Невезучая для бандита

Пролог

День не задался...

Я ждала надбавки. Работала в одной фирме торговым представителем, упахивалась, но денег всё равно не хватало. Оттого и долги по кредитным картам превысили все допустимые лимиты. Естественно, мне было плохо из-за этого.

Около восьми вечера мне позвонил директор. Я думала, мне предложат точки получше. Где заказов и выручки будет больше, но стальной тон продробил:

– Вы уволены, Нина. Завтра утром заберите свои документы из отдела кадров.

– Что?! Как?! Почему?!

На этот вопрос мне, конечно же, не ответили.

И так я осталась ни с чем. Под Новый Год. С пустыми карманами. Долгами и разбитым сердцем. Ведь ровно месяц назад я застала своего парня Филиппа с другой у нас на квартире. Заехала домой не вовремя... Вошла и выпала в осадок, потому что от ужаса чуть не провалилась сквозь землю.

Она так стонала. Просто кричала, взорвав к чертям мои барабанные перепонки. Мне даже стало интересно. Около трёх минут я подслушивала из соседней комнаты, что же они там такое делают, что она так орёт. Возможно, это не то, о чём я изначально подумала, и они, к примеру, играют сценку в детском утреннике, где она выступает в качестве синего кита... Но вот незадача, детей у нас не было. А когда я вышла из-за арки, мой полностью голый женишок предстал передо мной во всей красе и долбил свою секретаршу до седьмого пота, даже не услышав мои шаги.

– Как он, оказывается, умеет... – пронеслось, будто в голове, но, видимо, я сказала это вслух. Они услышали. Замерли. Девушка вся покраснела, он тут же начал одеваться.

– Нин, Нина, подожди. Это не то, что ты подумала.

Я встала перед ним и слушала его странную бессвязную речь с оправданиями, не подавая виду, что меня это ранило, но уже на выходе из квартиры, обернулась.

– А как... Эта поза называется?

– А? – у него на уме читалось искреннее недоумение.

– Ну... Поза, когда она вот так вниз головой...

– Я не знаю, – ответил он, опустив виноватый взгляд, а я задалась серьёзным вопросом... Дошла обратно до машины, начала гуглить. Называлась она «Плуг», как оказалось. Но удовлетворения мне эта информация почему-то не принесла.

У нас с Филом были планы. Мы ведь встречались целых два года. Жили вместе. Я надеялась, мы поженимся. Но очень скоро поняла, что набрала кредитов для него. А выплачивать мне приходится самой. Да и секса у нас вот такого никогда не было… Что тоже казалось мне удивительным…

День за днём моя жизнь преподносила мне всё новые и новые сюрпризы.

И вот сейчас я, двадцатиоднолетняя Нина Зенчикова, еду за своими документами в ООО «ПромГрад». Смотрю в окно переполненного автобуса. В котором меня прижали к стенке, как кильку. Время на часах семь тридцать утра. На улице адский колотун. Моя жизнь пошла по наклонной. Телефон снова трезвонит. Незнакомые номера вызывают панику, но вдруг это насчёт работы, я же вчера выложила резюме.

– Нина Валерьевна, у Вас долг по кредитному договору...

И снова я сбрасываю, глядя на улицу.

Синие огоньки на огромной полицейской машине погружают меня в собственные фантазии. Как красиво горят, думаю я, вздохнув, и внезапно слышу звук автоматной очереди. Телевизор я смотрю. Я знаю, как она звучит. Хотя бы примерно, отдалённо. Это точно она! Чувствую, что наш автобус заносит куда-то в сторону, все визжат, орут, начинается давка.

Вселенная, я тебя, блин, умоляю!!! Если ты слышишь, ведь есть же какой-то край моим мучениям и страданиям?!

Автобус вдруг врезается в какой-то фонарный столб, и дверь автоматически раскрывается. Выстрелы продолжаются. Все начинают бежать врассыпную, я за ними. Чувствую себя самой невезучей девушкой на планете. Особенно, когда на выходе из автобуса, кто-то грубо толкает меня в спину, и я поскальзываюсь на льду, грохнувшись на спину. Встаю, даже не думая тормозить, начинаю бежать туда, где есть шанс укрыться и спрятаться.

Но секунды не проходит, как чьи-то руки подхватывают меня под локоть, а потом я чувствую холод и твёрдость металла возле своей головы.

