Тайны потерянного созерцателя. Книга 2. Миротворец

Владислав Лисовский

Тайны потерянного созерцателя. Книга 2. Миротворец

Владислав Лисовский

Тайны потерянного созерцателя

(Новая редакция)

Книга вторая

Миротворец

«Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5,9).

Исходя из понимания самого смысла слова, миротворец – это тот, кто примиряет ссорящихся и враждующих. Человек, который способствует водворению мира там, где до того была вражда. Но что еще важнее, не допускает, чтобы эта вражда возникла. Ведь у зла есть такая особенность: когда ему не противишься, оно нарастает.

Миротворцы не воюют, а предотвращают конфликты. зажигая в душах свет любви. Но называться миротворцем не означает получить право указывать всем, как жить и что делать. Суть этой благородной миссии – взвалить на себя ношу помогать оступившимся, а не осуждать их своим правом, данным свыше, тем более поучать и унижать человеческое достоинство.

Миротворец не должность, а призвание. Призвание в прямом смысле этого слова – когда человек призван помогать упавшим подняться. Поддерживать своей любовью, которая творит чудеса, и разделять как друг тяжелое бремя испытаний и лишений.

Быть другом и товарищем есть первый маркер личности и души. Настоящие друзья не те, кто рядом, когда все хорошо… А те, кто не уходит, когда становится трудно. Кто в бою становится спиной к спине и помнит главное: отдавать нужно всегда больше, чем будет позволено взять.

Любой ныне живущий может стать миротворцем, если в его понимании творить мир вокруг себя – значит быть щедрым на любовь, вселять в сердца твердую уверенность и помогать людям беречь самое ценное: веру в Бога и искреннюю дружбу.

Глава первая

Первые контакты

Не знаю, долго ли я спал, но, открыв глаза, увидел, что мои попутчицы как ни в чем не бывало сидят за столиком и, тихонько переговариваясь, пьют кофе.

– Доброе утро! – свесившись вниз, приветствовал я их, радуясь в душе, что все закончилось хорошо. Однако, увидев обращенные ко мне напряженные лица и немой вопрос в глазах, догадался, что они ничего не знают. Ну и как тут не воспользоваться моментом, чтобы немного не потроллить сгорающих от любопытства прекрасных ведьм! Я выдержал театральную паузу и, сделав лицо идиота, спросил:

– Извините, а вы кто? Не подскажете, как я здесь оказался? Только не говорите, что я попал к вам в нетрезвом виде! О, это ужасно! Если это действительно так, прошу меня извинить.

Изобразив смущение, отбросил простыню, которой укрывался, и с удивлением произнес:

– Но что это? Неужели я спал в верхней одежде, и откуда у меня вообще такой гардероб?

Продолжая бормотать себе под нос, я сполз с верхней полки в том, во что меня там переодели. Надо было видеть при этом моих дам! Глаза у Златы округлились и, казалось, вот-вот вылезут из орбит, Инга смотрела на меня с испугом, а строгое лицо Натали выражало явное непонимание того, что происходит. Убедившись, что публика изрядно напугана, я спрятал правую руку за спину, чтобы не видно было перстня, и принял позу посла, вручающего верительную грамоту.

– Ой, простите, совершенно забыл! Вам просили передать письмо.

– Что? Какое письмо? – сбитая с толку моим поведением, растерянно спросила Натали.

Я торжественно вынул из-за пазухи свиток и с низким поклоном, как это делали при царском дворе, вручил его Натали. Оставаясь в этом положении, не разгибая спины, вкрадчиво спросил:

– Ну что, будем вишневой наливкой обмывать или так, на сухую? – и расхохотался. После чего выпрямился, театрально приложил правую руку к груди, чтобы все увидели перстень, и завершил представление эффектной фразой из «Звездных войн»:

– Да пребудет с вами сила!

Совершенно ошарашенные дамы смотрели на меня с разинутым ртом, пытаясь осмыслить разыгранный перед ними спектакль. Первой пришла в себя Злата, самая эмоциональная и вспыльчивая из подруг. Подскочив ко мне с пылающими от гнева щеками, она энергично замахнулась, и я понял, что сейчас получу оплеуху. Причем вполне заслуженную. Однако удара не последовало, она безвольно уронила руку и со слезами на глазах выпалила:

– Эх, как дала бы сейчас тебе по шее! Что ж ты делаешь, ведь едва до сердечного приступа не довел! Ты что, думаешь, мы куклы бездушные?

