Мамочка, мама, верни меня обратно!

Глава 1. Чёрный плащ

Пролог

От толпы отделился высокий горбатый человек в чёрном плаще с ярко-красным подкладом.

– Ведьма! – Незнакомец ткнул в толпу пальцем и повёл им по окружности параллельно земле: – Вы все видели! Она свалилась с того света! – теперь он ткнул пальцем в небо, чтобы они могли убедиться в истинности его слов. Толпа как единый организм посмотрела вверх. Тогда он ткнул своим пальцем в мою сторону: – Сжечь её! – выбросил вверх кулак, ещё раз повторив требование моего сожжения.

Дела... Я испуганно огляделась. Неужели они действительно меня сожгут? Нет, мы так не договаривались. Если это очередной квест, то он ещё хуже предыдущего.

Пятки подогревало знатно. Что-то мне подсказывало, что это не понарошку. Я подпрыгивала на месте, ибо стоять становилось как-то горячо.

– Послушайте! – мне хотелось придать своему голосу твёрдости. – Я не ведьма! – получилось только пискнуть. Мне бы молчать, но это точно не про меня. – Я это... От драконов. «Боже, что я несу! Мамочка, мама, верни меня обратно!» – взмолилась мысленно.

– Драконы! Она посмела соврать перед лицом грозного дракона! Лгунья! Она явилась на нашу погибель! – мужчина поднял руки к небу. – Ведьма! Возмездие требует сожжения! Сжечь её! Сжечь ведьму!

– Сжечь её! Сжечь ведьму! – подхватила и много кратно усилила толпа.

Шум нарастал.

Мне стало чертовски страшно. Паника стиснула горло, ограничив доступ кислорода. Я металась по помосту, пятки обжигало, словно я отплясывала на раскалённых углях. Спрыгнуть на землю мне не давала обезумевшая толпа. Никто не желал меня спасти. Неужели вот так безрадостно закончится моя несчастная жизнь?

«Прощай, Катя, так и не познавшая все прелести первой любви!»

Глава 1. Чёрный плащ

Катя

Когда мой полный ужаса взгляд упал на неизвестно откуда взявшийся чёрный сверкающий в солнечных лучах памятник, я попрощалась с жизнью. Думала, это последнее, что мне суждено увидеть. Не жизнь свою покадрово, как все, а памятник неизвестному всаднику.

Но вдруг этот памятник протянул вперёд руку, и меня тотчас осенило: «Приплыли. У меня глюки предсмертной агонии. Когда такое было, чтобы памятники шевелились, да ещё и руками махали? – Прищурившись, обнаружила, что странная фигура не просто протянула руку, она указывала копьём на меня. – Что, глюк, тоже сжечь меня захотел? Пф, тебя другой хмырь в плаще опередил. Порешали сами, приговор оглашён. Фсё».

Вот сгореть мне на этом месте, если у меня обман зрения, но оживший памятник восседал на драконе, который вскоре поднялся. Всадник выпрямил спину, а толпа начала благоговейно расступаться. Про меня разом все забыли: взоры народа и того, в чёрном плаще злого дядьки, который возжелал меня сжечь, были обращены на памятник на драконе.

– Гощей Бессмертный! – прокатилось словно единый вздох. Люди отступали, самые отважные пытались схватить всадника за чёрный длинный плащ, струящийся по драконьему боку и почти задевающему землю, и поцеловать. Кому-то удавалось, кому-то нет.

«Тоже мне, нашлось божество».

Вообще, эта парочка была настолько завораживающей, что я отвлеклась от жара помоста. Траектория моих прыжков сократилась до шагов влево-вправо, поскольку я переключилась на разглядывание дракона, приближавшегося ко мне. Вроде он небольшой, как лошадка-переросток. Но из кровожадной пасти на мостовую капала кипящая слюна, из ноздрей пар валил, глаза красным огнём горели. Шагал весьма странно: как кособокая утка, переваливался с лапы на лапу.

Неожиданно для меня огромная драконья лапа поднялась для шага и наметилась опуститься на зеваку. Мне бы радоваться, что одним из моих палачей станет меньше, но я же всегда была категорически против насилия, принимать участие в кровожадной расправе ни с какой стороны не вариант.

Меня будто толкнули в спину: заорала как ненормальная, спрыгнула с помоста (все смотрели на всадника, не на меня) и вместо того, чтобы спасаться бегством, бросилась выручать несчастного: «Уходи, дурень, раздавят!»