– Назад все или я пристрелю её нахрен! – звучит сзади агрессивный и жёсткий мужской баритон, и от страха я прикрываю глаза.

Спасибо огромное, Вселенная! Что со мной в этой жизни ещё не происходило?!

– Отпустите меня, пожалуйста!

– Заткнись!

Он тащит меня куда-то, а я еле плетусь за ним. Моя обувь скользит. Я чуть ли не падаю.

– Пожалуйста... Моя жизнь и так ужасная. Я вся в долгах, мой козёл жених изменил мне со своей секретаршей, меня уволили сегодня, мне надо за трудовой! – тараторю я, а парень, что удерживает меня на прицеле только ржёт надо мной.

– Слушай, может проще тебя пристрелить?

– Нет, я хочу жить!

– Мазохистка. Всё. Заткнись, говорю, – он вытаскивает нас прямо на дорогу, а я жмурюсь от страха и ору во всё горло, пока перед нами с визгом не останавливается какая-то машина.

– Вылезай! – орёт он на мужчину за рулём. – Вылезай или я её пристрелю!

– Пожалуйста, вылезайте! – поторапливаю я его, но он так и сидит как вкопанный, сжав в руке руль.

– А ты и вправду невезучая. Всем на тебя насрать, – подмечает мой похититель, а мне так обидно становится, что я хочу его ударить.

– Не обижайтесь, но идите в жопу, пожалуйста, – отвечаю я, и меня вдруг дёргают куда-то вперёд. Он открывает дверь машины и с психом вытаскивает оттуда этого мужика, утрамбовав меня на водительское сиденье.

– Поведёшь! – кричит он, целясь в меня, а сам обходит тачку и садится рядом. – Ну чё застыла?! Гони!

Я тут же в истерике давлю педаль газа в пол, и мчу нас, сама не зная куда...

Глава 1.

– Не пали на меня, на дорогу смотри! – вещает мой новый спутник, пока я нервно сглатываю всё, что накопилось в горле.

– Вы меня отпустите?

– Возможно. Если не будешь нудить. Веди и помалкивай.

– А куда едем?

– За город. Держи курс прямо. Нам надо будет сменить машину.

– Вы какой-то опасный преступник? – спрашиваю и вижу, что он морщится, сдвигая ткань робы в сторону.

– Твою мать. Не смотри, говорю! – рычит на меня, а я хмурюсь.

– Задело по касательной, судя по всему. Нужно обработать.

– Ты что врач?

– Нет, у меня мама... Была медсестрой.

– Ясно. Надо за город, говорю. У тебя есть бабло?

– У меня? Я в долгах, как в шелках.

Он отнимает у меня сумку. Чудно. Она у меня малюсенькая, и он достаёт оттуда паспорт.

– Зенчикова Нина Валерьевна... Сколько тебе? Восемнадцать?

– Нет, Вы что считать не умеете? Там дата рождения есть.

– Двадцать один. И хрена ты мне выкаешь?! Почти ровесники, – швыряет он мне её обратно. Ведь у меня в ней ничего нет, кроме телефона, паспорта и жвачки.

– Едем по плану за город, перетерплю.

– А что за городом?

– Слушай... Не лезь не в своё дело, а. Просто рули. Не беси меня. Нинель.

Странно... Меня так называла только мама. Никто другой за всю мою жизнь так не называл.

– Тогда можно на «ты»? – спрашиваю, и незнакомец кивает.

– Ты можешь... Отпустить меня там. За городом. Мне правда нужна трудовая...

Он молчит, а я нервничаю. Вроде за нами нет хвоста. Не то, чтобы он прям сильно пугал меня, но пистолет в его руках всё-таки отталкивает.

– Слушай, а как тебя зовут?

– Господи... Замолкни уже.

– Ну я же должна знать, с кем общаюсь, кто меня похитил. И хочу попросить тебя отвернуть от меня эту штуку. У меня дрожат руки... А когда они дрожат, я могу случайно въехать куда-нибудь... Оно тебе надо?

Он молча отворачивает дуло и смотрит в окно. Видимо, ему больно.

– Я могу обработать... Когда мы доедем до места... Чтобы тебе помочь... А потом ты отпустишь...

– Или пристрелю тебя. Всяко ты станешь счастливее.

