Ульяна

— Согласна! Согласна стать Альт!

Мужчина нежно поцеловал свою теперь уже невесту и аккуратно надел на палец кольцо. Золотое, неброское, утончённое, но очень красивое. Бриллиант сверкал на солнце, ловя каждый лучик. Девушка подняла руку вверх, посмотрела на кольцо, а потом сказала Альту:

— Я не могу в это поверить. Моя мечта о Германии стала реальностью, и я сама скоро возьму твою фамилию, и мы станем семьёй. Генрих! Ты осознаёшь это?

— Я не просто осознаю, а очень этого жду, моя милая Уля!

— Остаётся открытым вопрос о месте жительства после нашей свадьбы, — почти тоном начальника произнёс он.

— Родители ни за что не отпустят меня в Берлин ни под каким предлогом. Даже замужество их не убедит, — с досадой и неким раздражением объясняла она.

— Но ты ведь будешь уже моей женой, и решать только тебе самой. Или ты сомневаешься в правильности решения?

— Нет, я не сомневаюсь. Я стану твоей женой! И действительно этого хочу!

— Я про Берлин.

— Мне будет сложно там, ты должен понимать, что я никого не знаю, кроме Ирмы и Кристофа. Нужно будет искать работу, доказывать своё право быть там.

— Я не буду тебя заставлять… Давай останемся здесь?

— Хорошо, давай пока останемся здесь. Но мы ведь можем через некоторое время поехать туда?

— В гости или насовсем?

— Насовсем. А пока постепенно подготовим и родителей, и наш быт там, обсудим планы на будущее.

— Уля, это отличная идея.

Генрих довёз счастливую Ульяну до дома.

— Давай вечером сходим в ресторан с твоими родителями — отметим диплом и помолвку. Я настаиваю.

— Хорошо, я передам им. А ты разве не зайдёшь?

— Мне нужно в офис, там всё горит без тебя. Мы до сих пор не нашли ассистента‑переводчика. Может, вернёшься?

— Я подумаю, — игриво ответила она. — Тогда до вечера.

— До вечера.

Генрих приехал в офис. На ресепшене его встретила Алина. Она сразу заметила, что начальник в приподнятом расположении духа.

— Генрих! — окликнула она его.

— Да, Алина, — подходя к её стойке, ответил он.

— Выглядите очень счастливым, — сказала она.

— Так и есть, — не стесняясь, произнёс он.

— У вас назначено на завтрашнее утро собеседование. Придёт девушка‑выпускница на должность ассистента‑переводчика.

— О, надеюсь, мы наконец закроем этот вопрос. Я понял, буду к 9:00.

А Ульяна тем временем объявляла своим домашним, что Генрих сделал ей предложение и вечером позвал всех отмечать помолвку и получение диплома.

— А что же он не зашёл? — спросил Савелий Михайлович. — Доченька, я горжусь тобой. В первую очередь поздравляю с окончанием университета.

— Спасибо, пап. Как и сказал Генрих, теперь я этот день на всю жизнь запомню.

— Дочь, ты наша умница, — сказала Наталья Николаевна и поцеловала её в щёчку.

— Уля! Ты теперь уедешь? — с грустью сказал Денис.

— Куда уедешь?!

— Ма, никуда. Пока никуда.

— Что значит «пока»? Значит, вы всё‑таки собираетесь? — возмущённо продолжала мама.

— Наташ, ну даже если и соберутся, это их право. Они будут муж и жена, и мы не можем повлиять на это, — совершенно спокойно объяснял ей Савелий Михайлович.

— Я хочу уберечь её от ошибок…

— Каких ошибок? Они год встречались, Генрих — хороший человек, во всём помогал и нам, и ей. Что тебе всё не нравится? — повысив тон, спросил мужчина.

— Если она уедет в Германию, мы её оттуда не вытащим, — не могла успокоиться Наталья.

— Если она уедет в Германию, она устроит там свою жизнь, и пусть живёт себе счастливо. Разве ты не этого хочешь для своей дочери?

— Ты не понимаешь ничего, мы потеряем её.

— Пора смириться с тем, что она уже достаточно взрослая. Мы не должны оказывать на неё никакого влияния.

Наталья Николаевна ушла в спальню, хлопнув дверью. Девушка даже не пыталась влезть в их перепалку, в которой они обсуждали жизнь и будущее своей дочери так, будто её не было рядом. Она написала короткое сообщение Альту:

«Хочу сбежать отсюда поскорее!»

Ответ пришёл почти через секунду:

«Сейчас заберу тебя».

