Милена. Дочь некромантки

– По всем вопросам ты можешь обращаться ко мне, – ответила она в прежней спокойной манере. – Сейчас я провожу тебя в свободную комнату, и с этой минуты она станет твоей. Внутри должен быть минимум вещей – если понадобится что-то кроме, то можешь либо найти меня, либо попросить у первого, кого встретишь.

– И мне помогут? – с сомнением спросила я в ответ.

– Конечно. Мы же семья, – как само собой разумеющееся произнесла она. – Мы можем надеяться только друг на друга. А тебе просто нужно время освоиться, – снова обернувшись на меня, Нира смотрела уже более доброжелательно. – Когда Маришка нашла меня, я тоже всего боялась и больше старалась сидеть в комнате в одиночестве. Привычка, ну ты понимаешь.

– Понимаю…

– Ты скоро привыкнешь доверять своим, Милли, – доверительно прошептала она. – И мы почти пришли. Если захочешь есть – иди сразу на кухню, где мы обедали. Ты почти ничего не съела, что и не удивительно. Первый день с нами. Тебе нужно время. Вот увидишь.

– Спасибо, – поблагодарила я, осматривая коридор, в который мы свернули и череду дверей.

Некоторые были приоткрыты, чем я и пользовалась, осторожно заглядывая внутрь. Правда, ничего интересного там не было. Какие-то комнаты были пусты. В каких-то находились люди… и обычные, и маги иллюзий. Как я поняла, Нира привела меня в подобие жилого сектора.

Проходя мимо последней из открытых дверей, я украдкой заглянула внутрь, почувствовав там довольно сильных иллюзионистов. Ничего особенного я уже не ожидала увидеть, но…

– Что они делают? – остановившись, шёпотом спросила я у Ниры, внимательно осматривая мужчин.

Они находились в разных частях комнаты и словно застыли. Один стоял на ногах, трое сидели прямо на полу на приличном расстоянии друг от друга. Каждый выглядел предельно сосредоточенно. У всех мужчин были закрыты глаза и безмолвно шевелились губы. Выглядело это довольно пугающе.

– Работают, – коротко ответила она, потянув меня за руку, чтобы я продолжила идти. – Не будем им мешать.

– Работают? – переспросила я, покорно следуя за Нирой дальше по коридору. – Над чем?

– Точнее с кем, – усмехнулась девушка, останавливаясь у двери и доставая ключ из кармана платья. – Мы пришли. Твоя комната, – провернув ключ в замке, она отворила дверь, распахнув её и пропуская меня внутрь. – Прошу!

– Здесь… очень мило, – поблагодарила я, мельком осмотрев скромную обстановку спальни.

Узенькая кровать в углу, небольшая тумбочка. Грубо сколоченный бельевой шкаф… вот, пожалуй, и вся комната.

– Отдыхай, Милли, – подойдя к тумбе, Нира положила на неё ключ. – Если что-то понадобится, ты…

– Расскажи мне про них, – попросила я, подразумевая увиденных за работой иллюзионистов. – Я ничего не понимаю! Ты сказала, что они над чем-то… или кем-то, работают, но… я не видела там иллюзий. Они под личинами? Но это не имеет смысла! Сосредоточенность не нужна, а они выглядели такими собранными… да и Маришка сказала, что меня нужно будет обучить чему-то. Только я совсем не понимаю, на что мы ещё способны.

– Ох, Милли, – вздохнула Нира. – Как и все мы до попадания сюда, ты верила в то, что нас истребляют только за иллюзии, верно? Но всё гораздо сложнее. Да и мы действительно способны не только на ярмарочные трюки.

– И что мы можем? – я замерла в ожидании ответа.

По Нире было видно, что рассказывать она не горит желанием. Может я ей не нравилась, или новеньким тут не очень и доверяли. А может быть, обучение и все разъяснения здесь даёт Маришка. Сложно сказать.

– Контроль над разумом, – наконец-то ответила мне Нира. – Чем выше сила иллюзиониста, тем более долгий срок он может поддерживать иллюзию, которую будет воспринимать один или несколько человек.

– Я не понимаю, – призналась я. – Что это значит?

