Я – дочь Кощея, или Женихи, вы попали!

– Выбор у нас и впрямь не очень богатый, – вздохнула Кладенец. – Вот только найти её будет не так просто.

– Ты же сказала, что она в Лихом лесу живёт? – удивлённо обернулась я на Кладенец, пока она задумчиво осматривала храпящего кота.

– Живёт, – подтвердила меч. – Но, как и любая ведьма, избушку свою она скрывает. Нет, я не спорю, можешь призвать тьму и весь лес перевернуть, в буквальном смысле. Велизару мы найдём, конечно. Но будет ли она с тобой после этого разговаривать?

– Не будет со мной, будет с сироткой, – пожала я плечами. – Похожу, повою… сама выйдет.

– О, смотри кто к нам уже сейчас решил выйти, – хмыкнула Кладенец, повинуясь моему мысленному приказу и проявляясь мечом в ладони.

Из леса медленно вышли двое мужчин, с опаской приближаясь ко мне.

– Переговоры? – крикнул мне, кажется, Итар.

Полной уверенности у меня не было, они с Иваром были очень похожи, хоть и приходились друг не родными братьями. Но, так вышло, что отличить их друг от друга было так же сложно, как и их отцов – Соловья-разбойника и Финиста. С последними понятно – они родные братья, да к тому же близнецы. Даже мама не всегда их отличала, часто путая, хотя дружить они начали ещё до моего рождения.

– Переговоры? – выкрикнула я в ответ. – А как же смотрины? Я думала, вы пришли товар лицом показать. Другие части смотреть категорически отказываюсь!

– Товар! – выкрикнул второй из братьев, и я убедилась в правильности моего определения кто из них кто. Сейчас точно говорил Ивар, сын Соловья. – Мы купцы! Это нам должны демонстрировать…

– А баньку вам не истопить? – перебила я его, не давая договорить, кто из нас здесь товар.

– Ты истопишь. В ней и сожжёшь, – нервно рассмеялся Итар, доставая из-за спины белую тряпицу, нерешительно помахивая ею. – Переговоры? Мы правда пришли с миром.

– Пришли они, – усмехнулась я себе под нос. – Скорее, окружили.

Я чувствовала, как затихла река, словно готовясь к рывку. Стало понятно, чем занимался сын водяного с русалками. Да и затишье сына лешего наводило меня на мысли… не зря же братья так долго медлили со своим выходом. Да и богатырёныша что-то не видно.

Сговорились, выходит, женишки! Решили объединиться, понимая, что по отдельности меня поймать им будет трудно. Вместе тоже не факт, что получится, но тут мог дать результат эффект неожиданности.

Мог бы.

Но…

– Кирьяна! – прокричал Итар, заметив заклубившийся в моих ногах чёрный огонь. – Мы же слышали, куда ты! Мы всё равно…

Окончание его реплики потонуло в дымке моего перемещения.

– Недолёт! – прокомментировала Кладенец, заботливо осматривая меня. – Ты как?

– Бывало и лучше, – честно ответила ей, распластавшись по траве.

Простое перемещение вымотало меня сильнее, чем я ожидала.

– Кир? – позвала меня меч. – Давай больше без перемещений, ладно? Ножками.

– Клав, ну ты же видела, что они…

– Не называй меня Клавой, – привычно отмахнулась меч.

Это прозвище ей дала мама, но нам с папой больше нравилось называть её полным именем, лишь иногда зовя сокращённо, да и то, больше из вредности. Когда хотелось её немного позлить. А сейчас у меня просто не было сил даже говорить.

– Совсем тяжко? – уточнила меч.

– Бывало и хуже, – прошептала я, переворачиваясь на бок и открывая сумку.

– На зельях долго не протянешь, – напомнила Кладенец, наблюдая, как я достаю флакончик и зубами вытаскиваю пробку.

– А без них и того меньше, – отозвалась я, выпив мутную жижу и почувствовав себя значительно лучше. – Как сильно я промахнулась с перемещением? – уточнила я, поднимаясь на ноги и осматриваясь.

Мы находились в небольшой рощице, за пределами которой виднелась дорога.

– Там, – Кладенец указала в сторону дороги, – деревня Лихушки. Она на самой окраине леса, так что – не так сильно ты промахнулась.

– Угу, – направившись в указанную сторону, закинув на плечо сумку, я задумчиво протянула: – Пойдём знакомиться с населением.

