Коллекционер невест

Глава 11. Чужие родители

Глава 11. Чужие родители

Утро началось с тяжёлого молчания, которое висело между нами плотной завесой. Я проснулась от того, что Стас резко повернулся на кровати, отворачиваясь от меня. Его дыхание было слишком ровным для спящего человека. Наверняка притворялся. Я прикрыла глаза, притворяясь спящей, чувствуя, как он осторожно поднимается, стараясь не потревожить. Но в этом жесте не было прежней заботы, а только осторожность хищника, который боится спугнуть добычу.

— Ты уже проснулся? — прошептала, делая вид, что только что открыла глаза.

— Да, — ответил он, не оборачиваясь, натягивая халат. — У меня дела.

— В семь утра?

— В моём деле время не имеет значения.

Он вышел из спальни, не поцеловав меня, не сказав ни одного тёплого слова. Я осталась лежать, глядя в потолок, чувствуя, как тревога медленно заполняет всю меня. Это было больше, чем просто обида за вчерашний отказ. Что-то изменилось в его поведении, в том, как он смотрел на меня в последние дни, будто пытался разгадать загадку, которую я могла для него представлять.

Завтракали в тишине. Кухня, обычно наполненная утренней суетой, сегодня казалась пустынной и холодной. Стас сидел за столом, уткнувшись в телефон, изредка отпивая кофе. Я молча налила себе чай, наблюдая за ним через пар, поднимающийся из чашки.

— Ты сегодня какой-то... отстранённый, — начала я осторожно.

Он медленно поднял взгляд.

— Просто много работы.

— Ты даже не посмотрел на меня, когда я вошла.

— Я думал.

— О чём?

Он отложил телефон и вдруг, неожиданно, произнёс:

— Сегодня ты познакомишься с моими родителями.

Ложка в моей руке дрогнула, едва не упав в чашку.

— Я что? Так... внезапно?

— Они вернулись из-за границы. Хотят увидеть тебя до свадьбы.

Он смотрел на меня слишком пристально, будто ждал реакции.

— Конечно, — с трудом улыбнулась я, но внутри всё сжалось. Он проверяет меня.

— Они очень... старомодные, — добавил он, медленно обводя меня взглядом. — Любят, когда всё по правилам. Консерватизм.

— А я разве не следую правилам?

— Пока что — да.

В его голосе прозвучало что-то, от чего по спине побежал холодок.

Редакция казалась сегодня чужим местом. Почему-то я никак не могла сосредоточиться. Мысли крутились вокруг странного поведения Стаса. Но больше всего меня беспокоило другое: уже третий раз за утро я ловила на себе чужой взгляд.

Мужчина лет сорока, в строгом чёрном костюме, сидел у окна в дальнем углу зала, будто ожидая кого-то. Но всякий раз, когда я поднимала глаза, он тут же отводил взгляд, делая вид, что изучает документы.

— Лер, — тихо позвала подругу, — ты видела этого мужчину раньше?

Лера украдкой взглянула в его сторону.

— Нет. Может, новый клиент?

— Или частный детектив.

— Ты думаешь, Стас...?

— Я думаю, он не так глуп, как мне хотелось бы, — прошептала тихо.

Если он нанял слежку, то значит, он действительно что-то заподозрил.

В середине дня пришло сообщение с адресом дома Воронцовых, на который следовало отправиться аккурат после работы. Это ещё больше усилило мои волнения, а также домыслы по поводу того, не нанял ли мой жених таких же актёров, что и я. Именно эти мысли будоражили меня больше всего.

Адрес привёл мой BMW в закрытый посёлок за городом. Это было место, где жили те, кто предпочитал не только богатство, но и абсолютную недосягаемость. Высокие ворота, камеры, безмолвные охранники — всё это выглядело как декорации к фильму про власть и деньги.

Я нервно провела рукой по платью, проверяя, не сбился ли макияж. Если это актёры, я точно пойму. Во всяком случае, должна. Но если нет...

Дверь открыла женщина с идеальной укладкой пепельных волос и холодными, как лёд, голубыми глазами.

