Марафон смерти и жизни

Потом позвонил Женьке — старой знакомой семьи.

— Я не хочу тебя оценивать, а то наши отношения ухудшатся, — вздохнула она.

В рамках задания Дмитрий встретил на улице бомжа и попросил рассказать свою историю.

— А теперь послушай меня. — Выслушав, он сам поделился своими бедами.

На душе стало легко. Будто бомж взял на себя часть Диминой ответственности.

На вечер им дали задание: сделать два поступка, которых они боятся.

«Тем самым вы укротите собственную трусливую суку», — сказал ведущий.

Помогать в данном задании должны были бадди. Те следили, чтобы участник не сбежал и выполнил задуманное.

Бадди выбирали так.

— Найдите в зале человека, который вам больше всего не нравится! — орал ведущий.

Дмитрий начал смотреть по сторонам, когда его похлопали по плечу.

— Я Даниил по прозвищу Слово. Я наблюдаю за тобой с начала тренинга и мечтаю набить тебе морду, — сказал парень.

— Будем друзьями. — Дима пожал ему руку.

В первом задании Дмитрий рассказывал стихи в вагоне метро. Это было легко.

— У лукоморья дуб зелёный; Златая цепь на дубе том: И днём, и ночью кот учёный Всё ходит по цепи кругом…

Дима ходил по вагону, вглядывался в лица пассажиров, ожидая в ответ увидеть хотя бы улыбку.

«Что, я вам не нравлюсь? Ничего, вы меня полюбите».

Люди смотрели на него равнодушно и утыкались в газеты и телефоны. Никому не было дела до Диминых стихов.

Над вторым заданием Дима задумался. Что его реально прокачает? Он позвонил Ганне — психологу, с которой работал на одном из тренингов по личностному росту.

— Я знаю, что тебе нужно усилить. Парень ты умный, но с внутренней силой беда.

— С какой силой?

— Есть такой инфотренер Андрей Парабеллум, — начала она.

— Слышал про него, — бормотнул Дима.

— Недавно смотрела, как он пришёл в ресторан, начал подходить к посетителям и пробовать их еду из тарелок.

— У него не было денег, чтобы купить свою? — осторожно поинтересовался Дима.

— Да он миллионер! — засмеялась Ганна. — Он прокачивал личные границы.

— А как люди реагировали?

— Узнаешь, — усмехнулась психолог — Вперёд в ближайшее кафе, подсаживайся к гостям и начинай пробовать их заказы.

— Это им не понравится.

— На то и расчёт. Удачи, тебя ждёт много новых открытий.

Они с бадди отправились в «Макдональдс» у метро «Московская». Дима шёл и чувствовал, как подгибаются ноги.

Он десантник, который высадился в тылу врага и обнаружил, что катер, на котором он приплыл, взорван. Сзади море, впереди — враг. Страх! Или друг. Который поможет победить страх! Даниил шёл сзади.

«Он следит, чтобы ты не сбежал. И прошёл путь до конца».

В «Макдональдсе» было многолюдно. Даня сел за столик и взглядом показал:

«Давай, мол, в бой. Я с тобой». Задачей бадди была помощь в случае конфликта. При этом ведущий запретил драки — если обстановка накалялась, то нужно было решить всё миром. Дмитрий решил, что будет подсаживаться только к парням и мужикам, — не у детей же отбирать еду! Парнишка лет двадцати стал первой жертвой. Он кушал бигмак и запивал его пепси-колой. Дмитрий вдохнул побольше воздуха и присел рядом. После обмена приветствиями попросил угостить его колой. Парень протянул стакан. Дима отпил и поблагодарил. Ничего интересного.

Он подсел к молодому мужику. Тот нахмурился, но Дима схватил его наггетс и откусил. Парень посмотрел на захватчика и побрёл к выходу.

— Эй, друг! Ты куда? — крикнул Дмитрий, но мужика и след простыл.

Он почувствовал вкус к захватам. Пробовать еду оказалось намного легче, чем казалось вначале. Осмелев, он подошёл к здоровому парню, сидевшему рядом с девушкой. Парочка набрала картошки фри и бургеров.

— Привет, ребят! Угостите бургером, с утра ничего не кушал. — Дмитрий бодро улыбнулся.

Мужик посмотрел на него исподлобья и ничего не сказал. Женщина испуганно смотрела на спутника.