Только, как выяснилось, дракон вовсе не собирался давить людей. Он когтями очень даже нежно подхватил зазевавшегося за шкирку, приподнял его над мостовой и швырнул в толпу.

«О, великий, - многочисленный возглас благодарности взлетел к небесам. – О, благородный!»

Что ж, хорошо, несчастный спасён, пора бы мне и о своей душе побеспокоиться. Например, попытаться сбежать, пока все заняты злополучным памятником. Но только я намылилась скрыться из виду, толпа сомкнулась плотным кольцом, заключив меня и «великого».

Всадник сверлил меня взглядом миндалевидных чёрных глаз. Возможно, они были другого цвета и другой формы, но тогда казались мне именно такими. Он сидел высоко, на самой драконовой холке. Несмотря на это его было хорошо видно: острый длинный нос похож на клюв чёрной вороны, смоляные волосы уложены красивыми волнами. Нижняя часть лица скрыта высоким воротником чёрного-пречёрного плаща. Голос у незнакомца оказался приятным, бархатным, щекочущим, неподходящим под пугающую своей властностью внешность:

– Проверьте её готомку. – Он протянул руку в моём направлении. Миниатюрное копьё на глазах удивлённой публики стало удлиняться.

Толпа закричала: «Яви нам чудо!»

– Да какое чудо... – наверное, я была настолько перепугана, что плохо соображала и лезла на рожон: – Обычная телескопическая удочка.

Первым на мои слова отреагировал дракон. Он неожиданно сел на пятую точку и, крякнув, выпустил кольцо дыма, а когда поднялся, из-под него выкатилось бриллиантовое яйцо.

«О, великий! О, чудо!» – гулко пронеслось над народом.

Интересно, толпа что ли в свободное от сожжения время тренировалась скандировать хором? Получалось очень даже синхронно.

Дракон, как мне показалось, от бурных восхвалений покраснел и смутился, отвернув голову.

К яйцу тут же подбежали какие-то люди в металлических касках на головах. Один притащил тележку, на которую они и закатили громадное яйцо.

– Хорошо, жечь тебя не будем, – смилостивился «великий».

– И на том спасибо! – выдохнула я облегчённо.

– Ты разбудила от спячки моего бриллиантового дракона, – продолжил он, не обращая никакого внимания на мои слова.

Ага, значит, дракон всё это время во сне шагал, не забывая дымить. Лунатизмом страдал видать.

– Я решил тебя отблагодарить. Исполню твоё желание.

– Отправь меня домой! – выпалила я, не задумываясь.

– Разумеется, моя коспожа. Отныне мой дом – твой дом!

Народ ликовал, в отличии от меня. Вроде бы, между нами вышло некое недопонимание, я же совсем о другом просила. Надо срочно вносить ясность, а то мало ли, чего этот Гощей мог себе напридумывать:

– Нет-нет! Мне к себе домой надо! К себе хочу домой.

– Нельзя. Я уже решил, ты мне подходишь. Женюсь на тебе или сожгу. Выбирай. Только не долго, у меня времени нет на женские капризы.

Что? Я не ослышалась? На мне хотят жениться только потому, что дракон стал несушкой? Бред. Ему же не с драконом жить, а с неизвестной девицей, да ещё и с другой планеты.

– Что, устал от спокойной жизни? Хочешь скандалов и истерик? – брякнула первое, что пришло на ум. – Знаешь, что такое счастье? Вот когда женишься, тогда и узнаешь, но будет поздно.

Всадник многозначительно посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на мой рюкзачок и отдал приказ:

– Освободите её.

«О, первая умная мысль! А он не безнадёжен, оказывается», – подумала было я, но, как выяснилось, радовалась рано.

Ко мне со спины подошёл верзила, поднял за мой рюкзак, тряхнул за него и… я выпала. По-другому не скажешь: рюкзак остался у верзилы, а я очутилась на земле.

– Что в нём? – продолжал всадник.

– Э, нет! Это личные вещи и досматривать без санкции суда нельзя, – заявила авторитетно.

– Хорошо, я как верховный судья даю санкцию, – продолжал всадник.

– А где адвокат, который будет меня защищать?

– Где у нас адвокат? – спросил всадник верзилу за моей спиной.

