Измена. Жестокость предателя

Черный взгляд стал просто безумным, пугающим до дрожи и не предвещающим ничего хорошего.

Так за что? Карим! За что ты меня уничтожаешь?

Но я молчу. Сдержаваюсь.

Глубоко вдыхаю и разворачиваюсь.

Медленно. С высоко поднятой головой иду в свою спальню.

Перешагиваю через выбитую дверь. Бросаю взгляд на вываленные из шкафа в спешке вещи.

Тут же разворачиваюсь и выхожу.

На пороге комнаты сталкиваюсь с горничной Назимой.

Она опускает голову в знак уважения. Но по лихорадочно горящему взгляду понимаю, что ей меня не жаль. Наоборот, она в восторге от той некрасивой сцены, что видел весь дом.

Ну что ж, придется как-то с этим жить.

Я по характеру добрый и мягкий человек. Но бороться за себя я тоже умею. Иначе я бы просто не выжила с алкашем отцом и его новой женой.

Еще в детстве я поняла, что тихой быть хорошо. Но размазней быть - значит подписать себе смертный приговор.

- Постелите мне в гостевой спальне на третьем этаже, - сама не узнаю свой голос. Таким безжизненным и ровным он кажется.

- Карим Назирович не отдавал такого приказа... - лишь на мгновение Назима поднимает взгляд и я читаю в нем низменное удовлетворение.

Странно.

Я помню. Как пришла в этот дом. И помню Назиму в первые дни. Она была тихой и услужливой. В отличии от других слуг пыталась мне понравиться, быть везде первой, нужной.

Никогда я не замечала за ней аргессии или неповиновения.

Оказывается, она просто тщательно скрывала свои чувства ко мне.

Как и мой муж.

Видимо тоже скрывал.

Целовал меня и сдерживался. Обнимал, гладил, ласкал мое тело. А сам представлял кого-то еще...

Вспыхиваю...

Как еще объяснить перемену в нем?

- Такой приказ отдаю я, - отрезаю жестко. И у горничной глаза расширяются от удивления.

- Но Карим Назирович...

- Я такая же хозяйка этого дома, как Карим Назирович! Перечить мне будешь после того, как он соберет персонал и обхъявит, что меня больше слушатся не надо! Ясно? - рычу яростно.

А у самой внутри все сжимается и дрожит. Не удивлюсь, если уже завтра утром Карим так и сделает. Но пока я тут хозяйка. И пока я могу отдавать приказы.

В своей спальне я точно не остнусь. Тем более без двери!

Пока Назима кивает и что-то лепечет. Я возвращаюсь в комнату, выбираю в шкафу спортивные штаны и футболку. Потому что спать в шелковой ночнушке, которую подарил мне Карим, я не смогу. Да и не хочу!

Внутри от одного вида дорогого нижнего белья все переворачивается.

В самый последний момент, когда я уже собираю развернуться и выйти. Я замечаю в углу шкафа серую сумку со своим стареньким ноутом.

Полгода я о нем даже не вспоминала. Как переехала сюда, закинула в шкаф и ни разу не достала.

И если, он еще пашет...

Воровато оглядываюсь и достаю сумку. Прижимаю ее к груди. Как свое самое большое сокровище и выхожу из спальни.

В моей голове начинает вырисовываться план побега от Карима Османова.

Только надо подходить к этому с трезвой головой и с холодным сердцем.

Эмоции мне здесь не нужны.

Придется как-то вырвать эту боль из сердца. Иначе я просто погибну в этом доме!

Глава 11

Гостевая спальня крохотная по сравнению с моей комнатой.

Только кровать и небольшой шкаф. Здесь никто не задерживается дольше, чем на одну ночь.

Сказать по правде я смутно могу припомнить хоть кого-то, кто вообще оставался у нас.

Карим не терпел домашних посиделок. У нас не было друзей, которых можно пригласить на ужин и обсудить сплетни за бокалом вина.

Своих друзей Карим старательно оберегал. Встречался с ними на нейтральной территории.

У меня друзей не было совсем.

С единственной подругой мы перестали общаться год назад. Как-то все так сошлось: мой роман с Каримом, ее дипломная работа, отсутствие общих тем.