«Дожимай ситуацию».

— Что вам жалко, что ли? — Дима протянул руку к бургеру, мужик схватил его за запястье и поднял огромное тело над столом.

— Иди отсюда! Ясно? — На Диму глядел разъярённый волчара. Золотая цепь на шее мужика сверкала.

— Ясно. — Задачи вступать в драку не было, и Дмитрий спокойно отошёл в сторону.

Молодец мужик! Так и надо отстаивать свои границы.

Но забирать еду у остальных оказалось проще простого. За час Дмитрий подсел к десяти мужикам, и только двое смогли дать ему отпор. Первый — тот качок с золотой цепью. Второй вызвал охрану, которая выпроводила Диму под белы рученьки к выходу. Остальные парни легко сдавали позиции, едва он тянулся к их трапезе.

Дмитрий вышел из «Макдональдса» с двумя мыслями. Быть гопником и отбирать еду и имущество проще простого — чуть-чуть наглости, и жертва сама отдаст всё, что хочешь. Но ему это не нравится.

И если кто подойдёт к нему с таким же поведением — получит в нос!

Дико уставший, но сытый, он в двенадцать ночи приехал домой.

— Как всё прошло? — спросила жена.

— Отлично, — сказал Дима, которому не хотелось разговаривать. — Устал как собака.

Он тут же завалился спать. А в шесть утра уже был на ногах.

* * *

Второй день тренинга они проводили в спортивном клубе — бегали, прыгали и дрались. Нагрузки были такими, что десять раз он порывался встать и уйти. Домой. Но Дмитрий держался. В перерывах кое-кто из ребят блевал. Но ни один не ушёл.

— Тяжело, друзья, — пробасил довольный ведущий, когда ребята валялись от бессилия на матах. — Верю. Но это точно не ваш предел. Я уверен, что вы можете больше. И сейчас мы будем «качать галеру».

Дима с тоской посмотрел по сторонам. Лица партнёров сливались в размазанные пятна, словно нерадивый художник смешал все краски.

Они разбились на две команды и сели друг напротив друга. По ушам ударил мощный ритмичный бит.

— Обнимите соседей за шею. Нежно, как подругу. И начинаем качать пресс. Опускаемся на маты — раз, поднимаем тело — два. Руки не убираем. Вы все одна команда, если сосед не может двигаться — тащим его.

Через несколько минут, когда пресс стал жечь огнём, Дима понял смысл слова «галера». Он участник команды, и пресс они качают все вместе. И если кто-то не может подняться, все остальные тянут слабого, иначе всех ждёт наказание… На «Спарте» роль надсмотрщиков играли капитаны — крепкие парни в чёрных майках. В руках они держали палки, которыми активно пользовались направо и налево. Пару раз, когда Дима недостаточно быстро поднимал тело, спину жгло ударом. Дима старался унять злость.

«Как я подписался на эту муть? Заплатил шестнадцать тысяч, чтобы меня ещё и били за плохое усердие! Вроде бы двадцать первый век, рабства нет, но я реально на галере. Как же болит пресс! И слева этот рыжий еле движется — надо тянуть придурка!» — в голове табунами носились мысли, но тело делало свою работу.

Раз-два, раз-два, раз…

Тревожный ритмичный марш из колонок вводил в транс, и через десять минут Дима чувствовал себя рабом древнегреческой галеры, которая плывёт неизвестно куда.

«В царство смерти, друг».

— Тяните толстого, иначе всех забьём палками! Давай, давай, слабаки! Потом поплачете. Вам бы вышиванием заниматься, а не на «Спарту» приходить! — неистовствовал Антон.

Они выжили. «Галера» продолжалась час, в конце ребята хором считали «раз-два-взяли, раз-два-взяли». Дима не мог поверить, что они смогли выжить и даже прыгнуть выше головы.

В середине дня было спартанское регби. Ребята разбились на две команды. Задачей было четыре раза занести мяч в зачётное поле. Капитаны стояли с палками наперевес. Борьба шла с переменным успехом. Один раз Дмитрий смог занести мяч в поле и вывел команду вперёд. Но вскоре счёт стал 3:3. Проигравшая команда отжималась сто раз. Решающий раунд.

«Аллё, слабачок! Если ты сейчас упадёшь, то умрёшь».

