Сердце для «железного человека»

- Я же не на охоту! – возмутилась я.

- Как знать как знать! – подмигнула девушка, сидящая на подоконнике.

Она последнее время все чаще намекала на какие-то амурные стороны жизни. Но сама не спешила в какие-либо отношения. Тогда зачем меня старательно толкала, я не понимала!

- Маш! – осекла ее.

- Не Машкай! Говори, что должна! Ну!

- К черту!

- Вот и правильно! Туда меня, но только с тобой! – подмигнула мне подруга и обняла, — Ты справишься. Слышишь! – прошептала она мне на ухо.

И я будто дома оказалась. Моя мама всегда так делала, когда я была в нерешительности или тоске. Она веселила меня, потом обнимала и шептала о том, что я обязательно смогу, сумею, справлюсь. Окрыленная я вошла в аудиторию. Рассказала доклад. И на удивление, довольно бойко отвечала на вопросы. И с каждым ответом, я становилась напористее, увереннее в себе, даже где-то дерзкой. Я почувствовала азарт. Именно это чувство пришло на смену страху. И я получала удовольствие от происходящего. Первый блин и он не был комом. Я получила опыт, который окрылил меня, утвердил в правильности, принятого решения. Я чувствовала, что все как надо.

Когда поток нескончаемых вопросов прервал мой научный руководитель, я вздохнула с гордостью и ушла из аудитории. Сказать, что я летела на крыльях, ничего не сказать. Я почти не замечала ничего вокруг. И какого же было моё удивление, когда у окна, где должна была меня ждать Машка, со свирепым лицом и башенными глазами стоял тот самый «Железный человек». Я застыла, не доходя до цели. Моё тело перестало слушаться. Все мысли улетучились. Я смотрела молча на него, он на меня. Сердце бешено застучало в груди. Взгляд приковался сам собой к его лицу. Молчание. Точнее странное чувство тишины вокруг, будто я оглохла.

Тут я почувствовала, что кто-то меня дергает за руку.

- Сенька! Сенька! – будто вырывая меня из небытия, тараторила Машка.

Посмотрела на нее, слабо соображая, что происходит. А она взглядом показала куда-то дальше.

- Вы поразили меня, Есения, — передо мной стоял декан, а у него за спиной научный руководитель, — Конечно я доверяю Александру Савельевичу! Но вы, действительно, ценный студент и, возможно, будущее науки!

- Спасибо, — прошептала я, просто не знаю, что ответить. Мысли еще плохо слушались.

- Отдыхайте! – обратился ко мне Александр Савельевич.

Мотнула головой и оглянулась на мужчину. Назвать этого странного студента парнем, просто не поворачивался язык. У окна уже никого не было. И если бы не округлившиеся глаза Машки, то можно было подумать, что он мне просто померещился. Но это было не так. Вот это случайность!

«Железный человек»

Еще на подходе к актовому залу, где проходила конференция, мой слух уловил раздражающее дребезжание какой-то детской мелодии. Видимо инстинктивно, напрягся. Потому что все, что касалось детства, детей и родителей во мне вызывало неконтролируемый приступ ярости. Прислушался. Песня неслась от окна! И явно была результатом составления из кусков разных песен:

«Маму очень я люблю
С нею песенку пою
Маму очень я люблю
С нею песенку пою….

И лучик солнышка ловить

Нельзя без мам на свете жить»

Уставился на источник звука. Рыжая зараза, обладательница писклявого голоса поймала мой взгляд, но даже не шелохнулась, чтобы выключить эту убогую мелодию звонка.

- Выключи, — прохрипел зло я, почти в лицо девчонки.

- Это не моё! – подняв подбородок, дерзко, совсем другим голосом, не таким как я запомнил в первую нашу встречу, произнесла она.

- Я сказал, выключи! – еще жестче произнес, голосом, которому даже взрослые мужики не смели перечить.

- Это Сенин телефон. Я к ней в сумку не полезу, — в тон мне жестко, выдала пигалица.

- Где она? – не сбавляя оборотов, поинтересовался у подружки лупоглазой слезомойки.

- Выступает с докладом. Скоро выйдет. Не нравится, иди своей дорогой. Кто заставляет слушать? – сказала очевидные вещи и спрыгнула с подоконника.