А потом как-то резко отстранилась, присела в поклоне и, коснувшись губами моей правой руки, поцеловала перстень со словами:

– Готова служить и быть твоей защитницей, если потребуется, а также верной помощницей во всех твоих делах.

Следом за ней то же самое сделали Инга и Натали. Только Натали попросила разрешения обнять меня и поцеловать. Поцелуй ее был очень странным, она слегка коснулась моих губ и произнесла еще одну фразу:

– Обязуюсь сопровождать тебя весь первый год и помогать в делах, которые тебе будут поручены, а также представлять всем служителям этого и иного мира, учить нашим правилам и твоим предначертаниям.

Выражение «твоим предначертаниям» меня немного насторожило. Интересно, что оно значит? «Нужно будет обязательно изучить всю новую терминологию», – подумал я, придвигаясь ближе к столику, накрытому для завтрака. Аромат кофе разбудил во мне зверский аппетит. Но не тут-то было! Сидевшая напротив Злата смотрела на меня как удав на кролика, гипнотизируя взглядом, в котором горело жгучее любопытство. С трудом дождавшись подходящего момента, она безапелляционным тоном заявила:

– Влад, ну ты же понимаешь, как мы все за тебя переживали! Хватит уже испытывать наше терпение, давай, рассказывай, что там с тобой произошло! Ужасно интересно, как все было!? Если можно, пожалуйста, в деталях…

– Да-да, и обязательно в красках, как ты это умеешь, – добавила Инга.

– Что ты меня все время перебиваешь? – обиженно воскликнула Злата.

– Девочки, не нужно ни о чем просить, пусть Влад сам решит, что рассказывать, – сказала Натали, строго глянув на подруг. – Ну да, для нас же этот случай первый. Мы ведь девушки молодые, жизни не видели… – слегка улыбнулась она.

Долго упрашивать меня не пришлось: мне и самому не терпелось поделиться своими впечатлениями. И я принялся в деталях и красках эмоционально описывать события, произошедшие со мной этой ночью, переживая все заново: удивительный полет в бездну, встречу с родными, голосование и последние слова наставника. По глазам ведьм, на лету ловивших каждое мое слово, было видно, что они тоже принимают все близко к сердцу, даже слишком. На прекрасных лицах было написано искреннее переживание, иногда до меня доносилось чье-то ойканье, тяжелый вздох, а в момент описания встречи с мамой и бабушкой я заметил, как они украдкой смахивают слезы и вытирают глаза.

– Владислав, ты так здорово рассказываешь! Я как будто вижу все это своими глазами, – восторженно проговорила Злата, не скрывая своих чувств. – Мой тебе совет: попробуй изложить все произошедшее на бумаге, пусть эта история останется не только в нашей памяти.

До конечной остановки поезда оставалось три часа. Мы пили наливку, потом чай, кофе и болтали как давнишние друзья. С улыбкой вспоминали русалок и Серафиму, наши посиделки у костра и вкусный ужин, привезенный Арамчиком. Когда еще такое может случиться! Однако по взглядам, которые изредка бросала в мою сторону Инга, и по выражению ее лица было заметно, что она хочет меня о чем-то спросить.

– Инга, вижу, тебе не дает покоя какой-то вопрос. Давай уже, не томи, спрашивай! – со вздохом разрешил я.

– О да, прозорливый ты наш! – шутливо прижала она сложенные ладони к груди и слегка наклонила голову, как подданный перед своим господином.

– Ах вот как, уже и прозорливый! А ведь не далее как позавчера чуть не околдовали бедного молодого человека своими чарами! Могу представить, что бы вы, дай вам волю, сделали с мужчиной, неискушенным в ваших женских хитростях!

Злата при этих словах расхохоталась так громко, что подругам пришлось ее осадить.

– Да спрашивай уже, что ты там хочешь узнать, – поторопила Натали Ингу.

– Влад, а ты действительно встретил Гоголя и общался с ним? Не врешь?