Но ее потери я тогда и не заметила. Я всю себя отдала мужу. Вложилась в наши отношения всей душей, сердцем и разумом. Ничего не замечала вокруг. Наиваня дурочка!

Только сейчас я понимаю, как странно выглядело уже то, что на нашей свадьбе не было никого из родных Карима.

Они все живут недалеко. Но у всех были дела и они не смогли прийти.

Ни на один семейный праздник за это время они тоже не явились.

Присаживаюсь на край кровати.

Из все, кто навещал нас, нару раз появлялся партнер Карима. Он и оставался ночевать у нас, когда перебрал с виски.

Еще приезжал секретарь Карима. Но это по работе.

И...

И больше никого не могу вспомнить.

Осознание больно бьет по сердцу.

Карим меня прятал. Не хотел никому показывать. Стыдился?

Или презирал?

Хмурюсь, стараясь вспомнить заинтересованные взгляды его партнера. Он что-то спрашивал. Кивал. И смотрел на меня.

Так странно. Долго и внимательно.

Словно изучал и пытался сам себе ответить на какой-то вопрос.

Бр! Встряхиваю головой, отчего длинные локоны рассыпаются по плечам.

Не знаю. Я ничего не знаю.

Зачем все это?

Почему Карима так изменился?

Что с ним произошло? Сегодня? Или раньше?

У меня столько вопросов и нет ни одного ответа.

Поднимаюсь и бреду в ванную.

Надо смыть поплывший макияж и уложенные упругими локонами волосы.

Стягиваю спортивный костюм и бросаю прямо на пол.

Следом летит мое нижнее белье.

Зарываюсь пальчиками в непослушные пряди и взъерошиваю их.

Даже облегчение от этого испытываю.

Забираюсь под душ.

Подставляю уставшее, горящее от стыда и обиды лицо под упругие струи воды.

Я бы с удовольствием полежала в ванной. Но не сейчас.

И не здесь.

Быстро смываю с себя мерзость этого дня. И выскальзываю на кафельный пол.

На голое тело натягиваю широкую футболку и чистые спортивные штаны. Мокрые волосы просто стягиваю в узел на затылке.

Выхожу и сажусь на кровать.

Подтягиваю к себе сумку с ноутом.

Достаю устройсво, подключаю к сети и о, чудо! Все работает..

В пару кликв открываю браузер и с замиранием сердца жду результата.

О, да!

Мой ноут подключился к беспроводной сети. Его нет в исключениях, как моего телефона.

Видимо, служба безопасности Карима вообще забыла, что у меня есть ноут.

А я забыла, что когда-то его все-таки доставала и сохранила пароль от вай-фай.

Пальчики быстро порхают по клавиатуре. Сначала пытаюсь найти работу, но очень быстро понимаю, что это провальная идея. Во-первых, у меня нет опыта. А во-вторых, Карим меня никуда не выпустит.

Надо менять план.

И я меняю.

Вбиваю в поиск «лучший адвокат» и на первом месте мне выскакивает громкая фамилия «Новиков».

С фотографии рядом на меня смотрит нордический блондин с пронзительными холодными голубыми глазами.

Мне кажется он смутно знакомым. При этом я почти уверена, что никогда с ним не встречалась.

В коридоре раздаются шаги.

Я вся сжимаюсь и покрываюсь холодным липким потом.

Шаги становятся все ближе и тяжелее.

Мое сердце с трудом отмеряет удары.

Раз. Еще. Еще один.

Мои пальчики порхают по клавиатуре. Быстро набирают текст послания.

«Уважаемый... бла-бла... хочупредложить вам своеобразное сотрудничество. Я жена... бла-бла... хочу получить развод. Но у меня нет денег. Ни копейки. Но я готова пообещать вам все имущество моего мужа, что вы отсудите у него в рамках бракоразводного процесса.

Чья-то тяжелая рука ложится на дверную ручку.

Щелкаю на тачпаде «отправить», захлопытаю ноут и засовываю его под кровать.

Под чьей-то рукой ручка прогибается, щелкает и в комнату заходит...