Отвернулся от нее, стараясь успокоится. Но вместо этого наткнулся взглядом на хозяйку телефона. Которой только что, очень настойчиво, звонила родительница. Она, как и в прошлый раз, встретившись со мной взглядом, сильно напугалась. Глаза, что сказать по-честному, и так были внушительных размеров, расширились просто до невероятного. Девушка застыла. Будто она моль на потолке, а у меня в руках тапок. Такую реакцию на себя списал на то, что я был сам в ярости. А со слов моего близкого окружения – это зрелище не для слабонервных.

Откуда-то в поле моего зрения опять появилась рыжая засранка и стала теребить застывшую девушку.

- Есения! – услышал знакомое имя.

На него отреагировала испуганная моль.

«Значит это ты подающая надежды в науке первокурсница? Ну посмотрим, о науке ли ты будешь думать через год. А точнее о той ли науке? » - зазвенела злая мысль в мозгу, еще больше натягивая и без того звеневшие от напряжения нервы.

Девчонки отвлеклись на декана. А я направился к машине. Ни про какие лекция в тот момент я не вспомнил. Просто не мог. Потому что срочно нужно было потушить вулкан, проснувшийся внутри. Иначе я уже буду не «Железным человеком», а разбушевавшимся монстром.

Как дошел до машины не знаю. Ноги сами несли меня подальше от людей. Захлопнул дверь и уронил голову на руль. А сам проваливаясь в детские воспоминания:

«Я тогда бежал домой. Первый класс не стал для меня особым периодом в моей жизни. Я ходил в школу нехотя. Потому что вопреки маминым словам: «Сынок, просто дети еще маленькие, они повзрослеют в школе, и поймут, что обзываться плохо. Главное не принимай близко к сердцу» - говорила она мне в детском саду, когда дети дразнили меня «черножопым». Дети не повзрослели. Наоборот, стали изобретательнее и злее. Но не это в тот день гнало меня домой. А то настроение, с которым мать провожала меня в школу. Я знал все ее повадки наизусть. Но уговаривал себя, что в этот раз, возможно, ошибся. Я был ребенком. Дети верят в чудеса.

Но чуда не случилось. Когда я влетел на кухню, то ожидаемо, оказался там не один.

- О, ученик! – ухмыляясь проговорил мужчина невысокого роста и, явно, нерусской наружности.

Он осмотрел меня сканирующим взглядом. И поймал мой взгляд на своем пахе.

- Секи суть! Ешь хаш, отращивай хрящ! – гордо проговорил он и поправил то, что еще не опало, но явно хорошо сдабривалось когда-то хашем, - Ты уже большой пацан, слушай сюда! Дам тебе совет, который поможет тебе в жизни. Главное, что тебе надо отрастить, натренировать, и холить и лелеять – это хрящ. Если он будет в норме, то и ты будешь в шоколаде. – похлопал меня по плечу и ухмыльнулся.

- Петька? – послышался удивленный голос матери!

Интересно что ее удивляло? То, что я пришел рано или то, что я вообще пришел. Может она надеялась, что я заплутаю где-то по дороге домой и не дойду?

- Слушай! Я очень хочу, чтобы ты жил в полной семье. Я ищу тебе отца. Того, кто будет поддерживать тебя, наставлять! – запела песню, завязшую в моих ушах.

- Я хочу просто жить спокойно! Мне не нужны ничьи наставления! – закричал тогда я.

- Не ори на мать! – вклинился новый хахаль и отвесил мне звонкую оплеуху, — Ты, действительно, нуждаешься в твердой мужской руке, раз позволяешь себе такое! Как ты можешь, повышать на нее голос? Она тебя родила, кормит, поит, учит. А ты? – назидательно закудахтал мужик.

А я смотрел, оглохший от случившегося, на свою мать и ждал ее реакции. И просто не поверил своим глазам, когда вместо того, чтобы вступиться за меня, она начала плакать и причитать, что упускает меня. Что мальчику нужен отец. И кинулась на грудь того мужика».

Передернул плечами, возвращаясь в реальность. Оказалось, это не от внутренней боли, а от внешнего холода. На улице был ноябрь. Машина остыла за то время, что простояла на парковке перед универом, а я, когда сел, забыл ее завести.