– Так это… Вы же его дракону скормили, ещё на прошлой неделе. Нового с Земли пока не доставили, – пробубнил тот.

От этих новостей мне стало совсем дурно: то есть если меня не сожгут, то сожрут.

– Всё, я согласна, замуж, так замуж. Вначале свадебное путешествие, а потом и свадьбу сыграем! – затараторила я.

– Да помолчи ты, колова от тебя уже трещит. Подайте мне её готомку.

Копьё всадника повернулось в сторону моего рюкзака. Верзила обошёл меня, и нацепил сумку на кончик копья. В груди ёкнуло и оборвалось что-то ценное, шквал негодования отключил инстинкты самосохранения, и бросилась ценой собственной жизни отстаивать своё драгоценное имущество. Подпрыгивала, тянула руки, кричала: «Отдай! Не трожь! Не твоё!» На что толпа отреагировала чудно: «Ведьмин танец! Сжечь её!»

Первым на мостовую из моего рюкзака полетел кубик Рубика, за ним телефон, который был совсем без надобности в моём путешествии, ручка, блокнот, кошелёк, связка ключей от земной квартиры, губная помада, пачка носовых платков, проездной и список литературы для первого курса истфака, куда я успела поступить на Земле, несколько ирисок и пара барбарисок, один потемневший банан и упаковка новых капроновых колготок на сорок ден.

На моё добро и всадник, и верзила, и все, кто был рядом, взирали с удивлением: «Что за хлам? Бесполезные игрушки! Спалить!» – смачно произнёс всадник и дёрнул дракона за одну ус-антенну.

И тут произошло нечто. Кубик Рубика внезапно засветился разными цветами и заорал: «Ты умрёшь ровно через пятнадцать шагов после моей гибели!».

Дракон оказался существом понятливым. Он деликатным движением большого когтя сдвинул содержимое в одно место и мелкими шажками отошёл.

– Сжечь! – повысил голос всадник.

Дракон мотнул головой.

– Я сказал, сжечь! – рявкнул всадник.

– Не буду, – прогнусавил дракон: – Сам жги, ты всё равно бессмертный. А мне отведено пять тысяч комет. Только половина прошла.

Деланно вздохнув, я подняла с мостовой рюкзак и стала складывать своё добро.

– Что лежит на земле, принадлежит народу. Плати налог! – незамедлительно выдал всадник.

– Это мои вещи, уже заплатила, – ответила я, поднимаясь. – Могу быть свободной?

Нервная дрожь била меня мелкими вибрациями, мешая сосредоточиться. На раскачивание времени не было, нужно срочно сконцентрироваться и придумать, как отвязаться от приставучего всадника, которого бросало из крайности в крайность при выборе моей участи. Тянуть не стоило ещё и потому, что опасалась, как бы не выдумал для меня ещё чего похлеще. Надо делать ноги отсюда и поживее, но как? Пробраться через толпу нереально – я оказалась под бдительным наблюдением народа, который каждый мой вздох расценивал как колдовство ведьмы.

От волнения машинально крутила кубик, тем временем судорожно раскидывала мысли в голове, но они никак не желали складываться в план побега. Со временем заметила, что мои движения заняли всё внимание общественности: толпа молчала, дракон вытянул шею, чтобы посмотреть получше. Всадник даже приподнялся и подался вперёд.

Когда кубик был собран, народ синхронно ахнул, дракон крякнул, присел и снёс второе бриллиантовое яйцо.

Всадник поднял руку, призывая к вниманию. Солнце сверкнуло на конце его копья.

– Мы, Гощей бессмертный, приняли важное решение для нашего косударства! Вот уже столько лет я пребывал в трауре по безвременно сожжённой горолеве. Сегодня я решил: мой народ достоин обрести новую горолеву. Я женюсь на этой безродной девице именуемой Ведьма и сделаю из неё вашу правительницу! Да будет так.

В воздух полетели шапки, косынки, башмаки, передники: кто что мог, тот то и кидал. Народ радостно закричал, что это поистине бессмертное решение.

– Следуй за мной, моя суженная! – приказал мне всадник и принялся разворачивать дракона.

– Ага, жди, после дождичка в четверг! – заявила, скрестив руки на груди, и отвернулась.

Всадник приосадил дракона, обвёл взглядом подданных и спросил: «А какой сегодня день?»

«Четверг!» – закричала толпа.

