Вылечись для меня

Я рефлекторно вскочила.

– Это мой племянник, – продолжил он спокойно. – Любовь, деньги, дом, власть – всё, что пожелаешь. Одно слово, и все будет сделано. А теперь мне пора.

Мужчина развернулся и медленно пошёл прочь. Я тоже начала отступать.

Илан остановился возле лавки и смотрел на меня сбоку. Не прямо, а как хищник, который ещё не решил – нападать или поиграть. Потом одним шагом сократил расстояние, которое я так старательно увеличивала.

Он оказался слишком близко. Настолько, что мне пришлось отклониться назад, чтобы не коснуться его.

– Ты глухая или глупая? – тихо сказал он. – Слышала, что сказал тот мужчина? Или как?

Я не понимала, чего ожидать. В груди застучало сердце, дыхание стало прерывистым, а руки чуть дрожали. Он был опасным… и это пугало меня, но я понимала: пока он не сделал ничего по-настоящему страшного, мне нужно держаться спокойно.

– А у тебя прикол такой с расстоянием? – вырвалось у меня. – Про дистанцию слышал?

Он усмехнулся.

– О, крошка, – его голос стал мягким, вязким. – Для меня не существует дистанций. Я слушаю твоё желание.

– Я помогала просто так, – сказала я твёрдо. – Мне ничего не нужно. Особенно от такого, как ты. Спасибо было бы достаточно.

Я развернулась, чтобы уйти. Он схватил меня за руку.

– Ну нет же, солнышко… – он аккуратно смахнул прядь волос с моего лица. – Никуда ты не пойдёшь, пока желание не будет озвучено.

Его слова стали тягучими, почти ласковыми. Если верить истории про Адама и Еву – именно таким голосом говорил змей.

– Не строй из себя святошу. Неужели ты ни о чём не мечтаешь? – он наклонился ближе. – Ничего не хочешь?

Я попыталась выдернуть руку, но он держал крепко. Слишком крепко. Я не сопротивлялась по-настоящему – не хотела спровоцировать приступ. Наверное, он мог принять это за игру.

– Я слушаю чёртово желание, – процедил он. – Деньги? Может, диплом без учёбы? Ты же в наш универ ходишь – скажи, договорюсь. А может… – он усмехнулся. – Хочешь чьей-то смерти? Просто назови имя.

– Ха… не смешно, – сказала я.

– А кто говорил, что жизнь – это шутка? – в его глазах мелькнуло что-то тёмное.

Я сглотнула.

– Ладно. У меня есть одно желание. Помоги мне встретиться с моим интернет-другом.

Он поморщился.

– Фу. Какая скука. – вздохнул. – И это всё?

Я смотрела на него, не отводя взгляда.

– Ладно, – сказал он. – Имя, данные? Ссылку на аккаунт.

– Я могу всё скинуть.

– Отлично. Я напишу тебе вечером.

И он просто ушёл. Без «пока». Без угроз. Без объяснений. Просто пошёл вслед за дядей, будто ничего не произошло.

Телефон завибрировал. Я подумала – Лиан. Но это был папа, который писал, что уже подъехал. И я пошла ему навстречу.

Акт 2. Помощь.

Прошёл целый месяц. Но ничего не менялось. Учёба шла своим чередом. Было интересно, местами сложно, но живо – архитектура постепенно затягивала. Жуткого парня я тоже больше не видела. После того дня и отправленной ему ссылки – тишина. И, честно говоря, я была этому только рада. От таких типов лучше держаться подальше, как и говорила Ника.

С ней мы очень сдружились. Она часто приходила ко мне домой, родители приняли её сразу – были счастливы, что у меня так быстро появилась подруга. Мне казалось, что и они ей понравились.

Жизнь текла ровно, спокойно. Больше ни в какие истории я не попадала. И была бы абсолютно счастлива… Если бы не одно «но».

Мой интернет-друг так и не объявился. Каждую ночь это сводило меня с ума. Слёзы сами собой впитывались в подушку, а по утрам глаза были опухшими, красными – и никакая косметика уже не спасала. Родители, конечно, замечали. Приходилось отмахиваться, придумывать отговорки, уходить от вопросов.

Морально я была на нуле. Я даже не знала, что сделаю, если он вдруг появится. Буду игнорировать? Пошлю сразу? Или прощу всё? Кто знает…

Но иногда мне хотелось, чтобы он тоже страдал так, как я без него. Хотя бы чуть-чуть.

