Игры генерального

Вечером в воскресенье, когда Лена мыла посуду, а Маша засела в комнате, разглядывая свои заветные билеты, телефон Романа вибрировал.

Алина: "Скучаю..." — и следом добавила смайлик.

Ниже — фото. Её груди, голые, с лёгким румянцем, будто она только что вышла из душа. Роман почувствовал, как кровь ударила в виски. Он быстро свернул чат, зашёл в настройки и заблокировал номер. Затем переместил фото в скрытую папку, которую сам же создал неделю назад — "Работа".

"Это конец. Больше никаких игр", — сказал он себе.

Но утром, когда он вошел в офис, всё пошло наперекосяк.

Коридор казался ему длиннее обычного. Каждый взгляд коллег казался пронизывающим, каждый смех — намеком.

"Они знают. Они точно знают", — думал он, ускоряя шаг.

В кабинете на столе лежала записка, аккуратно сложенная треугольником.

"Роман Сергеевич, хочу повторить. Сегодня. Жду в переговорке во время обеда. Не заставляй меня ждать. А."

Он смял листок и сунул в карман.

"Чёрт! Чёрт! Чёрт!" — стучало у него в висках.

С одной стороны — Лена, которая наконец снова смотрела на него с теплотой. С другой — Алина, её горячий рот, её наглый взгляд… Она пробудила в нём бурю таких эмоций, каких скромный начальник отдела маркетинга не испытывал очень много лет. Просто дьяволица какая-то. Чертовка, каких не сыскать.

"Я не могу. Но... могу ли я отказаться?"

В голове будто боролись два голоса:

Дьявол: "Ты же начальник. Ты можешь позволить себе и то, и другое. Жена даже не узнает."

Бог: "Ты разрушаешь всё, что только начал чинить. Остановись, пока не поздно."

Роман схватился за голову.

В туалете он умылся ледяной водой, стараясь прийти в себя. Дверь внезапно распахнулась, и прежде чем он успел обернуться, в кабинку рядом втянули его за руку.

Алина.

— Ты проигнорировал моё сообщение, — прошептала она, прижимаясь к нему. Её пальцы уже расстегивали его ремень.

— Алина, нет... — он попытался отстраниться, но она прикусила его нижнюю губу.

— Врёшь. Ты хочешь.

За дверью раздались шаги. Голос директора:

— Да, эксперимент идёт по плану. Нет, они даже не догадываются.

Роман замер.

— Что за чёрт? — прошептала Алина, как в тут же секунду он прикрыл ладонью её рот.

Директор продолжал:

— Калинин уже под полным контролем. Обе женщины работают идеально. Через неделю будем готовы к финальной стадии.

Разговаривал по телефону. Что-то невнятно промычал, пробурчал, после чего послышался звук воды из умывальника. Вскоре шаги удалились.

Алина выпучила глаза:

— Что это было?!

Роман вырвался, его лицо побелело.

— Я... не знаю.

— Ты слышал? "Обе женщины". Это про нас?

— Молчи, — резко сказал он. — Ни слова никому.

Она схватила его за запястье:

— Тогда встретимся в переговорке. Как договаривались.

— Нет! Я не могу. Это не хорошо.

— Или я расскажу всем, как начальник отдела маркетинга трахает подчинённых в служебном туалете, — её глаза сверкнули.

Роман стиснул зубы.

— Хорошо. Но только поговорить.

Она усмехнулась, провела пальцем по его губам и выскользнула из кабинки.

Роман остался один, с трясущимися руками и страшной догадкой:

"Что, если всё это — часть какого-то эксперимента?"

Но бежать было уже поздно.

10 глава. Падение в бездну

Глава 10. Падение в бездну

Переговорная комната на 35 этаже была пустынной в этот обеденный час – длинный полированный стол, двенадцать одинаковых кресел, глухие жалюзи, сквозь которые пробивались тонкие полосы солнечного света.

Роман вошёл, ощущая, как его ладони становятся влажными, а сердце колотится так громко, что, казалось, его слышно через всю стеклянную стену. Алина уже ждала, полулёжа на столе, её ноги в чёрных кружевных чулках медленно покачивались в такт какой-то внутренней мелодии.