Глава 12

В комнату заходит начальник службы безопасности.

Тяжёлым взглядом он осматривает комнату, распахивает дверь ванной.

А я заливаюсь краской стыда, потому что прямо перед ним возвышается кучка моего грязного белья.

Поджимаю губы и упрямо молчу.

Он проходится до окна, отодвигает занавески и выглядывает во двор.

- Виктория Владимировна, - наконец, он поворачивается ко мне.

- Да? - удивлённо вскидываю брови.

- Охрана потеряла вас, горничные не знали, где вас искать. Так делать не желательно.

- Иляз, - говорю как можно спокойнее и тверже. - Моя комната не пригодна для проживания. После недоразумения с дверью, я собираюсь сделать там ремонт. Карим Назирович приедет поздно, я не решилась беспокоить его в его комнате...

Вздрагиваю от одного упоминания о муже. Но стараюсь держать лицо. С людьми Карима если что я и поняла, стоит дать слабину и они тебя уничтожат.

- Карим Назирович не давал таких распоряжений, - хмурится Иляз.

О, я не сомневаюсь, что он получил на мой счет исчерпывающие руководства и комментарии к ним. Поэтому начальник службы безопасности моего мужа лично явился ко мне, хотя его рабочий день уже давно закончен.

Бросаю взгляд на часы. Так и есть. Уже почти полночь.

- Да? - еще выше приподнимаю брови. - Ну так позвоните Кариму и спросите, хочет он, чтобы его жена спала в комнате без дверей?

Иляз хмурится.

Я прекрасно знаю, что никто не станет звонить Кариму, если повод не выглядит слишком весомым.

То, что его жена, неугодная жена - поправляю себя, - решила переночевать в гостевой, никому не кажется достаточным поводом.

Я это знаю. И Иляз это знает.

Поэтому хмурит и кивает.

- Никуда не уходите, - бросает он мне на прощанье.

- Не собиралась, - отвечаю с милой улыбкой, в которую вкладываю всю свою боль.

Я вру и он это знает. Но мы оба принимает правила этой игры.

- Не уверен, что ремонт сейчас уместен.

- А это не вам решать, - складываю руки на груди и упрямо подживаю губы.

Черный взгляд собеседника вспыхивает, но он тут же гасит его усилием воли. Кивает в знак подтверждения моих слов и выходит.

Бросаюсь к двери и запираю ее на замок. И только после этого медленно выдыхаю и сползаю по ней на пол.

Еще одно противостояние между мной и людьми Карима я выдержала.

Не испугалась, не прогнулась.

Вот так и буду день за днем сражаться за себя.

Я не сдамся.

Не позволю уничтожить себя или вытирать об себя ноги.

Достаю ноут, открываю его и тут же получаю ответ на свое послание адвокату.

«Считаю ваши условия приемлемыми. Нам нужно встретиться и обсудить детали».

Сердце радостно подскакивает в груди. Стучит так быстро и трепетно, сто кажется, вот-вот пробьет грудную клетку.

Сажусь набирать ответ и тут же поникаю. Я не смогу выйти отсюда.

«Не получиться, - пишу адвокату. - муж запер меня в доме с охраной».

Отправить.

Меньше чем через минуту приходит ответ.

«Тогда пришлите мне копию свидетельства о заключении брака и ваш паспорт. Если вы согласны, доверенность на представление вас в суде мы можем подписать через электронную подпись».

«Попробую достать» - радостно пишу в ответ. Хотя сама пока не понимаю, смогу или нет. И как подписывать документы электронной подписью, которой у меня нет.

Отбрасываю эту мысль как не важную.

Сейчас важно достать документы.

Потому что все, и даже мой паспорт хранятся у Карима в сейфе в его рабочем кабинете.

А значит мне нужно туда.

Осторожно выскальзываю за дверь.

На цыпочках проскальзываю к лестнице.

В коридоре и в огромном холе горят приглушённые настенные бра. Дом Карима Османова вообще никогда не погружается во тьму.

Мягко ступаю по ступенькам, держусь в густой тени и постоянно прислушиваюсь.

Кажется, дом погрузился в сон.

Слуги разошлись по домам или своим комнатам.

Я в полной темноте и, надеюсь, никем не замеченная добираюсь до кабинета Карима.

Застываю перед дверью и целую минуту уговариваю себя зайти.

Меня воротит только от одного вида двери.

Живот сжимается в спазме. Во рту появляется привкус желчи.

Не хочу!

Но надо!

Выдыхаю, стараясь подавить в себе рвотные позывы и толкаю дверь.Она распахивается бесшумно и пропускает меня внутрь.

Карим настолько самоуверенный, раз не стал запират кабинет? Или есть другая причина?

Делаю шаг, другой... прямо передо мной стоит то самое кресло, на котором сидел Карим, когда две эскортницы...

По телу идет дрожь отвращения. Тошнота становится ярче. На кончике языка ощущаю ее кисловатый привкус.

Закрываю глаза и отшатываюсь.

Задеваю плечом книжный стеллаж. Он пошатывается. И откуда-то с верхней полки прямо на меня падает рамка.

Она больно ударяет меня по макушке, а после летит прямо на пол. С глухим стуком падает на паркет.

Я замираю в ужасе. Мне кажется весь дом слышал это падение.

Но, кажется, никто не торопиться бежать и выгонять меня.

Я выдыхаю.

Наклоняюсь и поднимаю рамку.

Удивительно, но она даже не разбилась. Только краешек откололся.

Сжимаю его в кулачке. Острые грани осколка впиваются мне в ладонь.

Смотрю на фотографию.

Четверо детей. Нет, не так. Четверо парней, подростки и маленький малыш. Все одинаковые, смуглые, кареглазые и черноволосые. У всех один, характерный для Османовых взгляд.

Кто это?

Хмурюсь и вглядываюсь в фотографию. Старая фотобумага, поплывшие цвета, давно не модная одежда. Этой фотографии точно больше двадцати лет.

Снова и снова рассматриваю каждого из мальчишек. Они все удивительно похожи. Но вот этот, старший. Это точно Карим. Стоит мне взглянуть в его глаза, как меня бьет озноб и испуганные мурашки волнами растекаются по телу. Тяжёлый, напряжённый взгляд пятнадцати летнего подростка почти не изменился с годами. Может стал чуточку резче.

Еще двое парней хоть и удивительно похожи на Карима, но совершенно мне не знакомы.

Скорее всего это его братья Замир и Саид. Я не знакома с ними лично, но наслышана.

Но кто четвертый? Племянник? Друг? Родственник?

Перевожу взгляд на мальчика, который кажется совсем крохой среди подростков и он кажется мне смутно знакомым.

Я вглядываюсь и пытаюсь напрячь память. Кажется, что я упускаю что-то очень важное.

Стоит мне ухватить краешек назойливого ускользающего воспоминания, как все встанет на свои места.

Но...

- Никогда не смей входить в мой кабинет и брать мои вещи, - раздается надо мной свирепый рык Карима.

Я не успеваю среагировать, как он выхватывает из моих рук рамку и отталкивает меня со своего пути.

Глава 13

Я отшатываюсь. Наверное, выгляжу смешно или жалко.

Потому что Карим поджимает пухлые пубы и ухмыляется зло.

А я перебираю заплетающимися ногами и раскидываю руки в стороны, стараясь поймать равновесие.

- Что ты здесь забыла, Вики? - рычит он и наступает на меня.

Я вся сжимаюсь от испуга и неожиданности.

Я была уверена, что Карим останется в городе. И совсем никак не думала, что он сможет застать меня на месте «преступления».

- Я... - выдыхаю хрипло, - решила прогуляться перед сном.

- Не ври мне! - рявкает Карим.

Вжимаю голову в плечи и замираю.

Темный, пугающий до дрожи взгляд «мужа» парализует меня. По капле вытягивает из меня волю и желание бороться.

Это иррационально. Но сейчас я чувствую себя как кролик перед удавом. Боюсь безумно, хотя и понимаю, что вряд ли Карим решиться меня ударить.

Хотя...

Я как оказалось, я ничего не знала о своем муже.