Добирались до деревни мы дольше, чем я ожидала, но зато успели обговорить с Кладенцом план по вызову Велизары. Она ведь любила сироток – значит, мы должны дать ей то, что она любит. Сирота из меня должна была получиться отменная!

Главное переодеться, как того просит случай. Боюсь, моя одежда была не совсем подходящей для сиротинушки. Слишком качественными на вид были приталенная рубашка и брюки, заправленные в высокие кожаные сапоги. Про сумку мою и говорить нечего. Зелья, монеты, пара книг, плащ и ещё прочие мелочи – никак не тянули на скромный скарб.

Хорошо, что люди в деревеньке были привычные к странным девицам, отправляющимся в Лихой лес за Велизарой. Оказалось, тут была популярна версия, что ведьма не ест сироток, а наоборот – если девица чиста сердцем и душой, то Велизара ей и жениха даёт, и драгоценностей, и сундуков с мехами…

– Какая интересная ведьма, – слушая восторженные описания местных, комментировала услышанное Кладенец. – А самое интересное, она женихов в подвале хранит? Ну, чтоб заминок с выдачей не было! А то как начнут недовольные чистосердечные девицы из леса с пустыми руками возвращаться…

В любом случае, ни довольных девиц, ни возмущённых, здесь не было. Из леса никто из отправленных «сирот» не возвращался, что наталкивало на определённые мысли. Но у меня выбора всё равно не было. Зря я что ли из Баюна имя этой стерляди выбивала? А вот что она за рыба – посмотрим на месте. Если у нас всё получится, и ведьма к нам выйдет.

В лес мы с Кладенцом отправились при полном параде. Как и положено добропорядочной сироте, я переоделась в самое рваное платье, которое только смогла найти из предложенных. Так же, сердобольные жители Лихушков, снабдили меня и подходящей к случаю корзинкой (а как без корзинки? Никак нельзя, как оказалось!). Если плетёную конструкцию с ручкой и без дна вообще можно так назвать… но, о вкусах Велизары я спорить не хотела. Нравятся ей чумазые сиротки с сомнительным инвентарём – мне не сложно.

Лишь бы не зря всё это было.

Первые полчаса я шла практически в тишине. Лишь иногда Кладенец ругалась себе под нос, замечая за нами слежку из зверей. И ведь не понять было, чьи четырёхлапые шли следом. Если это зверюги Велизары – отлично. Значит сироткой старушка заинтересовалась и скоро появится лично. А если не её? Если это просто местные обитатели решили перекусить? Нет, сожрать себя я точно не дам, всё же я – дочь Кощея Бессмертного, но легенде о сиротке тогда придёт конец. Что это за сиротка такая, Кладенцом в лесу животных рубящая? Вот именно, что сомнительная.

– Знаешь, – пользуясь тем, что вижу и слышу её только я, Кладенец ушла ближе к преследующим нас волкам, крича мне оттуда: – Псинки точно под чарами! Можешь начинать спектакль! Велизара должна наблюдать!

Ну… пора – так пора! Пафосно отбросив сторону корзинку, я подняла руки к небу, пронзительно закричав:

– Почему я?!

– Переигрываешь! – тут же выкрикнула мне Кладенец, подозрительно закашлявшись.

– Почему? – продолжила я тише, медленно опуская руки и падая на колени. – Ни отца, ни мать не знаю… ни дядю, ни тётю не имею… братья и сестры отсутствуют…

– Громче! – снова внесла коррективы меч, тщетно пытаясь скрыть смех. – И лицо прячь! И плакать не забывай!

– Ы-ы-ы! – протянула я, послушно опустив голову и закрыв лицо ладонями. – Родни нет, мужа нет, собаки нет, и даже корзинка – и та дырявая! Ы-ы-ы!

Продолжая выть, я сквозь пальцы подглядывала за округой. Велизара выходить ко мне не торопилась.

– Утоплюсь! – прокричала я, поднимаясь на ноги. – Вот сегодня же и утоплюсь! Всё равно я…

– Идёт! – предупредила меня меч. – У тебя получилось!

– … никому и не нужна, – шёпотом закончила я перебитую мечом фразу, наблюдая за приближением старой ведьмы.

Кто бы мог подумать! И правда, получилось.