– Что нам необязательно быть рядом с кем-то, чтобы воздействовать на него, – начала пояснять Нира. – Например, ты можешь внушить кому-то боязнь воды. Постепенно, день за днём, влезать в сознание и выстраивать образы… Или же свести человека с ума, заставив его видеть призраков или умертвий, действуя только на разум. Он может быть один, а может окружить себя людьми – это не поможет. То, что он будет видеть, другие не заметят.

– Но… это… это же... – я не находила слов в ответ.

Контроль над разумом…

Магию иллюзий и так практически невозможно отследить, а если действовать вот так, на расстоянии. Это же сколько всего можно совершить…

Внушить мысль… манипулировать образами. Можно запросто стравить драконов и демонов, например. Или натравить стихийников на… да на кого угодно! Разум… влезть в голову и…

Мать моя некромант!

Так ведь можно узнать и мысли человека! Или не человека…

– Именно так Маришка пытается узнать имя истинной Марка у драконицы, – внезапно осознала я, с ужасом смотря на Ниру.

– О, Маришка рассказала тебе? – улыбнулась она в ответ, словно не замечая моё состояние. – С драконами всё сложнее. Их приходится держать спящими и выстраивать реальность во сне. Такую же как наша, чтоб у ящерки и мысли не возникло, что она спит, или что находится в плену.

– Но Маришка сказала, что драконица пока молчит…

– Мы воссоздали её дом, семью, привычный день из её жизни, – пояснила мне Нира. – Она просыпается, завтракает, видит знакомые лица. И за каждым из них скрывается на самом деле иллюзионист. Именно этим и занимались маги в комнате, которых ты видела. Они снова и снова подбирают знакомые драконице образы, разговаривают с ней от их лица, чтобы выведать имя истинной её женишка.

– Не проще ли прочитать её мысли? – нервно и натянуто улыбнулась я. – Контроль над разумом же…

– С людьми – да, проще, – закивала головой Нира. – С драконами так просто не выйдет. Максимум, что мы можем, это явить им свой образ. Вот только зачем оно нам? – она рассмеялась, а вот мне было совсем не до смеха.

– Явить образ? – переспросила я, без особой надежды на ответ.

– Это довольно просто, – беззаботно пояснила Нира. – Представляешь себе кого-то, сосредотачиваешься и на какое-то время он видит тебя. Словно ты рядом. Сильные маги иллюзий входят в подобие транса и ментально оказываются рядом с тем, с чьим разумом работают. Видят обстановку, окружение, слушают разговоры вокруг. В то время как их видит и слышит лишь тот, с чьим разумом установлена связь. Одно плохо, – девушка с досадой сморщила носик. – Иллюзионист не может так работать с другим иллюзионистом. У нас что-то вроде иммунитета друг другу. А было бы удобно так общаться!

– Да, удобно, – повторила я за ней, радуясь, что ко мне в мысли и подсознание никто залезть не сможет.

Впрочем, это была единственная хорошая новость из услышанного.

16

Нира давно покинула комнату, оставив меня в одиночестве, а я...

Я так и продолжала стоять, сосредоточив взгляд на чуть чадящем факеле, что висел на стене.

Я металась между двумя желаниями. Сорвать с себя антимагические браслеты и спустя полчаса оказаться в безопасности. Дома или на Островах, это не имело никакого значения! Я знала, что мама тут же отследит меня.

И именно это меня сейчас и останавливало от поспешных действий.

Что, если мама решит сама переместиться ко мне? Что, если она попадёт в ловушку? Я не спорю, она одна из сильнейших истинных некромантов, вот только... что она может против контроля над разумом?

Или что будет, если за мной придёт Марк и, так же бесславно как и его невеста, отправится спать?

Что будет, что будет... понятно, что будет. Меня подвесят рядом с Ауранией, кто бы за мной не явился!

И вот что с этим делать?

Сколько у меня вообще есть времени в запасе?

Как быстро иллюзионисты выяснят с помощью Аурании имя той, кого так жаждут себе заполучить?

Интуиция мне подсказывала, что времени осталось не так много.

И вариантов у меня, по сути, тоже особо нет.

Либо снимать браслеты и молить всех существующих богов об удаче, либо...