Глава 32. Доверие.

Весь прошлый год эта девушка, будущая выпускница, была опьянена желанием окончить университет и получить работу в престижной фирме. Вакансия в компанию «Альт» на место секретаря висела весь год — и Мария не сводила с неё глаз, будто от этой строчки зависела вся её жизнь. Наконец, получив диплом, она тут же отправила резюме — и спустя пару дней пришло приглашение на собеседование.

Следующим утром она уже пришла в фирму Альта на собеседование. Внизу её встретила Алина.

— Здравствуйте, вы на собеседование? — приветливо улыбнувшись, спросила администратор.

— Здравствуйте. Я подруга невесты вашего начальника, он меня ждёт, — грубо ответила Маша.

— Тогда проходите. Вы знаете, куда идти, или вас проводить? — смутившись, уточнила Алина.

— Проводить, — оценивающе взглянув на Алину, произнесла она.

Свидетелем этого разговора стал Макс. Он дождался Алину и, не веря своим ушам, решил на всякий случай уточнить:

— Ну и грубиянка! — сказал Макс. — Только не говори, что невеста Альта — Ульяна?

— Он сделал ей предложение вчера. Они готовятся к свадьбе.

В это время в кабинете Генриха.

— Здравствуйте, Генрих. Меня зовут Мария. Я лучшая подруга и одногруппница Ульяны. Она сказала, что вам нужен секретарь и лучше меня на эту должность вам не найти.

— Здравствуйте, Мария. Ульяна мне ничего не говорила о вас.

— Ну, это неудивительно. Она ведь готовится к свадьбе — все мысли, наверное, об этом.

— Хорошо. Давайте я возьму вас с испытательным сроком. Если сработаемся — возьму в штат, — неохотно произнёс Альт.

— Сработаемся. Я очень способная и амбициозная девушка.

— Тогда добро пожаловать в «Альт». — Он хотел протянуть ей руку, но вовремя осёкся, посчитав этот жест лишним.

— Спасибо. Когда я могу приступить к своим обязанностям? Может быть, вам принести кофе?

— Приносить кофе точно не входит в них. На столе лежат папки с документами. Если вы готовы, можете приступить хоть сейчас, либо завтра. Жду вас к 9:00. Оформите пропуск у Алины внизу, на ресепшене.

— Я приду завтра. Сегодня у меня ещё были дела.

— Всего доброго.

Генрих, в недоумении от абсурдности ситуации, сразу же набрал Ульяну.

— Милая Ульяна, ты совсем с головой ушла в подготовку к нашей свадьбе?

— Нет, о чём ты?

— Ко мне на собеседование пришла Мария, сказала, что это ты её отправила.

— Машка? На собеседование? Вот вертихвостка! Первый раз слышу об этом.

— Я взял её, конечно, с испытательным сроком, но очень сомневаюсь в её компетенции.

— Мне тоже с трудом верится, что она справится.

— В любом случае у неё есть месяц, — вздохнув, сказал он.

— Хорошо. Спасибо, что не отказал. Может быть, у неё действительно какие‑то проблемы, раз она решила пойти на работу.

До свадьбы молодые люди решили не съезжаться. Ульяна по‑прежнему жила с родителями. Оставалось несколько месяцев до дня их бракосочетания. Девушке было неуютно с родителями: они постоянно ругались с мамой из‑за каких‑то бытовых проблем. Ей хотелось поскорее проститься с родительским домом и начать строить свою жизнь.

Утром следующего дня Машка явилась к 9 часам в фирму Альта. В откровенно короткой юбке, с ярко накрашенными губами цвета переспелой вишни и вульгарно нарощенными ресницами.

— Здравствуйте. Это вы Алина? Я за пропуском.

— Здравствуйте. А вы, наверное, Мария?

— Да, Мария Евгеньевна, новый секретарь Генриха.

— Добро пожаловать, — протянув пропуск, сказала Алина.

— Спасибо. Чао.

Генрих был не слишком доволен новой сотрудницей, поэтому пытался всячески нагрузить и перегрузить Марию, чтобы она сама ушла. Но, на удивление самой Марии, у неё всё получалось: она буквально зубами держалась за это место.

Спустя неделю новый секретарь Альта начала проявлять к нему неоднозначные знаки внимания, но Генрих их не замечал, держа дистанцию.

В конце одного из рабочих дней Мария подождала, когда Генрих будет уходить домой, и спровоцировала их столкновение, упав рядом с его машиной. Максим в это время шёл на остановку, и ему показалось странным, что девушка крутится у машины начальника. Но, увидев всю инсценированную постановку, он понял, что эта девушка затеяла грязную игру.

Генрих извинился и предложил подвести Марию до больницы, но она попросила отвезти её до дома.

Через несколько дней Ульяна приехала в обед на работу к Альту, чтобы уточнить несколько моментов, касающихся свадьбы.

— Добрый день, Ульяна, — поприветствовала её Алина.

— Добрый, Алина. Так давно я здесь не была.

— Да, мы часто о тебе вспоминаем и даже скучаем.

— Спасибо большое и я скучаю.

Девушка по привычке поднялась в кабинет к Генриху. Теперь это был не просто её начальник, а будущий муж.

Увидев Марию на своём рабочем месте, её окутала грусть. Она вспомнила первые дни практики, как всё начиналось у них с Альтом, и почему‑то стало не по себе от того, что сейчас на этом месте — Машка.

Девушки поздоровались, обнялись, и Ульяна зашла в кабинет. Вместе с Генрихом они начали обсуждать организационные моменты. Фото‑ и видеосъёмка волновали Ульяну особо остро, потому что её телефон разрывался от предложений.

Внезапно в кабинет влетела Мария.

— Генри, кажется, я оставила у тебя в машине ежедневник. Видимо, он выпал из сумочки, когда ты подвозил меня домой. Ой… Извините. Потом посмотрим, да?

Мария тут же вышла из кабинета.

Глаза Ульяны налились слезами. Она взглянула на Альта, а он, не успев ничего понять и объяснить, тут же получил пощёчину. Ульяна сама не ожидала, что способна на такое.

Девушка выбежала в слезах из кабинета. Гул в ушах заглушал все посторонние звуки. Буквально на ощупь она вышла из здания. Ватные, мягкие ноги не могли больше держать девушку, в глазах всё расплывалось от слёз. Она рухнула, так и не дойдя до остановки.

В это время с обеда возвращались разработчики IT‑отдела. Иван не успел подбежать в момент её падения, но одним из первых оказался рядом. Он вызвал скорую, а пока она ехала, сам пытался привести девушку в чувство, шлёпая её по щекам.

Ульяна очнулась на руках у Ивана. Вокруг суетились люди. Врачи скорой помощи рекомендовали девушке доехать до больницы, чтобы исключить сотрясение мозга. Иван поехал вместе с ней.

Её телефон даже нагрелся от звонков Альта, он звонил не переставая. Но его не было рядом в тот момент: он и предположить не мог, что сейчас происходит с его Ульяной.

Глава 33. Предательство.

Пока Ульяне делали снимок головы, Иван держал её сумку и вещи, ожидая в коридоре. Телефон снова зазвонил, и молодой человек решил взять трубку.

— Да, я вас слушаю, — он прекрасно видел, что звонит Альт.

— Кто это? Где Ульяна? — разъярённо спрашивал Генрих, услышав мужской голос.

— Это Иван. Она сейчас в больнице, — спокойно отвечал он.

— Что случилось? Какая больница? Я сейчас приеду.

Иван коротко объяснил, что произошло с девушкой, в какой они находятся больнице и что сейчас Ульяне ничего не угрожает.

— Я сейчас буду, — бросил Генрих и отключился.

Ещё совсем слабая Ульяна выходила из кабинета под ручку с Иваном — в тот самый момент, когда Генрих добрался до больницы.

— Улечка, милая моя девочка, что случилось? — бросился он к ней.

— Что случилось?! А ты не понимаешь, что случилось?

— Я клянусь, ничего не было. Пожалуйста, поверь мне. А как он тут оказался? — показывая на Ивана, спросил Генрих.

— Он вызвал скорую и помог мне, — отвечала девушка.

— Давай поговорим, это всё какой‑то бред.

— Ей нельзя сейчас волноваться: врачи сказали, ей нужен покой и отдых, — возразил Иван.

— Откуда ты вообще взялся? Ждал подходящего момента, чтобы снова приударить? — на эмоциях выкрикнул Генрих.

— Это всё отвратительно! Я не хочу ничего слышать! И эти юношеские разборки в больнице… Вы правда считаете, что они здесь уместны? Я вызову такси. Спасибо за всё, Вань.

— Какое такси? Давай я довезу тебя, — не унимался Генрих.

— Думаешь, после всего этого я сяду в твою машину?

— Да не было ничего у нас. Она упала, я подвёз — вот и всё.