Растер лицо руками, окончательно приходя в себя.

- Мне не нужен был отец! Мне бы хватило одной матери! Но, видимо, и этого для меня было слишком много! – прохрипел я и вырулил со стоянки в сторону спортивного зала.

Скоро должен был состояться бой! Мне было нужно ярость направить в правильное русло. «Все что происходит, все к лучшему?». Да. Но только в том случае, если ты обращаешь все во благо себе. И эту энергию, что бурлила во мне негативом, я совершенно точно знал, как направить мне во благо. Тренировка обещала быть горячей.

Глава 4

Есения

- Маша, что это было? – произнесла, запыхавшись, я через несколько минут после того, как мы смогли остановиться с подругой, убегая от Железного человека.

- Не знаю, Сеня, но это что-то мне нравится все меньше и меньше! Принесла его нелегкая! И как кинется на меня!

- Маш, он тебя стукнул? – впала в шок, переживая за подругу.

- Да, прямо, сейчас! Как бы не так. Нет, просто как заорет: «Выключи звук», — с гротеском выдала девушка.

- А ты?

- А я сказала, что по чужим сумкам не лазаю и ушла.

- Странный! – констатировала я.

- «Страшный», ты хотела сказать это слово? – перебила меня Машка.

Пожала плечами. «Если посмотреть на ситуацию со стороны то, что он сделал такого плохого? Никого не стукнул, не обидел, даже не обозвал. Просто смотрит странно! С кем не бывает? » - подумала про себя я.

- Сень, давай провожу! – на остановке мне предложила Маша.

- Ты и так задержалась из-за конференции. Иди по своим делам! Я доеду домой, — успокоила подругу и помахала ей рукой.

За Машкой приехал отец, они с родителями должны были пойти куда-то. И он ждал, когда дочь освободиться. Провожая машину, которая увозила подругу, чуть-чуть заволновалась. Но потом старательно отогнала все дурные мысли.

Домой тогда добралась быстро. Из-за пережитых эмоций были очень странные ощущения и самочувствие. Делать что-либо не хотела. Просто слонялась по квартире. Пока не набрела на большое зеркало. У него остановилась. Отражение в нем ничем меня не удивило. Эту девушку я вижу каждый раз, проходя мимо или специально подходя, к блестящим поверхностям. Вот уже скоро девятнадцать лет, как по утрам и вечерам я прихорашиваюсь, всматриваюсь в отражение, и не замечаю ничего выдающегося. Сегодня было все, как всегда. Худенькая девушка с темными длинными волосами, убранными в хвост, но при этом светлыми большими глазами, в обычной домашней одежде, с обычным вторым размером груди стояла и вглядывалась в отражение.

- Ничего примечательного! – констатировала я, — Нечем гордиться, Сенька, и переживать не за что! Это просто совпадение. Ничего никому от тебя не надо. Ну кроме тех парней из свиты «королей». Да и тем, только поржать.

Это разглядывание себя в отражении немного успокоило меня. Я переключилась на домашние дела, раньше легла спать и вообще постаралась забыть этот инцидент.

Но у судьбы, видимо, были другие планы.

«Железный человек»

Меня напрягали встречи с Есенией. То, как она застывала, когда видела меня, было странным. Но потом я поймал себя на мысли, что ищу этих встреч. Долго придумывал для себя обоснования своим поступкам. И нашел. Мне нравится ее реакция. Нравится всматриваться в изумленный, испуганный взгляд. Я знал, что меня многие боятся. Даже те, кто не знает почему, все равно это делают инстинктивно. А тут… Я видел страх перед собой без прикрас.

Идя как-то вечером по коридору, услышал знакомые всхлипы. Инстинктивно направился туда, ожидая привычной реакции девушки. Я уже был в предвкушении распахнутых глаз, округленных губ, испуга в чистом виде. Я как вампир шел на зов крови, на зов чистых, ничем не подменяемых, эмоций. Я точно знал, где их могу получить, и шел за ними. Всхлипы становились слышнее, а мой шаг увереннее и быстрее.

В коридоре было темно. Встал прислушиваясь. И всхлипы затихли. Насторожился. Я был уверен, что мне не показалось. Что она где-то рядом. Я не знал, как это объяснить, но просто знал и все.