Все же в душе я надеялась, что он объявится…

Именно в этот момент раздался звонок – пара закончилась. Мы с Никой весело вышли из аудитории и направились к выходу, когда меня вдруг резко остановили. Так резко, что я снова упёрлась спиной в стену.

– Яра.

– Илан.

Ника тут же осталась рядом.

– Чего тебе нужно? – с вызовом спросила она.

– Не мешай, – холодно бросил он. – Макс, придержи эту мадам.

Высокий парень, который шёл с ним, мгновенно схватил Нику и утащил в сторону коридора. Послышались её ругательства и глухие звуки борьбы. Похоже, Ника била его – яростно, без тормозов. Он терпел.

Я сглотнула.

– Чего тебе нужно? – спросила я.

Илан выглядел странно. Не так, как обычно. Слова давались ему с трудом.

– Я не могу выполнить твоё желание, – выдавил он.

– Почему? – спокойно спросила я.

– Этот человек… он невидимка. Его просто нет. У него нет дома, нет следов, ни по каким каналам он не проходит. Его никто не видел, никто не знает. Он не учится здесь. Похоже, он тебе врал.

– Нет, – резко ответила я. – Он не мог врать. Скорее всего, у тебя просто слишком ограниченные каналы.

– Или он какой-то маньяк, – серьезно сказал Илан, – который охотится за наивными дурочками.

– Ну да, – я усмехнулась в ответ. – Именно поэтому он исчез. Ведь именно так маньяки и делают со своими жертвами, да?

– Да мне, если честно, абсолютно похуй на ваши отношения, – раздражённо бросил он. – Факт в том, что я не могу выполнить это тупое желание.

– Ничего страшного, – спокойно сказала я. – Спасибо, что попытался. А теперь я пойду.

– Нет, малышка, – он шагнул ближе. – Ты не поняла. Так просто это не закончится.

Я закрыла глаза на секунду.

– Долг за спасённую жизнь – самый сильный. Дядя не может просто забыть об этом. Поэтому я пришёл с предложением.

– Если бы я знала, что такая помощь приведёт тебя ко мне, – тихо сказала я, —я бы тысячу раз подумала. Отпусти Нику. Ей явно некомфортно.

– О, поверь, – усмехнулся он, – если я её отпущу, она будет стоять здесь и лупить меня. Так что тебе придётся потерпеть мою компанию.

Я выдохнула.

– Что за предложение?

– Я исполню все твои желания. Не одно заветное – а много маленьких. У таких, как ты, точно есть список.

Мне это не нравилось. Он мне не нравился. И я сразу это сказала.

– У меня есть только одно желание! – тихо произнесла. – Очень заветное. Отстань от меня. Сделай так, как было весь этот месяц. Пожалуйста.

Я говорила искренне. Он меня пугал, раздражал, давил. Я не хотела иметь с ним ничего общего.

– Ну конечно нет, – усмехнулся он. – Я напишу сегодня вечером. До скорого, крошка.

И он ушёл. За ним – его высокий друг. Ника тут же подбежала ко мне. В её глазах застыл немой вопрос. А я всё ещё пыталась прийти в себя.

Акт 3. Помощь.

– Илан.

Склад принадлежал нам. По документам – логистическая компания. По факту – место, где сходились деньги, оружие и люди, которые слишком много себе позволили.

Сегодня здесь решали вопрос с перевозчиками. Они решили, что могут срезать процент и увести часть груза налево. Ошибка. Последняя.

– Говорил же, не лезьте туда, куда не звали, – сказал я, глядя на мужика с разбитой губой.

– Мы… мы просто хотели договориться…

– Вы уже договорились.

Я махнул рукой. Один выстрел – короткий, сухой. Остальные дёрнулись. Зря. Через минуту всё было кончено. Кровь растекалась по бетону, кто-то стонал, кто-то уже нет. Склад снова стал тихим.

Я вытер руки о куртку и только тогда почувствовал чужое присутствие. Дядя стоял у стены, как всегда – спокойно, будто это не его люди только что решили проблему.

– Ты затянул, – сказал он.

– Зато больше не вернутся.

Он посмотрел на тела, потом на меня.

– Желание девочки исполнил?

Я усмехнулся, зло.

– Ни «молодец», ни «цел ли ты» … Сразу к этому?

– Ответь.

– Пытался, – бросил я. – Но она не горит желанием иметь со мной дело. Сторонится. Прячется. Как будто я её укусить собираюсь.

– Может, у неё есть причины?

– Может, – фыркнул я. – Только мне плевать на её страхи. Я ей ничего не сделал. Она гордая. Слишком. Ей, видите ли, вообще ничего не нужно.

Дядя усмехнулся.

– Таких сейчас мало. Большинство на её месте уже считало бы купюры.

– Вот именно, – процедил я. – А вместо этого – тишина. И этот долг висит у меня на шее.

Дядя посмотрел на меня внимательно. Долго. Слишком…

– Ты начинаешь воспринимать это как необязательное, – сказал он спокойно. – А это ошибка.

– Я работаю, – прорычал я.

– Я не слился. Просто девчонка не хочет…

Он поднял руку. И этого хватило.

– Научите его понимать меня, – коротко сказал дядя, не повышая голоса.

Шаги раздались сразу. Я успел развернуться. Первого ударил сам – в челюсть. Хрустнуло приятно. Второму врезал в солнечное сплетение, третий отлетел на ящики.

– Блядь… – выдохнул я, уже понимая, что их слишком много.

Кто-то схватил меня сзади. Я вырвался, локтем разбил кому-то лицо, но в тот же момент кулак вошёл в рёбра. Потом ещё один – в живот. Воздух выбило резко, боль прошла волной.

Я упал, но тут же попытался встать.

– Достаточно, – мягко сказал дядя, глядя прямо мне в глаза, и добавил уже холоднее: – Держите его!

Двое схватили меня за плечи. Я дёрнулся, ударил одного лбом, но третий врезал под дых. Дальше били без спешки. Методично. Так, как бьют не из злости, а чтобы воспитать. Я чувствовал вкус крови, но сознание держал упрямо.

– Запомни, племяш, – голос дяди был рядом. – Став главой – ты всё ещё внизу нашей семейной иерархии. Так что не зли меня.

Он повернулся, словно разговор был окончен.

– Иди и стань ей другом. Любимым. Кем угодно. Хочешь – изображай плюшевого медведя. Но она должна получить удовольствие за то, что спасла мне жизнь. Наш девиз ты помнишь… Да?

– Долг, мать его, важнее жизни. – прохрипел я.

Шаги. Тишина.

– Как ты это сделаешь – меня не волнует.

Пауза.

– А теперь отпустите его.

Руки разжались. Я рухнул на колени, упёрся ладонями в бетон. Шаги удалялись. Я сплюнул кровь и рассмеялся – тихо, хрипло.

– Блин, Яра… Ты даже не представляешь, во что меня втянула…

Акт 4. Помощь.

Комната тонула в полумраке. Гирлянды на стене мягко мерцали, будто боялись светить слишком ярко. Форточка была приоткрыта – шторы лениво колыхались от прохладного воздуха.

Я сидела перед компьютером, обняв колени, и смотрела в телефон. Каждый вечер я писала Лиану. Хотя знала – он не ответит. Но привычка писать ему осталась, будто часть меня всё ещё ждала. Я рассказывала обо всём, что происходило за день, как будто он всё ещё был рядом.

– Представляешь, я просто оставила Нику там, в коридоре, с кучей вопросов. И ушла.

Мне не хватило сил всё ей объяснить. Наверное, она бы не поняла. Ника ведь предупреждала – не связываться с такими, как он. Хотя я и не связывалась. Он сам появился в моей жизни.

– Если честно… мне льстит его внимание. Он странный. Неправильный. Слишком яркий. И при этом пугает до дрожи.

– Лиан, брось. Вернись. Объясни, почему ты исчез. Ты же знаешь, что я чувствую к тебе.

Я металась между двумя мыслями: «с ним что-то случилось» и «Яра, он просто тебя бросил».

Слёзы текли сами собой и падали на клавиатуру, но я продолжала писать. Телефон завибрировал.

Новое сообщение. Пользователь: Dark.

Конечно. Илан. Я вытерла ладонью лицо и несколько секунд просто смотрела на экран.

Dark: Яра, добрый вечер.

От этих слов стало не по себе. «Добрый вечер» от Илана пугал больше, чем его язвительные реплики.

Я: Добрый вечер.

Dark: Я пишу по поводу нашего договора. Ты придумала своё первое желание?

Я прикрыла глаза.

Я: Илан, может есть другой вариант? Может загадаю деньги – и мы на этом закончим?

Dark: Без проблем. Назови сумму.

Я: Тысяча. Нормально будет?

Ответ пришёл почти сразу.

Dark: Яра, ты издеваешься? Конечно, нет. Значит, вариант с деньгами отпадает. Мне не нужно формальное желание. Нужно настоящее. То, что тебя порадует. Подумай.

Я долго смотрела на экран.

Я: Ладно. Я хочу сходить на концерт любимой группы.

Dark: Вот это уже разговор. Какая группа?

Я: Black Lullaby.

Пауза была длиннее обычного.

Dark: Хороший вкус. Считай, сделано.

Я: Есть проблема.

Dark: Слушаю.

Я: Мне нужно помочь сбежать из дома. Родители не должны знать, что я иду туда.

Ответ появился почти мгновенно.

Dark: Хорошо. Я помогу. Концерт через два дня. Готовься зажечь там, детка.

В чат прилетело изображение. Билеты. На моё имя. Я задержала дыхание.

Я: Спасибо.

И сразу же – другое окно. Лиан.

– Я согласилась на предложение того парня. Первое желание – концерт. Я наконец увижу Black Lullaby вживую. Надеюсь, всё пройдёт нормально.

Пауза. И последняя строка, которую я никогда раньше ему не писала:

– Прощай, Лиан.

Я отправила сообщение и уронила телефон рядом с собой. Может, он увидит. Может, испугается. Может, вернётся. Надежда догорала где-то внутри. Я так и уснула, с телефоном в руке, ожидая сообщения, которого, скорее всего, не будет.

Сцена IV. Концерт.

Акт 1. Концерт.

Разговора с Никой сегодня было не избежать. Я настраивала себя на него с самого утра – как перед прыжком в холодную воду. Мы столкнулись в коридоре между парами.

– Яра! – она почти взорвалась. – Да как вообще так вышло?! Что у тебя за мутки с этим мерзким типом?!

– Милая моя, я вовсе не мерзкий, – лениво и слишком уверенно раздалось сбоку. – Очень сексуальный, горячий и брутальный парень. Просто ты меня плохо знаешь.

Я даже не сразу поняла, как он оказался рядом. Илан.

– Отвали от неё! – крикнула Ника ему вслед.

Он уже уходил, но обернулся через плечо:

– Ещё не время, – бросил он и скрылся за поворотом.

Я нервно усмехнулась.

– Ника… там такая ситуация… глупая, – вырвалось у меня.

Она остановилась и посмотрела так, что мне сразу стало ясно – уйти от разговора не получится.

– Сейчас расскажу, – тихо сказала я.

И рассказала. Всё. Про дядю. Про долг. Про желания. Про концерт. Когда я закончила, она молчала несколько секунд, а потом выдохнула:

– И… что? У тебя много желаний?

Я криво улыбнулась.

– У человека, который может умереть в любой день… как ты думаешь, много желаний?

Она замялась.

– Ну…

– Скажу тебе честно, – перебила я. – У меня целый список. Но ему я собираюсь сказать, что концерт – единственное желание. Нужно просто убедить.

Ника покачала головой.

– А группа какая?

– Black Lullaby. Чёрная колыбельная.

– Мрачненько…

– Зато моя любимая.

Она нахмурилась.

– Ты же понимаешь, что это тяжёлый рок?

– Конечно.

– А значит, толпа. Давка. Люди, которым будет плевать, кого они толкают.

Я промолчала.

– Ты уверена, что тебе стоит идти? – тихо спросила она. – Ты можешь получить травму. А если это запустит откат… Яра, это может быть твой последний концерт.

Я пожала плечами, будто речь шла о пустяке.

– Ой, да брось. Я надеюсь, всё будет хорошо.

– Ты всё-таки пойдёшь?

– Да, – сказала я без колебаний. – У меня одна жизнь. И я хочу увидеть то, о чём так долго мечтала.

Ника тяжело вздохнула.

– Ты безнадёжна…

Мы молча пошли на пары. А внутри меня уже звучала музыка. Громкая. Опасная. Такая, ради которой иногда стоит рискнуть даже сердцем.

Акт 2. Концерт.

– Ника.

Я очень волновалась за Яру. Сказать её родителям – значит предать. Пойти с ней – невозможно. Меня просто не выпустят. Выбора не было. Мне нужно было поговорить с Иланом.

Я увидела его в коридоре почти случайно – он шёл уверенно, будто весь мир обязан был расступаться. Я окликнула его, не думая.

– Илан, нам нужно поговорить.

Он даже не сразу остановился.

– Очень странно, – бросил он, – но мне вот не нужно.

– Послушай меня. Это важно.

Он нехотя обернулся.

– Ладно. Говори.

Я глубоко вдохнула.

– Сходи, пожалуйста, на концерт с Ярой.

Он усмехнулся.

– Да ты что. Делать мне больше нечего?

– Я прошу тебя, – голос предательски дрогнул. – Я очень переживаю за неё. Ей нельзя быть в таком месте одной. Если ты будешь рядом… хотя бы убережёшь от толпы.

Он развернулся, явно собираясь уйти.

– У неё ОАС, – вырвалось у меня. – Это может быть последний её концерт.

Он остановился. Медленно повернулся.

– Так это же замечательно, – сказал он холодно. – Нет тела – нет проблем.

Мне захотелось ударить его.

– А сама ты почему не идёшь с подругой? – продолжил он, прищурившись.

– Меня не выпустят родители, – сквозь зубы ответила я. – К сожалению, от бывшего военного, полковника в отставке, не сбежать.

Он задумался на секунду, потом усмехнулся.

– Это благотворительный концерт. А я терпеть не могу показной пафос. Поэтому я планирую сорвать его. Не переживай – твоя драгоценная подружка туда не попадёт. Ни при каких условиях.

– Обещай, – почти прошептала я.

– Ещё чего.

Он развернулся.

– Пока, Ника.

– Му… – только начала Ника.

Илан остановился, а она продолжила:

– Мужественный человек какой… – хотя имела в виду совсем другое.

Даже со спины она почувствовала, как Илан расплывается в улыбке, после чего просто пошёл дальше.

А Ника осталась стоять в коридоре с единственной мыслью: пусть он будет кем угодно. Лишь бы Яра вернулась живой.

Акт 3. Концерт.

Я собиралась на концерт так, будто шла не просто слушать музыку – будто шла доказывать себе, что всё ещё жива. На этот раз я не выбирала «безопасное». Чёрный кроп-топ с грубой шнуровкой подчёркивал ключицы и живот – слишком откровенно для «домашней девочки», слишком дерзко для той Яры, какой я была ещё месяц назад. Короткая кожаная юбка, плотные чёрные колготки, тяжёлые ботинки на платформе. Волосы – в высокий хвост, туго стянутый, будто я собирала не причёску, а волю в кулак. Макияж – тёмные тени, подчёркнутые скулы, блеск на губах. В зеркале на меня смотрела не больная девочка, а кто-то новый. Смелый. Резкий. Почти опасный.

Я сфотографировалась. Пальцы автоматически потянулись к чату с Лианом. И остановились. После «прощай» писать как-то… неправильно.

В этот момент телефон завибрировал. Сообщение от Лиана.

– Почему остановилась?

Я на секунду забыла, как дышать.

– Ты сейчас серьёзно?..

Новое сообщение:

– Давай созвонимся. Я всё объясню.

И сразу – входящий звонок. Я сбросила.

– Ты издеваешься? – написала я. – Пропал больше чем на месяц. Без объяснений. И появляешься как ни в чём не бывало?

– Прости.

Одно слово. Холодное. Пустое. Мерзкое. Он позвонил снова. Я сбросила.

– Нет, дорогой мой. Позавчера наше общение с тобой закончилось. У меня новая жизнь.

– С этим… Иланом? Серьёзно?

– Да хоть с ним. Тебе какое дело?

Он позвонил по видеосвязи. Я села в кресло напротив компьютера. Несколько секунд смотрела на экран – и всё же нажала «принять».

– Вау… – он смотрел так, будто не узнавал меня. – Какой макияж. Ты такая… не как всегда.

– А ты знаешь, какая я теперь? – холодно спросила я. – Может, это и есть моя настоящая версия.

– Ярочка… – его голос стал мягче. – Я всё понимаю. Я не достоин твоего внимания, но просто выслушай меня.

– Только не говори, что ради этого ты вышел на связь.

– Не ходи на концерт, – выпалил он. – Прошу тебя.

Я рассмеялась. Коротко. Нервно.

– Ты серьёзно? Пропал на месяц, чтобы теперь мне что-то запрещать?

– Нет. Я вернулся.

По щеке скатилась слеза. Я злилась на себя сильнее, чем на него – за то, что была безумна рада его возвращению, хотя должна была ненавидеть…

– Милая… прости. У нас были проблемы. Мы с отцом уехали в Ледаш. Это рядом, но… всё сложно. Я вернусь, и мы встретимся. Я просто не могу рассказать всего. Это не только моя тайна.

– За месяц можно было придумать что-то поубедительнее, – тихо сказала я. – Прощай, Лиан.

– Стой, пожалуйста! – он почти вскочил. – Я не вру. Я учусь в этом университете. Вот, смотри.

Он показал студенческий. Потом зачётку.

– Илан специально хочет нас рассорить. Не знаю зачем, но… не доверяй ему.

– А я не знаю, кому вообще могу доверять, – ответила я. – Я доверяла тебе. И где это меня оставило? Ты просто исчез в самый сложный период моей жизни. А теперь пытаешься отмазаться.

– У меня правда не было возможности писать… Но я больше не пропаду. Обещаю.

Я вздохнула.

– Лиан, мне пора. За мной скоро приедут.

Я наклонилась и показала в камеру снаряжение для спуска.

– Он придумал безумный план. Научил меня пользоваться всем этим. Сам будет внизу и поймает меня. А родители, между тем, думают, что я сплю.

– Яра, не надо…

– Возможно, сегодня у меня получится наконец пожить. Прощай.

Я сбросила звонок. Сообщения продолжали приходить, но я их не читала. Закрепив снаряжение так, как меня учили, проверила карабины и узлы. Глубоко вдохнула.

Внизу, в темноте, уже стоял Илан и смотрел вверх.

Я начала спускаться.

Когда почти коснулась земли, он вдруг шагнул ближе – и его рука оказалась там, где точно не должна была быть.

– Ты что творишь?! – вскрикнула я.

От неожиданности пальцы разжались. Я полетела вниз. Илан поймал меня – легко, будто я ничего не весила. Прижал к себе, удерживая.

– С ума сошёл?! – выдохнула я.

– Жива, – усмехнулся он. – Значит, всё нормально.

– Спасибо… – тихо сказала я, всё ещё чувствуя, как бешено колотится сердце.

Он лишь хмыкнул.

Мы сели в машину. И она рванула вперёд.

Акт 4. Концерт.

Мы ехали долго и молча. Город за окнами растворялся в огнях, а внутри машины стояла плотная, вязкая тишина – такая, в которой слышно собственные мысли.

– Ты не выглядишь как больная девочка, – наконец сказал он, не отрывая взгляда от дороги. – Скорее, как дерзкая оторва, которая собралась разорвать этот концерт.

Я повернулась к нему, прищурившись.

– А с чего бы мне быть больной? – удивлённо спросила я.

– Ну а как же этот… ОАС. Или как там его.

Сердце неприятно дёрнулось.

– А ты, блин, откуда знаешь? – резко спросила я.

Он быстро глянул на меня – слишком невинно. Это взбесило. Этот человек знал моё слабое место. Самое хрупкое. Самое опасное. И я прекрасно понимала, кто мог ему рассказать.

Я отвернулась к окну, не желая продолжать разговор. В голове крутилась одна мысль: Ника. Как она могла? Это же было между нами. Тайна. Почти клятва.

– А ты чего такой разукрашенный? – холодно бросила я, указывая на синяки и ссадины на его лице и руках. – Снова с кем-то что-то не поделил?

Мне хотелось показать ему, что я не боюсь, что могу легко парировать.

– За тебя получил, – ответил он почти лениво. – Ты же не хочешь нормальное желание загадывать.

Он усмехнулся, а я так и не поняла – шутка это или нет.

– Я и так старалась, – сказала я. – Если у меня нет желаний – что ты сделаешь? Скажи спасибо, что хоть одно нашлось.

– Кому ты пиздишь, дорогая, – спокойно бросил он. – Своему интернет-дружку будешь в уши лить.

– Эй.

– А что? – продолжил он. – Ты правда думала, что так просто отвяжешься? Нет уж. Можешь сразу выдать мне весь свой список и не делать нам мозг.

После этого говорить расхотелось окончательно.

Машина остановилась.

– Почему все стоят на улице? – я выглянула в окно. – И… подожди. Участники группы тоже здесь. Смотри. Вон они.

– Давай посмотрим, – коротко сказал он.

И в тот же момент где-то высоко, на верхних этажах здания, раздался глухой хлопок. Не взрыв – скорее резкий, тяжёлый удар, от которого задрожали стёкла. Над крышей вспыхнул свет, посыпалась мелкая крошка, будто лопнуло что-то техническое.

Люди вокруг замерли на секунду – а потом всё сорвалось. Крики. Паника. Кто-то побежал прочь, кто-то схватился за телефон. Охрана тут же начала отводить всех подальше от здания.

– Это что?.. – прошептала я, вжавшись в сиденье. – Я же… я впервые в жизни на концерт пришла…