– Спасибо.

– Не за что.

Я вздыхаю и сжимаю руль, краем глаза рассматривая его. Тёмные волосы, карие глаза, щетина. На вид реально лет двадцать с небольшим. Интересно, что он сделал???

– Я убил шесть человек с особой жестокостью, перерезал им глотки, надругался над трупами и слил это видео в сеть.

– Что?! – в ужасе выпаливаю я, отчего машину слегка заносит.

– Тихо ты! Веди нормально! Громко думаешь, блин! Пошутил я. Не твоё дело, говорю же. Не пялься так.

Господи... У меня чуть сердце не остановилось.

Какой же козёл.

– А вообще я понимаю, почему твой жених тебе рога наставил, ты же вредная и неугомонная как пиявка, – хамит он, а у меня внутри плещется ярость.

– Возьми свои слова назад, – сжимаю я челюсть в тиски, нахмурив брови.

– И не подумаю. Ты в заложниках, дура. Веди себя соответствующе. Захлопнись и делай что говорят.

– О, я сделаю. Я сейчас так сделаю!!!

Не успевает он среагировать, как я резко заворачиваю руль, и мы на скорости врезаемся в какую-то машину на встречной. Этот парень матерится, держится за бок, а я на всех скоростях улепётываю от него по дороге в панике.

Как сцена из какого-нибудь ужастика.

Он вышагивает. Я бегу. Но почему-то расстояние между нами не растёт, а сокращается. Чёрт возьми, что у него за ноги такие?! Или это я квашня? Нужно было бегать на физкультуре в школе, как учитель говорил, Нина! Дура!

Я быстро ныряю за угол и бегу в какой-то двор. Там прячусь за аркой и за кустиком. Правда кустик почти голый, зима ведь, но хоть что-то.

Выглядываю оттуда и понимаю, что его нет. Выдыхаю, только собираюсь сделать шаг, как мой рот затыкают шершавой ладонью, а в бочину тычут знакомой твёрдостью металла.

– Капец ты идиотка. Далеко собралась?

Я мычу ему в ладонь.

– Чего тебе? – спрашивает, сдвинув ту на шею.

– Я ответить хотела. Да, далеко! Подальше от тебя, потому что ты меня оскорбляешь!

– Иди давай вперёд. Щас машину менять будем.

Секунды не проходит, как он выбирает какую-то колымагу во дворе без сигнализации и выламывает в ней стекло, засовывая меня в салон. Грубо вытаскивает провода. Что-то там соединяет. Вжих. И мотор уже заводится.

– Ты что... Какой-то серьёзный бандит?

– Серьёзный бандит? – приподнимает он брови и качает головой. – Ты кажешься умнее, когда молчишь.

– А ты кажешься симпатичнее, когда не тычешь в меня стволом и не хамишь!

Блин, зачем я это сказала?! Он теперь так смотрит...

– Я не то хотела сказать. В смысле... Ты мне вообще не нравишься...

Он снова ржёт надо мной, а я не знаю, куда себя деть. Теперь он за рулем. И мы снова куда-то едем. Видим, как мимо нас на дороге проезжают три полицейские машины и гаишники. И я инстинктивно вжимаю голову в плечи.

– Ты что, сама не в ладах с законом?

– С чего ты взял? Нееет.

– Аааа... Долги. Точно. Но полиция здесь не при чём, не переживай.

– Я и не переживаю. Я просто хочу домой.

– К своему кобелю?

– Нет, я ушла от него. Сразу же.

– Похвально.

– А ты?

– Что я?

– Ты... У тебя кто-то есть? Куда мы едем?

– Есть, – обрубает он, и в душе я думаю... Даже такой козёл мчит к своей девушке на край земли, сбежав от заключения. Тогда как Филипп после моего ухода, даже ни разу не позвонил мне. Пришлось снимать на последние деньги маленькую задрипанную комнату в малосемейке.

Кажется, этот парень прав... Всем на меня насрать.

После смерти мамы я именно так себя и ощущаю.

– Дай свой телефон, – просит он, и я хмурюсь. Но протягиваю ему его. Он останавливается в кармашке. Что-то смотрит. Видимо информацию о себе в новостях, а затем бесцеремонно швыряет мой телефон в окно и продолжает движение, как ни в чём не бывало.

– Эй!? Ты что?! Там вся моя жизнь!

– Значит, купим тебе новую. Тебя уже пробили. Отследить телефон как нехер делать. Забудь или пристрелю!

– Ты можешь хоть минуту мне не угрожать!? Одну минуту?!

– Могу. Ты сама нарываешься!

– Козлина...

– Что ты сказала?

– Ничего, тебе показалось…

– Сиди и не бурчи. Из-за тебя у меня рана ещё сильнее закровоточила. Так что ты мне теперь должна.

Ага, щас. Разбежалась. Молчу и роюсь в машине. Открываю панель наверху и вижу пять тысяч.

– На, – протягиваю ему смятую купюру. – Теперь не должна. Хватит на аптеку.

– Слушай, – смотрит она меня искоса. – А не такая уж ты невезучая оказывается...

Определённо самая невезучая. Раз встретила на пути тебя…

Глава 2.

Похититель останавливает машину возле какой-то сельской аптеки.

– Иди внутрь. Без глупостей. Возьми что нужно.

– Дай я посмотрю сначала, чтобы понять, что нужно.

Ловлю взгляд, полный недоверия. Но он всё же приподнимает верх этой ужасной чёрной робы. А я как завороженная пялюсь на его торс. Охренеть у него тело... Просто охренеть!

– Ну что? Так и будешь пялиться, Нинель?

– Блин, я не пялюсь, сейчас, – касаюсь тёплой твердой кожи пальцами. Вижу, что пуля прошла через мягкие ткани. Я видела подобное, когда нашему соседу в деревне выстрелили в бочину. Правда, он тогда нажрался водки до беспамятства, словил белку и сгорел в собственном доме, но перед этим мама всё же помогла ему с обработкой раны, а я запомнила.

– Попробую зашить, ладно?

– А ты умеешь?

– Я не пробовала ни разу... Но попробую.

– Только хуже не сделай, не хочу быть Франкенштейном, ага?

– Давай деньги.

– На, – он суёт мне пять тысяч обратно, и я иду внутрь этого небольшого аптечного пункта. Прошу медицинские иглы, нитку, перекись, зеленку, вату, марлю, пластырь и антибиотик.

– А это у вас там дверь?

– Да... Во двор.

Смотрю и думаю. Сбежать? А если он меня снова перехватит... Блин. Нет, лучше вернуться обратно. Он не похож на убийцу. Точно отпустит меня после того, как помогу... Обязан...

– Спасибо, – благодарю и выхожу к нему. Он сидит внутри и утыкается лбом в руль.

Я хлопаю дверью, и он вздрагивает.

– А это ты...

– Я. А ты совсем расклеился... Дай посмотрю.

Касаюсь его лба, а он горит.

– Блин... Как тебя зовут? Скажи мне. Я сейчас ещё жаропонижающее возьму. Жди.

– Зови меня Север.

Север, блин. Бегу за ибупрофеном и водой, и слышу, что эта женщина уже кому-то сдаёт нас по телефону.

Но захожу и притворяюсь, что ничего не слышала.

Когда забираю, тут же вылетаю оттуда и открываю водительскую дверь.

– Слушай, Север, да... Подвинься. Эта женщина в аптеке, она кому-то звонила. Я не знаю, в общем.

Блин, правильно ли я делаю? Он же преступник... Может, надо было просто сдать его и позволить полиции сделать свою работу? Так бы и я уже была свободна. Блин, почему мне его жаль?! Это что-то от Гиппократа, да?

Я толкаю его на соседнее кресло, а сама сажусь за руль. Как же меня неистово всё раздражает! Вот заживёт его рана и я тут же свалю! Тут же кину его, а сейчас... Сейчас я еду через какое-то поле, чтобы нас никто не нашёл. Надеюсь, мы не въедем куда-нибудь и не встрянем...

Затормаживаю возле какого-то домика без забора. Кажется, здесь никто не живёт. Мой спутник сейчас в полуразваленном состоянии, и я помогаю ему немного опустить кресло.

– Так... Полежи немного. Сейчас.

Достаю таблетки. Даю ему с водой. Жаропонижающее, обезбол и антибиотики. А сама снова раздеваю его.

– Будет немного больно. Лидокаина тут не было. Поэтому придется шить так. Потерпи.

– Потерплю, всё норм, – бормочет он, сжимая в руке пистолет.

– И эту штуку. Убери, пожалуйста... Вдруг случайно нажмёшь. С учётом моего вечного везения это не исключено.

Он только лыбится и убирает её на заднее сиденье, а я начинаю обработку раны и швов.

Печка в салоне работает на максимум. Хорошо, что бензина в машине предостаточно.

Я шью ему рану, а он вздрагивает, но даже не шипит. Сильный... Терпеливый. Думаю я про себя.

– Почему Север? Какое-то погоняло с зоны? Ты ведь не сиделец. Наколок даже нет. Да и не похож ты...

– Просто кликуха. И всё.

– Ясно... А как тебя в реальности зовут?

– Не важно.

– Всё, я закончила. Сейчас марлю наложу и готово, – сообщаю я, аккуратно прикладывая накладку. – Слушай... Тут дом какой-то есть. Возможно, печь целая. Может...

– Может. Немного дай полежать.

– Болит?

– Нет. Нормально.

– Можно я схожу туда? Я писать хочу.

– Иди.

Бежать тут, конечно, некуда. Мы где-то на отшибе. Вокруг больше нет домов. Видимо, тут жил какой-то отшельник, но, видно, что дом давно заброшен. Хотя печь ухоженная. И дрова есть.

Нина, не вздумай ещё и топить для него дом! Дура, блин.

Рассматривая старые фото и документы, хожу туда-сюда, после чего понимаю, что на улице скоро будет темно и похолодает. А мой похититель, возможно и вовсе откинется. Потому что выглядит он не очень. Нам надо где-то переночевать. Поэтому я проверяю все заслонки и чищу от залы топку... Но вот зажигалки у меня нет. Тащусь обратно на улицу. Открываю дверь в машину, а он спит без задних ног. Касаюсь головы, вроде жар немного спал.

Роюсь в бардачке машины и нахожу зажигалку с каким-то буклетами.

Храни Господь этого святого человека! Когда-нибудь я разбогатею и верну ему деньги. Но это не точно…

Беру это добро и несу в дом. Через пять минут манипуляций, печь наконец дымит, а я подкидываю дров. Хорошо, что я жила в своём доме в деревне. Я много, что умею... Иначе бы точно уже окочурилась. Хожу в деревянный туалет на улице и возвращаюсь в машину. Жду, когда в доме станет потеплее. И между делом смотрю на него. Документов у него с собой сто процентов нет. Телефонов у нас нет тоже. Не знаю даже, что заставляет меня прилипнуть к нему взглядом. Но он красивый. Просто объективно красивый. С такой внешностью мог бы и не быть преступником... Но не захотел, видимо... Чёрные ресницы подрагивают. Наверное, ему что-то снится. Родинка на правой щеке привлекает внимание. Глаза... У него лисьи. Хитрые и даже немного... Безумные, что ли...

Наверное, моя жизнь и без него была ужасной, что уж греха таить... А за трудовой я могу и через пару дней заехать... Всё равно никто меня не спохватится, кроме коллекторов...

Я глубже всматриваюсь в его лицо. Наверное, странно, что я так пялюсь? Но он же не видит, так что всё нормально. На этих мыслях я сама не успеваю понять, как погружаюсь в сон рядом с ним...

Глава 3.

Открываю глаза уже в доме. С ума сойти, я так крепко спала, что не заметила, как он меня сюда притащил или как так?

– Блин. Давно я сплю? У тебя швы не разошлись?

– Нет. Часа два как спишь в доме, – отвечает он, подкидывая дрова в топку. – Молодец, что затопила. Переночуем здесь. Я в магаз сходил. Взял похавать. Там газовая печка была. Сварганил по-быстрому.

Иду к еде. К его макаронам по-флотски. Пахнет довольно вкусно, да и я дико голодная. С утра ведь ничего не ели.

Север снимает с себя кофту, а я пялюсь на его руки.

– Тут шмотки есть какие-то, если хочешь переодеться. Видел там бабьи тряпки.

– Нет, спасибо. Я всё же надеюсь, что ты меня отпустишь.

– Нет.

– Что, нет?

– Нет, не отпущу. И не надейся.

– Я не понимаю. Зачем я тебе? Ты сбежал. На свободе. Я сделала, что могла для тебя. У меня ничего нет, да и заложник я так себе, как ты смел заметить.