— Снять браслеты я всегда успею, — прошептала я, стараясь себя подбодрить. — А пока попробуем второй вариант...

Подойдя к кровати, я осторожно присела на её край и прикрыла глаза.

Как там сказала Нира? Сильные иллюзионисты умеют связываться с людьми на расстоянии. Я же ничего не теряю, просто попробовав. Ну, разве что теряю время и, скорее всего зря, но... чем демоны не шутят?

Если получится, я смогу предупредить маму о том, что здесь происходит. Не только о куче иллюзионистов, что пытаются захватить мир, но и об их планах на меня...

Моя идея была хороша. Вот только воплощение подкачало.

Минуты шли, а я, сколько раз не представляла маму, сколько не пыталась нащупать её разум, у меня ничего не выходило.

Я точно что-то делала не так, но никак не могла понять что именно.

— Думай, Милли, думай! — вскочив на ноги, я начала нервно мерить шагами комнату.

Выпустила стайку иллюзорных птичек, сотканных из огня, постаралась почувствовать свою силу. Маришка отметила мой потенциал. Значит, пользоваться даром должно быть легко. Просто нужно понять как именно это сделать...

Или наоборот, мне не нужно ничего понимать?

Создавая иллюзии я никогда не думала над тем, что делаю. Просто представляла себе картинку и она тут же появлялась. Ограничением была лишь моя фантазия. Сам контроль минимален...

Магия иллюзий была чем-то схожа с даром стихийников. Они тоже могли призывать огонь, например, и жечь всё вокруг до тех пор, пока сами не захотят прекратить. Ну, или до тех пор, пока их не вырубят, прекращая безобразие...

Может и, для того чтобы связаться с кем-то, мне не нужно обдумывать механизм, а просто так же визуализировать?...

Несколько раз медленно выдохнув, я опустилась на каменный пол, подогнув под себя ноги, устраиваясь поудобнее.

Не думать над тем, что делаешь, оказалось не так и просто!

У меня снова ничего не получалось...

Стало обидно, как в тот момент, когда я поняла что дар пропал. Детские воспоминания сами всплыли в памяти.

Тогда я не понимала, от какой опасности меня спасли, лишив сил. Мама подбирала слова, объясняла плюсы...

Даже Марк пытался подбодрить. Тогда я его видела в последний раз. Перед недавней нашей встречей...

— Это ничего не даст! — голос мамы прозвучал настолько внезапно, что я подскочила на ноги, резко распахнув глаза.

Я больше не находилась в комнате, где меня оставила Нира. Сейчас я стояла в кабинете своей мамы, что располагался в Школе.

Она привычно сидела за столом, перебирая отчеты с практики у старшекурсников, совершенно не обращая внимания на Марка. Дракон практически дышал огнём, положив ладони на мамин стол и настойчиво требовал:

— Лилиан, попробуй ещё раз!

Даже спина мужчины выглядело зло. Представляю, что сейчас творилось с его лицом. Наверняка полыхало чешуйками... как и Живой Огонь в глазах. Куда же без него...

— Марк, ты мне мешаешь, — лениво отозвалась в ответ мама. — Я уже пробовала. Не раз. Не два. И даже не три, — оторвавшись от бумаг, мама с укором взглянула в лицо Марка. — В том что Милена не хочет быть найденной, ты можешь винить только себя.

— Я...

— Хватит, — повысив голос, мама подняла ладонь, вынуждая Марка замолчать. — Только её нежелание быть обнаруженной тобой побудило мою дочь найти браслеты и ходить в них. Но ты, разумеется, всего этого не хотел, она не так всё поняла... я всё это уже слышала, Марк.

— Лилиан, пожалуйста...

— Я переживаю за неё не меньше твоего, — снова перебила она. — Как и Дир. Помнишь моего мужа? Он даже ставки делает, кто найдёт Милли раньше. Ты или я. Истинность дракона против чуткого сердца матери-некромантки...

— Не смешно, — отозвался в ответ Марк. — Аурания пропала.

— У тебя есть её кровь или волосы? — мама резко стала серьёзной. Она не только отложила в сторону все документы, но даже чуть привстала с кресла, настороженно ожидая ответа.

— Есть. Но можешь не тратить время. Поиск не срабатывает, как и в других случаях.