4

Чем ближе ко мне приближалась старушка, тем медленнее становились её шаги. Когда до меня оставалось буквально несколько метров, Велизара не выдержала и очень ёмко выругалась в мой адрес.

– Приятно познакомиться, – улыбнулась я, осматривая женщину. – А я – Кирьяна.

– Знаю я, кто ты, – хмыкнула старушка. – Поздно Кладенец почуяла. Знала бы, что Бессмертные пожаловали, не вышла бы.

– Не Бессмертные, а Бессмертная, – поправила я её, сделав акцент на количестве присутствующих здесь членов моей семьи, параллельно осматривая ведьму. – Я искала тебя.

На первый взгляд ничего примечательного. Морщинистое лицо, блеклые глаза, седые волосы, что небрежно выглядывали из-под словно наспех накинутого на голову платка. Худое телосложение, скрываемое мешковатым серым платьем. Узловатые пальцы… типичная ведьма. Но это было только на первый взгляд. Я чувствовала, что Велизара прикрыта личиной. Очень качественной, к слову личиной. Не призывая тьму, мне было не рассмотреть настоящую внешность ведьмы.

– И что же ты, Кирьяна Кощеевна, хочешь от бедной старой Велизары? – скрипуче протянула она, чуть склонив голову и едва заметно ухмыльнувшись. – Аль осиротела ты и за женихом ко мне пришла?

– Типун тебе на язык! – искренне ответила я. – С мамой у меня всё в порядке, а папенька в принципе не убиваемый, так что…

– Рада слышать, – кивнула мне ведьма. – Ну, раз все живы здоровы, пойду я…

– Куда? – одновременно с Кладенцом переспросили мы.

– Сирот нормальных к ужину искать, – пожала плечами Велизара. – Или ты хочешь старую и больную женщину без ужина оставить?

На мгновение я растерялась, вглядываясь в лицо собеседницы. Издевается ведь!

– Больная и старая, говоришь, – Кладенец встала рядом с ведьмой, сощурившись и вглядываясь сквозь морок. – Кир, а ведь она не на много тебя старше…

– Ровесница? Ты уверена? – переспросила я у меча, заметив растерянный взгляд Велизары.

– Кровь молодая, – ответила Кладенец. – А вот своя, или реально она девиц вместо каши ест – не знаю.

– Слушай…те, – проследив за моим взглядом, Велизара точно обратилась к мечу. – А что вам от меня вообще нужно?

Мне конечно было не очень приятно думать, что говорившая со мной ведьма лакомилась вечерами человеченкой, сидя у окна под мерный треск горящего в печи огня, но если верно второе, что она молодая…

– Сними личину, – попросила я её. – Покажись без морока.

– Какого такого морока…

– Велизара, – устало обратилась я к ней. – Сними. Или это сделаю я, но… поверь, тебе не понравится. Видишь ли, я в последнее время плохо контролирую силу…

– Время разделить дар пришло, – понимающе кивнула она, вводя меня в замешательство. – Понимаю.

А вот я ничего не понимала. Просто смотрела на молодую темноволосую девушку в простом синем платье, и отказывалась понимать! Кладенец была права – девушка выглядела моей ровесницей. И чем она мне могла помочь? Что она вообще могла знать такого, из-за чего Баюн был готов себе всю шерсть повыдёргивать?!

– Только тебе не ко мне нужно, а замуж, – нарушила общее молчание Велизара. – А если «сердце» ищешь – тогда к Алатырю…

– Да, мне точно не к тебе, – бросив взгляд на хмуро стоящую рядом Кладенец, я пояснила: – Сердца у меня нет. Алатырь мне отказался будущее показывать. Думала, ты мне сможешь помочь.

– Я? – искренне удивилась она. – Женихов подобрать? Или что? Организовать смотрины? Нет, в принципе, я могу…

– Баюн завидует каким-то твоим книгам, – перебила я поток её предположений. – Возможно, в них есть упоминания о хоть какой-нибудь силе, что сравнима с Алатырём? Ты, как я понимаю, особыми умениями не владеешь.

– Да как сказать, – задумчиво отозвалась Велизара. – Мороками балуюсь, как видишь. Травки хорошо смешиваю. В будущее заглядываю, но… до уровня Алатыря точно не дотягиваю. Да и книг особенных никаких у меня отродясь не было. Разве что с заклинаниями, да рецептами… но это не то.

Моя надежда на чудо таяла с каждым словом Велизары.