– Ну, мало ли. Сдашь меня, и они пойдут по моим следам. Нахрена мне это?

Молчу, плюхнувшись за стул и отчаянно вздыхаю, наяривая ужин прямо со сковороды.

– Вкусно.

– Нормально. Лучше баланды точно.

– Слушай, что ты такого сделал? Наркотики?

– Нет, естественно. Я не из этих.

– Тогда расскажи.

– Нет.

– Блин... Как с тобой скучно.

– Жри давай и помалкивай. Скучно ей. Я тебя в заложники взял, а не в зрители малого театра.

– Пффф... Как зовут твою девушку?

– Слушай... Ты вообще когда-нибудь молчишь? Боишься хоть чего-то? Если приставлю ствол к башке, тогда ты перестанешь трепаться?!

Я отбрасываю вилку в сторону.

– Нет, ты достал меня! Тогда пристрели раз такой умный! Давай, пристрели меня! – заявляю я, встав из-за стола и подхожу к нему в упор. – Ты – не убийца. У тебя кишка тонка! Я это вижу! Так что, давай. Стреляй! Тоже мне нашёлся гангстер!

Я толкаю его в грудь, а он как стоял на месте, так и стоит. У меня просто сил не хватает хоть как-то его сдвинуть. Козёл.

Прохожу мимо него и фыркаю, усевшись в кресло.

– Куда мы едем? Ты можешь хотя бы это сказать?

– В соседний город.

– М-м-м, супер, класс. Зачем?

– Меня там ждут.

– Твоя девушка?

– Да.

– Ясно...

Ну, вот. Хотя бы что-то...

А меня потом... Он что... Просто убьёт?

– Может... Сыграем во что-нибудь? – спрашиваю, кажется, вызвав у него дикое изумление.

– Например?

– Ну... Вдруг тут есть карты там... Шахматы, шашки, домино... – начинаю рыскать по шкафам. – О! Смотри. Лото. Как тебе?

– Кайф.

– Правда?!

– Нет.

Блин, да он издевается?!

– Будешь играть. Ничего не знаю. Или придётся меня пристрелить, – рычу на него и тяну за собой, схватив за руку.

Он, нехотя, но всё же тащится за мной, а затем мы садимся на кровать.

– Ну, доставай. Раз уже начала меня мучить. Вперёд! – отмахивается он, и мы начинаем игру. Около часа не отрываясь играем и даже входим в азарт.

– А тебе двадцать один?

– Двадцать два. Не далеко ушёл.

– Понятно. А универ ты закончил?

– Да.

– Везёт. Мне не хватило времени... Из-за работы...

– Кем ты работала?

– Торгпредом.

– Тоже неплохо. За что уволили?

– Ни за что... По сути реально, я и не поняла. Позвонили и сказали до свидания.

– А трудовая инспекция?

– Я и так кое-как устроилась без корочки. Никто бы меня не защитил, уж поверь.

– А с женихом... Часто вы вот так играли в игры?

– Ну... Бывало. А что?

– Сексом не пробовали заниматься? Тогда бы и изменять не пришлось.

– Да ты просто гуру семейной психологии, спасибо.

– Пожалуйста. Любой вопрос решает хорошая ебля.

Уму непостижимо... И с ним я говорю об отношениях?

– Я вот запомню этот совет. Благодарю.

– Не за что, – он пожимает плечами и встаёт с кровати, снова следуя к печи.

– Как считаешь, тебя будут искать там, куда мы едем?

– Возможно всякое. Не берусь гадать... Но меня это точно не остановит.

Он так сильно любит девушку? Похвально...

– Мы будем спать... На одной кровати? – спрашиваю, глядя на полутороспальную койку.

– Тебя смущает? Боишься, что буду приставать?

– Ну... Я и не думала об этом. У тебя же девушка есть.

Он ухмыляется, а мне не по себе.

– Так и?

– Я могу на полу поспать, но предпочёл бы у стенки на мягком. Не бзди, не трону тебя. Делать мне нехер.

Это значит, я для него совсем не привлекательна? Или даже омерзительна?

Что ж... Не очень-то и хотелось...

– Ладно. А что насчёт дороги? Кто поведёт?

– Мне стало лучше, я и поведу. Сменишь, когда устану. Ехать долго.