— Я начала думать, что ты не придёшь, — её голос звучал как шёпот змеи, обвивающей свою жертву.

Роман стоял у двери, не решаясь сделать шаг вперёд.

— Алина, мы должны поговорить. То, что я услышал в туалете...

Она соскользнула со стола, её каблуки глухо стукнули по паркету. В три шага она преодолела расстояние между ними, её пальцы впились в его галстук.

— Поговорим потом, — она дышала ему в губы, её аромат – смесь дорогих духов и чего-то запретного – ударил в голову.

Одним движением она повернула ключ в замке. Щёлк раздался оглушительно громко в тишине комнаты.

— Мы не должны... — начал Роман, но её рот уже прижался к его, горячий, требовательный. Её язык проник между его губ, а пальцы уже расстёгивали его ремень с проворностью, которая говорила о долгой практике.

— Ты хочешь этого, — прошептала она, отрываясь на секунду. — Я вижу, как ты смотришь на меня каждый день. Как твой член напрягается, когда я наклоняюсь за бумагами.

Роман хотел возразить, но его тело уже предало его – он был твёрд, как сталь, его кровь пульсировала в висках, а в ушах стоял гул.

Алина толкнула его в кресло, её пальцы уже скользили по его обнажённому животу.

— В прошлый раз я тебе дала, — её голос стал низким, хриплым. — Теперь ты мне.

Она расстегнула блузку – никакого бюстгальтера, только её груди, полные, с тёмно-розовыми сосками, уже твёрдыми от возбуждения.

— Трогай, — приказала она, садясь ему на колени.

Его руки, будто против его воли, обхватили её груди, большие пальцы провели по соскам. Алина застонала, её голова запрокинулась назад, обнажив длинную шею.

— Да... вот так... — она начала двигаться на нём, её бёдра тёрлись о его напряжённый член через тонкую ткань брюк.

Роман забыл обо всём – о жене, о директоре, о странном разговоре в туалете. Мир сузился до этой женщины, до её горячего тела, до её рук, которые сейчас расстёгивали его брюки.

— Я хочу почувствовать тебя во рту ещё раз, — прошептала она, опускаясь перед ним на колени.

Её губы обхватили его член, и он вскрикнул, впившись пальцами в подлокотники кресла. Она работала ртом с мастерством, которое заставило его закрыть глаза — вверх-вниз, её язык играл с головкой, её пальцы сжимали яйца.

— Алина... я не... — он пытался говорить, но её рот не отпускал его.

Внезапно она остановилась, поднялась и повернулась к нему спиной.

— Сними с меня юбку, — приказала она.

Роман дрожащими руками расстегнул пуговицу, молния сошла с шипящим звуком. Нижнего белья не было – только её упругая попа, уже влажная от возбуждения.

— Теперь войди в меня, — она обернулась, её глаза горели. — Сейчас.

Он поднялся, его руки обхватили её бёдра, и через секунду он был внутри. Алина вскрикнула, её ногти впились в полированную поверхность стола.

— Да... вот так... жёстче... — она поддавалась ему, её тело принимало каждый его толчок.

Роман забыл себя, забыл, где он находится, забыл всё, кроме этого момента. Его руки сжимали её груди, его губы прижались к её шее, он кусал её, оставляя красные следы.

Алина кричала, её голос становился всё громче, и вдруг – стук в дверь.

— Кто-то там есть? — раздался голос секретарши.

Они замерли, но не остановились. Алина сжала его внутри себя, её глаза смеялись.

— Продолжай, — прошептала она. — Пусть слышат.

Роман закрыл ей рот рукой, но его бёдра продолжали двигаться. Стук повторился, а затем шаги удалились.

Через несколько мощных толчков он кончил, впившись зубами в её плечо, чтобы заглушить стон. Алина дрожала под ним, её тело сжималось в волнах оргазма. Они рухнули на стол, дыша как загнанные звери.

— Боже... — прошептал Роман, глядя в потолок.

Алина повернулась к нему, её пальцы медленно водили по его груди.