— Диана? Наконец-то! Я — Марина Воронцова.

Голос звучал тепло, но в нём не было ни капли искренности.

— Очень приятно, — улыбнулась я, протягивая руку.

— Заходи, не стой на пороге. Стасик уже внутри.

Стасик. Я едва сдержала усмешку.

Гостиная была огромной, с высокими потолками и массивной люстрой, которая казалась позаимствованной из какого-нибудь дворца. За столом сидел мужчина, чьё лицо было словно высечено из того же камня, что и у Стаса — те же резкие скулы, тот же пронизывающий взгляд.

— Отец, — кивнул Стас.

— Владимир Воронцов, — представился мужчина, не вставая.

Я по-прежнему улыбалась, пожимая его руку, но мозг лихорадочно анализировал детали:

Итак, слишком похоже. Если это актёры, то их подбирали тщательнее, чем я могла себе представить. Вот тоже интересный момент. На столе стояла старая фотография, на которой маленький Стас с этими людьми. Подделка? Но бумага пожелтела, края потрёпаны... Стали бы они так сильно заморачиваться ради меня? Впрочем, я ведь могла быть не единственной, с кем проходит подобный «ритуал».

Ещё не могло привлечь внимание их поведение. Они называли его «Стасиком», что весьма забавно, упомянули детские истории, которые звучали слишком правдоподобно.

Но что-то во всём этом было не так.

— Диана, ты не ешь, — вдруг сказала «мать». — Мы же старались.

Я взглянула на тарелку. Изысканно сервированные закуски, которые она даже не тронула.

— Просто восхищаюсь сервировкой, — солгала, беря вилку.

Стас пристально наблюдал за мной. Ждал промаха.

После ужина «отец» увёл Стаса «обсудить бизнес», а «мать» предложила мне чай на террасе.

— Ты мне нравишься, — неожиданно сказала женщина, медленно помешивая сахар в чашке. — Но наш Стас... он особенный.

Её тон меня насторожил, хотя Марина держалась весьма непринуждённо.

— В каком смысле?

— Он не умеет любить.

Тут я почувствовала, как по спине побежали мурашки.

— Вы хотите сказать...

— Что ты уже ему неинтересна, — женщина улыбнулась, но в её глазах не было ни капли тепла. — Разве ты не видишь?

Мои пальцы самопроизвольно сжались вокруг чашки.

— Почему вы мне это говорите?

— Потому что ты не похожа на других. Ты... умнее.

Это была ловушка.

Или... предупреждение?

Перед уходом я неожиданно для всех попросила:

— Можно мне взглянуть на ваши семейные фото? Мне так интересно, каким Стас был в детстве.

«Мать» и «отец» переглянулись. Стас напрягся.

— Конечно, — наконец сказала Марина Воронцова. — Владимир, принеси альбом.

Когда тяжёлый, потрёпанный временем альбом оказался в моих руках, я вдруг почувствовала, как земля уходит из-под ног. На страницах были десятки фотографий — маленький Стас на руках у отца, Стас в школьной форме, Стас с родителями на море... Это не были подделки. Бумага пожелтела, углы потрёпаны от времени, а на некоторых снимках даже сохранились детские каракули.

Они настоящие!

Я с трудом подняла глаза и встретила взгляд Стаса. В его глазах читалось что-то новое, похожее на страх. Он боялся, чего-то определённо боялся. И теперь я знала наверняка — его родители не были актёрами. Наша с ним «игра» становилась всё опаснее.

Глава 12. Перечёркнутая страница

Глава 12. Перечёркнутая страница

Рулевая колонка BMW была холодной под моими пальцами, когда мы выезжали с территории родительского дома Стаса. Он неожиданно бросил ключи от своего Bentley мне на колени:

— Поезжай ты. Мне нравится смотреть, как ты управляешься с моими подарками.

Я сжала руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. Этот автомобиль, эти подарки — всё было частью нашей странной игры. Только я не могла понять, кто в ней теперь ведущий — я или он?