- Выходи, — грозно пророкотал я, сильно раздражаясь той ситуации, которая казалась мне абсурдной, но и по-другому поступать у меня не получалось.

В ответ было молчание и тишина. Стал вглядываться в темноту.

- Я знаю, что ты здесь. Прекрати скулить и выходи!

Опять молчание и тишина.

Когда апогей гнева достиг максимума, я, наконец, сообразил.

- Ай, — вскрикнула девушка, зажмуриваясь от яркого света.

После того, как я дошел до стены, на которой находились выключатели освещения, у Есении просто не было шансов остаться незамеченной. От яркого света девушка зажмурилась. А я остолбенел. В углу сидела полуголая Сеня. По-другому это и назвать было сложно.

Есения

Наши пути с Железным человеком то и дело пересекались. Моя реакция становилась рефлексом и начинала злить. Тут еще стало понятно зачем меня включили в концертную программу. Все было до идиотизма просто – им нужно было заполнить чем-то перерывы, нужен был, как это называют, «воздух» в сценарии, чтобы переодеться, сменить декорации. И уже вместо одного произведения, я играла все, что могла вспомнить из школьной программы. Мной заполнили все паузы, заминки и прочие недочеты программы.

Я очень злилась. Прежде всего на себя. Потому что понимала, вся проблема в моей излишней не конфликтности. Но сделать ничего не могла. А тут еще Артур Владленович:

- Есения! Вы режете меня без ножа! Кого я найду! Вы тянули с ответом, а теперь отказываете мне? - причитал преподаватель.

И что сделала я? Правильно, согласилась на его предложение. И вот теперь сидела и плакала в углу темного коридора, потому что не знала, как выйти в таком виде на люди! Костюм черлидинга оказался настолько минималистичным, настолько открытым, что я просто не могла это назвать костюмом. Это был купальник с рюшками. В таком сраме я вернуться в спорт зал на тренировку не могла. Вот и рыдала от безысходности. И занималась бы я этим долго в темноте коридора, если бы не увидела тень. Судя по очертаниям, походке и моему затаившемуся дыханию, это был Он. Сама не заметила, как перестала плакать и превратилась в слух. Зрение в такой темноте мало помогало. А после того как он заорал, думала, и слух станет барахлить.

Выходить я, естественно, не собиралась, тем более в таком виде. Поэтому максимально затихла. От слез и всхлипов не осталось и следа. Только вот и Железный человек в салочки играть не собирался. Просто включил свет. И я, вместо того, чтобы выпучить глаза, в этот раз, зажмурила их. А вот он… Мужчина, явно впечетлился тем, что увидел. Теперь его глаза походили на два кофейных блюдца. Даже смешно стало. Вот как быстро у нас роди поменялись. Только радовалась я недолго. В отличие от меня, Железный человек быстро взял себя в руки и сориентировался. На его лице тут же появилась его привычная царственная невозмутимость. Только по чуть более активно двигающимся крыльям носа было понятно, что у него что-то не так как всегда.

- Это что вообще такое? – зарычал он, все-таки окончательно придя в себя.

Не стала отвечать. Я ему кто? Чтобы отчитываться?

- Ты чего рыдаешь? Тебя кто-то обидел? – осмотрел меня презрительным взглядом, от которого невольно поежилась.

Опять промолчала.

- Вот ты где! – спасительный голос прозвучал с другого конца коридора, — ты чего здесь сидишь? Вся команда ждет тебя! Ну-ка! Смотри-ка, форма села как влитая! Даже переделывать не придется! Вот у меня глаз-алмаз! – радовался Артур Владленович, — Так, а чего глаза красные и нос распух? – подойдя ближе, заметил преподаватель, — Это вы ее обидели? – в голосе засквозили железные нотки, ничуть не уступающие тем, что только что прогрохотали в исполнении Железного человека, — Стыдно, молодой человек, обижать девушек. Тем более таких светлых, чистых, добрых и отзывчивых, как Есения, — мужчина протянул мне руку, я подала в ответ, и он помог мне встать с окна, — а еще она в нашей команде черлидинга будет выступать, и тогда вообще, локти кусать будете, что упустили свое счастье.

- Артур Владленович, — хотела возразить я, остановив мужчину, чьи мысли, явно уносило не в ту сторону.