— Мне жаль, Марк. Думаешь она у...

— Почти уверен, — ответил ей дракон. — И я до одури боюсь, что...

Он не закончил фразу, но оно и не требовалось. И дураку понятно, что он переживает за невесту. Она не первая из драконов, что пропала. И не последняя, если я так и продолжу молчать.

— Мама, это я! Не подавай виду, что слышишь меня! — начала я тараторить, даже и не пытаясь уловить мамину реакцию.

Вот что она умела делать как никто другой, так это скрывать свои эмоции. Иногда меня это восхищало, но большую часть времени до ужаса раздражало.

— У меня всё хорошо, — продолжила я говорить. — Правда, я не знаю где я... но я встретила иллюзионистов. Много иллюзионистов, если точнее. Я сейчас в их городе, если можно так сказать...

— Твою ж мать! — неожиданно громко выругался Марк, перебив меня именно в тот момент, когда я уже была готова сообщить про Ауранию и про копание в её голове.

— Что? Что-то на Остравах? — мама приподняла бровь, ожидая ответа от Марка.

— Ты была права, Лилиан, — с какой-то злой издевкой произнёс он. — За Милену не стоит переживать! Совсем не стоит! Она всего лишь умудрилась найти иллюзионистов и примкнуть к ним! Здорово, правда?!

— Глупости! — нахмурилась мама. — С чего ты взял?

— Она сама сказала! — резко обернувшись, Марк посмотрел прямо на меня. — Милена! Я очень прошу тебя, пожалуйста...

— С кем ты говоришь?! — голос Маришки вторгся в нашу беседу, а следом за ним пришла и боль.

— Ай! — вскрикнула я, оказавшись снова в маленькой комнатке с факелом.

Ну и со злой как демон Маришкой, что вцепилась в мои плечи с такой силой, что точно останутся синяки.

— Кому ты про нас рассказала? Отвечай немедленно!

17

Марк, несколькими днями ранее. Совет правителей драконьих Домов…

***

– Раймонд так и не объявился? – обведя взглядом членов совета, я понял, что сбываются наши худшие опасения. – Все понимают, что это значит?

– Что среди нас изменник, – с горечью произнёс правитель Третьего Дома.

– И с этим нужно что-то делать, – отец Аурании тоже не стал молчать, хмуро взглянул на меня, с нажимом добавляя: – И срочно, Марк. Оттягивать дальше бессмысленно.

Из присутствующих только он знал о том, что у меня есть истинная. И только он понимал, в каком аду я живу последние десять лет.

Милена…

Правители продолжили обсуждение, а я же проверил маячки. Девушка находилась на территории Школы. В безопасности. И это самое главное.

– Марк? – привлёк моё внимание брат Раймонда, что временно взял на себя управление Шестым Домом. – Может пора объявить охоту…

– Охоту на иллюзии? – усмехнулся я. – Думаю, все понимают бессмысленность этой затеи.

– Можно попросить помощи у магической безопасности Силании, – не сдавался Лайсан. И я его понимал. Я бы тоже использовал любую возможность, если бы, не приведи Драконья Праматерь, пропал Хендрик.

– Просить помощи у людей?! – ожидаемо заголосили главы домов.

– Но у них есть иллюзионистка! – Лайсан подскочил на ноги, полыхнув Живым Огнём в глазах. – С её помощью мы сможем найти остальных магов и…

– Не сможем, – повысил я голос, вынуждая всех замолчать. – Лайс, мы все не меньше твоего обеспокоены судьбой Раймонда, как и пропавшими до него. Но это не выход. Эту женщину и так таскают по всем мирам, отслеживая магов иллюзий. И результата нет.

– Может не там таскают? – дерзко ответил он мне.

– Или не так, – коротко ответил я.

Магов иллюзий уничтожали не просто так. Но не так много осталось тех, кто помнил истинную причину. Драконы помнили…

Именно поэтому многие понимали бессмысленность идеи Лайсана. Маги иллюзий не только чувствуют друг друга при встрече, но и умеют предупреждать о своём прибытии. И даже если я свяжусь с главой магбеза Силании и попрошу помощи… результата не будет. Нет, случайных иллюзионистов мы поймаем. Но цель наша не они. Не те, что словно мыши прячутся и пытаются выжить. Мы ищем тех, кого годами обучали и натаскивали. И самое главное, нужно найти и самих… дрессировщиков.