Дмитрий залез в клубок борющихся людей, под которыми где-то был придавлен мяч, и принялся растаскивать противников. И тут же получил мощный удар палкой по плечу.

— Не спать! — раздался свирепый голос (надсмотрщика) капитана.

Оказалось, Дима не боролся, а просто застыл на месте. Он встряхнул головой и полез в самую гущу игроков. Вниз, в центр жарких и потных тел. Его пальцы, как змеи, проползали в щели между ногами и головами. Он нащупал бок скользкого мяча. Оторвал от него чью-то кисть. Зажал сферу с двух сторон. И потащил к себе. Кто-то больно вцепился ему в лодыжку. Кто-то сильно ударил локтем в спину. Он чувствовал слабость в теле и тошноту, но ещё крепче сжимал руки. Какая-то часть внутри сказала ему, что он вытащит этот мяч. Даже если его будет держать рота солдат. Выше, всё выше. Хватки слабели, и вскоре овальный трофей оказался над его головой. Кубок наш!

«Не расслабляйся. Ещё нужен пас».

Справа он уловил движение партнёра и бросил туда мяч. Вовремя — три противника бросились на Диму сзади и повалили на живот. Напарник сгруппировался и, резко кувыркнувшись, залетел с мячом в зачётное поле. Победа!

«Или спасительная пауза», — думал он, глубоко дыша и следя, как отжимаются его соперники. Которым не хватило чуть-чуть удачи.

«Или такого игрока, как ты. Гол и голевая передача. Красавчик же!»

Тело ныло и просило пассивного отдыха, но снаружи что-то изменилось. Он посмотрел по сторонам. Усталые лица парней, мокрый от пота татами, пятна боксёрских перчаток в углу стали ярче и чётче. Как будто внутренняя уверенность проявилась вовне и стало понятно, что делать дальше. Он даже испытал благодарность к капитанам. Они помогают спартанцам, но делают это так, как умеют.

Следующим испытанием стали спарринги. Он встал в пару с одним из самых здоровых капитанов — Александром. Они начали играть в боксёрские пятнашки. Дмитрий был уставшим, а его соперник — отдохнувшим. В середине боя Дмитрий почувствовал, что может его победить.

Внутри как будто открылся клапан с дополнительной энергией. Он резко пошёл вперёд. И гонял капитана по рингу, пока не прозвучал звук отбоя.

— А ты красавчик, не ожидал от тебя! — Саша с чувством пожал ему руку.

Дмитрий вдруг понял, что капитаны такие же люди, как он. И почувствовал уверенность.

Вечером они приняли душ и, зайдя в зал, повалились на татами.

— Друзья, нам надо заработать как минимум сорок тысяч рублей на помощь больной девочке, — сказал ведущий. — На всё у вас три часа.

И добавил:

— Ещё никто из прежних групп не срывал это задание.

Они собрались всей командой на Невском проспекте. Разделились на три группы. Дмитрий сказал, что хочет быть руководителем одной из них. Его выбрали.

Они расположились около метро и стали петь детские песни. Рядом стоял плакат с информацией о больном ребёнке. Прохожие кидали деньги в картонную коробку. За два часа было собрано всего пятнадцать тысяч рублей.

«Дима, ещё никто из прежних групп не срывал это задание. Придумай, как собрать денег».

Дмитрий подходил к каждому из парней в своей группе и просил максимально выложиться:

— Ты же «спартанец», ты сделаешь это!

Они запели вдохновенно и мощно. Команда мощных мужиков, мечтающих помочь больному ребёнку.

И тут стало происходить чудо. Количество людей, бросавших деньги в коробку, не увеличилось, зато купюры стали крупнее. В ход пошли тысячные. Кто-то из иностранцев, послушав их песни, бросил пятитысячную купюру.

Дмитрий почувствовал, как разливается жар в груди. И появляется нежное чувство. Они — команда и могут сделать всё. Они объединены светлой идеей и могут сотворить любое чудо.

После трёх часов парни сложили все купюры и монеты в большой пакет и понесли в кафе считать. Получилось более семидесяти тысяч рублей. Есть новый рекорд «Спарты»!

Домой он ехал в отличном настроении. Которое не испортили даже слёзы жены, когда он раздевался перед сном. Его спина, словно у ленивого раба, вся была в рубцах и кровоподтёках. Надсмотрщики-капитаны постарались от души.