Тот Карим, за которого я выходила замуж, целиком и полностью был плодом моего воображения.

А реальный Карим или не мешал мне фантазировать или подкидывал крупицы для строительства замков из песка о нашем совместном будущем.

Сердце часто-часто бьется в груди, оно трепещет и сжимается каждый раз, когда во взгляде мужа сверкают молнии.

Я сейчас и в правду похожа на глупую зайчиху.

Гулко сглатываю и поднимаю голову.

- Я не вру. После всего... я не могу спать. Мне нужно прийти в себя.

- Прийти в себя, - эхом повторяет Карим и поднимает фотографию.

Он мельком смотрит на нее и возвращает на место. На самую высокую полку на стеллаже.

Как завораженная слежу за ним.

Конечно, я ее не видела. Мне до этой полки только со стремянкой возможно залезть.

- Ты мелкая лживая дрянь! - черный немигающий взгляд Карима впечатывается в меня.

И из моих легких со свистом выбивается воздух.

- Пока меня нет, решила пошарить в моем кабинете?

Боюсь дышать. Какая проницательность. Он словно мысли мои читает.

- О, давай я упрощу тебе задачу, - широким шагом он пересекает кабинет и распахивает свой сейф. Достает оттуда папку с личными документами и бросает на стол мой паспорт. - Это искала?

Я не верю... не может быть.

Подхожу ближе. Он стоит и смотрит на меня.

Я тянусь к столешнице. Как просто. Взять паспорт.

Но кулак Карима впечатывается в столешницу прямо перед моей ладонью.

Раздается жуткий грохот.

Я отскакиваю.

- Значит я прав, - усмехается муж.

Он сгребает паспорт со стола и швыряет его в камин.

- Нет! - бросаюсь вперед.

Но Карим меня перехватывает и оттаскивает в сторону.

- Больше он тебе не нужен, - рычит муж мне на ухо. - Что еще ты искала?

- Ничего. Пусти! - дергаюсь и едва сдерживаю слезы разочарования.

Мне не хватило всего нескольких минут. Десяти, нет, пяти бы хватило. Чтобы взять паспорт и вернуться обратно.

Но нет!

Наблюдаю за тем, как страницы моего паспорта коржавятся, чернеют и превращаются в пепел.

- Ах да, - смеется Карим. - Свидетельство.

- Нет! - бросаюсь вперед и пытаюсь вырвать из его рук документ.

Но Карим выше и сильнее меня. А еще в разы злее.

Поэтому он сначала разрывает свидетельство о заключении брака пополам, а потом отправляет вслед за моим паспортом.

Я взвизгиваю и оседаю.

У меня в один момент словно все силы выкачали.

За что мне теперь бороться? Что я могу противопоставить самодуру Османову?

Он все прекрасно знал, просчитал! Я не удивлюсь. Если от имени адвоката со мной переписывались его люди или он сам.

Я уже ничему не удивлюсь.

Но я не сдамся.

Делаю глубокий вдох и выдыхаю.

- Я тебя ненавижу! Слышишь меня, Карим? Каждый божий день я буду искать способы сбежать от тебя! Уйти, исчезнуть, изменить имя и внешность. Чтобы ты больше никогда меня не нашел! Слышишь? Ты монстр!

- Как много слов, - презрительно бросает Карим и садится в свое любимое кресло.

Кожаная обивка скрепит под его руками.

- Я не для того женился на тебе, Вики, чтобы ты так легко могла сбежать. О, нет! Ты МОЯ СОБСТВЕННОСТЬ! И никто тебе не поможет! Ни один человек не захочет связываться с Каримом Османовым.

Едва сдерживаю стон отчаянья.

Я и сама это понимаю. Даже полицию вызывать сюда бессмысленно. Карим найдет. Что им сказать. В крайнем случае появится липовая справка, что мне нужен опекун или круглосуточная медицинская помощь.

Сглатываю горькую слюну.

Не знаю, как далеко готов зайти Карим. Но судя по его полыхающему от ярости взгляду, я вряд ли смогу представить на сколько.