— Ты представляешь, сколько девушек в этом офисе мечтают оказаться на моём месте? — её голос был сладким, как яд.

Роман резко сел.

— Что?

— О, не притворяйся, — она засмеялась, поправляя волосы. — Ты же видишь, как они на тебя смотрят. Марина из бухгалтерии, Катя из отдела кадров... даже эта скромница Оля из IT.

Роман почувствовал, как его кровь стынет в жилах.

— Ты... ты говорила с ними?

— Конечно, — она улыбнулась, как кошка, поймавшая мышь. — Мы же делимся всем, девчонки.

Он вскочил, торопливо застёгивая брюки. В голове снова звучали слова директора: "эксперимент", "обе женщины", "под полным контролем".

— Мне нужно идти, — резко сказал он.

Алина надула губы.

— Уже? А я думала, мы можем повторить...

— Нет! — его голос прозвучал резче, чем он планировал. — Это... это было ошибкой.

Она медленно подошла к нему, её голые груди всё ещё колыхались при каждом шаге.

— Ошибкой? — её голос стал холодным. — Ты кончил в меня два раза за неделю, и теперь это ошибка?

Роман отвернулся, не в силах выдержать её взгляд.

— Я... мне нужно разобраться с тем, что я услышал. Это важно.

Алина вдруг рассмеялась.

— Ладно, беги. Но знай – я не единственная, кто хочет кусочек начальника. И я не уверена, что буду их останавливать.

Она повернулась, демонстративно медленно одеваясь, давая ему полюбоваться каждым сантиметром своей кожи.

Роман вышел, чувствуя, как его мир рушится на части.

"Кто я? – думал он, идя по коридору. – Муж? Отец? Или просто подопытный кролик в чьей-то игре?"

Одно он знал точно – сегодня он пойдёт к психологам. И получит ответы. Даже если они уничтожат его.

11 глава. Игра в темноте

Глава 11. Игра в темноте

Роман стоял перед дверью кабинета Дьяволицы, его кулак замер в сантиметре от деревянной поверхности, дрожа от невысказанной ярости. Через тонкую перегородку доносились голоса — низкий мужской баритон и знакомый медовый тембр психолога. Он прислушался, но разобрать слова было невозможно.

"Кто этот человек? О чем они говорят? Может, он тоже часть эксперимента?"

Его рука сжалась в кулак, ногти впились в ладонь до боли. В голове пульсировала одна мысль: "Немедленно получить ответы".

Три резких стука в дверь прозвучали как выстрелы.

Голоса внутри замолчали. Через мгновение дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы показалось раздражённое лицо Дьяволицы. Её губы, подчёркнутые тёмно-бордовой помадой, сложились в холодную улыбку.

— Роман Сергеевич, — её голос звучал как шёлк, натянутый над лезвием, — у меня идёт сеанс.

— Мне нужно поговорить. Сейчас, — он попытался заглянуть за её плечо, но она ловко перекрыла обзор.

— Запишитесь на приём, как все цивилизованные люди.

— Вы не понимаете! Я слышал, как директор...

— Через сорок минут, — резко перебила она и захлопнула дверь перед его носом.

Роман отшатнулся, словно получив пощёчину. Кровь ударила в виски, в ушах зазвенело. Он сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь совладать с яростью, и опустился на кожаный диван в коридоре.

Минуты тянулись мучительно медленно. Каждый проходящий сотрудник казался ему подозрительным:

— Молодой стажёр из отдела рекламы бросил на него оценивающий взгляд — "Он знает о Алине?"
— Секретарша директора нарочито громко звонила кому-то — "Сообщает о моём присутствии?"
— Уборщица задержалась у соседней двери — "Подслушивает?"

Когда стрелка часов наконец доползла до назначенного времени, дверь кабинета открылась. На пороге появился высокий мужчина в дорогом костюме — тот самый, что видел Роман на корпоративе месяц назад. Вице-президент по развитию, кажется. Их взгляды встретились на мгновение, и в глазах незнакомца мелькнуло что-то... узнающее?