– Ты что, серьезно думаешь, что, пережив такое ночью в междумирье, я стану что-то выдумывать?! Да я сам был поражен до глубины души. А что тебя так взволновало?

– Да просто вспомнила рассказы своего дедушки. Он же с ним встречался, и не один раз. Не думала я, что Николай Васильевич остался в иномирье. Это ведь совсем рядом. Если когда-нибудь меня туда пригласят, очень хотела бы его увидеть.

– Ну да, размечталась! Вот прямо так тебя и позовут на литературный вечер в иномирский Дом культуры! Ты же знаешь, что мы можем туда попасть совсем по другому поводу. Лучше не рисковать.

Я попытался примирить спорщиц, пообещав, что, когда буду там, все узнаю и потом им расскажу. Хотя… чем черт не шутит!

Вдохновенным рассказом о ночных событиях я полностью реабилитировал себя в глазах прекрасных ведьм, но за свое неадекватное поведение по возвращении из иномирья все же получил по полной. Хотя, может, все-таки надо говорить «междумирье»? Надо срочно завести блокнот для записи новых слов и их значений!

Должен заметить, что за это время мои отношения с дамами кардинально изменились: с их стороны они были наполнены по-настоящему сестринской любовью и нежностью. Никогда не думал, что современные ведьмы такие необыкновенно красивые, умные и, я бы сказал, душевные. А мои искренние комплименты в их адрес работали безотказно, помогая сглаживать иногда возникавшие стрессовые ситуации.

До прибытия на вокзал оставалось меньше часа, когда Натали неожиданно вскрикнула:

– Господи, из-за твоих дурацких розыгрышей я чуть не забыла о самом главном! Свиток!

Она попросила подруг выйти из купе подышать свежим воздухом. Мы остались вдвоем, и, когда развернули свиток, я понял, что это не письмо, а артефакт. Он был исписан мелким почерком какими-то на первый взгляд непонятными буквами, а фразы, как мне показалось, размещались в загадочном порядке. Но абзацы аккуратно выделены и пронумерованы.

– Натали, это что, какая-то инструкция?

– Никакая не инструкция, а правила и заповеди.

– Но их здесь явно не десять, как у еврейского народа, а больше! И потом, что означает эта несуразица в построении фраз? Хорошо хоть, что написано кириллицей, но все равно больше похоже на какую-то абракадабру.

– Не торопись с предположениями и выводами, – строго взглянула на меня Натали.

Затем произнесла какое-то заклинание и попросила у меня разрешения воспользоваться свитком. Ничего не понимая, я кивнул, и в ту же секунду свиток окутало легкое свечение. Натали обратилась к нему с просьбой показать нам свод правил при освобождении души из плена. В ответ пергамент засиял бледно-красным светом, и на нем четко проявились строки, в которых были описаны правила и последовательность действий. Реально как инструкция!

– Влад, я показала тебе, как можно использовать свиток в ситуациях, когда необходимо что-то узнать. Но главное его назначение не в этом. Свиток – это своего рода твой контролер. Он связан с тобой ментально, так что не обязательно носить его с собой. Также совершенно не важно, где ты будешь находиться, расстояние не имеет никакого значения. Однако он должен обязательно храниться в твоем офисе или жилище, причем в недоступном месте.

– Ты хочешь сказать, что это шпион за мной из иномирья?

– Скорее учитель, который может поставить пятерку за правильные действия или, наоборот, влепить двойку за ошибочные. Советую первое время как можно чаще заглядывать в него, чтобы понимать, все ли верно ты делаешь.

– Так, все ясно! Короче, смотрящий и пишущий. Я так понимаю, вся информация обо мне будет сливаться в иномирье кому следует, – нахмурившись, произнес я с унылым видом. Кому же понравится находиться постоянно под колпаком!

– Ну, зачем же так мрачно, – усмехнулась наставница. – Посмотри на это иначе. Считай, что это послужной список со всеми подробности твоей деятельности за весь период работы созерцателем. И в этом есть куча плюсов, потому что позже тебе не придется долго и подробно рассказывать о своих похождениях. Отдал свиток в руки проверяющего или большого начальника, причем в разных мирах, – и все! Сиди кури, пока он считывает информацию о тебе, причем, заметь, только с твоего разрешения.