* * *

Последний день. С утра они прыгали на верёвке с крыши заброшенного цеха. По разрушенным лестницам залезли наверх. Станцевали боевой танец хака. Для храбрости.

Кто мы? Сила. Кто мы? Воля. Кто мы? «Спарта»!

Но всё равно было видно, что ребят потряхивало. Дмитрий ужасно боялся высоты, поэтому сразу подошёл к организатору и сказал, что хочет прыгнуть первым. Чтобы отмучиться и не бояться дальше.

Но ему ответили, что первыми пускают самых лёгких. Он прыгал тринадцатым. Был даже какой-то азарт в том, чтобы довериться судьбе под этим мистическим числом.

Он ходил между парней на крыше и шутил. Затем спокойно дал инструктору обвязать себя шнурами и карабинами. Посмотрел на ребят. На него смотрели и… не видели. Каждый был занят своим прыжком.

Подошёл к «окну» крыши. Посмотрел вниз. До земли было метров тридцать. Внизу маленькими столбиками стояли инструкторы и уже прыгнувшие счастливчики. Перекрестился.

Перекинул ноги через край. Оттолкнулся от железного угла. Вниз. Дыхание перехватило. Он заорал, когда свободное падение закончилось и верёвка качнулась маятником вбок.

Твою ж мать, как прикольно!

Он напевал. Маятник достиг предела, и Дмитрий полетел в другую сторону. Сердце замерло. И пошло снова.

Когда ноги коснулись земли, он улыбнулся и пожал руку инструктору. Он пересилил страх. Почувствовал, что в полёте родился новый человек. Бесстрашный, мощный и сильный. Человек-орёл!

Заканчивался тренинг «Бойцовским клубом». Они приехали на метро в одну из секций на Петроградке.

Размялись, сыграли в спартанское регби. После вчерашних нагрузок нынешнее испытание казалось детским.

Парни выстроились по периметру татами, образуя круг. В нём пройдут бои без правил. Где будет только один победитель. Ничьих нет.

— Бейтесь до конца. И когда захотите сдаться, вспомните, что вы «спартанцы». Или вы, или вас. — Антон в шортах и с голым торсом стоял в круге, оглядывая парней. Стальной взгляд пробивал душу каждого «спартанца».

Дмитрий почувствовал, что умрёт. Или сейчас от страха и разрыва сердца, или там, на татами. Ведущий стал подбирать пары. Дмитрий бился в конце. Он побледнел, когда увидел своего противника. Его звали Славой. Это был мужик намного крепче Димы.

Настал черёд их пары. Дмитрий на полусогнутых ногах вышел на середину круга. Голова была пустой. Обменялся рукопожатием с Вячеславом.

— Раз, два, три, начали! — скомандовал ведущий.

Время остановилось. Как и его сердце. Выиграть или умереть! В тело будто вселился кто-то более сильный и решительный, чем он сам. Голодный и ловкий зверь! Он сделал шаг вперёд и бросился на соперника. Туда, где белело его лицо.

Они обменялись сериями ударов. Кулак Дмитрия попал во что-то мягкое, и соперник стал заваливаться на татами.

«Быстрее, бой ещё не закончился».

Дима прыгнул на падающее тело, выставив вперёд кулаки.

Ему казалось, что он бил по лицу целую вечность, прежде чем почувствовал сильный рывок.

— Тормози, дружище, убьёшь его! — Антон оттащил его от залитого кровью лица соперника.

Дима встал. Вокруг был туман.

Неужели всё закончилось?

— Помоги встать человеку, — подтолкнул его ведущий.

Он протянул руку Славе, обнял его. Их бой длился двадцать секунд. Один из самых быстрых на турнире.

Ребята подходили поздравлять его.

Вышел драться — так дерись! Его зверь был сильнее, чем у соперника. Потому он и победил. Но внутри всё равно кто-то ныл, что не надо было так жёстко со Славой…

По окончании боёв участники смыли в душе кровь и пот с тел и уселись на татами.

— Я же знаю, что вы пришли на тренинг за фоточками и футболочками! — улыбался обычно суровый ведущий. — Не ошибусь, если скажу, что это самая дорогая футболка в вашей жизни.