– Хотя, – вдруг задумалась она. – Есть бабкин дневник. Точнее, бабки её бабки, её бабки… Моей пра-пра-пра…

– Я поняла, – перебив её уточнения я сделала несколько шагов вперёд, сокращая расстояние между нами до минимума. – Очень старый дневник. Покажешь?

– Покажу, – не очень охотно согласилась Велизара. – Только учти, что половина страниц там затёрта настолько, что текст не разобрать. А то, что читаемо, то написано на одном из мёртвых языков. Я точно перевести не смогу.

– Я смогу, – заверила меня меч.

– Это не проблема, – тут же ответила я ведьме. – Спасибо, Велизара…

– Велька я, – представилась девушка. – Велизарой была хозяйка дневника. Имя в моей семье, переходит как статус по наследству.

– У меня такая же ситуация с мечом, – улыбнулась я.

– Везёт, – хмыкнула ведьма, уверенно зашагав в сторону и махнув мне рукой, прося следовать за ней.

Дорога до её жилища заняла минут десять, если не меньше. Велька вела меня тайными тропами, к созданию которых точно приложил руку леший. В нашем Кощеевском Чёрном лесу тоже были такие. Очень удобно было сокращать ими путь, особенно когда меня стали подводить силы.

– Она лешего слышит, – уведомила меня Кладенец. – Говорит ей сейчас что-то.

Я лишь хмыкнула в ответ. Ведьма водит дружбу с лешим, что здесь такого? Ничего. Частое явление. Точнее даже не дружба, а взаимовыгодное сотрудничество, как у них обычно бывает.

– Мне тут птички нашептали, – стоило нам выйти к ладной на вид избушке, как Велька повернулась ко мне. – Что ты со смотрин своих сбежала, а женихи в погоню пустились.

– Какая говорливая птичка! – улыбнулась я. – И часто леший тебе сплетни нашёптывает?

– Информирует, – поправила меня Велька. – Расскажешь?

Скрывать мне было нечего, поэтому следующий час мы посветили обсуждению моих женихов. Удивительно, но Велька полностью поддержала моё желание избежать замужества, пусть это и грозило мне неприятными последствиями. И неприятными – это было очень мягко сказано.

– Выйти замуж за одного из них ты ещё успеешь, – пояснила ведьма своё одобрение моего побега. – А вот попытаться найти свою любовь – это дорогого стоит. Для этого смелость нужна и вера, а они не у каждого есть.

Плавно разговор перешёл с меня на саму Вельку. Здесь она жила уже два года, старательно поддерживая столетиями выстраиваемую легенду о жестокой Велизаре.

– А с сиротками ты что делаешь? – сделав несколько глотков травяного чая, что приготовила для нас Велька, я расслабленно откинулась на спинку стула. – Как я поняла, пообщавшись с жителями Лихушков, к тебе они регулярно уходят и обратно не возвращаются.

– Да ничего я с ними не делаю, – усмехнулась ведьма. – Морок навожу, да сновидения всякие. Они дрыхнут, ужасы перебарывая, а я… кому-то честно пытаюсь судьбу просмотреть и суженого притягиваю. Затем встречу устраиваю «случайную», рядом с домом жениха. А об кого-то даже руки пачкать не хочется. Тут такие девицы иногда приходят, что волосы дыбом встают!

– Верю, – я рассмеялась, отставляя кружку на стол. – Слушай, а…

– Тс-с! – внезапно шикнула на меня Велька, прислушиваясь к чему-то на улице. – Не поняла...

– Женишки пожаловали, – подсказала мне Кладенец.

– Кто именно? – уточнила я у неё.

– Конкретно к избушке подкрадываются братья наши крылатые.

Вздохнув, я кратко передала информацию о визитёрах Вельке.

– Внуки Сокола, говоришь, – девушка лукаво улыбнулась, быстро вскочив со стула и подойдя к зеркалу. – Надо встретить как положено!

– Дряхло и немощно? – усмехнулась я.

– Наоборот, – Велька встряхнула головой, меняя свой натуральный цвет волос на огненно-рыжий. – Во всеоружии!

Я смотрела на стремительные перемены во внешности девушки. Глаза стали больше, как и губы, как, впрочем, и грудь юной ведьмы. Простое платье сменилось на мягко очерчивающую изгибы обновлённого тела сорочку.

– Чур не шуметь, – с придыханием попросила меня ведьмочка, призывно закусив губу и соблазнительной походкой направившись в сторону двери.

Мне пришлось закусить ребро ладони, чтоб не засмеяться в голос. Не знаю, что она задумала, но уверена – скучно не будет. Ни нам, ни горе-братьям.

– Тише, – усмехнулась Велька, взявшись за ручку двери и резким движением распахивая её.

Она тут же приняла растерянно-затравленный вид, вглядываясь в темноту ночного леса.

– Кто здесь? – её немного испуганный нежный голос потонул в окутавшей лес тишине. – Кто тревожит покой юной и невинной девы? Кто крадётся в тишине лесной? Коль чудище ты окаянное, то поди прочь! Не пугай непорочную душу! А коли добрый молодец, среди елей заплутавший, так поди ближе, чтоб назвала я тебя… – она оборвала себя на полуслове, вглядываясь в темноту и призывно хлопая длинными ресницами.

– Кем? – чуть ли не хором раздался вопрос Итара с Иваром, а следом и они показались Вельке, если я правильно поняла причину заигравшей на её губах улыбки.

– Ужином вкусным, – просто ответила она, разводя руки в стороны и шепча себе под нос заклинание.

– Шишиг призывает, – пояснила мне Кладенец.

– Шишиг? – удивилась я, шёпотом переспрашивая. – А разве они не только в нашем лесу обитают?

Мне казалось, что они все давно перебрались в Чёрный лес.

– Видимо, эти привязаны к месту, – пожала плечами меч. – Да и ведьма на постоянной основе есть. Ты смотри, что творят!

Осторожно выглянув, я громко рассмеялась, наблюдая за двумя висящими телами, от макушек до пят покрытыми ветками связывающих их шишиг. Да… такой позор они вряд ли когда-нибудь смогут простить. Всё же – внуки самого Сокола! А скрутила их ведьма средней руки.

– Спасибо, мои хорошие, – сбежав с крыльца, Велька подбежала к радостно зашелестевшим листиками кустикам, и погладила каждую шишигу по стволу. – Подержите их вот так, хорошо? Только не убейте… раньше времени, – дополнила она под недовольное мычание моих горе-женишков.

Моё же настроение как-то резко ухнуло вниз, что не укрылось от продолжающей хихикать Вельки.

– Ты чего притихла? – спросила она, плотно закрыв дверь и вернув себе настоящий облик. – Жалко птичек? Так я могу хоть сейчас…

– Тебя жалко, – совершенно серьёзно ответила я ей. – Эти, – я мотнула головой, подразумевая братьев. – Тебе это точно не простят и попытаются…

– Так приятно, – искренне выпалила Велька. – Однажды я детям буду рассказывать, что меня сама дочь Кощея Бессмертного жалела!

– Очень смешно, – фыркнула я. – Я серьёзно.

– Я тоже, – заверила меня Велька. – За меня можешь не переживать, ничего они мне не сделают, даже если и захотят. Видишь ли, я на особом счету у местного лешего и... Не важно, – заметно покраснев, ведьма махнула рукой. – За остальных женихов можешь не переживать. Я уже попросила… лешего, – немного запнувшись, словно чуть не назвав его по имени, Велька продолжила: – не пропускать больше никого. Там ведь трое остались? Водяной, леший и богатырь?

– Трое, – кивнула я, с улыбкой наблюдая за румянцем на щеках собеседницы. – Ты что-то раскраснелась…

– Так душно! – нашлась с ответом девушка, быстро переведя тему: – И поздно. Дневник смотреть будем?

– Спрашиваешь! – воскликнула я, больше не пытаясь смутить ведьмочку.

В конце концов, она права. Я пришла сюда за ответами, так не пора бы попытаться их найти?

5

Ночь проходила увлекательно. Дневник первой из Велизар действительно был затёрт практически до дыр. Я медленно и осторожно листала ветхие страницы, Кладенец их переводила и зачитывала, а всё, что было более-менее интересно, я озвучивала для Вельки.

Больше половины мы с ведьмочкой не понимали, так как описывались события и люди, жившие задолго до нашего рождения. А судя по сведённым к переносице бровям Кладенца – то и до её создания. И это давало мне надежду найти в дневнике что-то по-настоящему интересное. Ну и немного пугало.

Ведь Кладенец была создана великим чародеем, уставшим от бремени своей силы и заключивший её однажды вместе со своими знаниями в выкованный меч. А раз даже она сейчас хмурилась, значит, первая из Велизар жила во времена до появления создателя болтливого меча.

– Здесь практически всё стёрто, – Кладенец что-то бубнила себе под нос, стараясь угадать недостающие символы и прочитать смысл написанного. – Про какую-то Роксану и заговор против… не знаю.

– Переворачивать? – дождавшись кивка, я перелистнула страницу. – О, картинка!

– Какая? Там их штук двадцать всего, – Велька уже откровенно зевала, но придвинулась ближе, заглядывая в дневник прабабки. – А, грустный принц.

– Грустный принц? – переспросила я, рассматривая изображение мужчины.

Картинка была полустёрта, понять было сложно, что пытались изобразить изначально. Сейчас я смогла разглядеть только мужчину, который что-то держал в руках… то ли сундучок, то ли шкатулку.

– У него корона на голове, – пояснила Велька. – И взгляд такой печальный.

– Печальный взгляд, – повторила я за ней, рассматривая две чёрные точки, обозначающие глаза у мужчины на рисунке.

– Я так чувствую, – заявила мне Велька.

Комментировать её интуицию я не стала, переместив взгляд на голову изображённого «принца». Что-то похожее на корону здесь действительно было пририсовано. Хотя, как по мне, больше на рога походило…

– А вот это уже интересно! – воскликнула Кладенец, игнорируя наши рассуждения и невесомо скользя пальчиком по затёртым строчкам. – Здесь про скрытую силу, которой нет равных. Лютая гора… что-то знакомое, – меч перевела на меня взгляд. – Кажется, так раньше называли Предгорье.

– Предгорье? – я понизила голос, заметив, что Вельку всё же сморил сон.

– Горный хребет, который окружает остров Буян, – ответив мне, Кладенец снова углубилась в чтение, бормоча себе что-то под нос и иногда прося меня жестом перевернуть страницу.

Сцедив зевок в кулак, я постаралась вспомнить хоть что-то про остров Буян и окружающие его горы, но ничего примечательного на ум так и не пришло. Остров как остров. Нет там никого и ничего.

Последняя мысль показалась мне чем-то вроде нерушимого факта, но… странно, ведь раньше там было что-то. Должно было быть! И очень странно, что сейчас об этом никто не помнит.

– Отвод глаз, – неверяще прошептала Кладенец, поворачивая на меня голову. – Это же сколько силы они вбухали, что чары до сих пор действуют?!

– Кто? Куда? И… – я снова зевнула. – И ты про что?

– Что находится на острове Буяне? – с улыбкой спросила у меня Кладенец.

– Ничего, – уверенно ответила я, ни на секунду не задумавшись над ответом.

– А ты там была? – продолжала улыбаться меч. – Это отвод глаз, Кир. Мощный. Смотри, – она неслышно постучала пальцем по раскрытой книге. – Здесь написано про невиданную силу, что-то про помощь и про аль-атар, что отделили и переместили, перед тем как навести отвод глаз.

– Аль-атар? – переспросила я.

– Бело-пылающий камень.

– Алатырь? – догадалась я. – Подожди… получается, что на Буяне раньше, а может и сейчас, сокрыта некая сила, от которой произошёл Алатырь?

– Он – камень, там – горы, – пожала плечами Кладенец. – Прости, но Алатырь настолько древен, что его происхождение мне не известно. Было не известно, – поправила она себя. – Интересно другое. Тут написано, что они, читаю дословно: «Отвели всем глаза, дабы никто не смел…». Дальше затёрто, – пояснила Кладенец, перемещая палец на три строчки ниже и продолжая читать: – «Трижды имя».

– Какое имя и что трижды? – уточнила я.

– Трижды произнести, наверное, – задумчиво ответила меч. – А вот имя… Тут половина символов стёрта. Мракекля какая-то.

– Мракекля?

– Или Мракукля. Мракаля...

– Мракакуля? – внесла я предположение.

– Тоже может быть, – задумалась Кладенец. – Но что-то мне это не нравится. Такой сильный отвод глаз… и чьё имя трижды произнести?

– Может просто привязка у чар к имени, – предположила я. – Как у Сивки, к примеру. Заветные слова он всегда услышит, – вспомнился мне восхитительный конь дяди Гвидона. – Может, здесь так же? Чтобы пообщаться с этой силой, нужно её позвать?