— Ты прав. Вот и всё…

Девушка, сдерживая слёзы, уходила всё дальше и дальше. Генрих смотрел ей в след, он решил дать ей время успокоиться, а потом предпринять ещё попытку поговорить.

В это время Мария разговаривала с кем‑то по телефону внизу — достаточно громко, чтобы Алина услышала:

— Всё получилось. Свадьбы не будет. Она поверила в то, что между нами что‑то есть, и ушла.

Алина сразу же поняла, что речь идёт об Ульяне. Она позвала Макса, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.

— Я слышала разговор Марии. Как ты думаешь, кто это мог быть, с кем она говорила и зачем ей это нужно? Они ведь лучшие подруги.

— Не знаю. Но на днях я видел, как она караулила Альта у его машины, а потом специально спровоцировала своё падение.

— Кошмар, какая змеюка! Ты звонил Ване? С Ульяной всё в порядке?

— Ещё не звонил, но думаю, стоит обо всём рассказать ему.

— Может, лучше сразу Ульяне? Или Альту?

— Думаю, ей и так достаточно потрясений, — сказал Макс.

— Значит, наш Генрих ни при чём, — с облегчением сказала Алина.

— Так и есть. Нужно вывести эту Машку на чистую воду и гнать её в шею из фирмы.

— Согласна. А как?

— Нужно подумать. Завтра обсудим, — с нежностью взглянул Макс на Алину и пошёл к лифту.

Алина чуть задержала взгляд, потом будто спохватилась и вернулась к монитору. В груди тихо шевельнулось что‑то тёплое — но она не стала этому придавать значения. Просто день выдался непростой, вот и всё. А завтра… завтра они действительно всё обсудят.

Максиму уже давно нравилась Алина, но он стеснялся ей в этом признаться. А сейчас у них появилось общее дело — миссия по спасению будущего Генриха и Ульяны. Возможно, благодаря этому они сблизятся, и он наконец‑то признается в своих чувствах.

Ульяна благополучно добралась до дома. Ничего о случившемся она не рассказала родителям. Мама видела, в каком состоянии вернулась их дочь, но списала всё на нервы перед свадьбой. Несколько дней Ульяна не могла прийти в себя: не отвечала на звонки, не ела и не разговаривала ни с кем. А между тем до свадьбы оставались считанные недели.

Дав девушке немного остыть, Генрих решил вновь действовать. Но действовать нужно было аккуратно. Максим и Алина рассказали обо всём своему начальнику. Но так как Ульяна не брала трубки, молодой человек решил прийти лично в клинику, где работал Савелий Михайлович, чтобы попросить его о помощи.

— Здравствуйте, Савелий Михайлович. Мне очень нужна ваша помощь.

— Что случилось? Ульяна молчит, Наталья молчит. Свадьба на носу — о чём вы думаете, ребята? — разводя руками, говорил мужчина.

— Тут в двух словах не расскажешь. Мне нужно будет объясниться перед Ульяной. Вы ведь знаете, как сильно я её люблю и не могу потерять. Вы сможете нам устроить встречу, но так, чтобы не было дома никого?

— Скажи мне только честно: Наталья причастна как‑то к тому, что между вами произошло?

— Нет, что вы?! Если Ульяна меня выслушает, всё сразу станет на свои места, и мы помиримся.

— Хорошо. Сегодня она пойдёт забирать Дениску из сада, а я встречу их, чтобы дать вам время подольше поговорить. Держи ключи от квартиры и не подкачай. Ульяна упрямая — сам уже знаешь.

Мужчина, окрылённый надеждой на скорое примирение, примчался к дому Калининых. Генрих открыл дверь ключами Савелия Михайловича, тихо подошёл к спальне Ульяны и постучался.

— Я не хочу никого видеть и слышать. Разве вы ещё не поняли? — раздался слабый и безэмоциональный голос его любимой Ульяны.

— А мы и не будем говорить. Возьми эту флешку, посмотри, пожалуйста. Там две записи: одна с моего видеорегистратора, а другая — с камеры у ресепшена, — протягивая флешку, сказал Альт.

Девушка нехотя взяла флешку, открыла видео на ноутбуке и увидела, как её подруга Машка очень артистично изобразила падение, а перед этим некоторое время ждала и выглядывала Генриха. Следующее видео — это момент разговора Машки с кем‑то о том, что свадьба не должна состояться.

Девушка хлопнула крышкой ноутбука и кинулась в объятия Альта, всхлипывая без слёз, потому что слёз уже не осталось.