– Даже так? А еще, наверное, и автобиографию, и мемуары можно будет с его помощью написать?

– Если надумаешь, то и это можно, – Натали пожала плечами и уже с легким раздражением продолжила: – Но главное, повторяю для особо… – она остановилась и, улыбнувшись, договорила: – Без твоего разрешения открыть свиток и посмотреть, что в нем, никто не сможет. Он сработает как птица-феникс. Ну что, теперь все понятно? – она вновь улыбнулась и в заключение сказала: – Да, по поводу перстня. Не буду морочить тебе голову, сам в процессе поймешь, что он собой представляет. Кстати, для информации: перстень работает независимо от твоих желаний. Тебе ведь сказали, что это твоя защита и ключ. Но не оружие.

За окном замелькали пригородные строения, поезд прибывал к месту назначения. Женщины вернулись в купе, началась суета сборов. Только я в задумчивости сидел у окна, не мешая барахольщицам запихивать в чемоданы свои наряды.

На вокзале моих попутчиц встречал статный мужчина с тремя букетами красных роз. Опередивший нас Иван Петрович уже суетился возле дверей вагона, помогая носильщику грузить вещи на тележку. Мы с грустью тепло попрощались, обменявшись контактами, и я сразу, не заезжая домой, поехал в офис.

Моя новая жизнь началась довольно необычно. Поскольку вещей у меня было мало, а до офиса всего лишь одна остановка на метро, я решил сначала заглянуть на работу, а потом взять такси – и домой. В вокзальной суете совершенно выпало из головы, что надо переодеться, так что мой экстравагантный вид привлек внимание всех пассажиров в метро. Еще бы, ведь на мне было то, в чем я вернулся, можно сказать, с того света. Люди с любопытством разглядывали меня, наверняка думая, что я артист, сбежавший со съемок. Все происходило в районе Таганки, где находится арендованный мною офис. Кстати, хорошее место! Окна моего кабинета выходят прямо на Таганскую площадь. Когда владелица решила продать часть здания, я нашел в районе Абельмановки новый офис. Недалеко от прежнего, всего в пятнадцати минутах ходьбы спокойным шагом. Мне нравилось здесь смешение архитектурных стилей старой дореволюционной Москвы и советского периода семидесятых годов прошлого века. Такая же эклектика присутствовала и в названиях улиц, например, Воронцовская, Большие Каменщики и тут же Марксистская, а недалеко от нее тупик Коммунистический. Очень символично! Да и культурный слой весьма своеобразный: «Театр на Таганке», а напротив – единственный в то время еврейский театр «Шалом». Ну и куда же без печально известной Таганской тюрьмы!

Мое появление в столь причудливом наряде произвело в офисе настоящий фурор. Особенно позабавили озадаченные лица сотрудников, провожавших меня удивленными взглядами. Не часто ощущаешь себя центром внимания такого количества людей! Я улыбнулся, пробормотав: «Потом, все потом», и попросил заинтригованную секретаршу принести в кабинет кофе, а затем пригласить моего заместителя и главного бухгалтера.

Я даже не успел ни о чем спросить, как вошедшая главбух молча положила передо мной на стол вчерашнюю вечернюю газету с большой статьей на весь разворот. Взглянув, я обомлел. Значительную часть полосы занимало фото моего нового партнера и давнего приятеля с перевязанным плечом после покушения на него киллера. И подпись: «Предполагаемая жертва киллера дала отпор нападавшему».

Я сразу же набрал его номер и, услышав бодрый голос, немного успокоился. Приятель сказал, что все нормально, завтра он, как всегда, будет в офисе и расскажет подробности. Обсудив с сотрудниками план работы и выслушав отчеты, я отправился домой и, выполняя инструкцию Натали, первым делом спрятал свиток в укромное место, о котором никто не знал.

На следующий день партнер рассказал о случившемся. По его словам, предметом разборки могли стать кое-какие моменты, связанные с его основным бизнесом, к которому я не имел отношения. Он не стал посвящать меня в детали, да я и не настаивал, поэтому, обсудив дальнейшее развитие проекта, мы расстались.