– Видишь, четверг. Когда был дождь? – опять спросил толпу.

«Вчера».

– Всё, как ты сказала. ПУсловия исполнены. Поехали, надо к свадьбе готовиться. – Он развернул дракона ко мне задней частью.

– Иди, по дороге догоню, – усмехнулась, намереваясь всё-таки удрать от этого ненормального, но не тут-то было. Дракон обмотал меня кончиком своего хвоста. Было совсем не больно, поскольку кожа его оказалась тёплой, бархатной. Он поднял меня на такой скорости, что душа не успела оторваться от земли, а адреналин пробил макушку. В следующий миг меня пронесли над толпой и усадили на холку перед всадником.

Он обнял меня одной рукой, прижимая к металлическим латам, которые были надеты на его тело, накрыл чёрным плащом и прошептал: «Едем во дворец готовиться к свадьбе!»

Глава 2. В Кощеевом царстве

Я ничего не видела. А вот слышать – слышала. Кубик комментировал:

«Дорогие пассажиры, просим вас пристегнуть ремни и прослушать правила безопасности. На протяжении всего полёта запрещается вставать со своего места. Все надобности справляем под себя. (Пошляк!) Капитан дракона Гощей бессмертный, он же Гоша, он же Жора, он же Гарик, он же Шурик, он же Бес, желает вам приятного полёта! Температура за бортом постоянно меняется, высота тоже. Шторки иллюминатора не раскрывать, за бортом ничего интересного нет. Ни фига себе!»

Вот зачем он это сказал? Вначале мне было страшно, ибо мы оторвались от поверхности слишком быстро. Надо будет попросить дракона, чтобы в следующий раз он как-то поделикатнее набирал разгон. Когда набрали высоту, а набрали мы её почти сразу, душа вернулась в бренное тело, адреналин свалил на покой, и я заскучала.

А кубик изощрялся в словесности: «Мы пролетаем над горными вершинами. Только посмотрите на их белые шапки. Какие смешные муравьи. Ой, не муравьи, а человечки, нам кланяются. Позволяем»… Неужели он и в самом деле видел.

Кощей прижимал меня к себе своей костяной рукой крепко, поэтому я не боялась выпасть. Подняла руки на уровень глаз и попыталась распахнуть полы плаща.

«Ты чего творишь? – возмутился кубик. – Физику хорошо в школе учила или только мимо проходила?»

Я не ответила. Мне дела не было до этого болтуна. Посмотрела в щёлку, но ничего, кроме бирюзового неба, не увидела. Нет, так нечестно. Я должна посмотреть, поэтому постепенно стала растягивать полы. В конце концов, мне удалось раскрыть плащ. Но мимо физики я точно только проходила. Ветер резко ворвался и завершил начатое мною. Полы распахнулись. Кощей дёрнулся назад, но меня не выпустил. А так был бы шанс свалиться вместе. Тормозила я щеками. Воздух их раздирал, плющил нос. Думаю, что моё лицо приняло форму плоской тарелки или этакого блюдечка со щёлками вместо глаз и без каёмочки.

Кощей попытался поймать полы, но не тут-то было. Дракон провалился в воздушную яму. Плащ пошёл вверх, дёрнул кощея, тот меня, и мы дружно отцепились от дракона. Вернее, мне так показалось. На самом деле, Кощей стоял, я болталась, а кубик… Он выпал из моих рук. Крыльев у бедняги не было. Сила притяжения (смотри-ка, ещё сохранились знания) придала ему ускорение. «Лови-и-и-и-и...» Он что-то ещё кричал, но это было не разобрать. Дракон, похоже, очень хотел жить, поэтому спикировал за кубиком. Помнил, гад, пророчество угластого. Вот тут-то и выяснилось, что ноги Кощея были в стременах.

Сказку про Репку хорошо помните? Это было так: дракон за кубиком, за драконом Кощей на вытянутых ногах, в руках Кощея я, а над моей головой, как пиратское знамя развивался длинный чёрный плащ! Красота, а не сказка.

Как потом узнала, дракон поймал кубик пастью, слегка подпалив один угол. А в то время мы внезапно затормозили. Нет, не мы, а дракон. Кощей впечатался в его хребет и крякнул. Думаю, его мужское достоинство отдавила я, когда плюхалась следом. Но самое прекрасное заключалось в плаще. Он накрыл нас с Кощеем с головой.