— Прости меня, пожалуйста, что я тебе сразу не поверила. Прости. И за те слова в больнице...

— Это я не смог сразу всё тебе объяснить. И тоже вспылил, увидев Ивана. К нам на помощь пришли Макс и Алина: они стали невольными свидетелями всего этого предательства.

— Что же теперь нам делать? Я не понимаю: за что она так со мной? Она ведь моя лучшая подруга.

— Если хочешь, мы подождём твоих родителей и обсудим всё вместе. А если ты пока не готова к разговорам по душам, то я могу забрать тебя. Поедем?

— Да, ты прав. Мне нужно прийти в себя. Было бы лучше сменить обстановку. А Машку ты уволил? Или придумал что‑то более изощрённое?

— Ещё нет. Я побоялся, что она может ещё что‑нибудь выкинуть.

— Правильно. Пусть думает, что у неё всё получилось.

Остановившись у входной двери, она посмотрела на Генриха и сказала:

— Спасибо, что ты открыл мне глаза на всё происходящее. Только одного не понимаю: за что она так со мной?

— Может быть, она никогда и не была с тобой до конца честна и втайне завидовала, — предположил Альт.

— Я собралась. Давай поторопимся. Хочется скорее на воздух.

Генрих оставил ключи от квартиры в почтовом ящике. Ульяна написала сообщение отцу, чтобы они с мамой за неё не волновались.

Глава 34. История продолжается.

Пока Ульяна собиралась и пыталась осмыслить всё, что с ней произошло, ей в голову пришла идея, которой она решила поделиться с Генрихом прямо на лестничной площадке.

— После всего, что между нами случилось, желание стать твоей женой только возросло — с какой‑то геометрической прогрессией. А мы можем пожениться сегодня? Вот так, как есть, прямо сейчас?

— Теперь ты мне предложение делаешь? — улыбнулся Альт.

— Да. Только не говори, что ты передумал.

— Не передумал. Сейчас пара звонков — и ты официально станешь Альт.

— Помнишь, я говорила, что ужасно боюсь, будто это счастье когда‑нибудь закончится? Видимо, именно этого момента я и боялась. Я никак такого не ожидала. Но я очень рада, что в моей жизни есть ты.

— Что мы есть друг у друга, — мягко поправил Генрих.

Связи Генриха помогли им расписаться в тот же день — без шумных церемоний, без толпы свидетелей, только он и она. Счастье любит тишину.

— Согласны ли вы взять в жёны Калинину Ульяну Савельевну? Прошу ответить, жених.

— Согласен! Как никогда! — твёрдо произнёс Генрих.

— Согласны ли вы, невеста?

— ДА! — выдохнула Ульяна, будто сбрасывая с себя весь груз последних дней.

В эти секунды ей казалось, что они сбежали от всего мира и ничего вокруг, кроме их любви, не существует. Они поцеловались, и Генрих приподнял её, закружив, не отрываясь от поцелуя.

Ситуация с Машей оставалась нерешённой, но сейчас это волновало Ульяну в последнюю очередь. Они наконец были счастливы — без всяких «но», несмотря ни на что. Хотелось, чтобы это длилось бесконечно.

Но Альт аккуратно вернул девушку с небес на землю, мягко поставив её на ноги.

— Я даже представила себя в платье, как оно кружится вместе со мной, — сказала Ульяна, глядя на свои джинсы и кеды, в которых она вышла из дома.

— Покружишься ещё в платье, — успокоил её Генрих. — Ты же не собиралась лишить родителей возможности увидеть свою дочь в свадебном наряде и услышать традиционное «Горько!»?

— Так мы ведь уже поженились, — Ульяна показала свидетельство.

— Официально — да. Но кто нам запретит устроить выездную регистрацию для гостей?

— Действительно! Я даже не подумала об этом… Ты серьёзно решил, что это ещё не всё?

— Угу, — кивнул он. — Как насчёт праздничного ужина?

— Честно говоря, все эти дни я почти ничего не ела…

— С ума сошла, Ульяна! Тогда это даже не обсуждается — идём!

Она покорно улыбнулась, пошла следом к машине, и они вместе поехали в ресторан.

По дороге Ульяна написала Маше:

«Привет, может, встретимся завтра?»

Через пару минут пришёл ответ:

«Приветик! Я работаю завтра до шести, можем после где‑нибудь встретиться».

Ульяна показала сообщение Генриху.

— Если хочешь, можешь написать, что она больше не работает.

— Как я могу такое ей написать? Ты же начальник.

— А ты теперь моя жена! Забыла?