Они, смеющиеся и счастливые,

«Красавчик, всё закончилось и ты дошёл до конца!» держали в руках чёрные майки с логотипом «Спарты». Много фотографировались и обнимались, будто понимали, что следующая встреча будет нескоро. А может, её и не будет никогда.

Глава 2. Суровая декларация

На крыльце спортклуба толпился народ. Шумно обсуждали перипетии тренинга, шутили над синяками и ссадинами товарищей.

— Эх, я бы сейчас ещё один бой замутил! — сказал здоровяк по кличке Мирный. — Может, встречу хулигана, который к девушке пристаёт.

— Не устал ты, Мирный, вижу, — сказал ему сосед. — Халявил на спарринге.

— Да он с пацанёнком каким-то бился, — бросил кто-то.

— Я же не виноват, что Бритва поставил меня против пацана.

Парни увидели Диму, заулыбались.

— Красавчик, Энергия! Здорово отработал на тренинге! — Парень по прозвищу Анкер пожал ему руку.

— Ты сам красавец, как чувака из Бойцовского клуба на болевой поймал!

— Кто бы говорил! Ты Славе нос сломал.

— Ого! — Новость была неприятной. Вот это он пёр.

— Брат, силу не рассчитал. Но я хочу извиниться перед ним.

— Раньше надо было. Пока человек жив.

— В смысле, он же пять минут назад в душе мылся! — удивился Дима.

— Да шучу я. Со Славой всё нормально. Только нос сломан. А вообще, ты бешеная энергия, тебя лучше не злить. — Анкер хлопнул его по плечу. — Давай с нами в бар.

— Спасибо, но я домой отлёживаться.

— Может, по чуть-чуть отметим?

— Не хочу. Да и жена ждёт. — Дима пожал руки ребятам и посмотрел по сторонам, пытаясь определить, в какой стороне находится метро.

Через полчаса он вышел на станции «Купчино» и, сев на маршрутку, поехал в кафе.

По дороге залез в свой аккаунт во «ВКонтакте» и написал:

«Прошёл “Спарту». Дополз домой (“спартанцы” меня поймут). Ни один тренинг не мог бы дать мне больше!»

Далее пришла эсэмэска от одного клиента по продаже бизнеса:

«Дмитрий, не смогу полностью оплатить ваши услуги. Отдам пока за один хостел. За второй — как получу деньги».

В смысле «как получит»? Дима тут же перезвонил, но звонок отклонили. Наконец через пару минут пришла повторная эсэмэска:

«Извините, не могу говорить. Подъезжайте ко мне домой по адресу Невский, 125 к 15:00. Получите деньги».

Завтра Дима разберётся с этим вопросом.

* * *

Автобусная остановка находилась в нескольких сотнях метров от кафе, и Дима пошёл пешком через двор. Было уже темно, ветер бросал в воздух первые жёлтые листья.

Он подошёл к чёрной арке. Ширк-шрип, ширк-шрип.

Дима вдруг почувствовал, как ёкнуло внутри, под ложечкой.

«Спокойно, спокойно».

Ууууууииииууууииии!

«Это просто ветер».

В арке было темно, а вот дальше, около стены дома, горел навесной фонарь. И Дмитрий увидел несколько теней на асфальте. И услышал голоса и смех. В одиннадцать вечера в купчинском дворе.

Дима почувствовал, как задёргалась мышца на правом бицепсе. И как не хватает воздуха в горле.

Но он решил идти дальше вперёд. «Спартанец» не может трусить.

Он стал проходить арку.

Ширк-шрип, ширк-шрип.

Его шаги в гулкой темноте заставляли сердце биться ещё сильнее.

Сразу после арки слева у подъезда виднелись огоньки от сигарет и слышались громкие голоса.

— Саня, ты гонишь! Где я тебе возьму столько бабок? — гнусавил чей-то голос.

— У лоха отожми, — басил другой.

Едва Дима показался из арки, как голоса смолкли, а несколько пар глаз уставились на него.

Идти вперёд было непросто, будто он упёрся в какую-то прозрачную, но упругую стену. Захотелось остановиться.

А если докопаются? В темноте не было видно количества, но по ощущениям, противников было пять-шесть человек. А он один. Если будет драка, Диму изобьют. И «спартанский» опыт не поможет.

«Может, убежать?» — мелькнула в голове трусливая мысль, но он её тут же отогнал. «Спартанцы» не бегут.