Не дожидаясь приглашения, Роман ворвался в кабинет, хлопнув дверью так, что с полки слетела небольшая статуэтка Бафомета.

— Кто этот человек? Что за эксперимент? Почему директор...

— Заткнись и сядь — Дьяволица указала на кресло длинным ногтем, покрытым чёрным лаком. Её сегодняшний наряд — облегающий кожаный комбинезон с глубоким вырезом — больше напоминал экипировку доминантки из элитного клуба, чем одежду психолога.

Она достала из мини-бара бутылку виски и два хрустальных бокала.

— Пьёшь?

— Я пришёл не для...

— Я сказала — пьёшь? — её голос приобрел металлические нотки.

Роман молча кивнул.

Она налила по три пальца золотистой жидкости, протянула один бокал ему, другой оставила себе. Выпила залпом, не моргнув.

— Теперь говори. Но по порядку.

Роман описал услышанный в туалете разговор, свои подозрения насчёт Алины, странное поведение коллег. Дьяволица слушала, медленно попивая вторую порцию виски, её глаза сузились до тонких щелочек.

— Интересная паранойя, — наконец произнесла она. — Но совершенно беспочвенная.

— Как это беспочвенна?! — он вскочил, расплескав напиток. — Я же слышал...

— Ты слышал обрывок фразы, истерик, — она резко встала. — Директор обсуждал новый HR-проект по оценке персонала. Я в нём участвую как консультант. "Обе женщины" — это я и Богиня, если тебе так интересно.

Её пальцы вдруг вцепились в его волосы, резко запрокинув голову назад.

— А теперь слушай внимательно, мой маленький параноик. Твоя проблема не в каких-то мифических заговорах. Ты просто боишься признать, что наконец-то начал жить так, как всегда хотел.

Её губы приблизились к его уху, горячее дыхание обожгло кожу:

— Тебе нравится трахать молодых сотрудниц? Прекрасно. Ты начальник — это твоя привилегия. Хочешь сохранить семью? Мило. Играй в примерного мужа. Но хватит искать оправдания своей трусости в каких-то фантазиях.

Она отпустила его с таким толчком, что он едва не упал с кресла.

— Ты... ты не понимаешь, — прошептал он, чувствуя, как виски и её близость ударяют в голову. — Я должен знать правду.

Дьяволица рассмеялась — низко, гортанно, как femme fatale из старых нуаров.

— Правду? Хорошо. Вот твоя правда: директор действительно ставит эксперимент. Но не над тобой — над всем отделом. Проверка на стрессоустойчивость перед сделкой с немецкой компанией.

Она наклонилась, её декольте крикнуло перед его лицом:

— И если ты сейчас побежишь всем об этом рассказывать — потеряешь работу. Понял, гений?

Роман замер. Её слова звучали правдоподобно, но...

— Почему я должен тебе верить?

— Потому что, — она села ему на колени, обвивая руками шею, — если бы я действительно хотела тебя сломать... — её бедро нащупало что-то твёрдое, — ...ты бы уже лежал у моих ног.

Телефон на столе внезапно завибрировал. Сообщение от директора:

"Сегодня в 19:30 у меня. Кофе и ответы на вопросы. Не опаздывай."

Дьяволица скользнула с него, как змея:

— Кажется, твой выход.

Когда Роман шатаясь вышел в коридор, последнее, что он услышал перед тем, как дверь захлопнулась:

— И Роман... Алина сегодня выглядит особенно аппетитно. Может, стоит зайти к ней перед встречей с шефом?

Её смех преследовал его весь путь к лифту.

12 глава. Тени сомнений

Глава 12. Тени сомнений

Кабинет директора был погружен в мягкий полумрак – светились только настольная лампа с зелёным абажуром и огромный монитор, отбрасывающий голубоватое сияние на полированную столешницу. Директор, одетый в дорогой кашемировый джемпер вместо привычного костюма, помешивал ложечкой кофе в фарфоровой чашке с гербом компании.

— Роман, дружище, проходи! — его голос звучал непривычно тепло, словно они были старыми приятелями, а не начальником и подчинённым. — Как раз заварил свежий. Эфиопия Иргачеффе, помнишь, как ты любил этот сорт в прошлом году?