— Ещё не привыкла… Жена, — произнесла она вслух, словно примеряя это слово на себя. — А мне нравится.

— И мне, — Генрих взял её левую руку и поцеловал, не отрывая взгляда от дороги.

Этот жест вызвал у Ульяны целую бурю новых эмоций.

— Мне никто раньше не целовал рук. Это так приятно… Чувствую себя девушкой из какого‑то романа.

Генрих улыбнулся, мельком взглянув на Ульяну.

Они провели эту ночь вместе в его квартире, а утром приехали на работу. Ульяне не терпелось посмотреть в глаза своей бывшей лучшей подруге.

— Доброе утро, Генрих, — первой поприветствовала его Маша. Её взгляд тут же скользнул по их сцепленным рукам.

— Доброе, Мария. Но только не для вас, — спокойно сказал Генрих. — Ульяна, когда закончите, поднимайся наверх. — Не оборачиваясь, он поцеловал её в макушку и направился к лифту.

Ульяна, полная решимости, взглянула на Машу:

— Поговорим?

— О чём? — дерзко бросила Маша.

— Тебе действительно нечего мне сказать?

— Я устала быть твоей подругой…

— Хм, интересно. Разве можно устать от дружбы? Чем я заслужила такое отношение?

— Ты достала меня! Правильная! Идеальная! Лучшая! Во всём: и практику тебе дали, и в Берлин ты поехала, и мужика себе отхватила…

— Это и есть истинная причина твоего мерзкого поступка?

— Да! — выкрикнула Мария.

— Пожалуй, тебе действительно стоит отдохнуть от нашей дружбы. Я верила тебе и всегда была с тобой искренна. А ты всё это время, получается, отравляла себя ненавистью и завистью. Мне жаль тебя — в первую очередь.

— Себя пожалей! — Маша показала ей оскорбительный жест и ушла, громко хлопнув офисной дверью.

Маше стало страшно — не из‑за увольнения, а из‑за того, что она сама разрушила всё, что когда‑то было ей дорого. Но сейчас даже плакать не получалось: внутри была только звенящая пустота, и к горлу подкатил ком.

Она прислонилась спиной к холодной стене здания и закрыла глаза, пытаясь вернуть тот момент, когда всё ещё можно было остановить. Когда достаточно было просто сказать: «Прости, я запуталась». Но вместо этого она выбрала другой путь — и теперь этот выбор смотрел на неё из каждого угла.

Маша сжала кулаки до побелевших костяшек и тихо выдохнула. Сейчас ей было не обидно и не горько — а стыдно. И это чувство оказалось тяжелее любой зависти и злости.

Все замерли. К Ульяне тут же подбежала Алина, а уборщица Мария Петровна, не сдержавшись, замахнулась шваброй вслед уходящей Маше.

— Ну что за девка? Ни стыда, ни совести! Тьфу! — прервала тишину уборщица.

— Ульяна, как ты? — с сочувствием спросила Алина.

— Всё в порядке. Хорошо, что она не успела навредить.

— Успела ведь, — тихо сказала Алина, глядя на девушку.

Ульяна подняла руку и показала кольцо на пальце, радостно улыбнувшись:

— А вот и не успела.

Девушки обнялись. Алина поздравляла Ульяну, а та была искренне благодарна ей и Максу за то расследование, которое они провели, чтобы спасти её отношения.

— Я и подумать не могла, что вы вместе, — сказала Ульяна, глядя на счастливое лицо Алины.

— Это отчасти вы во всём «виноваты», — смущённо призналась Алина.

— Приятно быть причиной чужого счастья. Поздравляю и вас!

— Спасибо!

Девушки разошлись: Ульяна направилась к Альту, а Алина вернулась за стойку ресепшена.

Увидев немного расстроенную Ульяну, Генрих без слов заключил её в объятия. Он понимал: сейчас ей нужны не оправдания и не громкие слова, а простое человеческое тепло — и он был готов его дать.

Ульяна закрыла глаза, вдыхая знакомый запах его пиджака, и почувствовала, как земля снова становится твёрдой под ногами. Всё, что случилось, никуда не исчезло, но теперь это было не бремя, которое она должна нести одна, а общая история, которую им предстояло прожить вместе.

Очередные сложные моменты понемногу отступали, уступая место тихой уверенности: рядом есть тот, кто не даст упасть. Какой будет их жизнь дальше — неизвестно. Но одно Ульяна знала точно: пока Генрих рядом, они выдержат любые неурядицы.

А значит, история продолжается.