- Все, Есения, пошли в зал.

- Я не пойду. В таком виде, я просто не сдвинусь в места. Артур Вадленович, что хотите, делайте, чем хотите, запугивайте, просите, но так, — продемонстрировала свой внешний вид, — я на люди не покажусь.

- Бог с тобой! Милочка. Да ты выглядишь просто сногсшибательно! – удивился мужчина.

Железный человек все это время молчал, сложив руки на груди и наблюдал за происходящим.

- Это слишком сшибает с ног. Я просто не могу устоять. И передвигать ими не могу в таком наряде. Я на пляж приличнее хожу. А уж скакать так я точно не намерена, — не дожидаясь ответа, развернулась на пятках и побежала в сторону зала, но не для того, чтобы влиться в команду девочек, а для того, чтобы скорее это все снять и пойти домой.

«Железный человек»

Смотря вслед Есении я почему-то ликовал. Мне не нравилось то, что я слишком много внимания уделяю этой пигалице. Но… Видеть ее в таком виде я категорически был не согласен. Точнее не так, честнее, знать, что кто-то еще видит ее в таком виде. Выдохнул и пошел в сторону выхода.

До машины дошел быстро. Из головы никак не исчезал образ Есении в этом идиотском наряде. Я насмотрелся на женщин в разных нарядах. Видел и в таких, по сравнению с которыми, тот наряд, что сегодня был на Есении, просто монашеская роба. Но… Именно с Сеней этот образ никак не вязался. Он выглядел нелепо, чужеродно.

- Да, чтоб тебя! – мотнул головой, пытаясь переключить мысли, — Выкинули, забыли! – дал себе установку и направился в клуб.

Как и всегда, в моем клубе было многолюдно. Охрана сообщила, что в ВИП-кабинке находится мой друг Славка. Несмотря на то, что мне двадцать один год, а ему почти тридцать, наши отношения были именно дружескими. Вячеслав был спокойным, взвешенным человеком. И мы понимали друг друга почти с полуслова. Можно сказать, он был мне как старший брат.

- Привет, Железяка! – поздоровался со мной гость моего заведения, как только я переступил порог кабинки.

- Здорово! Какими судьбами? Добряк!

- Решил проведать друга! Ты совсем загнал себя. К бою готовишься? – серьезно поинтересовался друг.

Слава знал обо мне все. Мы познакомились с ним на боях без правил. Я в то время только начинал карьеру, а он уже заканчивал. Он дал мне много дельных советов, помог зарекомендовать себя, познакомил с нужными людьми. Он в отличие от меня занимался этим не из-за денег, а просто ради протеста. Золотая молодежь, которой все не живется спокойно. Поэтому не сильно вкладывался и быстро завершил карьеру.

- Брат, я не понимаю, зачем тебе это? Ты уже хорошо поднялся. Тебе даже двадцати двух лет нет, а уже имеешь столько, сколько другие за всю жизнь не имеют. Остановись! – оседлал любимый, в последнее время, конек друг.

- Это ты Добряк. И занимался этим по приколу. А я… Для меня это жизнь. Часть моей души!

- Да-да, помню, черной души! - усмехнулся друг, и не стал продолжать начатое.

Он уже хорошо знал, что ни к чему хорошему этот разговор не приведет.

- Я сегодня заметил новеньких девочек у тебя в клубе. Ты не хочешь спустить пар? – перевел тему разговора гость.

- Если только среди них есть девушка с большими выразительными глазами! – брякнул, не подумав, я.

Образ Есении в этом долбаном костюме черлидинга никак не выходил из головы. И мне нужно было развеяться. Друг со своим предложением был как нельзя вовремя.

- Та-а-ак, - заржал Славка, — это с каких пор ты интересуешься не размером груди, а размером глаз?

- С таких! – разозлился, не знаю на кого я.

- Очень интересно, а не любовь ли посетила нашего Железного человека! ? – оживился Добряк.

Рассмеялся в ответ.

- Зря смеешься. Никто не застрахован. Нет, не так. Все мы там будем! Так что не зарекайся! Рано или поздно каждый будет пронзен стрелой Амура.

- Ты уже что-то выпил? – съязвил я, — Уж больно ты весело рассказываешь о печальных вещах. Какая любовь?