Дракон, как ни в чём не бывало, набрал привычную высоту и продолжил полёт, взмахивая огромными крыльями. Это я понимала по притокам и оттокам воздуха.

Ни Кощей, ни я не видели, куда летели.

– Приземляться на крышу или на балкон? – дракон забыл про кубик, когда запрашивал посадку у шефа.

Кубик выпал. Это тоже я узнала потом. В этот раз дракон успел отреагировать быстрее и подхватил его лапой. Так что нас только немного тряхнуло.

Вскоре наступило торможение. Плащ стало задувать назад и вверх. Дышать становилось сложнее: мне передавило шею. В ушах нарастал шум, а перед глазами поплыли красные круги. Большего я не помнила.

Очнулась в огромной комнате. Рядом со мной сидел красивый, даже слишком, мужчина: чёрные зрачки миндалевидных глаз, чёрные брови вразлёт, чёрные волосы волнами на плечах и чёрная рубашка с широкими рукавами, перехваченными манжетами на запястьях, чёрный жилет камзола, вышитый позолотой.

– Очнулась, – голос незнакомца наполнен волшебством. – Выпей ещё, – он подал мне кубок из чёрного стекла, инкрустированного золотым.

– Не буду, отравишь ещё, – я попыталась сесть, но слабость не позволила.

– Это живая вода. Мёртвой я тебя уже напоил. Пей, – он поднёс кубок ко рту, нажал на щёки и влил несколько капель.

Вкус напитка напоминал тот, что я пила на Земле в тот последний вечер: земляничный. Не слишком ли много земляники на меня одну?

И правда, даже эта пара капель придали мне силы. Я приподнялась, взяла кубок в руки и…

– Не пей всё залпом… – его предупреждение запоздало.

Я почувствовала, как сила буквально забурлила во мне. Вскочила на ноги и встала в стойку. Мне хотелось своротить горы.

– Что, Жора, побеседуем… – я закатала рукава.

– Ладно, отдыхай, приду позже, – миролюбиво произнёс хозяин и поднялся, чтобы уйти, но я ему не дала.

Схватила его за руку, наверно, слишком сильно. Он сделал странное «па» и полетел на меня со словами: «Говорил, не пить залпом. Сейчас полдворца мне разнесёшь». Я приняла его на грудь как любимого. Не глядя, швырнула его за спину и направилась к двери. Дёрнула за ручку, но та не поддалась, тогда я пнула дверь ногой. Та снялась с петель и влетела в стену напротив.

– Кубик, ты где? – крикнула я на весь коридор. От моего голоса задрожали витражи, послышался звук падающих предметов. – Кубик, я спасу тебя!

– Он у драконов, – позади послышалось кряхтение.

Обернувшись, обнаружила, что мой похититель пытался выбраться из-под обломков кровати. Какая же хлюпкая мебель у Кощея.

– Так пошли к нему. Жора, чего медлишь? – я подошла, вытащила его за шкирку и потащила по коридору. Кощей бежал рядом, быстро перебирая ногами как сороконожка. Страх мною бы гордился. – Куда дальше? Жора, куда идти? – спросила я на развилке коридоров.

– Налево, – сказал он.

Я повернулась и решительно направилась.

– Налево, не направо! – заверещал он, – Стой, там…

Плескалась вода. Над поверхностью торчала маленькая голова на огромной шее. «Лох-несское чудовище», – прошептала я и отпустила Кощея.

Чудовище всхлипнуло, хлопнуло огромными голубыми глазами и пустило слезу: «Человечка, а дразнится. Тоже мне, нашёлся эталон красоты». Оно вздохнуло и… изогнуло шею, раскрыло пасть и зашипело, показывая мне в мелкие зубы в два ряда.

Чтобы вы сделали, поняв, что вас сейчас сожрут? Правильно, разворот на сто восемьдесят градусов и удираем на огромной скорости, помноженной на силу, приданную напитком.

– Стой, ненормальная… – кажется, Кощей кричал это. Я не очень хорошо поняла.

Просто неслась по прямой. По крайней мере, мне так казалось, потом мне сказали, до моего появления прямого пути от замкового озера до драконьей пещеры не было. Я, так сказать, первопроходцем оказалась.

Однако быстро пришедшие силы также быстро покидают. Быстрее, чем я могла предположить. В общем, я была на краю воронки. Внизу сидели драконы и что-то очень внимательно слушали. И в этот самый момент силы меня оставили. Я взмахнула руками и покатилась по откосу вниз…

Глава 3. В драконовом ущелье

Падать было больно и обидно. Перед глазами мелькали кадры из жизни. Руки не слушались, голова кружилась, а плохо-то было настолько, что слов не подобрать.

Вдруг душа воспарила, тело стало лёгким, чего не скажешь про конечности. Они болтались подобно плетям. Тёплый ветер обдувал тело. Я самой себе напоминала пёрышко: влево, вправо, ниже и ниже.

Неужели умерла? Что первым делом подумала, разглядывая белых существ? Ангелы? Ах, какие красивые фигуры. Правда, не все белые, вернее, далеко не белые: разноцветные. Я зажмурилась, а когда снова открыла глаза, то обнаружила под собой сборище драконов, расположившихся на дне воронки. Солнце скользило по гребням, отражаясь от пиков.

Чем ниже я опускалась, тем отчётливее было слышно шипение. Полагаю, это и был таинственный язык драконов.

«Осторожно опускайте. К стеночке прислоните. Она крепкая. Сейчас придёт в норму». – Нет, я не умерла. Или кубик со мной в рай попал.

Словно тряпичную куклу меня посадили к стене спиной. Фокус зрения восстановился.

На огромной каменной колонне, вероятно, отвалившейся от какого-то древнего храма, возлежал, ибо сидеть он не мог, мой драгоценный кубик Рубика. Вокруг на земле плотненько сидели драконы. Они по-кошачьи обвивали себя хвостами.

– Это моя компаньонка. Богиня Катя Рубик. Вы должны её почитать как меня. – Ну и на этом спасибо. – Без меня она как без рук. – Хм, не много ли он о себе возомнил? – Так, на чём мы остановились?

Дракон, который поймал меня во время падения и сейчас пытался пристроить у стены, деликатно крякнул: «Может быть, на неё подуть? В чувство привести?»

Я замахала ослабевшими руками: «Не надо на меня дуть», а сама подумала, что тогда я точно буду подкопчённой.

– Подуйте, но легонько, – разрешил кубик.

Дракон подул. Мне стало тепло-тепло, и сразу потянуло в сон. Сквозь забытьё слушала кубика и поражалась, когда он успел всему этому понабраться.

– На чём мы остановились? – вещал разноцветный, – ах да, рабочее время. Заявите своему работодателю, что ваш рабочий день не должен превышать восьми часов.

– И ночь тоже? – кто-то загоготал.

– Скользящий график. Ночные смены оплачиваются по двойному тарифу. Работать должны по сорок пять минут через пятнадцать паузы.

– Как в воздухе отдыхать? – резонный вопрос.

– Суммируете и отдыхаете на земле. – Ему бы в политику. На все вопросы знает, что отвечать.

Послышался свист. Взмах крыльев.

– Ты куда? – поинтересовался кубик у дракона, который оторвался от земли.

– Гощей зовёт.

– Что? По свистку? Ты ему дрессированная собачка? Нет, ты – дракон! У тебя законный обеденный перерыв. Так и передай.

Спать мне уже точно не хотелось. Пропустить такое зрелище никак нельзя. Дракон покорно опустился, задрал голову, вытянул шею и начал гоготать по-гусиному.

– Ты мне что сейчас сказал? – прогремело сверху. – Обед у тебя? Я тебя скормлю на обед змею с Горы. Хочешь? Или отдам подводной гидре. Выбирай, куда пойдёшь, полуфабрикат недоделанный.

Дракон ответил что-то тише, потом вздохнул.

– Сейчас вы у меня все узнаете, что я делаю с ораторами, – судя по тому, настолько громче становился голос Кощея, можно было предположить, что он спускался на скорости.

И точно, Кощей спускался, сидя на метле. Его длинный плащ по-прежнему развивался. Не долетев до земли какой-то метр, он вдруг повис. Метла рухнула, а Кощей подобно марионетке, задёргал руками и ногами.

Драконы загоготали.

– Чего ржёте? Отцепили меня.

– При условии соблюдения коллективного трудового договора, – авторитарно заявил кубик.

– Трудового договора, значит, абрагадабра-бум, – Кощей протянул руку. Я не знаю, что должно было произойти, только ничего не случилось.