Однако не прошло и недели, как в СМИ появилось сообщение о его гибели. На этот раз пуля киллера достигла цели, и мой партнер по проекту погиб. В газетах, как всегда, выдвигались сотни версий, одна страшнее другой. У меня никаких предположений не возникало. Так получилось, что, давно зная этого человека, я мало интересовался его делами и окружением. У каждого из нас были свои заботы. Через пару недель, когда эмоции улеглись, я встретился с его юристом, но ничего вразумительного от него не услышал. Сделанные партнером первые инвестиции в общий проект, естественно, зависли. Ну что ж, такова судьба.

И все бы ничего, если бы после этого в моем загородном доме не начали происходить непонятные, можно даже сказать, мистические вещи.

В тот период я чаще всего находился в доме один, добирался уже поздно и почти сразу ложился спать. Семья жила на квартире в городе, так что все вечера, да они и были короткими, я проводил в одиночестве. Дом занимал довольно большую площадь, и, откровенно говоря, одному здесь бывало очень неуютно. Поначалу даже страшновато, особенно в темные зимние ночи, когда на улице завывала вьюга и резкий ветер бросал в окно мелкие ледяные крупинки.

В один из таких вечеров я приехал, как всегда, затемно, перекусив по дороге в фаст-фуде. Принял душ – и спать, устал за день. Но не успел погрузиться в сон, как сквозь дрему уловил какой-то шум, похожий на шаги. Прислушался. Было такое ощущение, что кто-то поднимается по лестнице на второй этаж, а потом спускается обратно. Причем это происходило несколько раз. Вверх – и затем вниз. Моя спальня находилась на первом этаже. И первой мыслью было, что в какой-то из комнат на втором этаже открыто окно. Я включил свет и, поднявшись наверх, заглянул в каждую комнату. Странно: все окна плотно закрыты, никаких сквозняков. Решил, что показалось, и вернулся в спальню. Но только начал засыпать, как история повторилась. Я опять вышел посмотреть – никого. Проверил входные двери и, убедившись, что все в порядке, плюнул и пошел спать. Решил больше не обращать внимания на шум, вернее, шаги. Усталость победила.

Утром все было нормально, никаких следов я не обнаружил, позавтракал и уехал на работу. Однако вечером ситуация повторилась. Причем на этот раз был не просто какой-то шум, а шаги, как будто нарочито отчетливые и громкие, чтобы я услышал и понял, что не один в доме.

Домовой, что ли, завелся? Хотя вряд ли, эти существа предпочитают селиться в старинных жилищах, со стажем, а у меня дом новый, сам построил не так давно. Но на третью ночь та же история, правда, теперь уже с продолжением.

Утром мне нужно было встать пораньше, а я по своим биоритмам сова, так что ранний подъем для меня просто эмоциональная экзекуция. Глубокая ночь, часы показывали начало первого. Стараясь не обращать внимания на шаги, я тщетно пытался уснуть, как вдруг в мою дверь неожиданно постучали. Я вышел и во весь голос сердито сказал, что мне в пять утра вставать, поэтому нужно выспаться. А у самого по жилам пробежал холодок, и невольно охватило волнение. После всего, что произошло на днях, когда я встречался с мамой и другими давно умершими родными, в голове до сих пор царил сумбур. Тем не менее после моего заявления наступила тишина, и я уснул.

У меня есть такая привычка: поставив будильник на определенное время, обязательно просыпаться за пять минут до сигнала. Без пяти пять я, естественно, открыл глаза и потянулся отключить будильник. И в этот момент раздался сильный стук в дверь. Очевидно, кто-то побеспокоился о том, чтобы разбудить меня вовремя. Я на автомате сказал «спасибо», и стук прекратился. Только тут я сообразил, что вежливо поблагодарил непонятно кого или что, и перекрестился.

Вечером, вернувшись после работы, обнаружил в доме сестру, которая попросилась пожить пару дней. Ее сын, мой племянник, наконец-то познакомился с девушкой, и сестра решила дать им возможность побыть вдвоем, надеясь в скором времени стать свекровью.

Я так устал, что уснул, едва коснувшись подушки головой, и мне было не до топота в доме. Однако наутро увидел перепуганную сестру с бледным лицом, собирающую свои вещи. Путаясь и заикаясь, она рассказала, что всю ночь ее кто-то терроризировал. То стучал в дверь, то топал по коридору, в общем, напугал так, что она больше ни минуты не хотела оставаться в моем доме. Пришлось отвезти ее в город.