- Большая! Сильная! – ерничал он, — Вот увидишь, настигнет обязательно.

- Ты так говоришь, будто сам ее ждешь! – удивился переменам, которые случились с другом.

- Ты, знаешь, видимо старею, а может, умнею, но стал задумываться. Если она неизбежна и все равно придет, то лучше пусть в молодости! – серьезно заявил Славка.

- Почему? – ошарашено спросил я, не веря собственным ушам.

- Сам подумай. Вот влюбишься ты в пятьдесят, и душа навылет, и готов на подвиги… Да только подвиги уже не те. И будет у тебя одно разочарование, а не любовь! Так сказать: «Висит груша нельзя скушать» или «Видит око, да зуб неймёт»

- Вот это тебя накрыло! Ты бы сходил к кому, поговорил, может это уже кризис среднего возраста, когда сам добровольно кабалу и страдания ищешь! – посоветовал другу.

- Молодой ты просто, но ничего, я уверен, что скоро я увижу, как ты меняешь свое мнение! – лукаво подмигнул мне Славка.

Не стал спорить с ним, но на всякий случай, ушел работать. Не специалист я в делах амурных, да и вообще, разбираться в подобных вещах мне дико.

Надо было о делах подумать и о предстоящем бое. Там противник был дерзкий, гонористый. Предстояла самая настоящая битва.

Есения

После встречи с Железным человеком в костюме черлидинга, я всячески его избегала. Не появлялась больше в том крыле, где проходили занятия у старшекурсников. Не задерживалась в коридорах. Да, вообще в университете старалась не слоняться без дела. И благо дела находились и помимо учебы.

Но однажды мне все-таки пришлось задержаться чуть дольше обычного. И так как в ноябре темнеет рано, то Машка тоже осталась со мной. Таким образом возвращались через темный университетский сквер мы вдвоем. Сразу за сквером была парковка, где студенты и преподаватели оставляли машины, а если идти наискосок, то можно было добраться до остановки, где проходит маршрут троллейбуса, очень удачно идущего до меня.

Машка в тот вечер решила заночевать у меня. Мы выбирали фильм, который будем смотреть сразу, как доберемся до дома и поедим. А может, пришла к нам в голову одновременно мысль, будем есть и смотреть это самый фильм. И уже почти дойдя до середины парка, я увидела какое-то мельтешение на другом конце тропинки. И мне показалось, будто какая-то человеческая фигура упала впереди.

- Маш, смотри! Там кто-то лежит! – прошептала я подруге.

- Сенька, побежали скорее, — проговорила подруга и потянула меня в сторону остановки.

- Ты чего? А вдруг там кому-то плохо! – запротестовала я.

- Сеня, мы две хрупкие девушки, ну сама подумай, кого мы можем спасти? Это нам самим спасаться надо! – строго сказала Машка.

- Ты как хочешь! А я посмотрю! Как спать спокойно, если буду думать, что оставила кого-то умирать?

- Сень, ты драматизируешь! – недовольно засопела попутчица, нехотя перебирая ногами вслед за мной.

Очень осторожно, нерешительно я шла к тому месту, где лежал человек без движения и каких-либо признаков жизни.

- Эй, вы живы! – еще не дойдя, решила поинтересоваться у лежащего.

Но ответа не последовало. Что удручало. Хоть какой-то звук, шевеление и то, зародили бы надежду, что человек скорее жив, чем мертв.

- Сеня, я боюсь мертвецов! – прошептала Машка и взяла меня за руку, уже почти дойдя до цели.

- Я тоже, — честно призналась и крепче сжала руку.

Так мы и дошли вместе, поддерживая друг друга. Когда я присмотрелась к тому, кто лежал на асфальтовой дорожке, то взвизгнула и отскочила.

- Сенька, не пугай! – ткнула меня в бок Маша, — Я сама от страха чуть рядом не легла. Кто там?

- Это, это… - заикаясь начала я, но подруга не дождалась ответа, заглянула сама.

- Вот это да! – вырвалось у нее.

- Маш, что делать? – спросила в растерянности я.

- Бежать! – сказала строго она.

- Мы не можем его бросить. Это не по-человечески. Мы единственные, кто хоть что-то знает.