соревновались в меткости, Лавена и Мастер Кон танцевали и целовались, как и многие пары на площади. Вместе все собрались снова у фонтана. Кайден с гордостью продемонстрировал медальон со словами:

— Моя принцесса-воин самая меткая.

Они вместе с Мастером Коном отправились за соком для спутниц. Лавена с Эйном присели на бортик фонтана и разглядывали игрушку приз. Эльфийка кинула мимолётный взгляд на окружающих и замерла.

— Что с вами? — встревожилась Эйна.

— Давай перейдём на ты, — машинально проговорила Лавена и ответила: — Всё нормально, ничего не случилось, — и добавила потихоньку, только для себя: — Да что же он мне каждый день мерещится, просто наваждение какое-то.

Эйна уже хотела спросить, кто именно мерещится, но тут появились их персональные рыцарь и дракон. Они принесли не только сок, но и сладости: пряники в виде разных животных, засахаренные орешки, шоколадные сердечки. Все вдоволь полакомились сладостями, оценив по достоинству искусство мастеров кондитеров. Оставалось ещё немного времени до того, как Лавене нужно будет идти, готовиться к балу. Кайден уговаривал покататься на пегасе, Лавена хотела посмотреть выставку водяных фигур. Тут-то их всех и увидела тётушка Нара, чинно вышагивающая под ручку с Мастером Фелом. Она восторженно похвалила танец Эйны, поздравила Кайдена с правом ношения первого кинжала и дала совет Мастеру Кону не разевать рот и окрутить свою красавицу, пока кто-нибудь ушлый её не увёл. А затем неожиданно предложила:

— Пойдёмте с нами к Храму Вербены. Там сейчас королевская невеста будет цветы раздавать. Когда ещё такое доведётся увидеть.

Это был один из древних обычаев Имбора. За неделю до венчания будущая королева приносила дары богине семьи и плодородия: венок из луговых цветов и ожерелье из речного жемчуга. Перед тем же, как зайти в храм, невеста одаривала женщин и девушек цветами, розами или лилиями. Получить такой цветок считалось большой удачей. Эйна и Лавена бросили на спутников просящие взгляды. Кайден с Мастером Коном переглянулись, одинаково пожали плечами, и эльф сказал:

— Ладно, покатаюсь на пегасе в другой раз. Пойдём вам цветы добывать.

Храм Вербены располагался на тихой улочке, ближней к дворцу. Эйна и её спутники подоспели к моменту, когда невеста в традиционной фоморской одежде, но с венком на голове и с ожерельем на шее, сошла с лёгкой повозки и поднялась на ступеньки храма. Две девушки в белых одеяниях встали по бокам. Эйна решила — это не жрицы, а телохранительницы из королевской стражи. У служительниц богини не бывает такой выправки и такого внимательного взгляда. Один из фоморов, воинов сопровождения, поставил к ногам будущей королевы корзину с белыми розами. Остальные выстроились полукругом, оставив небольшие проходы для желающих получить цветок.

А вот с желающими возникла заминка. Люди стояли молча и разглядывали тех, кто ещё вчера считался врагом. Время шло, на улице воцарилась тишина.

Невеста, рослая, светловолосая, с высокой грудью, пышными бёдрами и юным почти детским лицом, стояла с неестественно прямой спиной. Ничто, кроме слегка подрагивающей нижней губы не выдавало растерянности и расстройства.

Эйна умела ценить чужую стойкость. Она представила себя на месте фоморской девушки и решительно направилась к ней. Следом, взглянув на Мастера Кона и получив согласный кивок, пошла Лавена. Они проскользнули мимо фоморов и остановились перед невестой. Та робко улыбнулась и протянула каждой по цветку. Эйна пожелала любви, Лавена счастья в браке. За их спинами раздалось громкое:

— Эй, рогатые, а ну, раздвинулись. Дайте пройти широкой душой и телом дире.

Тётушка Нара, а это ей принадлежала фраза, легко сдвинула одного из фоморов и тоже прошла к невесте. За ней потянулись остальные девушки и женщины. Эйна с удивлением заметила среди них Гвен. Народ Имбора умел ненавидеть, а здесь и сейчас он учился прощать.

Домой Эйна вернулась в приподнятом настроении. Поставила розу в вазу, а единорога к зеркалу. Только направилась на кухню перекусить, как чуть не споткнулась, услышав голоса из кабинета отца. В кабинете девушка нашла злого насупившегося дядю и отца, собирающего вещи.

— Ты уезжаешь с ней? С ней?! — Эйна задохнулась от возмущения.

— Сегодня, сразу после бала в честь коронации мы с твоей мамой отбываем на Авалон. Вы с Нейлом не пропадёте. Он получит деньги за «Легенды», а у тебя через две недели летняя выездная практика, а со второго курса будешь жить больше в казармах при училище. И дом тоже остаётся вам, — отец говорил торопливо, словно убеждая самого себя. Дядя с племянницей хмуро переглянулись. Отец добавил: — Бабушка передала тебе подарок. Она очень хотела бы тебя увидеть.

— Если так хотела, то почему не приехала с посольством? — зло поинтересовалась Эйна.

Отец замялся.

— Тут такое дело, Эйка... Ну...

— Да скажи, как есть, — вмешался дядя и объяснил: — Бабка твоя, фея Очарования, в своё время умудрилась затащить в свою койку чуть ли не всех правителей: от деда нашего короля до Первого советника гномов. Там и эльфы всех мастей побывали и орки и тёмные боги знают, кто ещё. С тех пор ей запрещён въезд во все государства лет на пятьдесят. Так что, дедом твоим может быть и орк.

— Да ладно? — воскликнула Эйна и выскочила в прихожую. Там девушка подошла к большому зеркалу. Вгляделась в отражение и попробовала выдвинуть вперёд нижнюю челюсть. Затем сказала отражающимся за её спиной мужчинам, тоже вышедшим из кабинета:

— Нет, не орк, — и продолжила рассуждения, — и не гном, сложение не то. Дриады отпадают, у них все дети с зеленцой. Светлые эльфы тоже не в масть. А вот тёмные... — Эйна приподняла волосы, приоткрыв уши. — Да, правое ухо слегка заострённое. Точно, дед из тёмных эльфов. Можно спать спокойно.

— Почему? — в один голос спросили отец с дядей.

— У Владыки тёмных эльфов детей и родных, и бастардов десятка два. Ему совершенно не нужен ещё один наследник. А вот у остальных правителей не так густо. И кто откажется от бастарда королевских кровей: например, замуж в соседнюю страну сплавить выгодно. Законных-то жалко.

— А ведь ты права, Эйка, — рассмеялся дядя.

— Ну, так, — подмигнула его отражению племянница и развернулась. — Где там мой подарок?

Когда отец принёс из кабинета ножны с лёгким мечом, Эйна достала клинок и ахнула:

— Талесская сталь!

Она провела указательным пальцем по острию. Из рассечённой кожи на клинок упало несколько капель крови. Меч охватило голубое пламя, а когда погасло, на клинке остался рисунок — парящая птица — знак талесских гномов мастеров. Мастера уже несколько столетий хранили тайну изготовления клинков. И заказы на удивительное оружие брали не часто. Мало кто мог позволить себе такую роскошь. Подарок от бабушки оказался просто королевским.

Эйна сбегала к себе и принесла первую книгу «Легенд Дуатерры», на странице с принцессой-воином написала: «Спасибо, бабушка, что принимаешь меня такой, какая есть».

— Папа, передай бабушке вместе с благодарностью за меч, — попросила она.

— А для мамы такой книги не найдётся?

— Нет, для твоей феи у меня никогда и ничего не найдётся.

Отец тяжело вздохнул, взъерошил волосы и сказал:

— Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь простить.

Эйна упрямо вздёрнула подбородок и ответила:

— Зачем прощать того, кому это безразлично? Папа, давай не будем омрачать расставание. Раз решил — уезжай. Мы с дядей действительно не пропадём.

Нейл дер Бран хотел возразить, но передумал, глядя на неожиданно взрослое лицо племянницы.

Глава десятая. Волшебные узелки

На следующий день после коронации мальчишки могли говорить лишь об одном. О ноч