Роман медленно опустился в кожаное кресло напротив, ощущая, как холодный пот стекает по спине. На столе между ними стоял поднос с изысканными пирожными – макаруны, эклеры, мини-круассаны. Всё выглядело слишком... продуманным.

— Спасибо, — он взял предложенную чашку, стараясь не дрожать. Кофе действительно пах потрясающе – цветочные нотки, лёгкая кислинка.

— Ну что, как дела в отделе? — директор откинулся на спинку кресла, сложив руки на животе. — Говорят, Марина из бухгалтерии на прошлой неделе устроила скандал из-за премий?

Роман напрягся. Почему он спрашивает именно о Марине? Неужели Дьяволица говорила правду насчёт её интереса?

— Да ничего серьёзного, — он сделал глоток, чтобы выиграть время. — Обычные рабочие моменты. Она всегда эмоциональна перед квартальными отчётами.

Директор рассмеялся, его живот дрожал под тонкой тканью джемпера:

— Ха! Помню, как она в прошлом году швырнула калькулятором в Серегу из IT. Бедняга потом две недели ходил с синяком под глазом! — он вдруг подмигнул. — Хотя, если честно, я бы и сам не отказался от такого темпераментного обращения.

Роман почувствовал, как его лицо заливает краска. Что это было? Намек? Провокация?

— Да уж... — он неуверенно улыбнулся.

Наступила неловкая пауза. Директор взял эклер, аккуратно откусил половину, жевал, задумчиво глядя в окно, где уже зажигались вечерние огни города.

— Слушай, Роман, — наконец произнёс он, вытирая пальцы салфеткой. — Ты ведь не просто так просил встречи. Что-то беспокоит?

Сердце Романа заколотилось так сильно, что, казалось, его слышно по всему кабинету. Он поставил чашку на блюдце с лёгким дребезгом.

— Да нет, просто... хотел обсудить стратегию продвижения нового продукта.

— В восемь вечера? После рабочего дня? — директор поднял бровь. — Да ладно тебе, мы же с тобой не вчера познакомились. Говори прямо.

Роман почувствовал, как его ладони становятся влажными. Он вспомнил слова Дьяволицы: "Если расскажешь — потеряешь работу".

— Просто... — он сделал глубокий вдох, — мне кажется, в последнее время в коллективе какие-то странные настроения. Как будто все что-то знают, но не говорят.

Директор замер с кусочком макаруна на полпути ко рту. Его глаза сузились:

— Интересно. Например?

— Ну... — Роман почувствовал, как попадает в ловушку собственной паранойи. — Взгляды какие-то... разговоры замолкают, когда я вхожу в комнату...

Директор вдруг рассмеялся, хлопнув себя по колену:

— Боже, да ты просто не привык быть звездой отдела! После того как твоя последняя кампания принесла компании пятнадцать процентов прибыли, все смотрят на тебя как на гуру маркетинга!

Он налил себе ещё кофе, затем предложил Роману:

— Ещё чашечку?

— Нет, спасибо, — Роман покачал головой.

— Слушай, а кстати, как там твои сеансы с нашими психологами? — директор небрежно спросил, разглядывая свою чашку. — Помогают?

Роман почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

— Да... в общем, да. Разбираем рабочие моменты...

— Рабочие? — директор усмехнулся. — С такими-то женщинами? Да ты, я смотрю, железный человек! — он вдруг подмигнул. — Хотя поговаривают, что наша Дьяволица уже сломала не одну сотню таких "железных" мужчин.

Роман резко поднял глаза. Что он имел в виду?

— Я... не совсем понимаю...

— Да шучу я, шучу! — директор махнул рукой. — Хотя, если честно, когда подбирал персонал для этого проекта, специально искал самых... эм... нестандартных специалистов. Чтобы встряхнуть наш застоявшийся коллектив.

Он откинулся на спинку кресла, сложив руки за головой:

— Кстати, как тебе Алина из твоего отдела? Перспективная сотрудница, да?

Роман поперхнулся кофе.

— В каком... смысле?