– Какая-то горстка магов смеет на нас нападать, и мы… будем бездействовать? – Лайсан брезгливо обвёл взглядом членов Совета. – Будем терпеть? Ждать, пока нас перебьют по одному?

– Горстка, – усмехнулся отец Аурании. – Не удивлюсь, если их окажется больше сотни.

– Три сотни, – прокомментировал я, припомнив слова Оракула, сказанные мне десять лет назад. – Три сотни магов, что подлежат уничтожению придут в драконий дом. Три смерти нужно пережить, три решения принять и два из них нарушить. Но лишь от последнего будет зависеть исход войны, что началась с гибели Дайренора.

– Тогда чего мы ждём? Почему ничего не решаем? Столетняя война закончилась давно! Дайренор восстановлен! – вновь не сумел сдержать свои эмоции под контролем Лайсан, непозволительно повышая голос. – Почему мы не ищем предателей?! Почему не ищем иллюзионистов?!

Слово взял правитель Второго Дома, объясняя молодому дракону, что спешка – сестра ошибок. И не так-то просто вычислить предателя, когда он один из нас. Тем более, что Столетняя война закончилась лишь официально. Группы магов-отступников продолжают устраивать бессмысленные диверсии. И если именно они стоят за прикрытием магов-иллюзий… У нас просто нет права на ошибку.

Ошибка…

Именно это было моей первой мыслью, когда Оракул призвала меня к себе. Я только вернулся на Острова от Милены, радуясь, что Лилиан смогла лишить её дара иллюзий. И тут…

– Три сотни магов, что подлежат уничтожению придут в драконий дом. Три смерти нужно пережить, три решения принять и два из них нарушить. Но лишь от последнего будет зависеть исход войны, что началась с гибели Дайренора, – скрипучим голосом произнесла Оракул в тот день, медленно шагая в мою сторону. – Спасение в тайне. Оставь свою истинную, дракон. Только вычеркнув будущую герцогиню Дюар из своей жизни, ты спасёшь вас обоих. А если повезёт, то спасение обретут множество невинных жизней…

Больше провидица не сказала мне ни слова. Но и этого было достаточно, чтобы несколько суток я метался раненным зверем. Дракон требовал забрать Милену на Острова. Оберегать. Держать на виду. Защищать.

Впрочем, так было с того самого дня, когда я её увидел. Одни лишь Боги знают, сколько выдержки мне пришлось проявить, убеждая Лилиан, что я никогда не причиню вреда её дочери. А она боялась. Смотрела на меня, словно на больное чудовище…

Лишь спустя время некромантка поняла, что такое истинная для дракона. Не стала мешать мне быть рядом. А дракону большего было и не нужно. Просто смотреть, как она растёт. Ждать её. Ждать…

Десять лет не говорить с ней.

Десять лет наблюдать со стороны, как она из ребёнка превращается в прекрасную девушку.

Десять лет мучить себя визитами в замок Дюар, чтобы просто вдыхать один с ней воздух, всегда оставаясь в тени. И не иметь возможность прикоснуться.

Но самыми тяжёлыми были последние два года. Никогда бы не подумал, что буду изнывать от ревности к прыщавым юнцам, но… видят Боги, сколько трудов мне стоило ограничиваться с ними лёгкими… разговорами. Сложно сдержать дракона, охраняющее своё сокровище. Практически невозможно…

Сам не понял, как погрузившись в собственные мысли, уступил дракону и перенёсся на территорию Школы, следуя за своей истинной. И почти сразу же почувствовал на себе взгляд Милены.

Нас разделяла сотня метров и пыльное стекло окна библиотеки, но это не было помехой. Ноги сами понесли меня к ней. Я не обращал внимание на томные взгляды старающихся привлечь моё внимание девушек, просто шёл, обострив все свои инстинкты.

Милена…

Один разговор. Одна её улыбка. И я сразу уйду.