Дима поравнялся с подъездом. Из темноты выскочил парень — скорее всего, тот самый, который спрашивал про «бабки». Он уставился на Диму. Гиена смотрит на пробирающуюся к их логову зебру. Еда сама идёт в пасть.

Дима перевёл дух, и в этот момент его тело автоматически сделало единственное правильное действие. Он растянул губы в улыбке и медленно посмотрел в сторону пацана — чуть выше головы. «Я не зебра, пацан, а другой хищник. Я сильнее вас. Вы мне не нужны, парни, я сыт». Дима посмотрел сквозь толпу, словно донося эти мысленные посылы, и медленно отвёл взгляд.

Теперь пора уходить. Медленно и солидно.

Он ждал, что в спину раздастся крик или того хуже — кто-то побежит. Но парни молча смотрели ему вслед. Дима обогнул длинное тело дома и только завернув за угол перевёл дух. Он почувствовал, как намокла рубашка. Но дело сделано: несостоявшееся сражение на невыгодных условиях — это выигранная битва. Парни не напали на него — значит, чувствовали силу. Во время тренинга Дима выпустил своего зверя. Непонятно, какой он породы, но товарищ серьёзный.

«Не зря же ты Славе нос сломал».

Да и паре парнишек из подъезда тоже что-нибудь бы сломал, но тут лучше не экспериментировать. Скорее всего, пришлось бы убегать. Лучше потерять лицо фигурально, чем по-настоящему.

Так, рассуждая сам с собой и тихо посмеиваясь, Дима добрёл до детского кафе. Зашёл на крыльцо, посмотрел на облезлый баннер «Обыкновенное чудо» и решил, что завтра его обязательно поменяет. Открыл дверь.

Их с женой заведение располагалось в двухэтажном здании на улице Бухарестской, 122. На первом этаже был продуктовый магазин «Дикси», куда они бегали за продуктами. Поднявшись по лестнице на второй этаж, ты оказывался в коридорчике, из которого левый вход вел в фитнес-центр, а правый — в детское пространство. Всю площадь они занимали вместе с танцевальной студией, и соседство было отнюдь не безоблачным. Диму и Олю раздражало беспардонное поведение юных танцоров и их родителей, которые занимали столы и стулья в кафе, переодевались, читали, болтали по телефону, делали уроки и при этом ничего не заказывали в буфете. Когда приходили настоящие клиенты, то танцевальную братию приходилось отправлять восвояси, что тем не нравилось и они громко возмущались, как цыгане при проверке документов.

— Привет, Димуля! — Жена показалась из кабинета. Обняла и поцеловала ещё в щёку.

Дима слегка отстранился.

— Больно?

— Боевые раны, — улыбнулся он вымученно. Теперь здесь, в безопасности, он почувствовал, как сильно устал.

— Ты мой герой! — Она восхищённо смотрела на него, и он даже смутился.

— Это правда. — Он рассказал про события дня. Историю про прыжки жена слушала с восхищением, а в ходе рассказа про бой она нахмурилась:

— Что это за бой такой, где нет правил? А если бы он тебя забил?

— Я бы убежал, — пошутил Дима. Про двор и парней он не стал рассказывать.

Они собрались и вышли на улицу. По пути зашли в «Дикси» — взяли продуктов и вина. Можно было немного расслабиться.

Проходили и мимо злополучного подъезда, но парней уже не было.

* * *

На следующее утро Дима проснулся поздно — около десяти часов. Когда он открыл глаза, то увидел, что Оля внимательно смотрит на него.

— Ну как ты, красавчик? — ласково спросила жена.

— Тело всё ломит. Как будто вчера на мне ездили все кому не лень.

Жена осторожно прикоснулась к его израненной спине.

— Не только ездили, но и били от души.

— Ну, это мужские игры. Я не жалею, что пошёл.

— У тебя такой мужественный взгляд, — произнесла жена. — Он меня заводит.

Дима улыбнулся.

— Вы меня смущаете, сударыня. На что вы намекаете?

— Какие у вас планы на сегодня, сударь?

— Надо съездить в два места, но это потом, а пока…

— А пока…

Дима внимательно посмотрел на жену. После пройденных испытаний она ему казалась маленькой и хрупкой. Беззащитной птичкой, которой нужна сильная рука.