— Ну, в профессиональном, конечно, — улыбка директора стала немного кривой. — Хотя, надо признать, девушка очень... харизматичная.

Он посмотрел на часы и вдруг резко поднялся:

— О, чёрт, я совсем забыл, что у меня через пятнадцать минут созвон с Берлином!

Роман вскочил, понимая, что его мягко выпроваживают.

— Конечно, не буду задерживать...

— Слушай, — директор вдруг положил руку ему на плечо, — если что-то действительно беспокоит — ты знаешь, где меня найти. А насчёт этих твоих... подозрений — расслабься. Компания ценит тебя, я ценю тебя. Всё в порядке.

Когда Роман вышел в коридор, его тело вдруг налилось свинцовой усталостью. Кабинет Дьяволицы был уже закрыт, свет в окне погашен.

Дорога домой заняла вечность. Метро было переполнено, но он этого почти не замечал. В голове крутился один вопрос: кто кому врёт? Дьяволица? Директор? Или он сам себе?

Квартира встретила его темнотой и тишиной — Лена и Маша уже спали. Он тихо прошёл в спальню, разделся в темноте и осторожно лёг рядом с женой.

— Ты вернулся... — прошептала Лена сквозь сон.

— Да... спи, дорогая.

Она повернулась к нему, положив руку на грудь. Через минуту её дыхание снова стало ровным.

Роман лежал, глядя в потолок. От весёлого, обновлённого главы семейства, каким он был всего несколько дней назад, не осталось и следа. Только тень сомнений, страха и усталости.

За окном проехала машина, и на мгновение комната озарилась красным светом — словно отблеск адского пламени. Или предупреждение.

13 глава. Игра в открытую

Глава 13. Игра в открытую

Утро началось с того, что Роман достал из шкафа тот самый костюм — тёмно-синий, с едва заметной полоской, сшитый на заказ в прошлом году и висевший без дела все эти месяцы. Ткань мягко облегала плечи, подчёркивая спортивную фигуру, которую он, вопреки возрасту, сумел сохранить. На запястье со щелчком застегнулись редкие швейцарские часы — подарок компании за пятилетнюю службу, которые он надевал лишь на ежегодные собрания акционеров.

— Ну что, — сказал он своему отражению в зеркале, поправляя узел галстука, — если это игра, то будем играть по-крупному.

Лена, проходившая мимо ванной с корзиной белья, остановилась как вкопанная:

— Ты... сегодня какой-то особенный, — в её голосе зазвучали нотки подозрения, смешанные с любопытством.

— Просто решил, что пора перестать быть серой мышью, — он повернулся к ней и неожиданно шлёпнул её по мягкому месту, как делал это в первые годы брака. — Как думаешь, коллеги оценят?

Лена вспыхнула, но в её глазах мелькнуло что-то давно забытое — искорка азарта.

— Только чтобы твои шкуры из отдела не слишком оценили, — пробормотала она, но без прежней горечи.

Дорога до работы прошла в непривычно приподнятом настроении. Он ловил на себе взгляды женщин в метро, намеренно задерживая глаза на особенно симпатичных, наслаждаясь их смущёнными улыбками.

Офисный холл встретил его гулкой тишиной — он намеренно пришёл на полчаса раньше обычного.

— Доброе утро, Роман Сергеевич! — просияла секретарша Катя, обычно ограничивавшаяся кивком. Её взгляд скользнул по его новому образу, задержавшись на часах. — Вы сегодня...

— Как первый день творения? — он широко улыбнулся, намеренно опустив взгляд на её декольте, которого раньше будто не замечал. — Спасибо, Катюш. Ты тоже сегодня особенно прекрасна.

Девушка зарделась до корней волос.

Первым делом он заглянул в кабинет Алины, нарочито громко постучав костяшками пальцев по дверному косяку.

— Ну что, красотка, как планы на сегодня? — он вошёл, не дожидаясь приглашения, и опустился на край её стола, нарушая все нормы субординации.

Алина подняла глаза от монитора, её брови поползли вверх.

— Роман Сергеевич, вы в порядке? — в её голосе звучало неподдельное изумление.