- Ты правильно дмаешь, - он щурится и словно читате мои мысли. - ТЫ МОЯ СОБСТВЕННОСТЬ. И никто не сможет тебе помочь. Нет таких людей, кто пошел бы против Карима Османова.

- Зачем? - все, что я могу выдавить из себя.

- Зачем? Хороший вопрос, - Карим стягивает с манжетов золотые запонки, которые я ему выбирала. - Чтобы ты страдала. Каждую секунду своей никчемной жизни. Была рядом со мной, корчилась от боли и унижения и ненавидела свою жизнь. Чтобы ты наконец, поняла, что вообще зря родилась на этот чертов свет!

Глава 14

Я резко разворачиваюсь и под хриплый злой хохот Карима выбегаю в коридор.

Сжимаю кулаки до боли, вгоняю аккуратные ногти практически под кожу, чтобы прийти в себя.

Дышу часто, урывками.

Не помогает.

Сердце бьется в груди с запредельной скоростью и постоянно сбивается с ритма.

Пульс грохочет в висках.

А глаза жжет от подступающих слез.

Но карим их не увидит.

Он вообще больше ничего от меня не увидит.

Ни слез, ни смеха.

Он хочет моих страданий? Унижения? Он хочет видеть мою боль?

Он ее не увидит!

Да, боль не исчезнет по моему желанию и волшебной палочки у меня нет.

Я не в состоянии за одну ночь вырвать любимого, оказавшегося предателем, из сердца. Но я в состоянии сделать так, чтобы он не видел, как я страдаю.

Ни боли, ни унижения, ничего!

Ты ничего не увидешь, Карим! Я тебе обещаю.

Только успеваю залететь в гостевую спальню и с грохотом захлопнуть дверь, как она с тихим щелчком открывается.

Резко оборачиваюсь.

От страха внутри все леденеет.

Но входит охрана и вносит несколько огромных коробок, совсем как те, что раньше дарил мне муж с дорогой брендовой обеждой и обувью.

- Что это? - спрашиваю, тайком стирая слезы с ресниц.

- Карим Назирович велел отнести вам, - они оставляют коробки на моей кровати и разворачиваются.

Последним входит Иляз и замирает в дверном проходе.

Ну куда же без него?

Подхожу к самой большой коробке. Провожу по глянцевому картону и прикрываю глаза.

Точно в такой же коробке было упаковано мое свадебное платье. Карим сам его выбирал и преподнес его в подарок.

Разве я могла купить себе что-то подобное?

Одно платье стоило дороже. Чем моя доля в наследстве.

Закусываю губу.

Я снова вспоминаю нашу свадьбу. Скромная церемония и ужин в дорогом ресторане. Пара партнеров Карима в виде гостей, шампанское, танец молодоженов и самая волшебная ночь в моей жизни.

Карим умел нравится и умел доставлять наслаждение, в не только брать его.

Мои щеки вспыхивают. А сердце вспыхивает болью, горечью и обидой. По венам растекается ядовитая злость

Зачем?

Почему?

За что все это?

Распахиваю глаза и рывком скидываю крышку с коробки.

В мятой крафтовой бумаге лежит струящийся атлас. Алый, как сама кровь.

Подхватываю платье за бретели и достаю из коробки.

Вульгарный и совершенно безвкусный фасон. Ни я, ни Карим никогда не выбрали бы подобного!

Открытые плечи, декольте, голая спина. Длинный, до пола подол разрезает глубокий вырез.

Скидываю крышку со следующей коробки. В ней босоножки в тон платью - кожаные алые ремешки и высокая шпилька. Как они вообще на ноге держатся?

В следующей коробке набор косметики с ярко-красной помадой и резкими цветочными духами.

Скидываю крышку с последней коробки и в груди растекается жар раздражения. На белоснежной бумаге лежит баснословно дорогой комплект нижнего белья. Только ниточки и пара лоскутков дорого кружева. Мне стыдно на такое даже смотреть. Надеть такое я бы не решилась даже за закрытыми дверьми нашей с Каримом спальни.

И он прекрасно об этом знает.

- Что это? - я отбрасываю от себя коробку. - Мой муж перепутал меня с одной из своих любовниц?