С этим надо было что-то делать, и, добравшись до работы, я тут же набрал номер Натали.

– О, какие люди! – в ее голосе прозвучала радость. – Влад, как дела, что-то случилось?

Я вкратце рассказал о том, что происходит у меня в доме. Немного помолчав, она попросила перезвонить ей чуть позже, но спустя полчаса набрала мой номер сама:

– Влад, в общем, ситуация такая: к тебе пришел первый контактер. Кто он, я сказать не могу. Но в любом случае бояться не надо. Когда в следующий раз он или она начнет повторять свои выкрутасы, попробуй завести с ним разговор. Хотя нет, давай лучше встретимся, и я тебе подробно объясню, что делать. Ты сейчас где?

– На Таганке, в офисе.

– Хорошо, буду там минут через двадцать. Приходи в ресторан «Труффальдино». Знаешь, где это?

– Конечно, я там часто обедаю и не только…

– Тогда жду тебя. До встречи.

Через полчаса мы уже сидели за столиком на веранде ресторана. Признаться, я не сразу узнал свою наставницу. Сегодня она выглядела совсем иначе, чем в нашу последнюю встречу. Строгий элегантный костюм, сидевший на ней безупречно, подчеркивал стиль деловой и уверенной в себе женщины. Макияж неброский, без провокаций, но очень эффектный.

Когда она подошла, я вскочил как солдатик. Она слегка коснулась губами моей щеки и присела напротив. Я заказал минералку, предложив ей выбрать что-то на свой вкус, но, попросив чашку кофе, Натали сразу приступила к делу.

– Влад, ты ведь помнишь, что я должна ввести тебя в курс дела, познакомить с обязанностями и весь первый год быть твоим консультантом?

– Да, конечно. Именно поэтому я и решился позвонить. Просто в последнее время события развиваются как-то странно, причем это происходит прямо в моем доме.

Натали улыбнулась и продолжила:

– Ну, во-первых, тебе совершенно нечего опасаться. Ты находишься под такой защитой, что любой дух или кто там еще просто не посмеет тебе навредить. Однако ты теперь созерцатель, поэтому к тебе могут обращаться за помощью или за советом души, духи или сущности в разных формах и не только. Твоя задача – разобраться и решить, помогать им или нет.

Вот это поворот! Такого сценария я, конечно, не ожидал. Но это и понятно, мне же никто ничего толком не объяснил.

– Натали, так что конкретно я должен делать?

Уловив в моем голосе нотки растерянности, Натали успокаивающе пожала мою руку, лежавшую на столе, и проговорила:

– На самом деле ничего сложного. Просто тебе нужно научиться их понимать и находить способ общения.

– Легко сказать! Не думаю, что все так просто. И как это выглядит на практике?

Улыбнувшись, Натали принялась инструктировать меня, как и каким образом налаживать коммуникации с разного рода сущностями. Особенно меня поразил способ взаимодействия с невидимками: если сущность бестелесная и не может общаться со мной голосом, для связи с ней придется использовать прикосновения, то есть тактильный контакт.

– Ничего себе новость! – воскликнул я, не сдержавшись.

– Влад, не суетись! Пойми, никто не ожидал, что все начнет происходить так сразу, в режиме нон-стоп. Я не планировала посвящать тебя в тонкости твоей деятельности ускоренными темпами. Обычно вновь назначенные созерцатели проходят обучение во время конгресса всех посвященных как в нашем мире, так и представителей иномирья. Но, к сожалению, очередное заседание состоится в одном из пансионатов Подмосковья только через год, за месяц до начала ты получишь на него приглашение. А пока, увы, придется действовать так, как получится. Хотя я почему-то не сомневаюсь, что ты быстро разберешься и найдешь способ. Если что, я постоянно на связи. Да, кстати, можешь еще заглянуть в свиток. Будет полезно.

Допив кофе, она напомнила про кольцо, которое было у меня на правой руке и о котором я, честно говоря, напрочь забыл. Оно же посторонним не видно. Натали пояснила, что его также можно использовать при контакте, наверняка что-то подскажет. Затем мило улыбнулась и, попрощавшись, удалилась, напоследок сказав: