После полуночи

Комната двести шестьдесят два.

Он толкнул дверь, и она оказалась не заперта. Внутри пахло затхлостью и сухими цветами. Кай сделал несколько шагов внутрь и замер, оглядываясь.

Каждая вещь здесь кричала о сестре. На туалетном столике стояла расческа с запутавшимся в зубчиках светлыми волосками, рядом баночка с кремом для рук, которым Вивиан пользовалась каждый вечер. Кай взял баночку, отвинтил крышку и вдохнул. Горло сжалось спазмом.

На полке у кровати лежала стопка книг. Кай провел пальцем по корешкам. Уголки страниц были загнуты, на полях карандашные пометки ее аккуратным почерком. Кай открыл книгу на закладке. Глава о древних ритуалах с тенями. У Кая перехватило дыхание. Что она искала?

Он медленно прошелся по комнате, касаясь платья, висевшего на спинке стула. Кай сел на край ее кровати, провел ладонью по прохладному покрывалу. Мысли путались, но одна билась настойчиво: эти вещи — доказательство. Она была здесь. Она жива. Пока есть эти мелочи, есть надежда.

Открывшаяся дверь заставила его вздрогнуть и вскочить на ноги.

В проеме ванной комнаты стояла Айлин. На ней была простая ночная рубашка, прикрытая накинутым на плечи теплым платком. Темные волосы растрепались после сна, падали на лицо тяжелыми прядями. Глаза, темные, цвета аметиста, смотрели удивленно.

— Кай? — тихо сказала она. — Доброе утро.

Он почувствовал, как краска стыда заливает щеки. Застигнутый на месте почти преступления. Что она подумает? Что он сумасшедший, что бродит по чужим комнатам на рассвете?

— Хм… Доброе утро, — выдавил он, переминаясь с ноги на ногу, как мальчишка.

Айлин машинально выглянула в коридор, проверяя, нет ли свидетелей. Пусто. Сплетни в общежитии имеют свойство просачиваться сквозь стены. Если кто-то увидит, что принц Солнечного Королевства зашел сюда… Айлин представила себе лицо отца, когда до него дойдут эти слухи. Его ледяное письмо, полное гневных упреков, и приказ немедленно возвращаться домой. От перспективы стать женой какого-нибудь мерзкого лорда из Королевства Дождей и Бурь по спине пробежал неприятный холодок.

Но, несмотря на страх, она подошла к Каю. Айлин глубоко вздохнула, ловя его запах. Виноградная сладость, смешанная с чем-то чистым, солнечным. Ее сердце пропустило удар.

— Надеюсь, я не отвлекаю тебя, — глухо произнес Кай, проходя к столу Вивиан. Его голос звучал отстраненно.

— Нет. Сегодня же выходной, — ответила Айлин.

— Точно, — отозвался Кай, и в этом слове было столько пустоты, что Айлин захотелось подойти и встряхнуть его за плечи.

Она подошла ближе, встала рядом, глядя, как он водит пальцем по пыльной поверхности стола.

— Я думала убраться здесь, — тихо сказала Айлин. — Чтобы, когда Вивиан вернется, все было чисто.

Кай молча кивнул, не отрывая взгляда от стола.

Когда Вивиан вернется.

Слова Айлин звучали как молитва, в которую он отчаянно пытался верить. Утреннее солнце залило комнату золотистым светом. Лучи упали на волосы Кая, и они засветились. Черты лица смягчились, глаза стали светлее.

— Ты похож на ангела, — вырвалось у Айлин прежде, чем она успела прикусить язык. Слова повисли в воздухе, и она замерла, чувствуя, как краска заливает щеки. Кай удивленно моргнул, отвлекаясь от своих мыслей, и повернулся к ней. Его брови удивленно приподнялись.

— Что?

Щеки Айлин вспыхнули еще сильнее, но отступать было поздно. Она вздернула подбородок, стараясь выглядеть уверенно.

— Ну… ты такой светлоглазый, с солнечными волосами. Они на солнце прямо светятся, как нимб. Настоящий принц Солнечного Королевства, — пояснила она, с вызовом глядя на него, и внутри нее разлилось тепло, потому что на секунду в его глазах появилось что-то, кроме боли, и, кажется, легкое смущение.

— Не могу ответить тебе тем же, — хмыкнул он, и в его голосе проскользнула прежняя ирония, которую она так любила.

Айлин тут же вскинулась, сложив руки на груди в защитном жесте.

— Это почему же?

— Я не могу назвать тебя звездой.

— Я принцесса Королевства Звезд! — возмутилась она, прищурив фиолетовые глаза. Возмущение было наполовину наигранным, наполовину настоящим. — Это мое прямое предназначение!

— Но ты не выглядишь, как звезда, — Кай развел руками, и уголки его губ дрогнули в улыбке.

В душе он понимал, что лжет. Айлин была ярче любой звезды. Она вспыхивала эмоциями, приковывала взгляд, заставляла сердце биться чаще. Но разве можно дотронуться до звезды? Она была слишком живой, слишком близкой… слишком реальной для такого далекого, холодного образа.

Айлин застыла с открытым ртом, ее лицо полыхало от гнева. Кай, глядя на нее, не сдержал улыбки. Она была прекрасна в своем возмущении, темные глаза мечут молнии, губы поджаты, а щеки пылают.

— Что? Никто не говорил тебе такого? — спросил он, чувствуя, как тяжесть в груди на миг отпускает. — Ладно, мне нравятся твои волосы. — Он кивнул на темные пряди, рассыпавшиеся по плечам. — Как у русалки.

— Я не русалка! — топнула ногой Айлин, но в ее голосе послышались смешливые нотки. — У русалок хвосты и они живут в воде!

— Видишь, тебе ничем не угодить. Обижаешься на сравнение со звездой, обижаешься на сравнение с русалкой. Кем же тебя можно назвать?

— Принцессой, — назидательно подняла палец Айлин. — Просто принцессой.

— Скучно.

Их взгляды встретились. Но тут Кай перевел взгляд в окно, и улыбка мгновенно сползла с его лица. Плечи напряглись. Айлин нахмурилась, подошла и встала рядом, проследив за его взглядом.

Внизу, во внутреннем дворе Академии, копошились несколько фигур в форменных плащах Солнечного Королевства. Они склонились над участком газона, что-то измеряли длинными линейками, записывали в блокноты, собирали образцы почвы в стеклянные банки, аккуратно подписывая каждую. Среди них Кай узнал сутулую фигуру профессора артефактов — седой старик с лупой в глазу. Эксперты отца.

— Что они делают? — тихо спросила Айлин, хотя уже догадывалась.

Кай молчал. Он смотрел на них так, словно от их действий зависела его жизнь. Зависела на самом деле. Если они найдут хоть что-то, магический след, остаточную энергию, частицу ткани, у них появится зацепка. Если нет…

— Кай, — позвала она.

Он не слышал. Он был уже не здесь. Айлин видела, как в его зеленых глазах появляется то самое потерянное выражение, которое пугало ее больше всего. Сейчас он уйдет от нее, уйдет к этим экспертам, будет стоять над ними, задавать вопросы, на которые нет ответов, смотреть на мертвую землю и молча винить себя. Она понимала это так же ясно, как чувствовала биение собственного сердца.

Не думая, повинуясь какому-то внутреннему порыву, который был сильнее страха и доводов рассудка, она шагнула к нему и обняла. Ее руки сомкнулись у него за спиной, прижимаясь к теплой рубашке. Айлин прильнула всем телом, чувствуя, как под тканью перекатываются напряженные мышцы. Кай вздрогнул так, словно его ударили током. Все его тело замерло, превратившись в камень.

— Айлин… — выдохнул он почти беззвучно.

Она ничего не ответила, только прижалась щекой к его груди. Сквозь тонкую ткань принцесса слышала, как бешено колотится его сердце, боялась поднять глаза и увидеть в них осуждение. Его запах окутал ее с головой, заставил на мгновение забыть обо всем.

— Мне пора, — с трудом выдавил Кай, но ноги словно приросли к полу. Он не отстранялся.

— Поговори со мной, — попросила она, не разжимая рук. Ее голос дрожал.

— О чем?

— О чем думаешь.

Долгая пауза. Сердце под ее щекой билось все так же часто. Кай медленно, словно через силу, поднял руку и положил ей на спину. Просто положил, не прижимая, но этого прикосновения было достаточно, чтобы у Айлин перехватило дыхание.

— О том, что мы совершаем ошибку, — наконец, твердо сказал Кай.

Айлин знала это. Знала каждой клеточкой, каждым нервом. Это было неправильно, опасно и глупо. Он — принц Солнца, она — принцесса Звезд, и между их королевствами мир. Ее отец мечтает выдать ее замуж с выгодой, но она ничего не могла с собой поделать. Впервые в жизни Айлин обнимала парня, и это ощущалось одновременно пугающе неверным и до одури правильным. Ей хотелось навсегда сохранить на своей коже этот сладкий, солнечный запах, это тепло, эту близость.

— Айлин, — позвал он снова, и в его голосе появилась настороженность, словно он пытался удержать ситуацию под контролем, но контроль ускользал. Его пальцы на ее спине чуть заметно дрогнули.

— Скажи, — прошептала она, качнув головой, продолжая тереться щекой о его грудь. — Скажи, о чем ты переживаешь на самом деле.

Кай молчал так долго, что Айлин показалось, он не ответит. Тишина давила на уши, только их сердца бились в унисон.

— О том, что Вивиан мертва.

Слова упали в тишину, как камни в воду. Айлин почувствовала, как к горлу подступает ком, а на глаза наворачиваются слезы. Она сильнее прижалась к нему, словно пытаясь защитить их обоих от этой мысли.

— Это неправда, — выдохнула она, но в ее голосе не было прежней уверенности.

— Мы не знаем, — эхом отозвался Кай. — Месяц, Айлин. Целый месяц. Даже если бы она была в плену, похитители уже дали бы о себе знать. Даже если бы она бродила в глухом лесу, маги нашли бы связь. А тут — ничего. Пустота. Мертвая земля, которая не хочет ничего говорить.

Спорить было нечем. Айлин только крепче сжала руки у него на спине.

— Кай, — прошептала она, утыкаясь носом в его рубашку.

— Айлин?

— Кай.

— Айлин.

— О чем ты думаешь еще? — она хотела вытащить его из этой черноты, заставить думать о чем-то другом, пусть даже о ней, об их ошибке. О чем угодно, лишь бы в его глазах снова появился свет.

— О том, что мы делаем, — его голос был ровным, но она чувствовала, как он борется с собой. Его рука на ее спине сжалась в кулак, потом расслабилась.

— Я тоже, — выдохнула Айлин. — Я тоже думаю об этом и не знаю, как перестать.

— Айлин… — в третий раз позвал он. И в этот раз его голос прозвучал как предупреждение, как мольба. — Мне пора.

Он мягко, но решительно взял ее за плечи и отстранил от себя. На секунду их взгляды встретились. В его светлых глазах Айлин увидела бурю чувств. Его лицо было так близко, что она видела каждую ресницу, каждую тень под глазами.

Кай быстро вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Айлин осталась стоять посреди комнаты, обхватив себя руками. Там, где только что были его ладони, кожа все еще горела. Запах винограда витал в воздухе, смешиваясь с запахом сухих цветов и пыли.

— Что мы делаем? — эхом отозвался в тишине ее собственный вопрос.

Глава 10. Осталось 15 дней. Секрет

За решёткой стоял Виктор. Он не был похож на тех, кто приводил её в этот подвал. Не было в нём ни грубой силы палача, ни слепой жестокости стражи. Он стоял спокойно, почти неподвижно, и смотрел на Вивиан, пока та спала.

Его рука поднялась, и в темноте блеснул ключ. Замок на решётке щёлкнул с тошнотворно-знакомым звуком.

Он вошёл в камеру бесшумно. Остановился прямо перед ней.

— Ты должна быть сильнее, — сказал Виктор.

Он наклонился. Его холодные пальцы коснулись её запястий. Вивиан вздрогнула, но не проснулась.

Виктор провёл пальцем по краю оков. Там, где его палец касался металла, что-то происходило. Металл становился тоньше. Слабее.

А в её сознании, словно чужой след, осталась одна мысль:

Они не должны знать. Это наш секрет.

Глава 11. До завтрака

Сжимая и разжимая кулаки, Кай злился на себя и свою проклятую слабость. Он мерил шагами коридоры Академии, не в силах успокоиться, не в силах даже пропустить мысль. Костяшки пальцев побелели от напряжения. Он ненавидел чувство, когда мысли путаются, превращаясь в липкую паутину, а в груди разрастается колючий ком, который невозможно ни проглотить, ни выплюнуть.

Он всегда знал, как развлекаться. Городские девчонки, которых не заботила их репутация, всегда принимали Кая. Их легкие улыбки, жаркие ночи и никаких обязательств на утро. Никаких записок с признаниями, никаких требований представить родителям. Идеальная схема, проверенная годами.

Ни одна из них не вызывала в нем и сотой доли той тревоги, что поселилась в груди с того самого объятия.

Айлин.

Кай остановился у окна, упершись лбом в холодное стекло. За окном медленно кружились первые осенние листья, но он их не видел. Перед глазами стояло другое: ее лицо в тот момент, когда она обняла его. Ее глаза, полные тревоги и спокойствия одновременно. Она хотела узнать, что беспокоит его, а Кай был не против.

— Ты похож на ангела.

Ангел. Какого черта?

С первого курса она была просто другом для него и Зейна. Веселая, дерзкая, которая могла заткнуть любого парня в споре, но при этом носила платья, от которых у Кая почему-то пересыхало в горле. Пропажа сестры изменила их обоих, сплотила в общем горе, заставила смотреть друг на друга иначе, искать поддержку там, где раньше искали только повод для подкола.

Трудно было отрицать, но Каю нравились их споры, нравилось, как она закатывала глаза на его шутки и тут же находила язвительный ответ, заставляя его ухмыляться, нравилось, как она вскидывала подбородок, когда он пытался поддеть ее, и смотрела с вызовом. Их своеобразный флирт был игрой без правил, которая не приносила плодов.

Не приносила ровно до тех пор, пока она не обняла его.

Не приносила, пока он не поймал себя на мысли, что хочет повторить это.

— Черт, — выдохнул Кай, отталкиваясь от окна.

Кай не боялся ответственности. Он готов был принять корону, вести армию в бой, отвечать за жизни тысяч людей, принимать решения, от которых зависит будущее королевства, но он не хотел ничего серьезного в личных делах. Не важно, касалось ли это минутных желаний или пожизненных обязательств.

С Вивиан все было ясно с самого ее рождения. Де Витт — древний род, сильные маги, верные союзники. Как только девочка появилась на свет, родители уже решили: она будет предназначена кому-то из наследников. Политика чиста, как слеза младенца. Никаких чувств, никаких сомнений — просто контракт, скрепленный печатями.

Кай, будучи единственным принцем, всегда был в центре других интересов. Отец с детства вдалбливал: «Ты будешь королем. Не хочешь, не готов, не способен — неважно. Ты родился первым, ты наследник, твое право и твое проклятие».

Проблема правления, однако, крылась в деталях. Кай грезил армией, тактикой, мечом, запахом походного костра и пороха. А королю не следовало проводить слишком много времени на плацу, забывая о троне. Король должен сидеть в кабинете, разбирать бумаги, принимать послов и, главное, обеспечить королевство наследником.

Главная проблема, главный камень преткновения, чтобы стать полноценным королем, необходимо жениться. Официально, при народе, с благословения небес и одобрения советников.

Если Кай давно смирился с неизбежностью правления, то связать свою жизнь с кем-то по-настоящему он был не готов. Почему в нем жил этот страх перед близостью, перед настоящими отношениями, этого он не понимал и предпочитал не копать так глубоко.

Не сейчас. Не этим утром. Не думая о ней.

Ранним утром в коридорах академии было пусто. Магические светильники горели вполсилы, создавая причудливые тени на стенах. Утренняя прохлада пробирала до костей, заползала под тонкую ткань рубашки, заставляя кожу покрываться мурашками.

Кай шел быстрым шагом, чеканя шаг по каменным плитам. Тишина давила на уши, оставляя его наедине с мыслями. Именно того, чего он хотел избежать.

Возле озера горел яркий свет, от которого исходило сильное тепло. Столы были завалены склянками, образцами, книгами, раскрытыми на середине. При появлении принца один из мужчин в заляпанном темным халате поспешно поднялся, едва не опрокинув стул.

— Ваше Высочество, — мужчина склонил голову так низко, что Кай увидел залысину на макушке.

— Доброе утро, господин, — сухо поприветствовал Кай, проходя к центральному столу. Он смотрел на сверток с землей, что выкопали прямо оттуда, где стояли темные рыцари. Черная, спекшаяся масса, больше похожая на камень, чем на почву. — Что-то известно? Докладывайте.

— Нет, Ваше Высочество, — ученый устало покачал головой. Мешки под глазами выдавали бессонную ночь. — Мертвая земля. Мы провели все возможные тесты, но результаты одни и те же.

— О чем вы? — Кай нахмурился, подходя ближе.

— Магия Королевства Смерти, — тихо ответил мужчина, понижая голос до шепота, словно боялся, что стены имеют уши. — Это точно что-то темное, древнее. Мы нашли следы эманаций, которых не видели раньше, но не можем определить источник.

— Тени? — Кай обернулся так резко, что ученый вздрогнул. В голове тут же всплыл образ Зейна. Борьба с тьмой, которую он проигрывает с каждым днем.

— Возможно, тени, — ученый осторожно взял в руки образец, завернутый в защитную ткань. — Но, Ваше Высочество, насколько мне известно из древних манускриптов, тени имеют иную природу. Они высасывают жизнь, иссушают, но не окаменяют. А здесь... — он развернул ткань, показывая Каю спекшийся комок. — Посмотрите. Это не просто мертвая земля. Это окаменевшая плоть мира.

Кай взял образец. Тяжелый, холодный, абсолютно безжизненный. Он напоминал кусок вулканической породы.

— Вы сможете разобрать их? — принц поднял взгляд на ученого. В его глазах читалась мрачная решимость. — Мне нужно знать, с чем мы имеем дело. Это угроза не только принцессе. Если это расползется дальше...

— Мы сделаем все возможное, Ваше Высочество, — ученый поклонился. — Но нам нужен маг с сильной темной магией. Обычные методы здесь бессильны. Ритуалы, реактивы — ничего не работает. Нужен тот, кто чувствует эту материю, кто может говорить с ней на одном языке.

Кай помрачнел. Стиснул челюсти до скрежета зубов.

Он не знал никого с темной магией. Никого, кому можно доверять. Знал лишь Зейна, но тот и сам с собой совладать не мог, не то что с древними артефактами смерти. Приводить его сюда, к этому образцу все равно что поднести спичку к пороховой бочке.

— У вас есть темные маги в штате? — спросил Кай, хотя знал ответ.

— Будем вызывать из других королевств, — коротко ответил ученый, давая понять, что разговор окончен. В его тоне звучала усталость и легкое раздражение, ему нужно было работать, а не отчитываться перед наследником. — С вашего позволения, Ваше Высочество, нужно заканчивать с замерами.

Кай кивнул и направился дальше, даже не попрощавшись.

Ноги сами понесли его дальше по территории Академии. Он не хотел возвращаться в спальню, не хотел сидеть в тишине и снова думать. Думать о Вивиан. О темной магии. О Зейне. О долге.

И снова — об Айлин.

Кай шумно шагал, не заметив, как пришел в кристальный парк. Утренний свет только начинал золотить верхушки кристаллов, отчего свет делился на яркие цвета. Тишина здесь была особенно живой, наполненной шепотом ветра и чарующей мелодией кристаллов.

Он прошелся по гравийной дорожке, слушая хруст под ногами. Мысли бегали без разбору, цепляясь друг за друга, как пьяные в темном переулке.

— Ваше Высочество!

Кай замер. Сердце пропустило удар.

Этот голос он узнал бы из всего проклятого королевства.

Резко обернувшись, он увидел Айлин. Она бежала к нему по дорожке, и гравий разлетался из-под ее туфель. Волосы развевались за спиной темным синим пламенем, щеки раскраснелись от быстрого бега и утреннего холода. На ней было легкое светло-голубое платье и не застегнутое пальто.

Она запыхалась. Остановилась в паре шагов, хватая ртом воздух, и смотрела на него так, словно от этого разговора зависела ее жизнь.

— Ты чего? — Кай нахмурился, чувствуя, как внутри что-то переворачивается. — Пожар? Война? Или просто решила устроить утреннюю пробежку?

— Кай, — выдохнула она.

Он не успел ничего ответить.

Айлин рванула вперед, сокращая расстояние, и прежде чем Кай сообразил, что происходит, прижалась своими губами к его губам.

Это было не похоже ни на что. Ее губы мягкие, но настойчивые, горячие вопреки утреннему холоду. Она целовала его так, словно ждала этого момента всю жизнь. Ее руки обхватили его шею, пальцы зарылись в волосы на затылке, притягивая ближе.

Кай на мгновение замер. Разум кричал остановиться. Это катастрофа! Разум перечислял причины, почему это неправильно, невозможно, запрещено.

Но тело...

Тело отреагировало быстрее. Его руки сами легли ей на талию, прижимая к себе. Он не целовал, он отвечал. Отвечал жадно, зло, отпуская ту самую тревогу, что копилась внутри днями и ночами. Вкус чего-то сладкого и нежного, ее дыхание, смешанное с его, жар ее тела сквозь тонкую ткань, это пьянило сильнее самого крепкого вина.

Кай углубил поцелуй, чувствуя, как она выдыхает ему в губы что-то похожее на всхлип. Ему понравилось. Боги, ему безумно понравилось.

И именно эта мысль ударила наотмашь, отрезвляя лучше ледяной воды.

Запах.

Через несколько часов проснется Академия. Студенты. Преподаватели. Их друзья. Все, у кого есть нос, все, кто обладает хоть каплей магии, поймут. Его запах на ней.

Запах принца Солнечного Королевства на принцессе Королевства Звезд.

Катастрофа. Политическая, дипломатическая, личная катастрофа.

Кай резко отстранился, делая шаг назад. Он тяжело дышал, грудь вздымалась, сердце колотилось где-то в горле. Айлин стояла перед ним, раскрасневшаяся, с чуть припухшими губами и абсолютно счастливым выражением лица.

— Ты с ума сошла? — выдохнул Кай. Голос сорвался на хрип. — Совсем с ума сошла?!

Айлин широко улыбнулась.

— Сошла бы, если бы не сделала этого, — заявила она тоном, не терпящим возражений.

— Что ты натворила?! — Кай запустил обе руки в волосы, сжимая их у корней. Он готов был закричать или засмеяться, или поцеловать ее снова. — Ты понимаешь, что теперь будет? Мой запах! Твой отец! Мой отец! Совет! Боги, Айлин!

— Я тебе не нравлюсь? — спросила она. И в ее голосе прозвучало незамутненное удивление. Она действительно не понимала реакции Кая.

— Что? — Кай уставился на нее сквозь пальцы. — При чем здесь это?!

— При том. Я спросила: я тебе не нравлюсь? — она сложила руки на груди и ждала ответа.

— Мне никто не нравится! — выпалил Кай. — Я вообще ни с кем не собираюсь... У меня нет времени на это! На вас на всех!

— Ладно, — спокойно ответила Айлин.

— Просто ладно? — Кай опустил руки, нахмурившись. — Что значит это твое ладно?

— На вопрос, нравлюсь ли я тебе, ты ответил, что тебе никто не нравится, — Айлин шагнула к нему. Один шаг, сокращающий расстояние, от которого Кай пытался сбежать. — Но я чувствовала твой ответ, Кай. Я чувствовала каждую секунду этого поцелуя. Могу поспорить на что угодно, ты хотел этого так же сильно, как и я. А может, и сильнее.

— Что за чушь... — начал Кай, делая шаг назад.

— Не отступай, — перебила она. — Не надо. Только не от меня.

Кай замер. Она стояла так близко, что он чувствовал тепло ее тела. Ее глаза, фиолетовые, глубокие, с манящими крапинками, смотрели без страха и смущения.

— Думаешь, раз ты принцесса, тебе все должны? — огрызнулся он, пытаясь спрятаться за грубостью.

— Я принцесса. И нет, я не думаю, что мне все должны, — она ткнула его пальцем в грудь. — Но я точно знаю, что ты должен мне нормальный первый поцелуй. Не этот, украденный на бегу, посреди кристального парка, когда я не в своем лучшем наряде. Настоящий поцелуй.

Кай моргнул. Потом еще раз.

— Ты... Ты серьезно сейчас?

— Абсолютно.

Вдруг она заметила, что он стоит в одной рубашке, совершенно не подходящей для осеннего утра. Его руки были холодными, когда он касался ее.

— Боги, ты замерзнешь! — воскликнула она. — Идиот! Где твой плащ? Где пальто? Ты вообще думаешь головой?

— Я? Я идиот? — Кай даже растерялся от такой смены темы.

— Пошли, — она схватила его за рукав.

— Куда?

— В мою комнату. Согреваться, — сказала Айлин, и на ее губах расцвела опасная ухмылка. — Я с тобой еще не закончила.

Глаза Кая расширились.

— В твою... что?

— Комнату. Я покажу дорогу, если забыл.

— Я знаю, где твоя комната! — возмутился Кай. — Но я туда не пойду!

— Почему? Боишься?

— Я ничего не боюсь!

— Тогда пошли.

Она потащила его за собой, и Кай, сам не понимая как, пошел. Ноги словно перестали ему подчиняться.

— Ты хоть понимаешь, что теперь будет? — зашипел он, догоняя ее. — Что уже есть?!

— Очень даже понимаю, — беззаботно отозвалась Айлин, цокая каблучками по камню.

— Я не хочу умирать от рук моего или твоего отца! — Кай схватил ее за локоть, разворачивая к себе. — Я серьезно, Айлин! Твой папаша — фэйри с тяжелым характером и очень острым мечом!

— Мой папаша обожает любых свободных принцев, — отмахнулась она.

— Обожает как союзников, а не как... — Кай запнулся.