Отец Аурании прав, фарс с помолвкой пора заканчивать. Тем более, что результатов он всё равно не принёс. Брачный договор мы заключили за месяц до того, как я встретил истинную. Хотел разорвать сразу, но… Сначала Аурания попросила этого не делать. За меня она была рада, идти наперекор истинности даже и не думала, хоть и была всегда не в меру избалованна и эгоистична в собственных желаниях. Девушка хотела немного свободы. Она понимала, что разорвав брачный договор со мной, её отец тут же найдёт другую кандидатуру на хвост, крылья и сердце любимой дочери. Аурания же хотела… по официальной версии – немного свободы до брака. На самом же деле, как она сама мне призналась, Аура хотела любви. Встретить своего истинного. А после брака это было бы уже невозможно.

А после мы не стали разрывать помолвку из-за предсказания Оракула. Точнее, просто не касались своего статуса будущих супругов, пытаясь поймать иллюзионистов, что угрожали нам. Даже пытались использовать Ауранию как приманку на меня, но… ничего не вышло.

Я знал, что за мной следят.

Знал, что враг подобрался слишком близко.

И впервые в жизни не знал, как поступить лучше. Где Милена будет в большей безопасности? Рядом со мной, или как можно дальше от меня? О ней, как о моей паре, знает ограниченный круг лиц. Но что будет, если иллюзионисты смогут к ней подобраться? Вычислят? Тогда все слова Оракула потеряют смысл. Разве что предсказание про нашу смерть сбудется.

Зайдя в библиотеку, я замер у двери, прислушиваясь к разговору.

– …сейчас дверь взломаешь, побежим туда, пока он не ушёл. Поравняемся с ним, – я открыл дверь, убрав Живым Огнём наложенное Георгом заклятие, и тихо вошёл внутрь, явно сбив с мысли говорившую девушку. – И ты… такая…

– Ах, Марк, сто лет тебя не видела! Какая встреча! Знакомься – Изма! Люби её и не жалуйся! – Милена стояла ко мне спиной, но явно гримасничала, не обращая никакого внимания на ступор своей собеседницы.

– Приятно познакомиться, – тихо ответил я, заметив, как Милена вздрогнула перед тем, как обернуться на меня. – Любить не обещаю, жаловаться не привык, – усмехнувшись, я добавил чуть тише: – И я тоже рад, Милена.

Я часто представлял себе нашу встречу. В моих мыслях это чаще происходило на Островах, куда придёт Милена, как только там станет абсолютно безопасно для неё. Так же в моих мыслях наша встреча происходила в замке Дюар. Но неизменным были её глаза. Я представлял в них радость при виде меня. Грезил тем, как Милена будет мне улыбаться… примерно так же, как неудачнику семикурснику, что посмел не только пригласить её на свидание, но и…

Впрочем, сейчас не об этом.

Реальность в любом случае переплюнула все мои странные фантазии.

Радость от встречи? Если бы…

Милена смотрела на меня с таким выражением на лице, словно увидела клопа на белоснежной простынке. Ни улыбки, ни даже намёка на усмешку. Безразличие и дерзость. В каждом жесте. В каждой фразе. В каждом слове.

Не так я себе всё это представлял.

Совсем не так.

– Не могу сказать, что рада, – первое, что сказала мне Милена. А после моих уточнений бесстрашно подтвердила озвученное ещё раз.

А после и вовсе попыталась убедить меня, что почти не помнит ничего, что нас когда-либо связывало.

Маленькая врушка…

Вот только вывернуть наш разговор в нормальное русло мне мешала подружка Милены, отвлекая на себя внимание и задавая глупые вопросы. Начиная от желания быть представленным ей и заканчивая целью моего нахождения здесь. И мне нужно было быть вежливым… как бы не хотелось послать всех к демонам и прижать к себе Милену.

Вот только шли минуты, а добился я лишь одного. Мне всё труднее становилось сохранять спокойствие, слушая пренебрежение в голосе своей истинной. Я чувствовал беспомощность. Дракон рвался к своей паре. А Милена… кажется, она задалась целью унизить меня настолько, насколько это вообще возможно. Припомнила своё детство, предложила извиниться, если где-то оскорбила своей непосредственностью…

Это было на грани моего терпения.

И совсем невыносимо стало, когда Милена откровенно сбежала, активировав портал домой.